Текст книги "Хранитель. Цикл историй (СИ)"

Автор книги: Waisur

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 18 страниц)

– Айй-й… пожа-жи! – голова вдруг резко снова заболела, – завтра точно приду и поговорим. Ещё раз прости.

– Хорошо… отдыхай, Кейн. И никуда не ходи, – завершил Дэниел на выдохе.

– Пока… – звонок завершился.

Кейн бросил пустую бутылку в мусорку и отправился прямиком в спальную комнату. Там он бросил телефон на тумбочку, а после и сам упал на холодную простынку, прижимаясь к ней оголённым телом. Сон не заставил себя долго ждать. Утром пришлось проснуться от будильника. В голову моментально ударило похмелье.

– Чёрт! – прошептал Кейн, с трудом вставая, – надо же было напиться в среду…

Голова просто плавилась. Первым делом в ход пошли таблетки, а уже после завтрак и переодевание. Хорошо, что Кейн довольно стойкий к попойкам человек. Все болячки тут же прошли, что позволило спокойно отправиться на работу. На месте снова началась скучная рутина, правда, работа давалась с трудом из-за мыслей, всё мучавших дурную голову: «Как я вообще смог с ним так поссориться?! Я же обещал, что всегда буду с ним рядом, что бы ни случилось. Если я не извинюсь, мне конец. Моему смыслу жизни конец. Он и так столько заботился обо мне и всё прощал, а я… я ублюдок неблагодарный…» Время до обеда шло медленно, тянулось, словно плавленый сыр. Обычно утром все дела идут быстро, но точно не сегодня. Кейн не возжелал отобедать, куда больше его волновал предстоящий разговор с президентом и его сыном. Когда незаметно подкралось время обеда, Кейн отправился на 10-й этаж. Вокруг стояла гробовая тишина. Ни звука, ни ветерка. Казалось, будто стены давят на тело всем своим колоссальным весом. Пройдя по длинному, богато украшенному коридору он подошёл к нужной двери. Медленно, нерасторопно, собираясь с мыслями, пришлось постучать.

– Войдите, – глухо послышался голос Валента, спокойный и пронзительный.

Кейн неспешно вошёл. Рядом с дверью, на небольшом тёмно-синем диване сидел Дэниел, весь подавленный. Его глаза жалостно блестели и Кейн не понимал, от чего это.

– Ах, господин Сумрак! – саркастически улыбаясь, начал Валент, вставая с правительского места. Неспешно он подошёл к центральным креслам кабинета, – присаживайтесь.

Удивлённый реакцией на его персону, Кейн не стал противиться сказанным словам. Обстановка вокруг казалась гнетущей, напрягающей. Даже почудилось, что в глазах начало мутнеть от напряжения.

– Ну, поговорим, дорогие мои…, – продолжил старший Цинтра. И Дэниел, и Кейн уже были готовы к разговору чрезвычайной важности, – …начнём с самого интересного. Дэниел!

Дэниел вздрогнул и напрягся. Мельком он глянул на рядом сидящего Кейна. На секунду в лице парня можно было прочитать немое «прости…»

– Молодец, сынок. Действуешь, как крыса, – Валент небрежно кинул на стол стопку документов, погнутые на две половины, – переписал, значит, этому идиоту, который тебя вечно обманывает, данное тебе мной наследство. И что, по твоему, этот олух будет делать с целым этажом? Максимум притон откроет!

– Отец… – робко начал Дэниел. Его проигнорировали и тут же перебили.

– Кейн! Я не выкинул тебя из страны до сих пор только по тому, что ты сильное оружие! Просто свинское поведение, – гнев закипал, словно вулкан. Ругавшийся еле как сдерживал свои руки от желания причинить кому-нибудь боль, – вы оба неугомонные! Ты, Дэниел, всё никак не можешь понять, что этому придурку нельзя доверять, а ты в свою очередь… – пальцем указал он на черноволосого, —…пользуешься добротой и наивностью моего сына!

– Отец, он меня не предавал…, – еле выступил Дэниел, дрожащим голосом, – …он же спас мне жизнь…

– И что с того?! – вновь повысился строгий голос, – теперь ему всю жизнь можно зазнаваться?! Разве вчера он не издевался и не презирал тебя?

Кейн всё молчал. Он чувствовал себя виноватым, но это не угомонило его отвагу:

– Никого я не предавал! – скрестил он руку на руку, – я делал это лишь из самых выгодных соображений.

– Выгодных? Для тебя одного, щенок?! – Валент не сдержался и ударил по столу кулаком из всех сил, так, что тот дал трещину. Кейн резко притих, как и до ужаса испуганный Дэниел, – так, всё! Кейн, скоро Дэниел станет следующим президентом. Ты будешь ему только мешать! Завтра ты будешь уволен. Больше ты не будешь работать в отделе охраны, а также у тебя изымается водительское удостоверение. Тебе запрещается использовать силу имера, и больше ты не вербовщик, – Валент на секунду взглянул на своего сына, – также я запрещаю тебе общаться с Дэниелом и переселяю тебя на границу между Крауном и США. Всё. Не обсуждается!

Как Кейн, так и Дэниел вовсе не ожидали такого выговора. Сумраку досталось по полной программе. Уже глубоко внутри своего сознания он начал искать себе новую работу каким-нибудь уборщиком в самой ущербной забегаловке.

– Это… не слишком жестоко?… – Дэниел предпринял попытку защитить лучшего друга, всё не отходя от шокового состояния, – …отец, правда, не стоит так…

– Дэниел! – прервал грубо командующий беседой, – ты всё слышал! Никакого общения! После обучения ты займёшь моё место, хочешь ты того или нет.

Все резко замолчали. Дышать стало несказанно тяжело. Кейн даже не мог ничего возразить. Его будущее будет растоптано уже завтра. Чего-чего, а такого он не ожидал. Терпение Валента оказалось далеко не безграничным и все это прекрасно знали, но пренебрегали. Можно сказать, что Кейна лишили элитного статуса и унизили в прах. Теперь он понижен до первого тира, обычного рабочего, выполняющего обязанности обсуждающего персонала. Ни денег, ни связей, ни чести.

– Кейн, прости… – Дэниел прикрыл рукой слезящиеся глаза, – …это я виноват. Если бы я тогда не сказал… – он имел ввиду вчерашнюю ссору, о которой проболтался отцу. Дэниел корил себя за эту ситуацию. Он считал виноватым себя и только себя. Ему будет очень жаль прощаться с лучшим, единственным другом.

Кейн молчал, покорно склонив голову. Он смотрел сквозь пол, а в его мозгу всё никак не могла перевариться информация. Разум заполнился множеством чувств: печаль, обида, злость, тоска, сожаление… всё в одну минуту.

– Может, сразу повеситься?... – шепотом, еле слышно пробормотал себе под нос Кейн, сам даже не уловив, что сказал.

– Кейн?! – вдруг дёрнулся друг скорбящего о своей судьбе, – не говори так! – слёзы были хорошо и отчётливо видны на его щеках, лицо залито краской, а светло-коричневые глаза будто потемнели.

– Не реви, сынок, – прервал строгий отец, вставая с насиженного места. Он медленно подошёл к Дэниелу и властно взял его за плечи, – пусть делает, что хочет. Тебя это больше не должно касаться.

Молодого Цинтру окончательно парализовало от шока. Кейн же всё так же обречённо вглядывался в узоры на красивеньком ковре.

– Иди, Сумрак, и не приходи более.

И Кейн встал, ничего не сказав. Он медленно направился к выходу. Дэниел хотел встать или сказать что-нибудь в след, но тяжёлая рука отца лишь грозила, говоря о том, что страшный разговор ещё не окончен. Обречённый и сломленный Кейн уже коснулся дверной ручки. Глаза его были схожи со стеклом, разум был словно в тумане. Он потерял смысл, ради которого хотел жить и работать – Дэниел. Его спаситель, лучший друг, что успел уже стать братом, семьёй. Что же делать дальше, в таком отчаянии, без путеводной звезды? Не успел Кейн поразмыслить перед уходом, как вдруг дверь сама по себе резко открылась, не при помощи усилий руки. Это был очень сильный воздушный толчок, от которого Кейн отлетел аж до стола, за которым недавно сидел. Кейн сквозь туманный рассудок увидел встревоженных Дэниела и Валента. Их реакция была вполне оправдана: в кабинет зашли два неизвестных имера во главе с Агатой Мартен, прямиком из самого Сайнс Индастрис.

– Давненько не виделись, – кокетливо начала девушка, гордо ступая по взъерошенному коврику, – работайте! – женщина отдала приказ своим сподручным, и те начали действовать.

Валент незамедлительно начал создавать иллюзию, чтобы перевести ситуацию в свою сторону, но сделать он этого не успел. У него за спиной тут же появился один из убийц с ножом в руке. Послышался звук пронзания плоти сквозь ткань делового костюма. Старший Цинтра упал, истекая кровью и медленно переставая подавать признаки жизни.

– Отец! – прокричал сын, пока ещё не осознающий, что произошло.

Дэниел подошел поближе к отцу и спустился к нему на колене, придерживая дрожащими руками кровоточащую рану. Он весь трясся, будто в судорогах. Его отец медленно отдавал свою душу всевышнему. Не успел сын поскорбеть, как вдруг начал действовать второй убийца. При помощи неизвестной силы Дэниела ударили, и он лишился своих способностей. Как физических, так и своих уникальных, имерских. Взгляд до ужаса испуганного парня переключился на Кейна, который только-только начал приходить в себя.

– Всех убить! – продолжила Агата, ехидно улыбаясь и наслаждаясь происходящим. – кроме того, чёрненького, – указала она в сторону Кейна, облизывая и прикусывая нижнюю губу, медленно слизывая с нее блеск.

Кейн, шатаясь, встал на ноги. Он оценил ситуацию: Валент мёртв, Дэниел без сил смотрит на труп отца и не хочет осознавать его смерть. На Дэниела неожиданно напали, собираясь покончить и с его жизнью в одно действие. Кейн подключился к делу и остановил выпад ножа водяным потоком. Агата радостно расхохоталась и начала хлопать в ладоши, всё наслаждаясь шоу. Сумрака захотели вырубить точно так же, как и Дэниела, каким-то неизвестным прибором, но от этой атаки ему удалось увернуться. При помощи тени удалось контратаковать, запустив сгусток черноты прямо в глаза врага. Второй человек вновь нацелил клинок на бездвижного Дэниела, но тот только и мог, что прикрываться руками и оплакивать смерть отца. Благо, Кейн успевал защищать. Он подставился под удар вместо Дэниела, получив по мягким тканям куском стали. Мужчина всё использовал свои силы: в равной степени как тень, так и воду. Он то создавал сгустки тьмы, то обрушивал водовороты, но всё было тщетно. Сила двух неизвестных имеров была очень велика, отчего Кейн не мог делать два дела одновременно: атаковать и защищать. Удары проходили по нему раз за разом, тело всё слабело, а кровь лилась рекой. Сумрак упал на пол без сил, уже полностью защищая своим телом тело Дэниела. Дух был истощён, всё было обречено. Дэниел уже готовился пойти след за отцом.

– Эй! – нахмурилась наблюдающая злодейка, – сказала же, чёрненького не убивать!

Подчинённые опешили, чем и воспользовался Кейн. Он собрал остатки своей силы и создал туман, который заполнил всю комнату за пару-тройку секунд. Сразу после этого вокруг Кейна закружилась чёрная дымка, которую после он перенаправил в Дэниела. Спустя пару мгновений всё исчезло, будто ничего и не происходило. Единственный оставшийся из рода Цинтр тоже исчез.

– Вау, – удивилась Агата, – а мой любимчик уже успел обзавестись такой шикарной силой! Забавно, забавно.

– Кх… – Кейн отхаркивал сгустки тёмной крови, что всё старалась выбежать из его тела, – …ты его не убьёшь. Не найдёшь, – все силы покинули его. Своим последним приёмом он исчерпал свой лимит.

– Ладно, пофиг, куда ты там его телепортировал, – злорадствуя отвернулась злодейка спиной и пошла из кабинета, что был полностью перекрашен в красный, – возьмите чёрненького… Кейна. И пойдём отсюда.

– Есть, – отозвались двое. Один из них был сильно ранен, чуть ли не при смерти, но на ногах держался более-менее уверенно.

Кейн потерял сознание. Больше он ничего не видел, не слышал, не чувствовал. Дэниел же очнулся на минус первом этаже, где находились камеры с особыми имерами, которые как-либо провинились. А точнее – в блоке охраны со своими работниками. Уже там, немного оклемавшись, он попросил помощи.

День 1

Очнулся Кейн в тёмной камере, со связанными цепями руками, что были прикованы к потолку, а ноги крепко держали металлические капканы. Разум дурманило чем-то непонятным, а силу имера заблокировало при помощи специальных металлов.

– Проснулась, птичка, – по ту сторону решётки заговорила женская фигура с длинными чёрными волосами, в довольно откровенном костюме, – как тебе твоя новенькая клетка?

Агата достала ключ и открыла дверцу. Она подошла поближе к Кейну, по пути тщательно вглядываясь в его побитое лицо. Кейн же в свою очередь принялся лучше разглядывать наряд развратницы: маленький топик еле как прикрывал грудь, а из-под шорт, если хорошенько приглядеться, даже можно было рассмотреть лямки трусов. За спиной у неё был прикреплён хлыст, свёрнутый в спираль.

– Блять… – Кейн попытался схватиться за голову от резко подступившей боли, но руку крепко держала сильно натянутая цепь, – …а можно было со мной как-нибудь нежнее, пизда такая?

– Хах-ха! – женщина злостно, безумно смеялась в лицо, – в этой камере ты получишь столько «нежности», что с ума сойдёшь!

– Пытать меня собралась? Пха-х! – не смотря на безвыходную ситуацию, Кейн скалил зубы, – ну и зачем? Нужна информация, хах?! Тогда я очень не выгодный заложник.

– Мне без разницы, знаешь ты там что-то или нет, – Агата подошла ещё ближе к Кейну. Она сняла с пояса плеть и начала извращённо водить ей у шеи мужчины, – главное, что я с тобой хорошенько развлекусь, красавчик.

– Хах.., – Кейн всё не спускал улыбки, хоть и стать рабом безумной развратницы, которая в прошлом оставила на его торсе огромный шрам, – …ну и что мне сделать, чтобы удовлетворить вас, миледи? Может, песенку спеть?

– Стони погромче!

Сразу после слов последовал неожиданный удар плетью. Кейн стиснул зубы, терпя. После лихорадочной, жгучей боли он невольно рассмеялся:

– Весёлый отпуск меня ждёт, ха-ха! – ещё один удар прошёлся по телу, но улыбка, назло страшной женщине, не спадала.

Удар шёл за ударом, тело с головы до пят горело адским пламенем. Довольно быстро появились кровоточащие раны, что с каждым слоем перекрывали друг друга.

– Так и будешь смеяться? – Агата остановилась после того, как Кейн безумно смеясь начал медленно затихать и опускать голову.

– Хах.., – он смотрел себе в ноги, картинка перед глазами плыла, будто водная рябь, – ха-ха…ха…

– И вправду, сумашедший, – надзирательница вновь улыбнулась, глядя на то, как с раба сыпались его длинные, чёрные, шелковистые волосы, – мы тут с тобой на долго, дорогуша. Мне, конечно, не то чтобы интересно, но ты прервал мой план. Может, всё же скажешь, куда и как ты дел Дэниела Цинтру, а взамен я смягчу наказание? Знаешь ли, теперь его убить будет куда более проблематично. Охраны там понаставили хорошей, не той, что была раньше.

– Хах, обойдёшься! – выдал заложник, приподняв больную голову и взглянув злу в глаза, сквозь чёрный занавес растрёпанных волос.

– Хо-х, как скажешь. На следующий раз придумаю тебе пытку получше.

– Смотри не переусердствуй. Уверен, у такой шлюхи, как ты, с фантазией всё просто прекрасно!

– Заткнись! – прошёл крепкий удар плетью по груди. Жертва всё терпела, стиснув зубы, – Сейчас ты моя шлюшка, и только!

– Ха-ха-ха-хаа!!! Ну-ну!

Удары наносились с особой яростью. Пытки не останавливались, но пока Кейн терпел. Его состояние доводили до полуобморочного, давали паузу на отдых и продолжали с ещё большей жестокостью. Когда Кейн уже не смог терпеть, его голос утих, а сам он отрубился, надзирательница ушла.

День 2.

Кейн очнулся без ведома о времени. Он осмотрел свои раны: весь торс был истерзан в клочья, некоторые раны до сих пор кровоточили. Руки и ноги уже начали стираться об оковы. Сильно хотелось есть и пить. Спустя некоторое время к двери вновь подошла Агата. В руках она держала шприц с неизвестным веществом и какую-то небольшую машинку, которую Кейн не мог рассмотреть.

– И снова привет, сладенький, – ключом она открыла скрипящую дверь и вошла. – сегодня мы с тобой хорошенько поговорим.

– Я, кажется, уже говорил тебе, что от меня ты ничего не узнаешь, шлюха.

– Ого, а у тебя ещё остались силы огрызаться. Отлично, – Агата подошла ближе. Она вколола шприц с неизвестным содержимым Кейну в шею. Тот пытался дёргаться и сопротивляться, но попытки были четны, – это чтобы разговорить тебя. С этим наркотиком ты по началу станешь куда более эмоциональным, а потом полностью сломаешься и потеряешь человечность. Круто, правда?

– Убери. Мерзость! – Кейн дёргался, пока в глазах его начинало потихоньку мутнеть. Со временем связь с мозгом терялась, а реальность будто уходила куда-то в космос, – что за… хрень?

– Просто наркотик. Знаешь, немного насобирав на тебя информации, я узнала о тебе немного, особенно про твою разгульную жизнь. Странно, я была уверена, что ты уже успел побаловаться с наркотиками в своё время, – Агата обходила тело своего раба кругами, осматривая каждую его клеточку. Она всё выжидала, пока вещество не подействует полностью, – хороший мальчик. Надеюсь, ты на деле такой же стойкий, как на словах.

Тело Кейна расслабилось, он перестал понимать, какие эмоции и чувства он испытывает. Мозг окончательно перестал слушать тело, они стали разными частями.

– Вижу, уже подействовало, – Агата встала ровно перед Кейном, скрестив руку на руку, – я задам тебе несколько вопросов, а если меня не устроит ответ, ударю тебя шокером для мотивации, – она подняла вверх ту самую маленькую коробочку, – не бойся, сегодня у меня хорошее настроение, так что мы с тобой быстренько закончим и тебя покормят.

– Ты… блять…, – мозг Кейна прекрасно слышал и понимал каждое слово, но обработать информацию не мог, – сука мразотная…. что тебе от меня надо?

– Ха-ха! – рассмеялась она, радуясь реакции, – а наркотик-то хорош! Видел бы ты себя со стороны, хах! Не то, что вчера.

– Заткнись… мразь… в ушах звенит…

– Всё нормально, сладенький, так и должно быть, скоро привыкнешь, – надзирательница подошла чуть ближе, чтобы подставить электрошокер к шее Кейна, – и так, первый вопрос. Что за новая сила у тебя и как ты её получил?

– Ха-ха-хах! – резко, очень внезапно рассмеялся Кейн, сам того не заметив, – хах, это два вопроса, дура!

– Отвечай, – она ударила шокером на полную мощность, от чего смех быстро сменился на хрип.

– Да пошла ты, – он заметно утих. Резкую смену тона обуславливал как раз наркотик, – по-шла-ты-на-хуй!

Агата ударила ещё два раза. После этого Кейн зашипел и начал улыбаться одним уголком рта.

– Повторю вопрос ещё раз. Что за сила?

Кейн снова усмехнулся. В голову пришли воспоминания. Очень горькие воспоминания: о том, как Кейн искал капсулу с цинтрием, о том, как вколол его себе и о том, как его потом ненавидел лучший друг, которого он считал своей семьёй, неожиданно проступили мелкие слёзы. Минута прошла в тишине.

– Ну, так и будешь реветь? Говори! – от нетерпения Агата ударила вновь. Кейн сильно сморщился.

– Я…, – грустно и тихонько пролилось слово, – …я не должен был этого делать.

– Что делать?

– Это…, – Кейн понемногу сдавался наркотику, его разум вот-вот поддастся ему полностью. Терпеть такое напряжение очень сложно, – ….он злился, очень. Я идиот.

– Ясно. Ничего не ясно, – женщина приложила руку ко лбу тяжело вздыхая, – ладно, задам вопрос попроще. Где сейчас последний Цинтра?

– Дома?.. – тут Кейн искренне не знал, что ответить. Он волновался за друга, но вопрос Агаты его от части успокоил, ведь это значило, что Дэниела они ещё не обнаружили.

– Сколько у вас имеров в армии?

– Наверно, много… – Кейн смотрел в глаза Агаты непонимающим взглядом, – …молодых точно много было… вроде…

– Да какого хрена?! – со злости она вновь ударила Кейна шокером, – ты хоть что-то внятное сказать можешь?!

– А? – Кейн так и не сдался до конца наркотику, отчасти он мог мыслить и сдерживать свой голос, не считая некоторых моментов – а-а-а… ой! А кто это, ах-ха?! Я тебя помню! – вновь безумно засмеялся мужчина, – это ты мне тогда на лицо села? Или это не ты была?... Или не на лицо?... Ну, эта, которая ещё… как там… шлюха!

– Да заткнись ты! – очередной удар, от которого прошипел Кейн, но улыбку с лица он не снимал, – ладно, хватит с тебя, всё равно ничего внятного сказать не можешь.

– А! Стой, нет! Вспомнил. Это же ты тогда меня своими волосищами связала и об мой член тёрлась, да?

Агата кулаком ударила Кейна в пах, самое уязвимое место. Мужчина попытался сгорбиться от сильной, резкой боли, но движения его всё так же были ограничены цепями.

– Ой.., – Агата чуть отошла от жертвы, – …не больно? – саркастично спросила она, не ожидая ответа, – уж прости. Постарайся меня больше не бесить, окей? Твоя вторая голова мне ещё понадобиться, так что я бы предпочла сохранить её, – пальцами она нежно прошлась по половому органу мужчины, а затем перешла к его губам, заглядывая в чёрные, как сама тьма глаза, – достоинство у тебя то, что надо, Кейн. Не бойся, перед смертью ты ещё не раз успеешь им воспользоваться.

После этих слов Агата отстала и начала отходить в сторону двери. Когда она вышла из камеры, подоспели 3-е подручных. Один из них нёс огромную цепь с оковой, а ещё двое – неизвестный аппарат с длинными трубками. На шею Кейну прицепили металлический «ошейник» и закинули цепь, что от него вела, на огромный крюк, прикрепленный к потолку. «Шлейку» посильнее натянули, чтобы заключённый не мог двигать головой. После подключились ещё два человека с непонятным механизмом. Один из них поставил ящичек, наполненный некой пищевой массой на пол, не далеко от ног Кейна, а второй поднял трубку, ведущую от ящика, и начал вставлять её в рот заключённого. За этим извращением пристально наблюдала Агата. Кейн пытался сопротивляться, ведь чувство было не из приятных, но не удавалось сделать совершенно ничего, труба вошла через шею до желудка очень быстро и безумно болезненно. Неизвестный прибор запустили, и по достаточно толстой трубке начала идти еда. Медленно она поступала в глотку. Всё это Агата прозвала «кормёжка». Кейну это мероприятие не нравилось от слова совсем. Похоже, что из-за наркотика у него отключился рвотный рефлекс, ведь тошнило его жутко, без всякий последствий. После пищевой массы последовала вода, на этом извращённый процесс закончился. Трубку начали аккуратно вытаскивать. Кейн долго кашлял после того, как изо рта вытащили инородное тело. Его лицо выражало сильнейшее недовольство. Он уже было хотел возразить, но вдруг понял, что не мог нормально говорить из-за повреждений в горле. Довольно быстро люди собрались и покинули камеру. Прошло некоторое время. Кейн и в правду не понимал, который сейчас час, день или ночь. Впрочем, это было и не важно, ведь теперь каждый его день будет извращённой пыткой. Разум вернулся к владельцу. «Чёрт, эта извращенка… мерзость! Сука, чтоб она сдохла!..» Кейну захотелось в туалет. Конечно же, ему пришлось терпеть, ведь настоящий мужчина не может вот так просто опозориться. «Блять, а это она предусмотреть не могла?!» – сразу же после этой мысли на горизонте появилась Агата. Она вновь вошла в камеру, в сопровождении нескольких людей. На этот раз они несли небольшие трубки, одна из них была похоже на трубку для капельниц.

– Ну как, красавчик, у тебя дела? – Агата устремилась ближе к мужскому телу. Не стыдясь она принялась водить по подтянутому, соблазняющему телу.

– Бешенная сука! – огрызнулся Кейн со всей своей злостью.

– Не бесись так. Лучше поспи немного.

Агате подали в руку очередной шприц. Внутри него был наркоз. Незамедлительно она вколола его Кейну. Довольно быстро мужчина стих и его начало клонить в сон. Во время сна кандалы, что были на ногах, сняли, чтобы убрать штаны. Точнее, те клочки ткани, что от них остались. Агата в очередной раз полюбовалась достоинством, а после отдала приказ: её подчинённые начали подключать моче– и кало– отводы к Кейну. Описывать такой процесс, думаю, не стоит. Проснулся мужчина вновь скованный, в полном одиночестве, только теперь со всякими мешающими штуками снизу. Негодовал Кейн на всех языках мира, что знал.

Так шла неделя. Кейна продолжали пытать и пытать в надежде выудить хоть какую-то информацию, но всё было тщетно. Агата делала это по большей части не ради того, чтобы что-то узнать, а просто, чтобы повеселиться. Несмотря на своё плачевное состояние Кейн умудрялся порой сопротивляться и огрызаться, за что получал всё больше и больше наказаний. Стоит также отметить особую озабоченность Агаты: она вечно приходила в красивой, откровенной одежде, словно на свидание, повторяя соблазняющие слова и движения. Кейн ей нравился, но вот её способы проявления любви отвращали заключённого. К слову, у него не было и подобия плана о том, как сбежать. Он даже не знал, где находится, есть ли здесь другие заключённые или охрана. Наркотик, что ему вкалывали по нескольку раз ежедневно, сводил с ума и делал более восприимчивым ко всему. С каждым днём состояние только и ухудшалось: как физическое, так и моральное.

День 9.

До этого дня Кейн яро сопротивлялся наркотику, заставляя свой мозг думать. К его сожалению, вещество было на столько сильным, что рано или поздно самое страшное последствие могло произойти. В камеру вошла Агата, всё так же гордо расхаживая и любуясь тем, что она сотворила со своей любимой куклой.

– Ну как ты, пёсик? Ничего не болит? – после этих слов она слегка дёрнула за трубку, что шла из-под лохмотьев, то есть за мочеотвод.

– Тварь… – Кейн говорил хрипя. Эти издевательства конкретно так поднадоели, его лёгкий смех словно улетучился. Особенно его нервировала вся эта тема с трубками. Он уже был готов на всё, лишь бы это сняли с него, – …заебала. Когда ты уже кончишь со своей озабоченностью?!

– Ха-ха! – барышня прислонилась к истерзанному телу, – ещё долго нам быть вместе, золотце. Это любовь с первого взгляда, прошу принять её с достоинством.

Агата вновь вколола содержимое шприца и начала ждать реакцию. С каждым таким днём Кейна сводило с ума всё больше и быстрее. Этот раз не исключение. Практически сразу должный эффект был оказан.

– Побеседуем, Кейн, или опять будешь нести чушь?

В ответ Кейн лишь пусто смотрел в глаза женщины. Неожиданно в его голову пришла какая-то не очень хорошая мысль, это стало причиной того, что он резко начал задыхаться. Агата к такому была не готова и от того удивилась.

– Так ты уже не говоришь, – процедила она то ли радуясь, то ли волнуясь.

– З-заткнись! – выкрикнул он резко на столько громко, на сколько ему позволило его больное горло.

– Всё-таки пока говоришь, – женщина задумалась. Она пристально смотрела на шею Кейна, всё прокручивая в своей нездоровой голове какой-то новый замысел.

Пока Агата мыслила, в тёмном коридоре мельком показалась сначала тень, а после человеческий силуэт. Он быстро проскользнул за спиной надзирательницы. Она этого не заметила, как и Кейн не смог рассмотреть, кто же это был.

– Ладно… – оторвалась от мыслей черноволосая развратница, – …посиди… то есть, постой, подожди. Я сейчас вернусь.

Она удалилась из камеры, оставив её открытой. «Открыто. Но я всё равно не сбегу. Сила не работает. Искать меня не собираются. Это игра до конца. Не думаю, что такими темпами я долго продержусь…» В камеру кто-то вошёл. Это была не женщина. Мужская фигура, которую Кейну удалось рассмотреть. Этот «кто-то» подошёл ближе. Человек казался смутно знакомым.

– Кейн, значит.., – проговорил грубый голос, – …уродец.

– Ты ещё кто такой? – с такого расстояния Кейн смог рассмотреть короткие, белые волосы и резкие, острые черты лица, – ещё один слуга той ебанутой шлюхи?

– Да как ты смеешь так называть её?! – прокричал со всей злости смутно знакомый. Говорил он не сдерживая искренних чувств, это было хорошо заметно.

По Кейну последовал удар, прямо в челюсть. Голова резко закружилась, а из рта полилась кровь.

– Ты! Мерзкая крыса! – ещё один крепкий удар, только в живот, – да что такого она в тебе нашла?!

Начался кашель, от удара Кейну стало ещё хуже. По его торсу ещё несколько раз прошлись кулаками, на его бледном теле прибавилось ярких синяков.

– Ублюдок, убью тебя! – в темноте сверкнуло лезвие. Неизвестный достал из-за пояса цельнометаллический нож. Он принялся рассматривать своё отражение в металле, любуясь своей же эмоцией, – убью, и она снова вернётся ко мне!

– Вот же ж блять…, – Кейну удалось вспомнить человека, что сейчас угрожает ему смертью. То был Ален, муж Агаты и наследственный владелец Сайнс Индастрис. Безумец не меньше своей жёнушки. «Ладно… убьёт так убьёт. Один хрен, та сука собиралась сделать то же самое…»

Ален взмахнул клинком. Им он распорол Кейну живот от пупка почти до груди. Моментально хлынула кровь. Если сильно приглядеться, то даже можно было разглядеть некоторые кости. Беловласый мужчина замахнулся второй раз, но удар не последовал. В коридоре послышались шаги. Это всё ближе подходила Агата. Когда жена увидела мужа, впала в ярость. Так же она заметила и окровавленный нож с полуживым телом.

– Ален! – воскликнула она, не скрывая негодование, – ты, ёбаный ублюдок, как посмел?!

– Дорогая…, – мужчина опешил. Он явно не ожидал, что его жена на столько быстро вернётся.

– Я не разрешала тебе вмешиваться в мои дела!

– Но, дорогая.., – пытался оправдаться он, размахивая руками по обе стороны, —…из-за него… этот ублюдок! Он мешает нашим отношениям!

– Кто? Кейн? – Агата вновь перевела взгляд на своего заложника, всего в крови и ссадинах, – не твоё дело, с кем я тут развлекаюсь!

– Но… из-за него мы перестали проводить время вместе! – Ален вновь взялся крепким хватом за нож, скалив зубы, – я убью его, и ты снова будешь со мной!

– Не смей! – властно выдала женщина, выбив кровавый клинок из рук мужчины, крепко ударив его плетью по руке, – или я тебя убью!

– Нет! Я должен убить его! – мужчина упал на колени и потянул руки к клинку, чтобы поднять его и совершить задумку.

Кейн наблюдал за этой сценкой, из-за действия наркотика он думал, что эта ситуация милая. Муж с женой ссорятся из-за измены, романтика. Ален мог бы притянуть клинок к себе при помощи своей силы имера, но он это не сделал. Как и Агата, внутри камеры ещё ни разу не применила свои способности. Объясняется это тем, что в камере помимо особых сплавов, которыми прикован Кейн, ещё есть большой концентрат антицита. Антицит – соединение особых металлов и цинтрия, что в реакции дают подобие «радиации», которая отключает цинтрий внутри мозга и тела человека. А если ещё дополнительно сковать тело тем самым особым металлом, действие усилиться в несколько раз. Сбежать из такой ловушки имеру невозможно. Агата с большой силой наступила ногой на руку Алена, не давая схватиться за холодное оружие. Мужчина простонал от боли.

– Я же сказала, что убью тебя, если не будешь слушаться! – Жена крепко схватила его, вовсе не жалея. Медленно он начал задыхаться, не оказывая сопротивления.

– Ага-та…, – на последнем выдохе простонал мужчина, после чего хват ослабили, но всё ещё придерживали одной рукой.