Текст книги "Эльфийские сказки (СИ)"

Автор книги: Villano

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 6 страниц)

– Не твое собачье дело, убийца недоделанный! – огрызнулся Таркаэль, вызывающе глядя прямо в любимую Тьму глаз Темного Принца, за что и получил сполна.

Раз! И он стоит, уткнувшись лицом в шершавый ствол.

Два! И на нем нет ни клочка одежды.

Три! Обнаженное сильное тело впечатывает его в дерево, в ягодицы упирается возбужденный член, а в острое ухо летят жестокие слова:

– Мерзавец! Самый неправильный эльф за всю нашу историю! Неужели у тебя нет ни капли гордости? Какого дьявола ты столько лет изображал из себя человека? Ты обрезал волосы! Разрешил человеческим мужчинам прикасаться к себе! Занимался с ними сексом! Ты, сын Светлого Владыки, опозорил род эльфов, позволяя себе все это.

– Надо было убить меня триста лет назад, Энарис! И не было бы тогда всего этого позора, – сумел вставить слово в гневный монолог темного Таркаэль, с трудом сдерживая стон удовольствия от шарящих по всему телу рук, от страстного засоса в шею и от любимого аромата возбуждения Темного Принца, который невозможно перепутать ни с чем.

– Надо было, – согласился Энарис, поворачивая голову светлого к себе и добираясь поцелуями до краешка неправильных губ.

Еще чуть-чуть – и они будут его. Снова! Господи, как долго он ждал этого дня. Как много сделал для того, чтобы однажды сделать этого глупого светлого эльфа своим навсегда!

– Не смей целовать меня в губы! Трахни, унизь, заставь облизать тебя с ног до головы, но оставь в покое мои губы, ты понял?

Энарис не стал ему отвечать. Развернул к себе лицом и впился в него сумасшедшим поцелуем. Вырвал обжигающий ответ… и отлетел прочь аж на несколько метров, откинутый мощным заклинанием. Приземлился на спину, хотел вскочить, но не успел, потому что на него верхом уселся взбешенный Таркаэль. Схватил за руки, прижал их за головой к земле, набирая в легкие воздух, чтобы высказать все, что накипело в нем за эти годы.

– Да что ты себе позволяешь, темный мерзавец! Кто ты такой вообще?! Оставь меня в покое! Моя жизнь – это только моя жизнь. Что хочу, то и делаю. Ты не имеешь ко мне никакого отношения!

– Еще как имею, светлый! – прошипел Энарис, резким рывком меняя все на корню.

Перевернулся, подмял хрупкого эльфа под себя, раздвинул его ноги и ворвался в него со всей страстью, скопившейся за триста лет разлуки. Таркаэль сопротивлялся изо всех сил, но когда Энарис принялся вбивать его в ковер из мягких еловых иголок, погружаясь в него так глубоко, как только возможно, он потерял над собой контроль. Выгнулся навстречу, вцепился в иссиня-черные волосы, расплетая косу за долю секунды, и превратился в пылающий комок удовольствия.

– Энарис…

– Нет, Таро, не так. Ты называл меня не так!

Темный перевернулся на спину, усаживая любимого на себя. Так он добьется своего быстрее всего. Притянул Таркаэля к себе, вбиваясь в него неглубоко и очень быстро. Успел сорвать ускользающий поцелуй с губ и услышал то, что хотел:

– Риссс… ооооох… Риииисссс!

Белые пятнышки спермы, рассыпавшиеся по смуглому животу Энариса, и долгий стон Таркаэля не оставили ему ни единого шанса продолжить начатое.

– Таро…

Ответом ему было молчание и тяжелое сопение в шею. Темный провел руками по по-прежнему изящной, но теперь уже совсем не хрупкой спине и запустил пальцы в серебро волос.

– Что ты делаешь? Не…

– Заткнись. Я не позволю тебе разгуливать в таком непотребном виде, – перебил Таркаэля Энарис.

Светлый замолчал, а его волосы с каждой секундой становились все длиннее, скользя по спине и накрывая обоих серебряным покрывалом.

– Зачем ты нашел меня? – не выдержал молчания Таркаэль, приподнимаясь на руках, чтобы заглянуть любимому в глаза.

– Догадайся с трех раз, – смутился Энарис.

Сказать все, что хотел, оказалось вовсе не так просто.

– Соскучился по мужскому телу? – нехорошо прищурился Таркаэль.

– Да, – ляпнул темный, по привычке скрывая правду от всех и вся. Почувствовал, как дернулся от мысленной пощечины любимый, и понял, что усложнил себе жизнь в разы. – Таро, послушай…

– Хочешь повторить все еще раз? – перебил его Таркаэль. – Ты шантажируешь меня человеческим бардом Тарорисом, а я унижаюсь и делаю все, что ты захочешь, да?

– Таро, нет. В этот раз все будет совсем не так, – сказал Энарис и не успел остановить скользнувшего вниз светлого.

Его неправильные губы обхватили уснувший было член, язык пробежался по головке, и темный задохнулся от накатившего удовольствия.

– Таро… ооох… Тарооооо…

Энарис потерял счет времени, плавясь в тонких руках Таркаэля и растекаясь по траве потерявшей разум медузой. Как он мог забыть, насколько светлый хорош? Или это человеческие любовники сделали его таким опытным в сексе? Сейчас Энарису было плевать даже на это. Он приподнял лицо лежащего на себе обессиленного оргазмами Таркаэля к своему. Самое время сказать правду.

– Таро, я л…

– Увидимся во Дворце моего отца, темный, – перебил его Таркаэль, и не успел Энарис глазом моргнуть, как схлопотал заклинанием прямо в лоб, засыпая мгновенно. Получил грустный поцелуй в губы и тихое: – Мне нужно время подготовиться, любимый, иначе я покончу с собой завтра же.

…

Таркадариэль сидел на дереве в саду Светлого Владыки и нагло подглядывал в окно принцессы Ринакаэль, когда его внимание привлек шорох внизу. Каково же было его удивление, когда из нижних ветвей вынырнул странного вида светлый эльф. Изящный, как хрустальная статуэтка. Его удивительные серебряные волосы были распущены, а из одежды на нем были только черные штаны. Но ведь светлые не носят черное! Таркадариэль постарался слиться с деревом по максимуму, и ему это почти удалось. Почти, потому что эльф, проползший мимо него еще выше, внезапно остановился, протянул руку и схватил его за ухо.

– Ай! Больно!

– Ты что здесь делаешь?

– А ты? – перешел в наступление дроу.

Будут тут всякие светлые юнцы на него наезжать. Еще чего! Выдернул ухо, потер покрасневший острый кончик и вызывающе уставился на полуголого наглеца. Некрасивый… нет, не так – неправильный… но… какой-то… Таркадариель задумался на секунду, подбирая ему кличку. Обаяшка. Или даже няшка. Да, точно! Няшка. Его так хотелось обнять, приласкать…

– Ой! Ты что!

Нехилая пощечина мигом привела дроу в чувство. Светлый поморщился, потирая отбитую ладошку, а Таркадариэль, глядя на это, даже не смог ответить ему тем же. Разве можно обижать такого славного чудика?

– Не смей так смотреть на меня, понял? Я с тобой спать не буду.

– Ха! – не удержался дроу, отправляясь следом за устремившимся вверх по дереву эльфом. – Ты не в том положении, чтобы командовать. Я могу опозорить тебя на раз, если скажу, что видел в полуголом виде, с распущенными волосами и ползущим по дереву под окнами принцессы за день до ее свадьбы.

– Придурок, – рассмеялся эльф, забираясь в окно этажом выше покоев принцессы. – Я ее сводный брат. Принц Таркаэль.

Таркадариэль не рухнул с дерева вниз, только потому что его за шкирку поймал светлый. С трудом втянул в окно и уронил на пол, присаживаясь рядом, чтобы отдышаться.

– Ты Таркаэль?! Класс! Вот это да!

– А ты чего так разволновался, темный? – покосился на мальчишку Таркаэль. Высокий, сильный, очень красивый и какой-то неуловимо родной, он заставлял его нервничать. – А ты, вообще, кто?

– Я со свитой Темного Владыки приехал, – уклончиво ответил дроу. – А разволновался я, потому что меня зовут почти так же, как тебя. Таркадэль. Всего одна буква, представляешь?

– Да уж, невероятное совпадение, – согласился Таркаэль, поднимаясь с пола. – Ладно, чеши отсюда, развратник. Я, так и быть, принцессе ничего не скажу.

– Мне у вас скучно, – принялся строить жалостливые моськи Таркадариэль. Это он умел делать в совершенстве. – Можно я с тобой побуду? Ты не такой зануда, как они.

– А что мне за это будет? – заулыбался Таркаэль, позволяя себе поддаться на лесть. В конце концов, у него тут тоже друзей не было.

– Я тебе что-нибудь расскажу про Владыку и Темного Принца, хочешь?

– Даже не знаю…

– Я про них много чего знаю. Особенно про Энарисадариэля, – сказал Таркадариэль, заваливаясь в постель светлого и наблюдая за ним ну очень пристально.

Кто бы мог подумать, что любовь отца будет такой… хрупкой, беззащитной и славной? Его же нельзя оставлять одного надолго! Вдруг это серебряное чудо кто-нибудь обидит? Таркадариэль посмотрел на с трудом заплетающего самому себе косу светлого эльфа, тяжело вздохнул и пошел его спасать. Кто-то же должен? Пока отца нет.

– Таркадэль, мне, вообще-то, 550 лет, – сказал двадцать минут спустя Таро, глядя в зеркало на дроу, который доплетал сложную косу, беззаботно выдавал ему страшные тайны Темного Принца и выглядел не юным эльфом, а заботливым родителем.

– Ну и что? Ты выглядишь максимум на 250, так что не бубни, малыш.

– Огребешь ведь. Какой я тебе малыш?

– Ты же няшка, и я больше тебя по размерам чуть ли не вдвое, хоть мне и 162 года, – рассмеялся темный, заканчивая плести косу. – Что ты мне сделаешь?

Таро отвечать не стал. Просто забросил наглого юнца на постель, навалился сверху и принялся щекотать. Таркадэль смеялся, вежливо отбивался и сдаваться не собирался. Светлый практически победил, когда веселью настал конец.

– Какого черта?! Убью!

Грозный рык от двери раскидал обоих в разные стороны. Энарисадариэль влетел в спальню, искрясь от ярости и желания прибить Таро на месте. За то, что сбежал, за то, что спер штаны, за то, что барахтался тут с Таркадариэлем, в то время как он, Темный Принц, несся к нему со всех ног, чтобы признаться в любви!

– Пап, все не так, как ты думаешь! – начал Таркадариэль.

Увидел, как налился Тьмой отец, наткнулся взглядом на ошарашенного Таркаэля и ударился в позорное бегство. Ну их, пусть сами разбираются. Вылетел из покоев, пробежал пару-тройку коридоров и понял, что заблудился напрочь. Чему и обрадовался неимоверно. Когда еще представится возможность побродить по Дворцу Светлого Владыки без сопровождения? Вдруг что интересное попадется? Негромкие голоса за одной из дверей окончательно превратили Таркадариэля в разведчика. Он подкрался к двери и прислушался. Как оказалось, не зря.

…

Таро кружил вокруг кровати, тщательно сохраняя дистанцию. Энарис по другую сторону выглядел слишком злым. Кто знает, что у него на уме?

– Маленький светлый поганец! Да как ты посмел так нагло надо мной издеваться?

– Подумаешь, усыпил. А то, что я твои штаны забрал… нечего было мои рвать!

– Ты, похотливый, развратный мерзавец! Тебе моего члена мало? Решил моего сына на себя подсадить?

– Мы просто баловались, идиот! – от возмущения Таркаэль даже остановился. – Ты что несешь, вообще!

Энарис воспользовался этим немедленно: метнулся через кровать, схватил светлого за косу, закидывая на постель и сдергивая с него штаны.

– Я тебя укатаю, светлое чудовище. Ты это заслужил!

Таркаэль только и смог, что застонать от острого наслаждения вслух. Любимый член вошел в растянутую с утра дырочку как по маслу. Сильные руки выгнули за волосы дугой, а зубы прошлись по острому уху цепочкой ощутимых укусов.

– Рисс…

– Громче, Таро, громче!

Энарис вжался в упругие ягодицы до упора, придерживая их рукой, повел бедрами по кругу и принялся вбиваться в него глубоко-глубоко, лаская острый кончик уха губами.

– Рииисс…

– Поцелуй меня в губы, Таро. Сердцем.

– Нееет…

– Да. Мы оба хотим этого больше всего на свете.

– Ннне… ооооох….Риииссс…

– Да, Таро. Ты же все понимаешь, мальчик мой. Ты простил меня давным-давно, человеческий бард Таро-Рисс. Ну же!

И Таркаэль не устоял. Просто не смог. Слишком много… слишком быстро… слишком… всего слишком. Выгнулся еще больше, подчиняясь железной воле и сильной руке Энариса. Прошелся по его совершенному лицу пальцами и поцеловал в губы. Сердцем.

– Я люблю тебя, Рисс.

– Я то…

Грохот распахнутой двери снес обоих с постели мгновенно. Взъерошенный, окровавленный и запыхавшийся Таркадариэль рухнул на пол, чудесным образом одевая взрослых эльфов в штаны, рубашки и даже башмаки.

– Таркадариэль! – метнулся к сыну Энарис. Ощупал его всего, понял, что ничего страшного с ним не случилось, вылечил неопасную, но весьма эффектную царапину на лице и рывком поднял на ноги. – Полагаю, ты наткнулся на каких-то заговорщиков и разделался с ними?

– Да, все будет так, как ты и предпола…

– Отвечаешь за Таркаэля головой, понял, притворщик? – перебил его Энарисадариэль.

– Да, отец, – обиженно потер шею Таркадариэль. Ну вот, побыл героем, называется! Впрочем, отца обмануть ему никогда не удавалось. – Меня, между прочим, ранили! А ты думаешь не обо мне, а о нем.

– Ты темный воин, а он светлый олух! – ответил Энарисадариэль, поворачиваясь лицом к Таро, который почти сумел залепить ему оплеуху за такой унизительный эпитет. Перехватил тонкую руку, поцеловал костяшки и прижал любимого к себе. – Не злись, Таро. Останься в своих покоях вместе с Таркадаириэлем. Во Дворце в ближайшие пару часов будет небезопасно.

– Это еще почему? – попытался вырваться Таркаэль. Получил тяжелый взгляд в ответ и притих. – Что происходит?

– Моя жена решила устроить переворот. Хочет убить моего отца, меня и нашего сына.

– Но зачем?!

– Мой старший сын – не мой сын, – ответил Темный Принц, косясь на Таркадариэля. Тот закивал головой, соглашаясь. И откуда узнал, спрашивается? Подслушал? С него станется! – Она хочет сделать его отца Владыкой Черных Чертогов.

– Светлый Владыка…

– Нет, Таро. Это дело Темных. Светлые не будут вмешиваться. Таковы правила, вспомни. Тот, кто вмешается во внутренние дела другого рода, будет изгнан. Завтра на свадьбе Светлый Владыка усадит за стол рядом с собой того, кто выиграет битву за власть, вот и все.

– Это неправильно! – возмутился Таркаэль. – Это же бред, Рисс! Мы же все эльфы, какая разница, темные или светлые? Мы должны помогать друг другу, а не смотреть на кровавые разборки со стороны!

– Таркадариэль? – обернулся к сыну Энарис. – Теперь ты понимаешь, почему я оставляю тебя защищать этого глупого светлого? За триста лет так ничего и не изменилось!

– Да, пап, – улыбнулся парень. – Прекрасно понимаю. Он слишком славный и добрый, чтобы ходить где-либо без охраны. Наверняка попадет в неприятности.

– Да я вас обоих в порошок сотру! – возмутился Таркаэль. – Вы что о себе возомнили, а? Темные отморозки! Маньяки недобитые!

– Береги его, – не обратил внимания на шипение Таро Энарис. Только обнял покрепче. – Глаз не спускай. Он очень хитрый, настырный и благородный. Не поддавайся на его провокации.

– Договорились, – кивнул Таркадариэль, внимательно наблюдая за тем, как отец привязывает тихо ругающегося светлого к огромной дубовой кровати магической веревкой.

Перед его глазами мелькнуло воспоминание: два эльфа, темный и светлый, один в другом, обнаженные и душой, и телом, на этой постели… Таркадариэль покраснел до кончиков ушей, одновременно с облегчением понимая, что да, красиво, да, абсолютно правильно для этих двоих, и да, совершенно неправильно для него самого. Никаких мужчин в постели. Только женщины. Таркадариэль посмотрел на отца, целующего светлого эльфа так, как он не целовал никого и никогда, улыбнулся и превратился в послушного сына, обретая вместо жестокой, расчетливой матери невероятно славного и няшного отца. В том, что Темный Принц сделает Таркаэля своим супругом, он даже не сомневался. Как и в том, чьих рук делом была вся эта затея с Лиакаэль, чужим сыном и разборками темных эльфов в Белых Чертогах.

– Пап, ты знал, что моя мать беременна от другого, когда брал ее в жены? – решил вернуть увлекшегося отца в реальность Таркадариэль.

Он, конечно, убил тех двоих, кто обсуждал детали убийства Темного Владыки, но тем не менее! Время-то не стоит на месте.

– Да, – с трудом оторвался от Таро Энарис.

– Мы не будем помогать Темному Владыке? Он все-таки мой дед. Почему ты не любишь его?

– Мой отец убил моего деда. И не за то, что тот полюбил светлого эльфа, а за то, что правил слишком долго, – ответил Энарисадариэль. – Отец знал, что Лиакаэль беременна от другого, когда я женился на ней, и не сказал мне ни слова. Вот пусть сам со всем и разбирается. Я, черт возьми, Темный Принц, а не светлый герой, и не собираюсь прощать ему все это.

– Ты в выигрыше в любом случае, не так ли? – уважительно посмотрел на Энариса Таро. – Если умрет твой отец, ты получаешь трон, если твоя жена – ты получаешь свободу. Отлично придумано.

– Да, – не стал скромничать Энарисадариэль. Провел пальцем по острому уху Таро… – Какого черта?! Почему у тебя осталась всего одна серьга?

– Я умер дважды, – отвел глаза Таркаэль.

– Только не говори, что первый раз тебя убил я, – побледнел Энарисадариэль.

– Не ты, – не моргнув глазом соврал Таро. Увидел Тьму в любимых глазах и сказал правду: – Ты ушел, а вместо тебя пришли те две зверюги, что охраняли нашу золотую клетку. Я потерял слишком много крови и не смог с ними совладать.

– Я не… – начал говорить Энарисадариэль, но понял, что сказать ему нечего.

В тот день он передумал убивать Таркаэля, когда катана уже опускалась на его беззащитную голову. Никакие серьги жизни эльфа бы не спасли. От Карающего Клинка нет спасения.

– Да?

– Прости меня, Таро, – прошептал Энарис и поспешил отвернуться, но наткнулся на сына и тут же взял себя в руки. – Мне пора.

Темный Принц ушел, а в комнате воцарилась тишина. Из тех, которые можно потрогать руками. Таро посмотрел на Таркадариэля.

– Веревку развяжешь?

– Еще чего! – сказал дроу, послушно берясь за отцовские магические узлы. – Мне приказано тебя охранять и глаз не спускать.

– Я знаю. Но никто не запрещал тебе делать это в самых разных частях Дворца, не так ли?

– Так.

– Мне нужно двадцать минут, чтобы подготовиться, – сорвался с места светлый.

– Да не вопрос. Мой драгоценный братец сейчас наверняка убивает моего деда. Мы же не хотим им мешать?

– Ни в коем случае, – вылез из огромного шкафа Таркаэль.

Нацепил на пояс метательные ножи и надел перевязь со стрелами и лук, впервые за много лет чувствуя себя настоящим эльфом.

– Ого! А ты умеешь всем этим пользоваться? – удивился Таркадариэль.

– Да.

Светлый улыбнулся так, что он раз и навсегда передумал называть его няшкой вслух. И слегка позавидовал отцу, которому достался такой ценный приз.

…

Белые Чертоги – это вам не Черные. Никакой планировки и четких линий. Где кончается один этаж и начинается другой? Почему, обходя Дворец по внешнему кругу, ты, в конце концов, попадешь в подземелья? Сколько труда понадобилось, чтобы вырезать огромный кружевной Чертог из белого мрамора? Как Светлые умудрились засунуть гору с водопадом в самый центр Дворца, оставляя их в стороне? Никакой логики – сплошные парадоксы и чудеса. Таркадариэль устал удивляться через два часа экскурсии. Просто таращился на те диковины, что показывал ему Таркаэль, и старался не выпускать магическую веревку, привязанную к поясу эльфа, из рук. На место событий они пришли как раз вовремя: битва между Темными была в самом разгаре.

– Наводчиком будешь? – усмехнулся Таркаэль, устраиваясь поудобнее в одной из ниш пустующего оркестра. Резные стены и ограждения позволяли видеть все происходящее внизу во всей красе.

– А то!

– Я сорвал джек-пот, – рассмеялся Таркаэль, прислоняя колчан со стрелами к колену, на котором стоял. – Мне помогает убивать дроу юный Темный Принц. Счастье есть.

– Не зарывайся, – поморщился Таркадариэль.

Хотел добавить что-то еще, но в зал внизу ворвалась группа темных эльфов, накидываясь на Энарисадариэля со спины. Тонко свистнули стрелы – и все пятеро упали под ноги Темному Принцу мертвыми. Легкое марево развеяло стрелы в телах, возвращая их обратно в колчан.

– Вот это номер! – восхитился юный дроу. Потер руки в предвкушении и принялся раздавать указания.

Энарисадариэль сражался в центре зала. По большому счету, он мог все это пропустить, оставаясь зрителем до самого конца, но это было так…. так по-светлому, что он не удержался и как бы принял сторону отца. Надо поддерживать репутацию. Впрочем, Владыку ему обмануть не удалось. Они обменялись понимающими взглядами, едва Темный Принц появился на поле боя. Энарисадариэль занялся женихом своей жены, а Владыка – внуком и Лиакаэль. Сторонников и противников Владыки в зале было почти поровну, так что Темный Принц не торопился. Своих людей он на этот праздник не пригласил. Зачем? Он и один неплохо справится. Триста лет справлялся, и ничего, жив-здоров.

Владыка убил Лиакаэль, Лиакадариэль смертельно ранил Владыку, Темный Принц прижал претендента на трон к полу, когда ситуация поменялась в корне, потому что в дело вступили люди: вторая часть дружины короля Мирослава во главе с его сыном, пришедшая творить правосудие, ворвалась в зал с твердым намерением вырезать всех. Светлый Владыка, наблюдающий за побоищем через магический кристалл, пересчитал своих подданных, покачал головой, сетуя на то, что браки между мужчинами сильно сократили рождаемость, и предоставил людям полную свободу действий в весьма ограниченном пространстве тронного зала. Чужими руками убивать давних недругов легко и приятно.

Первым погиб Темный Владыка, забирая с собой человек двадцать, короля Мирослава II, своего внука и трон Светлого Владыки. Из вредности. Волна от Ледяного Шара отморозила конечности еще парочке человек и троим эльфам. Их добили очень быстро, а потом взялись за Темного Принца Энарисадариэля, по прозвищу Карающий Клинок, которого люди боялись, ненавидели и боготворили одновременно. Он снес голову любовнику своей жены, собрал вокруг себя темных эльфов, и принялся за людей.

– Слушай, я вот одного не пойму, зачем мой отец тянет резину? – через десять минут жестокой бойни спросил Таркадариэль. – Магов он прибил в самом начале, а те сорок человек, что все еще бегают по залу, не представляют для него и его восьмерых… эээ… семерых дроу особой опасности.

– Он хочет, чтобы эти темные эльфы погибли в бою с честью, а не от его руки за предательство, – ответил Таркаэль, снимая метким выстрелом одного из человеческих лучников, додумавшихся забраться на балкон второго этажа.

– Думаешь? – усомнился дроу.

– Уверен. Твой отец очень щепетилен в этом вопросе, друг мой.

– Он тебя поэтому убил?

– Да, – грустно улыбнулся Таркаэль. – Но я знал, что так будет, так что ни о чем не жалел. Ни тогда, ни сейчас.

– А что ты сделал?

Таркадариэль покраснел под укоризненным взглядом светлого, но взгляд не отвел. Ведь отец его не убил! Хотел, но не убил, а значит, простил, а значит, ничего страшного, если сын узнает. В назидание, так сказать, чтобы ошибки не повторять… Таркаэль прочел мысли юного дроу по лицу, рассмеялся и сказал:

– Ты видел нас в постели, когда вломился в мою спальню?

– Да, – еще больше смутился Таркадариэль. – Ну и что? Это очень красиво. Он большой, сильный и красивый, а ты маленький, хрупкий и сладкий. Вы созданы друг для друга! Он ведет, а ты подчиняешься.

– Он убил меня за то, что однажды все было наоборот.

– О… ого…а… э…

Слова у парня кончились. Отец позволил светлому себя…

Юный дроу неловко повернулся, зацепился ногой за резной выступ и чуть не рухнул вниз. Это спасло Энарисадариэлю жизнь, потому что Таро поймал Таркадариэля за шиворот, случайно посмотрел в дальний угол балкона и увидел то, что не должен был увидеть никто: принцессу Ринакаэль, держащую в руках натянутый лук.

– Сука! – выругался Таркаэль. – Тебе войны мало было? Сколько можно мстить?!

Три стрелы свистнули практически одновременно. Первая пронзила сердце Ринакаэль, а вторая сбила с курса стрелу, выпущенную коварной эльфийкой в Темного Принца, когда-то давным-давно разбившего ее сердце.

Две стрелы, срезавшие кончик правого уха Энарисадариэля, подсказали ему, что терпение Светлых на исходе и с битвой пора заканчивать. Он перестал играть и Цепной Молнией очистил зал от всех живых, кроме затаившихся на верхнем ярусе любимого и сына. С ними Энарис собирался разобраться чуть позже.

…

Светлый Владыка грустно смотрел на своего сына. Вот к чему приводят неосторожные связи. Некрасивый, глупый, добрый и бесполезный. Ошибка во всем.

– Принц Таркаэль, ты понимаешь, что натворил?

– Да, отец. Принцесса Ринакаэль хотела развязать еще одну войну. Я это остановил, – ответил Таркаэль, стараясь не смотреть Владыке в глаза. Видеть там равнодушие и презрение было невыносимо. – Темный Принц Таркадариэль был рядом со мной и все видел.

– Ага. Ну да. Конечно, – откашлялся Мирадэль. Это несколько меняло дело. – Так или иначе, ты вмешался в дела Темных эльфов и за это будешь изгнан. Тебе запрещено появляться на территории Белых Чертогов ровно тысячу лет.

– Но это несправедливо! – возмутился Таркадариэль.

– Темный Принц, проводи Принца Таркаэля до выхода из Дворца, – сурово посмотрел на сына Энарисадариэль… и моргнул. С кем не бывает?

Но Таркадариэль мгновенно воспрял духом, подхватил Таркаэля под руку и потащил к выходу из кабинета Светлого Владыки:

– Твой отец – настоящее чмо! Ничего, не переживай, он еще сто раз пожалеет о том, что так с тобой обращался. Обещаю.

Владыка Черных Чертогов Энарисадариэль снисходительно посмотрел на Владыку Белых Чертогов Мирадэля, скривившегося, как от зубной боли.

– Ты понимаешь, что на данный момент принц Таркаэль – твой единственный наследник? До тех пор, пока у тебя снова не родится сын или твоя вторая дочь не родит внука.

– Да, – еще больше загрустил Мирадэль.

Кто бы знал, как ему все это надоело! Там, в кабинете, лежит недописанный роман, а тут… Ну что еще этому настырному темному надо? Да еще похороны дочери… Сколько можно хоронить детей? За свои три тысячи лет он похоронил уже троих. Надоело. Только сделает одного, как другой умирает. Как назло. Мирадэль задумался. Он не спал с эльфийками больше пятисот лет. Сможет ли? Вопрос вопросов.

– Я забираю Таркаэля с собой, светлый.

– Надеюсь, ты сделаешь его своим любовником и затрахаешь до смерти. Он мой позор. Весь какой-то … неправильный. Как будто-то и не эльф вовсе.

– Скажешь еще хоть слово о моем будущем муже в таком тоне – и я сотру все здесь в порошок, – тихо-тихо сказал Темный Владыка.

Воздух в кабинете наполнился морозной свежестью и колкими снежинками смерти.

– О твоем… о ком? – переспросил Мирадэль, как-то вдруг понимая, что ничего не сможет противопоставить новому Темному Владыке. Вообще ничего.

– Через месяц принц Таркаэль станет моим мужем. Никто из светлых эльфов не приглашен, – четко проговаривая каждое слово, сказал Энарисадариэль.

– Но это же невозможно! Ты Темный Владыка! Вы не женитесь на мужчинах.

– Времена меняются. Я исключение из правил и позаботился о том, чтобы мой род было кому продолжить. Мы заглянем к тебе через тысячу лет, Владыка Белых Чертогов и, если ты попросишь нас с Таркаэлем как следует, мы позаботимся о тех светлых эльфах, что останутся к этому времени в живых.

Темный Владыка ушел, аккуратно прикрыв за собой дверь, а Светлый Владыка тяжело вздохнул, хотел было поговорить со своим Управляющим, но вспомнил, что тот занят подготовкой похорон, и решил оставить все как есть. Может, со временем, все вопросы решатся сами собой? Ведь обычно так оно и случалось! Мирадэль повеселел и пошел дописывать роман, оставляя гостей на попечение Управляющего, спешно меняющего музыку и речи со свадебных на похоронные.

…

Таркаэль переминался с ноги на ногу и порывался уйти уже минут двадцать-то точно, но Таркадариэль пресекал попытки на корню и висел на его руке мертвым грузом.

– Все. Хватит, – не выдержал очередного напряженного молчания Таркаэль. – Отцепись от меня! Я изгнан, мне пора идти! Если ты не в курсе, Белый Чертог сожжет меня уже через два часа, а до ворот идти не меньше часа. Смерти моей хочешь?

– Ты должен поговорить с моим отцом!

– Не о чем нам с ним говорить, – выдернул рукав Таркаэль. – Я Изгнанник, ты глухой или как? Со мной теперь даже разговаривать запрещено!

– Так это светлым, а мы темные. Нам ваши запреты по фигу.

– Тьфу на тебя! – выругался Таркаэль, запуская в упрямого юнца Сонник.

Уложил мгновенно уснувшего дроу в уголок и решительно зашагал вниз по ажурным ступенькам в сторону толпы, собравшейся поглазеть на свадьбу, а в результате попавшей на похороны. Хорошо хоть не на его. Таркаэль тяжело вздохнул. Может, стоило дождаться Энариса? Ведь принц хотел что-то сказать ему. Дважды! И оба раза им что-нибудь да мешало.

– Таркаэль, постой!

Окрик остановил светлого на середине белоснежной лестницы. Люди считали ее вторым Чудом Света, а эльфы – чертовой пыхтелкой, потому что им приходилось подниматься по ажурным плетениям тысячи и одной мраморной ступеньки чуть ли не каждый день. Станешь тут выносливым, изящным и подтянутым! Энарисадариэль добрался до Таркаэля в считанные секунды. Толпа восторженно ахнула, светлый скривился. Чертов красавец! Вечно все от его улыбки в обморок падают.

– Да?

– Я хотел поблагодарить тебя за то, что ты спас мне жизнь сегодня, – издалека начал Энарисадариэль.

– Ну надо же! – деланно удивился Таркаэль. Ком в горле мешал дышать. Не это он хотел услышать от темного. Совсем не это, черт побери! – В этот раз вместо Карающего Клинка в горло, я получил слова благодарности. Расту, однако. Но знаешь, хватит с меня.

– Таро…

– Я сделаю все, чтобы третьего раза не было, – сказал Таркаэль, сосредоточенно поправляя лук за спиной и ножи на поясе.

А что ему еще оставалось? Сердце горело огнем и причиняло неимоверную боль. Только бы продержаться! Не кинуться на шею, не наговорить глупостей, не признаться в любви. Снова. Таркаэль бросил последний взгляд на любимого… и попал в плен, выбраться из которого оказалось невозможно, потому что Тьма в глазах Темного Принца виновато улыбалась, ласково щурилась и обещала все радости мира. От неожиданности эльф сделал шаг назад, споткнулся о ступеньку, взмахнул руками, чтобы удержать равновесие…

– Таро, – подхватил его в объятия Энарис, сжал в руке серебряную гриву волос, потянул назад, открывая взгляду любимую губу, нос с едва заметной горбинкой и голубые с золотом глаза. – Мой Темный Принц.

– Отпусти! Какой еще Темный Принц? Что за чушь ты несешь вообще? – дернулся прочь Таркаэль, но лишь увяз в стальных объятиях Энарисадариэля еще сильнее.

– Не отпущу. И я не несу чушь.

– Энарис, чего ты хочешь от меня?

Получил порцию поцелуев по всему лицу и забыл обо всех своих обидах, намерениях и проклятиях напрочь. Растаял от ослепительной красоты улыбки Темного Владыки, запустил пальцы в иссиня-черные волосы и уставился на своего сказочного дроу в оба глаза.

– Таро, чудо ты мое неправильное, поцелуй меня, – прошептал Энарис, любуясь золотыми искрами счастья в голубых озерах своего сердца.

– Поцеловать? – прикусил губу Таркаэль, моргая изо всех сил.

Глупо было бы зареветь на глазах у такой огромной толпы народу. Да еще в такой важный момент!!!