Текст книги "Тензор порядка (СИ)"

Автор книги: Алекс Гор

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 19 страниц)

Попутно он проверил, как чувствует себя повреждённая конечность, сжав и разжав кулак. Видимо, ему повезло, и нервы оказались не повреждены, потому что рука работала, хоть и не так хорошо, как раньше. Резкий подскок, ложное уклонение, обманный выпад и попытка укола – и вновь неудача. Причём лезвие его клинка ощутило настолько сильный удар от парирования, что рукоять чуть не вырвалась из ладони Ноаля. Но теперь ускоренное восприятие уже позволило опытному бойцу уловить движения девушки. Несмотря на скорость, он отметил, что действует она очень профессионально. Только вот ещё он осознавал одну простую истину: никаких ресурсов организма не хватит этой соплячке на длительную поддержку таких показателей. «Применение стимулирующих препаратов, – скорее всего, именно ими она и воспользовалась, ничем другим подобное преображение он объяснить не мог, – но это значило, что скорее всего она очень быстро выдохнется. Мне просто надо продержаться какое-то время».

Удары графа посыпались один за другим, и Винду, ведущему этот поединок со стороны, пришлось обороняться. Он тоже понял, что в поведении Ноаля произошли изменения, и он стал быстрее. Однако, землянин всё ещё не хотел убивать его сразу, а предпочёл продолжить игру, хотя, надо признать, ему несколько раз чуть было не досталось, но он всё-таки оказывался быстрее. Аграф обзавёлся ещё несколькими неприятными порезами, а седьмой выпад аристократа вообще закончился для него кровавой потерей: его левое ухо, отделившись от головы, пролетело несколько метров и шлёпнулось на песок арены. Сам граф взвизгнул от боли, торопливо разорвал дистанцию и прижал поврежденной рукой немеющую кисть к кровоточащему обрубку.

– Имеющие уши да услышат, – многозначительно продекламировал бывший диетарх, наблюдая за тем, как в глазах аграфа разгорается зародившийся после первого ранения страх, постепенно, но неумолимо превращаясь в ужас. – Ах да, тебе такое теперь не грозит, я ведь сейчас и второе отрежу.

Неизвестно, что случилось бы дальше, потому что именно в этот момент император аграфов наконец-то решил, что настало время для его партии. По его сигналу распределившиеся по пространству, предназначенному для зрителей, подконтрольные ему псионы начали приводить в действие его план. А модернизированный энергетический барьер, смонтированный в ограде площадки для поединков, активировался, только вот он теперь имел совсем другие функции. Ибо Винд разом лишился возможности контролировать тело девушки. Это выглядело так, словно выключили тумблер.

Агата внезапно вновь осознала себя и растерянно посмотрела по сторонам, увидев перед собой уже явно потрёпанного графа, зажимающего рану на голове. Но он всё ещё оставался жив и не менее опасен, чем прежде. Девушка не поняла, почему так произошло, хотя догадывалась перед началом боя, как именно хочет ей помочь возлюбленный. Она в растерянности посмотрела в сторону, где находился землянин, и поняла, что сейчас происходит что-то, явно выбивающееся из их плана, потому что Бор стоял словно статуя и смотрел куда-то в сторону императора, а вокруг него начиналась подозрительная суета. Часть зрителей стремились оказаться как можно дальше от этого места.

Задумка Артондаля состояла не только в ограничении воздействия на арену – это была лишь малая часть, можно сказать резервный план. Основной же удар пришёлся как раз на того, кто так его напугал. И если один он справиться с этим могущественным оператором реальности не мог, то, подключив к этому делу почти три десятка находящихся на службе у государства псионов высших рангов, ему удалось собрать такую суммарную мощь, которая позволила правителю аграфов добиться своего. Каждый из доставленных сюда специалистов был силён, и не просто силён, а обладал целым спектром отработанных методик. И вот сейчас все они обрушились на наглеца, посмевшего бросить вызов правителю одной из старших рас.

Резкое появление в поле сенсорной чувствительности бывшего диетарха большого количества пси-активных существ заставило Винда мгновенно активировать несколько многослойных энергетических барьеров, которые он уже не один раз использовал в противодействии с сильными противниками. Только сейчас их оказалось очень много, и барьер, созданный им, начал практически сразу трещать по швам. Но несмотря на это, все мысли человека были направлены совсем на другое – там, на песке арены, осталась его любимая женщина, которая явно растерялась из-за его отключения и не знала, что делать. Землянин разрывался между тем, чтобы хоть как-то помочь ей и организацией обороны против подлого удара Артондаля. Командир «Ареса», конечно, изначально готовился к чему-то подобному, но видимо неверно рассчитал свои силы. Слишком много разных боевых техник ежесекундно приходилось отбивать, нивелировать или поглощать. Все эти действия съедали большую часть ресурсов, но что самое плохое – он никак не мог пробиться в пределы арены, чтобы вновь взять тело Агаты под контроль. Вотахи и Джон тоже заметили изменение в обстановке, но пока внешних проявлений никто из них не видел, и они не начинали ответные действия, хотя Сол сразу же мысленно обратился к земляку, пытаясь понять, что же происходит.

Заметив изменения в поведении баронессы, Ноаль молча двинулся вперёд, намереваясь подороже продать свою жизнь. И вот тут Агата поняла, что, судя по всему, что-то пошло не по плану и ей придётся доводить начатое дело до конца своими руками.

Безусловно, она не обладала ни такой физической силой, как её противник, ни тем более таким количеством боевых баз знаний. У неё просто не было столько времени, чтобы освоить весь тот объём, который имелся у давно живущего аристократа, не стеснённого в доступе к любой обучающей информации. И тем не менее, Барон Лориналь частенько гонял её по спортивному залу родового имения, приговаривая, что даже девушке необходимо научиться себя защищать, ведь когда-нибудь, как всегда, в самый неподходящий момент, может возникнуть необходимость для этого. И вот, похоже, это время настало. Агата слегка развела пошире ноги, чуть-чуть согнула их, вспоминая все те уроки, которые она усвоила от отца, расставшегося с жизнью на песке этой самой арены.

Аграф был выше её на полторы головы и, казалось, занимал всё пространство вокруг. Он плавно перетёк в широкую стойку, практически непрерывно производя подпитку препаратами, подал корпус чуть вперёд, а клинок вытянул в длинную линию. Его левая рука беспомощно висела, но это не означало, что она не представляла опасности. Несмотря на то, что он дышал достаточно тяжело, в ногах у него всё ещё оставались силы и, что самое главное, скорость. Да хитрость никуда деться не могла, а при таком раскладе, её и следовало ожидать.

Девушка опустила меч чуть ниже, перейдя в низкую гарду, а клинок слегка сместила в сторону. Она экономила силы, чувствуя, что та часть боя, во время которого ею руководил Бор, тяжело далась её организму. Она чувствовала жуткую усталость, как будто преодолела многокилометровую трассу, неся за плечами тяжёлый походный рюкзак. Конечности слегка подрагивали – верный признак того, что они уже на пределе. И если противник навяжет высокий темп боя, она не выдержит и проиграет.

Ноаль сделал свой очередной ход первым, сорвавшись в резкий флэш, почти бег. Золотистый песок взметнулся из-под его ступней, а клинок аристократа описал короткую дугу, нанося рубящий удар снаружи. Девушка встретила его парированием кварты. Клинок в её руках мелодично звякнул, а болезненная отдача прошла в плечо. Но Агата всё-таки попыталась сразу же сделать рипост, пробуя донести колющий удар в корпус. Противник ушёл почти не глядя, скорость спасла его, и кончик её клинка лишь слегка вспорол кожу на бедре, добавив ещё один порез к уже существующим.

В голове Агаты мелькнула гаденькая мысль: «Он слишком быстро двигается». Мужчина не дал ей восстановить дистанцию, нанося серию коротких атак: финт в голову, перевод в плечо, снова укол вниз. Он работал одной рукой, но делал это невероятно мастерски, виртуозно компенсируя потерю второй конечности идеальной работой ног, несмотря на то что и на них уже имелись неприятные порезы. Граф почувствовал слабину и перешёл на контртемп, проводя классическую политику боя, оказывая постоянное давление и принуждая к ошибке. Девушка отступала, отчаянно отбиваясь. Песок скользил под ногами. Один неверный шаг – и он пробьёт её не самую лучшую защиту.

Завершив серию, Ноаль не остановился. Он ударил снова, сделав обманный выпад – слишком открытый. Инстинкт опытного бойца сразу бы закричал, что это ловушка, таких ошибок профессионал никогда не сделает. А девушка им всё-таки не была, но кое-что о подобных приёмах слышала на тренировках, более того, её внимание несколько раз заостряли на теме аналогичных уловок. И вот сейчас, в этот момент, она словно воочию увидела тот самый урок, когда барон втолковывал ей, ещё совсем маленькой, эти прописные истины, которые втолковывал ей заботливый родитель, описывая именно это движение и то, как его можно использовать. И она приняла эту помощь отца, который даже после смерти смог позаботиться о своей дочери. Она нарочно опоздала с парированием, и клинок Ноаля скользнул по её защите. Боль вспыхнула, но девушка понимала, что при таком приёме порез не может быть глубоким, он неизбежен, но необходим. В тот же миг она провалилась в ближнюю дистанцию, почти врезалась в плечо графа, который инстинктивно попытался дёрнуть повреждённой рукой, но она тут же скользнула под неё. Ноаль этого не ожидал и уже вывернул стопу для того, чтобы скруткой уйти от возможного удара сбоку, однако Агата резко сменила хват, позволив мечу чуть-чуть упасть, будто рука ослабла, а свободной ладонью зажала рану на боку, сгибаясь и показывая тем самым, что ей сильно досталось.

Такая вот не слишком вычурная хитрость, и опытного бойца она никогда не должна была обмануть, однако критичность мышления у взбешённого аристократа не позволила ему трезво подойти к продолжению поединка. Увидев слабость, он, не раздумывая, пошёл на добивание, подняв клинок для рубящего удара сверху – слишком широко, слишком уверенно. Так раскрываться перед противником является непростительной глупостью.

Шаг, второй… Агата ждала. А когда дистанция сократилась до необходимой, она молниеносно взорвалась, совершая контррепост, словно забыла о ранее полученной резаной ране. Сделала шаг в сторону, нанося удар по мечу графа, ещё один уклон, резкий поворот кисти – и её меч, практически не ощущая сопротивления, вошёл ему под рёбра, точно, без лишнего движения, пробивая сердце врага.

Граф замер. Он не был дураком и понял, что проиграл. Виртуальный экран нейросети и без того пестрящий разнообразными уведомлениями, окрасился тревожными красными иконками, но он лишь слабо улыбнулся, уже не обращая внимания на ту, которая смогла его победить. Он искал глазами лицо императора, который обещал ему, что всё пройдёт без проблем, что всё это – лишь детали глобального плана. Отчаянно захотелось вздохнуть полной грудью, однако проткнутые насквозь лёгкие, сдавленные спазмом, не позволили ему этого сделать, и он плавно опустился на колени перед стоящей в двух шагах девушкой, выпустившей из своей ладони рукоять клинка, оставшийся в теле поверженного врага.

– Тварь… – попытался прорычать аграф, но вместо звука изо рта пошла кровавая пена.

Баронесса, доказавшая своё право на титул, защитившая свою честь, честь своего дома и отца в ритуальном поединке «алартан», сделала шаг вперёд, слегка нагнулась, ухватилась своей изящной ладошкой за окровавленную рукоять и, уперевшись правой ногой в корпус побежденного графа, рывком вытащила меч наружу из раны. Резкий взмах в сторону – и с идеального лезвия слетели алые капли и упали на жёлтый песок, мгновенно впитывавшись в него. Но девушка уже не думала ни о чём, она тут же повернулась и пошла туда, где в странной, неестественной позе стояли те, с кем она сюда пришла.

А в это время Бору стало уже не до шуток. Он уже не единожды пожалел, что так самоуверенно сам привёл тех, кто ему так дорог, в ловушку. Чего он хотел этим добиться? Доказать что-то? Агате вроде самой всё это не нужно, и она предлагала сосредоточиться на решении проблем с возможной опасностью, грозящей их реальности. Впечатлить императора аграфов? Так он, похоже, не из тех, с кем можно договориться. Вообще, с такими надо действовать грубо. Слишком уж возгордился бывший диетарх, подумал, что стал настолько силён, что круче его и нет никого в этой вселенной, но суровая действительность преподнесла ему жестокий урок: стадо муравьёв забодают и слона. А здесь собрались далеко не муравьи.

Как только аграфские псионы, скрывающие свой истинный потенциал, раскрылись, Винд сразу же понял, что вряд ли он сможет победить, потому что враги нападали широким фронтом. Часть из них сосредоточилась на его товарищах, в их разум постоянно пытались пробиться менталисты. Их воздействие наслаивалось друг на друга, и землянину с огромным трудом удавалось купировать эти нападки, отражая массу других, которые пытались наносить собранные против него специалисты. По всей видимости, сначала псионы действовали по заранее разработанному шаблону, а когда это не решило исход противостояния в краткосрочной перспективе, они перешли на более изощрённые методы. Судя по всему, против него работала слаженная команда, потому что они медленно, но, верно, продавливали его защиту. И хотя часть энергетических потерь Бору удавалось восполнять за счёт входящего урона, основные мощности он всё-таки брал из своего, хоть и сильно увеличившегося, но далеко не безразмерного хранилища. Землянин понял, что если дальше бой будет происходить в том же духе, то его просто раздергают, и однажды он совершит ошибку. Поэтому он сделал единственно правильное решение: вызвал на связь искин своего корабля и приказал ему совершить прыжок на максимально близкое расстояние и сразу же телепортировать всех на борт Ареса. Паралельно с этим он сообщил тем, кто его сопровождал, что на них идет атака. И как только поблизости не останется лишних разумных, она приобретет совсем другие качества.

Дэн послушно выполнил полученный приказ. Только вот, когда он попытался активировать телепорт, то, на удивление, у него не получилось это сделать. Он совершил несколько попыток, а затем вынужден был сообщить своему командиру о том, что поставленную перед ним задачу выполнить не удалось. Судя по всему, хитрожопый Артондаль применил какой-то до поры до времени скрываемый артефакт или технологию, препятствующую переносу на борт рейдера. Винд даже попробовал самостоятельно, применив псионические способности, переместиться поближе к императору, но и тут у него ничего не вышло. Похоже, аграф сосредоточил все доступные ему возможности, планируя не дать дерзкому человеку добиться своего никаким способом. Запоздало пришла мысль применить пространственно-темпоральный ключ, но пятнадцатисекундный зазор, которым он мог воспользоваться для перемещения во времени, был безнадёжно упущен. Если бы сразу, в первые мгновения, он принял бы это решение, то всего этого можно было бы избежать.

Бор бросил взгляд на арену и с удивлением обнаружил идущую в его сторону баронессу, держащую в руке клинок. По левому боку девушки стекала алая кровь, а за её спиной лежал ничком поверженный граф. На лице победительницы легко читались тревога и непонимание того, что происходит. А Бор вдруг осознал, что если сейчас подлый Артондаль нанесёт удар по ней, то это будет конец, и он окончательно потеряет смысл своего существования. Зачем ему тогда нужна будет вся эта вселенная, вся эта реальность, если в ней не будет той, которую он полюбил? И пусть она была совсем иной расы и родилась бесконечно далеко от его материнской планеты, но он осознавал, что чувство, которое он испытывает к этой девушке, никогда прежде не зарождалось в его сердце. Ведь за неё он был готов уничтожить весь мир. Только вот сейчас помочь ей у него не получалось. А враг всё давил и давил. В какой-то момент Бор увидел злое торжество на лице Артондаля, который встал на ноги и подключился к непрерывным атакам. Стало ещё тяжелее, все-таки император был ужасающе силен. Непрерывно формируемые землянином щиты начали лопаться один за другим, а возникавшие в непосредственной близости от него гравитационные аномалии, которые он до этого благополучно поглощал, начали появляться гораздо быстрее, чем ему удавалось с этим справляться.

И вот тут в разум бывшего диетарха прокрался истинный страх. Каким бы крутым он себя ни считал, что бы ни думал о своих способностях, ему наглядно дали понять, что они не безграничны. И результатом первой допущенной землянином ошибки стала жизнь Аргуна. В какой-то момент он пропустил гравитационную аномалию, сформированную одним из вражеских псионов, прямо внутри тела вотаха, и тот вдруг одномоментно, словно немного сдулся: его внутренние органы за секунду стянулись в один сверхплотный комок, и верный телохранитель мгновенно умер. Увидев смерть брата, Скар активировал спрятанные в локтевых сегментах скафандры излучатели и открыл шквальный огонь по тем, кого посчитал угрозой.

Собственно говоря, выявить вражеских псионов оказалось легко, потому что к этому моменту большая часть лишних зрителей уже пробивалась к выходу – судя по всему, всем им пришло уведомление с требованием покинуть помещение арены. Следом к бою подключился Джон, до этого ещё не понимающий, что конкретно происходит и как на это нужно реагировать, потому как большая часть противоборства, началась практически без визуальных проявлений. Только вот враг оказался готов к любому повороту событий и без труда формировал, в свою очередь, защитные полусферы, полностью поглощая ведущийся по ним огонь.

ПЛАНЕТА ААНУА, ЗАЛ СВЕРШЕНИЙ

Карра Кен напряжённо размышлял, пытаясь найти выход из сложившейся ситуации. Раз за разом он прокачивал генерируемые его многократно преобразованным мозгом варианты, изучал данные, а затем отметал, признавая их несостоятельными. Смысла в одиночку воевать с ордой вторжения, о которой он получил предупреждение, гегемон не видел. Даже если он в этой галактике соберёт все возможные боевые корабли, то что это ему даст? Ведь большая часть элементов, замыкающих глобальный контур, разрушающий целиком пласт реальности, будет размещена не в этой, по сути, крохотной части вселенной, а в весьма отдалённых, разбросанных по немыслимо огромному пространству местах, куда он при всём желании дотянуться не сможет. Остаётся единственный способ – нужно сбежать. Сбежать туда, где его не достанут и не смогут найти, тем более после уничтожения вживлённого ему бывшим хозяином импланта это стало возможно. Он сможет затеряться. Только как организовать этот побег?

Все мысли гегемона рано или поздно сводились к одному существу, которое чисто теоретически могло бы помочь ему осуществить задуманное: тому, кто и вернул его в эту реальность; тому, кого он поклялся уничтожить, – уроженец Терры, Бор Винд. Только вряд ли он добровольно пойдёт на такой шаг. Значит, нужно его заставить или создать такие условия, при которых ему не останется ничего, кроме как самому покинуть этот лепесток.

Только вот действовать нужно быстро. По привычке Карра Кен попытался прочувствовать метку, которую он поставил на корабль человека, и вдруг, в общем-то, не надеясь на положительный результат, чётко и ясно запеленговал её. Лицо ящера тут же расплылось в довольной ухмылке – видимо, сама судьба благоволила ему, послав такой подарок.

Абсолют сосредоточился, и уже через мгновение оказался на борту «Ареса», сразу же став невидимым и недоступным ни одному из способов контроля внутреннего пространства со стороны искина. Если в прошлый раз его не смогли обнаружить, то не смогут и сейчас. Так и случилось. Древний ящер, повидавший огромное количество лепестков реальности, уже через мгновение знал, что на борту рейдера находятся всего пятеро разумных существа, и землянина среди них нет. Корабль располагался на ближней орбите неизвестной планеты, и, судя по всему, тот, кто ему нужен, находился там, внизу. Ещё один телепорт и рывок, и ящер оказался в космосе, после чего, раскинув сенсорную сеть на всю планету, без труда обнаружил столь ненавистного, но уже и не менее нужного ему разумного.

Всё это время Карра Кен поддерживал псионические техники, позволяющие ему оставаться невидимым ни для кого. Его словно бы не существовало. Поэтому, когда он оказался в гуще событий, которые в данный момент происходили с бывшим диетархом, он сразу же понял, что если ситуация будет развиваться в том же ключе, то вполне возможно, человеку несдобровать и он потеряет единственную возможность спастись. Но и помогать просто так абсолют ему не собирался.

Противников у человека было много, но самое интересное, что его женщина находилась внутри арены. Что это такое, гегемон прекрасно знал, обладая достаточной информацией об империи аграфов – судя по всему, девушка вышла победителем из схватки, значит, её и нужно использовать как рычаг для влияния. Псионические возможности бывшего Седьмого Посланника сильно отличались по своей структуре от тех, которые использовал землянин и те, против кого он сражался, поэтому рептилоиду без особого труда удалось преодолеть блокировку телепортации, и он оказался за спиной девушки. Его рука резко выстрелила вперёд и схватила её за шею. Когтистые пальцы, облачённые в композитные пластины чёрного, как смоль, скафандра, сомкнулись и слегка сдавили плоть, блокируя возможность сделать полноценный вдох. От неожиданности девушка дёрнулась, а сам ящер медленно деактивировал техники, позволяющие ему оставаться невидимым, и мысленно сформировал телепатический канал связи с человеком, преодолев его барьеры.

– Ну, здравствуй, Бор Винд. Наверное, ты не ожидал меня тут увидеть. Извини, что отвлекаю от вечеринки, – проскрипел его хриплый голос.

Почувствовав резкий укол тревожности, командир рейдера резко повернул голову в сторону Агаты и обомлел. Сердце пропустило удар, потому что прямо за её спиной медленно материализовывался враг, перед которым все эти аграфы вместе взятые были ничем. А затем в его голове раздался холодный, слегка насмешливый голос, от которого мороз побежал по коже. Человек понял, что эта подлая тварь пришла сюда, чтобы ударить – ударить в самый неподходящий момент и в самое больное место.

– Что тебе нужно? Я бы с радостью с тобой поболтал, но, как видишь, я немного занят, – попытался поддержать разговор Винд, потянуть время, чтобы придумать как спасти Агату.

– Я же обещал забирать у тебя самое дорогое. Постепенно.

В отчаянии землянин попробовал сделать хоть что-то, однако все его попытки оказались тщетными. Он просто не мог дотянуться туда, где стояла его любимая женщина, оказавшаяся в лапах врага, и пробиться сквозь барьер, параллельно отражая непрерывные атаки. Понимая, что вот-вот потеряет любовь всей своей жизни, в отчаянии Винд практически взмолился:

– Не трогай её, пожалуйста. Я тебя прошу. Хочешь – забери меня, но она должна жить.

– Думаешь, что это так просто? Забыть всё, на что ты меня обрёк? Ты знаешь, что значит миллионы лет службы Хозяину?

– Я защищал свой дом, который ты хотел уничтожить. Я – воин, и это мой долг. По крайней мере, я дрался честно и не прикрывался женщинами.

– Может быть, и так, но ты мне всё равно должен, да и слово я тебе давал, – ехидно протянул рептилоид.

– Хочешь – убей меня. Я не буду сопротивляться, но оставь девушку, она тут ни при чем.

– Сомневаюсь, что при таком раскладе ей удастся выжить. Судя по всему, вы все здесь в ловушке, и, раз не можете сбежать, то надежно заблокированы. Думаю, ты уже ощутил влияние артефактов древних. Хотя, какие они древние? Я прожил столько, что все они начинали свой путь от простейших организмов намного позже, чем я оказался во тьме Нигиля.

– Пока я жив – сражаюсь. Да и если меня убьют, ты будешь только рад. Тебе достаточно ничего не делать, и твоя месть будет совершена.

– Ошибаешься. У меня есть к тебе определённый интерес. Я оставлю её в живых, но взамен ты выполнишь мою просьбу. Я хочу покинуть эту реальность, и ты поможешь мне это сделать. Так что выбирай. Мое терпение не безгранично.

– Как говорится, торговаться надо вовремя, – вынужден был признать бывший диетарх. – Похоже, ты не оставил мне выбора.