Текст книги "Спасите меня, Сатана Алексеевич! (СИ)"

Автор книги: Адель Грейс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 19 страниц)

Глава 22

Передав из рук в руки Вершинину, я быстро еду на работу, предупредив Таисию, что заедет наш врач. Все рекомендации от него попросил скинуть по смс. Очень надеюсь, что ничего серьезного и это обычная простуда.

Всю дорогу до работы мне не даёт покоя слова про брата. Вроде, в резюме, в графе близкие родственники стоит прочерк. Может, брат двоюродный? Но почему она тогда сразу замолчала, когда я сказал, что не помогу ему? Если честно, у меня у самого это вырвалось случайно. Хотя, возможно из-за мыслей, что девушка скрывается от кого-то, мой мозг автоматически предположил такой вариант, как помощь. Что же ты скрываешь Вершинина?

Задумчиво кручу разбитый телефон Николь в руках. Он лежал на полу, видимо, упал, когда девушка «торопилась» на работу. Решил сделать доброе дело и починить его. Наверно, где-то очень глубоко в душе в том, что моя помощница заболела, есть и моя вина. Не пойди я за ней в лес, она бы посмотрела на свои чёртовы звёзды и вернулась обратно. И меня бы вообще вот это всё не касалось. И проблем с ногой не было бы.

В принципе, мне не составит никакого труда взломать пароль и узнать все тайны своей помощницы. Наверняка, в этом телефоне есть все ответы на мои вопросы. Уверен, что мой IT-отдел справится с этой задачей за пару минут. Ну какой может быть пароль у этой ненормальной блондинки? Не дата же рождения? Ухмыльнувшись, ввожу день и месяц рождения девушки, вообще не понятным образом, как возникшие в моей голове. И тяжело вздыхаю. Не думал, что она настолько будет недальновидной. Это же самая простая комбинация. Мошенники всегда используют в первую очередь дату рождения. Тогда получается я сейчас тоже мошенник? Ведь по сути в моих руках чужой телефон, который мне отдали не по собственной воле. Блокирую его.

Нет, если мне нужны ответы, я спрошу их у первоисточника. Да и отдел безопасности должен мне уже завтра предоставить всю найденную информацию.

Приезжаю в офис, предварительно отдав телефон Захару, чтобы тот съездил и заменил экран.

На этаже меня встречает Юлия, помощница Астахова. Я одолжил девушку на пару дней, пока моя вышла из строя.

Однако благодаря работе Вершининой, все встречи проходят в офисе, за исключением тех, которые я отменил с утра. Попросил Юлию позвонить клиентам и предложить провести несостоявшиеся встречи в субботу утром.

На следующей неделе у нас два благотворительных вечера, поэтому там вряд ли получится кого-то втиснуть.

После обеда приходит голосовое сообщение от Таи. Где она в красках описывает, какой я нехороший руководитель.

А ведь я и в правду не видел, чтобы Николь покидала своё рабочее место во время обеда.

Ну Вершинина! Решила мне тут голодовку устроить! Теперь лично буду контролировать все её уходы, будь она неладна!

После работы еду в аптеку. Герман Иванович прописал достаточно сильные препараты, но уверен на сто процентов – они очень быстро поставят Николь на ноги. Беру всё по списку. Так же заказываю еду в одном из ресторанов. Наверняка у Вершининой в холодильнике шаром покати, а готовить что-то сил у неё не хватит. Да и неизвестно умеет ли она вообще это делать.

– Ростислав Алексеевич! – у подъезда Захар догоняет меня и достаёт из крафтового пакета телефон Николь, – Простите, что сразу не отдал, закинул его в бардачок и забыл, только сейчас услышал вибрацию.

Я тоже совершенно забыл, что унёс чужую вещь. Благодарю водителя и забираю смартфон. Неожиданно телефон в руках начинает вибрировать и от имени на дисплее даже мне становится некомфортно.

«Исчадие Ада». Хм и кого Вершинина могла так назвать? Даже представить не могу, как в телефоне у неё записан я. Отключаю вибрацию и захожу в подъезд.

Открывает мне дверь Тая. Не приветствуя друг друга, мы сразу проходим к больной. Девушка полностью укутана одеялом и даже не видно, что она дышит.

– Она спит ещё, что ли? – интересуюсь я у Таисии.

Та начинает тормошить мою помощницу и одеяло медленно спускается вниз.

На меня смотрят два уставших красных глаза, однако эта картина совсем не вызывает какого-то отвращения, а скорее желание помочь. Тая что-то спрашивает, но я не слышу, на автомате достаю лекарства из пакета и протягиваю их девушке. Не могу оторвать глаз от своей помощницы. Она сейчас такая вымотанная и худая. Только сейчас, глядя на её лицо я обратил на это внимание.

Однако Таисия не берёт лекарства, лишь сообщает, что уходит.

– Эй! – возмущённо восклицаем мы вместе с Николь.

Та аж подскакивает и я снова вижу насколько девушка за неделю похудела.

– Тая выйдем! – холодно приказываю я.

Мы заходим на кухню, где я прикрываю дверь, перед этим захватив еду.

– Николь нужно сделать укол, ты же умеешь их делать, останься! – говорю я, ставя всё на стол.

– Рост, нет. Мне нужно доделать проект, а материалы все на работе. Давай сам. Ты же ведь тоже отлично делаешь уколы.

– Их нужно делать в ягодичную мышцу, – сквозь зубы проговариваю я, – Вершинина ни за что не даст мне этого сделать.

– Не мои проблемы. Я пошла. Теперь нянька ты.

Не прощаясь, она быстро забирает свои вещи и хлопает дверью. Дьявол! Ещё одна ненормальная женщина на мою голову!

Захожу в комнату. Ника снова вся укутана в одеяле, торчит только нос.

Как же бесит вот это женское: со мной всё в порядке, когда на самом деле это совершенно не так.

Пытаюсь убрать одеяло, но девушка, для такого больного и хрупкого человека, держит его слишком крепко. И я уже готов был применить силу, как в дверном проёме появляется Астахов. Какого чёрта его нелёгкая принесла? Спаситель блин.

Чтобы не смущать ещё больше Николь, прошу друга выйти со мной на кухню.

– Илья, ты умеешь делать уколы? – тихо спрашиваю я, тот отрицательно качает головой, – Тогда тебе нужно уйти, потому что необходимо провести эту процедуру, иначе Нике не станет лучше.

Тоже мне спаситель нашелся. Ни разу не позвонил за день, чтобы узнать, как девушка себя чувствует.

– Ну ты можешь сделать и уйти. А я останусь, мало ли ей плохо станет от укола, – не успокаивается Астахов.

– Илья, сейчас не время для твоих игр.

– Фишер, ты чего, какие игры? Не буду же я соблазнять больную девушку. Я же не идиот.

– Нет, ты взрослый, умный мужчина, который сейчас просто уйдёт, а завтра позвонит, чтобы узнать самочувствие.

Мужчина сверлит меня взглядом, но мне ни горячо, ни холодно. Николь болеет, сейчас не до нашего спора.

– Окей, – соглашается тот, резко разворачивается и уходит, тоже хлопнув дверью.

Что-то все какими-то психованными стали. Достаю телефон из кармана брюк. Там уже двадцать с лишним пропущенных от «Исчадие Ада». Неугомонный тип, какой-то. Уверен, что подругу Николь бы так не назвала. А вдруг что-то произошло? Может, ответить? Нет. Пусть Вершинина сама разбирается. Ставлю будильник, чтобы девушка выпила препарат. Их нужно выпить через час после укола.

Набираю в шприц препарат. Беру готовые салфетки со спиртом. Хочет Вершинина или нет, но я вколю ей это, если надо применю силу. Бесшумно выхожу в коридор, кладу на комод её телефон. Николь как раз в этот же момент подходит к двери в ванну.

Всё делаю быстро, толкаю к стене и пока девушка шокирована, протираю костлявую, но всё равно аппетитную ягодицу спиртом, а затем колю препарат. Он достаточно болючий, но зато действенный.

А когда она заплаканными глазами оборачивается ко мне, я сперва теряюсь и не успеваю среагировать. Звонкая пощечина рассекает тишину. Это моя первая. И это оказывается очень больно.

Как она посмела меня ударить! Чувствую, как злость поднимается из недр моей и так не самой приятной души. Мне хочется ей ответить, но я никогда в своей жизни не бил женщин. Никогда.

А мне необходимо выплеснуть эти негативные эмоции и единственный вариант, что приходит в голову – это поцеловать.

Я сошёл с ума, но остановиться уже не мог. Она ударила. Меня! И я единственное, что могу сделать – это растерзать её губы.

Не её я хотел успокоить, а себя. Идиот.

Что-то выговариваю ей, прошу выпить все таблетки и ухожу.

На улице пытаюсь привести свои мысли и чувства в порядок, но вижу, как у моей машины стоит Астахов и о чём-то разговаривает с Захаром.

– Всё уезжаем, – командую я водителю, проходя мимо друга. Сейчас мне совершенно ничего не хочется с ним обсуждать.

– Ну что сделал ей укол? – с усмешкой интересуется друг. И в этой насмешке я чувствую скабрезность вопроса. Стараюсь не реагировать, – Знаешь, я только сейчас всё понял. Ты сам дал карт-бланш, но при этом ни на секунду не давал повода мне приблизиться к Николь. Сначала я подумал, что это всё глупая случайность, но теперь всё стало на свои места.

– Илья, езжай домой, ты не в себе, – чеканю я, давая понять, что не намерен сейчас говорить о Вершининой и о ситуации в целом.

– Я-то поеду, – отходит к своей машине, – Просто признайся хотя бы себе, что она, – показывает рандомно на окна дома, – Тебе нравится! – садится в тачку и с визгом выезжает со двора.

Вообще ничего не трогает после этой сказанной глупости. Мне не нравится Николь. Просто я чувствую себя виноватым в том, что она заболела и только всего. И поцелуй тоже больше ничего не значит для меня. Это была минутная слабость.

Сажусь на пассажирское и пока едем домой, пишу Юле список задач на завтра. Через десять минут прилетает кучу извинений, и что она не сможет это всё выполнить, так как Илья Сергеевич запретил, пригрозив увольнением.

Прекрасно! Илья словно маленький обиженный мальчишка, который только на эмоциях принимает самые глупые решения. Каким был в институте таким и остался. С годами ничего не меняется.

Пишу Таисии с просьбой завтра побыть моей помощницей, естественно за двойную оплату. В ответ получаю фотографию – руку со средним пальцем.

Дьявол! Ну что за женщина!

Глава 23

Я открываю глаза и сперва даже не понимая, где нахожусь. Часто моргаю, пытаясь сосредоточиться хоть на чём-то, но в голове ни одной мысли. Абсолютно. Всё чисто и стерильно, словно меня вчера переформатировали.

Лежу так с открытыми глазами, пока не звенит будильник. С испугу подскакиваю, отчего в голову ударяет сильная боль, и я наконец вспоминаю, что вчера произошло.

Мне кажется я никогда так не орала на отчима. Впервые мне удалось высказать всё, что я о нём думаю – открыто, честно и не щадя его в выражениях. Видимо он не ожидал такого взрыва эмоций, поэтому быстро скинул вызов. А через полчаса написал, что у меня осталось три недели и скинул наши с Никитой билеты.

Ровно через три недели я с братом отправляюсь в Израиль на лечение. Если, конечно же, выполню свои условия.

После эмоционального разговора я выпила таблетки, что принёс Фишер и моментально отрубилась. Что это был за препарат? Будто снотворное какое-то, однако на удивление чувствую себя намного лучше вчерашнего киселя.

Я помню, что у меня на сегодня отгул, но встаю и иду в душ, привожу себя в порядок. Надеваю брюки, блузку, делаю пучок на голове, однако выходит он слегка небрежным. Ну и пусть. Возможно сегодня будет мой последний рабочий день.

Я не знаю, что известно Ростиславу, но то что он знает мой пароль от телефона – правда. Будильник прозвенел через час после его ухода, не считая пары минут, которые мы потратили на поцелуй и пощёчину. До сих пор всё лицо покрывается пятнами. Я ударила босса! Меня даже поцелуй не так впечатлил, как моя реакция на укол. Хотя целуется он… мммм… Я сейчас снова в кисель превращусь.

Так. Хватит! Есть проблемы по важнее.

Читал ли он сообщения от отчима? Если читал, то почему сразу не обратился в полицию?

Хотя… Все сообщения были непрочитанными, может он и не в курсе, что происходит, однако уверенна, меня ждёт кучу вопросов.

В голове снова появилось столько мыслей, отчего мне опять захотелось той амнезии, что дал препарат, прописанный доктором. Кстати, Фишер сказал, что нужно выпить ещё одну таблетку утром, очень надеюсь после неё меня не вырубит.

Беру с собой витамины и ещё какой-то препарат. Пусть будет, что будет. Если что… у меня в голове уже созрел план. Постараюсь продержаться тут ещё минимум две недели. Затем по-тихому уволюсь, получу расчёт, вернусь в Москву, заберу брата и скроюсь где-нибудь. На крайний случай возьму кредит или одолжу у кого-то деньги и всё равно уеду от этого тирана. Вместе с братом!

Через полчаса я уже поднимаюсь на тринадцатый этаж офисного здания. Босса ещё нет. Просматриваю почту, и там со вчерашнего дня никто не выполнял задачи. Ужасаюсь объёму работы, но всё равно расставляю приоритеты. Звонит внутренний. Это с ресепшена. Сатана уже на месте.

Быстро делаю кофе. У меня уже получается лучше. Ставлю на его рабочий стол и как раз, когда лифт сообщает о прибытии, покидаю кабинет.

– Доброе утро, Ростислав Алексеевич! – встречаю с улыбкой босса, однако голос слегка подводит. Если честно, мне немного страшно. Если всё-таки ему удалось как-то прочитать сообщения, то пусть лучше признается в этом. Что там отчим сказал: что Никита в любом случае поедет лечится, а я либо стану его женой, либо пойду в тюрьму.

Так вот я, если что, согласна на тюрьму.

– Не понял, Вершинина, ты какого чёрта тут делаешь? – чересчур холодно произносит начальник. Словно и не было вчера между нами ничего.

Ника! Между вами и так ничего не было. Забудь!

– Ну я вроде ещё не уволена, а официального документа об отгуле у меня нет, – уверенно и гордо произношу я, откуда у меня столько уверенности я и сама не понимаю, однако терять, как оказалось мне нечего.

– Немедленно собралась и покинула рабочее место, – цедит мужчина, сверля меня взглядом.

Растерянно смотрю на него. Моя уверенность тут же куда-то улетучивается. Что это значит? Я уволена, насовсем?

– Вершинина, ты меня плохо слышишь?

– Я прекрасно вас услышала, Ростислав Алексеевич. Просто не совсем понимаю вашего приказа, – как стойкий оловянный солдатик произношу я. Пусть скажет это сам.

Мужчина разделяет между нами расстояние за считанные секунды. Он возвышается надо мной, как король над слугой. Но я тоже не из робкого десятка. Даже на каблуках, я на голову ниже его. Поэтому не придумав ничего лучшего, я приподнимаюсь на носках, практически равняясь с ним. Его глаза такие злые, словно он прямо сейчас готов меня ими испепелить. Скулы остры, а губы поджаты.

Губы. Я помню, как жадно вчера он меня ими целовал. Чувствую, как лицо тут же вспыхивает этими воспоминаниями. Всё это происходит неконтролируемо.

– Вершинина, – требовательно твердит мужчина, – Повторяю. На сегодня у тебя согласован отгул. Приказ в бухгалтерии. Поэтому ты либо сейчас же едешь домой соблюдать постельный режим, либо идёшь в бухгалтерию за полным расчётом.

Отрываюсь от его губ и пытаюсь понять сказанное.

– Я не уволена? – первое, что выпаливаю я.

– А есть причины? – прищурив глаза, интересуется босс.

– Нет! – быстро отвечаю я.

– Тогда быстро домой! – заключает Фишер и разворачивается в сторону своего кабинета.

– Юлия подменит меня? – зачем-то интересуюсь я. Только сейчас до меня дошло, что помощник должен быть на месте до прихода босса. Может, он отправил её по какому-то поручению? – Там просто много задач накопилось, переживаю…

– Езжай домой! – по слогам приказывает мужчина.

Уххх… Как же хочется порычать на него за его немногословность и холодность. Психуя, забираю свою сумку и спускаюсь на лифте вниз. Отгул так отгул!

Выходя нос к носу встречаюсь с помощницей Астахова.

– О, Николь привет, ты уже выздоровела? – девушка оглядывает меня с ног до головы. Но откровенно говоря, я чувствую себя всё ещё неважно, и судя по жалостливому лицу Юлии, это заметно.

– Привет, Юля. Ещё нет, у меня отгул, оказывается, а я не была уверена, вот и пришла, – оправдываюсь. Мне хочется спросить, почему вчера ничего не было сделано из задач, но я стесняюсь. Всё-таки я не вправе задавать такие вопросы, работая всего неделю.

– Ох, как же Ростислав Алексеевич один справится, – взволнованно произносит девушка.

– В смысле один?

– Ой, мне пора, – Юлия быстро прыгает в закрывающийся лифт, а я не успеваю.

Как один? Неужели в компании не нашлось человека заменить меня на один день!

Дожидаюсь пока лифт спуститься и снова еду на тринадцатый этаж.

Стучусь в кабинет к боссу и не дожидаясь ответа залетаю.

– Ростислав Алексеевич, я не могу… – замолкаю на полу слове.

Я влетела в кабинет, как раз в тот момент, когда мужчина переодевал свою рубашку. Хлопая глазами, откровенно пялюсь на него, словно никогда не видела полуголого мужчины.

И я готова признать – тело Фишера просто фантастическое. Большие накаченные руки, полностью увиты венами. Шесть кубиков пресса красиво очерчены и треугольником спускаются вниз в самое жаркое место… А в костюме и рубашке и не скажешь, что у него такое совершенное тело.

– Вершинина! – строго выговаривает босс, глядя на меня.

– Ой, – резко отворачиваясь, понимая, что я непозволительно долго пялилась на его торс, – Я прошу прощение, не думала, что вы… заняты.

– Ты должна быть уже наполовину пути к дому, какого чёрта ты вернулась?

– Юлия сказала, что вы остались без помощницы, а я не могу вас оставить.

Слышу, как мужчина тихо ругается, сетуя на язык без костей у женщин.

– Я тебе сказал, либо домой, либо за расчётом в бухгалтерию!

– Но… – жалобно поворачиваюсь, мужчина уже застёгивает последние пуговицы на рубашке.

– Никаких но. Ты вообще слышала мой приказ?

– Да, но… – снова пытаюсь возразить.

– Тогда твой выбор?

Поджимаю губы. Ну почему, почему он такой бездушный тиран?

– Я поеду домой…

– Молодец!

– Только дайте мне тогда разрешение работать из дома, – договариваю я, гордо подняв голову и скрестив руки на груди.

– Вершинина, моё терпение и так на исходе.

– Я не уйду, пока вы не дадите своего разрешения! – чувствую, как головная боль начинает возвращаться, но я продолжаю стоять на своём. Мне не хочется потом до ночи тут сидеть и работать. И оставить всё на самотёк с мыслью, что всё равно мне не работать здесь – тоже не могу.

– Ты вообще неуправляемая! – со вздохом заключает босс и протягивает мне листок и ручку, – Пиши служебную записку на моё имя. Укажи, что все данные будут перенаправляться только на почты сотрудников и ни ничьи больше. Даже поставщикам ничего не отправляешь. Перешлёшь мне – я направлю.

Растерянно забираю листок. Что нужно написать? Я ж ещё не писала никаких служебок.

– Ты что никогда не писала служебных записок? – удивлённо спрашивает Ростислав.

Качаю головой. И мне безумно стыдно за это. Я же ведь никогда не работала. Откуда мне знать, как пишутся эти записки.

Вдохнув носом несколько раз воздух, мужчина закрывает глаза, а затем начинает мне объяснять, как это всё делается. Записываю под диктовку. Благо по русскому у меня всегда было отлично. Отдаю ему на подпись документ. Босс ставит размашисто свою подпись, печать и возвращает мне его обратно.

– Отдашь внизу охраннику, он передаст безопасникам. Всё, покинула мой кабинет.

– Спасибо, спасибо! – радостно благодарю.

Я и вправду рада, потому что мне нравится эта работа и то, что я делаю.

Спускаюсь вниз, передаю, как и велел начальник, охраннику документ и покидаю стены офиса. Однако на выходе меня ловят.

– Николь, прошу за мной, – говорит какой-то мужчина в очках, как из фильма «Люди в чёрном».

– Никуда я с вами не пойду! – сопротивляюсь я, когда тот пытается схватить меня за локоть. Это что ещё за тип?

Затем мой телефон начинает вибрировать в сумке. Это босс.

– Да, Ростислав Алексеевич… тут… – хочу сказать, чтобы вызвали охрану, так как неизвестный тип пытается меня схватить, но мужчина перебивает меня.

– Это мой водитель. Он отвезёт тебя домой, чтобы ты где-нибудь по дороге не упала и не разбила себе голову, – хочу возразить, однако Ростислав предугадывает это, – И никаких но. Хоть в этом подчинись.

Затем бросает трубку. А как он вообще узнал? Не уверена, что с тринадцатого этажа всё так видно. А потом я вижу, как водитель поднимает телефон, и что-то молча выслушивает.

Ладно. Раз мои возражения никому не нужны – в этот раз подчинюсь.

Захар показывает рукой на автомобиль Роста, галантно открывает дверь, помогает сесть. Чувствую себя прям какой-то королевой.

Мы выезжаем с парковки.

В машине пахнет приятно. Нотками имбиря и пачули. Тихая музыка льётся из динамиков. Чувствую, как мои глаза закрываются, и я засыпаю.

Глава 24

– Может, уже стоит разбудить? – доносится тихий шепот до моих ушей, – Нет, дышит нормально, вроде…

Открываю глаза и понимаю, что заснула. Этот препарат опять меня вырубил. Перевожу взгляд на водителя, тот оказывается с кем-то говорит по телефону. По обрывкам фраз предполагаю, что с боссом.

– Со мной всё в порядке, – специально громко сообщаю я, чтобы на том конце провода меня тоже услышали.

– Хорошо, понял, – видимо, услышали, так как водитель быстро завершает вызов, – Николь, Ростислав Алексеевич приказал, чтобы я вас проводил до квартиры и если нужна какая-то помощь: сходить за продуктами, в аптеку или…

– Так, стоп! – торможу я поток его речи, – Передайте, Ростиславу Алексеевичу, что нянька мне не нужна, я себя хорошо чувствую и сама справлюсь со всем.

Открываю дверцу машины и выхожу.

– Но Николь, – мужчина выскакивает следом за мной, – Это приказ и я не могу его не выполнить.

– Вас же Захар зовут? – вспоминаю, что мы общались с этим водителем по телефону, когда я передавала расписание начальника. Почему в самом начале не подумала об этом. И, скорее всего, он же и возил нас, когда я себя плохо чувствовала. Просто видимо из-за болезни мне совсем не запомнился его образ.

– Да.

– Так вот Захар – можете! Помощь мне никакая не нужна, а если вдруг Ростислав Алексеевич поинтересуется, проводили ли вы меня до дверей, я отвечу – да. Спасибо, что довезли. Всего доброго.

И не дожидаясь какой-либо реакции на мою тираду разворачиваюсь, и быстро скольжу в открывшуюся дверь подъезда. От туда как раз выходила какая-то девушка.

Уже в квартире я могу спокойно расслабиться. И чего это вдруг босс решил позаботиться обо мне? Понравилась? Это вряд ли. Мне кажется, что небеса разверзнуться, если начальник в меня влюбится.

Так, хватит думать о Сатане, нужно работать.

Ставлю чайник, чтобы заварить свежего пуэра. В холодильнике нахожу вчерашние блинчики с творогом, которые привёз Фишер, подкреплюсь и начну.

– За продуктами сходить он приказал ему, ага! – фыркаю я, а затем снова себя ругаю, ведь хотела же не думать о своём боссе.

Однако вчерашний поцелуй и сегодняшняя картинка его полуобнажённого тела не дают мне спокойно переключиться на рабочий лад.

«Интересно, а у него там большой?»– приходит в голову шальная мысль, от которой тело тут же бросает в жар, как при сильной температуре. Я даже иду мерить её, но предатель градусник сообщает, что горю я не от температуры тридцать шесть и шесть, а совсем по другим причинам.

У меня очень давно не было секса и я безумно голодна до него, но понимаю, что близости с Ростом мне вообще не светит. Можно попробовать с Астаховым, мужчина явно проявляет ко мне интерес, однако что-то в последнее время Илья Сергеевич уже не кажется таким потрясающим.

Слышу щелчок чайника. Так, я опять думаю не о том, о чём нужно.

Наливаю себе чай, ставлю будильник на семь вечера, на всякий случай, мало ли опять с головой уйду в рабочий процесс, а мне нужно позвонить домработнице и узнать, как дела у Никиты, и включаюсь в работу.

Задач стоит много – пересмотреть график, что-то подредактировать, связываться с отделами и уточнять сроки, кого-то даже приходится устно «пинать», так как все дедлайны давно вышли за пределы возможного.

В час дня звонит мой телефон, не отрываясь от почты беру трубку.

– Да! – достаточно грубо отвечаю я, потому что отдел доставки опять накосячил и решил почему-то через меня решить их проблему. Видимо, до этого Юлия помогала им с этим, но я-то не она, что я могу предпринять, совершенно не понимая в этом?

– Вершинина, с тобой всё в порядке? – интересуется мой начальник.

– Ой, – прикусываю язык, меняя тон на более дружелюбный, – Да, простите, Ростислав Алексеевич, сейчас сообщу о проделанной работе, – быстро тараторю я, чтобы как-то замять своё раздражение, – В общем…

– Я звоню по другому поводу, – перебивает мужчина меня, – Ты поела?

Сначала даже не понимаю его вопроса, причём здесь поела я или нет?

– Нет, – растерянно произношу я, спустя минуту молчания.

– Вершинина, витамины необходимо принимать три раза в день после еды, иначе твоё выздоровление затянется на несколько дней. Врач поставил тебе истощение, ты должна питаться нормально.

– Но… – хочу возразить, что работы и так много, и времени на перерыв сейчас нет, и чувствую я себя уже лучше.

– Нет, Вершинина! – опять перебивает меня Сатана, – Хочешь работать в этой компании, будь любезна соблюдать их правила, а они прописаны в твоём трудовом договоре. Иначе уволю, – и снова босс кладёт трубку, не дав мне возможности ответить. Ух. Прибила бы его к чертям!

Дописываю письмо, отправляю адресату, без лишних мыслей ставя в копию Фишера. Через минуту мне приходит от него ответ: «Уволю!»

На моих губах появляется улыбка. Мне кажется будет забавная запись в резюме: уволили, потому что отказывалась ходить на обед в обеденное время.

Но опять подчиняюсь и иду разогревать запасы своей еды. И когда уже остаётся несколько секунд до разогретого блюда, раздаётся очередной звонок телефона. В этот раз я смотрю, кто звонит, и это оказывается моя подруга.

– Hello my friend, – весело говорит она в трубку.

– Милка, привет, – отвечаю я. Ужасно рада, слышать её.

– Как дела? Какие новости? Как Никита? Почему не звонишь, я же тут умираю от нетерпения узнать, как Астахов в постели? – вылетают из её уст вопросы, словно из пулемета.

– Стой, давай по порядку, – смеюсь я.

В красках рассказываю, что заболела из-за её информации о звездопаде. Что мой босс повредил ногу, пытаясь уличить меня в шпионаже. Что у Никиты всё хорошо, по последним трёхдневным новостям. Он уже подружился с котом, а так же у меня есть билеты в Израиль.

– То есть, отчим отпускает тебя восвояси?

– Да, если, конечно же, выполню, то что должна, – грустно комментирую я, ковыряя какое-то жаркое, – Билеты – это что-то вроде моей мотивации. Так отчим считает, что задача вполне выполнима.

– А на самом деле? – со скептицизмом интересуется подруга.

– Не знаю, Мил. Мне нравится эта работа на самом деле, за неделю я столько всего узнала, сколько за время учёбы не узнавала. Я никогда не думала, что так быстро смогу обучиться чему-то новому.

– Ой, не звезди подруга, – ухмыляется Людмила, – В институте тебе, даже с нашими постоянными шалостями, удавалось сдавать все зачёты на отлично. Ты просто настоящий, как его там… полимат и поэтому быстро адаптируешься к изменениям.

– Ты выучила новое слово? – смеюсь я.

– Да, всё-таки в университете учусь, надо соответствовать, – гордо заявляет девушка, я даже без видео чувствую, с каким превосходством она сейчас поправила волосы, говоря это, – Так, ты не ответила на вопрос.

– На самом деле есть несколько вариантов, проблема лишь во времени. Первый – это подлизываться ко всем сотрудниками, чтобы выяснить, кто отвечает за проект, который мне нужен и через какой канал передаётся информация, ведь она же как-то передаётся, и там уже попробовать найти её, единственная сложность – вынести информацию из офиса. Там у них на выходе стоит какой-то супер крутой детектор, который все накопители чувствует. А почту мониторят безопасники. Лишнего ничего не дают ни отправить, ни скачать. Я на второй день чуть не вылетела с работы из-за того, что переслала на свою личную почту нормативные акты, просто почитать. И второй вариант – это вступить в близкие отношения с человеком, который принимает самое активное участие в разработках. И это мой босс. А это заведомо проигрышный вариант.

– Оооо, а почему второй проигрышный? С твоими данными можно закадрить даже президента. А тут Астахова, который вообще мимо себя ни одной шикарной юбки не пропускает.

– Спасибо за столь лестные отзывы о моей внешности, – смеюсь я, – Но Мила, у нас ничего не может быть с Ильёй Сергеевичем. Он, конечно, красивый и обаятельный, но пожалуй, на этом его лучшие качества и заканчиваются, – вздыхаю я, – И он не занимается разработками.

– Подожди, а разве твой босс не Астахов? – неожиданно спрашивает девушка.

– Нет, мой не посредственный начальник – это Фишер.

– О боже мой, тогда я хочу всё знать, живо рассказывай про эту тёмную лошадку! – в голосе подруги столько интереса и любопытства, что даже телефон не может скрыть этих эмоций.

Однако я не успеваю ничего ответить, телефон в руках начинает вибрировать, показывая, что на второй линии… Мой босс.

Смотрю на часы, мы проболтали целых сорок минут, и мой обед уже закончился, если вспомнить трудовой договор.

– Милка, мне пора, обед закончился.

– Эй, а рассказать?! – с возмущением произносит она.

– Потом.

Я скидываю вызов с подругой, чтобы ответить на второй, но Фишер тоже скидывает.

– Чёрт! – быстро доедаю остатки жаркого, выпиваю витамины и снова сажусь за ноутбук.

Телефон оповещает о новом вызове.

– Да, Ростислав Алексеевич, – как можно спокойнее произношу я.

– Ты поела и выпила лекарства? – как всегда, без лишних приветствий, спрашивает босс.

– К чему такой контроль? – в ответ, с лёгким раздражением, интересуюсь я.

– Я уже говорил, что не хочу, что бы ты где-нибудь разбила голову от истощения и плохого самочувствия, – всё так же холодно произносит он, словно робот какой-то, – А теперь к делу. Рассказывай, что там у тебя.

И включив громкую связь, я рассказываю, о чём хотела ещё час назад, умалчивая пока о проблемах с доставкой. Уточню у Юлии, что можно предпринять.

Когда дело касается графика, то тут Фишер сообщает, что его полностью необходимо скорректировать. Оказывается на следующей неделе планируется два благотворительных вечера и две поездки. Одна в Китай, другая в Петропавловск-Камчатск, чему я несказанно радуюсь, ведь мне тоже нужно будет поехать, как помощнице, а это значит, я смогу увидеться с Милой. Именно из-за этого приходится часть встреч вообще отменить, а часть перенаправить на Астахова, как сказал Фишер – с этими мелкими рыбками он справится сам.

– Может, попробовать некоторые перенести в офис, чтобы сэкономить время на дороге, как в прошлый раз? – неосознанно предлагаю я.

В голове возникло несколько идей кого и когда можно пригласить на встречу, чтобы уж совсем не терять клиентов, которые и так ждут встречи несколько недель.

Мышкой щёлкаю по разным фамилиям и компаниям, выделяю их всем цветом, в цветовых диапазонах мне почему-то легче ориентироваться. В принципе, семерых из пятнадцати можно втиснуть, но график получится чересчур плотным.

Понимаю, что на несколько минут повисла тишина. Испуганно перевожу взгляд на телефон, неужели Фишер отключился, но вызов всё ещё продолжает идти.