Текст книги "Регрессор: Я раскрою ваши тайны. Книга 3 (СИ)"

Автор книги: Александр Кронос

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 14 страниц)

– Кого вальнул?

Юноша поморщился. Цокнув языком, сплюнул на землю.

– Ну фэдсов. Чё ты на меня так смотришь? Копов! Тех обалдуев в отеле.

В этот раз Лебуа уловил смысл после первой же фразы – слово пришло в Британию из Штатов и часто использовалось молодёжью в Канаде. Удивление было вызвано иным – сутью заданного им вопроса. Опасаясь, что сейчас понял всё неправильно, уроженец Квебека решил переспросить.

– Изгоем среди кого?

– Ну-у… Среди вас. Ну чё ты не вдуплишь никак? В Корпус этот я могу вступить или чё? С головастиком мы разругались малость. Она ваще отбитая наглухо оказалась.

К такому Франсуа жизнь не готовила. Как и инструкции, оставленные Лаговым. Ни один из них не предполагал, что кудрявый Защитник, находящийся в списке Угроз, вдруг попросится в Корпус.

Чуть наклонившись вперёд, парень внимательно посмотрел на Лебуа. Вытащив правую руку из кармана, разочарованно махнул.

– А, ну и ладно. Не бери в голову. Тока это – фунтов хотя б полтинник подкинь. Тут паб рядом есть – щас забегу, малость притушить своё разочарование этой тухлой жизнью.

Канадец был совсем не уверен, что Корпусу нужен такой Защитник. С другой стороны – его способность дорогого стоила. А эмоции подсказывали, что юный кельт ни разу не солгал. Полицейские, конечно, были мертвы. Однако, Оливер пришёл в порт, как обещал. И вроде бы ни разу не нарушил закон.

– Я уточню у шефа.

Слова дались тяжело, но Лебуа их всё-таки выдавил. В глазах развернувшегося Защитника тут же заплескалась радость.

– В натуре? Вовек не забуду, бро! Вот те мой козырной зуб-резец.

Переминаясь с ноги на ногу, он подождал, пока Франсуа отправил Константину сообщение. Чуть поёжился от прохладного ветра.

– Ну так чё? Если прям щас выпишешь аванс, паб за мой счёт. Идём?

* * *

Три часа и пятнадцать минут. Именно столько длился перелёт из Лондона в Афины. Время, которое я провёл в полном одиночестве, если не считать с интересом посматривающей на меня стюардессы. Три часа анализа и размышлений.

Рё Ёсида прислал новый пакет информации. Неожиданный и наводящий на размышления. Ещё – намекающий, что в самом ближайшем будущем мне придётся навестить Японию. Что отчасти даже кстати – я ведь так и не исследовал место, в котором содержалась та китообразная махина со вскрытым черепом. Монстр, который предназначался Токийскому мяснику, а достался мне.

Плюс, в мире Индиго имелись неплохие варианты быстро получить солидный объём меноса, если знать пару секретов. Повезёт – смогу продвинуться на своём пути к «дзете».

Правда сейчас, мои мысли крутились отнюдь не вокруг развития. «Сад Счастья» и тридцать девять Угроз – вот о чём я думал. В прошлый раз они ведь тоже присутствовали. Никак не могло быть такого, что клиники не существовало. А значит, имелся тот же самый список людей. От Гловацкого до Оливера Джейсона. Однако они никак себя не проявили. Почему?

Раз во всём виновна эта Головастая, то где она была тогда? Мы ни разу о ней не слышали. Никто не знал о Неумирашке или толстом поляке, всегда готовом заразить окружающий мир насекомыми. Гигантского волка и мужчину, который был способен делать взрывчатку из воздуха, можно было отбросить в сторону – они были не настолько уникальны. Однако первые двое точно бы остались в человеческой памяти.

Необъяснимо, но факт. Знать бы ещё, что с этим самым фактом делать. Единственное, что приходило на ум – убийство будущего Токийского мясника. Если предположить, что им тоже управляла Головастая, а я прервал её цепочку, то…

Да нет. Тоже не сходится. Японский маньяк-убийца пусть и оказал влияние на мировые процессы, сделал это опосредованно. За счёт разрушения собственной страны. Сейчас же хаос распространялся по всему миру.

Обычно я не любил ломать голову над задачей, для решения которой изначально нет достаточных данных. Однако сейчас было впечатление, что информации вдосталь. Только сложить из неё осмысленную картину никак не получалось. Такую, чтобы разные её части не противоречили друг другу.

Параллельно в голове крутились слова Варзова. После контакта с механизмом парня трясло и крутило. Зато в глазах появился реальный интерес.

Суммарно он касался обломков девять раз. И наверное мог бы ещё, но я сам отправил студента спать. Поручив остатки захваченного механизма Ольге и попросив её продолжить работу со студентом на следующий день, фиксируя на камеру все его рассказы.

Однако и этих девяти раз хватило, чтобы Варзов вывалил на меня массу разнообразной информации. Если на трупе птицы Рух его способность сработала всего единожды, тут каждое касание открывало новый пласт – от производства механизма, который работал на базе меноса, до его установки внутри скалы.

Он не мог сказать, какие мотивы были у лэйков. Однако, подобных штуковин в Золотом мире было сразу три. Ещё – парень описал структуру подводного монстра. По его словам, это был биологический механизм. Управляемый чем-то вроде небольшого электронного мозга, который был встроен в контур. Тот самый, что я выдрал, расколов скалу.

Возможно кто-то счёл бы это открытие не столь важным. Тем не менее, новые вводные заставляли смотреть на ситуацию совсем под иным углом. Вызывая массу очевидных вопросов, первый среди которых звучал очень просто – зачем туземцам размещать механизмы, которые заработают только после того, как их собственный мир рухнет?

Самый простой ответ мой мозг сгенерировал сразу. Он даже звучал логично и легко объяснял все звенья цепи. Но при всём этом, крайне мне не нравился. Из-за чего самолёт в аэропорту Афин я покинул в весьма мрачном расположении духа.

Местные власти мы извещать не стали. Согласно официальной версии я сейчас летел в Варшаву, чтобы помочь польскому правительству справиться с заразой. Британцы даже послали борт-обманку, у которого должны были возникнуть «технические проблемы», из-за чего экипаж запросит посадку в другом городе.

Но вот греческая оперативная группа была в курсе и всё подготовила. Когда я покинул самолёт, прикрытый от всех окружающих оптической иллюзией, меня уже ждала машина. Открытый внедорожник, который тронулся в путь, как только я коснулся плеча водителя. Оттуда я выпрыгнул, когда авто на полном ходу проезжало мимо вертолётной площадки. А через несколько минут уже поднимался вверх на одной из воздушных машин.

Ещё полтора часа полёта, за которые я в основном общался с Петром. Парень пришёл в себя и был готов отвечать на вопросы, которых у меня тоже было немало. Не каждый день лаффары берут и утаскивают твоего врага, предварительно его вырубив.

Если верить Защитнику, именно это и произошло. Когда он собирался добить монстра, за спиной последнего появились лаффары. Семеро воинов с оружием в руках. Сначала Пётр решил, что они сами хотят его прикончить. Но аборигены всадили в тварь дротик из духовой трубки и тот отключился.

Попытка вступить в контакт ни к чему не привела. Разговаривать туземцы не хотели – трое наблюдали за парнем, готовые вступить в бой, а ещё четверо привязали гигантского волка к бревну, чтобы было удобнее тащить по лесу.

Вероятность того, что они забрали его для какого-то хитропридуманного ритуала тоже существовала и сбрасывать её со счетов не стоило. Однако мне было бы куда спокойнее, прикончи он эту тварь. Наверняка тоже одна из Угроз – кто ещё будет нападать на охрану Столба и Защитников, приняв образ гигантского волка.

О подобных оборотнях я раньше тоже не слышал. Если верить моему форуму и интернету в целом – среди остальных Защитников таких не существовало и сейчас.

Немного перчинки добавлял один небольшой нюанс – Пётр переместился на восточное побережье северного материка. В район двух пиков, где был установлен маяк. У них с Василиной привязки к нему не было и оба даже не догадывались о его существовании. Однако, парня вместе с громадным волком, выкинуло именно там.

Это означало, что забравшие волка лаффары, могли быть из того же племени с которым я уже дважды сталкивался и заключил соглашение. Жаль, интересоваться у Петра рисунками на телах и лицах аборигенов оказалось бесполезно – он ничего о них не запомнил.

Очень странная ситуация. И пусть военные были предупреждены, а помимо них около периметра дежурили Защитники, мне казалось, что волк из наших рук, считай ускользнул.

Плюсом к нашей беседе, пришло подтверждение успешного прибытия в Петербург от Дмитрия и необычный вопрос от Франсуа. Никогда бы не подумал, что кто-то вроде Оливера станет интересоваться вступлением в Корпус.

Потенциал его способности говорил сам за себя, да и Лебуа утверждал, что парень ведёт себя искренне, а ссора с Головастой не выдумка. Однако… Всё это было несколько странно.

При этом отказываться и упускать шанс привлечь на свою сторону того, кто изначально рассматривался игроком с другой стороны в качестве ударной фигуры, я тоже не хотел. Поэтому, после какого-то периода размышления, дал добро на его присоединение в качестве стажёра. С условием, что Франсуа лично за ним присмотрит, сделав своим помощником.

Канадца такое положение вещей, не сказать, что обрадовало. Но и серьёзных возражений не нашлось – пришлось соглашаться. Тем более ему всё равно понадобилась бы компания. Не дело, когда Защитник отвечающий за все представительства Корпуса кроме российского, раскатывает в гордом одиночестве.

Когда мы оказались вплотную к греко-турецкой границе, пришло ещё одно сообщение от Дмитрия. Лаборатория, куда мы отдали на анализы все ягоды из Изумрудного мира и жидкость, наполнявшую бассейн лэйка в Золотом, наконец завершила работу.

Правда, оценить результат я не успел – уже было пора выпрыгивать из вертолёта. А читать отчёт во время того, как несёшься гигантскими прыжками в сторону Стамбула неудобно. Будь ты хоть трижды «эпсилоном», всё равно трясёт, а букв не разобрать. Да и объём текста они прислали большой – краем глаза я всё-таки глянул, почти сразу закрыв и оставив на будущее.

Сам Стамбул встретило хмуро. Оказался затянут тучами, из которых периодически срывался дождь. Улицы, несмотря на обстановку и погоду были полны людей. Я же, опустившись на крышу одного из зданий около захваченного телецентра, повёл вокруг взглядом. Если эту операцию действительно планировала та самая девушка с раздутым черепом, она наверняка считала, что с моей стороны проблема будет решаться исключительно силой.

Зря. Сейчас мне противостояло ходячее и разумное биологическое оружие. А значит и действовать требовалось соответственно.

* * *

Йоханна Кремер устала. Добраться до Стамбула было просто – почти все рейсы, идущие в город пустовали. Туристы массово отказывались от давно оплаченных билетов – несмотря на отмену рейсов некоторыми авиакомпаниями, найти свободное место оказалось несложно.

Вот дальше произошло досадное. Основную ставку Кремер делала на способность, о которой никому не рассказывала. На ту, что позволяла запомнить отпечаток меноса каждого Защитника и потом отыскать его. Работала она в радиусе приблизительно пятнадцати километров, что для городской среды было более чем достаточно. А Гловацкого немка видела на близкой дистанции и естественно зафиксировала его отпечаток меноса. Такой же уникальный, как узор на подушечках пальцев.

Проблема была только в одном – сколько бы девушка ни перемещалась по Стамбулу, переодевшись в гражданское и спрятав топор в сумку, найти поляка не получалось. Голову же всё чаще посещали мысли, что тот может оказаться в Варшаве. Тогда как Стамбул был использован исключительно для размытия фокуса.

Звучало это логично. Польша была родиной Гловацкого и если бы он решил захватить где-то власть или переустроить жизнь страны на свой вкус, наверное стала бы первой мишенью. Однако в этой концепции её прилёт в Стамбул был полностью бесполезен, что немку категорически не устраивало.

Поэтому, прямо сейчас она сидела в очередном заведении, пила энную по счёту чашку турецкого кофе за сегодняшний день и отчаянно пыталась отыскать знакомый отпечаток. Не то слабое, едва заметное сияние, которое демонстрировали личинки Гловацкого, а его самого. Всех заражённых Кремер тоже чувствовала, но считала, что нет смысла тыкать зубочисткой в шею гидры. Если хочет победить – нужно срубить голову.

Сравнение было так себе – у эллинской гидры было девять голов и они отрастали, а у Гловацкого всего одна и если её снести, он скорее всего умрёт. Но девушка слишком устала, чтобы придумывать вариант получше.

Снова взяв чашку кофе, она замерла. Миг и вокруг разлетелись осколки, а пальцы ощутили влагу тёплого кофе. Лагов! Здесь, в Стамбуле – буквально километрах в трёх от неё.

Секунд десять посидела на месте, стиснув зубы и размышляя. Потом поднялась со своего места, сунула в руку нервного официанта банкноту на сто евро и взяв сумку, двинулась к выходу. Как там любят говорить, снимая разные юмористические ролики – искала медь, а нашла золото? Так вот – сегодня ей вовсе попался слиток палладия.

Глава VI

«Белый цветок». Странное название для сухогруза. С другой стороны – как только эти суда не называли. Раньше их объект расследования вовсе носил название «Мадлен».

Отдельные горячие головы предлагали немедленно взять судно штурмом. Однако Прескотт предпочла наблюдение. Параллельно с которым велось следствие.

Для начала подняли компанию, которая владела судном и установили собственников. Изучили биографии всех членов экипажа и просмотрели рейсы за предыдущий год. Сюда, судно загруженное арахисовым жмыхом, пришло из Мумбаи. Получалось, Оливер сел на него там же.

Было бы куда проще, если бы паренёк сам дал им полный расклад. Но Неумирашка повторял одно и то же – знать не знает, где до того был. Перевозили его под мощными седативными, очнулся уже в апартаментах без окон. Спрашивал, понятное дело, почему так – отвечали, что для его же безопасности.

Потом снова препараты, машина ночью и судно, на которое они поднялись. Он даже не мог толком сказать, как там оказался. Способность получил уже внутри Золотого мира. Увидел самого себя во сне, сжигающего какой-то комок слизи в каменном гнезде. Ещё успел отметить время в которое подошёл к Столбу и переместился внутрь.

Сделал всё точно, как во сне – отправился внутрь, прихватив пару пластиковых бутылок бензина и коробок спичек. Сжёг непонятную хреновину, которая от пламени почти моментально сдохла. Получил способность и ранг «беты». Выждав час, вернулся назад. Чтобы всем так жить. Бывают же удачливые сукины дети.

Дальше развлекался в окрестностях Лондона, пока на связи не объявилась кукловод, попросившая помочь. Сам он правда говорил, что девчонка просила убивать. Хотела, чтобы он вырезал МИ-5 и МИ-6 в полном составе.

После провала и гибели второго Защитника, который атаковал отель, лидер этой самой странной в мире подпольной структуры снова с ними связалась. Что именно предложила – оставалось непонятным. Но соглашаться парень не стал. Вместо этого решил присоединиться к Корпусу Защитников.

Знай она заранее, что тот рассматривает подобный вариант, сама бы предложила какие-то опции. Королевство тоже могло обеспечить немало материальных благ. Уж точно не меньше, чем Лагов. Но момент уже был упущен.

О том, чего может добиваться эта девушка и где она сейчас находится, Прескотт думала постоянно. Порой пыталась отгородиться от этих мыслей, но они всё равно настигали и требовали внимания.

Мотив. Сколько бы она ни возвращалась к этому, никак не могла отыскать мотивацию для действий «кукловода». Зачем ей это?

Следующий вопрос, который задавала себе британка – кому это выгодно? Ответ на него был очевиден. Но в свою очередь порождал громадное количество разнообразных теорий и заставлял иначе взглянуть на Столбы.

Всё это заставляло девушку выкладываться на полную. Активно пользуясь теми полномочиями, что были предоставлены ей премьер-министром. Например, прямо сейчас она ждала, пока её соединят по правительственной связи с офицером «Айби», который возглавлял индийскую оперативную группу контрразведки.

Было бы куда проще, пойди они по схеме самой Британии. Однако индийское правительство предпочло не нарушать разделения ведомств. Контроль Столба и окрестностей закрепили за военными, учёт Защитников отдали полиции, а у контрразведки оставили старый функционал – наблюдение и анализ. В Индии они тоже не имели права на самостоятельное задержание и своих оперативников. Потому занялись привычной аналитикой.

Канал связи она бы тоже предпочла использовать другой. Этот наверняка слушается всеми, кому не лень – итоги их беседы окажутся слишком у многих людей. Но бюрократические протоколы не давали выбора. К тому же после неудачного ядерного удара по своему Столбу, индийские чиновники стали куда более нервными.

В трубке зашелестело и там послышался голос визави.

– Мы получили ваш пакет данных и нам есть, что сказать. Проверьте вашу почту. Желательно прямо сейчас.

* * *

Тадао Хиираги всю жизнь делал то, что должен. Известный писатель, которого пиар-отдел нанял, чтобы написать его биографию, называл нынешнего главу дзайбацу Хиираги истинным самураем. В целом Тадао был с ним согласен. Самураи – это ведь не тот образ, который сейчас продвигали на каждом шагу. Они были воинами и аристократами. Заключающими сделки, торгующимися и продающими свои клинки за деньги. Могущими снести крестьянину голову за кривой взгляд, потом изнасиловать его жену с дочерью, а следом зарубить их всех в доме. Продукт своей эпохи. Грязный и кровавый, но любящий красивую упаковку.

Он же был продуктом уже своей эпохи. Шёл по головам и трупам. Безжалостно давя тех, кто подставлялся под удар и не испытывая сожалений. Делал всё, что нужно для выживания семейной корпорации.

Проблема была только с наследниками. Старший сын, которого он готовил в преемники, разбился при полёте на лёгком самолёте. Вздумалось ему почему-то научиться самому летать на «Цессне». Младший оказался излишне склонен к самодурству и алкоголизму. Хороший господин всегда должен знать, что как поставить на место слугу и не может опускаться на его уровень. Люди ведь не бегают по улицам, как собаки. Они водят псов на поводках.

Но это работает только в том случае, если господин соответствует. Когда человек ставит себя выше только из-за того, что получил кресло, никто не станет подчиняться ему по собственной воле. А при первом же случае предадут. Не может адекватный мужчина служить тому, кто глупее его самого.

Он пытался его исправить, но это было бесполезно. Младший сын не годился для того, чтобы занять трон.

Единственный внук стал было надеждой, но потом оказался в больнице. Врачи ставили диагноз за диагнозом и расписывали лечение, но каждый раз всё оказывалось полностью бесполезно. Он так и не выходил из наполовину вегетативного состояния.

Тадао потерял всякую надежду, но продолжал править, как прежде. Защищал свои территории, порой обрушивался на врагов и казнил предателей. Параллельно пытаясь придумать конструкцию, при которой контроль сохранит его семья, но у руля временно встанут наёмники. Или престол сможет занять одна из трёх внучек. Обстоятельства сейчас менялись и пусть сам глава семьи к этому относился с прохладой, женщина во главе дзайбацу смогла бы улучшить имидж корпорации.

К тому же, какой у него был выбор? Лучше пусть будет женщина, но своей крови, чем чужой человек, который станет думать в первую очередь о своих заботах, а потом уже о семье.

Так он думал тогда. Быстро изменив точку зрения, когда на пороге появились неожиданные гости. Люди, что пообещали его внуку здоровье. Он бы выкинул их за дверь, как нашкодивших щенят. Если бы не одно «но» – они предложили свои жизни в качестве гарантии.

Абсолютно железным аргументом это тоже не было. Отдельные личности регулярно переоценивали свои навыки и пытались скрыться от руки дзайбацу где-нибудь в дальних странах. Непременно удивляясь, когда их находили и отправляли на тот свет.

Однако, на кону стояла жизнь его внука. А если посмотреть шире – будущее всей семьи. Поэтому старик согласился. Взамен предоставив услуги, которые мало кто мог оказать – стереть определённые данные, в насквозь оцифрованной Японии непросто. Для такого потребовалось сменить добрую треть чиновников префектуры, пристраивая туда своих людей. И договориться с теми, у кого был технический доступ к базам и архивам.

Непростая задача. Но он с ней справился. Врачи же успешно решили свою. Внук смог нормально говорить и общаться. Три дня в неделю он проводил в клинике на территории префектуры Окутама. Ещё четыре – дома.

Были и некоторые странности – спал он теперь плохо, а в речи проскальзывали слова, которых дед не понимал. Но это его не волновало. Внук снова был мужчиной. Дзайбацу получило своего наследника.

Смотря на это из текущей точки времени, мужчина понимал, что должен был что-то заподозрить. Хотя, винить себя было сложно – кто в здравом уме стал бы просчитывать сценарий падения на планету гигантских Столбов, за которыми окажутся иные миры?

Вот и он не стал. Даже мысли о том, что излечение внука может быть связано с чем-то подобным не было. После того, как клиника и весь их персонал вдруг исчезли, растворившись за одну ночь, он естественно пытался их отыскать. Те оставили сообщение на той электронной почте, по которой они общались в экстренных случаях. Где попросили не волноваться и не пытаться их найти. Но их поступок выходил за рамки договорённостей и поэтому, он естественно попробовал.

Отыскать никого не удалось. А спустя полгода на планету рухнули двенадцать гигантских колоссов и внук, который самостоятельно всё ещё перемещался с некоторым трудом, попросил довезти его к тому, что упал в Токио.

Тадао не совсем понял для чего это было нужно. Но именно на эту просьбу внука намекали врачи из клиники, когда отправляли ему последнее письмо. Говоря, что после этого, парень излечится навсегда.

Поэтому он исполнил её. Начальник охраны лично доставил внука к Столбу. Но вот потом… Глава семьи Хиираги даже не знал, как всё это объяснить.

В дверь осторожно постучали и внутрь заглянул тот самый глава охраны. Кацухиро – человек, которого он первым нанял на службу. Вместе они прошли долгий путь. Оставив за собой реки крови и слёз проигравших.

– Внук просит о встрече с вами, тосю.

Мужчина, что был его правой рукой, склонил голову, а Тадао махнул рукой. Опустил руки на столешницу, переплетя пальцы. После того похода в Столб, внука он видел лишь дважды. И оба разговора прошли не в слишком позитивной обстановке. Зачем пришёл сейчас? Хочет извиниться?

Спустя несколько секунд юноша шагнул внутрь. Дед даже залюбовался. Ходит сам, подбородок вздёрнут. Никакой бледной кожи и подрагивающих конечностей.

– Я благодарен за всё, что ты сделал, дед. Но скажу прямо – тебе нужно уйти. Настало время взять дзайбацу в свои руки.

Тадао моргнул. Несмотря на всё своё недовольство он собирался передать ему компанию. Но не сразу. Возможно тот и стал Защитником, как их сейчас называют. Однако сила в чистом виде не вызывает никакого уважения. Сначала внук должен был поработать на позициях внутри компании. Показать себя, завязать контакты и получить репутацию. Нельзя взять, выйти из спальни и вскочить в кресло председателя.

– Не забывай с кем говоришь. Только я решаю, когда настанет чьё-то время.

Слова внука ещё и резанули по гордости, из-за чего ответ вышел чуть более резким. Но юношу это ни капли не смутило.

– Ты не понимаешь, дед. Хиираги станут первыми. Остальные рухнут на колени и будут молить, чтобы мы позволили им жить. Микадо сам отдаст мне корону.

Если до того, у старика оставались сомнения, теперь он окончательно определился – у Рюсея нервный срыв. Или что-то гораздо более плохое.

Вдавив кнопку селектора, что связывала с приёмной, где был Кацухиро, секретарь и двое телохранителей, он заговорил.

– Выведите его отсюда. А потом найдите лучших психиатров – пусть проведут осмотр.

Дверь распахнулась и внутрь шагнул глава охраны за спиной которого маячили двое телохранителей.

Кацухиро открыл рот и протянул руку, чтобы коснуться плеча наследника. Не дотянулся – лицо мужчины вдруг странным образом исказилось, а комната наполнилась звуком слабого хруста. В следующую секунду его опорная нога сложилась пополам и начальник службы безопасности рухнул на пол. Одного удара головой хватило, чтобы череп вдруг превратился в крошево.

Позади свалились оба телохранителя. Звуки из приёмной подсказывали, что секретарь их тоже не пережил.

– Кого бы ты ни позвал, я убью их всех.

Голос внука был спокойным. Как будто вовсе не он прикончил четверых мужчин, что верой и правдой служили его же семье.

Тадао поднял подбородок. Медленно встал из-за стола. На секунду остановился, сдерживаемый инстинктом самосохранения. Но почти сразу снова начал движение.

– Не так я представлял свою смерть.

Повернувшись, снял со стены меч, семь лет назад лично врученный императором. Тогда они закрыли большую сделку на Ближнем Востоке, сделав так, что все остались довольны.

Вытащив клинок из ножен, повернулся смотря на Рюсея и принимая позицию для боя.

– Ради чего ты предаёшь родную кровь?

Тот взглянул на него в ответ.

– Чтобы выжить, дед. И стать Достойным.

О чём именно он говорит, Тадао спросить не успел. Спустя секунду тело пронзила острая боль и японец с ужасом понял, что ни один его сустав больше не работает, как надо. Они разом потеряли свою гибкость. Стоило пошевелить рукой, как кости начинали крошиться внутри. Открыть рот, чтобы закричать – стала превращаться в пыль челюсть.

Из-за боли он машинально попытался отступить в сторону и тут же ощущит, как ломаются кости ног. Правда падение вышло не таким фатальным, как у его главного охранника. Старый японец успел увидеть, как внук проходит мимо и усаживается в его кресло. Потом картинка размылась, а перед глазами опустилась тёмная пелена.

* * *

Свой старый топор Кремер достала, когда до здания, в котором должен был находиться Лагов, оставалось уже совсем немного. Она тоже научилась окутывать себя искажающей пеленой и даже могла прыгать с одной воздушной подушки на другую. Русский наглядно продемонстрировал эту технику, когда вместе с напарником добирался до аэропорта в Берлине.

Спешить девушка не собиралась. Поэтому, оказавшись около постройки, замерла, прислушиваясь к собственным ощущениям. Крыша… Лагов был именно там.

Задрав голову, она посмотрела наверх. Что он там делает? На миг внутри кольнуло сомнение. Вдруг он здесь ради того, чтобы остановить Гловацкого? А она сейчас возьмёт и превратит его в зажаренную тушку.

Потом девушка вспомнила, как стояла на коленях, не в силах пошевелиться и разум тотчас затопило гневом. К тому же, кто сказал, что она его обязательно убьёт? Русский силён и живуч – Йоханна его просто немного проучит.

Двух прыжков хватило, чтобы подобраться к уровню крыши. Третьим она взлетела выше и приземлилась прямо на неё. Непонимающе моргнула. Закрутила головой, не понимая, почему не может определить точку, в которой находится Лагов. Способность сигналила, что он повсюду. Как будто вокруг неё сотни и сотни русских Защитников.

Потом послышался негромкий смех.

– Ты же не думала, что захватишь меня врасплох?

Внутри всё свело от ярости. Голос шёл сверху и немка тут же подняла голову. Ощущения не изменились – ей казалось, что наверху висит целая толпа Защитников. Правда, ничего не мешало ей ударить по площади. Почему бы и нет.

– Скажи, а как далеко ты можешь чувствовать других? Если я подведу тебя на расстояние двадцати километров, этого хватит?

Теперь голос зазвучал совсем с другой стороны, куда Кремер немедленно повернула голову. На миг захотелось немедленно обрушить свою первую способность, которая позволяла накрыть всю область электричеством, но девушка сдержалась.

– Ты о Гловацком?

– Именно. Сможешь почувствовать его за двадцать километров?

Кого она больше не любит? Поляка, который массовый убийца или русского, что порой напоминает полного психопата без грамма эмпатии?

Выбор был сложным, но с рациональной точки зрения предопределённым. Один был отморозком и Угрозой поистине планетарного масштаба. Второй – всего лишь грубым и бесячим Защитником.

– Пятнадцать. Но как ты это сделаешь?

Демонстративно опустив топор, она устремила взгляд вперёд, ожидая ответа. И спустя мгновение в самом деле его услышала.

– Для начала нам понадобится сырьё.

Не успела девушка уточнить, что именно Лагов хотел сказать, как в воздухе что-то мелькнуло и на крышу шмякнулось человеское тело. Кремер рефлекторно отшатнулась назад, а рядом с ней вдруг проступила фигура мужчины, который покосился на девушку, что ещё оставалась прикрыта невидимостью.

– Тебя случайно не мутит от вида крови?

* * *

Вскрывать человеческие головы, извлекать насекомых и сначала превращать их в сплющенный блин, а потом растирать в порошок – не самое интересное занятие. Но жизненно необходимое, когда тебе нужно отыскать кого-то вроде Гловацкого.

Раньше у меня такой возможности не было. Обычно подобное вовсе проворачивали с куском недавно отсечённой плоти, в которой ещё было достаточно концентрированного меноса. Того же, что пропитывал тело Защитника.

Если знать, как его заблокировать и что делать потом, можно было создать своего рода указатель. Вещь, которая приведёт тебя к цели. Нюанс был в том, что менос требовалось использовать немедленно. Не воспользовался в первые секунды – можешь забыть о такой опции.

Поэтому, подобный метод был недоступен в Берлине. Там, первейшей задачей было недопущение массового заражения – на тот момент я толком не оценил потенциал польского Защитника и не совсем понимал, как именно работает его способность.

Теперь всё было проще. Тем более заражённых я поднимал на крышу по одному. Спокойно доставал из затылка паразита, блокировал его барьером, чтобы не выпустить менос, а потом убивал и растирал.

Каждая порция получившегося «порошка» оставалась заключена внутри небольшой сферы. Когда их набралось достаточно, я соединил контейнеры. Окружил получившееся скопление пыли отдельным барьером и принялся за формовку.

– Как нам это поможет? Что ты вообще делаешь?

Блондинка, которая до того стояла и молча пыхтела рядом, всё-таки не выдержала.

– Использую плоть насекомых, чтобы создать указатель, который приведёт нас к Гловацкому. У его личинок тот же менос. Отпечаток идентичен.

В глазах немки, которая без своей чёрной формы смотрелась далеко не так пафосно, заплескалось изумление.

– Откуда ты знаешь про отпечаток?

– А разве о нём кто-то не знает?

Встречный вопрос заставил её шумно выдохнуть. Ноздри затрепетали.

– Никто! О нём не знал никто кроме меня. Откуда тебе всё это известно?