Текст книги "В снежном плену со Скруджем (ЛП)"

Автор книги: Алекса Райли

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 4 страниц)

Другой рукой я скольжу себе между ног и расстегиваю джинсы. Мой член ноет от того, как его сдерживала молния, и как только я достаю его, он набухает еще больше. Он такой чертовски твердый, и кожа на нем туго натянута, когда прижимается к моему животу. У меня никогда в жизни не было такого стояка, и все, что мне нужно, – легкое прикосновение Найи, чтобы я потерял самообладание.

Я чувствую ее руку у себя на затылке, когда она прижимает мое лицо к своей киске. Как только я посасываю ее клитор, она начинает кончать, и это музыка для моих ушей. Ее тело обмякает на диване, когда она сдается и позволяет удовольствию взять верх.

Когда она кончает, я вынимаю пальцы из ее киски и дочиста облизываю их. Затем сажусь между ее бедер и обхватываю основание своего члена. Головка толстая и влажная, когда я прижимаю ее ко входу и макаю в ее сладкие сливки.

Я смотрю на Найю, наши взгляды встречаются, и киваю на то, что делаю.

– Ты позволишь мне немного?

Она кивает и опускает руки мне на предплечья.

– Сколько? – задаю вопрос я, но сам уже погружаю в нее головку своего члена. Она такая чертовски влажная, что я легко вхожу в нее и шиплю от того, насколько это приятно. Ее девственная киска словно целует мой член, и это возбуждает во мне жадность.

– Я ничего не принимаю. – Она поднимает на меня взгляд из-под ресниц, а затем снова смотрит на свою киску Она видит, что я уже немного внутри, так что мы оба понимает, что это значит.

– Я не хочу надевать презерватив, – говорю я ей и подчеркиваю свою мысль, еще немного толкаясь в нее членом. – Ты же не заставишь меня, правда?

Она качает головой, а затем прикусывает нижнюю губу.

– А как же… ну, ты понимаешь?

О, я черт возьми понимаю. Мысль о том, чтобы кончить в нее, и она забеременела, – это все, о чем я могу думать.

– Позволь мне скользнуть в тебя пару раз. Потом я выйду.

– Хорошо, – нерешительно говорит она.

Я не жду, пока она передумает, закрываю глаза и подаюсь бедрами вперед. Я полностью вхожу в нее за один быстрый толчок, и ощущение ее маленькой тугой киски, обхватывающей меня, почти достаточно, чтобы я кончил. Она слегка шипит, когда я грубо вхожу в нее, поэтому решаю потереть ее клитор большим пальцем. После нескольких движений она двигает бедрами, поэтому я выхожу и снова вхожу, на этот раз медленнее.

Каждый мускул моего тела напрягается, когда мягкие стеночки ее киски обхватывают мой член. Это настоящий рай – быть внутри нее без защиты, и я толкаюсь в нее еще три раза, прежде чем полностью выйти.

– Фрейзер, – голос Найи слегка капризный, и в нем слышится почти обида. – Ты можешь повторить это еще несколько раз? – она двигает бедрами, пока головка моего члена снова не отказывается у ее входа.

– Всего несколько раз.

На этот раз я двигаюсь медленно и наслаждаюсь каждым толчком, зная, что все это время истекаю в нее. Когда я собираюсь выйти, она обхватывает меня ногами, а ее руки на моих предплечьях напрягаются.

– Нет, подожди. Это так приятно.

– Я знаю, красавица, – говорю я и целую ее в лоб. – Мне нравится ощущения, когда я внутри тебя.

– Еще немного?

– Я не могу. – Я качаю головой, опускаю ее колени и выхожу из нее, пока не остается только головка. – Это слишком приятно. Если я снова войду, то не смогу остановиться.

Она двигает бедрами, чтобы я вошел глубже, и мы оба стонем от удовольствия.

– Что произойдет, если ты не остановишься? – она играет с огнем и знает это.

Опускаясь на нее, я наваливаюсь всем своим весом.

– Тогда я отмечу тебя, Найя. – Держа ее руки над головой, я медленно начинаю скользить обратно внутрь. – После того, как я сделаю это один раз, я буду думать, что могу делать это постоянно. Следующее, что ты увидишь, – ты и не вспомнишь, как ощущалась твоя киска без моей спермы в ней.

– О боже, – шепчет Найя, и ее глаза расширяются. – Что произойдет, если я забеременею?

– Я же сказал, у тебя есть я. Верно? – она кивает, когда я хватаю ее за бедра и насаживаю ее киску на свой член, пока не оказываюсь в ней до основания. – Это значит, что ты моя навсегда. – Я нежно целую ее в губы, выходя из нее и снова входя. – Я позабочусь о том, чтобы вы с Миной никогда ни в чем не нуждались.

Она крепче прижимается ко мне, ее бедра поднимаются навстречу моим, а киска сжимается вокруг моей длины. Она уже так близка к тому, чтобы снова кончить, что кажется, будто ее тело привыкло к этому.

– И я гарантирую, что об этом малыше тоже позабочусь.

Я погружаю свой член глубже и потираю ее клитор, когда начинаю кончать. Она вскрикивает от удовольствия, в то время как мои яйца сокращаются, и я наполняю ее киску каждой каплей.

Ее оргазм сжимает мой член, и я наслаждаюсь этим ощущением. Теперь она моя во всех отношениях.

Глава 11

Найя

Медленно просыпаясь, я пытаюсь потянуться, но руки, обнимающие меня, сжимаются еще крепче. Теплое дыхание Фрейзера щекочет шею, и я улыбаюсь. Одна его рука у меня под рубашкой, обхватывает грудь, а другая – между бедер, обхватывает лоно. Его собственнические прикосновения заставляют меня чувствовать себя любимой и желанной так, как я и мечтать не могла.

– Теперь я никогда не смогу заснуть без тебя. Ты меня погубила, – говорит он, а затем целует меня в шею.

– Будь осторожен в своих желаниях, – поддразниваю его я, потому что для меня слишком заманчиво остаться здесь, с ним. Здесь мы будем в безопасности.

Если только я не привела проблемы к его порогу.

– Я знаю, чего хочу.

В его словах есть искренность, и почему-то я ему верю. Но понимает ли он на самом деле, во что ввязывается?

– У меня много багажа, – напоминаю ему я. Здесь, в лесу, с ним легко потеряться и забыть прошлое.

– У тебя нет никакого багажа. – Он поворачивает меня лицом к себе, и я смотрю ему в глаза. – Даже после всего того дерьма, что тебе досталось, ты все равно чертовски милая. Ты не позволила миру и его дерьму разорвать тебя на части.

– Ты думаешь, это так повлияло на тебя? – я кладу руку на его обнаженную грудь, прямо над сердцем, и, клянусь, я почти чувствую печаль, которую он несет в себе.

– Я уже не так уверен, – отвечает он, прежде чем наклониться, чтобы поцеловать меня.

Я никогда не думала, что это будет так просто. На следующее утро не возникает неловкости, напротив, Фрейзер остается самим собой. Он не отталкивает меня, хотя часть меня думает, что, возможно, так и должно быть. Он заперся здесь, чтобы ему не причинили боль. Теперь он впустил в дом Мину и меня, а за нами гонится дьявол.

– Найя? – я слышу, как счастливый голос Мины щебечет мое имя.

Обычно она спит как убитая, но когда просыпается, то готова выпрыгнуть из постели. Если только не хочет обнимашек.

– Медведь? – говорит Мина, и Фрейзер улыбается, услышав, как она зовет его следующим.

Я приподнимаюсь на локтях и понимаю, что не помню, как встала с дивана прошлой ночью. Полагаю, Фрейзер отнес меня в свободную комнату, чтобы мы могли спать вместе.

– Ты одет? – быстро спрашиваю его я, зная, что это только вопрос времени, когда она найдет нас. Я не жду ответа, приподнимаю одеяло и вижу, что на нем действительно спортивные штаны.

– Я натянул их после того, как помог тебе надеть футболку и отнес в постель.

– Умно.

– Я же говорил тебя. У вас есть я.

Дверь медленно открывается, так что Мина может просунуть голову, и когда она видит нас, ее лицо сияет.

– Эй! – она врывается в комнату, когда замечает нас, и заползает на кровать, как обезьянка. – Мы обнимаемся? – она протискивается между мной и Фрейзером.

– Я собирался приготовить вам, леди, завтрак, – предлагает Фрейзер, и Мина кивает.

– Я могу тебе помочь?

– Если хочешь.

Мина крепко обнимает меня, прежде чем спрыгнуть с кровати.

– Давай, Медведь, – она протягивает Фрейзеру руку.

– Иду.

Он быстро целует меня в губы, прежде чем взять ее за руку, а потом я сажусь и смотрю, как они уходят. На меня нахлынуло столько эмоций, что я ошеломлена.

Это место – мечта. Это захватывающе и, если честно, пугающе. Фрейзер воспринял все спокойно, но, если это потому, что он тоже потерялся в этом маленьком мире, который мы создали? Реальность ждет за углом, и, возможно, когда она настанет, все уже не будет казаться таким идеальным.

Я вылезаю из постели и иду в ванную, чтобы привести себя в порядок. Когда замечаю свое отражение в зеркале, я провожу пальцам по губам. Они припухлые и такие залюбленные.

Прежде чем пойти посмотреть, что будет на завтрак, я достаю из сумки трусики и надеваю их под футболку Фрейзера. Старую футболку с названием университета на груди. Буквы выцвели от множества стирок, но она такая мягкая. Я не заморачиваюсь со штанами, потому что они мне велики, и надеюсь, это немного сведет Фрейзера с ума.

– Мне нлавица здесь, – слышу я голос Мины, когда вхожу в гостиную. Они на кухне и пока меня не видят.

– Мне нравится, что вы здесь.

Я стою и смотрю на них, прижимая руку к животу. Я уже думаю о том, что мы делали прошлой ночью. Дважды.

Звуковой сигнал отвлекает меня от мыслей о незащищенном сексе.

– Сто это?

– Подожди секунду, карапуз. – Фрейзер снимает ее с кухонной стойки и ставит на ноги, прежде чем пробежать по дому. Это автоматически усиливает мое беспокойство.

– Что происходит? – кричу я ему вслед.

– Это мой телефон, – говорит он прежде чем скрыться в своем кабинете, но через секунду появляется снова с телефоном в руке.

– Это твой телефон? – по всему дому разнесся громкий звуковой сигнал.

– Вчера вечером, вернувшись домой, я включил сигнализацию на подъездной дорожке.

– Здесь кто-то есть?

– Красавица, все в порядке, – говорит он, пристально глядя мне в глаза, а затем нажимает на экран своего телефона.

Когда я смотрю в телефон вместе с ним, я вижу, что у него есть несколько камер, которые показывают окрестности дома. На одной из них я вижу белый внедорожник, который остановился у дома.

– Черт, – бормочет Фрейзер.

– Что? Это сумасшедшая бывшая или, эм, кто-то еще? – я смотрю на Мину, не желая произносить имя отчима.

– У меня нет бывшей, – отвечает Фрейзер, набирая код на своем телефоне. Надпись «тревога снята» мелькает на экране как раз перед тем, как раздается стук в дверь.

– Кто это? – Мина указывает на дверь.

– Я собираюсь заранее извиниться, – говорит мне Фрейзер.

– Почему? Ты сказал, что это не сумасшедшая бывшая. – Я предполагаю, что это и не мой отчим, если он так легко отключил сигнализацию.

– Обещаю, у нее добрые намерения, но она сойдет с ума.

– Что? – спрашиваю я, прежде чем слышу голос по ту сторону двери.

– Фрейзер? Здесь холодно. Впусти свою маму, – произносит мужской голос.

Его мама? Отец? О боже, я не могу встретиться с его родителями.

– Милая, используй свой ключ.

Судя по всему, у меня нет особого выбора, и тут дверь внезапно открывается.

К моему удивлению, первым в комнату врывается маленький мальчик. На вид он на пару лет старше Мины. За ним следует пожилая пара, и у обоих в руках какие-то вещи.

– Неужели я видела в окне елку? Я… – его мама замолкает, когда видит меня, а затем ее глаза расширяются. Ей требуется секунда, чтобы оглядеть меня с головы до ног, прежде чем моя сестра нарушает неловкое молчание.

– Я Мина! – гордо говорит она, ничуть не смущаясь.

– Я бабушка, – говорит ей женщина, заходя внутрь.

Отец Фрейзера закрывает за ними дверь, и, пока они отвлекаются, я поворачиваюсь к Фрейзеру.

– А мне нужны штаны, – шепотом шиплю я, прежде чем выскочить из комнаты. Как только оказываюсь в спальне, я закрываю за собой дверь и прислоняюсь к ней.

Возможно, было бы лучше, если бы это была сумасшедшая бывшая.

Глава 12

Фрейзер

– Итак, – начинает мой отец, оглядывая гостиную и засовывая руки в карманы джинсов. – Елка?

– Эм… – я как раз собираюсь ответить ему, когда подбегает мой племянник Эй-Джей. Я благодарен за отвлечение. – Привет, приятель. Чем вы, ребята, сегодня занимаетесь?

– Бабушка приготовила тебе поесть. Кто эта девушка, которая сбежала?

– Это Найя. – Я смотрю на своих родителей, и они оба смотрят на меня так, словно никогда раньше не видели.

– Найя – моя сестренка, – услужливо рассказывает Мина, потом подходит и берет Эй-Джея за руку. – Давай посмотрим Микки.

– Хорошо, – соглашается он и следует за ней к дивану. – Можешь поиграть с моей машинкой, если хочешь. Она превращается в робота.

– О-о-о. – В голосе Мины звучит любопытство и возбуждение, когда они вдвоем подходят к кофейному столику, и Эй-Джей показывает ей, как она трансформируется.

– Фрейзер, тебе лучше начать говорить, и я имею в виду, быстро, – тихо говорит моя мама, заглядывая через мое плечо в спальню, куда убежала Найя. – Кто эта девушка и что происходит? У тебя рождественская елка, ради всего святого.

– Это долгая история, – молвлю я, но мама уже качает головой.

– Тогда убери сюжет и давай сочные подробности, – приказывает она, и мне хочется закатить глаза.

– Вот что получается, когда ты читаешь все эти любовные романы.

– Здорово, не так ли? – она шевелит бровями и подталкивает моего папу локтем.

– Этого не может быть. – Я провожу рукой по лицу, а когда поднимаю взгляд, они оба принимают идентичную позу, скрестив руки на груди, и ждут подробностей. – Она застряла на обочине дороги, и я их забрал.

– Было ли здесь задействовано какое-то альтернативное измерение? – мой отец серьезен, когда спрашивает об этом.

– Я знаю, это выглядит странно…

– Странно? У меня такое чувство, будто я увидела чудо. – Моя мама смотрит на елку, и на полсекунды мне кажется, что я вижу, как ее глаза наполняются слезами. – Мы принесли завтрак, и его хватит на всех. – Она прочищает горло и, не сказав больше ни слова, направляется прямиком на кухню.

– С ней все в порядке? – спрашиваю я папу, и он удивляет меня, заключая в объятия. – Ты в порядке?

– Мы просто потрясены, Фрейзер. В хорошем смысле.

Он сжимает мое плечо, прежде чем отпустить меня и пойти в гостиную, чтобы сесть на диван и поговорить с Эй-Джей и Миной.

Решив проверить Найю, я захожу в главную спальню. Когда я не вижу ее сразу, я захожу в гардеробную и обнаруживаю, что она прячется.

– Ты не можешь оставаться здесь вечно, – говорю я, заключая ее в объятия.

– Ты уверен?

– Мои родители хотят с тобой познакомиться, – я делаю паузу и понимаю, что это не вся правда. – Я хочу, чтобы ты с ними познакомилась.

Неделю назад я бы и не подумал об этом, но с того момента, как в моей жизни появилась Найя и Мина, я понял, что раньше жил не своей жизнью. Я просто проживал каждый день, не имея ни реальной цели, ни будущего. Взгляд на вещи их глазами показал мне, как я отгораживаюсь от всех, включая людей, которых люблю больше всего на свете.

– Хочешь? – она выглядит скептически, но я киваю.

– Да. – Она уже надела леггинсы и свитер, поэтому я шлепаю ее по заднице и быстро целую. – И я голоден.

Она улыбается, когда я ставлю ее на ноги и не слишком настойчиво вытаскиваю из спальни.

– Мама, это Найя. Найя, это моя мама. – Я представляю их друг другу, и моя мама удивляет меня, обнимая Найю.

– Ты можешь называть меня мамой или бабушкой. – Моя мама пожимает плечами. – Мое настоящее имя Френсис, и я всегда его ненавидела.

– Хорошо, – говорит Найя с легким смешком и выглядит ошеломленной, когда мама отпускает ее. – Чем-то вкусно пахнет.

– Надеюсь, ты проголодалась. Я принесла домашние булочки с корицей, запеканку, фрукты и бекон.

В ответ у Найи урчит в животе, и она краснеет от смущения.

– Мне жаль.

– Это музыка для моих ушей, – отвечает мама. – Кормить семью – это мой язык любви.

– Это правда. – Я беру Найю за руку и сжимаю ее. – Раньше она готовила пять раз в день, чтобы не отставать от того, столько мы с Аспеном съедали.

Только увидев выражение лица мамы, я осознаю, что сказал. Я почти никогда не говорю об Аспене, и даже тогда прошло много времени с тех пор, как я говорил что-то, что не касалось его смерти.

– Такое ощущение, что вы оба просыпались голодными, – мягко произносит мой папа, входя с нами на кухню. – Вы оба были такими худыми, что я не понимал, куда все это девалось.

– Фрейзер? Худой? – широко раскрыв глаза спрашивает Найя. – Не могу себе этого представить.

– Эй, я был растущим мальчиком. – Я тычу ей в бок, и она улыбается мне. – И все еще такой.

– Тогда хорошо, что я приготовила так много, – говорит моя мама, возясь с посудой и ни с кем не встречаясь взглядом.

– Давайте я помогу вам, – предлагает Найя, и они вместе готовят еду, пока мы с папой относим тарелки в редко используемую столовую.

Когда все готово, я зову детей, и мы садимся все вместе. Вот тогда-то и начинаются настоящие вопросы.

– Итак, Найя, – небрежно говорит мой папа, подавая детям булочки с корицей. – Расскажи нам о себе.

Глава 13

Найя

– О. – Я делаю глоток апельсинового сока, не зная, что сказать.

Думаю, не стоит начинать с «Я скрываюсь от мужчины, который может прибегнуть к насилию, чтобы добиться своего». Или «Мое присутствие может принести неприятности вашему сыну».

– Как насчет того, откуда ты, – предлагает мне мама Фрейзера.

Она такая милая, а я произвожу не самое лучшее первое впечатление.

– Я с Восточного побережья, – говорю я, и отец Фрейзера хмурит брови. Мой ответ, должно быть, вызывает подозрения. Мне действительно следовало бы быть лучше в этом, но в свою защиту могу сказать, что мы с Миной старались держаться подальше от людей, насколько это было возможно.

– Ты привыкла к такой погоде? – к счастью, Бабушка не обращает внимания на мою неловкость, пытаясь дать мне передышку.

Фрейзер закидывает руку на спинку моего стула, и я чувствую, как он лениво поглаживает большим пальцем мою спину. Я расслабляюсь от его прикосновения, потому что мне кажется, что он пытается молча сказать мне, что он рядом. Меня начинает захлестывать волна эмоций, но я пока сдерживаюсь. Я не привыкла к чьей-то поддержке.

– Нет, – я качаю головой. – У нас, возможно, выпадает несколько сантиметров снега, но то, что сейчас – просто сумасшествие.

– Это красиво, – подхватывает Мина. – Мы можем с ним поиграть? – она приподнимается на своем стуле.

– Может быть, после завтрака, – говорит ей Фрейзер.

– Ох, блин. «Может быть» означает «нет».

Мина выпячивает нижнюю губу, но она не ошибается. Каждый раз, когда Мина просила о чем-то, ее мама говорила ей «может быть», и этого никогда не случалось. В конце концов, она перестала спрашивать, потому что всегда было «может быть» или категорическое «нет».

– Ну, мое «может быть» – только потому, что мне нужно убедиться, что у тебя есть что надеть, чтобы тебе было тепло на улице, – задумчиво отвечает ей Фрейзер.

– Она может надеть что-нибудь мое, – предлагает Эй-Джей, и Мина лучезарно улыбается ему.

– У меня есть кое-какие вещи в одной из наших сумок, – предлагаю я.

– Юху! – Мина хлопает в ладоши, а затем спрашивает Эй-Джея о снежных ангелах.

– Ты останешься на Рождество или тебе нужно возвращаться к своей семье? – спрашивает Бабушка. Мина, к счастью, увлечена разговором с Эй-Джеем о том, что они могут делать в снегу, и не слушает ее.

– Моей мамы нет в нашей жизни. Только я и Мина, – отвечаю я, оставляя в стороне моего отчима и потенциально сложные вопросы.

– О, ты такая юная. – Она бросает взгляд на Мину, понимая, что на данный момент, я не только ее сестра, но и родитель.

– Я не возражаю. Мы с Миной были парой с тех пор, как она появилась на свет, – говорю я, и взгляд Бабушки смягчается.

– Значит, ты останешься на Рождество? – по ее тону я понимаю, что она этого хочет, и я была бы рада этому. Но я также не хочу напрашиваться или злоупотреблять гостеприимством.

– Останется, – отвечает Фрейзер своей маме, прежде чем я успеваю придумать вежливый ответ. – Возможно, нам придется по-быстрому смотаться в город, и кое-что купить, чтобы убедиться, что у нас есть все необходимое для рождественского утра.

– Фрейзер? – шепчу я, а затем бросаю на него быстрый взгляд. Он не только хочет, чтобы мы остались, но я знаю, что он говорит о том, чтобы купить что-нибудь для Мины.

– У вас теперь есть я, – снова говорит Фрейзер, и я не могу не улыбнуться ему. Он наклоняется, чтобы поцеловать меня в губы, и на секунду я забываю, что мы сидим за столом, полным людей.

– Фрейзер. – Я прижимаю руку к его груди и чувствую, как горят мои щеки. – Мы не одни. – Он безразлично пожимает плечами.

– Вы парень и девушка? – спрашивает Эй-Джей.

– Что это? – спрашивает его Мина.

– Значит, они любят друг друга, – отвечает ей Эй-Джей.

А я думала, что мое лицо не может стать еще краснее.

– Найя любит меня, – отмечает она.

– Парень и девушка – это другое. Это типа кем вы являетесь перед тем, как пожениться и завести детей. – Глаза Мины расширяются.

– Найя выходит замуж? – Мина ерзает на своем стуле.

– Давай поедим, а потом ты сможешь пойти поиграть в снежки.

Я пытаюсь пресечь эти расспросы, потому что они выходят из-под контроля. Мы и так уже выходим за рамки, и мне не нужно нервировать Фрейзера. Разве это не то, от чего мужчины сбегают?

– Как долго ты планируешь здесь пробыть? – Бабушка задает еще один вопрос, и я чувствую, как пальцы Фрейзера перестают поглаживать мою руку. Вместо этого он обхватывает ее ладонью и крепко сжимает.

– Думаю, мне нужно проверить, как там моя машины. – Я молюсь, чтобы ничего не сломала, съехав с дороги.

– Не спеши. Кажется, надвигается еще один шторм, – говорит Фрейзер, и я вижу, как его отец ухмыляется быстрому ответу сына.

– Ты могла бы остаться до Нового года. Я всегда устраиваю вечеринки. Держу пари, ты смогла бы уговорить Фрейзера прийти, – предлагает Бабушка.

– Я никогда не была на вечеринках, – отвечаю я, не подумав. Их устраивал мой отчим, но мне не разрешалось спускаться вниз, пока они проходили.

– Приезжает полгорода, и это всегда потрясающе. Ты можешь познакомиться со всеми.

– Со всеми? – я подумала, что она шутила, когда сказала «полгорода».

– Почему бы нам не дать ей позавтракать, ма, – мягко спрашивает Фрейзер.

– Отлично. – Она притворяется раздраженной, но подмигивает мне.

Приятно наблюдать, как они общаются. У них такая семья, которую можно увидеть по телевизору или прочитать в книгах. К счастью, разговор переходит на более простые темы, где не все внимание сосредоточено на мне. Бабушка переключает свое внимание на Мину, которая, в свою очередь, поглощает его.

– Хочешь еще? – спрашивает Фрейзер, когда я доедаю булочку с корицей.

– Нет, – смеюсь я и опускаю руку на живот. – Я объелась. Они просто гигантские.

Я слизываю глазурь с пальца и замечаю, как Фрейзер бросает на меня горячий взгляд. Я пихаю его локтем в бок, прежде чем он снова пытается поцеловать меня на глазах у всех. Мне не нужно, чтобы Мина спрашивала, когда у меня будет ребенок.

– А как насчет тебя, Мина? Хочешь еще? – спрашивает ее Фрейзер, и я не упускаю из виду, что он всегда проверяет ее.

– Я хотю на улицу.

– Хорошо. Дай мне секунду. – Фрейзер встает из-за стола. Я следую за ним.

– Спасибо. Все было очень вкусно, – говорю я родителям Фрейзера и пытаюсь отнести посуду на кухню. Бабушка останавливает меня и качает головой.

– Иди, подготовь их, пока они не лопнули. Я разберусь.

Она выпроваживает нас из кухни, и Фрейзер хватает меня за руку. Он ведет меня в спальню, и, как только мы заходим внутрь, я иду за вещами Мины.

– Кажется, у меня есть ее перчатки в… – Фрейзер обрывает меня на полуслове, накрывая мои губы в поцелуе, прежде чем обхватить меня рукой за талию и поднять с пола. Когда он прижимает меня спиной к двери спальни, она закрывается. – Фрейзер, – стону я между поцелуями.

Он не останавливается, пока мы оба не начинаем задыхаться.

Глава 14

Фрейзер

– Ее пальцы, должно быть, уже превратились в сосульки, – говорю я маме, наблюдая, как Мина и Найя лепят своего десятого снеговика.

– У кого из них? Кажется, они обе наслаждаются жизнью. – Она смеется, наблюдая, как Мина засовывает морковку снеговику в промежность.

– Для них это в новинку.

Я думаю обо всем, что рассказала мне Найя, и о том, через что ей пришлось пройти со своей семьей. Увезти Мину от всего этого было непросто.

– Найти покой и обеспечить безопасность своей семьи – то, о чем ты кое-что знаешь. – Когда я поворачиваюсь, чтобы посмотреть на свою маму, она пожимает плечами, будто это очевидно. – Ты не мог контролировать то, что случилось с Аспеном, а это означало, что впоследствии ты не смог обрести покой. – Она прислоняется к моему плечу, когда мы смотрим, как сестры и Эй-Джей играют. – Я понимаю, почему тебя к ней тянет. Сердце этой девушки чисто, как первый снег. Я верю, что забота о ней и ее малышке наконец-то подарит тебе покой, которого ты так долго ждал.

– Хм, – это все, что я говорю в ответ, обдумывая ее слова.

– Жаль, что мы не могли помочь тебе пережить это. Мы все были так убиты горем, – вздыхает она, и я обнимаю ее.

– Я знаю. Вы должны были быть рядом с маленьким Аспеном. Он нуждался в вас больше, чем я.

Я чувствую на себе ее взгляд и смотрю на нее сверху вниз.

– Ты думаешь, это то, что произошло, Фрейзер? Что у нас было мало любви, а он нуждался в ней больше, чем ты? – когда я не отвечаю, я вижу слезы в ее глазах. – Настоящая любовь бесконечна. – Она протягивает руку и похлопывает меня по щеке. – И, думаю, скоро ты убедишься на собственном опыте.

В этот момент подходит мой папа и протягивает маме руку.

– Давай, милая, отправимся в путь, пока не стемнело.

– Хорошая идея. Но кто из вас, ребята, скажет об этом детям?

Мой папа поднимает руки, и я вздыхаю.

– Наверное, я буду плохим парнем.

Когда я подхожу к детям и говорю, что пора расходиться, они жалуются, что им приходится выбираться из снега, но обещанное свидание на следующий день, похоже, смягчает их обиду. Мина продолжает дуться, пока я не угощаю ее горячим какао с зефирками, выложенными горкой. Как только она слышит о сладостях, ей не терпится вернуться в дом.

После того, как мы все отогреваемся, Найя идет купать Мину, а я остаюсь прибираться на кухне. Я как раз мою посуду, когда звонит мой телефон. Схватив полотенце для рук, я вытираю их, а затем умудряюсь провести по экрану, не проверив сначала, кто звонит.

– Эй, Фрейзер. У меня есть кое-что, что может тебя заинтересовать.

Мне требуется секунда, чтобы узнать голос, и затем я понимаю, что это Рой со свалки.

– В чем дело? Кому-то нужен эвакуатор?

– Думаешь, я стал бы звонить тебе, чтобы лишить себя работы? Пф-ф-ф, – он произносит это так, словно я веду себя нелепо, прежде чем, наконец, переходит к делу. – Тот «Мерседес», который ты заставил меня передвинуть. Ты знаешь, какой?

– Да, я помню единственную машину, которую попросил передвинуть.

Волосы у меня на затылке встают дыбом, и я чувствую, что ничего хорошего из этого не выйдет.

– Ладно, пришел какой-то важный придурок, который хотел скупить подержанные машины. Он – крупная рыба, понимаешь?

Мне хочется закатить глаза и накричать на него, но я просто соглашаюсь с ним.

– Ага.

– Так что, да, как я и говорил, у него есть деньги, и он ищет машины, которые можно починить и продать, поэтому я показал ему все. Он был впечатлен моими запасами.

Он делает ударение на последнем слове, будто его свалка – какое-то грандиозное место.

– И?

– Он пришел и купил у меня три, прежде чем ты успел бы произнести «ржавое ведро». Черт, я практически отдаю их даром, но наличка есть наличка.

– Какое отношение это имеет к «Мерседесу»? – Рой либо торгует подержанными автомобилями, которые люди забирают на запчасти, либо продают на металлолом. Или он буксирует автомобили, которые ломаются на обочине дороги. На самом деле между этим не так уж много различий, но необычно, когда кто-то покупает более одного автомобиля. Тем более в это время года, когда перевозить старье через заснеженные горы – настоящая заноза в заднице.

– О да, он предложил купить и «Мерседес». Сказал, что он действительно заинтересован в нем.

Я бросаю полотенце для рук на стойку и подхожу к окну. Я не уверен, что именно хочу увидеть, но что-то мне не нравится.

– Как его звали?

– Черт возьми, деньгам не нужно имя, но он сказал, что вернется завтра. В любом случае, как ты думаешь, ты сможешь уговорить владельца переписать машину? Конечно, после того, как я получу свою долю.

– Машина не продается. – Я еще раз проверяю, заперта ли дверь и включена ли сигнализация. – Но дай мне знать, когда он вернется.

– Пытаешься набить цену. Я понимаю, – усмехается Рой.

– Я серьезно, Рой. Я хочу, чтобы ты позвонил мне днем или ночью.

– Да, да. Не выпрыгивай из штанов. Я позвоню тебе, но это моя продажа. Понял? Я тот, кто получит комиссионные.

– Конечно, – соглашаюсь я, потому что единственное, что я хочу знать, связано ли это с Найей и Миной. И тут мне в голову приходит одна мысль. – Эй, Рой?

– Что?

– Ты ведь не рассказал ему обо мне, правда? – и тут я слышу позади себя какой-то звук, и это Найя несет на руках раскрасневшуюся Мину. На ней рождественская пижама, а волосы уложены мокрыми локонами. Они обе смотрят на меня с широкими улыбками, но Найя, должно быть, видит что-то в выражении моего лица, потому что ее улыбка исчезает.

– Я? Нет, ничего о тебе, не думаю. Если ты можешь в это поверить, он говорил больше, чем я. Он мне все уши прожужжал, прежде чем я наконец продал те машины. Мы много говорили о городе, и о том, сколько машин я отбуксировал, но он не спрашивал о «Мерседесе» до самого конца. Честно говоря, я не думал, что ему он так уж интересен, пока он не сказал, что вернется завтра.

– Хорошо, – это все, что я говорю в ответ, прежде чем Рой заканчивает разговор.

Может, ничего страшного, а может и нет. В любом случае, я знаю, что должен защитить эти две драгоценные души.

Глава 15

Найя

Я понимаю, что что-то не так, когда Фрейзер одаривает меня улыбкой, которая не отражается в его глазах. Заметно напряжение в его теле, и внезапно его настроение меняется. Он убирает свой телефон в карман, и я хочу спросить его об этом, но не делаю этого. Мы обещали Мине, что посмотрим фильм, как только она примет ванну. Может быть, мне удастся отвлечь его на несколько минут, потому что я никогда не досмотрю весь фильм, если не узнаю, что происходит.

– Почему бы тебе не пойти и не устроиться поудобнее, – говорю я и опускаю Мину на пол.

– Я могу выбрать что-нибудь? – спрашивает она, и за этим следует зевок. Из-за всего этого веселья и волнения сегодня не было времени вздремнуть. У меня такое чувство, что она может отключиться раньше.

– Да, давай я все включу для тебя. – Фрейзер хватает пульт, и на экране появляются рождественские фильмы.

– Когда Рождество? – Мина забирает у него пульт и забирается на диван.

– Еще два сна, – отвечаю я ей.

– Завтра канун Рождетсва. – Фрейзер наклоняется, чтобы укрыть одеялом ее колени. – Ты можешь полистать фильмы, нажимая на эту кнопку. – Он показывает ей пульт, но она уже освоилась.

– Мы испечем завтра печенье для Санты? – спрашивает она.