Текст книги "Хозяин подзмелья (СИ)"

Автор книги: Александр Левин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 15 страниц)

Ксана выставила две миски с овощной похлебкой и большим куском мяса, краюху черного хлеба и две бутылки из мутного стекла с неизвестной жидкостью. Мы ели молча, а Ксана бросала злые взгляды на Варджу. Покончив с едой вульфен встал и обратился ко мне -”Пойдем, покажу тебе твою комнату.”

Мы поднялись на второй этаж, хозяин открыл дверь с номером три. Обычная такая комната в гостинице: кровать, деревянный ларь, грубый деревянный стол и такой же табурет. Сбоку тумба с тазиком и графином из обожженной глины. Вульфен, не дав осмотреться, втолкнул меня в комнату и закрыл дверь, система тут же высветила сообщение: “Хотите сделать эту комнату личной?” Я нажал кнопку “Да” – все-таки очень удобно был расположен постоялый двор. “Дополнительные возможности личной комнаты станут доступны после получения 10 уровня” – прозвенело системное сообщение.

“Закрывай дверь и лезь в окно” – лукаво шептал вульфен.

Доступно задание “Проучите скрягу – поймайте почтальона Курунта на перепродаже ресурсов. Награда – вариативно. Отказ от задание – неприязнь с хозяином постоялого двора”. Я с радостью нажал клавишу “ДА”. Мгновенно, под моей иконкой появилась иконка вульфена, с двумя полосками: жизни– красной и желтой– судя по всему это какой– то аналог маны. Система, все тем же мертвым, машинным голосом с отзвуками колокольчика, оповестила меня о создании группы, что ее лидер Варджа и предложила следовать за ним.

Мы с вульфеном вылезли в окно и спустились по скатной крыше к поленнице с дровами. Набрав две вязанки дров, я обратился к Вардже -“Я все, можно бежать”. Мы перебежками направились к солярию, стараясь не попадаться на глаза Ксане, которая была явно недовольна ребячеством мужа. Дверь в здании почты была открыта, я вошел в комнату с кобальдом и по внешнему виду он до сих пор замерзал, несмотря на два пышущих синим огнем камина, которые дополнительно освещали помещение в сгущающихся сумерках.

“Уважаемый Курунт, я принес вам дров”– я вытащил две вязанки дров и положил их около стены, подальше от открытого огня.

“Спасибо”– кажется, трясясь от холода, коротко ответил Курунт.

“Задание: “Согреть обездоМленного” выполнено. Награда 10 серебряных монет. Опыт 200.”. Десять монет звякнули в кошельке, а шкала опыта пополнилась на две трети.

Странность кошелька была в том, что деньги отображались, и в кошельке в виде цифрового табло, и одновременно на персонаже– тонким кожаным браслетом, с нанизанными на нем металлическими кругляшами с отверстиями в середине. Я отвесил поклон, а Курунт напомнил, что будет рад приобрести еще дров, в неограниченных количествах и, конечно, в любое время. Сразу на выходе Варджа схватил меня за грудки и поволок за угол.

“Ждем”– скомандовал вульфен, присев на корточки и скрываясь в тени почты-банка.

Через пару минут из двери почты вышел Курунт в потрепанном меховом плаще до пят, и в шапке с прорезями для ушей.

“Тихо, следуй за мной”, – прошептал вульфен и стал полупрозрачным, над его головой светился значок глаза, но судя по реакции окружающих видел его только я.

Курунт шел на выход из солярия. Варджа следовал за ним прячась в тенях зданий, предметов и редких растений, а я на полусогнутых ногах, пытаясь не отстать от вульфена и не сильно привлекать к себе внимание.

Курунт расположился у главного входа в солярий и начал зазывать покупателей, разложив дрова на земле подле себя – “Подходи, покупай дрова, прямиком из южных эльфийских лесов всего 30 серебра за вязанку. Подходи, налетай– дрова покупай.” – надрывая голос заманивал наивных покупателей кобольд.

И тут, как черт из табакерки, из тени перехода проявился вульфен – “Ах, ты скряга, опять на моих постояльцах нажиться пытаешься!”. Я поднялся с земли рядом с Курунтом.

“Тихо, тихо не распугивай мне покупателей” – вполголоса затараторил пойманный на горячем кобольд.

“Народ, смотрите, что твориться! Кобольд торгует дровами, которые принесли ему из жалости. Наивные “несмертные” тащат ему дрова, чтобы согреть бедного, обездоленного кобольда, оторванного от родного вулкана” – голосил во всю глотку вульфен, упиваясь своим представлением. Редкие зрители из игроков не обращали на уличный спектакль никакого внимания, а вот стража очень даже заинтересованно крутила головами, пытаясь в туманных сумерках рассмотреть источник криков.

“Ладно, ладно, что ты в этот раз хочешь?”– взмолился Курунт.

“Ну как и в предыдущие разы: верни мне дрова, да выдай бутылку кобольдского угольного самогона. А с работником моим сами решайте. Иначе..”.

“Стражу позовешь?” – Курунт вопросительно посмотрел на хитрого вульфена.

“Нет, просто запрещу своим работникам брать дрова, в округе-то моя поленница единственная, да еще и ловушки около нее поставлю и слисов натравлю. Буду ловить незадачливых разбойников, которых ты сможешь разжалобить, а когда поймаю неудачников...может и стражу позову. ” – Варджа приблизился к Курунту и стал щелкать клыкастой пастью, издавая хриплые звуки похожие на лай.

“С тобой понятно. Так, что ты хочешь за молчание?”– Кобольд обращался уже ко мне. “Может обойдемся почтовым ящиком?” – Курунт потупил взгляд.

“Стоп, ты ж мне его продать предлагал, да еще и за 50 золотых” – меня разбирала злость, я уже начал поворачивать голову к охране, чтобы направить их к обидчику, но он взмолился.

“Ну, ты ж “несмертный” да еще и желтопузик, пойми и меня, с тебя денег содрать сами Великие Джины велят” – протароторил кобольд, – “А, если мы забудем про этот неловкий инцидент, произошедший, несомненно, по взаимному недопониманию, то к бесплатному ящику я еще, добавлю ежесуточный доступ к банковской ячейке из почтового ящика, для такого “наблюдательного” клиента – на безвозмездной основе, само собой.” Я отвернулся от стражи к Курунту и кивнул в знак согласия. “Звоночек” сообщил мне: “Задание “Проучите скрягу” – выполнено. Награда – бесплатный почтовый ящик, ежесуточный доступ к банковской ячейке. Опыт – 200.”

Полоска опыта второй раз мигнула до заполнения, а обновленная наполнилась заполнилась на треть. Я достиг третьего уровня: +10 духовность, +2 интеллекта, +1 выносливости, жизней стало – 120, маны – 240, а третья полоска почему-то опустела наполовину. Но что это за полоса я до сих пор не разобрался, и это скверно.

Вульфен сгреб дрова и мы дружной ватагой пошли к помещению почты.

Курунт выдал мне почтовый ящик, а вульфену – изрядных размеров бутылку с черной жидкостью. И, не прощаясь, мы довольные направились к зданию постоялого двора. По пути вульфен желтоватыми клыками откупорил бутыль, сплевывая пробку на землю, демонстрируя намерение выпить содержимое полностью, на ходу сделал несколько глотков, прямо из горла и передал черное пойло мне.

“Крепкая штука, но лучше никто не делает, а проучить этого проныру и разжиться бесплатным самогоном – это совмещение приятного и второго приятного” – Варджа засиял и я думал, что это: радость от хорошо сделанного дела или разыгравшаяся от алкоголя кровь.

Я приложился к бутылке и сделал глоток – горло обожгло, как от хозяйственного растворителя, желудок свернулся в клубок, а ноги отказались идти дальше и резко остановились. Я плюхнулся лицом в дорожную грязь, намокшую от тумана, а если бы у меня был нос, то я бы его разбил. Меня тошнило, а в глазах плясали красные чертики. “Онемение” – появился дебафф – “вы не можете двигаться.” Вульфен меня поднял и тряхнул, как свежевыстиранную наволочку.

“Хорош самогон, а, салага? Ничего, поживешь с нами, научишься пить всякую гадость. Тут только первый раз тяжко, а потом как слеза дракона заходит.”– шутил вульфен и сам же, и смеялся.

Интересно мне, что там в его программе накручено? То шутит, то гоняет кобольда за малый гешефт!

“Не жди меня. Пойду пожалуй, посижу немного со слисами, а то что-то дурно от вашего пойла” – сказал я Вардже и повернул к сайнику.

Я присел на, вывернутое из стены частокола, бревно и свистнул слисам: они не спеша продефилировали ко мне и опустили головы, давая возможность запустить руки в густую рыжую гриву. В иссиня– черном вечернем небе, которое бывает только в пустыне и на полюсах, появились первые звезды, видимые в небольшой части пролома свода пещеры с озером. В обзоре, в правом углу рядом с картой появился дебаф “Опьянение” – меня натурально болтало из стороны в сторону, голова кружилась, а изображение расплывалось. Я обнял слиса, опершись на его мощную шею, рассказывая о своей тяжелой доле и неудачах в любви, еще пару минут, кажется я бы поведал ему о перипетиях современной политики и о том какой начальник ГАН….. Животина, конечно, не березка, но слушала отменно, даже не пытаясь вставить свое фырканье между моими пьяными, мало связанными фразами. “Коне-лис” на мгновение встрепенулся всем телом, как будто почувствовал нестерпимую боль или приближающуюся опасность и тут же круто вывернул шею, вставая на дыбы. Мое не очень трезвое тело безвольно сползло к спине и я оказался на крупе, держась обеими парами рук за густую мягкую гриву. Мой вынужденный конь понес меня к озеру, мимо гостиницы, по пути сшибая дворовую утварь. Страх брал верх над опьянением, а ветер глушил звуки окружения, которые создавал народ, высыпавший на мои крики и шум разлетающихся ведер из здания постоялого двора. За считанные секунды мы обогнули озеро, вернулись к гостинице, снесли поилку, снесли часть забора и снова устремились к озеру.

“Крути ее к воде и там спрыгивай, вода смягчит удар!!!” – кричала Ксана, хотя может это была и не она.

Варджа кинулся на перехват, но слис даже не думал останавливаться и сбил моего неудавшегося спасителя и своего хозяина в одном лице с ног, и изрядно так на нем потоптался, брываясь и вставая на дыбы. Наездник из меня никудышный, единственное, что я мог сделать – это свалиться с “коня”. В голове начало проясняться – от страха и адреналина все дебафы спали. Нужно выбрать время, когда соскочить с коня: пол в пещере земляной и удар при такой скорости о поверхность я вряд ли переживу, а вот вода может стать спасательным кругом, как бы глупо это ни звучало. Направив слиса к кромке воды, хотя нет: попробовав направить слиса к кромке воды, я опустился на шею “коне-лис”, заваливаясь в сторону, но, почему-то, не упал. Животное прогнулось, поддерживая меня шеей и в три шага остановилось. Я перехватил его за гриву, и пришпорив, уже осмысленно, направил его к сайнику. Конь подчинился моей воле, неспеша переставляя лапы. Во дворе гостиницы собралась толпа, окружившая распластавшегося на земле Варджу. Буквально в два длинных прыжка я оказался рядом со скоплением народа.

Слис пробился сквозь толпу, проторяя себе путь в толпе зевак крупной головой, согнул передние лапы в коленях, облегчая мне спуск. Я спрыгнул, расталкивая толпу, выкрикивая – “А ну, расступись!!! ЧЁ, ни разу несчастного случая не видели?”. Уровень жизни хозяина постоялого двора застыл в красном секторе, на вид процентов 5, может 7. Я не раздумывая использовал “малое лечение”, хотя мои 30 единиц восстановления жизни вряд ли могли спасти вульфена, но я без остановки его лечил: 360 единиц – вот все, что я мог ему отдать. Шкала жизни Варджа поднялась в сумме еще процентов на 5. “Все, я пуст” – сказал я, не обращаясь ни к кому конкретно.

“Нужно занести его в дом”– скорбно сказала Ксана.

На теле вульфена отсутствовали видимые повреждения, свидетельствующие о заскриптованности данного события, а значит все происходившее– случайно сгенерированный квест. Надеюсь, Варджа переживет мою неопытность в качестве пьяного наездника. Говорили же мне люди – не садись за руль пьяным.

Я попытался перенести вульфена в дом, но с моим значением силы, я мог поднять, разве что, руку и то без колец, и браслетов.

“Подсобите, кто-нибудь”– опять в никуда крикнул я.

На помощь пришла сама Ксана. Она легко, как невесомое перышко, подхватилаВарджу на руки и резко увеличиваясь в размерах (это, абилка войнов, как Дарта, а Ксана вроде шаманка?). Нужно расспросить Дарту об этой трансформации. По ее размерам было понятно, что силы у нее порядком и под горячую руку ей лучше не попадаться.

Комната хозяев располагалась на первом этаже и была вынесена в отдельное помещение со своей крышей. Она напоминала юрту кочевых народов севера, разделенную на три сектора: спальню, кухню и рабочую часть. Вся мебель была представлена одним небольшим столом на коротеньких ножках, у которого можно было расположиться только лежа. Полки и шкафы в комнате отсутствовали, все лежало на полу либо подвешивалось к стенам и потолку. В центре комнаты установлен очаг, сложенный из крупных камней, скрепленных шамотной глиной. С потолка свисала труба дымохода с полуметровым (в диаметре) раструбом в нижней части, украшенным изображениями охоты вульфенов на диких животных. Угли давно остыли, а мелкие частички золы улетали в трубу, увлекаемые потоком воздуха, приведенным в движения нашим беспокойным присутствием. Кухонная зона находилась между входом и очагом. У костровища была выставлена нехитрая кухонная утварь: медный чайник, вертел для жарки мяса, чашки, ножи и разделочные доски. Пол в спальном секторе устлан многослойным пирогом из кожи, лоскутных ковриков и подушек. Импровизированный лежак из шкур, по древней традиции, ориентирован ногами ко входу и упирался в заграждение очага. Оставшееся место -между кухней и спальней, у дальней от входа стены– занимал рабочий сектор, большую часть которого оккупировал резной тотем из белой древесины. Подле него лежала тряпица с жертвенными чашами, горками цветных камушков, гадальных костей и прочей эзотерической утварью. Вокруг тотема стены увешаны ритуальными масками и ножами, а на нитках сушатся связки душистых растений и грибов.

Уложив хозяина на лежак я встал в дверном проеме.

“Это ты во всем виноват” – со злобой выплюнула в меня обвинения Ксана. Я попытался начать оправдываться, но она не стала слушать, а выпроводила меня за водой.

Я метнулся за ведром, оно лежало на привычном месте, рядом с перевернутой поилкой. Из сайника вышел слис. Он выглядел испуганным, прижимал уши к голове, а хвост к крупу. Мне хотелось его успокоить, но вода сейчас важнее, конь никуда не денется, утром навещу его и попробую вернуть ему привычную игривость. Слис подставлял мне голову, покусывал за плечо и бодал ведро головой. Я ускорил шаг, оставляя озадаченное животное позади. В ночном небе перемигивались звезды и взошли две луны, осветив узкую дорожку ведущую к озеру. Уже будучи опытным водоносом, я наполнил ведро на две трети, чтобы не расплескивать воду и отправился назад. В ответ на стук дверь открылась сама. В нее пришлось протискиваться, потому что весь пол был завален какими то принадлежностями для колдовства – “Ох, уж мне все это вуду”– Ксана бросила на меня злобный взгляд, но в комнату пустила. “Садись. Воду принес?” – я вытянул ведро и кивнул головой. Она зачерпнула воду закопченной чашкой и влила в посудину над огнем, она мгновенно забурлила, несколько соцветий трав пошли следом в ту же чашку. Ксана начала подвывать заунывную мелодию и покачиваться, сидя в позе лотоса. Я повторил и позу, и однонотную мантру, насколько это было в моих силах. Плотный пар окутал комнату, он пах ромашками, пустырником и чем то горьким, но такого цветка не было в моем мысленном гербарии. В глазах темнело, а вена на лбу пульсировала. Я погрузился в транс, правую руку рассекла острая боль, а на границе сознания услышал рык вульфена и фразу на знакомом языке: “Одна душа взамен другой. Чужую жизнь впитай с водой” – она растягивала фразу под ритмичные удары сердца. Экран померк, а в обзоре расплылась надпись: “Вы умерли! Вы теряете 10% набранного за уровень опыта, прочность вещей понижена на 10 %”.

Глава 6 Плохой шахтер – Хороший кузнец.

Я очнулся в своей комнате на втором этаже постоялого двора, уже явно было утро, часов у меня не было, а искать их в настройках сейчас не было ни сил, ни желания. Я выпрыгнул из кровати и направился вниз, в окне чата мигало внутриигровое сообщение, я отмахнулся от него, как от назойливой мухи, и в несколько больших прыжков оказался у открытой двери хозяйской юрты. Хозяев не было, обстановка ничем не напоминала вчерашнюю, все вещи разложены по местам, а кровать свернута в тугой валик. Пар давно выветрился, запах не ощущался.

“Что за дела?” – где Варджа? Я надеялся найти этого неугомонного вульфена в кровати. Но ни его, ни Ксаны в доме не было! Меня это однозначно тревожило. На заднем дворе скакали слисы и я отправился к ним, может хозяева там. Судя по звукам, кто то рубил дрова, странно, мои... квестовые…дрова... кто-то… рубил. Это был вульфен, он стоял ко мне спиной и я никак не мог рассмотреть ни имени, ни уровня.

“Эй вульфен, ты рубишь мои квестовые дрова! И как, черт возьми, ты поднял топор, который тебе не принадлежит?!” – с вызовом выкрикнул я и, выхватив свои одноручные топоры, мгновенно обновил бафы: скарабеев и благословение.

Рыжая копна волос на гриве вздрогнула и встала торчком, как у дикобраза, вульфен перехватил топор двумя руками и издал громкий рык, баф благословения с меня мгновенно спал. “А ты ничего не перепутал, желтопузик? Кричать на хозяина в его же доме?” – в голосе явно была угроза, но он не повернулся. Вульфен взял топор левой рукой, и рывком поравнялся со мной, схватив правой рукой меня за шею, за вторым рывком он перенес меня к сайнику, и с силой ударил о стену. Только теперь я смог рассмотреть своего противника: рыжие густые волосы, заплетенные в тугие косы, закрепленные широкими кольцами из серебра. Скуластая морда с широкой козлиной бородкой и ясными голубыми глазами, которым могли бы позавидовать все земные красавицы. Желтые зубы щелкнули перед моим лицом – “Ну что, распознал?” – разразилась хохотом клыкастая пасть. Я стал всматриваться в имя персонажа – “Варджа”.

“Но как? Ты еще вечером был при смерти? “ – я не поверил своим глазам.

“Самопожертвование.” – сухо произнес помолодевший вульфен, – “Ты умер, я переродился. Ксане тоже немного осталось, она помолодела лет на десять и к осени снова сможет ощениться.”

Я открыл лог вчерашних событий и обомлел – “В отдаете свою жизненную силу, для спасения чужой жизни. При смерти персонажа, цель полностью восстанавливается и получает иммунитет к любому урону на 1 минуту.” Я перелистал книгу заклинаний. Новая абилка заняла место на странице активных умений:

“Самопожертвование” – передача своей жизни выбранной цели в пропорции: одна единица жизни кастующего к двум единицам жизни цели, после смерти заклинателя цель становится иммунной к любому урону на 1 минуту. Если цель вылечена полностью, а заклинатель еще жив, то оба персонажа получает иммунитет от урона на 1 минуту. Туннельное действие, расходует 10 маны раз в 3 секунды. ”

“Извини, что Ксана тебя не предупредила. Но ты несмертный – вы возвращаетесь “из забытья” через короткий миг, нам же грозит окончательная смерть” – Варджа отвел глаза. Система с металлическим звоном вывела сообщение: “Скрытое задание – “Спасение обреченного”– выполнено. Награда: Репутация с вульфенами – повысилась до “друг вульфенов”, опыт – 250, 1 золота или возможность изучения профессии.”. Полоска опыта заполнилась на половину. Третья полоска почти полностью опустела, и я себе в очередной раз напомнил о необходимости расспросить о ней кого– нибудь.

Варджа протянул мне веревочку с надетым на нее золотым кругляшом– “Мне больше нечего тебе предложить”.

“Почему же нечего? Я хочу обучиться добывать руду и ковать доспехи – может ты мне можешь с этим помочь?"

Вульфен встрепенулся, повеселел и уже с хитрым прищуром ответил – “Желтопузик – кузнец, да меня же вся стая засмеет! Но, если ты настаиваешь...”.

“Да, и расскажи, какого черта ты решил по пьяни объездить этого слиса?” – Варджа рыкнул и указал пальцем на привязанного к столбу слиса, который сразу съежился и поджал уши и хвост, как побитая собака.

“Да какой там... приобнял его пока гриву расчесывал, а он дернулся и понес меня. А дальше ты знаешь.” – пришла моя очередь извиняться.

“Я-то не в обиде. Видел, как я помолодел? А вот Ксана пошла за шаманом, решила в жертву духам его принести” – Варджа кивнул на слиса – “так что тебе придется либо наблюдать за этим действием, или выкрасть его у меня. Что выбираешь? А?”

Окно системы, в очередной раз прозвенел в голове: “Задание – “Обмануть небытие” – спасите жертвенное животное из лап смерти. Награда: вариативно. Штраф за отказ от задания – нет.” Конечно, да. Как тут можно отказаться? Мы подошли к слису и вульфен отвязал поводок со столба. -”Он твой, мучайся теперь ты.”. Я взял поводок и слис растаял на моих глазах. ”Изучено новое умение – призыв слиса.” – я опешил.

“Хватит созерцать место побега, Ксане скажем, что жертва с ума сошла, да и сбежала. Пусть его теперь охрана ищет.” – мы двинулись к кузнице. По дороге Варджа рассказывал мне о своей родине, семье, былых подвигах и причинах появления в улье Рукхан и конкретно в городе РукханГар – многое я пропустил мимо ушей. Вычленил лишь самые важные вещи, отмечая их в логах, чтобы позже вернуться к разговору и попробовать выцепить еще какое-нибудь задание. Все-таки персонаж оказался очень ярким и ему было что поведать о мире за рюмочкой чая.

Солярий встретил нашу маленькую группу каким-то серым туманом, влажность ощущалась на всех элементах площади, земляной пол размяк и напоминал одновременно каток и Парижские улочки времен средневековья. Грязь, в которой копошились крупные крысы, портила величественный вид кишащей народом площади солярия.

“Держи кошелек ближе к телу, в тумане активизируются воры, можно без последнего медяка остаться” – пролаял Варджа, в очередной раз обратив на меня взгляд своих помолодевших голубых глаз.

Вход в ремесленный район располагался в ущелье уровнем ниже, строго напротив входа в покои королевы, в нескольких поворотах винтового спуска от личных комнат игроков и распластался в нише глубокого каньона. Здания мастерских прижимались к стенам и пытались отодвинуться от лавовой реки – здесь наверное рай для кобольдов, а вот вульфены наверняка выли от жары.

Варджа свернул к каменному зданию, выложенному из крупных неотесанных валунов, местами опирающихся на земляной пол, а где-то выступающих прямо из стены, нависая над поверхность. Рукав лавовой реки проходил через здание насквозь, по каналу сформированному из гранита. Внутри располагались горны и наковальни, меж которых сновали кузнецы в кожаных фартуках на голое до пояса тело и в темных масках, на подобии сварочных. Опознать расу можно было только по закопченным рукам и вспотевшим спинам, ну и хвосты, конечно, выделяли отдельно стоящих вульфенов и кобольдов. В углу на необработанном булыжнике восседал минотавр. Он медленно осматривал свои владения, следил за работой подмастерьев-кузнецов и выявлял недостатки принесенных на оценку поделок. Я остался стоять на входе, а Варджа с ревом кинулся к минотавру, тот вскочил со своего импровизированного трона и выставив вперед заостренные черные рога. Все труженики кинулись врассыпную, освобождая полосу шириной метра три. Вульфен перейдя в галоп, используя в качестве опоры рога минотавра, перепрыгнул через него оказавшись за спиной соперника, злобно оскалив зубастую пасть.

“Жив, чертяка, и до сих пор в форме!” – выпрямился минотавр, оборачиваясь к Вардже. С загадочной улыбкой минотавр раскинул руки, хотя нет – стальные рельсы – для дружеских объятий. Вульфен повторил жест и двинулся к другу.

“Привет, старый друг!” – они прижались друг к другу.

“Зачем пожаловал?”– ответил на приветствие минотавр.

“Да образовался тут у меня один должок перед желтопузиком, и представь, попросил он меня твоему ремеслу его обучить” – Вульфен повернулся к сумке и извлек из нее бутылку угольного самогона.

Минотавр смерил бутыль и задумчиво проговорил мантру– “Твой долг– мой долг, веди его сюда, будем осматривать”.

Варджа жестом поманил меня к себе – “Да вот же он. Прошу любить и жаловать. Саваж– Клыкар, Клыкар – Саваж”.

Клыкар посмотрел на меня, одной рукой выдавая мне откуда-то появившуюся кирку, а другой принимая бутылку самогона у Варджа. Сделав глоток “божественного пойла” минотавр пригласил нас в отдельную комнату, в которой располагалось около десятка разных жил.

“Вот медная жила, с нее все начинается – бери кирку за кончик рукояти и бей жилу, только не со всей силы, а то отскочит, ноги переломаешь. Выдавай размеренные удары и поддерживай дыхание ” – голос Клыкара прозвучал по-отечески.

Совершив ритуал усиления, банальным плевком на руки, я схватил кирку всеми четырьмя руками и всей массой тела обрушил удар на медную жилу. Углубившись в мягкую породу, острие инструмента застряло между твердыми металлическими самородками. Попытка раскачки, ударом по деревянной ручке, не принесла плодов. Заостренное лезвие засело слишком сильно и глубоко, что руки просто проскользили по рукояти, обильно смазанной слюной. Клыкар кривя лицо в нервной ухмылке, всетаки решил помочь ученику. Выбрав самый простой способ, демонстрацией необходимости увеличения количества единиц силы в своих показателях. Смотря на меня двумя бычьими глазами он взялся за деревянную ручку, заломил ее от себя, высвобождая из жилы крупный самородок. Второй удар в надежде добыть медь закончился закономерным результатом: засаженной по самое всадное отверстие рукояти. Минотавр второй раз извлек кирку и сжалившись показал процесс добычи руды. Оказалось все проще и сложнее одновременно: нужно бить по мягкой породе между самородками и аккуратно освобождать металл. Минут 5-10 и Клыкар планомерно разбирал медную горку. С последним ударом жила дрогнула и рассыпалась, оставив на земле 3 куска медной руды.

“А можно мне выбрать другую кирку? Эта как-то тяжеловата для меня” – я взглядом смерил инструмент, восстанавливая дыхание после очередной попытки.

Клыкар и Варджа ржали в голос, даже не пытаясь скрыть смех и периодически чокаясь стаканами с самогоном – “Почему ж нельзя? Вон столы с кирками и другим шахтерским инструментом.”

Инструмента действительно было много: кирки, горные топоры, два кайла и молотки, киянки, мелкие бормашины и трубчатые буры. Я выбрал несколько кирок и молотков разных размеров и одно кайло. Инструмент занял все пространство в моей сумке.

“Уважаемый Клыкар, а расскажите пожалуйста, почему предыдущая жила не принесла мне ни единицы навыка “добычи металла” и ни одного куска меди?” -спросил я, пытаясь отдохнуть и выведать нужную информацию.

“Так это просто, ты не добыл металла, это сделал я”– не унимался Клыкар -”И это, давай работай, а то до завтра будешь народ развлекать, а у самогона есть одна особенность– он быстро кончается.”

Отсортировав все кирки по размеру, я начал с самой большой, но нанеся два удара по жиле ее пришлось вернуть на место, тогда я зашел с тыла и взял самую маленькую. Но результат опять был закономерным: я опять ничего не добыл.

“Ок” – решил я – “а можно табурет?”– спросил я у Варджа. Он от смеха разлил самогон и упав с табурета укатился под стол с инструментом, а я успел выхватить из-под него табурет.

Работать стоя, маленьким инструментом – очень неудобно. Сев на табуреточку, я аккуратно вбил кайло молотком в жилу между самородками руды, потом дважды ударил по рукоятке кайла и медный самородок упал на пол.

“Попробуй лежа, так структуру лучше видно” – звучал голос из-под стола с инструментом.

Я поднял самородок. Выложил весь крупногабаритный инструмент на стол и начал экспериментировать с добычей, используя подходящий для меня инструмент. Еще шесть таких заходов, жила исчезла, а я стал владельцем 8 самородков медной руды. Система голосом-колокольчиком наградила меня навыком “Горное дело” – 3 и одной единицей ловкости, увеличив показатель до трех.

Мои учителя ржали, как кони – один не поднимаясь с пола, а второй ерзая на табурете.

“За такой концерт, походу, нужно деньги брать! Зови народ, дружище, да доставай бочонок дворфийского темного, будем продавать страждущим. Вдвойне заработаем” – без тени усмешки продекламировал я.

“Ага” – ответил Клыкар, который так и не смог остановить смех и перевести дыхание.

“Твой способ добычи, подобен ручейку пробивающему скальную породу, порождающий великий каньон. Оглянись по сторонам и посмотри сколько нужно времени для создания этого ущелья. Но прокачивая таким образом ловкость, то примерно…. эээмм– веков за пять ты сможешь развить навык до добычи олова.”– все также ржал Варджа.

”Но за представление можешь позаимствовать на время, эти прекрасные инструменты, а то моя дочь из них уже выросла. Ей же уже целых пять лет.” – упирая руку в колено и побулькивая выдавил из себя Клыкар, пальцем указав на табурет со средним кайлом и большим молотком, – “Вернешь все, когда заработаешь на что то -эмм -по своему размеру, пока перейдем к плавке руды”.

“Плавить руду проще, чем ее добывать”,– сказал Клыкар -”берешь самородок, кидаешь в тигель, ставишь в горн и ждешь, когда металл станет жидким. Переливаешь в изложницу – это такая форма для литья -остужаешь ее и все, слиток готов.”

“Плавить руду можно в любой кузне, и в каждой есть все необходимое, своё покупать не обязательно. Но если ты захочешь стать странствующим ремесленником, то придется разжиться всем необходимым: набором инструмента для добычи, кирки там, молотки и спецмешок. Для плавки понадобятся: тигель, формы, уголь, конечно, тоже нужен, огонь можно развести при помощи огнива, а где взять дрова, я как понял, ты уже знаешь. Для ремонта тоже все придется приобрести, чтобы с каждой дыркой от стрелы на пятке в город не бегать. Ибо ремонт лучше производить по месту, а то за время возвращения в город амуну можно совсем потерять.”– постепенно успокаиваясь продолжил Клыкар.

“Теперь о ковке доспехов. Кольчуга – это тип брони, изготавливаемый из переплетенных колец или скрепленных между собой чешуйчатых, как кожа у кобольдов, небольших пластин. Сначала ты научишься делать кольца и плести их. Поэтому твоя задача на сегодня – научиться изготовлять проволоку, вытягивать ее до нужных размеров, а потом скручивать в пружинку, рассекать ее на колечки и сплетать их между собой” – уже серьезно рассказывал Клыкар.

Я взял только что выплавленный слиток и снова его расплавил, вылил металл в флаймер, изрядно смазанный сажей, и сформировал свой первый пруток. Он получился неровный в середине и с грубыми наплывами по краям, с явными вкраплениями сажи, угля и песка, принесенного потоками ветра. Клыкар осмотрел пруток и кинул в кучку с браком, я взял еще один самородок и расплавил его по старой схеме. Пока плавился металл в тигле, начал готовить флаймер: для этого снял металлические прищепки, соединяющие две полуформы с пятью желобами для отлива прутков,взял немного золы и тщательно измазал обе половинки флаймера.