Текст книги "Его вредная покупка (СИ)"

Автор книги: Алекса Кар

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 14 страниц)

Глава 45

– Значит, вот так, да?

Ян смотрит на меня хищным взглядом и я перестаю дышать от страха. Мы стоим с ним посреди комнаты без света и я даже не делаю лишних движений из опасений его разозлить еще больше.

Он настолько сильно зол, что кажется стоит мне что-то сказать, как он ударит меня. Настолько у него исказившееся от гнева лицо. Даже в темноте видно, какое оно красное.

Разъяренным я его еще не видела и не думала, что такое вообще возможно.

– Ян, ты не так все понял, – выставляю руки вперед, пытаясь его успокоить. – Он для меня ничего не значит. Правда.

В моих глазах темнеет от страха, с губ срывается вскрик, когда Бэйс одним движением срывает с себя галстук и отбрасывает в сторону. Я прикрываюсь руками, уверенная в том, что он все же решил меня ударить в гневе.

– Его рот для тебя тоже ничего не значит? – рычит он, распаляясь.

Его губы искривляются в зверином оскале. Замечаю, как сжимаются кулаки. Они хрустят от сильного сдавливания и вводят меня в панику.

– Мы напились, – выдыхаю я несчастным голосом, отступая.

Это не объяснить! Сглупила! Но я не собиралась с ним ни целоваться, ни оставаться на ночь! Так нечаянно получилось.

– А если я напьюсь? Поцелуешь меня? Или может быть ноги раздвинешь?

Меня подхватывают мускулистые руки, притягивая к мужской груди.

Сердечко сжимается от страха.

– Ян, не нужно, – прошу я его, задыхаясь от сильного обхвата его стальных рук. – Мне больно.

Мужчина не слышит меня, заламывая мои руки назад и вынуждая поднять голову выше. Я всего в нескольких сантиметрах от его лица. Смотрю на него и не могу отвернуться.

Ян сам не свой. Он уверенно держит мои руки одной своей, прижимая к себе.

Его ладонь хватает меня за подбородок, грубо и уверенно подтягивая выше. К нему навстречу.

Грубо прижимает свой рот к моим губам, чуть ли не насилуя меня своим языком. Он поглощает меня, заставляя подчиниться. Его язык хозяйничает у меня во рту, демонстрируя, кто здесь полновластный хозяин.

Чувствую, как кофточка стягивается с плеча. За ней грубо и беспардонно исследуется моя талия и находится край шортиков. Он в сильной ярости и становится понятно, как именно собирается действовать дальше. Сбросить весь негатив. Со мной.

Брыкаюсь в его объятиях, пытаясь вырваться и мне наконец это удается.

Звонкая пощечина раздается по всему помещению от моего нехилого удара по его щеке.

Ликую в душе. Я смогла дать ответную реакцию!

Но сразу же отмечаю по его взгляду, что перегнула. Не стоило.

Мы замираем: он от неожиданности, я – в смятении.

Мужчина окидывает меня презрительным взглядом и тут же меня отталкивает, что я невольно делаю несколько шагов назад, и оглядываясь, успеваю выбрать для своего падения кушетку.

– Как дурак я рвался к тебе, – говорит он, чуть успокоившись. – Наплевал на все. Не верил ни единому его слову. А получается, что он правду сказал?!

Поправляю сползшую кофточку, выравниваю дыхание.

Точно не знаю про кого он говорит, догадываюсь, что про Сегмузова.

Что этот мудак успел обо мне наговорить?

Осознаю со смешком, что весь выпитый виски за сегодня – ушел коту под хвост.

Как и приятные воспоминания об экскурсии накрылись медным тазиком.

– У меня ничего с ним не было, – пытаюсь казаться искренней. – Я впервые день назад его увидела. Просто выбрались вместе…

– И уже целуешься, – не выдерживает Ян. – Хотя тебе многого и не нужно, насколько я помню? Несколько часов и ты готова на секс с первым встречным. – Бьет он по больному месту из нашего с ним прошлого.

У него перекошенное от боли лицо. Отбрасывает пиджак в кресло, что я подпрыгиваю.

– Я девственницей была! – рычу ему. – Если бы не встретила тебя, то не переспала бы!

– Почему? – он учащенно дышит.

Расстегивает верхние пуговицы своей рубашки.

– Может быть потому что вы с Сегмузовым все вместе спланировали и вам нужен был только я? – гипнотизирует он меня взглядом. – Поэтому ты решилась на подобное? Я с ним разговаривал недавно. Убедительно говорил про тебя.

А вот к такому я не была готова. Сегмузов решил мне так отомстить? Вот, козлина!

Словно под дых получаю удар. Дыхание схватывает.

– Нееееет, – горько выдыхаю, закрывая лицо руками. – Это неправда же. Ты же понимаешь? – шепчу я ошеломленно.

У меня же нет никаких доказательств на этот счет. А если посмотреть на ситуацию со стороны, то вероятно, я могла бы быть его сообщницей…

– Ян сообщил мне о вашем тайном сговоре, – продолжает Ян буравить меня взглядом. – Я это предположил еще, когда ты мне рассказала ту ужасающую правду, где подписала какое-то свидетельство под его давлением и без пяти минут оказалась замужем. – Передразнивает он меня. – Сразу после секса со мной. Подождала, когда я размякну. Удачный момент выбрала! Не подкопаешься!

И становится ясно, почему он не говорил мне подробностей про компании. Не доверял.

– И не стал открывать тебе все детали, – подтверждает он мои мысли. – Знаешь, если подумать, то странно получается…

Смотрю на него с отрешенностью и бессилием. Уже хочется завершить разговор. Тяжело. Я устала и не хочу больше говорить об этом. Все в прошлом! Почему снова вылезло?

– Ты сбежала от меня, испугавшись своего отца и тебя схватили люди Сегмузова. И утащили в страшный бордель, заставляя делать непристойные вещи. Но, если подумать, то может быть ты не сбегала? А просто вышла через ворота, села в поджидающую тебя машину и уехала к ненаглядному Янчику? Затем устроили мне видео с твоим подчинением, где он заставлял тебя говорить на камеру, какой он крутой. – Ян замолкает. – Что дальше? – Ах да, ты мучаешься в борделе, такая несчастная. Ноооо. Когда я там был ты очень неплохо время проводила, ползая по бару голенькая и собирая деньги с клиентов. Не помню, чтобы видел тебя недовольной или сопротивляющейся!

Эти слова ужасные. Они кинжалами вонзаются в мое тело, убивая во мне все живое.

Как он мог так подумать? Козел.

– Не спросишь меня, как я обвел вас двоих вокруг пальца?

Мне не интересно. Но я все же откликаюсь, замечая его сильное желание поведать мне эту историю.

– Как? – спрашиваю безучастно.

– Легко, дорогая. Ты передала ему клоны моих компаний. Все документы и компании настоящие. С легкой поправкой. Основная моя компания «Сигма», а подарил я вам доверенности на нулевку «Сигму+».

Ах, вон где собака зарыта была. Ухмыляюсь. Легко и просто. Сделал клоны всех своих компаний с плюсиками в конце. Не прикопаешься. Только особо пытливый заметит. Уж точно не Сегмузов.

– Но фармацевтическая компания настоящая была. Ее Сегмузов на месте проверил, – вспоминаю я.

– Она давно в минусе. В тот же день я отправил данные по ней своему другу-журналисту, вышла статья и все акции упали. Нечем поживиться тебе и твоему любовнику. Увы.

– Ну что же. Молодец, – выдыхаю. – Только в одном ты ошибся, я не договаривалась с Сегмузовым и он не мой любовник.

– И познакомилась мы с тобой тоже нечаянно? – ухмыляется он.

Все знает… От него ничего не укрылось. Все раскопал.

Прикрываю глаза, абстрагируясь.

– Все не так, как ты думаешь. – отвечаю с тоской во взгляде. Мне плохо. Очень плохо. Я понимаю, что потеряла его. Мне нечем крыть в этой партии.

Глава 46

За несколько часов до знакомства с Яном Бэйсом.

Его огромный силуэт загораживает весь проход. Широкий, мускулистый, такой мощный, что страшно становится вставать у него на пути. Он же может меня раздавить одним своим пальцем. Сломать пополам при желании.

– Пусти меня! – кричу я этому мерзкому типу, пытаясь прошмыгнуть мимо него, но он не пускает.

Я вне себя от гнева. На него, его охранников, своего отца. На всю свою жизнь и судьбу, которым сопротивляюсь.

Чертов Ян!

Скалюсь, вглядываясь в его надменную ухмылку.

Подстроил нашу встречу недалеко от моего дома. Дождался моего появления. Долго ждал?

– Ну что же ты, мышенька моя. Все никак участь свою завидную не примешь? – ухмыляется он с издевкой.

В переулке, кроме нас двоих и его охраны никого. Так бы могла, хоть на помощь позвать…

Даже не пробежать мимо, слишком узкая улочка. Сзади охранники, спереди Ян… Хоть крылья отращивай и взлетай.

Он задавливает меня своим тяжелым взглядом, что меня словно к земле пригибает. Словно зверь к своей жертве неспешно подбирается все ближе, расставив руки в стороны. Хищник учащенно дышит.

Любуется. Играется.

И сейчас он склоняется надо мной и вглядывается в мои глаза с такой надменностью во взгляде, что я не выдерживаю и отталкиваю его.

– Пусти меня! – повторяю я свою просьбу-приказ.

Его уверенный взгляд карих глаз из-под темных бровей сообщает о том, что моя просьба скорее всего выполнена не будет. На его лице застыла полуулыбка.

Только что он заявил мне, что мой отец отдал ему меня за долги…. В качестве…будущей жены.

Как это вообще можно себе представить? Человека отдать за долги?!

Я должна буду отработать долг своим телом. Как падшая женщина из борделя.

И это заявление никак не укладывается у меня в голове.

В смысле своим телом?

– Завтра придешь, – говорит он, доставая сигареты из кармана и закуривая. – Будем смотрины устраивать с твоим батей.

Пугает меня, чертов сукин сын.

Или отец все же приложил к этому руку? Реально проадл меня?

– Не приду, – шепчу я уверенно. – Найди себе другую жену. Которая хотя бы тебя видеть сможет без позывов тошноты.

– Придешь, – усмехается он. – Как миленькая прибежишь. За такие деньжищи Евгений Борисович тебя из-под земли достанет и приведет ко мне голой. Да еще бантиком обвяжет.

Позади меня его двое телохранителей. Два головореза в темных одеждах с пистолетами и в бронежилетах. Нехило.

Очень хочется рвануть назад и попробовать мимо них пробежать. Но нет. Не стоит рисковать.

– Нооооо могу предложить тебе иной способ, – вдруг говорит он мне. – Надо одного хмыря соблазнить и документики у него из дома забрать. Намного интереснее, чем быть моей женой. Подумай над этим.

Смотрю на него и силюсь сообразить в какую же ловушку я угодила благодаря своему папе. И как из нее выбираться?

– На его визитку, – протягивает он мне серо-зеленый пластик. – Он часто бывает в одном баре…

– Но я не согласилась еще! – возмущенно смотрю на довольного Яна, отталкивая визитку.

В мои планы входит поговорить с отцом и отправить его далеко и надолго со своими мерзкими планами относительно меня, а уж никак не потакать обоим.

– Ну-ну. Согласишься. А нет, так женушкой моей станешь ненаглядной, но конечно, сначала любовницей, – лыбится тот, поворачиваясь ко мне спиной. – У тебя нет выхода, лапушка. Иначе жить твоей семье будет не на что. На паперти будете побираться. Имей ввиду. Я твой новый хозяин, мышка. И если будешь себя хорошо вести, то так и быть переведу из статуса любовницы в статус содержанки-жены… – говорит он мне, пугая каждым словом.

Глава 47

– Дальше, – грозно говорит Ян, вырывая меня из воспоминаний.

В горле пересохло, меня трясет непонятно от чего: отходняк от выпитого накануне виски или от встречи с Бэйсом и его вторжения…

– Дальше мы поехали к тебе, – сиплю я. – Можно попить?

Ощущаю бескрайнюю пустыню во рту.

– Нет, – отказывает он мне яростно, что я вжимаюсь в кушетку.

Сам же Бэйс пьет алкоголь из стеклянного стакана. Мы сидим вдвоем на диване. Костяшки пальцев не чувствуются, настолько сильно я вцепилась в подлокотник.

– Потом мы поехали к тебе… – хриплю я.

Поглядываю на дверь. Если побегу, успеет ли он меня схватить?

Предположим не успеет. Куда побегу? К Антону? На ресепшен?

Отбрасываю мысль, как непригодную. Мне некуда бежать.

Кошусь на Яна.

В отличие от меня трезвой, он уже немного подвыпивший. С собой, видимо, был коньяк, который он недолго думая, достал из чемодана и теперь пил под мой утренний рассказ.

Мне почему-то не давал. А зря. Так бы мой язык развязался быстрее.

– Дальше, – говорит он мягче, делая еще один глоток, закусывая долькой лимона.

Интересно, что еще он привез с собой. Может быть чипсы найдутся?

Кушать хочется неимоверно. Время двигается к шести утра, а я в последний раз ела перловку в обед накануне днем. Вечером мы только пили алкогольные коктейли с Антоном и танцевали.

– Дальше мы занимались сексом…

– Хах. Я в курсе, – усмехается тот, находя это смешным. – Дальше.

Отлично. Коньяк наконец начал действовать. Выдыхаю.

Значит, можно начинать расслабляться. Плохо мне уже не будет.

– Встреча на дороге была запланированной? – прожигает он меня своим взглядом насквозь.

И мне не по себе. Получается, что так.

Вспоминается тот момент, когда меня Сегмузов вез из больницы на авто…

– Так значит, не девственница? – выдал Сегмузов, прожигая меня взглядом.

– Я говорила, – выдохнула я, нисколько не жалея о произошедшем.

– С Бэйсом? – вскинул тот бровь удивленно. – Мои люди донесли мне, что вы на квартиру вместе поехали. Не думал, что ты будешь такой услужливой и переспишь с ним.

Мгновенно взорваласьот этих ужасных слов.

Да как он смеет так говорить!

– Не твоего ума дело, с кем я сплю и когда! Я познакомилась с ним, как ты и хотел! Он меня запомнил. Я сделала так, как сказал. Все, – рыкнула я в ответ, отпихивая его руки от себя.

Его длинные пальцы вгрызлись в мой подбородок, подтягивая к себе. Неприятно и даже больно. Он вынудил меня подсесть ближе.

– Мне больно, пусти, – не выдержала я, пытаясь освободиться.

– Ты моя, – ответил он с ухмылкой. – Хочу – трогаю, хочу – нет.

– Я не твоя!

Очень хотелось наброситься на него, но запал мой мгновенно пропал, потому как мне продемонстрировали, как я была не права, вжимаясь в меня своим телом и задирая мое платье до пояса.

– Еще как моя! – рыкнул Ян, проникая пальцами между моих ног.

Мужчина опустил взгляд, оттягивая трусики в сторону и касаясь меня внизу.

Мое лицо загорелось от возмущения и гнева.

– Никаких невест и жен, – проговорил он жестко. – Ты переводишься в статус моей любовницы и отрабатываешь долг своим телом.

Это жутко испугало меня. Еще больше, когда он вжался в мой рот своими губами, забирая инициативу на себя. Нагло врываясь в мой рот и сплетаясь с моим языком он вынудил меня застонать от негодования. Никогда я еще не чувствовала такого унизительного положения.  К ни го ед . нет

Ему было наплевать. Он подтянул меня ближе к себе, схватив рукой за шею и оставив на ней губами дорожку поцелуев.

– Раздвинь ножки красавица, – хрипло проговорил он.

И я поняла, что одними поцелуями дело не кончится.

Его рука потянулась к брюкам и расстегнула их.

Я в ужасе смотрела на него, бросила взгляд на охранников, сидящих впереди и сохраняющих молчание. Он что, собирается трахать меня прямо здесь? Перед ними?

– Пошел ты! – выдохнула я и оттолкнула его ногами в грудь.

Но он тут же сгреб меня в охапку и притянул к себе, заламывая мне руки.

– Мы недалеко от офиса Бэйса. Пойдешь к нему? Или продолжим?

Я кивнула, ненавидя этого мужчину всей душой. Хотелось, чтобы он умер в ту же секунду.

– Шеф! – окликнул его один из охранников. – Смотри. Бэйс здесь.

Сегмузов приподнялся надо мной и начал вглядываться в пространство позади машины.

– Даже так! Вот так встреча! – выдохнул тот, и я ощутила веселые нотки в его голосе.

Я попыталась вывернуться и меня легко выпустили.

– Посмотрим, как ты ему запомнилась! – рыкнул Сегмузов, выталкивая меня из авто. – Беги малыха, и как можно быстрее, а то иначе….

Я не видела, ехали мы или стояли. Я почти что вывалилась из авто, радуясь тому, что покинула это адовое пекло. К счастью, машина стояла на светофоре и это спасло меня от возможных увечий.

Слева был перекресток, поэтому я побежала по единственному пути – направо, мечтая о том, чтобы убежать от Сегмузова подальше.

Я не вещь и не зверек!

Я бежала, что есть силы, отталкивая встречных пешеходов со своего пути, отпрыгивая и устремляясь дальше.

Не успев толком среагировать, я обнаружила себя в ловушке. Какой-то парень схватил меня за руку и увлек в свои объятия. Я дергалась, извивалась, пытаясь вырваться.

Мне было больно в его хватке, но я сжала зубы.

– Пусти! – зарычала я и только тогда подняла на него свой взгляд.

Я закашливаюсь. Горло саднит неимоверно.

– Да-да, я помню, – усмехается Ян рядом. – Как лопух тогда повелся. Драться из-за тебя собирался с этими двумя мордоворотами. А оказалось все… Лишь очередная специально подстроенная встреча. Можешь попить. – Оглядывает он меня скептическим взглядом.

И я направляюсь в ванную комнату.

– Вода на столе! – доносится до меня.

– Я умоюсь. Иначе рухну.

Мне действительно нужно прийти в себя. Я включаю холодную воду и одну за другой пригоршни воды собираю в ладонях и отправляю себе в лицо. Холодная вода бодрит. Становится чуть получше.

Сонливость и вялость пропадают.

Возвращаюсь в комнату посвежевшей. Ян смотрит на меня грустным, уставшим взглядом. Боюсь представить, что у него на уме.

После перелета сидел меня ждал непонятно сколько времени. Антона встретил. Теперь еще все подробности истории с Сегмузовым выползли.

– Давно ты приехал?

– Днем.

Становится его жалко.

– Ты ел?

Легкое покачивание головой и я расползаюсь перед ним, словно желе. Мне хочется его уверить, что я не причем, что все – досадная ошибка… Но это не так. Мы оба это понимаем.

– Янчик, прости меня, – забываю о воде и присаживаюсь рядом. Беру его руку в свою. – У меня не было выхода. Но я не помогала ему. Он сам все устраивал. Планировал. Мне ничего не говорил!

– Да, знаю, – хмыкает он. – Особенно, когда тебя охранник из конференц-зала выносил, а ты кричала, что на все согласная. Тоже Ян распланировал. Я понял.

Сводит скулы от неприятного ощущения. У меня нет подтверждений.

– Я же тогда, чтобы выкупить тебя у него, раскопал, где родители его живут, угрожал! А ты… там с ним кувыркалась значит, за моей спиной.

И мне становится страшно. Что этот Сегмузов еще ему про меня наговорил?

– Да нет же! – трясу его, ужасаясь от сказанного. – Чего он тебе еще рассказал, Ян? Ян, я люблю тебя. Я не спала с ним! Правда!

– Все. Мне плевать. Можешь валить на все четыре стороны уже.

Мужчина привстает с кушетки и идет к постели. Его не трогают мои уверения и признания в любви и рассказ мой он больше слышать не хочет. Полностью отрешенный от мира, он опадает на неразобранную кровать и мгновенно засыпает, не успев даже подушки головой коснуться.

Безучастно смотрю на него.

Видимо, до перелета он долго не спал, раз вырубился так быстро.

Понимаю, что сама не против присоединиться. Бежать мне некуда, да я и не хочу.

Укладываюсь рядом, обнимая Яна и засыпая подле него.

Утром все решим. Когда проснемся точнее…

Глава 48

В голове полный сумбур. Просыпаюсь от жуткой жажды и бесконечно неприятного ощущения во рту. В теле сильная слабость, как будто я всю ночь мешки с вагонов разгружала, да бегала.

Приоткрываю глаза, и меня сразу накрывает головокружение.

Тошнит неимоверно. Потолок кружится, отказываясь быть на одном на месте. Вместе с ним прыгает окружающий интерьер, чуть ли не отплясывая передо мной в диком танце.

Как же плохо-то! Я же трезвая засыпала. И пила не так много. Только под конец позволила чуток расшалиться с Антоном купленным в магазине виски. На корабле в основном только безалкогольные коктейли пила…

В груди ощущается сдавленность.

Или мне подмешали что-то?

Прикрываю глаза. Приходит осознание, что виски – не мой напиток.

Выдыхаю. Больше не пью. Никогда. Только шампанское. Бокал. На новый год!

Медленно поворачиваю голову, пытаясь разглядеть Бэйса поблизости. Которого нет.

– Черт! – вскакиваю на постели и озираюсь в его поисках, забывая про похмелье.

Он же не уехал? Бросил меня вот так?

Голова отдает ужасной болью, требуя быстрого возврата на подушку. Все кружится каруселью. Меня сейчас, блин, стошнит! Руки дрожат не в состоянии удержать меня на поверхности кровати.

Что-то я совсем расклеилась. Меня лихорадит и бьет озноб. Будто все косточки переломали… Учащенно дышу, пытаясь вернуть собственный контроль над своим же телом.

– Ян! – кричу я в надежде, что он где-то поблизости и затыкаю рот рукой. Сейчас стошнит!

Мне срочно нужна помощь. Колбасит неимоверно. Кажется, что меня сейчас либо стошнит, либо я отключусь.

Сползаю с кровати на ковер, прижимая руку ко рту. Скорее первое. Потом будет второе.

Ползу по полу в сторону туалета. В голову лезут разные неприятные мысли-предположения о том, что же со мной случилось. Болезнь какая-то? Вирус? На острове подхватила?

Сжимаю зубы, разглядывая ковер подо мной.

Только не на него, блин! Ну же, чуть осталось!

Доползаю до нужной мне белой дверцы, в которую беспомощно скребусь. Закрыта и нивкакую не хочет поддаться.

Надо подтянуться, повернуть ручку… иииии. Никак.

Я уже не в состоянии даже этого сделать.

Позвать на помощь не могу, привстать тоже для меня слишком тяжело. Нет сил совершенно. Все тело ватное, непослушное. Ноги не ощущаются совсем.

Теряю сознание на подступах. Меня вырывает из реальности, будто обухом бьет по голове.

Сползаю беспомощно вниз, лаская пальцами дверь навстречу полу.

"Ну где же ты, когда так нужен?" – теряюсь я в мыслях о Яне, уплывая в непонятное состояние.

Он появляется передо мной, словно супергерой, который услышал меня за много километров, распахивая дверь.

Не могу припомнить, чтобы я когда-то была так сильно рада его видеть. Если только в ту ночь, когда из притона меня спасал.

Мутно. Все плывет. Но и тошнота никуда не отступает.

Чувствую прилив радости и легкой бодрости при его появлении.

"Янчик!" – вскрикиваю мысленно, в то время, как мои губы едва шевелятся.

Озабоченное лицо всматривается в меня. Что-то говорит, но я не слышу, только вглядываюсь в него широко распахнутыми глазами.

Ян свеж и бодр, успел побриться и даже принять душ. Его волосы еще мокрые, на бедрах едва держится запахнутое полотенце.

– Ты чего…? – задает он вопрос, на который тут же находится ответ.

Мой жалобный взгляд и неестественная ослабленная поза с рукой, закрывающей рот, говорит за себя быстрее моих всхлипов и хрипов. Меня мгновенно подхватывают сильные руки и вносят в ванную комнату.

Через секунду я оказываюсь перед унитазом в униженной позе на коленях.

Начинаются самые вечные минуты моей жизни, вызывающие у меня жуткий стыд и смущение.

Хочется, чтобы он вышел. Нельзя на такое смотреть!

Я пытаюсь показать ему взмахами левой руки и хаотичными толчками в коленку, чтобы ушел отсюда и оставил меня в одиночестве, но мужчина отказывается меня покидать.

Наоборот, чувствую, как его пальцы аккуратно собирают волосы на моей макушке… Удерживают их, смиренно ожидая окончания процесса.

О боже! Как же мне стыдно!

Ощущаю, насколько пунцовые у меня щеки в этот момент. Они прямо пылают огнем. Я даже оттолкнуть его уже не могу. Все силы уходят на удержание самой себя на полу.

Он же еще и наблюдает!

Сгораю от стыда, беспомощности и унижения.

Хочется его обозвать как-нибудь и выгнать взашей, но каждый раз мне не удается этого сделать… стоит только набрать воздуха в легкие, как снова-здорово. И вот, я молчу, опасаясь новых спазмов.

Спустя время я ощущаю, как меня удерживают за плечи его руки. Я даже уже держаться не в состоянии… Что-то шепчет мне подбадривающее, заполняя меня своей теплотой.

Меня покачивает из стороны в сторону, и я наконец, смиряюсь со своей судьбой и опадаю в его руки.

Какое-то ужасное ощущение. Будто меня катком переехали. Не то похмелье, которое я знала раньше, какое-то более жуткое в этот раз. Как будто меня еще и отравили.

Скребется мысль, что виски паленым оказался… Узнать бы, как там себя чувствует Антон.

Наверное, нам вдвоем сейчас не очень хорошо.

– Эй, ты как? – доносится до меня его нежный, ласкающий мое сознание голос.

Ян встревожен не на шутку. И невзирая на мою болезнь, которая, кажется, что вот-вот меня отправит на тот свет, меня радует его забота. Я даже готова потерпеть эту тошноту и озноб немного, чтобы он простил меня окончательно. Он ведь простит?

Обнаруживаю себя в его объятиях. Его нежные руки, укачивают меня, вызывая приятные ощущения.

Интересно, давно ли уже так лежу на его руках?

А теперь Ян куда-то меня уносит. Мне так комфортно с ним. И даже не тошнит больше.

Его обескураживающий запах охватывает меня полностью. Идеально.

Теряюсь в пучине сна, ощущая под собой мягкий матрас. Чувствую его пальцы на своей щеке, приятно поглаживающие меня и вызывающие приятную реакцию.

– Я не спала с ним, – шепчу я в убийственной уверенности, вырываясь из сна. – Правда. Ни разу.

– Тсс, девочка – слышу его шепот откуда-то сверху. – Спи.

Не верит?!

Продолжаю говорить, повторяю снова и снова бессвязно, но уперто. Он должен меня услышать! Для меня сейчас это важнее какого-то сна.

– Никогда. Ни с кем. Только с тобой, – срываются с губ мои последние слова, прежде чем я наконец сдаюсь и уплываю в сон.

В последний момент я успеваю расслышать его ответ, который охватывает меня уверенностью и спокойствием:

– Я верю. Спи.

Прекрасные слова, заставляющие меня воспарить из пепла Фениксом.

И рухнуть на землю со всей силы.

Неимоверно плохо. Теперь я точно уверена, что это не просто похмелье. Меня будто иссушили за секунду. Кажется, что кровь превратилась в кипяток и меня жарит изнутри.

Температура, видимо, поднимается….

Жуткая волна боли накрывает меня. Снова тошнит.

Буквально через минуту меня разворачивают, переворачивают и становится очень холодно. В нос ударяет сквозняк.

Хочется отругать Бэйса. Ну, я же болею! Дверь бы хоть закрыл!

Цепляюсь за одеяло, не в силах открыть глаза, возмущенно бормочу нелестные слова в его адрес.

Его голос уверяет меня, что все в порядке.

– Дверь закрыта.

Кто-то ходит вокруг моей постели. Что-то говорит. Хочу, чтобы он ушел. И вернули одеялко!

– Ххолодноо, – отвечаю ему, только сейчас понимая, что голос не тот.

Это точно Ян?

– Ян? – рычу, пытаясь открыть глаза и выискать его в этой темной бездне. – Где Ян?

Перед глазами все кружится и я снова уплываю во тьму.

Моя рука цепляется за что-то и тянет на себя. Чья-то рука?

– Ян! – взываю к нему желобно изо всех сил.

– Тебя только посмотрят…

Не его голос. Чужой. Далекий. Где мой Ян? Он меня бросил?

Ощущаю неприятные прикосновения. Кто-то задирает мне майку и я сопротивляюсь изо всех сил. Меня удерживают против воли, стягивая одежду. Я верчусь юлой, не подпуская к себе этих людишек, пока не ощущается легкое покалывание в руке, распространяющееся по всему телу онемением.

Но меня больше всего беспокоит, что Яна нет.

Еще холоднее становится. Теперь не только снаружи, но и внутри. Сковывает безмерный страх, расползаясь по моему телу, парализуя, не давая дышать.

– Отпустииии, – рычу я, проваливаясь в темную бездну.

Догадываюсь в последний момент, что мне сделали какой-то укол. Седативный?

Пытаюсь держаться за реальность, будто за край пропасти, но меня все сильнее затягивает на дно.

Я все еще чувствую на себе неприятные пальцы, но мне уже все равно. Пусть делают, что хотят, только побыстрее.

Уже не так холодно. Все стирается, вращаясь безмерной спиралью…

Я больше не вижу и не чувствую ничего и никого вокруг. Только серость окружает меня и я плыву в этой массе вперед, растекаясь вместе с его течением. Я и есть это течение.

Проходит несколько минут и я снова открываю глаза, ощущая какую-то тряпку на своем лбу. Скидываю ее в сторону. Я уже человек. Не река и не серая жижа чего-то непонятного и это неимоверно радует.

Значит, получше…

Уже вечер или ночь. На тумбочке лампа светит желтым светом. За окном темень.

Бэйс спит в кресле…

Меня накрывает облегчение. Он рядом. Фууух.

Снова засыпаю, отмечая, что меня все-таки накрыли одеялом.

В больнице?

Смутное ощущение, что комната была другой. Глаза уже закрыты, открывать не хочется.

Проснусь и посмотрю. Уже не сильно важно.