Текст книги "Там где цветут эдельвейсы (СИ)"
Автор книги: Жанна Д
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 6 страниц)
– Всё будет хорошо, родная. Я сейчас созвонюсь кое с кем, и будем ужинать. У нас есть ужин?
– Между прочим, сегодня я готовила, – раздался голос Нади.
– Да, она творила чудо под названием лагман. Митенька, как я хочу домой!
Я посмотрел на неё с усмешкой.
– Завтра! И сразу заберём Павлика от родителей. Жутко скучаю по сыну.
Маша улыбнулась и немного успокоилась. Мне не хотелось, чтобы она так нервничала, я же видел и растерянность, и страх в её глазах. Я понимал, насколько она боится перемен. Все эти суды, признание Андрея погибшим, наш брак, её расшатанные нервы, беременность и теперь снова неизвестность.
За то время, что мы здесь, Маша перестала быть слабой. Хотя, наверно, слабой и не была никогда. Просто металась из одной крайности в другую. Я почему-то подумал, что был не прав тогда, пять лет назад. Я мог бы быть более настойчивым, и Пашка мог бы быть моим сыном, а Андрей был бы жив и здоров, может быть, женился бы на какой-нибудь принцессе и изменял бы ей с фрейлинами. Но мы оставались бы друзьями. А теперь нет. Я выполню свой долг и буду вспоминать бывшего друга.
Хотя весь этот расклад годился для живого и здорового во всех отношениях Андрюхи. А если нет? Если он инвалид на всю оставшуюся жизнь? Разве мы его бросим?
Я поел невероятно вкусный лагман, похвалил Надюшку, попросил Машу записать рецепт этого восточного супа и вышел на улицу позвонить.
Договорились с Игорем Владимировичем встретиться ещё раз завтра с утра, до нашего отъезда. Заодно и позавтракаем.
Несмотря на жуткую усталость, пошёл прогуляться с девочками в парк. Погода тёплая, осень вступила в свои права на все сто: и деревья позолотить успела, и ковры шуршащие под ноги кинула. Темнеет поздно, и в лучах заходящего солнца бьющие вверх фонтаны рассыпаются каплями, так похожими на маленькие драгоценные камни. И посреди водяных струй заточён кусочек радуги – кажется, протянешь руку и дотронешься до чуда.
Маша шла, молча держась за мою руку. Надя фотографировалась на фоне зданий, фонтанов, клумб, лавочек, цветников. Попросила снять её рядом с памятником героям войны Маншук Маметовой и Алии Молдагуловой. Потом сделала кучу селфи около главпочтамта. И под конец разрыдалась в голос.
– Вы понимаете, я же больше никогда-никогда сюда не приеду. Мой город детства останется только в памяти, как и папа. Вот и всё. Это конец!
Моя Маша обняла её.
– Нет, Надюша, это начало. У тебя начало новой жизни, и у нас с Митей тоже. Ты нас в Москве не забывай.
– Нет, я не забуду! И в гости к вам ходить можно?
Я только выдохнул. Конечно, можно. Но как эту девочку понять, когда у неё то любовь, то вот как сейчас – дитя неразумное?
***
С Игорем Владимировичем встретились за тем же самым столиком, что и в прошлый раз.
Он подошёл, расположился напротив меня.
– Так что вы мне хотели сказать, Дмитрий Иванович?
– Нет, я не сказать, я спросить хотел.
– Спрашивайте.
– Этот столик прослушивается, потому мы здесь?
– Нет, наоборот, этот столик не прослушивается, и потому мы здесь. Придётся поверить на слово и выключить диктофон.
– Да я интервью у вас не беру, потому диктофон мне без надобности. Кто заставил Надю написать мне письмо?
– Мы. Кроме того, мы её и на практику к вам устроили. Глупая девочка, влюбилась…
– Не стыдно?
– Стыдно! Её откровенные фото я уничтожил, их никто не видел. Но это была гарантия, что она сделает всё как надо.
– Иначе они могли попасть в сеть?
– Правильно мыслите. И не надо на меня так смотреть, цель оправдывает средства.
– А совесть? Как с ней быть?
– Мы пришли говорить не о философии и не о том, что хорошо, а что плохо. Вы принесли видео?
– Я хочу знать, что это за видео?
– Вы же его смотрели. Копию не сняли?
– Нет. Зачем? Но вам придётся поверить мне на слово.
– Верю. Вам верю. Так вот, я вам расскажу, что вы видели. Одна российская нефтеперерабатывающая компания имеет у нас в стране очень хороший бизнес, являясь монополистом в поставке качественного российского бензина. И всё шло у компании хорошо до того момента, как некий господин, имеющий очень большой вес, не возжелал получать с компании доход в свой карман в обмен на добротную, качественную «крышу». Но компания не захотела делиться. А потому наняла левых, но первосортных исполнителей. Они ворвались в дом хозяина «крыши», связали его личную охрану, увезли человека в горы и под дулом пистолета заставили написать, что в связи с личной симпатией он бесплатно берёт под своё покровительство и предоставит защиту. Главное, чтобы компания налоги платила. Для того, чтобы сей договор закрепить, не очень чистый на руку журналист всё это безобразие снимал на видео. Дальше он должен был весь материал отдать и получить гонорар. Но! Он решил, что, сделав копию, сможет шантажировать как влиятельного человека, так и российскую компанию. А в случае неуплаты грозился опубликовать компрометирующий материал. Вот со стороны влиятельного человека к нему и приставили местного журналиста. Однако не учли личных обид Ерлана на своего покровителя. Я не знаю, о чём и как Ерлан с Нестеровым договорились. Но флешку Ерлан не достал. Хотя утверждал, что она у него в руках и копий никаких нет. Я не знаю, каким образом Ерлана с Андреем столкнули лбами, а может быть, и даже скорее всего, они нашли третьего покупателя компромата. Но Нестеров обещал устроить лавину, выстрелив в нестабильный снег. Он хотел взять все деньги себе, чтобы не делиться с коллегой. Но в вертолёте находился человек, опять-таки нанятый исполнителями. Вы поймите, Дмитрий Иванович, ни компания, торгующая бензином, ни исполнители такой пилюли от простого кинооператора не ожидали. В результате человек в вертолёте снимал своё кино. После того как машина зависла над ледником, Ерлан спрыгнул и уехал вниз, вслед за ним спрыгнул Нестеров. Достал ракетницу и не выстрелил, поехал за Ерланом, отбросив пистолет в сторону.
– Это есть на вашей флешке?
– Есть. Человека, их сопровождавшего, мы арестовали, и его будут судить за двойное убийство. Он выстрелил дважды, по свидетельству пилота, и лавина пошла…
– Вы предлагаете бартер?
– Да. Флешку на флешку. И тогда ваш друг сможет восстановить своё честное имя, если вспомнит его.
Я согласился.
========== Часть 23 ==========
День шёл за днём, неделя за неделей. И всё вроде бы было хорошо, даже не хорошо, а стабильно, но мысли об Андрее одолевали. Думалось всякое. Где может быть человек без документов с полной потерей памяти и осознания собственного я?
Конечно, я сделал все, чтобы возобновили розыск Андрея с учетом новой информации.
Только надежды, что его найдут, не было никакой. Да и кто станет искать?
Звонил систематически Игорю Владимировичу. Он обещал помочь…
Родителям Андрея мы ничего не сказали. Маша позвонила им как-то, но наткнулась на холод и отчуждение. Просили их не беспокоить, мотивировали тем, что внук растёт с чужим человеком, так что и не внук он им. Умоляли не травить душу – и так тяжело.
Маша не понимала.
Ей казалось, что, оставшись без сына, родители Андрея должны были тянуться к Павлику. Но увы. Я объяснял, что это ревность и, наверно, зависть – как она может жить дальше, когда Андрея с ней нет!
Я их не осуждал, мне кажется, что Маша тоже не осуждала.
Сходили мы с ней на УЗИ, узнали, что наша девочка развивается нормально. Вот радость. Разглядывал первые фотографии, на которых почти ничего не видно, но знание, что там родной человек, грело душу.
Есть два чуда – реальных, весомых таких. Это чудо рождения и чудо смерти. Я ждал третьего: найти того, кто потерялся.
В тот день лил дождь. Промозглый, осенний. Я вернулся из командировки и, полежав в горячей ванне и запив холод крепким кофе, собрался сесть за компьютер и написать очередной опус о том, что творится где-то в Средней Азии и по большому счёту не имеет ко мне никакого отношения.
Работу надо выполнять.
Звонок жены выдернул меня из описания акции протеста народа против правительства, то есть требований людей, вышедших на несанкционированный митинг. Конечно, его разогнали: кого-то посадили, кто-то оказался виноватым.
– Мить, занят? Не отвлекаю? – раздался в трубке её радостный голос.
Ну что тут ответишь? Носит же человека неизвестно где в такую хмарь!
– Машунь, говори быстро всё как есть, и я работать дальше.
– Мить, мне книжку должны доставить. Получишь? Я задержусь немного.
– Ты где?
– Не ругайся, гуляю с Пашкой по детскому миру, девчачьи платьица смотрю. Мы скоро приедем, если захочешь кушать…
– Открою холодильник, – перебил я её. – Маша, что за книжка?
– Да новая вышла у моего знакомого писателя, я заказала по интернету, должны доставить, а мы с сыном забыли совсем.
– Хорошо, получу.
– Мить, ты поставь её в шкаф к двум другим, ладно? Или, если не найдёшь, положи на мой стол.
– Книжка-то о чём? – спросил просто так, но ответ меня сразил.
– Митенька, я ещё не читала, но эта третья.
– Получу, не беспокойся.
С усмешкой подумал о странностях беременных женщин и вернулся к своей статье.
Пока дописал, забыл о книжке, а потому визит посыльного оказался полной неожиданностью. Получил, расписался и решил глянуть, чем народ на жизнь зарабатывает.
Французская фамилия автора, как и имя Поль, на меня впечатление не произвели. Сюжет тоже показался банальным, но душещипательным – как раз для женской аудитории. Страдания натуральные как у главного героя, так и у главной героини, волею судеб разлучённых, но помнящих друг о друге. Повествование обильно сдобрено качественным порно. Короче, ширпотреб высшего качества. Поставил я книжку рядом с двумя остальными и озаботился приготовлением ужина. Раз делать нечего, то почему бы семью не побаловать. Никак не мог понять, почему мысленно снова и снова возвращаюсь к книжке. Уменьшил огонь под мясом и опять взялся за чтиво.
И вдруг меня осенило: дело не в том, что написано, а в том, как оно написано. Я находил знакомые обороты речи, часто употребляемые словосочетания, специфически оформленные предложения. Передо мной был текст моего пропавшего друга. Да я мог спорить на что угодно – эту книжку написал Андрей!
Господи, я дёргался, переживал, думал чёрт знает что, а он всё время находился рядом. И с мозгами у него всё в порядке.
Со стороны можно было подумать, что я сошёл с ума – хохотал как ненормальный. Я ездил в Алматы, я потратил кучу времени. Я переживал и уже не надеялся найти его, а он стоял нераскрытыми книжками у меня в доме на полке. Он общался с моей – или со своей? – женой в интернете. Вот откуда эта кулинарная порно-эротика в голове Марии.
Я вспомнил, что ещё в Алматы скопировал себе название сайта, на котором сидела Машка. Зарегистрировался под левым ником, чтобы жена не догадалась пока, и написал сообщение французскому писателю-романисту.
«Здравствуй, я узнал тебя, так что и ты узнаешь меня. У меня есть очень важная для тебя вещь. Ты можешь вернуть своё имя, если хочешь. Ты невиновен».
Я нажал на Enter и приготовился ждать. Я как идиот пялился в экран, но ответ не приходил. В голове роились мысли. Неужели я ошибаюсь? Неужели я совсем спятил и ошибся? Неужели это не он?
Вернулась Маша, я не стал ей ничего рассказывать. Вечер прошёл как обычно, но она заметила мою нервозность. Пришлось соврать, что дело в статье. Я дождался ночи, когда моя жена, уложив Павлика, уснула сама. И тут на моё сообщение пришёл ответ.
«У меня проблемы с памятью, твой номер мобильного не вспомнил. Напиши».
Я вбивал цифры трясущимися руками, ошибался и вбивал снова. Наконец у меня всё получилось, я отправил номер. Зелёный огонёк, извещающий, что мой собеседник в сети, исчез. Нет, он не позвонил в эту ночь. И весь следующий день я поглядывал на телефон зря.
Его звонок застал меня в офисе.
– Здравствуй, Дима, давай обойдёмся без сантиментов, хотя ты всегда был падок на них. В этот раз я проиграл. Рассказывай, что у тебя есть.
– У меня есть видео с вертолёта.
– Это аргумент. Встретимся?
– Где?
– Приезжай ко мне в Марсель. Шенген есть, надеюсь? Солнце, воздух – у меня тут красиво. Вот и поговорим. Ты же понимаешь, что такую вещь передают из рук в руки, а не посылают почтой.
Я согласился.
Мы встретились через неделю в кафе на нейтральной территории. Я сразу и не узнал его. Он хромал, но не это главное. Андрей был седым. Совершенно белым. А ещё что-то изменилось в лице.
– Что смотришь, Димочка-счастливчик? Не дай Бог тебе пройти через то, что испытал я. Но ты победил. Как всегда. Ты же всегда и во всём побеждаешь. Давай то, что привёз. Мою историю ты знаешь. Она тебе больше неинтересна. На Машку не претендую. Даже рад за нее – не одна будет, с тобой. Другого бы заинтересовать ей трудно было – холодная она, хоть и хороший человек, да и дура. Её эротико-кулинарные опусы такая глупость!
– А твоя Зауре, значит, просто огонь? – я с пренебрежением сказал то, что сказал. По его внешнему виду понимал, что в деньгах он не нуждается, а учитывая наличие виллы на берегу, понял, кто обеспечивает Андрею красивую жизнь.
– Можешь не верить, но именно такая. Природа ведь гармонию любит. Вот и компенсирует внешнее внутренним. Зауре не красотка, ей это не надо при ее уме, пылкости и…
– И деньгах, – оборвал я Андрея, и тот не возразил. – Ты бы хоть родителям сообщил, что жив.
– Я начал с нуля, и меня в моей теперешней жизни всё устраивает. А за родителей не беспокойся – не пропадут.
– Что ж ты Маше голову морочил?
– Следил за ней, тобой, сыном. Но мы поговорили, так что всё – отрезало. Пользуйся на здоровье.
– Неужели я не знал тебя никогда?
– Ой, только нюни не распускай. Знал, то есть думал, что знал, а я думал, что был другим.
– Прощай! Пора мне.
Я встал из-за стола, отдал ему флешку и, не оборачиваясь, пошёл к выходу из кафе.
– Погоди, Митя! – услышал в спину.
Обернулся. Андрей догнал и обнял меня. А я прижал его к себе в ответ. Слёзы навернулись на глаза, но мы не стеснялись их.
– Ты прости меня за всё, – произнёс он, – виноват я и перед тобой, и перед Машкой. А Павлик… Ты из него человека вырастишь. Береги их! Хотя тебе доверяю. Я хотел как лучше, а получилось… Верь мне.
***
Выйдя из зоны прилёта, я наткнулся глазами на Надю и разозлился. Вот ведь неугомонная! Но тут же злость сошла на нет, потому что рядом с ней стояла Маша. Мои девчонки, как же я рад вас видеть.
Подошёл к ним, обнял, а потом закружил обеих. Люди вокруг смотрели на нас как на сумасшедших. А мне… Нет – нам было хорошо.
***
У каждого из нас теперь есть своё завтра. А Надя останется нашим другом. Общим – и моим, и моей жены. Пройдёт время, она встретит своё счастье, и мы всё равно будем дружить.
