Текст книги "Синхронизация. Том 1 (СИ)"

Автор книги: Алекс Бредвик

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 26 страниц)

Глава 18

– Мгла… голова… – хотел было открыть я глаза, но едва приоткрыл, но тут же с силой зажмурился, ибо наличие яркого света в комнате делало еще хуже.

В Реатуме это так сильно не чувствовалось, видимо, передача ощущений не на сто процентов настроена. Но вот сейчас… даже не знаю, как описать. Как-то раз я рукой случайно врезал в саморез, пробил кисть почти насквозь. Даже тогда боль в руке была не такой сильной, насколько сейчас болит голова.

Единственным верным решением, наверное, было написать маме. Хорошо, что это можно делать с закрытыми глазами – нейроинтерфейс позволял. Поэтому уже через три минуты в комнате оказался медицинский бот, который практически незаметно ввел в плечо какую-то инъекцию. Еще минут пять – и голова стала проходить. Но то, что ее не отпустит целиком, было понятно.

– Совет, – механическим голосом говорил бот, бегло проанализировав ситуацию, – пить больше воды, избегать резких движений, дать головному мозгу полноценный отдых в виде восьмичасового сна.

После этого «коробочка» вновь сложилась и уехала куда-то в сторону родительского жилого модуля. Я же начал постепенно приводить себя в порядок. Ополоснулся под струями прохладной воды – тоже немного помогло прийти в себя, – просто посидел некоторое время на кровати, смотря в одну точку; что удивительно, тоже помогло. Ну а потом собрался и отправился на ужин. Сегодня была… паста. Воротило уже от нее, но что поделать? Благо вкусовые добавки были, так что я их решил использовать по максимуму.

– Как самочувствие? – села рядом со мной мама, когда тоже подошла на кухню.

– Да вроде… нормально, – пожал плечами. – Глаза будто тяжелые… даже не знаю, как правильно это назвать. Не веки, а именно глаза. И в шее неприятные ощущения.

– В шее из-за лекарства, – улыбнулась мама. – В течение часа пройдет. Так что не переживай.

– Хорошо, – попытался я улыбнуться в ответ, но когда повернул голову, тут же стрельнуло в висок. – Туман…

Так я и просидел весь ужин, смотря в одну точку. Под конец подошел папа, который тоже выглядел не ахти. Из обрывков разговора родителей я понял, что это побочный эффект частичного восстановления синхронизации. Организм отвык от «новых» характеристик внутри, как и от других возможностей, а тут нервной системе пришлось перестраиваться. Вроде процента полтора-два разницы, но… видимо, есть какие-то свои нюансы.

Но боль постепенно начала возвращаться. Мне большую дозу лекарства не вкололи, так как молодой, если верить сообщению нейроинтерфейса. На часик-другой хватило – уже хорошо. Поэтому, попрощавшись с родителями, я направился в свою комнату отдыхать. Завтра первый экзамен – история. Хоть более-менее знаю материал, но лучше идти со светлой головой. Благо глаза уже тоже смыкаются. Бой с элитником точно бесследно не прошел…

– А может, у меня тоже нервная система привыкает к новым характеристикам? – вслух пробормотал я, а потом моя голова соприкоснулась с мягкой, прохладной и невероятно удобной подушкой, из-за чего чувство невероятного блаженства накрыло меня, а сон захватил мой разум целиком и полностью в пару мгновений.

Проснулся я даже немного раньше будильника, что заставило меня сначала довольно сильно негодовать, уткнуться лицом в подушку, а потом… я встал и улыбнулся. Сон больше не шел, так чего себя мучить? Я, в принципе, чувствовал себя полным сил и выспавшимся, что для утра крайне удивительно. Но главное – не болела голова. Медицинский бот оказался прав: полноценного нормального сна хватило, чтобы все пришло в норму. Но больше я пока сражаться с элитниками, тем более с боссами в Реатуме, не хотел. Да и вообще, вспоминая свои собственные слова, я же не хотел особо в том мире развиваться? Так почему так рванул? Красивый и интересный мир?.. Скорее всего. Теперь я понимаю деда Гарри, вроде только четыре дня там пробыл… но как разительно тот мир отличается от нашего!

Кстати, про наш мир и тот. История. Нужно быстро прогнать через нейроинтерфейс информацию, пока завтракаю, чтобы она, как советовал мистер Кроул, оказалась в быстрой памяти. Наверное, так.

– Доброе утро! – пролетел я мимо отца, который, сонливый, вывалился из своей комнаты. – А ты чего так рано? – а это крикнул уже себе за спину.

– Дернули. Что-то там в Реатуме от меня надо. Благо всего минут на десять попросили заскочить, – хоть и старался он говорить спокойно, но раздражение было слышно очень отчетливо.

Надо думать! Человека в семь утра разбудить ради десяти минут какой-то там работы. Я вот тоже негодовал, когда раньше будильника проснулся. Кажется, я уже думал об этом, да? Стоп. Индри мне не ответит.

Усевшись на кухне, я невольно засмотрелся в окно. Сегодня купола практически не было видно, да что там купола – ни облачка! Солнечная, приятная весенняя погода. Улыбка сама по себе лезла, подогреваемая радостными эмоциями. Но почему-то сразу вспомнились объяснения отца. Не по поводу облаков, а по поводу поведения купола. Если его почти не видно, значит, на него автоматика расходует мало энергии. А такое происходит только в одном случае.

– Па-а-а-ап, – развернулся я на стуле. – Там, кажись, где-то Регулятора подбили!

– Да ну? – выглянул он из родительской ванной с лицом в пене. – Купол?

– Ага, – улыбнулся я. – Если я правильно понял, как ты работаешь, то, наверное, попросят оценить работу.

– Это ты перегнул, – усмехнулся отец. – Скорее, какой-то обалдуй из числа новичков показал себя при уничтожении Ужаса. Но это так, часть работы. Скорее всего, ради нее. В старшей школе же тоже экзамены.

– Так ты из числа принимающих экзамены? – удивился я.

– Скорее как… м-м-м… «независимый эксперт», – пожал плечами. – Я же не сёрфер теперь. Моя работа в другой плоскости лежит, и не только обучение.

Недомолвки! Как я их не любил. Но зато папа дал понять, наконец, спустя семь, получается, лет, что он не просто так торчит в том мире, что он не неудачник, а приносит пользу семье и городу. Но все равно это не убирает того факта, что он потерял синхронизацию.

– На время, – мечтательно улыбнулся я.

Но даже это стоит держать в секрете, главное – случайно не выпалить, а то могу… Всё же возможность восстановить синхронизацию отцу дорогого стоит. Я помню, как он часто улыбался в детстве, моем детстве, и как редко делает это сейчас. Возможно, конечно, из-за проблем со здоровьем, но, блин, он порой бегает по несколько километров в сутки! Болел бы он, были бы проблемы – бегать не было бы возможности. Одни сплошные бы… одни догадки. Но все равно считаю, что здоровье он свое подтянул за семь лет. Поэтому и проценты синхры снова вверх поползли. Все же, если верить школьному объяснению, оно зависит в первую очередь от нашего собственного организма. Вот только как ни говори…

– Ладно, – подскочил я, убрав тарелку в посудомойку. – Надо одеваться.

Ханако : привет. Я тебя внизу жду?

Ник : буду рад тебя увидеть!

Ханако : тогда через пять минут буду внизу:)

Улыбка, хоть и текстовая, но все равно грела душу. С кем-кем, а вот с ней я ругаться не хотел. Понятно, что вчера она наговорила из-за влияния своих «подружек», но все равно я переживал, что она продолжит обижаться. Все же мне Хано… дорога? Наверное, так… Когда произошел случай с отцом, она часто говорила, что все будет хорошо и что она меня одного не оставит. Потом я ей говорил то же самое, когда погиб ее отец. Так вот и шли рука об руку. И чтобы наше общение прервалось из-за ерунды? Нет, я не хотел.

Нацепив выглаженную форму, спасибо маме, я выскочил из квартиры, после чего направился вниз. Ханако, как всегда, сидела на лавочке, но сейчас еще при этом подставляла свое лицо под лучи рассветного солнца. Ну или уже утреннего. И улыбалась. Просто мечтательно улыбалась. Даже приятно где-то внутри стало.

– Привет, – подошел я к ней.

Она молча встала, быстро осмотрела меня, а потом обняла. Я сначала подвис, а потом тоже обхватил ее руками, прижав чуть ближе к себе. Хорошо, что в нашем доме больше нет никого со школы, иначе бы опять стали про нас говорить, что мы сладкая парочка. Бесят. Вот какое им до этого дело?..

– Ты как? – уточнил я у нее.

– Нормально, – проговорила она мне в шею. – С подругами поругались вчера. Они меня не захотели вообще слушать. Плюс я им припомнила по итогу твои слова. В общем… меня они хотят вычеркнуть из клуба из-за того, что я вот такая.

– А ты чего? – слегка отстранился я, смотря на ее… хитрое лицо.

– А я их тут же из группы выкинула, написала, что мой брат больше их тянуть не может, от них одни проблемы, пускай сами развиваются как хотят. И тут же добавила в черный список!

И выглядела она сейчас действительно как победительница. Нет, она реально молодец в таком случае. Не знаю, что они там ей пытались наплести, но в итоге она сделала выводы сама, не слушая никого. Ну, может, кроме меня… но все равно сама, а не под влиянием. И все же я рад, что она осталась на моей стороне, а не на стороне тех действительно пустоголовых, которым лишь бы потрепаться. Правда, не так, как Лиза и Марьяна, но источник слухов они тоже постоянный. Что-то да придумывали либо просто создавали «испорченный телефон».

– Готова к экзамену? – уже серьезно спросил я.

– Волнуюсь немного… – пожала она левым плечом. – История – не самая сильная моя сторона… ты знаешь.

– Но все же у тебя оценки по ней довольно высокие, так что не думаю, что все так плохо, как тебе самой кажется, – поддержал я ее. – Идем! Хоть раньше времени не начнется, будет еще пара мгновений молча посидеть и информацию погонять.

– Тоже верно.

Пока шли, начали вслух проговаривать наиболее важную информацию. Что будет на тесте, представлял примерно каждый. Сначала блок по Древнейшей истории: Египет, Греция, Рим, Персия… что ими двигало, почему у них были такие формы правления, плюс-минус, битвы, например Пиррова, обязательно Цезарь. Ну и далее.

Следующий блок – история Средних веков. Тут все куда сложнее: дат становится в десятки раз больше, и чем ближе к реальности, тем больше фактов «помнит» история. Кстати, один из вопросов у кого-нибудь гарантированно будет – почему именно так происходило. Ответ прост, но многие, в особенности Карт, плывут на нем. Хотя люди систематически делали так, чтобы какой-то информационный исторический блок канул в небытие.

Потом, как называет ее мистер Кроул, Эпоха Перемен или Новое Время. Эпоха великих войн и потрясений, экономического роста и огромных падений, роста населения и глобальных проблем из-за этого, научный прогресс и страшные технологии, которые ныне служат миру. Тот же атом. Эйнштейн боялся, что после Третьей мировой мы будем сражаться на палках… но, слава богам, ядерное оружие пришло в негодность, если верить официальной истории, когда появился Туман. Это было первое, что Расщепленный тогда вывел из строя, чтобы не уничтожили его.

И вот тут плавно переходим к современности. Как сейчас помню, что мистер Кроул поднял меня ради этого вопроса… да и Хано спокойно вспомнила. Посмеялись, потому что тогда еще и Лизу с Марьяной подергали по вопросам.

Но вообще первые десять лет до появления Реатума были так называемой Эпохой Вирусов. Человечество, лучшие умы пытались уничтожить взбесившегося ИскИна огромными волнами вирусов, натравливали на него другие, менее мощные искусственные интеллекты, но все было безрезультатно. Были созданы сложнейшие программные вирусы для взлома Регуляторов, которые представляли собой единого Расщепленного. Вот только квантовая природа множества процессоров не позволяла людям так быстро перестраивать свои методы для атак, как Расщепленный придумывал методы для защиты. Мы всегда отставали от него на шаг, а он поглощал город за городом, поселение за поселением, превращая некоторые в крупные узлы, перестраивая их.

Так были поглощены Расщепленным одни из крупнейших городов, в первую очередь: Пекин, Лондон, Париж, Москва, Берлин, Санкт-Петербург, Вашингтон. Некоторые города были уничтожены в результате «освободительных» боев, к ним обычно причисляли: Нью-Йорк, Амстердам, Сочи, Минск, Александрию. В учебниках говорится, что улицы этих городов были уже пусты, а куда делось население – неизвестно.

Но Эпоха Вирусов не сделала того, что нужно было, но в то же время пытались создавать и другое… «оружие». Как по мне, не совсем приятное для понимания название. Человечество пыталось напрямую подключиться к виртуальному вычислительному пространству Расщепленного. И в какой-то момент это получилось. Первый человек – имя его неизвестно, а подвиг не забыт, – когда подключился, моментально сошел с ума, но с его мозга успели считать всю необходимую информацию. И тогда первые миллионы человек, сугубо добровольцы – иногда мистер Кроул шутил, что там точно в паре городов был добровольно-принудительный метод – практически единовременно ворвались в прото-сеть Расщепленного. Тогда и сформировался Реатум, а Расщепленный через какое-то время заслужил свое современное название.

– Как-то так, – нахмурился я, стоя возле входа в школу. – Блин, реально СГБшники на входе в школу стоят.

– Думал, что они для красивого словца оповестили тогда? – со скепсисом посмотрела на меня девушка.

– Нет, – дернул плечами. – Не думал, что они так явно будут стоять с оружием на входе в школу. Словно в какую-то тюрьму идем.

– Все города – тюрьма для человечества, – куда более тихо буркнула Хано. – А чтобы это было более не так, мы как раз и учимся.

– Мистер Йонти, покиньте голову моей подруги! – с улыбкой на лице затребовал я у «директора» школы.

– Да ну тебя, – слегка толкнула она меня, тут же посмеявшись.

Когда мы подошли к служа…щей СГБ – это оказалась женщина, – она нас проверила на наличие чего-то опасного. Отдельно поприветствовали Ханако, напомнив, что слепок ее ума позволит ей без проблем попасть в аналитический отдел Службы Безопасности, после чего нас пропустили дальше. И тут же мы оба, практически одновременно, начали говорить, что это наглая вербовка. И засмеялись. Ну, как мне Даниэлла говорила по поводу моей синхронизации, так и Хано говорит по поводу, скажем так, определенной совместимости. Может, ей действительно будет интересно там работать, и она проявит себя по максимуму. Хотя, с учетом последнего события, странно слышать, что она попадет в аналитический отдел. Подруг же просто так послушала… хотя ей же не придется слушать виновных, а лишь обрабатывать информацию. Наверное. По крайней мере, так в сети пишут.

Пройдя в свой класс, мы отметились у мистера Кроула, после чего он нам назвал номера классов, в которых будут проходить наши тестирования. Ни одного одноклассника, только параллельные классы. Где-то даже по два-три человека в помещении будут находиться, плюс «кураторы» из числа руководства города.

Зачем в слово «класс» столько смыслов засунули⁈ Аж в собственных мыслях запутался.

Зайдя в экзаменационный класс, я уселся за старенький моноблок. Давненько тут не было замены оборудования на самом деле. Ему лет так двадцать точно, но принципиально технологии не менялись, так что его «старость» обусловлена только временем его работы. Может подтупливать, но в этом ничего страшного нет. На тесты выделялось порядка трех часов, хотя вопросов там всего около полтинника.

– Доброе утро, – залетела красноволосая девчонка и уселась за соседним столом. – О, а я тебя знаю.

– Стрела-в-Глаз, да-да, – вздохнул я.

– Не-ет, – улыбнулась она. – Я не так далеко кабанов била от тебя и той пшенички. Подружка?

– Знакомая, – нахмурился я. – Какая разница?

– Просто интересно. Нервничаю. А когда нервничаю, то много болтаю, – издала она легкий смешок. – Я вот пока продолжаю кабанчиков пинать, шкурки вендорам сдаю да в полях работаю. Кулинарку прокачивать хочу. Синхры, правда, мало, тяжело даются…

– Понимаю, – кивнул.

– Да что ты понимаешь! – возмутилась она. – Я видела, как вы виртуозно кабанчиков раскидывали! Обзавидовалась вся! Наверное, из-за этого и запомнила.

– Может быть, – старался я быть как можно более отстраненным.

Следующим в класс зашел какой-то чернявый пацан, можно сказать, действительно корнями из Африки. В Восточной Европе до сих пор огромная редкость, а после возникновения Тумана так тем более. Кто тут остался, так и живет, в основном общинами, кстати. Но с его появлением красноволосая стала краснолицей и тут же отвернулась. Я не смог сдержать смешок. Скорее всего, они друг друга знают.

– О, это из-за тебя мы в понедельник на обследование не попали! – вошел еще один парень, блондин, но кончики волос были покрашены в какой-то странный оттенок, не русый, а… фиг пойми.

– Если бы я принял такое решение, то да, – развернулся я к нему лицом, перекрестив руки на груди, – то мог бы ты меня обвинять в этом. Но это решение было не из-за меня. Там что-то с аппаратурой было не так. Так что высказывай все гражданке девятого уровня Даниэлле Сонг, которая и проводила исследование.

Парень тут же заткнулся, хотя, когда уселся, что-то пробормотал себе под нос. Красноволосая украдкой пару раз кидала взгляд на чернявого, а чернявый откинулся на мягком стуле и просто дремал. Казалось, ему было вообще все равно на происходящее.

Последней в класс зашла какая-то вообще неизвестная мне девушка. Я бы даже сказал «женщина», столько она на себя косметики нанесла. Она действительно пыталась выглядеть куда старше, и ей это… вообще не шло. Хотя, учитывая ее большой нос, может быть, оправданно. Генетика сыграла с ней не самым лучшим образом. Но, Мгла, зачем так вульгарно и эпатажно? Даже взгляда на ней задерживать не захотелось. Индри бы, наверное, сказал: «Может, в этом и дело? Зачем смотреть на то, на что смотреть не следует⁈», и в чем-то он был бы прав, наверное. Хотя сейчас это моя «больная» фантазия работает.

Минут пятнадцать мы сидели в тишине, я продолжал листать историческую информацию, пока она враз просто не пропала. В голове даже появился какой-то вакуум, непривычно уже было без интерфейса, как быстро я к нему привык. Просто взяли и отрубили. У красной даже мурашки по коже побежали из-за этого, настолько это выбило ее из колеи. Никогда не видел такую реакцию… я с расстояния в четыре метра вижу ее кожу. Интересно, однако. Хотя это мне никогда не поможет, но гарантированно я эту ерунду запомню о-о-о-очень надолго.

– Доброе утро, – вошел какой-то мужик в офисном костюме-тройке. – Меня зовут Николас Барленман. Гражданин восьмого уровня, отдел документирования городской администрации.

Грубо говоря, один из главных «историков» города, который проверяет всю поступающую информацию, которая потом попадает в архивы и, если надо, в сеть. Сто процентов, знает куда больше, чем может говорить. Причем все на него посмотрели так, что сразу стало понятно: не один я так думаю.

– Сегодня мы определим, насколько хорошо вы знаете историю, – сложил он руки вместе и улыбнулся. – Но сначала задам один вопрос. Для чего нужна история?

– Разрешите? – подняла руку красноволосая.

– Конечно, – указал Николас раскрытой ладонью на нее.

– Для того чтобы человечество не повторяло ошибки прошлого, могло выбирать путь более правильный.

– Верно! – вновь сложил он вместе руки. – Но есть еще одно правило, которому следуют многие жители нашего города. Кто мне скажет?

– Прошлое не должно полноценно определять будущее, – устало проговорил чернявый, что интересно, вообще без акцента.

– И это тоже верно! – кивнул мужчина. – История в первую очередь как ориентир, маяк среди бушующего моря, звезда среди ясного неба. – Я закатил глаза и тяжело выдохнул, слыша эти эпитеты. – Но не на каждый маяк нужно ориентироваться, не каждая звезда приведет нас туда, куда следует. История хороша для того, чтобы формировать свой путь. Некоторые ее постулаты, да, носят обязательный характер, но большая часть – рекомендательный. Что-то устарело, что-то больше никогда не понадобится, а что-то с самой древности актуально до сих пор. Поэтому сегодня у нас обновленное тестирование! – хлопнул он ладонями. – Блок Древнейшей истории, до античности. Впервые вы должны будете ответить на десяток вопросов относительно тех давних-давних лет.

– Вдруг мы снова будем бегать в шкурах и с каменными копьями наперевес? – усмехнулся «недовольный» парнишка.

– Чтобы понимать, – довольно жесткий тон задал «архивариус», из-за чего мурашки по спине побежали, – к чему не следует возвращаться. Ибо история иногда показывает цену наших шагов. Взять мировые войны. Целые поселения стирались с лица Земли из-за жестокости человеческой, которую в итоге впитал в себя Расщепленный.

Вот только из банального определения ИИ понятно, что он не может быть жестоким. В принципе. Значит, что-то его побудило таким стать. Это же «сухая» аналитика с его стороны. И только больше вопросов становится после таких заявлений. В учебниках, кстати, об этом не писали. И вообще напрягает такой подход. Словно реально нас готовят к тому, что произойдет откат к каменному веку, например.

Настроение сразу, как сказал бы Карт, упало в нулину. Мгла! Ненавижу, когда так происходит.

Дальше нам объяснили порядок проведения теста; мы развернулись к своим моноблокам, которые активировались. Когда они прогрузились, то с нас сняли биометрию, программы нас поприветствовали, после чего сразу же начался тест. Сто восемьдесят минут на всё про всё. Довольно много. Но и вопросов не пятьдесят, а семьдесят пять. И первый… сразу письменный!

– Тц, – случайно вырвалось у меня.

Вопросы шли в совершенно случайном порядке. То новейшее время, то современность, то древнейшее время, то средние века, то снова современность. Только начнешь думать об одном, как тут же приходится переключаться на другое. И программа не пишет, верно ли ты ответил или нет – она просто фиксирует ответ!

Примерно минут через тридцать начала злиться большеносая. Она обвиняла аппаратуру в том, что та зависает, стучала по моноблоку кулаком, из-за чего ее вывели из класса. На что успела ответить, то пойдет в зачет, на что не успела – сразу ноль баллов. Так ей и озвучили. В правилах к экзаменам прямо было сказано, что необходимо сохранять самообладание.

У меня руки тоже немного дрожали. Нервы, чтоб их Туман побрал. Но пока шло все более-менее успешно. Пару раз накосячил с ответами, но осознавал это уже постфактум, когда нажимал «отправить ответ». Обидно… но что поделать. Время шло, и именно индикатор времени торопил. Первый час пролетел незаметно, а я ответил только на тридцать два вопроса. И большая часть – письменная! А нас готовили к тестам!

Вопрос : Чем закончилась Эпоха Вирусов?

Ответ : Эпоха Вирусов закончилась массовым подключением к виртуальной сети «Тумана» человечества, открыв путь первым сёрферам в Реатуме, созданном для них, к Расщепленному.

И тут перед глазами появились какие-то странные… символы. Словно помехи. В голове неприятно кольнуло. Я слегка надавил на то место, где примерно находился нейроинтерфейс, после чего все пришло в норму. Но… пока были эти помехи, я словно видел «подсказку», не знаю, как правильно это назвать. Всё, что успел понять, так это: «Данные не точны… закрытой… городской… среде». Всё, текста при этом там было куда больше!

Но что значит – данные не точны? Я эту формулировку практически наизусть знаю, спасибо отцу… что я мог упустить? Думай, Ник! Думай!..

– Блин… – случайно вырвалось у меня.

– Всё в порядке? – сделал ко мне шаг проверяющий.

– Да-да, – кивнул я быстро пару раз. – Просто нервы, – с глупой ухмылкой показал я мужчине трясущуюся руку.

Ладно, все равно ничего в голову не приходит, а времени тем меньше, чем больше я просто так сижу. Поэтому отправляю ответ и на эту случайную подсказку не реагирую. Все равно помеха какая-то. Хотя странно, откуда она вообще появилась, если у меня нейроинтерфейс отрубили⁈ Или нет? Просто заглушили? Туман! Одни вопросы.

Но дальше все пошло как-то легче. Текстовые вопросы стали появляться реже, в основном тестовые, причем про любимую эпоху, как бы это странно ни звучало, про двадцатый век. Столько инноваций было создано тогда, которые определили наш современный облик, столько фантасты задали технологических трендов, которые в итоге воплотились в жизнь… но это была и самая страшная эпоха. Первая мировая, Вторая мировая… ужасы. Но человечество пережило это тогда, переживем всё и сейчас. Как бы абсурдно это ни звучало, но Ужасы мы-то спокойно уничтожаем, ха-ха!

Вопрос : Когда был зафиксирован первый случай падения синхронизации?

Такое ощущение, что вопрос сугубо индивидуальный. В школьном курсе такого не было. И вообще, как это относится к истории? Хотя, если так подумать, то случай с моим отцом – уже история. Но если не вдаваться в подробности личные…

Ответ : практически семь лет назад был зафиксирован первый случай снижения синхронизации, повлиявший на карьеру сёрфера, лишив того возможности заниматься выбранным после экзаменов делом.

Полет фантазии – такой полет фантазии, хах. Вот откуда город может знать о том, что я владею такой информацией? Ну вот откуда? То, что у меня родители через это прошли? Или они действительно за нами следят посредством нейроинтерфейсов? Последнее звучит наиболее убедительно.

– А мне откуда знать⁈ – воскликнул неожиданно чернявый. – Я вам что, ученый⁈ Как синхронизация вообще может уменьшиться⁈

– Специальный вопрос для вашей школы, – спокойно, даже сухо, констатируя факт, проговорил проверяющий. – Думаю, пояснять не следует из-за чего. Вся школа знает про этот факт, так что не прикидывайтесь. И да, вопрос автоматически не засчитан. Вы последний, кто на него отвечал в данном кабинете. Можете отправлять пустое диалоговое окно. У остальных он автоматически заменен, кто до него не дошел.

Чернявый немного выругался, а мне стало вообще неуютно. Значит, это уже действительно часть истории. В какой-то степени можно гордиться, что мой отец скоро попадет на страницы учебников истории, но… Мгла! От этого станет еще хуже! Даже когда Николас просто озвучил этот момент, красноволосая покосилась в мою сторону. Правда, в ее глазах было сожаление, но она моментально поняла, про что говорит мужчина. Ну хоть не злорадство – уже радует. Но даже такая «известность» меня не радует.

Когда оставалось тридцать две минуты, я отправил последний, семьдесят пятый вопрос, и тут же моноблок потух. А я с облегчением выдохнул. Голова побаливала, но по сравнению со вчерашней болью эта отличалась. Ощущалась скорее тяжесть, нежели давление.

– Закончили, мистер Ник? – уточнил, видимо на всякий случай, служащий архива.

– Да, мистер Барленман, – сразу подскочил я со стула, когда он назвал мое имя. – Могу идти?

– Свободны, – сделал он шаг в сторону, освобождая проход к двери.

Улыбнувшись, я вышел из кабинета и вздохнул еще раз. Уже тут воздух казался… слаще, легче, приятнее. А вот носатая сидела в сторонке на корточках и ревела. Видимо, от родителей ей ничего хорошего ожидать не стоит. Хоть и не мне судить, но одно скажу – сама виновата, нечего было психовать и портить оборудование.

Элизабет : отложенное сообщение, получишь, как окажешься вновь в сети. Напиши, я за тобой зайду. Хотела прогуляться по магазинам с тобой, выполнить давнее обещание, данное сыну.

Ого, а вот включение нейроинтерфейса я даже не заметил. И что за давнее обещание? Что-то не помню…

Ник : освободился. Ты уже у школы?

Элизабет : минут двадцать как. Что-то ты долго.

Ник : сейчас выйду и расскажу почему…

Интересно, как мама отреагирует на то, что в нашей школе в тесты по истории включили именно этот вопрос?

И как обычно арт к главе:

Как думаете, что попытался представить Ник?