Текст книги "Милана (СИ)"

Автор книги: Александр Серый

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 6 страниц)

     – Прф. Отлично. – Голос стал оскоблённо сухим: – Агент Хаммел, оператор ожидает готовности.

     – Мы слушали твой треск целый час, – насмешливо ответила агент. – Меня удивляет только то, что тебя не заткнули раньше.

     На канале раздалось злое фырканье.

     Всего на секунду фон ночного зарева над Кадерраном украсил изящный силуэт стройной женской фигуры. Его никто не заметил. Все смотрели только вниз, на стены склада. В темноте раздалась возня – на одном из блоков вентиляционной системы снимали сетку.

     – Сколько у меня времени?

     – Неясно, – ответил полковник. – Требования этих ублюдков не имеют никакого смысла. Сначала они хотели денег и полётку, потом свободу невольно пострадавшим, потом вскрыть зоопарки…

     – Может, их мнения разошлись.

     Стальная дуга-рукоятка пыхнула искрой и намертво приварилась к корпусу вытяжного блока.

     – Переговорщик из Центра неплохо их заболтал, не отпускает как минимум одного и на минуту. Но если они несут такой бред…

     – То, возможно, просто тянут время, – закончила агент, защёлкивая карабин троса на креплении. – Вирусный статус?

     – Их заражение не подлежит сомнению, – вмешался усталый мужской голос. – На нижнем уровне находится как минимум один с заметными изменениями, я настаиваю на соблюдении дистанции с…

     – Лишняя причина избавиться от них как можно быстрее, – перебил полковник. – Ты отправляешься туда именно потому, что у тебя иммунитет, Хаммел.

     – Так точно, – с готовностью отозвалась агент. – Заложники подтверждены?

     – Пять человек, – отчиталась оператор, – все сотрудники офиса, их сигнатуры совпадают с личными делами.

     – Перемещение?

     – Отрицательно, их оставили в центре склада.

     – Принято. Оператор, моя синхронизация готова?

     – Эээ… Нет.

     Почти уже надетые сплошные очки-визор застыли у серых глаз.

     – Что?! Нахрена я это тогда тащила?

     – Хнык-хнык, не ругай меня… – жалобно мяукнула оператор, и без перехода добавила со скрипом сарказма: – Ругай кусок металлолома, который Отдел использует вместо нормального сетевого узла. Скажите, полковник, каким образом у нас есть новейший сканер, но сервера родом ещё с Сигмы?

     – Не зарывайся, оператор, – сухо отрезал командир.

     – Как прикажете. Цепляйте очки, агент Хаммел, я буду давать всё вручную.

      Молодая женщина в облегающем сильное тело чёрном костюме усмехнулась, надевая визор.

     – Я на тебя рассчитываю, Широ.

     В ответ на канале раздался умилённый писк недисциплинированного оператора – но в ту же секунду визор агента расцвёл подробным тактическим интерфейсом с картой здания, данными о миссии, целях и угрозах.

     – И учти, Хаммел, – сурово заметил полковник, – провал операции будет началом конца твоей карьеры. Это ясно?

     – По-моему, я уже дала понять, что давно готова к подобным заданиям! – Раздражение агента было так велико, что она даже не пыталась его скрыть. – Я вхожу.

     Раздался шорох и связь прервалась. Полковник Финли Крейген, глава Отдела сдерживания и изоляции, раздражённо стукнул приёмник в ухе, отключив канал.

     – Нихрена она не готова…

     – И, тем не менее, ты её послал.

      Из фургона по трапу спустился второй мужчина. Высокий, сухощавый, с худым, почти болезненным лицом. И совершенно седой. Ветер, налетевший со стороны моря, тронул полы мятого лабораторного халата. Короткая щетина и тень на лице выдавали, что мужчина провёл нелёгкие пару дней.

     – Что ты будешь делать, если у нас на руках вспышка?

     – Это была твоя работа, не так ли? – ровно ответил полковник.

     Воздух над ними неожиданно потяжелел.

     – Я не позволю, чтобы её втянули во всё это вновь.

     Резкая интонация заставила командира ОСИ полуобернуться.

     – Ваше мнение принято к сведению, доктор Хаммел, – сухо сообщил он.

     Оба снова повернулись к зданию, не проронив больше ни слова.

     Милана вошла. Что-то менять было поздно.

     ***

 

     Внутри офиса было пусто. Все три этажа погрузились во тьму полчаса назад, когда отрезали свет – это была стандартная процедура в отношении захваченных зданий. Преступники немедленно пригрозили выбросить наружу пару трупов, но не успел переговорщик пустить в дело излюбленные психологию и профайлинг, как свет восстановился. Во всех административных здания космопорта находились аварийные батареи, и временное освещение включилось автоматически.

     В тусклом свете работающих на аварийном питании ламп настороженно двигались трое мужчин в плотных куртках. Снаружи стояло тёплое влажное лето, ночной бриз едва ли разгонял душный воздух. Но им нужно было чем-то прикрыть свои пистолеты-пулемёты, повинуясь неуправляемому инстинкту. И потому преступники упрямо таскали на себе куртки.

     – …какого хрена здесь? – уныло тянул один из них, парень не старше двадцати.

     – Да завали пасть уже! От твоей блажи уже уши сохнут! – оборвал его тощий подельник.

     – Пошёл ты, сука! Нас же… там, блядь, серых в три ряда!.. Какого хера мы здесь?!..

     – Закрой пасть. Ты же и обосрался, щенок,– вмешался уверенный лысый громила, явно главный в этой троице.

     – Чегой-то?!

     – А кто по машинам собеза палил? Я? Ты, мудила!

     И парню врезали по голове. Он попытался непреклонно вякнуть, но острый взгляд главного заткнул все сопротивление.

     – Не тряси ляжками, сопля, нас выдернут. Большой всё устроит.

     – Да там…

     – Сказал же, завали пасть.

     Троица шла, напряжённо оглядываясь по сторонам. Собезовцам запретили подходить к зданию с любой стороны – или получат трупы. Но в то, что собаки Директората просто так оставят их в покое и послушно отсидятся вокруг, никто не верил. Наконец главарь толкнул одну дверь в конце коридора.

     – Вот офис начальника этой дыры, здесь…

     Комната оказалась офисным помещением, разделённым тонкими перегородками на квадраты со столами и шкафчиками. Типичная офисная коробка. Только в дальней части громоздилась пара тележек с картонными ящиками, а ближе к двери было две отдельные комнаты с прозрачными стенками. Кабинет главы отдела, и небольшая офисная кухня – отличимая по навесным шкафчикам и волновой печи с заварочным комбайном рядом.

     – Держитесь подальше от окон, – скомандовал лысый.

     – Да знаем мы.

     Парень протянул руку, шурша по стене с выключателем. И тут же получил от тощего тычок в спину:

     – Ты, хуй, куда лапы тянешь?!

     – Так свет же!..

     Он осёкся. Коллеги одарили его презрительными взглядами.

     – Долдон.

     – Стой у двери, сопляк, и слушай что там в коридоре.

     Парень потащился к двери. Посветив личкой – на прямоугольнике карманной консоли включился на полную яркость белый фон, – главный уселся за тихо шуршащий компьютер старшего менеджера. Тощий встал рядом.

     – Какого хрена мы тут вообще делаем? – не выдержал тишины парень. – Чё мы всех бросили, большой не говорил…

     – Не твоего ума дело, – оборвал тощий. – Сиди смирно.

     – Вот сука, на пароле… – буркнул лысый.

     – Но тебе ж дали вставку? Переноску для…

     – Знаю чего для! Дали, не тупи. Но вдруг не прожмёт?.. Чего тогда? Нам головы снимут, если не справим как надо…

     Преступники перешли на совсем уж криминальный шёпот. Парень коротко оглянулся и перехватил оружие потными руками. Он нервничал. Простая работёнка, хоть и серьёзней его обычных дел, оказалась неожиданно стрёмной. Собезовцы сидели вокруг, только и ожидая слабины, чтобы вцепиться им в глотки. Парень нервно встряхнулся, но всё равно казалось, что даже темнота в глубине офиса подползает ближе…

     Короткий шорох заставил налётчика подпрыгнуть и с разворота ткнуть дрожащим стволом в темноту.

     – Каа-кого хера?! Кто?..

     Тощий раздражено развернулся к запуганному подельнику:

     – Ты что несёшь, тупорылый?

     – Там кто-то шарится, я видел! Выходи, а то нашпигую свин!..

     – Только вздумай пальнуть, я тебя сам пришью, – с сухой злостью прервал главный. – Серые на заложников насрут, если начнётся пальба, – все ляжем.

     Повисла напряжённая тишина. Лысый напряжённо следил, как заполняется полоска на экране. Парень испугано таращился в темноту дальней части комнаты, но даже когда глаза совсем привыкли к полумраку, там виднелись только неясные очертания.

     – Я включу свет…

     – Я тебе включу! – рявкнул главный. – Вали носом почеши стенки, если что привиделось, другим не мешай.

     – Я стану на шухер, – мрачно сказал тощий.

     Они разошлись. Парень, нервно ступая в проходе между офисными кубами, дёргался то туда, то сюда в поисках недоброжелателя. Он чуть не перецепился через ящик на полу и с грохотом запрыгал вокруг, вызвав очередной злобный взгляд подельников. Добравшись до конца помещения, он осмотрелся. Нашлись только столы с тёмными экранами консолей и ПК, и шкафчики с бумагами…

     – Ну ты там нагулялся уже?

     Тощий обернулся от двери в коридор и поискал глазами соучастника.

     Того не было.

     – Эй, сопливый, нашёл чего? – Он повысил голос: – Эй!

     – Чего ты-то орёшь? – буркнул главный, не отрываясь от экрана, где почти заполнилась в окошке строка.

     – Да что-то… Где он?

     Главный развернулся, и тоже не увидел подельника.

     – Эй, – сказал уже он, – ты что там, играть задумал?

     Ответа не было. Лысый только качнул головой и обронил:

     – Вытащи его, наверно, пошутить припёрло дебилу. – Он повысил голос: – Врежу по морде, млять!

     Но шутник не вышел. Тощий прошёлся по офису, опустив оружие и всматриваясь в тени. Одна груда бумаг напоминала присевшего человека. Он усмехнулся и уже вынул из кармана личку, чтобы присветить…

     И вдруг совсем рядом что-то двинулось. Оружие, будто живое, прыгнуло прочь, вырванное чьей-то ловкой рукой. Тихий хлопок где-то пониже груди отозвался болью в боку – и немедленно сознание покинуло налётчика.

     Тело неловко плюхнулось набок, задев стол. Главарь троицы развернулся в кресле в тот же момент, как переноска для взлома выдала успех.

     – Что за?!..

     Поднявшись, он взял оружие наизготовку и уставился в полумрак.

     – Да вы охренели оба?! Покалечу, тва!..

     Всего на секунду его глаза засекли движение в темноте – стройная фигура словно соткалась из воздуха в полуметре. Потом в его лицо врезался снаряд нейтрализатора – и свет для него погас. Противник осел на пол, зацепив кресло и повалив его с собой.

     Молодая женщина вышла в полукруг свечения от экрана компьютера. Матовая поверхность маскировочного костюма рассевала слабое освещение так хорошо, что казалась окном в чёрную пустоту. Визор лежал поперёк лица широкой полосой, прижимая на висках короткие волосы. Очертания женского тела только угадывались в маске теней. Короткоствольный пистолет-нейтрализатор скользнул обратно в кобуру на поясе.

     – Трое на верхнем этаже…

     – Эй, ублюдки, что вы там воз…

     Неожиданно мягкие шаги, возникнув словно из ниоткуда, уже приближались к двери. Агент резко обернулась к проходу, когда тусклый свет из коридора перекрыла фигура другого налётчика.

     С шипением втянув воздух сквозь зубы, парень с тату на лице отпрянул прочь из проёма. Девушку обдала волна горячей паники. Ствол оружия проследил цель за стену – но нейтрализатор не смог бы её пробить!

     Преступник, стремительно перебирая ногами, пятился, едва не падая. Прицел его ПП словно прикипел к проходу в комнату с чёрным гостем. Он уже открыл рот, чтобы заорать в надежде на подкрепление, и дёрнуть прочь, когда раздался стук бега… Татуированный судорожно сжал оружие, готовый нашпиговать пулями всех кто высунется!..

     Продолговатая тень скользнула прямо по полу. Ствол дёрнулся к ней – но снаряд нейтрализатора уже влип в грудь противника. Тело расслабилось, глаза нападающего закатились, и он повалился на пол.

     В ушах агента раздалось возбуждённое пыхтение оператора.

     – Всего три миллисекунды и стрельбу бы услы!..

     – Четверо на верхнем этаже нейтрализованы, – веско перебила Милана. – Кабинет менеджера.

     – Принято, засекаю позиции.

     Девушка поднялась с пола и, убрав оружие, подошла к ПК начальника.

     – Хм…

     – Похоже… они пытались взломать доступ, – сообщила Широ. – Оставь их переноску так. Есть шанс, что это одноразовая вставка-ключ.

     – Ясно. Но зачем они влезли в систему склада?..

     Милана прервалась, уловив что-то неясное. Её взгляд скользнул по окружению.

     – Хаммел, рядом есть ещё один сигнал, – в тот же миг сообщила оператор. – Совсем рядом. Контакт?

     – Нет…

     Девушка медленно двинулась к кухне, придерживая руку на рукояти нейтрализатора. Затем отпустила её. Сначала она осмотрела шкаф, в котором на средней полке стояла волновая печь. После изучающий взгляд агента прошёлся сверху вниз. И остановился на широких дверцах тумбочки рядом, где стоял заварочный комбайн.

     – Тебе не нужно бояться, ладно? – сказала Милана в воздух. – Я открою дверцу, медленно…

     Она так и сделала. С тихим скрипом шкафчик открылся и… агента встретил перепуганный взгляд огромных блестящих от слез глаз.

     – Всё хорошо…

     Девушка присела на корточки, стараясь говорить как можно мягче. В нижнем отделении дрожа от страха сидела девочка лет семи-восьми. Тёмные волосы были связаны в хвостик, на мягком светлом платьице даже в полумраке виднелись следы грязи и пыли.

     – Не бойся, – повторила Милана. – Я из Службы безопасности, всё будет хорошо.

     Губы девочки задрожали.

     – Со… собез?.. – жалобно выдавила она. – Вы офицер?..

     – Не совсем, – протянула женщина в маскировочном костюме секретного агента. – Но ты в безопасности, так что не бойся. Как тебя зовут?

     – Малия Оха. – Девочка шмыгнула носом неотрывно глядя на странного спасителя. – Вы меня заберёте? Эти люди… они увели папу…

     Малыша опять шмыгнула, заметно жалобней прежнего. Повинуясь чистому инстинкту, Милана взяла её за руку.

     – Шарен Оха, сотрудник администрации, – доложила оператор. – Девочка его дочь. Как она попала в офис?.. А! Кажется у него проблемы с разводом…

     – Мне можно выйти? – несчастно протянула Малия. – Их больше нет, правда?..

     – Я боюсь, тебе придётся остаться здесь, – твёрдо прервала её Милана. – Эти люди всё ещё внизу, выходить может быть опасно.

     Новое жалобное дрожание губ указало, что скоро будут слёзы.

     – Малия, – агент сжала руку девочки крепче, – ты должна остаться здесь, ладно? Я закрою дверцу… – Она чуть повысила голос, перебивая явные возражения: – И тебя никто не найдёт. Офицеры СОБ скоро заберут тех людей, и ты будешь в полной безопасности, хорошо? Но до того ты должна спрятаться здесь и никому не открывать, пока тебя не позовут по имени, ты поняла меня?

     – Принято, – сообщила Широ. – Передаю отрядам.

     – Ладно… – несчастно пролепетала девочка.

     Милана поднялась с пола, но тонкая ручонка цапнула её за одежду. Точнее попыталась – пальцы девочки скользнули по гладкой поверхности костюма, неловко царапнув агента по бедру.

     – Вы… вы выручите папу? – неожиданно серьёзно спросила малышка. – Папа отвлёк тех грабителей, когда они пришли… Он меня спас…

     Милана наклонилась и погладила девочку по спутанным волосам.

     – Конечно. Это моя работа.

     Шкафчик снова обратился в безмолвную мебель. Стройная тень быстро промелькнула в свете экрана компьютера – и офис погрузился в тишину.

     Две минуты спустя на первом этаже здания администрации бесшумно выступила из стены сетка вентиляционной шахты, и чёрная фигура скользнула в помещение складского офиса.

     Офис напоминал коробку, выступающую из стены. Внизу под ним огромным ангаром тянулся склад посадочной площадки. Ряды стеллажей в три-пять метров высотой стояли от стены до стены полупрозрачной стальной сеткой. Неравномерными слоями на них лежали сотни грузовых контейнеров и упаковочных коробов принимаемых и оправляемых грузов.

     Часть рядов была заполнена целиком, другая лишь отчасти, а некоторые и вовсе стояли пустыми. Всё это превращало помещение в лабиринт. Не потеряться здесь умели только грузовые дроны, колёсные и роторные – но, отключённые вне смены, все они сейчас спали.

     Помещение внутреннего офиса выступало над складом примерно на уровне высоких полок, укреплённое на трёхметровых опорах. В помещении были только уголок столешницы с экранами консолей – данные со склада держали не здесь, – и пара шкафов с бумагами.

     У первого погрузочного пункта, ближнего к офису, расхаживали вооружённые люди, мужчины средних лет с кустарными автоматами в руках. Некоторые сняли куртки, повязав их на поясе, но остальные остались при параде. В десятке метров от лестницы в офис, в середине очищенной от ящиков площадки сидели люди со связанными руками – трое мужчин и две женщины. Их простая одежда указывала на офисных служащих, даже не работников склада. Недалеко лежал ещё один мужчина в униформе – распластавшись на полу, словно брошенная кукла. Он был мёртв. Куда-то за ящики тянулись кровавые разводы. Заложники иногда косились на тело, невольно. Женщины всхлипывали, мужчины что-то им шептали.

     – Вам же сказано закрыть рты, лизоблюды гражданские!

     Один из охранников пнул ногой небольшой ящик с синим лого, вызвав волну испуганных вздохов. Служащие поникли и затихли, стараясь не смотреть на захватчиков.

     Охранников было четверо, они прохаживались у ящиков, окружив заложников со всех сторон. Никто не был уверен за чем им стоит смотреть – то ли опасаться штурма собеза, то ли караулить заложников. Поэтому они нервно оглядывались, и периодически глядели то вокруг, то на сжавшихся в центре площадки людей.

     – Бляха, ну долго там ещё?.. – протянул один. – Когда мы уже отсюда свалим?..

     – Я бы не торопился… – нервно обронил другой. – И так придётся мясцо с собой тащить…

     – Нахрен? Бросим на стоянке, и рванём!..

     – Дебил! Снайперы собезовцев у тебя башню оторвут одним плевком, что ты…

     За пределами площадки громоздились перевитые тёмными щелями груды наспех отодвинутых грузовых ящиков с цветными эмблемами внесистемных корпораций.

     – Ебал я их! В хуторах мы таких сучат…

     – Ты не в хуторах, ну и завали пасть!

     – Слышь, ты кто думаешь?!..

     – Завалите хлебальники оба, затрахали уже!

     Окрик раздался со стороны небольшой стены из вертикальных контейнеров с золотым пером на белых боках. За ними двое ответственных за операцию пытались принудить власти Кадеррана к исполнению их воли. Высокий человек с обветренным, очень смуглым лицом моряка показался на миг:

     – Если хотите вернуться обратно на свой мох, будете делать, как вам сказано! Нет – прогуляйтесь наружу, собаки заждались!

     Охрана ответила невнятным бормотанием, но склоки прекратились. Трое охранников оглянулись вокруг, убеждаясь, что всё спокойно. Заложники сидели смирно.

     – Сраные городские выблядки, – не выдержал один, с грязно-рыжеватыми волосами. – Из-за таких, как они, нас и держат за животных! Голос их никак не уведёт…

     – Твою мать, так ты тоже их этих? – зло буркнул другой. – Чтоб мне сдохнуть, если ещё хоть раз свяжусь с фанатиками!..

     – Всех нас Голос уведёт, и тебя тоже тупица! – рыкнул фанатик. – Ты можешь только!..

     – Я здесь только ради своих детей, не вплетай меня в своё дерьмо!

     Семьянин резко развернулся, взмахивая оружием. Но идеологический оппонент уже пропал. Вероятно, зашёл за груду ящиков с жёлтым флажком логотипа Сэнко.

     Налётчик обернулся… и резко оглянулся опять.

     – Эй, куда это ты пялишься?

     Один из заложников, молодой парень, испуганно дёрнулся и поспешно склонил голову к полу.

     – Эй, я тебя спросил, куда это ты пялишься, урод?

     Налётчик поднял парня за грудки и приставил ствол к его шее. Глаза жертвы от ужаса сделались огромными. К сожалению это же парализовало его голос – семьянин-автоматчик хорошо знал такой взгляд.

     – Ты чего творишь, тупица? – вмешался второй охранник. – Свали от них!

     – Он куда-то пялился…

     Бросив парня на пол, охранник покрутил головой, в надежде, что взгляд зацепится за что-то. И тут его вдруг как оглушило:

     – Эй! А где остальные? Рыжий и…

     Налётчик повернулся к коллеге… и с уколом паники увидел на его месте женскую фигуру в чёрном – очевидно не из своих! Его сознание зафиксировало характерную позу – в него целились из пистолета! Потом боль в груди стала последним ощущением перед пустой чернотой обморока.

     Он повалился прямо на одну из женщин рядом. Та испугано дёрнулась и открыла рот…

     – Тихо! Всем молчать и сидеть тихо!

     Стальной приказ в шипящем шёпоте сковал служащих не хуже злобных криков налётчиков. Милана преступила через тело охранника и щёлкнула ножом, склоняясь к ближайшему заложнику, молодому парню.

     – Код синий, по моему сигналу!

     – Что?.. – ошарашенно выдохнул тот.

     Но быстро сообразил, что затянутая в чёрный комбинезон незнакомка говорит не с ним.

     – Принято, отряды на пороге, – отчиталась Широ. На краю решительных действий в ней не осталось и капли дурачества.

     – Штурм начнётся, как только вы окажетесь вне их оружия, – тихо сообщила Милана, разрезая путы на последней заложнице. – Вы можете идти? Кто-то ранен?

     Заложники ответили нестройным гомоном:

     – Вы из собеза?..

     – Снаружи точно безопасно? Их машина…

     – Слушайте, моя дочь!..

     Милана резко махнула к офису:

     – Живо! В здании чисто, живее!

     Она стремительно подняла на ноги одного из мужчин. Люди поспешно двинулись к офису, испуганно оглядываясь на линию контейнеров с золотыми значками.

     – Живее, живее… – подгоняла агент, достав пистолет и оборачиваясь к…

     Ствол автомата был направлен прямо на мужчину, говорившего о своей дочери.

     Пули прошили воздух, наполнив помещение грохотом. Нервы одной из женщин сдали – эхо многократно умножило истошный крик ужаса. К счастью, её падение в обморок не состоялось, мужчина и парень подхватили её под руки и силой потащили на лестницу.

     Перепуганный отец девочки из офиса, скребя ногами по полу, рванулся прочь – агент врезалась в него за секунду, как пуля свистнула там, где была его голова.

     Ответные выстрелы нейтрализатора Миланы влипли в край ящика. Из-за него немедленно раздалось:

     – Вы заплатите за это своими жизнями, серые собаки!

     Сложно было сказать, звучало в вопле больше безумия или злобы, но его определённо поддержал высунувшийся из-за ящика ствол. Рой пуль загрохотал по железу лестницы. Женщины снова закричали в ужасе.

     – Ах ты тварь!

     «Террорист» решил узаконить своё звание – он стрелял в заложников. Милана на бегу выпустила остаток обоймы в край его укрытия, но из-за угла виднелись только часть оружия и пальцы. Когда же она оказалась на линии огня, практически закрывая собой людей, стрелок скрылся за ящиком опять.

     – Код красный, отряды вход…

     Оператор неожиданно прервалась. Заложники уже прятались в офисе один за другим. Милана выщелкнула обойму нейтрализатора.

     – Шир… Оператор, что такое?

     Агент хватанула рукой пустоту.

     – Что?..

     Запасная обойма нейтрализатора пропала.

     – Что за?.. ГРРрхх!!!

     Наверняка она выпала, когда Милана исполнила ту лихую стрельбу в подкате тогда в коридоре…

     – Докладывают о растяжке на воротах! – ответила Широ. – Мы ищем проходы, второй отряд вошёл на первом этаже через…

     Дальше Милана не услышала. Ящики прямо пред ней внезапно взлетели в воздух, сопровождаемые оглушительным грохотом, словно что-то взорвалось. Шум поглотил конец сообщения оператора. Агент с нервным вскриком отпрыгнула в сторону.

     – Да, вопи, тварь Директората, ты сполна заплатишь за!..

     Экзальтированная речь о расплате перебили аргументы пистолета-пулемёта, и рой пуль заставил лидера террористов отскочить за ящики с синим кругом. Раздался грохот падения и груда контейнеров осунулась.

     – Стреляю на поражение! – злобно рявкнула Милана то ли оператору, то ли злоумышленникам.

     – Давно пора, – сурово ответила Широ. – Отступай, у них нет шансов, овцы уже…

     – Кто тут «овцы»?!

     На канале неожиданно появился мужской голос, Милана узнала одного из офицеров Отряда особого вооружения. Она поспешно обошла кучу контейнеров и… нервно вздохнула от страха.

     – Не… Никому не приближаться, прочь от здания!

     Нервный окрик породил на канале тишину – за секунду все знали, что услышат дальше.

     – Вспышка! Подтверждаю… – Милана с усилием взяла себя в руки. – Подтверждаю взрывной СК-синдром. Всем отрядам очисть территорию… карантинной зоны.

     Последний террорист, бандит, налётчик лежал перед ней. Изломанные ударом руки были зажаты стальными ящиками с незнакомыми агенту знаками. Одну ногу вывернуло назад, как сломанную ветку. Его шея была явно сломана, голова выгибалась под углом, известным только у некачественных пластмассовых фигурок.

     И, тем не менее, он был жив. Хриплое дыхание вырывалось из окровавленных губ, налитые кровь глаза горели ненавистью – уже почти неосознанной, безумной ненавистью загнанного животного.

     А она даже не заметила когда стреляла.

     С напряжением поражённый вытянул правую руку из-под стальных коробов. Хруст явно указал, что что-то не так, но… его рука двигалась. Двигалась, срастаясь на глазах. Обращаясь в какую-то изломанную конечность, как клешню глубоководного краба. Его автомат поднялся в воздух…

     Милана выстрелила один раз. Прямо в голову.

     Уничтожить мозг было достаточно – ощутив полную смерть нервной системы, Вирус отключался, впадал в спячку, пока его не поглощал новый живой организм.

     Можно было прожить всю жизнь, и ни разу не ощутить на себе влияние Арденского вируса. Он не спасал от многих болезней, не спасал от врождённых заболеваний. Но стоило телу носителя получить насильственные повреждения – вот это было опасно!

     Жертвы синдрома СверхКомпенсации были чрезвычайно опасны – дикие как животные и невероятно живучие. Но выстрел в голову их убивал как любого другого человека. Или зомби. Как в том туповатом и наглом кино, которое породило три сиквела и образ Ардены, родного дома всех носителей Вируса, как мира, куда богатые и успешные представители Внутреннего Кольца залетают, чтобы пострелять монстриков и трахнуться на руинах Короны.

     Милану привёл в чувства тяжёлый шаг в стороне. Этот человек был не последним из налётчиков.

     Последний медленно вышел вперёд, одним рывком отбросив с дороги пару тяжеленных контейнеров.

     – Это ты… – глухо выдавила агент ОСИ. – Ты вызвал вспышку.

     Милана встала напротив огромного, под три метра ростом мужчины. Широкие плечи прикрывал бесформенный плащ с капюшоном, но его тело заметно бугрилось – может мышцы, может опухоли от неровного разрастания массы. Огромные руки висели почти до колен.

     – Ты не слышишь его… – раздалась удивлено чёткая речь. – Но Голос не уходит… он только ждёт… когда придёт время…

     – Нет никакого голоса, полоумный урод, – процедила Милана. – Только трусы вроде тебя…

     Даже когда тело превращалось в нечто чужеродное, многие граждане Кадеррана боялись обратиться за помощью к властям. Боялись, что навсегда потеряют связь с близкими, боялись оказаться в изоляции. Многие боялись того, что правительство будет проводить над ними всякие ужасные эксперименты – совсем как в тех историях из Сети! Или как в кино! Или ещё в каких развлекательных медиа, помеченных «для взрослой аудитории».

     Ирония была в том, что именно этот страх в итоге и приводил людей в изоляционные лагеря – когда СК-синдром не оставлял на них живого места.

     На оскорбление искажённый никак не отреагировал. Его занимал его собственный мир – мир изувеченного СК-синдромом разума

     – Голос… Голос уводит нас…

     Он осторожно снял капюшон, открывая плоское, слегка изменённое синдромом, но в целом ещё узнаваемое лицо. На лице горели глаза лихорадочного больного.

     – Голос возьмёт и тебя.

     И с этим утверждением излом шагнул вперёд.

     Милана вскинула ПП, но в её голову отправился запущенный коротким ударом небольшой контейнер. Искажённый рванулся следом, пинком оправлял новый снаряд, и очередь агента прошила воздух в стороне. Милана не смогла прицелиться в прыжке.

     Ожидать подвижности и скорости от подобного тяжёлого шкафа было бы странно. Но именно такими они и были – «изломы», как звали искажённых синдромом людей. Физические изменения придавали их организму неестественные свойства, которые объяснялись в деталях в основном после вскрытия их трупов.

     Фронтальная атака корпусом застала Милану почти врасплох. Хоть она и ожидала, что такое может случиться, она просто не смогла увернуться – излом смёл её, как штормовая волна. Агент влетела в груду контейнеров, хорошенько приложившись спиной. Сквозь зубы вырвался стон боли, но она хотя бы не сломала себе хребет об угол ящика или что-то вроде.

     – Милана, к тебе идут командиры отрядов, просто сдер…

     Голос Широ поглотил шум крови в ушах, когда Милана напряжённо ушла в кувырок – туда, где она только что лежала, врезался стальной ящик. Второй ударил в массивный контейнер у стены, едва не придавив проскользнувшую за ним Милану.

     Пули опять прошли мимо – в основном. Пара задела бок и плечо противника. Но он устоял, словно его просто толкнули в автобусе.

     Обойма Миланы опустела. А тот «взрыв», удар вирусного излома по груде ящиков, разметал оружие повсюду. Не осталось другого выбора, кроме как отступить…

     Скользнувшую тень едва не накрыло волной контейнеров, ящик из лёгкого пластика взорвался щепками, оттуда высыпались какие-то запчасти. Излом поспешно рванулся за тенью, едва успевшей ускользнуть в ряды стеллажей.

     Лабиринт склада позволил Милане подобраться к заложникам незаметно и избавиться от охраны. Теперь контейнеры мешали в основном ей – излом крушил их как картонки, а вот ей приходилось всё обходить. В стороне мелькнул матовый  чернопласт характерной формы – Милана рванулась к оружию, в котором были спасительные пули.

     Её пальцы не дотянулись до рукояти всего миллиметр – мир перевернулся, и Милана ощутила падение.

     Излом подбросил её метров на пять, метнув куда-то в сторону ворот на стоянку, всё ещё закрытых. Что-то рвануло её у виска – визор оправился в полёт, обнажая лицо агента. Удар об пол выбил из лёгких весь воздух. Едва соображая, что делает, Милана поспешно подобралась и рванулась в сторону…

     И разминулась с огромным кулаком почти чудом. Разум словно не успевал за телом – все её сознание кричало, что ей нужно убраться от урода подальше. Сражаться с горой плоти и мышц врукопашную это всё равно, что пытаться избить замороженную тушу – навредить ей ты можешь лишь символически.