Текст книги "Сонеты 21, 1 Уильям Шекспир, — литературный перевод Свами Ранинанда"
Автор книги: Александр Комаров
Жанры:
Поэзия
,сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 5 страниц)
И не стремится, чтоб это стало известным и великим;
Но Эйвон, бедный славой и водами несчастными,
Получит мою песню там, где Делия своё место заняла.
Эйвон будет моей Темзой, а она – моей песней;
Никакие другие ручейки не услышат мою неправильность.
Самуэль Даниель «Делия» Сонет 55.
(Литературный перевод Свами Ранинанда 14.07.2022).
Повествующий бард, всего лишь с присущей только ему утончённой иронией, так высказал удивление в адрес «взволнованной Музы», в лице «молодого человека». Именно, такой была реакция у молодого придворного аристократа «Mr. W. H.», на сборник стихов «Любовный зодиак» Джорджа Чапмена, вызвавший небывалый ажиотаж в литературных кругах Лондона.
Но вернёмся, к семантическому анализу сонета 21, где рассмотрим необычайно красивое третье четверостишие, наполненное чувством беззаветной любви к юноше. В третьем четверостишии, повествующий бард построил риторическую фигуру, где обратил свои строки к «молодому человеку от третьего лица, как бы по касательной. Впрочем, автор сонета счёл важным, метафорически описать своё чувство любви к юноше в третьем четверостишии.
«O, let me, true in love, but truly write,
And then believe me, my love is as fair» (21, 9-10).
«О, позволь мне, но воистину написать правду о любви,
И тогда, моя любовь, как прекрасна мне поверь – (душой)» (21, 9-10).
Строки 9 и 10, следует читать вместе, ибо содержат интимную часть личной переписки автора сонета: «О, позволь мне, но воистину написать правду о любви, и тогда, моя любовь, так прекрасна мне поверь – (душой)». Хочу отметить, что при переводе на русский конечная цезура строки 10 мной была заполнена, словом, в скобках: «душой», не только по причине правильного построения предложения, но и для рифмы, а также данное слово поддерживает идею «личных отношений» персональной переписки барда, при помощи подстрочника сонета 21.
«As any mother's child, though not so bright
As those gold candles fix'd in heaven's air» (21, 11-12).
«Как ребёнок у любой матери, хотя не такой умный (как знать),
Как эти золотые канделябры, закреплённых в небесах эфире» (21, 11-12).
В строках 11 и 12, бард, продолжая повествование предыдущих строк, использовал односложный предлог «as» в начале каждой строки, фактически применив литературный приём метафору и аллитерацию: «Как ребёнок у любой матери, хотя не такой умный (как знать), как эти золотые канделябры, закреплённых в небесах эфире», где звезды на ночном небе метафорически названы «золотыми канделябрами».
Краткая справка.
Метафора – это смысловое сравнение двух несхожих субстанций, в которых используются предлоги «as», «как» или «like», «словно», которые присутствуют в тексте сонета. Используя эту технику, поэт хотел подсказать читателю, что одно – есть другое, но они не похожи при применении в сонете.
Но говоря об литературном образе: «gold candles», «золотых канделябров» строки 12 сонета 21, стоит подчеркнуть, что подобный образ звёзд на ночном небе, метафорически сравниваемый с горящими свечами в канделябрах, довольно часто использовался Шекспиром в пьесах.
Например, в пьесе «Ромео и Джульетта» акт 3, сцена 5, строка 9: «Night's candles are burnt out», «Ночные канделябры догорели»; в пьесе «Леди Макбет» акт 2, сцена 1, строка 5: «There's husbandry in heaven; their candles are all out», «На небесах есть земледельцы; погасли все их канделябры»; или в пьесе «Венецианский купец» акт 5, сцена 1, строка 220: «By these blessed candles of the night», «Этими благословенными канделябрами ночи».
В строке 11, повествующий бард сравнил свою любовь с ребёнком у матери, который «…не такой умный», конечная цезура при переводе на русский мной заполнена метафорой в скобке «как знать», которая решает проблему с грамматически правильным построением предложения, а таже с рифмой строки.
В строке 12, бард метафорически сравнил своё чувство любви со звёздами, которые назвал «золотыми канделябрами», его схожий образ постоянства звёзд, который отражал секреты мастерства, можно встретить в сонете 14, строках 9-11 адресованных «молодому человеку»:
– Confer!
________________
© Swami Runinanda
© Свами Ранинанда
________________
Original text by William Shakespeare Sonnet 14, 9-11
«But from thine eyes my knowledge I derive,
And, constant stars, in them I read such art
As "truth and beauty shall together thrive»
William Shakespeare Sonnet 14, 9-11.
«Но по твоим глазам выведывал Я свои познанья,
И постоянстве звёзд, читал мастерство, такое же в них,
Как «истина и красота будут вместе процветать одни»
Уильям Шекспир cонет 14, 9-11.
(Литературный перевод Свами Ранинанда 09.10.2021).
Именно в постоянстве звёзд и в глазах своего зачинателя и верификатора творческих идей, Шекспир увидел источник мастерства, где «истина и красота будут вместе процветать одни». Читатель воочию может узреть почти математическую формулу мастерства по-шекспировски при помощи космологии поэзии Эдмунда Спенсера и один из трудов Джордано Бруно – «О бесконечности, вселенной и мирах».
Завершающими строками сонета 21, повествующий как бы подводит черту, объясняя свою претензию к некому поэту, который пытался торговать божественным замыслом, когда копировал в своих стихах великолепные образцы творения, где оказалась в итоге «тафта фраз, шелковистые условия точны, трёхсложных гипербол, нарядного притворства, фигур педантичных»
«Let them say more that like of hearsay well;
I will not praise that purpose not to sell» (21, 13-14).
«Пусть они расскажут больше, что словно на слуху – вполне;
Я не буду их восхвалять, чтоб (божьим) замыслом не торговать» (21, 13-14).
В строке 13, повествующий двусмысленно написал о звёздах, которых в предыдущей строке сравнивал со своей чистой божественной любовью к юноше: «Пусть они расскажут больше, что словно на слуху – вполне». У читателя не возникает сомнений, что эта любовь вдохновляла барда на написание пьес, позднее ставших классическими образцами поэзии, эталонами мировой драматургии. Бард всю жизнь боролся с «тафтой фраз», «трёхсложными гиперболами, нарядного притворства» в своих произведениях. Ему всегда претило вычурное украшательство литературных «педантичных фигур», переполнивших литературу елизаветинской эпохи, а также речь придворных. Например, в пьесе «Потерянные труды любви» акт 5, сцена 2:
– Confer!
________________
© Swami Runinanda
© Свами Ранинанда
________________
Original text by William Shakespeare «Love's Labour's Lost» Act V, Scene II
ACT V, SCENE II. The same.
ROSALINE
Help, hold his brows! he'll swoon! Why look you pale?
Sea-sick, I think, coming from Muscovy.
BIRON
Thus pour the stars down plagues for perjury.
Can any face of brass hold longer out?
Here stand I
lady, dart thy skill at me;
Bruise me with scorn, confound me with a flout;
Thrust thy sharp wit quite through my ignorance;
Cut me to pieces with thy keen conceit;
And I will wish thee never more to dance,
Nor never more in Russian habit wait.
O, never will I trust to speeches penn'd,
Nor to the motion of a schoolboy's tongue,
Nor never come in vizard to my friend,
Nor woo in rhyme, like a blind harper's song!
Taffeta phrases, silken terms precise,
Three-piled hyperboles, spruce affectation,
Figures pedantical; these summer-flies
Have blown me full of maggot ostentation:
I do forswear them; and I here protest,
By this white glove; – how white the hand, God knows!
William Shakespeare «Love's Labour's Lost» Act V, Scene II.
АКТ 5, СЦЕНА 2. То же самое.
РОЗАЛИНА
Помогите, его чело удержать! Он упадет в обморок! Отчего же вы такой бледный?
Морская болезнь, я думаю, прибыл он из Московии.
БАЙРОН
Так излейте звезды вниз чуму за лжесвидетельство.
Способен ли, любой лик из бронзы выдержаться дольше?
Здесь Я стою
Леди, свою смекалку направьте на меня;
Крошите меня пренебреженьем; чёрт побери меня, с презреньем;
Пронзите своим умом острым вполне насквозь моё невежество;
Порежьте меня на кусочки с помощью своего пристрастного тщеславья;
И пожелаю тебе Я никогда больше не танцевать,
Ни раз больше по привычке русской ожидая.
О, никогда Я не доверюсь речам сочиненным,
Ни школьника движения языка,
Ни разу не приходите в маске к моему другу,
Ни обхаживайте в рифму, словно слепого арфиста песней!
Тафта фраз, шелковистые условия точны,
Трёхсложных гипербол, нарядного притворства,
Фигур педантичных; мух этих летних
Личинками бахвальства, сполна меня раздувших:
Я отрекусь от них; и здесь Я протестую,
В этой перчатке белой, – поскольку белая рука моя, Бог свидетель!
Уильям Шекспир «Потерянные труды любви» акт 5, сцена 2.
(Литературный перевод Свами Ранинанда 11.07.2022).
Не сложно догадаться, почему Шекспир метафорически сравнивал «фигуры педантичные» нарядного притворства с летними назойливыми мухами, которые наполняют поэтов «личинками бахвальства», то есть самовосхваления и самодовольства.
В строке 14, бард категорично декларировал некому поэту и взволнованной его стихами Музе, что: «I will not praise that purpose not to sell» / «Я не буду их восхвалять, чтоб (божьим) замыслом не торговать».
К величайшему сожалению, подавляющим большинством критиков неправильно был понят подстрочник строки 14 сонета 21. Постараюсь вкратце пояснить почему. Дело в том, что автор сонета, как человек религиозный верующий в Бога, при написании имел ввиду то, что, солнце, луна и звёзды изначально были сотворены, согласно воплощения Творцом «божественного» Замысла. Итак, в строке 14, автором сонета был применён литературный приём «аллюзия» со ссылкой Евангеле Первая книга Моисеева. Бытие 1:16-19.
Краткая справка.
Первая книга Моисеева. Бытие 1:16-19. «И создал Бог два светила великие: светило большее, для управления днем, и светило меньшее, для управления ночью, и звезды; и поставил их Бог на тверди небесной, чтобы светить на землю, и управлять днем и ночью, и отделять свет от тьмы. И увидел Бог, что это хорошо. И был вечер, и было утро: день четвертый». (Синодальный перевод протестантской редакции).
По этой причине при переводе на русский серединная цезура строки 14 сонета 21, мной была заполнена словом прилагательным «божьим», отражающим мировоззренческую позицию Шекспира, как автора.
Читатель закономерно может задать вопрос: – «А, почему автор сонета не написал, каким именно, замыслом торговать?
Однозначно, что замысел некого поэта, скопировавшего красоты ночных звёзд, солнца и луны и так далее, в данном случае вторичен по сравнению с явлениями первозданного замысла, ибо сравнительные метафоры поэта являлись всего лишь копиями божественного замысла.
Всё объясняется довольно просто, тем, что в христианстве есть заповедь: «Не упомяни имя господа Бога всуе».
Сонеты Шекспира, являясь новаторскими, позднее получили название английские или «шекспировские» сонеты, согласно замыслу автора сонетов, не предусматривались, как религиозные стихи, чтобы их не уподобить религиозным сонетам Донна Джона, во-первых. Во-вторых, сонеты являлись частью личной переписки Уильяма Шекспира.
Содержание сонетов, судя по их стилистике и риторике повествовании несли и отражали приватный характер частной переписки между автором и юношей, а также тёмной леди.
Мы прекрасно понимаем, что публикация, то есть обнародование личной переписки придворного аристократа давала возможность их огульного истолкования, в особенности среди пишущих, а литературных кругах, по причине «чёрной» зависти. Наглядным примером выражения резкой и непримиримой критики по отношению к Шекспиру, проявления неистовой зависти к его творчеству может служить исторический ракурс критики произведений Шекспира в том числе его сонетов, начиная с Бернарда Шоу, вплоть до Льва Николаевича Толстого.
Однако строка 14 сонета 21, связана с похожими литературными образами в пьесе «Потерянные труды любви» Шекспира, акт 4, сцена 3:
– Confer!
________________
© Swami Runinanda
© Свами Ранинанда
________________
Original text by William Shakespeare «Love's Labour's Lost»
Act IV, Scene III, line 249—266
ACT IV, SCENE III.
Enter Berowne with a paper in his hand, alone.
KING
What zeal, what fury, hath inspired thee now?
My love, her mistress, is a gracious moon,
She an attending star scarce seen a light.
BEROWNE
My eyes are then no eyes, nor I Berowne.
O, but for my love, day would turn to night!
Of all complexions the culled sovereignty
Do meet as at a fair in her fair cheek.
Where several worthies make one dignity,
Where nothing wants that want itself doth seek.
Lend me the flourish of all gentle tongues —
Fie, painted rhetoric! O, she needs it not!
To things of sale a seller's praise belongs.
She passes praise. Then praise too short doth blot.
A withered hermit, fivescore winters worn,
Might shake off fifty, looking in her eye.
Beauty doth varnish age, as if newborn,
And gives the crutch the cradle's infancy.
O, 'the sun that maketh all things shine!
William Shakespeare «Love's Labour's Lost» Act IV, Scene III,
line 249—266.
АКТ 4, СЦЕНА 3.
Входит Бероун с бумагой в руке, один.
КОРОЛЬ
Какое рвение, какая ярость вдохновили тебя сейчас?
Моя любовь, её госпожа, – это милосердная луна,
Она, звезду посещает, почти не видевшую света.
БЕРОУН
Тогда мои глаза – это не глаза, и я не Бероун.
О, если бы не моя любовь, день превратился б в ночь!
Из всех оттенков кожи отбракованной суверенностью
Встречайте, как на показ, на её щеке прекрасной.
Где несколько достоинств составляют достоинство одно,
Где ничто не желает, чтобы хотение само себя искало.
Одолжи мне процветанье всех нежнейших языков —
Тьфу, нарисованная риторика! О, она не нужна!
Предметом для продажи похвалы, принадлежащей продавцу.
Она передаёт – саму похвалу.
Тогда похвала, короткая слишком, становится пятном.
Отшельником иссохшим, прожившим шестьдесят зим,
Чтоб смог стряхнуть с себя пятьдесят, ей в глаза глядя.
Красота не стареет, словно новорождённая,
И придаёт клюке вид младенческий колыбели.
О, это солнце, которое заставит засиять вокруг все эти вещи!
Уильям Шекспир «Потерянные труды любви» акт 4, сцена 3, 249—266.
(Литературный перевод Свами Ранинанда 12.07.2022).
Поразительное сходство литературных образов было отмечено многими критиками: «Fie, painted rhetoric! O, she needs it not! To things of sale a seller's praise belongs. She passes praise» / «Тьфу, нарисованная риторика! О, она не нужна! Предметом для продажи похвалы, принадлежащей продавцу. Она передаёт – саму похвалу». Что, по-видимому, сформировало их всеобщее ошибочное мнение по поводу нежелания автора сонета 21 «торговать замыслом» в строке 14, высказанного в виде претензии к некому поэту, при помощи созданных им риторических литературных приёмов.
Обзорный критический анализ сонета 21.
Критик Джордж Уиндем (George Wyndham) выдвинул предположение, что этот сонет первым, в котором автор начал рассматривать проблему поэта-соперника; однако, критик Бичинг (Beeching) в числе некоторых других сделал разграничивание упомянутого в сонете 21 поэта от того, которого позднее увидел читатель в качестве конкурирующего с Шекспиром поэта-соперника в борьбе за приверженность чувству дружбы с адресатом сонетов.
Критик Ларсен Кеннет (Larsen) утверждал, что «Муза», «Muse», которой поэт противопоставил небо, моря с жемчугами, то есть все богатства природы посредством «сравнения» он, якобы пародировал, чтобы выразить свою точку зрения, отличается от десятой «Музы» 38-го сонета, хотя оба сонета имеют общий словарный запас, рифму и тему восхваления природы.
(Larsen, Kenneth J.: «Sonnet 21». Essays on Shakespeare's Sonnets. Retrieved 30 November 2014).
В вступительной оговорке Шекспир утверждал, что его Муза не похожа на какую-то другую Музу: «взволнованную нарисованной красотой своего стиха». Слово «stirred», «разворошённая», одновременно несёт обозначение «excite», «будоражить» возбуждать страсть, как муза, связано со словом «painted», «раскрашенной», поскольку краска тоже перемешивается, как и чувства человека. Шекспир высмеивал «vain», «тщеславного», «суетного» автора тех стихов, который ищет образы даже с небес, чтобы «украсить» своё сравнение, и которое будет «rehearse» «повторять» и «describe at length», «подробно описывать» «прекрасное» описание чего-либо в своих стихах для сравнения с другим более «прекрасным», к примеру проявления природы, чтобы создать некое «подобие» соединения в сравнении. Повторение слова «fair» «прекрасный» перекликается с образами сонета 18: «And every fair from fair some time declines», «И каждое лучшее из прекрасного когда-нибудь придёт в упадок».
Шекспиру было свойственно противиться вычурной поэтической строки «proud compare, «гордого сравнения» с солнцем, луной, «драгоценными камнями земли», «моря дорогими жемчугами» и «первыми цветами Апреля», как «рождёнными», так и «возрождёнными». Шекспир будет следовать игнорирования в своей поэзии «всех редких вещей», которые содержатся в пределах «rondure hems» «окантованного закругления», небес, как аллегории вселенной, которые могли быть использованными посредством пера другого поэта. Эта строка нашла отражение с заключением другого стихотворения, сонета 130: «And yet by heaven I think my love as rare / As any she belied with false compare», «И все же, клянусь небом, я думаю, что моя любовь такая же редкая / Как и любая, которую она опровергла ложным сравнением».
Этот поэт отличается от других, он прямолинейный. Поскольку он «истинно влюблён», он «по-настоящему напишет» и потребует от юноши» (или от читателя), чтобы он «поверил» ему: «Моя любовь так же прекрасна / Как ребёнок любой матери», последний намёк в последовательности на то, что юноша должен родить «наследника», (намекается в каламбуре о эфире и наследнике в конце строки 12). «Золотые канделябры» «gold candles» – это звёзды на небесах.
Эдмонд Мэлоун (Edmond Malone) нашёл подобные образы в описании звёзд в виде канделябров со свечами в «Ромео и Джульетте» («Romeo and Juliet») и «Макбете» («Macbeth»).
Когда-то Александр Шмид (Alexander Schmidt) назвал 13-ю строку, как «влюбиться в то, что другие похвалили», «to fall in love with what others have praised».
В подобном случае Эдвард Дауден имел ввиду, «those who like to be buzzed about by talk», «те, кому нравится, когда о них говорят», говоря о тех, у кого острая потребность постоянной концентрации фокуса внимания на себе, для компенсации комплекса не столь большой значимости своего «Я».
(Dowden, Edward 1881: «Shakespeare's Sonnets». London).
Как отметил Уильям Джеймс Рольф (William James Rolfe), эта строка, и последнее двустишие определенно относятся к разновидности преувеличенной похвалы некого поэта, которую Шекспир описал в подчёркнуто выраженной форме в последних строках сонета.
Джордж Уиндем отметил (George Wyndham) схожесть с финальной строкой в «Делии» сонета 55 Самуэля Даниеля (Samuel Daniel «Delia» Sonnet 55); где повествующий осуждал «mercenary lines», очевидное корысти «меркантильных строк» других поэтов.
Как отметила Мадлен Доран (Madeleine Doran) и другие, «… критика преувеличенного восхваления в поэзии применялась немногими и не была распространена в период эпохи Возрождения, когда поэты последовательно следовали канонам классического стихосложения. Именно, рамки канонов при поиске новых художественных форм подталкивали авторов поэтических строк компенсировать укороченную смысловую строку четырёхстопного ямба чересчур вычурными эпитетами в сравнительной метафоре «свободной» строки, сравнивая с великолепием творений и явлений природы в качестве эталона красоты», – в заключении резюмировала критик Мадлен Доран.
(Doran, Madeleine 1976: «The Idea of Excellence in Shakespeare». Shakespeare Quarterly, 27, pp. 133—149).
(Примечание: для ознакомления читателем любезно предоставляю критические дискуссии и заметки сонета 21, которые могут вызвать интерес у некоторых исследователей. Текст оригинала по этическим соображениям при переводе максимально сохранен, и автор эссе не несёт ответственности за грамматику, стилистику и пунктуацию представленного ниже архивного материала).
Критические дискуссии и заметки о сонете 21.
Критик Уиндхэм (Wyndham) аргументировал своё предположение так: «Этот сонет представляет собой первую атаку на ложное искусство поэта-соперника».
Критик Бичинг дополнил: «...упомянутая здесь Муза не является поэтом-соперником, упомянутым позже, которого восхвалял «W. H.», ибо он, гипотетически не был «нарисованной красотой», строки 2.
Критик Тайлер (Tyler) предположил: «Возможно, речь идёт о каком-то конкретном поэте».
В строке 4, по поводу слова «faire», «прекрасная», см. примечание к S. 8, 7.
В строке 5, по поводу оборота речи «couplement», «комплимент» критик Мэлоун (Malone): «Раньше я думал, что это слово было изобретением нашего автора, но недавно я нашел его в F.Q. Спенсера (Spenser): «Allied with bands of mutual couplement», «В союзе с полосами взаимного дополнения». (N.E.D. приводил другие примеры из 16-го века. – Ed.).
Критик Шмидт (Schmidt) добавил к предыдущему: «...Комбинация».
В строке 8, по поводу слова «rondure», «округлость» Мэлоун (Malone) отметил: «A round; rondeur, франц.».
Cf.! K. J., II, I, 259: «Tis not the roundure of your old-fac'd walls», «Это не округлость ваших старых облицованных стен». (Критик Мэлоун ошибочно соотнёс эту линию к «Henry V»).
Критик Тайлер (Tyler) предложил: «(Вероятно) обширная окружность предельного горизонта».
В строке 9, по поводу оборота речи «true in love», «истина в любви» критик Генри Браун (Henry Brown): «Девиз поэта. На его печати, хранящейся в Стратфорде, с выгравированными инициалами «W.S.», вплетённые в узел истинных влюблённых» (p. 170).
В строке 12 по поводу слова «candles», «канделябры» критик Мэлоун (Malone) дал ссылку: Cf.! R. & J., III, V, 9: «Night's candles are burnt out», «Ночные канделябры догорели»; Macb., II, I, 5: «There's husbandry in heaven; their candles are all out», «На небесах есть земледельцы; погасившие их канделябры»; M. V., V, I, 220: «By these blessed candles of the night», «Этими благословенными канделябрами ночи».
Критик Верити (Verity) дал для сравнения: Cf.! also Fairfax's «Tasso», Book IX, S.10: «When heaven's small candles next shall shine, «Когда в следующий раз засияют маленькие небесные канделябры»; Линча («Diella» by Linche) «Диелле», 30: «He that can count the candles of the sky», «Он тот, кто может сосчитать на небе небесные канделябры»; и несколько отрывков из Марло (Marlowe, «Bullen» ed., 2: 137, 158, 196).
В строке 13, об обороте речи «like of hearsay», «словно на слуху» критик Дауден (Dowden) пояснил детали: «Объяснение Шмидта таково: «что когда влюбляются в кого-то, чтоб восхвалять их»; но не означает ли, что скорее всего: «которых любят, когда о них говорят»?
Критик Рольф (Rolfe) бросил реплику: «По-видимому, имелся ввиду общепринятый стиль, о котором он говорил».
Критик Тайлер (Tyler) добавил: «...(они) довольные праздными и экстравагантными разговорами».
Критик Бичинг (Beeching) дополнил: «...словно смутные и преувеличенные слухи».
По отношению строк 13-14 критик Стивенс (Steevens) предложил: Cf.! L. L. L., IV, III, 239-240:
«Fie, painted rhetoric! O, she needs it not.
To things of sale a seller's praise belongs».
«Тьфу, нарисованная риторика! О, она не нужна.
Предметом для продажи похвалы, принадлежащей продавцу».
Критик Мэлоун (Malone): Cf.! T. & C, IV, I, 78: «Мы не будем рекомендовать то, что намереваемся продать» (отметил предположение Уорбертона о том, что оно должно подразумеваться, как «that purpose not to sell», «чтоб замыслом не торговать»).
Критик Уиндхэм (Wyndham) предположил: Cf.! Daniel, «Delia», S. 55.
Бичинг (Beeching): Cf.! S. 102, 3-4.
(Главное: примеры милого типа из «couplement of proud compare», «комплемент надменным сравнениям», которые Sh. здесь высмеивал. Cf.! Daniel, «Delia», S. 19:
Restore thy tresses to the golden ore!
Yield Cytherea's son those arks of love!
Bequeath the heavens the stars that I adore!
And to the Orient do thy pearls remove!
Yield thy hands' pride unto the ivory white!
To Arabian odour give thy breathing sweet!
Restore thy blush unto Aurora bright!
To Thetis give the honour of thy feet! (etc.).
Возврати свои локоны золотым рудам!
Уступи Критерии сыну этих ковчегов любви!
Завещай небесам звезды, которые Я обожаю!
И на Восток свои жемчуга убери!
Уступи твоих рук гордыню слоновой кости белизне!
Арабским ароматом придай своему дыханью сладость!
Возврати твой румянец сияющей Авроре!
Фетиде воздай почесть твоих стоп днесь! (и т.д.).
(Литературный перевод Свами Ранинанда 10.07.2022).
Барнс (Barnes), Parthenophe. Il & Parthenope, S. 488:
«Her hairs no grace of golden wires want;
Pure pearls with perfect rubies are inset;
True diamonds, in eyes; sapphires, in veins» (etc.).
«Её волосы не нуждаются в изяществе золотых переплетений;
В оправу вставлен чистейший жемчуг с безупречными рубинами;
В глазах подлинные бриллианты; сапфиры в венах» (и т.д.).
(Литературный перевод Свами Ранинанда 10.07.2022).
Дэвис (Davies) из «Hereford's Wit's Pilgrimage», S. 73; Spenser, «Amoretti», S. 9.
(Дауден дополнил ко всему списку) строки Гриффина (Griffin), «Fidessa», S. 39:
________________
© Swami Runinanda
© Свами Ранинанда
________________
Original text by Bartholomew Griffin «Fidessa» Sonnet XXXIX
«My lady's hair is threads of beaten gold,
Her front the purest crystal eye hath seen,
Her eyes the brightest stars the heavens hold,
Her cheeks red roses such as self have been».
Bartholomew Griffin «Fidessa» Sonnet XXXIX.
«Моей госпожи волосы – кованого золота нити,
Её чистый кристальный взор спереди, я увидел,
Её глаза – ярчайшие звезды на поднебесье бы держал,
Её щеки подобны красным розам, как я бы ими обладал».
Бартоломью Гриффин «Фидесса» сонет 39.
(Литературный перевод Свами Ранинанда 10.07.2022).
или Констебля (Constable) «Diana», 6th Decade, S. I:
________________
© Swami Runinanda
© Свами Ранинанда
________________
Original text by Henry Constable «Diana», 6th Decade, Sonnet I
«One sun unto my life's day gives true light;
One moon dissolves my stormy night of woes;
One star my fate and happy fortune shows;
One saint I serve, one shrine with vows I dight».
Henry Constable «Diana», 6th Decade, Sonnet I.
«Одно солнце ко дню моей жизни свет истины отдавая;
Одна луна мою ночь бурную горестей растворит;
Одна звезда, показывая мой жребий и счастливую судьбу (благоволит);
Святому одному служу Я, одно святилище Я с клятвой наряжая».
Генри Констебль «Диана», 6-я Декада, сонет 1.
(Литературный перевод Свами Ранинанда 10.07.2022).
и сам Sh. (William Shakespeare) в L. L. L., V. II, 406:
«Taffeta phrases, silken terms precise,
Three-piled hyperboles, spruce affectation,
Figures pedantical; these summer-flies» ...
«Тафта фраз, шелковистые условия точны,
Трёхсложных гипербол, нарядного притворства,
Фигур педантичных; мух этих летних» ...
(Литературный перевод Свами Ранинанда 11.07.2022).
Критик Краусс (Krauss) (Jahrb., 16: 176) также отметил Philip Sidney «Astrophil and Stella» S. 55.
Содержание книги «Потерянные годы Шекспира в Лондоне 1586—1592» Артура Ачесона, раскрыло в деталях совершенно новое видение периода жизни гения драматургии, предшествовавший написанию сонетов; который положил начало творческих отношений между Шекспиром и графом Саутгемптоном и раскрыл в полной мере Джона Флорио в роли сэра Джона Фальстафа.
Ряд критиков долгое время считали Джорджа Чапмена (George Chapman) «поэтом-соперником» сонетов Шекспира (в сонетах 78-86). Хотя, реальная история его жизни показала поэта, истографа и драматурга Чапмена в более широком диапазоне его творческих возможностей.
(Ellis, David 2013: «The truth about William Shakespeare»: facts, fiction and modern Biographia. Edinburgh University Press. p. 72. ISBN 9780748653881).
Или строфа 30 из «Энвои», («Love Envoi»):
But, gracious love, if jealous heaven deny
My life this truly blest variety,
Yet will I thee through all the world disperse;
If not in heaven, amongst those braving fires,
Yet here thy beauties, which the world admires,
Bright as those flames shall glister in my verse.
Но, милостивая любовь, а коли ревнивые небеса откажут
Моя жизнь – это воистину благословенное многообразие,
Если не на небесах, то среди этих бушующих огней (в мечтах),
И всё же здесь твои красоты, которыми мир мог восхититься,
Яркими, как те языки пламени, сиять будут в моих стихах.
(Литературный перевод Свами Ранинанда 12.07.2022).
Это сравнение «…не только ясно показывает то, что Sh. называет «этими золотыми свечами, закрепленными в небесном воздухе», но и ясно показывает его удар по тщеславию и самовосхвалению Чапмена, а также доказывает ... что Sh. здесь откровенно признался, что его сонеты не были написаны для продажи» (Sh., и поэт-соперник, p. 69).
«Все это – лишь фрагмент теории г-на Ачесона (Acheson) тщательно придуманной о якобы, ссоре Чапмена и Шекспира, которая не может быть адекватно представлена здесь. Только что приведенные параллели являются одними из наиболее правдоподобных из многих сомнительных. Рецензент книги Ачесона (Spectator, Nov. 21, 1903, p. 872) добавил в рецензию предположение, что строка 14 могла содержать обыгрывание имени Чапмена: «That is a chapman's way of praising, not mine», «Это путь восхваления Чапмена, не мой». – Ed.).
Критик Годвин (Godwin): «Можем ли мы сомневаться в том, что поэт написал здесь о женщине? Ни один поэт ни тогда, ни после, писавший о людях, не позволял себе той экстравагантности в дикции, которую отвергал Sh». (Аналогичным образом Уолш группировал стихи с сонетами, посвященными тёмной любовнице поэта, в сочетании, по общему признанию, со схожим S. 130).
(«Shakespeare, William. Sonnets, from the quarto of 1609, with variorum readings and commentary». Ed. Raymond MacDonald Alden. Boston: Houghton Mifflin, 1916).
Через сопоставление сонетов 21, 1 и 130 на критику украшательства Эдмунда Спенсера.
Если обратиться к переводу сонета 130, опубликованному значительно ранее, в которым читатель мог увидел критику поэтов современников Шекспира за чересчур помпезные и вычурные строки своих произведений при описании своей возлюбленной в сравнительных метафорах.
________________
© Swami Runinanda
© Свами Ранинанда
________________
Original text William Shakespeare Sonnet 130, 1-12
«My mistress' eyes are nothing like the sun;
Coral is far more red than her lips' red:
If snow be white, why then her breasts are dun;
If hairs be wires, black wires grow on her head.
I have seen roses damask'd, red and white,
But no such roses see I in her cheeks;
