Текст книги "Тайна замка Чимниз"

Автор книги: Агата Кристи

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 16 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

13. Американский гость

Инспектор Баттл снова накрыл тело простыней. Вид у него был слегка разочарованный, как у человека, чья коронная шутка не имела успеха. Энтони стоял, засунув руки в карманы и углубившись в размышления.

– Так вот что имел в виду старый Лоллипоп, когда толковал о «других средствах», – пробормотал он.

– Вы что-то сказали, мистер Кейд?

– Ничего, инспектор. Простите, я немного отвлекся. Видите ли, меня, или точнее моего друга Джимми Макграта, надули на тысячу фунтов.

– Тысяча фунтов – очень приличная сумма, – заметил Баттл.

– Ну, тысяча фунтов это не так много, – сказал Энтони, – но вы правы, это очень приличные деньги. Есть от чего взбеситься. Меня провели с этой рукописью, как мальчишку! Чертовски обидно, инспектор, чертовски обидно!

Детектив промолчал.

– Ну, ну, – сказал Энтони, – сожаления напрасны, да и не все еще потеряно. Нужно только разыскать воспоминания дорогого старика Стылптича до следующей среды, и все будет шито-крыто.

– Если не возражаете, вернемся обратно в зал заседаний, мистер Кейд. Там есть еще одна вещь, которую я хочу показать вам.

В зале заседаний детектив сразу же подошел к среднему окну:

– Вот что я подумал, мистер Кейд. Это окно открывается очень туго, действительно очень туго. Вы могли ошибиться, решив, что оно заперто. Оно могло быть просто прикрыто. Я уверен, да, совершенно уверен, что вы ошиблись.

Энтони пристально посмотрел на него:

– Но, предположим, я совершенно уверен, что не ошибся?

– Вы не хотите допустить, что могли ошибиться?

– Ну, из уважения к вам, пожалуй.

Баттл довольно рассмеялся:

– Вы быстро схватываете, мистер Кейд. И вы ничего не имеете против, чтобы повторить это в подходящий момент?

– Решительно ничего. Я… – Он запнулся, поскольку Баттл схватил его за руку. Инспектор подался вперед, к чему-то прислушиваясь. Сделав Энтони знак молчать, он тихо подкрался к двери и внезапно распахнул ее.

На пороге стоял высокий человек с черными, тщательно разделенными на пробор волосами, почти младенчески ясными голубыми глазами и широким безмятежным лицом.

– Мои извинения, джентльмены, – произнес он, растягивая слова на заокеанский манер. – Разрешено ли осматривать место преступления? Я так понимаю, что оба джентльмена из Скотланд-Ярда?

– Я не имею этой чести, – ответил Энтони, – но этот джентльмен действительно инспектор Баттл из Скот ланд-Ярда.

– Это правда? – переспросил американский джентльмен с живейшим интересом. – Рад познакомиться. Мое имя Хирам П. Фиш из Нью-Йорк Сити.

– Что вы хотели посмотреть, мистер Фиш? – спросил детектив.

Американец мягко прошелся по комнате и остановился, заинтересовавшись темным пятном на полу.

– Меня интересуют преступления, мистер Баттл. Это одно из моих хобби. Я написал монографию для одного из наших еженедельников на тему «Дегенерация и преступность»

Пока он говорил, его взгляд скользил по комнате, не упуская, казалось, ни одной детали, и остановился лишь на несколько секунд на окне.

– Тело уже унесли, – сказал инспектор Баттл, подтверждая и без того очевидный факт.

– Ну, разумеется, – ответил мистер Фиш, оглядывая стены. – Есть замечательные картины. Гольбейн, два Ван Дейка и, если не ошибаюсь, Веласкес. Я интересуюсь живописью, а также первоизданиями. Именно поэтому, ради первоизданий, я воспользовался любезностью лорда Катерхэма и приехал сюда. – Он вздохнул:

– Теперь уж ничего не получится. Я полагаю, гостям следует побыстрее убраться в город?

– Боюсь, что это невозможно, сэр, – сказал детектив. – Пока не закончится следствие, никому не будет разрешено уехать.

– Вот как? А когда же оно закончится?

– Может быть, завтра, а может быть, только в понедельник. Мы должны провести вскрытие и повидать следователя.

– Понятно, – ответил мистер Фиш. – Боюсь, что при этих обстоятельствах мы не слишком весело проведем время.

Баттл подошел к двери:

– Нам лучше выйти отсюда. Пусть комната будет закрыта. – Он подождал, пока остальные выйдут, и запер дверь на ключ.

– Я полагаю, – сказал мистер Фиш, – вы ищете отпечатки пальцев?

– Возможно, – лаконично ответил инспектор.

– В такую ночь, как вчера, пришелец должен был оставить следы на паркете.

– Внутри нет, но снаружи сколько угодно. – Моих, – весело вставил Энтони.

Ясные глаза мистера Фиша обратились на него:

– Молодой человек, вы меня удивляете!

Они завернули за угол и попали в большой, широкий зал с просторной галереей наверху, также обшитый старым дубом. В другом конце зала появились еще две фигуры.

– Ага, – воскликнул мистер Фиш, – наш замечательный хозяин.

Этот эпитет настолько не подходил к лорду Катерхэму, что Энтони, отвернувшись, с трудом скрыл улыбку.

– А с ним, – продолжал американец, – леди, чье имя я вчера не запомнил. Но она прекрасна, она прекрасна.

Спутницей лорда Катерхэма была Вирджиния Ривел.

Энтони все время с беспокойством думал об этой встрече. Он не знал, как ему вести себя. Это должна была решить Вирджиния. Хотя он был совершенно уверен, что у нее хватит присутствия духа, но представить себе, что она придумает, он решительно не мог. Впрочем, сомнения его скоро рассеялись.

– А, мистер Кейд? – сказала Вирджиния, протягивая ему обе руки. – Я вижу, вы все-таки смогли приехать?

– Дорогая миссис Ривел, я понятия не имел, что вы знакомы с мистером Кейдом, – сказал лорд Катерхэм.

– О, он мой старинный друг, – ответила Вирджиния, с плутовской улыбкой глядя на Энтони. – Вчера я неожиданно встретила его в Лондоне и сказала ему, что собираюсь сюда.

Энтони показал себя хорошим партнером.

– Я объяснил миссис Ривел, что вынужден был отклонить ваше любезное приглашение, – обратился он к лорду Катерхэму, – поскольку оно, в сущности, было адресовано другому, Я не захотел воспользоваться этим и навязать вам общество совершенно незнакомого человека.

– Полно, полно, друг мой, – сказал лорд, – теперь это все позади. Я пошлю в «Веселые крикетисты» за вашими вещами.

– Вы очень добры, лорд, но…

– Вздор, вам конечно нужно перебраться в Чимниз. Жуткое место, эти «Крикетисты», – я имею в виду, чтобы жить там…

– Конечно, вы должны переехать, мистер Кейд, – поддержала Вирджиния.

Энтони почувствовал, что благодаря Вирджинии отношение к нему изменилось. Его уже не считали сомнительным незнакомцем. Ее положение в обществе было настолько прочным, что одной ее рекомендации было достаточно, чтобы человека охотно принимали. Энтони улыбнулся про себя, вспомнив о пистолете, спрятанном на Жереве в Бернхэм Бичез.

– Я пошлю за вашими вещами, – обратился лорд Катерхэм к Энтони. – Боюсь, что теперь придется отказаться от охоты. Жаль. Но ничего не поделаешь. Вот только не знаю, что делать с этим Айзекстайном. Расстроенный пэр тяжело вздохнул.

– Итак, решено, – сказала Вирджиния. – Осваивайтесь, мистер Кейд, а для начала проводите меня к озеру, там замечательно красиво и, вообще, так хочется скрыться подальше от всех этих дел. Бедный лорд Катерхэм, убийство в собственном доме! Но это Джордж виноват. Он все затеял.

– А, – вздохнул лорд Катерхэм. – Но в другой раз не стану его слушать.

Он принял вид сильного человека, пораженного минутой слабостью.

– Никому не удавалось отказать Джорджу, – сказала Вирджиния. – Он умеет так прижать вас, что не отвертеться. Я подумываю о том, чтобы изобрести отцепляющиеся лацканы.

– Надеюсь, вам это удастся, – заметил хозяин дома. – Я рад, что вы приехали, Кейд. Мне нужна поддержка.

– Я ценю вашу доброту, лорд Катерхэм, – сказал Энтони. – Особенно потому, что понимаю, какой подозрительной личностью кажусь. Но с другой стороны, мое пребывание здесь удобно для Баттла.

– Чем же, сэр? – полюбопытствовал инспектор.

– Будет легче следить за мной, – спокойно ответил Энтони. И по вспыхнувшим на мгновение глазам инспектора он понял, что его удар достиг цели.

14. Речь идет преимущественно о политике и финансах

Если не считать коротко вспыхнувших глаз, инспектор ничем не изменил своей обычной бесстрастности. Если он и удивился тому, что Вирджиния оказалась знакома с Энтони, то никак этого не показал. Он стоял рядом с лордом Катерхэмом и вместе с ним смотрел вслед уходящей в садовую дверь паре. Мистер Фиш тоже смотрел на них.

– Славный парень, – сказал лорд Катерхэм.

– Приятно было миссис Ривел встретить старого друга, – пробормотал американец. – Они давно знакомы, как по-вашему?

– Кажется, да, – ответил лорд Катерхэм. – Но она никогда прежде не упоминала о нем. Да, кстати, Баттл, мистер Ломакс спрашивал о вас. Он в голубой гостиной.

– Спасибо, лорд, я сейчас же иду к нему.

Баттл без труда нашел голубую гостиную. Он уже вполне освоился с географией дома.

– А, это вы, Баттл, – встретил его Ломакс.

В задумчивости он ходил взад и вперед по ковру. Кроме него, в комнате присутствовал еще один человек, он сидел в кресле у камина. Это был высокий полный мужчина, одетый в традиционный английский охотничий костюм, который сидел на нем как-то странно. У него было жирное желтое лицо, черные глаза, непроницаемые, как у кобры, и властный, тяжелый, квадратный подбородок.

– Входите, Баттл, – раздраженно сказал Ломакс, – и заприте дверь. Это мистер Герман Айзекстайн.

Баттл почтительно склонил голову. Он многое знал о мистере Германе Айзекстайне, и хотя говорил все время Джордж, безостановочно бегая по комнате, инспектор понимал, кто в этой комнате был настоящей силой.

– Теперь мы можем говорить более свободно, – сказал Ломакс, – в присутствии лорда Катерхэма и полковника Мэлроуза я вынужден был следить за тем, чтобы не сказать лишнего. Вы понимаете, Баттл? Эти вещи не должны распространяться.

– Да, конечно, – ответил Баттл, – но, как правило, к сожалению, они все-таки распространяются.

Он заметил скользнувшую по толстому желтому лицу мгновенную тень улыбки. Она исчезла так же неожиданно, как появилась.

– Теперь скажите, что вы на самом деле думаете об этом молодом парне – Энтони Кейде? – продолжал Джордж. – Вы по-прежнему считаете, что он невиновен?

Баттл слегка пожал плечами:

– Рассказывает он вполне связно. Кое-что можно будет проверить. От этого будет зависеть наше отношение к его рассказу о вчерашней ночи. Я свяжусь с Южной Африкой, и, разумеется, мы наведем справки р его прошлом.

– И, если все подтвердится, вы снимете с него подозрение?

Баттл поднял широкую, квадратную ладонь:

– Не так быстро, сэр. Этого я не говорил.

– Что вы думаете о преступлении, инспектор? – спросил Айзекстайн.

Это были его первые слова за весь разговор. У него был густой, сочный голос, обладавший такой-то способностью внушения. Эта способность не раз в прошлом помогала ему в деловых переговорах.

– Еще слишком рано делать выводы, мистер Айзекстайн. Ведь я даже не знаю ответа на первый вопрос.

– Что за вопрос?

– Он всегда один и тот же. Мотивы. Кому выгодна – смерть князя Михаила? Прежде всего нужно ответить на этот вопрос.

– Революционной партии в Герцословакии, – начал Джордж.

Инспектор перебил его, изменив своей обычной вежливости:

– Но не Братству Багровой Руки, если вы говорите о нем.

– А листок с багровой рукой?

– Подброшен, чтобы навести нас на ложный след.

Это очевидно.

Джордж почувствовал себя задетым:

– Не понимаю, почему вы так уверены?

– Помилуйте, Ломакс, мы знаем о Братстве решительно все! Мы следим за ними с тех пор, как князь Михаил поселился в Англии. Это вводит в наши повседневные обязанности. Им никогда бы не позволили приблизиться к нему ближе, чем на милю.

– Я согласен с инспектором Баттлом, – сказал Айзекстайн. – Искать следует в другом месте.

– Видите ли, сэр, – продолжал Баттл, почувствовав поддержку, – мы все же кое-что знаем о случившемся, и если мы не знаем, кто выиграет от этой смерти, то мы, по крайней мере, знаем, кто проиграет.

– Кого вы имеете в виду? – спросил Айзекстайн.

Он уставился на детектива. Баттлу казалось, что на него смотрит кобра.

– Вас, мистера Ломакса, не говоря уже о роялистской партии в Герцословакии. Теперь вам будет трудно, извините за выражение, расхлебать эту кашу.

– Послушайте, Баттл, – перебил шокированный Джордж.

– Нет-нет, продолжайте, Баттл, – сказал Айзекстайн. – Вы правильно описали положение. Вы умный человек, Баттл.

– У вас был король. Теперь вы потеряли вашего короля – вот так. – Он щелкнул толстыми пальцами. – В результате вам придется спешно искать нового, а это не так уж легко. Я не собираюсь вмешиваться в детали вашего плана, мне достаточно знать его в общих чертах, но ведь я прав, не так ли?

Айзекстайн медленно кивнул:

– Да, вы правы.

– Так вот, мы подходим ко второму моему вопросу, кто следующий претендент на герцословацкий трон?

Айзекстайн взглянул на Ломакса. Тот с явной неохотой и сомнением ответил:

– Это… я думаю… скорее всего… Князь Николай.

– Так, – сказал Баттл. – А кто он, этот князь Николай?

– Старший двоюродный брат князя Михаила.

– Я хотел бы знать все о князе Николае, и прежде всего, где он сейчас находится?

– О нем почти ничего неизвестно, – ответил Ломакс. – В молодости он увлекался разными идеями, связался с социалистами и республиканцами и вообще вел себя неподобающим его положению образом. Его выгнали из Оксфорда, наверное, за какую-нибудь дикую выходку. Два года назад был слух о том, что он умер в Конго, но это был только слух. Он объявился месяца два назад, когда стали поговаривать о реставрации.

– В самом деле? – спросил Баттл. – И где же?

– В Америке.

– В Америке, – Баттл обернулся к Айзекстайну. – Нефть?

Финансист кивнул:

Он заявил, что если в Герцословакии захотят избрать короля, то его предпочтут его брату Михаилу, поскольку он придерживается более прогрессивных взглядов. Он ссылался на свои прежние демократические убеждения и симпатии республиканским идеям. В обмен на финансовую поддержку он обещал предоставить нефтяные концессии группе американских финансистов.

Инспектор Баттл настолько изменил своей обычной бесстрастности, что даже присвистнул.

– Вот как, – пробормотал он. – А в то же время роялистская партия поддерживает князя Михаила и вы уверены в своем успехе. Но тут происходит это убийство.

– Но вы же не думаете… – начал Джордж.

– Это крупная сделка, – сказал Баттл. – Так утверждает мистер Айзекстайн. А я думаю, если он говорит крупная сделка», это действительно крупная сделка.

– Не всегда удается быть разборчивым в средствах, – сказал Айзекстайн. – Пока победа за Уолл-стрит. Ho они еще не покончили со мной. Найдите, кто убил князя Михаила, инспектор, если хотите послужить стране.

– Одно обстоятельство кажется мне подозрительным, – вставил Джордж. – Почему вчера не приехал телохранитель князя, капитан Андраши?

– Я интересовался этим, – ответил Баттл. – Все очень просто. Он остался, чтобы по поручению князя условиться некой леди о свидании на следующий уик-энд. Барон не очень одобряет эти вещи, полагая, что в нынешнем положении это неблагоразумно. Вот его светлости и приходилось действовать тайком. Он был, если можно так выразиться, довольно беспутным молодым человеком.

– Боюсь, что так, – грустно подтвердил Джордж. – Боюсь, что так.

– Есть еще одно обстоятельство, которое мы должны принять во внимание, – с некоторым сомнением в голосе сказал Баттл. – Есть основания думать, что король Виктор находится в Англии.

– Король Виктор? – Джордж нахмурился, пытаясь что-то припомнить.

– Известный французский преступник, сэр. Мы получили из Парижа предупреждение от Сюртэ.

– Да-да, я вспомнил, – сказал Джордж. – Кражи драгоценностей, не так ли? Но он…

Он замолк на полуслове. Айзекстайн, безучастно наблюдавший за огнем в камине, слишком поздно поднял глаза, чтобы заметить предупреждающий взгляд Баттла, адресованный собеседнику. Но, будучи человеком чувствительным к колебаниям атмосферы, он почувствовал какую-то натянутость.

– Я вам больше не нужен, Ломакс? – спросил он.

– Нет, благодарю вас, дорогой друг.

– Я не нарушу ваших планов, инспектор, если вернусь в Лондон?

– Боюсь, что нарушите, сэр, – произнес Баттл официальным тоном. – Видите ли, если вы уедете, то и другие захотят. А этого допускать нельзя.

– Хорошо, – великий финансист вышел из комнаты и закрыл дверь.

– Замечательный человек этот Айзекстайн, – промямлил Джордж.

– Очень сильный характер, – согласился Баттл. Джордж снова принялся расхаживать по комнате.

– Вы меня очень огорчили, Баттл, – сказал он. – Король Виктор! Я считал, что он в тюрьме?

– Вышел несколько месяцев назад. Французская полиция собиралась следить за ним, но он сразу же от них ушел. И снова уйдет. Самый дерзкий негодяй, который когда-либо появлялся на свет. По каким-то причинам они полагают, что он в Англии, и потому предупредили наc.

– Но что ему делать в Англии?

– Вы должны догадаться, сэр, – сказал Баттл со значением.

– Вы имеете в виду?.. Вы думаете?.. Вы, видимо, знаете… ах, да, я вижу, вы знаете. Я еще не служил тогда в департаменте, но слышал эту историю от прежнего лорда Катерхэма. Ни с чем не сравнимая катастрофа.

– «Кохинор»… – задумчиво произнес Баттл.

– Тише, Баттл, – Джордж подозрительно огляделся. – Прошу вас, не надо имен. Лучше не надо. Если вы хотите говорить о нем, называйте его «К».

Инспектор снова выглядел вялым.

– Вы считаете, что король Виктор связан с этим преступлением, Баттл?

– Это всего лишь предположение, не более. Если вы потрудитесь припомнить, было всего четыре места, где… э-э… некий коронованный визитер мог хранить камень. Чимниз – одно из них. Король Виктор был арестован в Париже через три дня после… исчезновения, я бы так сказал. Всегда считалось, что рано или поздно он приведет нас к камню.

– Но Чимниз тогда перерыли вдоль и поперек.

– Да, – рассудительно ответил Баттл, – но поиски обычно ничего не дают, если не знаешь, где искать. Представьте, что король Виктор вернулся сюда за камнем, случайно столкнулся с князем Михаилом и убил его.

– Вполне возможно, – ответил Джордж. – Наиболее вероятная причина убийства.

– Я бы не стал заходить так далеко. Это возможно, но не более того.

– Почему?

– Потому что король Виктор никогда не убивает, – серьезно ответил Баттл.

– Да, но такой человек… опасный преступник…

Инспектор недовольно покачал головой:

– Преступники бывают разных типов, мистер Ломакс, и всегда поступают соответственно своему. Так что было бы странно… И все же…

– Да?

– Я хотел бы допросить слугу князя. Если не возражаете, сэр, пригласим его сюда.

Джордж кивнул. Инспектор нажал кнопку звонка. Появился Тредвелл. Получив инструкции, он удалился и вернулся в сопровождении высокого, красивого человекa, с широкими скулами, глубоко посаженными голубыми Пазами и лицом, своей бесстрастностью соперничавшим с лицом Баттла.

– Борис Анчукофф?

– Да.

– Вы были камердинером князя Михаила?

– Я был камердинером Его Высочества. – Человек говорил на хорошем английском, хотя и с заметным акцентом.

– Вы знаете, что вашего хозяина убили сегодня ночью?

Глубокий рев, словно рев раненого зверя, был ответом на вопрос Баттла. Джордж, устыдившись, отвернулся к окну.

– Когда вы в последний раз видели своего хозяина?

– Его Высочество отправился в постель в половине десятого. Я спал, как всегда, в передней. Он, должно быть, вышел через другую дверь, через дверь, выходящую в коридор. Я не слышал, как он прошел. Может быть, мне подсыпали снотворного. Я был плохим слугой! Я спал, когда мой хозяин еще не спал. Я никудышный слуга!

Джордж растроганно посмотрел на него.

– Вы любили своего хозяина? – спросил Баттл, пристально наблюдая за слугой князя.

Лицо Бориса болезненно исказилось. Он дважды сглотнул, затем заговорил срывающимся голосом:

– Говорю вам, английский полицейский, я бы умер ради него. А теперь, когда он умер, а я еще жив, я не сомкну глаз, не дам отдыха сердцу, пока не отомщу за него. Как собака, я нюхом выслежу убийцу и когда найду его… – В его глазах зажегся огонь. Вдруг он выхватил из-под полы огромный нож и потряс им. – О, я не сразу убью его – нет! Сначала я отрежу ему нос и уши, выколю глаза и только потом воткну нож в его черное сердце!

Он убрал нож так же стремительно, как вынул, и, повернувшись, вышел из комнаты. Джордж, чьи и без того выпуклые глаза теперь, казалось, вообще вот-вот выскочат из орбит, поднялся и закрыл дверь.

– Типичнейший герцословак, – пробормотал он. – Абсолютно дикий народ. Нация разбойников.

Инспектор медленно поднялся.

– Или этот человек искренен, – заметил он, – или он величайший актер, каких я когда-либо видел. И если верно первое, да поможет убийце Бог, когда этот верный пес придет мстить за своего хозяина!