Текст книги "Охота на оборотней"

Автор книги: Александр Хинштейн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 19 страниц)

В ТИСКАХ У«ОБОРОТНЕЙ»

…Удивительно устроено наше правосудие. Левая рука не ведает, что творит правая. Даже после того, как «оборотни» оказались за решеткой и вся страна узнала о конвейере провокаций (этакая фабрика тюремных звезд), жертвы этих самых провокаций все равно остались сидеть по зонам и тюрьмам.

Но ведь это элементарно! Первое, что должна была сделать прокуратура, разгромив «оборотней», – провести тотальную проверку всех уголовных дел, к которым были причастны эти люди. Но, как обычно, было не до того: горел план, следователей не хватало…

Суд над Сергеем Бутенко и его «подельниками» состоялся в самый разгар дела «оборотней». В январе 2004 года Бутенко был приговорен к 9 годам строгого режима за торговлю оружием. Правда, те, кто бросал его за решетку, триумфом своим насладиться не смогли: в этот момент они сами сидели в «Лефортове».

…Жили в подмосковных Люберцах два соседа-приятеля: Сергей Бутенко и Александр Семин. Вместе ездили отдыхать, встречались семьями. В 97-м Семина арестовали за изнасилование и посадили.

Вновь увиделись приятели только в 2000-м. За стаканом жаловался Семин на горькую судьбу, рассказал, что живет на вольном поселении, скоро надеется выйти на волю – выходить, правда, некуда: пока сидел – жена ушла к другому.

Конечно, было Бутенко приятеля жалко. И когда через год тот пришел к нему за помощью, согласился помочь, не раздумывая. Семин поведал, что подружился он с неким коммерсантом, который помогает ему освободиться досрочно и обещает отправить на Север. И надо на этого коммерсанта произвести впечатление. Давай, мол, я скажу, что ты серьезно занимаешься бизнесом, торгуешь автозапчастями, и в подтверждение чего-нибудь ему продадим.

– Чего продадим? – удивился сперва Бутенко.

– Да какая тебе разница, – отмахнулся Семин, – Я буду отдавать тебе запчасти, а ты ему их пару раз передашь, и дело с концом.

Зарабатывал Бутенко на жизнь тем, что перегонял из Прибалтики иномарки. В принципе, работа смежная. А тут еще Семин пустил слезу: ты у меня один остался. Ну как откажешь человеку в беде?

...Коммерсанта-благодетеля звали Сергеем. На первую их встречу в ноябре 2001-го он приехал в Люберцы сам, за рулем «мерседеса». Сергей больше молчал, качая головой в такт словам Семина – посмотри, дескать, какие у меня серьезные друзья.

– Значит, вы можете поставлять любые детали? – спросил он под конец.

– Могу. Все, что угодно.

Сергей оценивающе помолчал, будто размышляя. Посмотрел на Семина.

– Ладно. Первый заказ я сделаю через Александра. – Он кивнул в его сторону. – Об остальном договоримся в процессе.

Долго ждать звонка от Семина не пришлось. Он объявился буквально через несколько дней:

– Подъезжай!

В багажник бутенковской «восьмерки» Семин погрузил мешок из-под сахара, с какой-то железкой внутри, похожей на коленвал. За «коленвал» коммерсант Сергей должен был передать 600 долларов. Все деньги до копейки Бутенко вернул Семину.

Ему и в голову не могло прийти, что человек, которому искренне он хочет помочь, на самом деле – провокатор, толкающий его в петлю. Ведь в мешке лежал вовсе не коленвал, а… автомат Калашникова.

Из приговора Люберецкого горсуда:

Бутенко С.Н. 21 ноября 2001 г. прибыл к месту хранения оружия, взял автомат Калашникова (АКМ) с 1 магазином к нему и 30 патронов к нему, погрузил их в автомашину. В тот же день, примерно в 14 часов 20 минут, совместно с неустановленным посредником встретился с Сечкиным СВ. и продал их последнему за 600 долларов США.

– Неужели вас не удивила такая сложная схема? Семин отдает вам сверток, вы – Сергею, деньги возвращаете Семину?

Налысо стриженный человек в арестантской робе долго молчит. Потом наконец отвечает:

– Жалость к Семину переселила удивление. Он был такой несчастный, жалкий… Я ведь нормально жил. Имел пару штук зелени в месяц. Ни копейки от Семина я не взял. Наоборот даже, сам ему помогал, чем мог… О том, что в мешках не запчасти, а что-то другое, я стал догадываться только после третьей передачи.

– Почему же не остановились?

Он вновь думает, низко опустив голову.

– Не знаю… Это трудно объяснить… У нас был очень тяжелый разговор с Семиным. Я сказал, что хватит, завязываю. Но он чуть ли не на коленях умолил: в последний раз, скоро мне уезжать на Север.

…Мы сидим с Сергеем Бутенко в следкабинете колонии № 8 Ярославского УИН. Это совсем не тот Бутенко, который смотрит на меня с фотографии, вклеенной в тюремное дело. И не потому даже, что он стал худее вдвое. Глаза! Глаза на его лице живут отдельной, самостоятельной жизнью. Это глаза человека, примирившегося с собственной смертью.

Как бы я хотел, чтобы в эти глаза посмотрели многочисленные адвокаты «оборотней» – те, кто кричат сегодня на всех углах о героях-сыщиках, брошенных в жертву политической конъюнктуре…

…Перед поездкой в колонию МВД по моему запросу подняло оперативное дело, которое предшествовало аресту Бутенко. Предчувствие не обмануло меня. Оперативное дело «Барбосы», как официально установила теперь собственная безопасность МВД, было полностью сфальсифицировано. Заводили его совсем по другим людям – неким жителям Зеленограда X. и Y., которые якобы торгуют оружием. Фамилия Бутенко появляется там только через полгода: 2 ноября 2001-го – то есть сразу после «вербовки» его Семиным. Будто бы Бутенко – близкая связь объектов разработки, вместе с ними сбывает боеприпасы.

Прежде я приводил уже немало примеров таких вот слепленных, сшитых, как в ателье, под заказ, оперативных дел. «Оборотни» всегда действовали примерно по одним сценариям. Сфальсифицированные разработки. Штатные провокаторы. (Как тут не вспомнить провокатора Артамонова по кличке «Серый» или Седого-Смыс-лова, которые подбрасывали знакомым забулдыгам пистолеты и тут же вталкивали бедолаг в объятия муров-цев.)

Но на одних бомжах и алкоголиках далеко не уедешь. Чтобы показать класс работы, оборотням нужно было давать и результаты посерьезнее, ловить не одиночек, а целые группы.

Я не знаю, на чем подцепили они насильника Семина. (Мои источники в МВД говорят, что прежде Семин тесно сотрудничал с подмосковным УБОПом, сдавая им торговцев оружием.) Но, исходя из примеров других, почти уверен, что в задачу его входил поиск потенциальных жертв – тех, кого можно будет потом окрестить в бандиты.

Играя на жалости, он втягивает Бутенко в хитроумную, безжалостную комбинацию. Коммерсант Сергей, с которым он знакомит его, в действительности – сотрудник 5-го отдела МУРа Сергей Сечкин. К их первому свиданию фамилия Бутенко уже вписана в первое попавшееся оперативное дело: впоследствии это будет еще одним доказательством его вины.

Остальное – дело техники. Каждая встреча с Бутенко оформляется в МУРе как оперативное мероприятие. Все разговоры записываются. Оружие, которое получает от Семина Бутенко и передает Сечкину, тщательно осматривается потом на Петровке и с соблюдением всех условностей оформляется протоколом добровольной выдачи.

Передач таких было три. На четвертой по счету Бутенко задержали. К тому времени он уже догадывался, что дело нечисто, потому и попросил подъехать с ним на встречу своих знакомых: автослесаря Арояна и инспектора ДПС Мартынова. (Последний был в форме – деталь очень важная.) Ни тот, ни другой ничего о Сечкине и запчастях не знали.

Итог: Арояна превратили в подельника Бутенко. Милиционера Мартынова убили при задержании. Застрелил его лично муровец Сечкин.

Потом, по факту смерти Мартынова, прокуратурой Люберец будет проведена проверка: более поверхностного, глупого документа мне не доводилось читать давно. Следователи даже не удосужились опросить ни врачей «Скорой помощи», ни Арояна с Бутенко, полностью доверившись операм.

По версии муровцев, в момент задержания старший сержант Мартынов якобы попытался скрыться и начал сдавать машину назад. При этом в руке у него была боевая граната.

Как можно одновременно переключать передачу, крутить руль и держать в руке гранату? Да и время-то было позднее – начало седьмого, – на улице темень. Даже если поверить, что граната была, ее бы никто не увидел.

«Когда меня швырнули об лед, – восстанавливает события Бутенко, – Мартынов упал рядом. Пуля вошла ему в щеку. Я запомнил всё до деталей. Никакой гранаты рядом с ним не было».

Граната появилась потом, к приезду врачей. А вместе с ней – патроны и взрыватели, которые нашли на обыске у Мартынова дома: чтоб наверняка… («Коррумпированный сотрудник милиции», – сказано о Мартынове в приговоре: оказывается, можно судить не только живых, но и мертвых.)

Есть и еще одно обстоятельства: «фольксваген», в котором сидел Мартынов, был приперт «мордой» к воротом гаража. Под задними же ее колесами лежал Бутенко. А это значит, что Мартынов при всем желании не мог сдвинуться с места… В криминальном очерке певца Петровки Эрика Котляра, написанном явно со слов муровцев (Бутенко, например, именуется в нем пособником орехово-борисовской группировки и чеченских боевиков, хотя в оперативном деле нет даже намека ни на тех, ни на других), эта картина нарисована совсем иначе:

«Сергей (Сечкин. – Авт.) с напарником устремились к другой машине. Она задним ходом пошла прямо на Сергея, но попала на наледь и забуксовала.

– Стой, милиция! – выкрикнул Сергей и выстрелил в воздух. Сергей подбежал к машине и на ходу рванул дверь. Первое, что увидел, – кулак с зажатой гранатой, направленной навстречу сыщику. И тогда Сергей выстрелил на поражение!»

Свидетельствует С. Бутенко:

Минут через двадцать после задержания приехал белый «шевроле». Оттуда вышли муровцы: Самолкин в белом пиджаке и Сазонов (начальник отделения 5-го отдела МУРа. – Авт.). Разворачивают сверток. Там – оружие. «Твое?» Я молчу. Тогда Сазонов ставит меня к «шевроле», руки на крышу и со всей дури бьет по ребрам. Профессионально бил. За один удар сломал сразу два ребра…

Я помню все плохо. Привели на автосервис. «Давай признания». Я молчу. Тогда Самолкин зажимает мои пальцы в слесарные тиски, начинает крутить. А у меня только одна рука работает, вторую оторвало в молодости прессом на заводе… Я что-то подписывал, даже не помню что… Потом повезли на Петровку. Били. Через сутки я вскрыл себе в камере вены. Откачали… Почему я все подписывал ?Да я что угодно бы подписал. Поездил по таким камерам, что даже вспоминать не хочу…

В акте о «получении задержанным телесных повреждений» перечислены множественные ушибы и раны. Внизу – дрожащей, явно неработающей рукой подпись Бутенко: «Претензий к сотрудникам милиции не имею»…

Муровцы могли праздновать успех. Если не считать убийства Мартынова, операция прошла гладко. На счету их появилась новая разгромленная группа особо опасных преступников.

Задержание Бутенко и Арояна тут же показали по телевизору. Когда мать Бутенко увидела своего сына, лежащим на снегу, у нее случился инсульт. Особенно ее добили слова репортера, что руку Бутенко потерял, ковыряясь со взрывчаткой.

А вскоре к этим людям добавился и третий «подельник». Вся вина сочинца Валентина Волицкого заключалась в том, что накануне ареста Бутенко заезжал к нему в гостиницу и «наружка» отфиксировала их контакт. При задержании «оборотни» «изъяли» у него переделанный газовый пистолет: у бригады такого добра было много…

Из письма ко мне В. Волицкого:

В обвинительном заключении пишется, что я на ВАЗ-2108 в оборудованных тайниках (бак и левая обшивка двери) провез через две границы 4 автомата, пулемет РПК, пистолеты, взрывчатку, патроны, 10 гранат и еще многое другое. Вот представьте себе, как это можно все засунуть в бензобак и проехать 2 тысячи километров?

Следствие было нескорым и неправедным. Достаточно сказать, что следователь Юго-Восточного УВД Тихонов (опять Юго-Восток!) подсунул Волицкому в адвокаты… собственную жену. (Когда на суде это вскрылось, Тихонов объявил, будто слышит такое впервые, хотя к делу приобщен ордер, подписанный им же самим.)

– Жена Тихонова обещала Волицкому снисхождение, мол, ты только подписывай, – вспоминает адвокат Павел Филатов, вступивший в дело на самом последнем этапе. – Родители продали последнее, заплатили ей четыре с лишним тысячи долларов и получили взамен приговор: семь лет.

Обвинение оригинальностью не отличалось. По версии следствия, Бутенко, Ароян и Волицкий (напомню, что двое последних никогда не видели в глаза ни Семина, ни Сечкина и между собой не были даже знакомы) создали преступную группу, торгующую оружием. За три месяца они продали автомат Калашникова, ручной пулемет РПК, 2 пистолета-пулемета, гранату и несметное множество патронов. Оружие якобы привозил Волицкий. Ароян его хранил. Бутенко – сбывал.

Для пущей убедительности следователь приписал Во-лицкому что оружие тот доставлял из-за кордона, но случилась промашка: выяснилось, что в указанные сроки тот границу вообще не пересекал. Пришлось ограничиться тем, что смертоносный груз он приобретал у «неустановленного лица» и затем привозил в Москву, пряча в тайнике под дверной обшивкой.

Абсурд полный! Во-первых, автомат или ручной пулемет, как справедливо пишет сам Волицкий, невозможно спрятать под обшивкой маленькой «восьмерки». А во-вторых, эту злополучную «восьмерку» Волицкий купил по доверенности только в январе 2002-го, а значит, никак не мог возить в ней оружие осенью. (В Москву он как раз приехал, чтобы снять ее с учета.)

Но кого волнуют такие детали! Признание, как учил светлой памяти Вышинский, есть царица доказательств, а обвиняемые подписывали все, не читая. От показаний начали отказываться они только на суде. На пятом по счету. До этого четыре раза суды возвращали дело назад, в УВД ЮВАО. Самохина, федеральный судья Кузьминского райсуда, сказала прямо: я такое дело рассматривать не буду. В результате часть обвинений к вящему неудовольствию следствия пришлось убрать: и организацию преступного сообщества, и контрабанду.

Увы, в Люберцах судьи оказались менее требовательными. Их не смутило даже то, что главный герой всей истории, стержень ее Александр Семин испарился в воздухе одновременно с арестом «бандитов». В материалах дела он фигурировал как «неустановленное лицо».

А когда защита потребовала все же допросить его, следователь клятвенно уверил, что Семина найти он не смог, хотя-де на уши подняты были все оперативные службы…

Финал: Бутенко приговорили к девяти годам. Волиц-кого – к семи. Арояна – к пяти с половиной. Все они сидят в разных краях страны и на чудо давно уже не надеются.

А сотрудники МУРа получили за разгром «люберецкой банды» ордена и наградное оружие. Потом, правда, судьбы их сложились по-разному.

Начальник отделения 5-го отдела Николай Сазонов – тот, что, по словам Бутенко, пытал его вместе с Самолки-ным, – получил через год повышение и стал начальником 7-го, «противоугонного» отдела МУРа, однако продержался недолго. Во время чистки ему пришлось уволиться.

Зам. начальника 5-го отдела Юрий Самолкин, как я уже писал, арестован.

Сергей Сечкин чудом избежал репрессий, благополучно открестился от связей с «оборотнями» и продолжил службу в МУРе. Теперь он уже – зам. начальника отдела. Получил повышение и следователь Тихонов.

Продвигается по карьерной лестнице и еще один участник операции – Роланд Осепашвили. Именно он вместе с Сечкиным задерживал Бутенко и Арояна, и именно под его началом версталось сфальсифицированное оперативное дело «Барбосы». С недавних пор Осепашвили возглавляет отдел по борьбе с оргпреступ-ностью УВД Зеленограда. Город-спутник может спать спокойно.

А само оперативное дело «Барбосы» благополучно было прекращено. В связи с арестом Бутенко и тем, что X. и Y. – те самые жители Зеленограда, на которых и заводилась разработка по подозрению в торговле оружием – «от преступной деятельности отказались».

Это произошло ровно за два месяца – 24 апреля 2003-го – до арестов сыщиков МУРа и их покровителя: генерала МЧС Владимира Танеева…

Из книги Э. Котляра «МУР! Стоять!»:

В результате мастерски проведенной операции из преступного оборота изъяты пять автоматов, пулемет, два пулемета-пистолета, семь гранат, восемь запалов, самодельное взрывное устройство. Оружие доставлялось из Сочи, скорее всего из районов Абхазии.

И то, что оно не унесло человеческие жизни в столице, заслуга, тех, кто сегодня в МУРе.

ГЛАВА 8. ПОКАЗАНИЯ МЕРТВОГО ЧЕЛОВЕКА
По соседству с Джеймсом Бондом. – В моей смерти прошу винить генерала Г. – Кровь на паркете

ПО СОСЕДСТВУ С ДЖЕЙМСОМ БОНДОМ

Я никогда не встречался с этим человеком – не в пример большинству других участников банды. Но и того, что слышал, читал я о нем, вполне достаточно, чтобы сформировать этот образ.

Сразу после его задержания один знакомый рассказал, как случайно встретился с ним на охоте. Будущий арестант примчался в сопровождении вереницы джипов. Зверей стрелял налево-направо, не щадил ни самок, ни детенышей, повсеместно оставляя подранков. А когда егеря возмутились, обложил всех трехэтажным матом: «Да вы знаете, кто я такой?! Я самих вас здесь расстреляю! Я генерал!»

«Беспределыцик», – шепотом обменивались потом егеря, и это короткое, словечко лучше всего, пожалуй, определяет суть генерал-лейтенанта Владимира Танеева, бывшего начальника Управления безопасности МЧС и главной «крыши» муровской бригады.

Он был беспределен во всем: и в жизни, и в бизнесе, и в разборках. Когда на даче у Танеева у деревни Большакове Солнечногорского района делали обыск, даже искушенные в излишествах чекисты (слава богу, сколько нуворишей прошло через их руки) были изумлены. Дом на участке в 3 гектара был не просто богат: всё здесь точно кричало, кичилось роскошью и достатком.

Дубовые лестницы. Сделанная на заказ бронзовая десятиметровая люстра. Мраморные камины. Эксклюзивная мебель. В каждой комнате – по домашнему кинотеатру (всего под миллион долларов). Одни только шторы, как явствовало из найденных квитанций, обошлись ему в 20 тысяч «зеленых».

Платяные шкафы генерала напоминали бутик. Двести костюмов, невероятное количество женских сумочек и платьев, штабеля туфель. Россыпи коробочек от ювелирных украшений (сами драгоценности, равно как и иномарки, родственники Танеева успели эвакуировать до начала обыска).

Вот как описывали свои ощущения от ганеевского особняка присутствующие при обыске журналисты:

«Три этажа с шикарной мансардой, отданной целиком под спальню, и кабинет сына обставлены по последнему слову моды и техники. Жилище это было рассчитано только на пребывание хозяев, гостевых в особняке не предусмотрено. В доме работают пять слуг, включая садовника, превратившего двор и комнаты в райский уголок.

На первом этаже расположены гостиная (стоимость одного стула за длинным обеденным столом достигает тысячи долларов), выдержанная в пастельных тонах, а также еще одна комната, санузел и огромная кухня, напичканная техникой. Своя электроподстанция. На втором этаже – отдельные спальни супругов с отдельными опять же санузлами и несколько подсобок. Есть в особняке и сауна, которой вроде и не пользовались ни разу.

Кроме того, во дворе Танеевых, обустроенном умелым ландшафтным дизайнером, стоят удобные беседки и прочие постройки. Но главная достопримечательность – шикарный теннисный корт, намного круче, чем у простых полковников МУРа».

К слову сказать, дом на Пятницком шоссе с кортом и баней был не единственным достоянием скромного генерала. На Чистопрудном бульваре владел он квартирой в каких-то 200 метров. А уже после его ареста испанская полиция нашла в курортном городке Марбелья другое га-неевское лежбище. В элитном особняке на самом берегу Средиземного моря принадлежал Танееву целый этаж. По соседству с ним жили Бандерас, Шон Коннери и прочие знаменитости.

…Аведь когда-то был он неплохим офицером, достойным продолжателем семейных традиций. Отец его прошел всю войну, командовал 5-й ударной армией, дослужился до генерал-лейтенанта. Дед был одним из организаторов советской власти в Башкирии.

Танеев даже успел побывать в Афганистане, заработать орден: заработал, надо сказать, честно.

Но после того как в начале 90-х пришел он в МЧС – начальником новосозданного Управления безопасности, – словно щелкнул внутри какой-то тумблер. От безграничной власти закружилась у Танеева голова. Он почувствовал себя небожителем, частью элиты, особой касты. Касты, надо заметить, неприкасаемой, ибо с самого своего рождения МЧС всегда было священной коровой, этаким образцовым министерством, потемкинской деревней демократического режима.

Политические дрязги и разборки обходили МЧС стороной. Даже если и вспыхивал здесь какой-нибудь скандал, его быстро и профессионально тушили. И в итоге в глазах широких масс МЧС превратилось едва ли не в единственный островок благополучия, средоточение романтичного благородства. О том, что творится здесь в действительности (воруют-то везде!), знали лишь единицы.

Поначалу Танеев пользовался абсолютным доверием министра. В его подчинение были отданы все силовые службы МЧС: центр спецназначения «Лидер», 348-й спеццентр, шифровальная связь, секретное делопроизводство.

Но генерала подвела нескромность. В 98-м он приехал на одну из тусовок, сидя за рулем новенького 500-го «мерседеса». Министр, ездивший тогда на «Волге», этому крайне удивился. Вскоре большинство служб из подчинения Танеева было выведено.

По понятным причинам, об опале он не рассказывал никому. Для окружающих Танеев по-прежнему оставался правой рукой Шойгу.

В чем-чем, а в искусстве «разводить» Танеев преуспел с лихвой. Руководителей государства называл по именам, запросто. Любой коммерческий вопрос брался решать на раз. Всем входившим к нему, не таясь, прямо с порога, предлагал зарабатывать деньги.

Слава о всемогущем генерале МЧС широко гуляла по Москве. Неиссякаемым потоком шли к нему за подмогой коммерсанты всех мастей. «Крыша» нужна сегодня каждому, а в прочности «крыши» ганеевской сомневаться не приходилось. Да и как иначе, если горят золотом диски правительственных «вертушек» и висят на стенах роскошного кабинета красочные фотографии, от которых разом захватывает дух. На одной он в обнимку с Шойгу. На другой – с Патриархом. На приеме в Кремле с сильными мира сего. В Грозном верхом на БТР (генерал ездил в Чечню на три дня, за что получил потом право именоваться участником боевых действий).

Но настоящий звездный час Танеева наступил после его знакомства с муровцами. Свел их один из заместителей начальника столичного УФСБ – человек, преданный Танееву с потрохами (за усердие ему был подарен «Москвич – Алеко», и от счастья такого чекист долго не мог опомниться).

Они сошлись с ходу. Стороны удачно дополняли друг друга. Муровцы давно искали политическую «крышу». (Хоть и водились с ними многие генералы МВД, только милицейская дружба сродни женской – рассыпается при первом же испытании, а тут – правая рука Шойгу, целый генерал-лейтенант!) Танеев же остро нуждался в силовой составляющей, ибо одними звонками по «вертушке» да угрозами мало что можно сегодня решить. По сути, в его подчинении находилась теперь целая ОРЧ МУРа, готовая выполнить любой приказ.

(Один лишь пример: накануне ареста «оборотни» «наехали» на какого-то армянина, который не поделил место на стоянке с ганеевским подчиненным – тоже, кстати, генералом. «Мы этого армянина в плен взяли, – радостно докладывал с места событий полковник Самолкин. – Жути нагнали, по голове настучали… Он будет заикаться и извиняться как шелковый!»)

Личный врач генерала Эдуард Кулик (он был оформлен сотрудником Управления безопасности МЧС) вспоминал на следствии, что Танеев кардинально изменился в 95 – 96-м годах, сиречь подружившись с «оборотнями». Еще недавно он жил в типовой окраинной квартире, никак не мог достроить дачу. Теперь же всё изменилось точно по мановению волшебной палочки.

Танеев переехал в роскошную квартиру на Чистых прудах. Обзавелся парком иномарок. Регулярно стал отдыхать за кордоном, а на его участке, к которому прирезал он гектар леса, выросли баня, теннисный корт и домик прислуги.

Муровцы не скупились на генеральские прихоти. Ежемесячно ему платили двадцать тысяч долларов (в «черной» бухгалтерии фонда бригады он значился как «Володя Кам.» – Камильевич). Если Танеев приводил под их «крышу» коммерсантов, к «окладу» добавлялась и половина всей привлеченной прибыли.

И Танеев старался, как мог. Девяносто процентов своего рабочего дня начальник УБ МЧС отдавал бизнесу. С коммерсантами он встречался не таясь, прямо в служебном кабинете. Предпочтение отдавалось строительству, ресторациям, индустрии развлечений.

Энергии этого человека можно только позавидовать. С одинаковым энтузиазмом он строил мусороперераба-тывающие заводы и вкладывался в похоронные конторы. Влезал в бизнес-центры и магазины беспошлинной торговли. Ему было дело даже до производства молока.

Теперь, после встречи с муровцами, ассортимент его возможностей резко возрос. Отныне он предлагает не только свои услуги, но и «крышу» Петровки – лихих ребят, которые, как говорил Танеев, не в пример «Альфе» или «Вымпелу», могут не только выезжать на разборки с бандитами, но и «закрывать» любого агрессора.

Так было, например, с директором рынка стройматериалов «Дмитровский двор» Николаем Кичигиным. В марте 2001-го Кичигин пришел к Танееву за помощью. Он хотел начать кожевенное производство и нуждался в «крыше».

– Хорошо, – важно изрек генерал, выслушав ходока, – вас возьмет под крышу МУР. Я дам своих воспитанников. Сильнее их в Москве нет… Только учтите, что бизнес они контролируют очень жестко… Если вы где-то решите без них, то…

Танеев не договорил, что значит «то», но этого и не требовалось. Все было понятно без слов.

Ровно через день, 28 марта, генерал уже знакомил Кичигина с полковником Лысаковым, своим, как он выразился, «давнишним другом и братом»: «Всё, что мы делаем, мы делаем вместе».

Я цитирую все выражения и фразы Танеева дословно, по стенограмме его разговоров, которая есть в материалах уголовного дела. К тому времени спецслужбы уже начали разработку генерала. Скрытая техника беспристрастно фиксировала каждую его встречу. Зафиксировала она и диалог, состоявшийся после того, как коммерсант Ки-чигин закрыл дверь генеральского кабинета.

«Сотку имеет, значит, надо десятку у него просить, – протянул Танеев. – А попозже, я думаю, пятнадцать процентов.

«Не, – Лысаков жадничать не хотел, – везде двенадцать процентов. Это как все спецслужбы, как все охранники…»

«Но тогда мне ни х…я не достанется… Не, я разведу. Скажу: ребятам – четырнадцать, и мне – шесть…»

А вот расшифровка другого диалога Танеева. На этот раз он «разводит» (по его же определению) некоего коммерсанта Сергея Егоровича (следствие найти его не смогло). На календаре 29 марта 2001-го.

Танеев: У вас серьезные дела намечаются, ребята. Вам надо крышу иметь. Просто так, по звонку, вы за..бетесь работать. Вам надо повстречаться с МУРом. Они люди понимающие и понимают, что сегодня вы не можете там десятку платить. Потому что всего пятнадцать-двадцать… Увеличатся объемы, будете больше…

Коммерсант: Да,да, да…

Танеев: Во когда, бл..дь, начнут еб..ть, бл..дь, вас бан-дюки, бл..дь… А они придут! Как только у вас не пятнадцать будет, а двадцать-тридцать, придут сразу. Это я вам гарантирую!

Коммерсант: Да, я знаю…

Танеев: А с МУРом я тебя на следующей неделе… Ребят я тебе дам толковых, лучше их нет…

Насчет последнего генерал не врал. Лучше «оборотней» для него и впрямь не было никого. Ведь только с их помощью он сумел стать тем, кем стал: сначала – миллионером. Потом – заключенным…

Из отчета о проведении серии обысков в рабочих кабинетах, квартирах, гаражах, банковских ячейках и на дачах арестованных:

Всего изъято:

Валюты: Змлн 400 тыс. долл. и 10 тыс. евро.

Рублей: более 800 тыс.

Пластиковые кредитные карты «Visa Gold»: 10 ед.

Часы наручные: «Брегет» – 1 шт., «Вашерон Константин», «Потек Филипп» – 12 шт.

Ключи от автомашин: 45 ед.

Пистолеты («ПМ», «берета», «валътер», «Иж»): 20 ед.

Электродетонаторы: 3 ед.

Гранаты: 2 ед.

Патронов разного калибра: около 1000 ед.

Цепи золотые: 10 ед.

Кокаина: более 100 гр.

Героин: более 15 гр.