Текст книги "Чума Атлантиды"

Автор книги: А. Дж. Риддл

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 27 страниц) [доступный отрывок для чтения: 12 страниц]

Глава 49

Оперативная база Иммари в Сеуте

Северное Марокко

Налив себе изрядную порцию виски, майор Рукин осушил бокал и рухнул в кресло перед круглым столом у кровати. Неспешно расстегнул китель и, когда тот распахнулся, налил себе еще порцию, ничуть не меньше прежней. Денек выдался долгий, но хотелось надеяться, что иметь дело с этими окаянными туземными варварами за стенами больше не придется. С плеч долой – и слава богу. Вырезать их под корень было бы идеально; убить часть, а остальных взять в плен тоже сгодится. На базе с самого начала отчаянная нехватка прислуги. А раз уж речь о прислуге… где она? День был очень долгим и напряженным, недурно бы разрядиться…

Майор сбросил с плеч пропитанный по́том китель и тряс руками, пока тот, соскользнув, не упал комом возле кресла. Налил третью порцию – уже не так аккуратно, расплескав немного на стол, выпил и наклонился, чтобы развязать шнурки. Ноги гудели, но ви́ски уже начал действовать, и дискомфорт в конечностях мало-помалу пошел на убыль.

Раздался громкий стук в дверь.

– Чего?

– Это Камау.

– Входи.

Камау распахнул дверь, но порога не переступил. Рядом с ним стояла высокая, изящная женщина, видеть которую Рукину до сих пор не доводилось. Хорошо. Новая девка. Камау расстарался что надо – женщина слегка старше, чем обычно хотелось Рукину, но сейчас он был как раз в настроении попробовать чего-нибудь свеженького. Разнообразие придает жизни остроту. Что-то в ней было этакое. Осанка. Взгляд – сила, но без строптивости. Уверенность. Ни малейшего страха. Ничего, она получит свое…

– Годится, – Рукин встал.

Чуть заметно кивнув, Камау подтолкнул девушку и со щелчком закрыл за ней дверь.

Женщина уставилась на майора, не озаботившись осмотреть его обширные апартаменты.

– Говоришь по-английски?

Наморщив лоб, она слегка покачала головой.

– Нет, ваша шайка-лейка ни бум-бум, так ведь? Неважно. Сделаем это, как пещерные люди.

Поднятой ладонью он велел ей оставаться на месте, а сам зашел ей за спину, стащил платье с плеч и развязал тесемки на талии.

Одеяние беззвучно упало на пол, и Рукин развернул девушку, чтобы осмотреть…

Она оказалась совсем не такой, как он предполагал. Мускулистой. Слишком уж мускулистой, а руки и ноги ее покрывали шрамы – ножевые ранения, следы пуль, еще какие-то… может, от стрел? Ни в какие ворота. Не нужны ему тут напоминания о сражении. Тряхнув головой, он шагнул к столу, чтобы взять рацию. «А ее обратно в бараки».

Но, ощутив крепкую ладонь на своей руке, ошарашенно оглянулся. И наткнулся на взгляд ее глаз. Дерзкий. Ее уверенность полыхнула огнем. Она что, поняла, что ее отвергли? Рукин повернулся, оценивая ее заново.

И пока его губы расплывались в улыбке, другая рука женщины взмыла, сжимаясь в кулак, и врезалась ему в живот чуть ниже диафрагмы, моментально вышибив из него дух. Майор упал на колени, хватая воздух ртом, отчаянно пытаясь втянуть его в легкие. И в тот же миг нога нападающей врезалась ему в левый бок чуть ниже ребер, опрокинув его на бок и погнав виски волнами вверх по глотке наружу через рот и нос. Давясь блевотиной, Рукин взахлеб тянул воздух, чувствуя, как алкоголь обжигает с каждым отчаянным вздохом. Он захлебывался пламенем, живот пекло от ударов и неистовых рвотных позывов.

Она обошла его – осторожно, неспешно, ни на секунду не спуская с него глаз. В уголках рта у нее играл намек на улыбку, глаза смотрели с прищуром.

«Она упивается этим. Хочет полюбоваться, как я умираю», – подумал Рукин. Повернулся и начал ползти в сторону двери. Если только удастся набрать в грудь воздуха, можно будет криком позвать на помощь. Если бы только добраться до двери…

Ее нога обрушилась ему на спину, впечатав майора в твердый пол и переломав нос. Рукин чуть не потерял сознание.

Он почувствовал, как ее ладони сжали его запястья и потянули руки назад, пока нога по-прежнему крепко прижимала спину посередине. Она же разорвет его пополам! Ему хотелось закричать, но из груди не вырвалось ни звука, кроме звериного рычания. Правое плечо хрустнуло, и обрушившаяся волна боли едва не привела к беспамятству. Он бы с радостью отключился, но алкоголь притупил боль, удержав его в сознании. Хрустнуло левое плечо, и ассасинка потянула обе неестественно вывернутые руки за спину.

Рукин услышал, как она идет прочь, и проникся надеждой, что за пистолетом. Смерть стала бы благословенным избавлением. Но вместо этого раздался треск отрываемого скотча. Она крепко-накрепко смотала запястья у него за спиной, каждым своим прикосновением обрушивая на него волну жгучей боли.

Майор уже почти отдышался и выгнулся, отталкиваясь от пола, чтобы крикнуть, но она залепила ему рот скотчем, обмотав рулон вокруг головы несколько раз. Потом спеленала ему ноги от коленей до лодыжек, подняла на ноги и чуть ли не швырнула вперед спиной к стене. Сначала накатила боль, потом Рукин часто-часто задышал, сопя носом от невыносимой боли в плечах, прижатых к стене.

Мгновение женщина смотрела на него, а потом направилась к столу. Ее нагое мускулистое тело чуть изгибалось с каждым неспешным шагом. Поглядев на бутылку со спиртным, она достала пистолет из кобуры на портупее Рукина.

«Давай!» – подумал он.

Выбросив магазин, женщина оттянула затворную раму. Патрон не выпал. Рукин никогда не досылал первый патрон в патронник. Снова вставив магазин, она дослала патрон.

«Давай же!»

Женщина отложила пистолет на стол и села, скрестив ноги и глядя на него.

Рукин закричал сквозь залепивший рот скотч, но она не придала этому ни малейшего значения. Взяв рацию, поворотом ручки наверху сменила канал и поднесла микрофон ко рту.

– Пламя очищает все.

Прошла пара минут. Издали донесся громкий взрыв, потом другой, третий, будто раскаты грома. Начался штурм стен.

Глава 50

Чумная баржа «Предначертание»

Средиземное море

Устав дожидаться Шоу, Кейт спустила ноги с койки. Нужно подняться наверх, чтобы сделать звонок. Она бросила взгляд на Мартина. Оставлять его здесь одного нельзя. Подняв его, помогла добраться до двери. Открыла и выглянула. В коридоре чисто.

Они кое-как добрались до узких дверей лифта. Кейт нажала на кнопку, и несколько секунд спустя лифт, звякнув, остановился и открыл двери, показав тесную кабинку. На какую кнопку нажать? Выбрав кнопку первого яруса, Кейт принялась ждать.

Двери распахнулись. Перед лифтом стояли два человека в белых халатах – надо полагать, врачи – с планшетами в руках, продолжавшие какую-то беседу.

Один был китайцем, другой европейцем. Врач-китаец, сделав шаг вперед, вытянул шею и поинтересовался:

– Доктор Грей?

Кейт оцепенела. Она переступила порог лифта одной ногой и хотела уже юркнуть обратно, но китаец быстро приближался. Европеец шагал за ним по пятам.

– Вы знаете этого человека? – осведомился он.

Мартин стоял все так же апатично, но поднял голову.

– Чанг… – чуть слышно прошелестел его голос.

Пульс Кейт участился.

– Я… – начал Чанг и осекся. Повернулся к коллеге: – Я работал с этим человеком. Он… член исследовательской команды Иммари, – он посмотрел на Кейт долгим взглядом. – Следуйте за мной.

Кейт посмотрела вдоль коридора налево и направо. В обоих концах маячили часовые.

Она в ловушке. Чанг уже двинулся вперед по узкому коридору, а европейский ученый смотрел на Кейт, склонив голову к плечу. Женщина пристроилась вслед за Чангом.

Коридор вывел их в просторную кухню, переделанную в исследовательский комплекс. Стальные разделочные столы приспособили в качестве операционных. Помещение смутно напомнило Кейт кухню в Районе Орхидеи, где Мартин в смежном кабинете поведал ей правду о чуме.

– Помогите мне уложить его на стол, – попросил Чанг.

Европеец подошел ближе, чтобы осмотреть Мартина.

Мартин медленно повернул голову и взглянул на Кейт. Лицо его ровным счетом ничего не выражало, и он не обмолвился ни словом.

Чанг встал между вторым ученым и Кейт с Мартином.

– Будьте любезны… оставьте нас на минутку. Мне нужно с ними переговорить.

Когда тот ушел, Чанг повернулся к Кейт:

– Вы ведь Кейт Уорнер, не так ли?

Она замялась. Тот факт, что он заподозрил это и не сдал ее… наверное, ему стоило довериться.

– Да. Можете ему помочь? – кивнула она на Мартина.

– Сомневаюсь. Но могу попытаться, – открыв стальной шкафчик, Чанг достал шприц.

– Что это?

– Вакцина, над которой мы работаем. Орхидея по версии Иммари. Средство пока экспериментальное и действует не на каждого, – он пристально взглянул на Кейт. – Оно может его убить. Или оттянуть неизбежное на пару дней. Хотите, чтобы я его впрыснул?

Кейт поглядела на Мартина, на его умирающее тело. И кивнула.

Сделав шаг вперед, Чанг сделал укол и тут же бросил взгляд на дверь.

– Что такое? – насторожилась Кейт.

– Ничего… – пробормотал Чанг, вглядываясь в Мартина.

Глава 51

Оперативная база Иммари в Сеуте

Северное Марокко

Дэвид смотрел на одиннадцать человек, стоящих в оружейной.

– Джентльмены, наше дело безнадежное. Но правое. Эта база – врата ада и мира, который хотят построить Иммари. Если мы ее уничтожим, то дадим народам Европы возможность дать отпор. Однако… мы проигрываем и по числу, и по вооружению и, кроме того, находимся в сердце вражеской территории. На нашей стороне три вещи: элемент внезапности, боевой дух и правое дело. Если мы увидим рассвет, то победим. Сегодняшняя ночь решит и нашу участь, и участь миллионов других. Бейтесь доблестно и не бойтесь смерти. Есть вещи похуже смерти – жизнь, за которую стыдно.

Он кивнул Камау, и тот, выступив вперед, принялся раздавать приказания.

Вскоре после того, как рослый африканец закончил, рация в углу под треск помех нарушила молчание:

– Пламя очищает все.

– Пора, – сказал Дэвид.

* * *

Дэвид и Камау поднялись по металлической лесенке вместе с тремя своими людьми. Оперативный центр управления базы разместился на вершине башни в центре цитадели, подальше от стен, на безопасном расстоянии от нападения атакующих, зато достаточно высоко, чтобы видеть происходящее невооруженным глазом – а еще лучше в бинокль. Умно придумано. Командиры базы не хотели полагаться на камеры, наблюдателей и донесения с поля боя – каждый из упомянутых источников может отказать или принести дезинформацию. Они хотели видеть все собственными глазами.

Помедлив на лестничной площадке, Дэвид посигналил фонариком во тьму, давая знак полкам берберских воинов, которые дожидались за дальней стеной.

Когда последняя вспышка угасла в ночи, он продолжил восхождение наверх с командой, следующей по пятам. Помещение наверху башни осталось таким же, как он запомнил – нечто среднее между диспетчерской центра управления воздушным движением и мостиком крейсера. Четыре офицера оперативного отдела сидели за пультами управления, глядя на ряды плоскоэкранных мониторов и время от времени стуча по клавишам. В углу исходил ароматным паром кофейник.

При виде Дэвида ближайший техник развернулся, встал и нервно козырнул, словно толком не зная, как отнестись к внезапному посещению. Трое остальных один за другим последовали его примеру.

– И вам того же, джентльмены, – отозвался Дэвид. – День выдался долгий, и, как вы уже могли слышать, майор Рукин одержал среди холмов великую победу. Он там внизу празднует, получая по заслугам, – Дэвид совершенно искренне улыбнулся. – Сделайте перерыв. Присоединяйтесь к нему в офицерской столовой. Там еда, выпивка… и трофеи. Новоприбывшие. А на вахту встанем мы, – Дэвид указал на своих людей.

Бормоча благодарности, техники поспешно покинули посты. Приказ подполковника – идеальный предлог, чтобы избавиться от несения наряда.

Как только они ретировались, их места за пультами заняли солдаты Дэвида. Вэйл с подозрением посмотрел на экраны.

– А вы действительно разбираетесь в работе этих штук?

– Так точно, сэр. Когда меня только-только перевели, я пару месяцев нес дневные вахты.

Камау обошел комнату, вручив каждому солдату по чашке кофе, после чего присоединился к Дэвиду. Оба постояли с минуту, глядя в ночь. Вэйла порадовало, что африканец не проронил ни слова. Спустя пару минут Камау просто поднял свои часы: двадцать два ноль-ноль. Дэвид включил рацию.

– Всем постам доложиться.

Один за другим люди отзывались, и их позывные под треск помех раздавались в наушнике Дэвида. Он дождался, когда последний фрагмент мозаики ляжет на свое место. Все взяли позывные в честь героев Троянской войны; было единодушно решено, что Дэвида следует называть Ахиллом.

– Ахилл, здесь Аякс. Троянцы в банкетном зале. Мы начинаем пир.

Код «начать пир» означал, что всех заперли и пустили газ.

– Вас понял, Аякс.

С этими словами Вэйл покинул башню КП, спустился на первую площадку и снова посигналил фонариком. К моменту его возвращения на командный пункт вдоль всего периметра уже грохотали взрывы. Над внешней стеной возносились столбы пламени и дыма. Трое сидящих за пультами лихорадочно манипулировали компьютерами и радио.

Экраны показывали происходящее. На стены волна за волной накатывали всадники. Автоматические пулеметы на башнях косили их, как траву, но неустанные атаки продолжались.

– Башня-два запрашивает разрешение на применение рельсотрона.

Камау бросил взгляд на Дэвида.

Рельсотроны причинят войску берберов изрядный ущерб. Однако санкция на их использование будет очень убедительной для гарнизона, докажет, что базе грозит опасность.

Дэвид указал на снайперскую винтовку, висящую на плече Камау.

– Сними их после первого выстрела.

Подойдя к командирскому креслу, он включил микрофон.

– Башня-два, это подполковник Уэллс. Майор передал командование мне. Даю добро на рельсотрон «дельта», огонь по готовности.

Отключив рацию, он ждал. Рельсотрон метнул в ночь огненную стрелу, и в воздух взмыл гейзер земли вперемешку с кровью, оставив на том месте, где секунду назад были люди и лошади, лишь черную тучу. После этого на миг все будто стихло. Дэвид надеялся, что берберы не прекратят штурм. Это необходимо для его планов.

Снизу, с лестничной площадки, один за другим быстро прогрохотали три выстрела. Рельсотрон замолк.

Дэвид снова щелкнул тумблером микрофона на панели управления.

– Батальоны один, два и три, перейти в зону один. Повторяю, батальоны один, два и три, здесь компункт Сеуты, внешняя стена под угрозой, перейти в зону один и занять позиции.

Почти сразу Дэвид увидел движение в цитадели и кольце отчуждения за ее пределами. Подошвы затопали по земле, наружные ворота распахнулись, и из них выехали грузовики. Берберы продолжили штурм, и бой закипел с новой силой.

– КП, здесь Башня-один. Башня-два выведена из строя, повторяю, Башня-два выведена из строя.

– Вас понял, Башня-один, – ответил один из людей Дэвида. – Мы в курсе. Подкрепление на подходе.

Прошла минута после приказа Дэвида, и площадь под стеной заполнили солдаты Иммари – почти четыре тысячи человек. Именно этот момент – единственную их возможность захватить базу – Дэвид и поджидал. Его руки слегка дрожали, и в этот момент он гадал, способен ли на подобное. Что, если нет? Теперь обратного пути нет.

Техники оглянулись на него, прекрасно зная, что последует. Наконец, один из них негромко проронил:

– Ждем вашего приказа, сэр.

Массовое убийство. Гибель четырех тысяч человек – солдат. Вражеских солдат. «Монстров», – твердил себе Дэвид. Но они не могут быть монстрами. Просто люди по ту сторону линии фронта, оказавшиеся настолько невезучими, что обстоятельства сделали их его врагами.

Дэвиду только-то и требовалось, что сказать нужные слова. Техник нажмет на кнопки, мины под стеной встанут на боевой взвод, доморощенные фугасы сдетонируют, и воцарится пекло. Тысячи солдат – людей – погибнут в мгновение ока.

– Приказа не будет, – отрезал Дэвид.

Все были просто ошеломлены – кроме Камау. Его лицо осталось маской, не выдавшей ни намека на чувства.

Дэвид ступил вперед, к головному пульту.

– Покажите мне, какие кнопки надо нажать.

Это бремя, которое придется носить до конца жизни; и взваливать такую ответственность он может – и должен – только на себя. Техник показал ему последовательность команд, и Дэвид запомнил ее. Ввел коды, и кольцо под стеной превратилось в кромешный ад, словно крепостной ров вместо воды наполнили кровью. По радио раздались отчаянные вопли, и один из техников поспешно его выключил.

Дэвид включил свою рацию.

– Аякс, здесь Ахилл. Наружная стена пробита. Вскрывайте коня.

– Вас понял, Ахилл, – ответил солдат.

Экраны переключились на тюремные крылья. Трое из солдат Дэвида побежали по их коридорам, открывая камеры, освобождая берберов, захваченных в плен, и вооружая их. Битва за цитадель и Сеуту началась.

– Открыть ворота, – приказал Дэвид. – И установите связь.

Он тяжело опустился в «капитанское кресло».

– Связь установлена, – через плечо бросил техник.

– Флот Иммари Альфа, это командный пункт Сеута. Мы атакованы. Повторяю, мы атакованы. Наружная стена прорвана. Нам нужна незамедлительная поддержка с воздуха.

– Вас понял, командный пункт Сеута. Минутку.

Только этих слова Дэвид и ждал. Слоун – на одном из кораблей флота, а характер его Дэвиду известен: он возглавит налет лично. При всех своих недостатках Слоун все-таки никогда не избегал сражения.

– Командный пункт Сеута, здесь флот Альфа. Сообщаем: стараемся организовать поддержку с воздуха. Ожидаемое время прибытия пятнадцать минут.

– Вас понял, флот Альфа. Ожидаемое время прибытия пятнадцать минут. Командный пункт Сеута – конец связи.

Лишь окончательно убедившись, что связь прервана, Дэвид отдал техникам последние приказания.

– Только выждите, пока они глубоко войдут в зону обстрела. У нас нет права на ошибку.

– Даже если они откроют огонь…

– Даже если они пустят в ход все, что у них есть. Ждите. И не наводите рельсотроны на цель, пока они не будут готовы открыть огонь. Кто-нибудь с земли может их предупредить. Завалив эти вертолеты, мы сможем переменить ход истории, – Дэвид подошел к Камау, стоявшему у двери. – Служить с вами было честью для меня, джентльмены. А сейчас мы должны выиграть немного времени.

Он уже протянул руку к двери, когда техник окликнул его:

– Сэр, у нас входящий объект…

– С воздуха?

– Чумная баржа. В миле с небольшим от нас. Идет из Марбельи. Только что запросили разрешение на швартовку и прислали манифест.

Дэвид развернулся к Камау:

– Почему мы об этом не знали?!

– Корабли приходят и уходят, как им вздумается, без графика, – покачал тот головой. – Они могут дожидаться много дней, бросив якорь на рейде, так что это погоды не делает.

Он прошел через комнату к клавиатуре. По большому экрану побежали строки манифеста.

Дэвид обвел взглядом комнату.

– Что на борту? Вооружение? И, раз уж об этом речь, что такое, черт возьми, чумная баржа?

– Это старый круизный лайнер, – отозвался Камау, не отрываясь от компьютера. – Вооружение минимальное – два орудия пятьдесят четвертого калибра на носу и корме. Но… он несет все оккупационные войска, освободившиеся после вторжения в несколько городов Южной Испании. – Он встал. – Почти десять тысяч штыков – плюс новые рекруты из числа тех, кто присягнул Иммари на верность. Кто знает, сколько их там… На борту может быть двадцать тысяч вражеских бойцов. За время рейса наверняка были случаи деградации, но так близко к Сеуте… они уже наверняка за бортом.

Дэвид потер лоб.

– Как скоро они будут здесь?

– Минут через пять-десять.

Выбора не осталось. Подкрепление из двадцати тысяч бойцов, хлынувших из гавани в цитадель сзади…

– Достаньте его, – распорядился Дэвид. – Любой ценой. Затопите.

Он схватил свой автомат и выбежал из дверей, а Камау следовал за ним по пятам.

Когда рельсотроны дадут залп вдоль гавани – по кораблю Иммари, – войска Иммари, оставшиеся в цитадели, сразу же поймут, что их предали. Последнее сражение за Сеуту начнется через считаные секунды.

Добравшись до нижней площадки лестницы, Дэвид и Камау увидели всполохи выстрелов батарей вдоль гавани. Исполинский круизный лайнер взорвался, потом переломился и вспыхнул над водой ровным, спокойным заревом, будто погребальный костер.

* * *

Коста ворвался в комнату как оглашенный, на этот раз не ретировавшись при виде наготы Дориана и женщины.

– Сэр, Сеута атакована. Просят поддержки с воздуха.

Дориан встал, оделся и покинул каюту еще до того, как женщина успела открыть глаза.

Глава 52

Головной флот Иммари Альфа

Близ Танжера, Марокко

Дориан шагал по тесному коридору. В распахнутый люк виднелась погруженная во мрак палуба. На взлетной площадке ворчали двигателями четыре вертолета. Позади них стояли солдаты, дожидаясь его, чтобы вылететь и принять бой.

Впервые с момента пробуждения в той трубе в Антарктиде Дориан чувствовал себя нормальным. Чувствовал себя самим собой. Солдатом, отправляющимся на войну. Он вернулся в родную стихию.

Матросы высовывались из поперечных коридоров в надежде поглядеть на него хоть одним глазком – председателя последней империи человечества, умершего и воскресшего, стоящего выше простых смертных, – то ли бога, то ли дьявола.

Услышав шлепки босых ног по металлу, он обернулся как раз вовремя, чтобы увидеть Йоганну, которая бежала к нему изо всех сил. Она прыгнула, и он ее подхватил.

Обвив Дориана руками, женщина поцеловала его, а он просто стоял – сначала неподвижно, как камень, но потом неспешно обнял ее одной рукой, затем другой и ответил на поцелуй.

Коридор разразился свистом и улюлюканьем.

Ставя ее на пол, Дориан почувствовал, что улыбается. Торопливо погасив улыбку, он снова двинулся по коридору и через люк к дожидающимся бойцам и вертолетам.

* * *

Мартин открыл глаза. В голове прояснилось. Способность мыслить вернулась к нему. Кейт рядом. Он в лаборатории или в больнице. Над ним склонился человек. Мартин его знает. Память вернулась; он говорил с этим человеком с помощью видеоконференций. Он – врач, исследователь из Китая, проводивший исследования с помощью Колокола. Доктор…

– Чанг, – хрипло проговорил Мартин.

– Как вы себя чувствуете?

– Ужасно.

Послышался смех Кейт, и она подошла ближе.

– Ну, хотя бы ты знаешь, как себя чувствуешь. Это уже существенный прогресс.

Мартин улыбнулся ей в ответ, гадая, на что она пошла ради его спасения. Неужели рисковала собственной жизнью? Он надеялся, что нет. Это была бы невосполнимая утрата. Ему нужно было сказать ей так много, так много она должна узнать…

– Кейт…

Корабль вдруг содрогнулся, и Мартина швырнуло через всю комнату. Он врезался в стальной холодильник, и взор его заволокло темными пятнами.