Текст книги "Его вредная покупка (СИ)"

Автор книги: Алекса Кар

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 14 страниц)

Глава 41

– Я могу идти? – обращаюсь к Сегмузову, который в спешке накидывает пиджак на плечи и готовится покинуть офис.

– Конечно, моя дорогая, – улыбается мужчина, широко расставляя руки в стороны, как будто встретил дорогого гостя. – Могу попросить Макса подбросить до места назначения. Желаешь?

Его улыбка такая широкая, что все зубы видно. Конечно, чему печалиться?

Чем ему лучше сейчас, тем мне хуже.

– Тебя куда? К Бэйсу? – издевается он, совершенно не скрывая этого. – Или в аэропорт? Денюшек на билет подкинуть? Я и билетик организую в качестве благодарности.

"Себе в ад организуй. Тебе туда дорога!"

В груди полыхает. Хочется, чтобы он сгорел заживо и упал пеплом мне под ноги…

Гнилостный червь, отравляющий яблоко до тех пор, пока не нажрется и не сдохнет от обжорства.

Самое неприятное, что он угадал мой дальнейший порыв. Я улетаю.

В сейфе помимо документов я нашла конверт с авиабилетом в Доминикану на мое имя и ваучер на гостиницу на месяц. Обратного билета не было. Но, вероятно, он и не нужен пока?

Немного денег, которых хватит на обратный билет при необходимости.

Никаких записок или прощальных жестов.

Бэйс руководил мной из тени, не показывая своих дальнейших намерений.

Я его могу понять. Я не рассказала сразу о Сегмузове и договоренности с ним и Бэйс мне больше не доверял.

Меня это сильно выводило из себя и раздражало, но что-то высказать против я не смела.

Моя жизнь была в его руках.

– Свидетельство верни, – говорю ему жестко. – Как и договаривались. И разойдемся мирно и навсегда.

"И глаза мои больше бы тебя не видели!"

На его губах играет ухмылка. Ян не спешит давать мне желаемое.

В моих глазах появляется страх. Неужели не сдержит обещания? Неужели рабыней своей сделает?

Руки подрагивают от нервного напряжения. Кусаю губы.

Меня слегка отпускает, только когда мужчина передо мной лезет во внутренний карман пиджака. Все же принес с собой.

Голова кружится от расдости.

Он достает мятую бумажку, разворачивает и читает вслух:

– Моя несостоявшаяся женушка Алиса Евгеньевна, – он смотрит на меня и подмигивает. – Потапова. Рад вручить эту бумагу, подтверждающую, что брак со мной Яном Валерьевичем Сегмузовым не состоялся.

Выхватываю бумагу и убеждаясь, что это то самое свидетельство с моей подписью, рву на мелкие кусочки и выбрасываю в ближайшую урну.

Я свободна. Наконец. Словно железные оковы меня сдерживали последние дни.

Даже в объятиях Яна я думала, как выйти из этой ситуации…

***

– Зачем это мне? – смотрю на договор о передаче фармацевтической компании, которую Бэйс положил на подушку рядом со мной.

Он разбудил меня ранним утром, постучав в дверь моей комнаты и положил документ передо мной на кровать, пока я пыталась понять, что ему нужно от меня в такую рань.

– Ты сказала, что ему нужна компания. Вот, я подписал, – отвечает он мне. – Оригинал. Без подвохов. Как и требовалось.

Еще восьми нет, но в комнате уже светло.

Ян одет в рубашку с джинсами, побрит, свеж. Собран и готов. К чему вот только?

Смотрю на документы сонным взглядом и не понимаю.

– В смысле? Зачем?

Присаживаюсь на кровати, беру в руки договор и начинаю изучать документ.

Действительно, как и сказал Ян компания передается в полное владение лицу, которое нужно указать в пустой строке и добавить все его реквизиты на последней странице. С одной стороны договор полностью заполнен.

Вчитываюсь. Отдает все. Все акции компании. За собственником ничего не остается. Но он же просто так дарит компанию получается… Что за прикол?

Он просто так готов отдать свою фирму? За меня?

– Этого он хотел. Разве не так? – поворачивается Бэйс ко мне лицом.

Неуверенно киваю.

– Да, – отвечаю, возвращая недоуменный взгляд к договору.

Определенно есть какая-то подстава.

Эта фирма стоит бешенные деньжищи. Неужели Бэйс готов ради меня ее отдать?

Силюсь понять его уловку, вглядываясь в спокойного человека перед собой. Ни в движениях, ни в глазах ни капли неуверенности. Значит, все продумал. Значит, подготовился.

После того, как он выслушал мой рассказ о подписании свидетельства о браке с Сегмузовым, Ян был очень нежен со мной.

Но только первые пять минут.

– Эй, малыш… Иди сюда, – проговорил он, подтягивая меня к себе за затылок.

Он поцеловал меня нежно и трепетно, словно уверяя этим, что все под контролем.

– Все хорошо. Я с тобой, – прошептал он мне.

А потом ушел спать, сославшись на усталость. Когда я пришла следом, то не пустил, сообщив, что уже спит.

Нееет. Все не просто так.

– Ян, в чем дело? Ты можешь мне рассказать, где подвох, чтобы я хоть как-то была готова к тому, что Сегмузов его раскроет и меня на куски порвет?

Ян подходит ко мне и присаживается рядом со мной на кровать.

– Нет подвоха, – говорит он мягко, опуская ладонь на мое плечо. – Если ты не поняла, то он изначально задумал выкрасть у меня документы. Ты его не интересуешь. Тебе бояться больше нечего. Бордель, его ужасное поведение, все это было игрой для тебя одной. Ему было нужно, чтобы ты прониклась своим состоянием и пошла на все для него. Вот ты и идешь. Бери. – Он берет с кровати договор и всовывает в мои руки. – После того, как отдашь ему документы он тебя отпустит на все четыре стороны, уверяю тебя.

Ян целует меня в висок и встает.

– Я на работу, – поспешно заявляет он. – Завтрак на сковородке тебе оставил. Деньги на такси на тумбочке. Я на связи.

Коротко, ясно, все по делу. Ни слова о любви или чем-то подобном.

Мне итак плохо, зачем ты еще мучаешь меня?

Он идет на выход, и это для меня означает завершение разговора. Но…

– Ян, – кричу я ему и он сразу же останавливается.

– Да?

– Но Сегмузов требовал все компании, – дополняю я еле слышно. – А здесь только одна.

Мне дико неудобно, некомфортно, противно от самой себя. Но что я могу сделать?

Губы Бэйса трогает легкая улыбка. И мое нутро заполняет холод. Я чувствую его отстраненность. Убеждена, что только что оттолкнула его еще сильнее.

– Думал ты не спросишь, – ухмыляется он, показывая маленький ключик в своей ладони. – Собирался оставить на тумбочке с деньгами…

Мужчина возвращается к постели и кладет ключик на подушку.

– Ключ от сейфа. Там документы на все мои компании. Доверенности на них там же. Ему их будет достаточно для быстрого переоформления. Не волнуйся. Бери все. Лишнее я вчера убрал… Только необходимое оставил.

Бэйс уходит, оставляя меня на постели с отрешенным лицом.

Я смотрю на ключ, договор на компанию, оглядывая комнату в поисках решения, будто оно может быть найдено на стенах или потолке. И мне не по себе. Он словно оставляет мне какой-то выбор.

Но какой?

Сижу в оцепенении на кровати, вчитываясь в условия договора и понимая, что никаких подвохов нет.

Возможно есть лазейка в других договорах? Спешу вниз и вскрываю ключом сейф на первом этаже.

Все документы на месте. Перечитываю раз за разом, один за другим в поисках хоть какой-то зацепки, где можно было бы вернуть компанию после ее передачи. Но их нет… Типовой договор, насколько я могу судить…Никаких отклонений. Все подписаны.

Вряд ли он подпись левую поставил. Других предположений не имеется вообще. Я не юрист, как вернуть переоформленную компанию на другого человека я не в курсе.

И что мне делать?

Ян мог бы как-то меня поддержать, объяснить, что делать, как себя вести а он… Не знаю.

Его поведению для меня обусловлено только двумя возможными факторами:

а) он действительно пошел на это и отдал все компании и ему было тяжело утром общаться со мной из-за этого факта.

б) в документах есть подвох, о котором я не знаю и он может вскрыться на встрече и Ян поэтому меня избегал. Предпочел уйти в сторону и дать плыть дальше уже самостоятельно.

в) Я не уверена в том, что он захочет меня видеть после произошедшего. Может быть это и был его намек?

Он решился на то, чтобы отдать свои компании?

Да нет. Никто не отдаст.

Или отдаст?

Ломаю голову над его поведением. Это проверка или что? Я должна пойти с документами к Сегмузову или нет? С другой стороны, он бы мог сам сказать, что мне делать, зачем эти игры устраивать? Значит, нет никаких игр. Значит все прозрачно и просто…

Глава 42

Телефонный звонок громкой трелью играет на весь салон самолета. Поспешно ищу его в рюкзачке, попеременно вытаскивая часть предметов к себе на колени, и никак не могу обнаружить искомое.

Да, блин!

Мое место у прохода и рядом со мной уже успело присесть двое пассажиров, чему я очень рада.

Неизвестно, как бы я сейчас пропускала желающих пройти на свои места с кучей вещей на коленях.

На меня уже недовольно косятся, а блондинка через проход еще и цыкает, театрально закатывая глаза.

– Простите, – выдыхаю.

Есть! Нащупала гладкую поверхность экрана мизинцем и безымянным пальцами.

Осталось только подтянуть… что я усиленно делаю.

Меня толкает в локоть проходящая по узкому коридорчику грузная дама и я роняю аппарат назад в рюкзак.

– Прееекрасно, – бурчу, поглядывая за ней злым взглядом.

Посадка. Обратной дороги уже нет. Я лечу в Доминикану, как решил за меня Бэйс накануне.

Конверт с билетом, ваучером и деньгами он приложил к документам в сейфе.

«Не волнуйся. Бери все. Лишнее я вчера убрал» – вспоминаю его слова с явным намеком на этот сюрприз.

Ну что же. Все понятно. Хочет от меня избавиться, чтобы я не мешала или не надоедала. Одно из двух.

В моих руках одинокий билет в одну сторону с заграничным паспортом, который ранее привезла мне мама.

– Да, – говорю в трубку, не успевая посмотреть, кто звонит.

– Все хорошо?

Родной голос обволакивает меня, заставляя весь шум вокруг утихнуть. Я слышу только его, ощущая одновременную нежность и дрожь во всем теле.

Ян. Все же позвонил.

Беспокоится. Значит, нужна?

– Да.

Что ему сказать? Поблагодарить? Спросить, как быть? Что делать дальше? Будем ли мы вместе или он таким образом решил от меня откреститься? Сейчас спросить неловко… но перезвонит ли он мне еще?

– Я рад, – чувствую искренность в его словах.

Я прямо вижу картинку, как он улыбается.

Сидит такой красивый за столиком, поедает картошку из кафе и смеется какой-то шутке.

Мое воспоминание, где мы с ним сидим в кафе теперь многого стоит. Раньше казалось, что это обычный день. А теперь…. Один из важнейших.

Прекрасно помню, как он мило выглядел тогда. Изумрудные глаза, притягательный, очаровательный.

А я только думала над тем, как спастись от лап Сегмузова, не замечая ни его, ни остальное.

Вернуть бы меня в то время, я бы повела себя уже по-другому. не сбежала бы, доверилась ему полностью.

Как же хочется обнять его. Прижаться и не отпускать.

Не хочу улетать. Хочу к нему!

Оглядываю салон. Еще наполовину полон. Я еще успею. Порываюсь с места, вскакивая и пропуская самых спешащих пассажиров в хвост самолета.

Волнение накатывает.

– Позвоню, как сядешь. Больше трубку ни от кого не бери, – сообщает он мне, возвращая меня из сказочной нереальности на свое место.

Словно припечатывает. И я валюсь назад

А точно ли он хочет меня видеть подле себя? Обрадуется, если я вернусь?

Желание бежать к нему испаряется. Я понимаю, что не уверена в этом.

Звонок обрывается. А я даже не успеваю ничего сказать.

Он перезвонит.

Все уже на местах. Проводники проверяют ремни, закрывая по пути отсеки для ручной клади. Готовимся к взлету.

На меня обращают внимание, тыкая пальцем в ремень.

Ах, да. Пристегиваюсь и киваю. Молоденькая проводница с дежурной улыбкой на лице проходит дальше.

– Наушники выньте, пожалуйста, – говорит она мужчине, сидящему через кресло.

В этот момент Ян перезванивает, сразу же отвечаю:

– Я хотела сказать, что безумно…

– Алиска, моя киска! – прерывает меня грубый баритон. Не Яна.

Отстраняю телефон и вглядываюсь в номер. Не то, чтобы не узнала его, но я была уверена, что это Бэйс.

Сегмузов. И вот сподобилось же ему позвонить именно в этот момент?

– Ты в курсах, что тебе не жить, моя дорогая? – говорит тот ласковым голосом. – И женишка твоего я убью. Сначала тебя, потом его.

Он говорит это спокойным, но жутко опасным тоном, вызывающим у меня панику во всем теле.

Словно я на краю пропасти нахожусь и в его власти меня подтолкнуть вперед.

Вот почему Бэйс сказал трубку не брать. Что-то успел сделать в ответ?

– Дотянись, – ухмыляюсь.

Страшно, но надо держать планку! Хоть когда-то надо ему ответить в его же тоне!

Он столько боли мне причинил. Хотя бы сейчас я должна поставить его на место.

– Уже. Мои люди рыщут. Везде, – его шепот проникает в меня, отравляя все внутренности, что меня начинает тошнить от страха. – Они проверят каждый подвал каждого дома в этой стране и найдут тебя. Твоих друзей, родных, знакомых. Бэйса дом уже проверили. Будь ты там…

В глазах темнеет. Умеет он пугать и подавлять, не попишешь.

– Пошел ты, – рычу и вешаю трубку.

Меня колотит от осознания, что Сегмузов меня ищет, от понимания, что он уже был у Бэйса дома.

А если бы я решила вернуться? Мне был бы конец.

Начинается взлет, а я только и думаю о Бэйсе. Самолет берет разгон, весь салон трясется в лихорадке, лампочки гаснут, не предвещая ничего хорошего, особо боязливые пассажиры закидывают в рот леденцы, а япялюсь в иллюминатор.

Что он такого сделал? Как подставил Сегмузова?

Ему грозит опасность. Нужно предупредить!

Набираю кнопку вызова и вглядываюсь в телефон. Звонок идет.

Ну же. Бери.

В салоне громыхает, многие сидят с закрытыми глазами, а я лишь неотрывно слежу за звонком.

Если бы это был не Сегмузов, а Ян, то он бы услышал мое нелепое, несвоевременное, совершенно ему ненужное признание.

Признаюсь себе, что мой порыв был слишком поспешным. И радуюсь, что не достиг цели.

Сигнал пропадает. Звонок не проходит.

И мой разум отключается. Откидываюсь в кресло и закрываю глаза вместе с остальными.

Все, что могла, я сделала.

Бэйс не дурак. Он и сам все знает. Мой предупредительный звонок ему не нужен.

Он справится. Специально, чтобы не отвлекала его, он отправил меня подальше. Теперь сможет полностью сосредоточиться на отмщении Сегмузову, а я пережду в другой стране.

Только сейчас понимаю, что самое страшное у меня позади.

Впереди месяц беззаботной жизни. Можно отдохнуть. Что будет дальше? Бэйс обещал позвонить через 10 часов. Тогда и расскажет, что делать. А пока я пялюсь в иллюминатор и радуюсь тому, что улетаю в теплую новую страну, оставляя все плохое за спиной.

Глава 43

– Мисс, – слышу мужской голос с иностранным акцентом рядом с собой и приоткрываю глаза.

Лежу в мокром купальнике на шезлонге около общего бассейна, загорая на солнце и вроде бы наслаждаясь отдыхом. Надо мной склонился чернокожий сотрудник моего отеля в белой форме с подносом на руке.

– Что? – силюсь понять, что ему нужно.

Молодой парень стоит прямо в лучах солнца, что не видно, что он пытается мне показать свободной от подноса рукой. Заметно, что жестикулирует, но что именно показывает – попробуй приглядись.

– Коктейл? – в итоге находит он нужный ответ на мой вопрос.

– Ноу, – отвечаю и переворачиваюсь на живот и тут же о нем забываю.

Ежедневно они предлагают эти разноцветные напитки в прозрачных высоких стаканах, разгуливая по всей территории отеля. Даже, если не брать в расчет странное пойло, то я брезгую от стаканов. Мало ли, кто там до меня из него пил. Что-то не верится мне, что здесь знают, что такое санитарная обработка.

Прикрываю глаза, утыкаясь в свою кофточку, постеленную под голову. Мысли неусыпно возвращаются к Яну. Обоим.

Я в этом отеле уже несколько дней, а от Бэйса ни слуху – ни духу. Как обещал по прилету – не перезвонил, а я позвонила ему только через сутки, как только смогла номер пополнить. Абонент был уже не абонент. Как в тот день, так и в последующие.

Меня терзали смутные сомнения по поводу его пропажи, и я очень надеялась, что со временем что-то прояснится.

Это могло быть все, что угодно от личного нежелания со мной более общаться, до вынужденных обстоятельств. И никакой вариант ответа мне не нравился.

В ожидании его звонка я загорала у бассейна, гуляла по пляжу и по обширной территории отеля, наслаждаясь местными красотами и неизменно возвращалась к воспоминаниям.

Иногда появлялись совсем тяжелые мысли, где отпуск подходил к концу, а он так и не звонил мне.

И это вгрызалось в меня удушливой уверенностью, что я ему не нужна.

Он бы позвонил. В любом случае позвонил бы. Ведь так?

Ян только раз сказал мне, что не отдаст меня Сегмузову, но о том, что я ему нужна – ни разу.

Не это ли ответ на мой вопрос?

– Возьмите! Вкусные. Я угощаю, – слышу с соседнего лежака мужской голос.

Вскидываю голову, прохожусь испытывающим взглядом по фигуре и миловидной внешности и возвращаюсь на место.

– Спасибо, в местных коктейлях много сиропа. Слишком сладкие для меня, подкладываю под голову руки для удобства.

"И я сама способна оплатить себе коктейль при необходимости".

Слышу скрип лежака рядом. Пытаюсь вспомнить, давно ли этот парень лег рядом.

Когда я занимала это место, то его не было. Сколько после времени прошло?

Несколько часов.

– Тогда позвольте угостить вас чем-то покрепче? – не успокаивается мужчина. – Я, кстати, Антон.

Его голос совсем близко. Он передвинул лежак ближе? Почему так близко вдруг стал?

– Спасибо, Антон, но я мало потребляю алкоголя, – не собираюсь с ним знакомиться.

Отворачиваюсь в другую сторону.

Нет желания знакомиться.

Но мужчина никак не отстает.

– Тогда может быть составите мне компанию на экскурсии?

А вот это интересно. Возвращаюсь к объекту возможной совместной экскурсии, снова вглядываюсь в него с интересом.

Голубые глаза, прямой нос, широкие скулы. Короткостриженый.

– Куда собираетесь?

Я вдруг понимаю, что так никуда и не выбралась за пределы отеля. А надо бы. Чего Кощеем чахнуть у сундука, если сундука нет?

– На остров Саона. Индивидуальная экскурсия. Говорят там шикарные виды. Есть даже подземная пещера! Я хочу туда сплавать. Говорят, легко.

Очень интересно. Я бы съездила. Особенно пещера под водой заинтриговывает.

– С кем поедете?

В принципе, чего мне прозябать в отеле в одиночку, если можно куда-нибудь выбраться с соседом по отелю? Не убьет же он меня. Ему еще возвращаться.

– С братом. Мы вдвоем здесь. А вы одна?

Щемящее чувство осторожности выбирается на первый план. Перед глазами всплывает Сегмузов, после которого я не просто осторожная со всеми, а мега осторожная.

– Подруга в соседнем отеле, – вру. не моргнув глазом.

– Тогда и подругу берите, – радуется Антон, и я теряюсь.

Блин, чего я не подумала-то? Конечно, он предложит ее с собой взять.

Придумываю новую отмазку. Перетекаю в сидячее положение. Так лучше думается.

– Она с мужем, – нахожу быстрый ответ. – Поэтому мы по разным гостиницам.

– Жаль, – сжимает тот зубы. – Ну что же. Я в 204 на 1 этаже. Завтра планируем выбраться утром в 10–00. Присоединяйтесь.

Киваю. Спохватываюсь.

– Я, Алиса из 10. Буду у вас в 9-45.

– Договорились. Это у вас вип – вилла? – его глаза загораются. – На бассейне?

– Да.

Ян постарался, чтобы мне было комфортно… Горло сдавливает.

И сердце тревожно отзывается учащенным постукиванием.

Где ты, Ян? С тобой все хорошо?

Тебя же не поймал в плен Сегмузов, как это сделал со мной? Он не издевается над тобой?

Замечая, что я зависла в одном положении с отрешенным взглядом, Антон прощается со мной, берет полотенце и уходит в сторону главного корпуса.

Я же прохожу вперед мимо первого корпуса с множественными балконами, оставляю за спиной еще один бассейн, иду дальше мимо бара в сторону моря.

Передо мной вырастает каскадный бесконечный бассейн, разливающийся на сотни шагов вперед, уходящий вниз. Посреди водной глади располагаются небольшие домики.

Моя вилла последняя, с большим водным простором, чем у остальных.

Прямо из номера могу выйти и поплавать в собственном неглубоком бассейне. Балкончик для загара тоже имеется.

В этот раз по-соседству брызгались дети и я ушла в другое более тихое место.

– Ну же, Бэйс. Где ты? – шепчу я себе под нос, доставая телефон из сейфа.

Не было звонков. Он не звонил. Пусто. Совсем.

Сегмузов в черном списке, поэтому не знаю, пытался он еще раз набрать мне или нет. С других номеров тоже не звонили.

Глава 44

Целый день у нас с Антоном занимает экскурсия на красочный остров.

Бесконечно красивое райское место, расположенное в Карибском море, к которому мы доплываем за пару часов. Бирюзовое море, белый и мягкий, как мука песочек. Все это обрамляется склоненными к самой воде пальмами.

Баунти – райское наслаждение.

Сопровождавший нас на корабле с Антоном и остальными туристами гид сообщает, что именно здесь снималась пресловутая реклама шоколадного батончика.

Охотно верится. Хотя я не удивлюсь, если эти гиды про все острова так говорят.

Брат Антона, – о, неожиданность, отказался составить ему компанию в последний момент, сославшись на знакомство с соседкой и планируемую совместную экскурсию в иное место.

Так даже лучше.

На остров мы доплываем с ветерком на двухпалубном корабле, заняв место на нижней палубе, где находится поменьше народа. Если бы я знала заранее, что нас будет, по меньшей мере двадцать человек, то остановила бы свой выбор на другом развлечении.

Но пещера… Антон обещал подводную пещеру. Это должно бы перекрыть весь дискомфорт.

Выясняется, что в этом дивном месте нет ни одного отеля, только рыбацкие деревушки. Все портит большое количество туристов, разгуливающих по берегу. Баснословное количество! Куда не глянь – турист забирается на пальму.

И почему именно в этот день все решили приехать сюда?

Прогулявшись среди пальм и сфотографировав красивые места, которые еще не были заняты туристами, мы с Антоном возвращаемся на корабль. Как раз застаем время обеденного перерыва: перекусываем перловкой с рыбным деликатесом и печеньем на десерт.

Все отдыхающие занимают лежаки на верхней палубе, периодически спрыгивая в воду и охлаждаясь после назойливого жаркого солнца, разошедшегося днем на полную катушку. Мы присоединяемся к остальным, но только занимаем место в тени.

С Антоном оказывается легче, чем я ожидала. От прежнего настойчивого парня не осталось и следа. Передо мной возник интеллигентный, утонченный мужчина, более прозорливый, чем я, в каких-то моментах, судя по его рассказам о прошлой жизни. С ним достаточно интересно.

Тема о погоде не заканчивается, перетекая в предпочтения, которыми мы делимся друг с другом вплоть до самого вечера. Мы пьем бесплатные безалкогольные коктейли, общаемся с другими парами и наслаждаемся спокойным отдыхом в полной мере.

Так я узнаю, что Антон – любитель сноубординга и каждой зимой выбирается в горы покататься. У него даже есть квартира в Сочи, купленная именно в угоду своему увлечению. Антон – руководитель проектов, каких именно он не уточняет, а я не допытываюсь. Мне все равно.

Я, в свою очередь, рассказываю ему о том, что впервые выбралась так далеко от дома и планирую еще путешествовать в дальнейшем. О своей семье я умалчиваю, как и не говорю об отсутствии работы или учебе.

К вечеру нас ожидает представление, устроенное местными туземцами на берегу. Все это входит в купленный тур и доплат не требуется.

– Но как же пещера? – вспоминаю о ней в какой-то момент, когда наступают сумерки.

– Ее нет, – улыбается мужчина, присаживаясь рядом со мной на циновку, постеленную для всех.

Все собираются на одном месте, степенно подтягиваясь с корабля, чтобы взглянуть на шоу с огнем и странными танцами. Позднее добавляются разноцветные фейерверки.

– Ты меня обманул? – удивленно моргаю. Он казался таким честным и искренним. – Как так?

Молодой человек пожимает плечами, глядя на меня с сожалением.

– Прости. Иначе бы ты не согласилась.

И я не злюсь. Он абсолютно прав. У него не было шансов уговорить меня на эту экскурсию, о которой я совершенно не жалею, что выбралась с его подачи, пусть даже обманным путем.

Фыркаю, дуюсь еще пять минут для приличия и со смехом его прощаю.

Впервые за долгое время меня покидает тревожность и становится просто хорошо.

А потом мы смотрим прекрасное представление в ночи, которое заканчивается после полуночи и только тогда всех собирают на корабле и мы плывем назад.

Но не успеваю я подумать, что все самое яркое и интересное закончилось, как включаются яркие огни, громкая музыка разносится по всему морю, наш водный транспорт мгновенно преображается. Начинается широкомасштабная вечеринка с алкоголем, танцами и это еще более незабываемо, чем дневная экскурсия.

Мы танцуем с Антоном под зарубежную музыку рядом с остальной молодежью, делимся эмоциями от проведенного дня и наслаждаемся обществом друг друга.

В какой-то момент он прижимает меня к себе и не отпускает. Быстрые танцы заканчиваются, перетекая в свои собственные, индивидуальные, несмотря на быструю мелодию и окружающее веселье.

Мы приятно покачиваемся в своем ритме, отдаваясь легкой эйфории от алкоголя, музыки, совместного приключения.

В отель мы прибываем под утро, потому что по дороге заезжаем в круглосуточный магазин закупиться дополнительной порцией алкоголя. Нам весело и не хочется это веселье останавливать.

Галантный кавалер идет меня провожать к вилле, как только мы выбираемся из минивэна, оказываясь около главного входа в отель.

Мысленно я предполагаю, что он может предпринять попытку остаться со мной, но точно решаю для себя, что как бы хорошо мне с ним не было в этот день, секса у меня сегодня не будет ни с кем.

Мы оба, пошатываясь идем к месту назначения, громко смеясь и ехидничая друг над другом. Антон уверяет, что стоит ему отпустить меня, как я упаду и не встану, – только благодаря его поддержке держусь на ногах. Я же очень хорошо ощущаю, как он держится за меня, все время спотыкаясь и норовя упасть, и готова спорить до конца.

Мы добираемся до моего домика неспешным шагом где-то через полчаса, и пока я ищу ключ от двери, успеваем осушить остатки купленного виски с колой до дна. Причем я колу прихлебываю, а Антон пьет чистый алкоголь.

И это оказывается очень зря.

Долгое копошение у двери – я все никак не могу найти ключ. Антон уже изрядно оседает на моем плече, бурча что-то нечленораздельное, а мое плечо удерживается дверью… Поэтому, когда дверь открывается под моим напором, мы вваливаемся в номер и чуть не валимся под матерные вскрики на пол, держась друг за друга и громко хохоча.

– Прекрассссныйдень, – бормочет Антон сонно, притягивая меня в свои объятия. – С прекрасснойдевушкой в такое незабываемоеутро. Самый шикарныотдх.

С трудом различая его слова, я силюсь удержать нас обоих на ногах и включить свет в помещении. Потом, мы снова чуть ли не опадаем на ковер, и я плюю на свет, решая, что и без него неплохо.

Достаточно фонарей на улице, освещающих часть помещения и предрассветных сумерек.

– Давномнетакнебылохорошо….

Снова набор слов, который с трудом понимаю.

Не успевая сообразить, я уже ощущаю его терпкие с кислинкой губы от виски и упрямый язык, пытающийся прорваться в мой рот. Он удерживает меня, не давая отстраниться, хотя и умудряется покачиваться. Еле на ногах держится, но все равно целует.

Хах.

– Эй, ты пьян, – наконец отстраняюсь, стараясь быть вежливой. – Тебе пора.

Мужчина отступает на шаг, качаясь на месте и удерживая со мной зрительный контакт.

Явно сильно захмелел. Глаза плывут в каком-то своем течении, уносясь все дальше.

Последние остатки алкоголя оказались для него самыми убийственными.

– Я б… хотел. Остаться, – выдает он мне наконец.

Зачем?

– У тебя номер в двухстах метрах, – хихикаю. – Иди. Завтра увидимся.

Антон не спешит удаляться. Он продолжает стоять на одном месте, удерживаясь с трудом на одном месте.

– Я на кушеточке, – миролюбиво обещает мужчина.

У меня и правда есть маленький диванчик.

В принципе я не против, чтобы он остался. Поспит на кушетке до утра. Утром извинится и уйдет. А так еще в бассейн упадет и утонет…

Антон, не дождавшись моего ответа, направляется в сторону туалета, около входа которого располагается нужный диванчик.

– Я прикорну… – говорит тот совсем сонно.

По нему видно, что он только о сне и мечтает. Ну что же, пусть.

– Ну лааадно, – говорю я мягко, сдаваясь. – Спи на кушетке.

– Нет не ладно! – влезает в наш разговор мужской голос, будто ожидая моего ответа, чтобы возразить.

Взвизгиваю от неожиданности и подпрыгиваю на месте.

Мгновенно трезвею.

Никогда бы не подумала, что такое возможно. Разом. Только что была пьяной, и вуаля, – как стеклышко.

Я поворачиваюсь в сторону мужского недовольного голоса, отмечая темный силуэт в углу. В кресле засел в самой тени. Не заметишь, пока сам не захочет.

– Ян, – пищу я, удивленная его появлением.

Плохо соображаю. Чего делать-то?

В моей голове полный сумбур и паника. А он видел, как меня Антон целовал?

Жар от стыда накрывает мои щеки. Хорошо, что света нет.

Мне крышка. Он не так поймет. Блин. Как не вовремя.

Хотя бы на день раньше или позже!

Ян встает с кресла и чувствуется опасность в каждом его движении. Он направляется к Антону размашистой походкой, пока тот сидит на кушетке и непонимающе смотрит в мою сторону.

– Муж? – тихо спрашивает он, поглядывая на приближающегося Бэйса.

Надо отдать ему должное, – он не испытывает страха, в отличие от меня. По крайней мере в голосе нет надрыва, как и хаотичных попыток убежать или выставить защиту. Бэйс же не поздороваться к нему идет!

– Муж! – отвечает ему за меня Бэйс.

Пытаюсь преградить ему дорогу, но он меня оттесняет в сторону, как будто я монумент какой-то. Просто передвигает, не удостаивая даже взглядом.

Ян в белой рубашке и брюках. Создается впечатление, что с прилета так просидел на одном месте… Ждал?

– Янчик, не надо, – бегу к нему, замечая, что тот подходит к Антону. – Он пьяный.

Ничего умнее в голову не приходит. В моем голосе сквозит отчаяние. Антон не виноват. Я неправильно себя повела. Мне вообще не стоило с ним ехать на экскурсию.

Испытываю грусть, тоску, отчаяние и задор. Алкоголь в моей крови находит все эту ситуацию немного забавной.

– Ты тоже, – холодно замечает Бэйс, подтягивая Антона за подмышки с кушетки и утягивая его к выходу. – Пойдем прогуляемся. – Обращается к молодому человеку.

Меня нагло игнорирует, оттесняя вторично в сторону своим корпусом.

Аккуратно, но обидно!

– Ян, он ничего не сделал! – пытаюсь оправдать парня.

Антон пытается сопротивляться, но у него плохо получается. Движения слишком медленные и плавные, он висит на его руках, позволяя себя унести, куда угодно Его легко ставят на ноги и выталкивают за дверь. Дверь быстро закрывается, хлопая с особым шумом, что я вздрагиваю.

И мы остаемся с ним наедине. Вдвоем.

Бэйс поворачивается ко мне лицом и я улавливаю в свете фонаря его хищный оскал.

Сжимаюсь. Мне страшно. Пощады, я так понимаю, не будет?