Текст книги "Кровь, пыль и Империум (СИ)"

Автор книги: ValmirWolfgard

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 4 страниц)

Кровь,пыль и Империум

Глава 1. Тень Инквизитора

Ветер завывал, швыряя горсти едкого песка в бронированные ставни обветшалой гидропонной фермы. Внутри, в полумраке, освещаемом лишь мерцанием умирающей люмен-лампы, сидел Овидий. Бывший логист Департаменто Муниторум, а ныне – беглец, прячущийся на самом краю обитаемых земель. Он монотонно жевал безвкусную питательную пасту из жестяной миски, запивая ее теплой, отдающей машинным маслом водой.

Скрип тяжелой металлической двери прозвучал громче артиллерийского залпа.

Овидий замер. Ложка остановилась на полпути к рту. В дверном проеме, заслоняя собой блеклый свет с улицы, стоял высокий силуэт.

Незнакомец шагнул внутрь. На нем была длинная, потрепанная ветрами черная шинель, полы которой покрывала серая пыль пустошей. Широкополая шляпа отбрасывала глубокую тень на лицо, но Овидий смог разглядеть глаза вошедшего – холодные, равнодушные, лишенные всякого милосердия. На поясе незнакомца покоилась тяжелая кобура с массивным стаб-револьвером ручной работы.

Никаких знаков отличия. Но аура абсолютной, непререкаемой власти заполняла собой всю тесную комнату. Это был инквизитор Сентенца.

Сентенца медленно, не издавая ни звука, подошел к столу. Он снял перчатку с правой руки – на бледной коже виднелись тонкие серебряные нити подкожной аугметики – и отодвинул ногой стул. Сел напротив Овидия.

Несколько долгих минут в комнате стояла абсолютная тишина, прерываемая лишь воем ветра снаружи. Сентенца смотрел на Овидия не мигая. Логист покрылся холодной испариной.

– Ты от губернатора Бейкера, – наконец хрипло выдавил Овидий, нарушив тишину. Его голос дрожал. – Я знал, что он пришлет кого-нибудь. Но не думал, что псов такого калибра.

Сентенца не ответил. Он медленно потянулся к столу, взял кусок черствого хлеба из пайка, отломил половину и положил в рот. Медленно прожевал.

– В улье еда стала совсем дрянной, – тихо, почти бархатно произнес Инквизитор. – А здесь… здесь еще чувствуется вкус земли.

Овидий нервно сглотнул.

– Бейкер идиот, – быстро заговорил логист, подаваясь вперед. – Он думает, что это я украл Десятину. Думает, что адамантий у меня. Но я был лишь счетоводом! Я только ставил печати на манифестах!

– И тем не менее, ты сбежал, Овидий, – голос Сентенцы был ровным, как гул работающего реактора. – А губернатор Бейкер готов заплатить тысячу золотых тронов за то, чтобы твое имя исчезло из всех баз данных. Навсегда. Включая эту жалкую ферму.

Овидий судорожно выдохнул. Он засуетился, полез куда-то под стол и вытащил тяжелый бархатный мешочек. Звон монет разорвал тишину.

– Здесь две тысячи, – Овидий толкнул мешочек по столу в сторону Инквизитора. – Две тысячи чистых имперских тронов. Возьми их. Убей Бейкера. Он сам по уши в ереси и коррупции.

Сентенца неторопливо развязал тесемки. Достал одну монету, подбросил ее большим пальцем, поймал и посмотрел на профиль Императора. Затем он спокойно смел мешочек в бездонный карман своей шинели.

Овидий облегченно выдохнул. На его лице появилась кривая, нервная улыбка.

– Я знал, что мы договоримся… Слушай, я скажу тебе то, чего Бейкер не знает. Я не крал Десятину. Конвой попал в засаду мутантов, но груз успели перепрятать. Это сделал курьер Муниторума. Только он знает, где зарыт контейнер.

Сентенца слегка наклонил голову.

– И как зовут этого курьера?

– Джексон, – выдохнул Овидий. – Его зовут Джексон. Ищи его в южных траншеях сектора Таркус. Он…

Слова застряли в горле Овидия, когда он увидел, как рука Инквизитора с неуловимой скоростью скользнула под шинель.

В тесном помещении грохот выстрела из стаб-револьвера ударил по ушам, словно разорвавшийся болт-снаряд. Овидия отбросило назад вместе со стулом. В его груди, прямо на месте аквилы, вышитой на старой униформе, зияла огромная дыра, из которой на грязный пол толчками выплескивалась кровь.

Сентенца медленно встал. Он дунул на ствол револьвера, сгоняя сизый дым, пахнущий кордитом и смертью, и убрал оружие обратно в кобуру. Он поправил шляпу, бросил последний взгляд на мертвого логиста и направился к двери.

– Когда мне платят, – тихо произнес Инквизитор в пустоту комнаты, – я всегда довожу дело до конца.

Он шагнул за порог, растворившись в воющем пыльном шторме Корвалуса Секундус. Впереди его ждал губернатор Бейкер, которого тоже нужно было навестить. И некий Джексон.

Глава 2. Сделка с петлей

Солнце над поселением Ржавый Предел палило нещадно, раскаляя гофрированные крыши хаб-блоков до состояния сковороды. На центральной площади, прямо перед бронированными дверями местного участка Адептус Арбитрес, собралась пестрая толпа: чумазые шахтеры, мутанты-чернорабочие в лохмотьях и демобилизованные гвардейцы, пропивающие последние кредиты.

Все они пришли посмотреть на казнь.

В центре площади возвышался неуклюжий кран-погрузчик, на стреле которого болталась толстая петля из синтетического троса. Под петлей, стоя на шатком ящике из-под боеприпасов, возвышался Крокс.

Бывший сержант Астра Милитарум выглядел как загнанный, но крайне опасный хищник. Его лицо пересекал свежий шрам, один глаз заплыл, а изо рта на грязную майку капала кровь. Руки были намертво стянуты за спиной магнитными наручниками. И тем не менее, Крокс скалился. Он обводил толпу безумным, полным презрения взглядом, сплевывая на пыльные сапоги стоявшего рядом Судьи.

– Крокс, также известный как «Мясник из траншей», – монотонно зачитывал Судья Арбитрес в тяжелой черной броне, усиливая голос через вокс-рупор. – Именем Бога-Императора и Лорда Сектора, ты признан виновным в дезертирстве, мародерстве, убийстве трех санкционированных торговцев и краже казенного прометия. Награда в три тысячи тронов уже выплачена гражданину, передавшему тебя в руки правосудия. Твой приговор – смерть через повешение, дабы душа твоя покинула оскверненное тело.

Толпа одобрительно загудела.

В трехстах метрах от площади, на колокольне полуразрушенного храма Экклезиархии, в тени горгульи сидел Кастиэль.

Он лениво жевал кончик незажженной лхо-палочки. На нем была длинная пыльная шинель, скрывающая легкий панцирный доспех, а широкополая шляпа надежно прятала глаза от слепящего багрового солнца. Кастиэль прильнул правым глазом к оптическому прицелу своей модифицированной длинноствольной лаз-винтовки. Перекрестие прицела легло точно на синтетический трос, чуть выше шеи Крокса.

Кастиэль мягко выдохнул, успокаивая сердцебиение. Палец в кожаной перчатке лег на спусковой крючок.

– … Да простит Император твою душу, ибо закон не прощает, – закончил Судья. Он кивнул сервитору-палачу.

Механический раб с гудением пнул ящик из-под боеприпасов.

Крокс рухнул вниз. Трос натянулся с тошнотворным хрустом, бывший сержант захрипел, его ноги судорожно задергались в воздухе. Толпа радостно взревела.

Вспышка.

Резкий, сухой треск разорвал воздух над площадью. Сгусток концентрированной энергии прошил пространство и ударил точно в натянутый трос. Синтетические волокна мгновенно испарились в облачке едкого дыма.

Крокс с грохотом рухнул в пыль, отчаянно кашляя и хватая ртом воздух.

Площадь замерла. Судья схватился за свой шок-маул, но было поздно. В толпу полетели две дымовые гранаты, брошенные Кастиэлем с колокольни. Густой серый дым мгновенно заволок эшафот, началась паника. Люди кричали, Арбитры палили в воздух.

В этом хаосе Крокс, не теряя ни секунды, перекатился к заранее оставленному у коновязи грузовому байку, перекинул через сиденье связанные руки, завел мотор ударом колена и с ревом вырвался с площади, растворяясь в пыльной буре пустошей.

Два часа спустя. Дно высохшего каньона далеко за пределами поселения.

Кастиэль сидел на капоте своего легкого багги, методично раскладывая на броне стопки имперских тронов. Монеты тускло блестели в лучах заходящего солнца.

Рядом, тяжело дыша и растирая багровые следы на шее, расхаживал Крокс. Его магнитные наручники уже валялись на песке – Кастиэль отключил их дешифратором.

– Трон тебя побери, Стрелок! – хрипел Крокс, голос которого сорвался после петли. Он пнул перекати-поле. – Ты стрелял слишком поздно! Я чуть не задохнулся! Еще секунда, и этот кусок пластика сломал бы мне шею!

Кастиэль невозмутимо переложил одну монету из своей стопки в стопку Крокса.

– Но не сломал. Я всегда стреляю вовремя. Полторы тысячи тебе, полторы мне. Как договаривались.

Крокс остановился, тяжело сглотнул, поморщившись от боли в горле, и сгреб свою долю в грязный брезентовый мешок.

– Твои шуточки когда-нибудь доведут нас до сервиторизации, – проворчал он, но в глазах уже загорелся жадный блеск. Три тысячи за одну аферу – это были огромные деньги. – Куда дальше?

Кастиэль спрятал свои деньги во внутренний карман шинели, достал кресало и, наконец, прикурил лхо-палочку. Выпустил струйку сизого дыма.

– В сектор Голгофа. Я слышал, там новый Магистр Арбитрес. И награда за твою уродливую голову там выросла до четырех тысяч.

Крокс замер, обдумывая услышанное. Затем его лицо расплылось в широкой, жутковатой ухмылке, обнажив металлический зуб.

– Четыре тысячи? Звучит как музыка, Стрелок. Главное – не промажь в следующий раз.

Кастиэль ничего не ответил. Он завел мотор багги, и машина рванула вперед, оставляя за собой длинный шлейф пыли, растворяющийся в наступающей тьме Корвалуса Секундус.

Глава 3. Цена партнерства

Мертвые дюны сектора Голгофа представляли собой океан радиоактивного пепла, волны которого медленно перекатывались под порывами токсичного ветра. Температура за бортом легкого багги приближалась к отметке, когда незащищенная кожа начинает покрываться волдырями. Багровое солнце безжалостно выжигало остатки влаги из растрескавшейся земли.

Багги Кастиэля с натужным воем пробивал себе путь сквозь пыльную бурю. На пассажирском сиденье, закинув ноги в тяжелых армейских ботинках на приборную панель, развалился Крокс. Он с упоением пересчитывал пачку измятых имперских кредитов, периодически слюнявя грязный палец.

– Семь тысяч, Стрелок! Семь кусков! – Крокс радостно оскалился, блеснув металлическим зубом. – Эти идиоты в Голгофе даже не проверили вокс-сводки. Но знаешь что? В следующий раз мы потребуем десять. Моя шея начинает стоить дороже, а ты в последний раз чуть не отстрелил мне ухо. Ты теряешь хватку, Кастиэль. Я требую шестьдесят процентов.

Кастиэль молчал. Его лицо, скрытое в тени широкополой шляпы и банданы, натянутой на нос, не выражало никаких эмоций. Он плавно переключил передачу, и багги, взревев двигателем, остановился посреди бескрайнего ничто. Пыль медленно осела на капот.

– Эй, мы чего встали? – Крокс недовольно огляделся. – Движок перегрелся? Благословения Омниссии кончились?

Кастиэль неторопливо заглушил мотор. Он повернулся к Кроксу. В его руке, возникнув словно из ниоткуда, уже покоился тяжелый стаб-револьвер. Ствол смотрел точно в переносицу бывшего сержанта.

Улыбка медленно сползла с лица Крокса. Он рефлекторно дернулся к своему засаленному лаз-пистолету на поясе, но замер, услышав щелчок взводимого курка.

– Выметайся, – спокойно произнес Кастиэль. Голос его был сухим, как песок под колесами.

– Ты чего, Стрелок? Шутишь? – Крокс нервно сглотнул, пытаясь выдавить улыбку. – Жара в голову ударила?

– Выметайся. Оружие оставь на сиденье.

Крокс, не сводя глаз с черного провала дула, медленно отстегнул кобуру и бросил ее на панель. Затем вытащил из-за голенища боевой нож Гвардии и положил рядом. Подняв руки, он неловко выбрался из багги. Сапоги утонули в горячем пепле.

Кастиэль сгреб деньги, которые Крокс так бережно считал минуту назад, и убрал в свой глубокий карман. Затем он взял полупустую флягу с водой и бросил ее под ноги Кроксу.

– В чем дело, Кастиэль⁈ – взревел Крокс, чувствуя, как паника начинает смешиваться с первобытной яростью. До ближайшего поселения было не меньше пятидесяти миль по выжженной пустыне. – Мы же команда! Мы заработали кучу тронов!

– Ты стал слишком жадным, Крокс, – Кастиэль опустил револьвер, но не убрал его. – Твоя голова стоит семь тысяч. Но ты сам по себе стоишь только проблем. Ты слишком громкий. Слишком много требуешь. И однажды я промахнусь по этой веревке.

– Ты не можешь меня здесь бросить! Это верная смерть! Радиация сожрет меня раньше, чем я дойду до скал!

– Император защитит, – сухо отозвался Кастиэль.

Он ударил по кнопке стартера. Двигатель послушно зарычал.

– Кастиэль! – Крокс бросился к машине, но багги резко рванул с места, обдав бывшего сержанта облаком едкой, удушливой пыли.

Крокс закашлялся, падая на колени. Он схватил флягу, прижал ее к груди и сквозь пелену пыли смотрел, как силуэт машины стремительно уменьшается, растворяясь в мареве горячего воздуха.

Тишина пустошей оглушала. Лишь свист ветра нарушал абсолютное безмолвие. Крокс медленно поднялся на ноги. Его лицо исказила гримаса нечеловеческой злобы. Венка на виске вздулась, пульсируя в такт бешено бьющемуся сердцу.

Он набрал в грудь побольше воздуха, обжигающего легкие, и закричал так, что сорвал голос:

– КАСТИЭЛЬ! ТЫ ГРЯЗНЫЙ ГРОКСОВ СЫН! ТЫ СЛЫШИШЬ МЕНЯ⁈ Я ВЫЖИВУ! Я НАЙДУ ТЕБЯ, КЛЯНУСЬ ТРОНОМ! Я ВЫРВУ ТВОИ ИМПЛАНТЫ И СКОРМЛЮ ИХ СКВИГАМ! КАСТИ-Э-Э-ЭЛЬ!

Его крик потонул в завываниях радиоактивного ветра. Крокс остался один. Злой, преданный и невероятно мотивированный выжить.

Книга полностью лежит на Бусти

Глава 4
Интерлюдия. Мясник и Пепел

Солнце сектора Голгофа не грело – оно сдирало кожу. Крокс брел по радиоактивным барханам уже вторые сутки. Его лицо превратилось в сплошной багровый ожог, губы потрескались до глубоких, кровоточащих борозд, а язык распух так, что каждый вздох давался с хриплым свистом.

Вода во фляге, которую бросил ему Кастиэль, закончилась еще вчера на рассвете.

Крокс споткнулся о скрытый под золой камень и рухнул на колени. Раскаленный песок обжег ладони сквозь перчатки. Мир перед его единственным зрячим глазом начал мерцать, окрашиваясь в кроваво-красные тона. Жара плавила не только плоть, она плавила разум, стирая границы между настоящим и прошлым.

Свист токсичного ветра внезапно превратился в пронзительный вой артиллерийских снарядов.

Воспоминание: Осада Каррака-Прайм

Грязь. Ледяная, перемешанная с кровью и ошметками плоти траншейная грязь. Сержант Крокс сидел на корточках, прижимаясь спиной к укрепленной феррокритом стенке окопа. Небо над головой раскалывалось от залпов макро-орудий.

– Сержант! Поднимай свой взвод! – надрывался сопляк-лейтенант Вэйн, размахивая силовым мечом. На его новенькой шинели не было ни пятнышка, в отличие от бойцов Крокса, которые не мылись три месяца.

Крокс сплюнул черную слюну. – Там три тяжелых болтера еретиков на перекрестном прицеле, сэр. Выпускать туда парней – это самоубийство. Дайте нам час, саперы подкопают их фланг…

– Это приказ, Крокс! – взвизгнул Вэйн. Он выхватил лаз-пистолет и наставил его прямо в лицо сержанту. – Во имя Императора, ты поведешь их в штыковую, или я расстреляю тебя за трусость перед лицом врага!

Крокс посмотрел в безумные, полные фанатизма глаза лейтенанта. Затем он перевел взгляд на своих парней – изможденных, дрожащих гвардейцев, сжимающих лазганы побелевшими пальцами. Они ждали его решения.

Сержант медленно поднялся. Он сделал вид, что тянется к свистку на груди, но вместо этого его рука молниеносно скользнула к голенищу. Гвардейский боевой нож вошел точно под подбородок лейтенанта, пробив гортань и выйдя через затылок.

Вэйн захрипел, выронив пистолет. Крокс хладнокровно провернул лезвие и позволил телу осесть в грязь.

Бойцы замерли в ужасе. – Лейтенант пал смертью храбрых от снайперского огня, – глухо произнес Крокс, вытирая нож о шинель мертвеца. – Мы отступаем во вторую траншею. Кто не согласен – может пожаловаться комиссару.

Так он получил свое прозвище – Мясник из траншей. И так он понял главную истину: в Империуме твоя жизнь не стоит даже гильзы. Если хочешь выжить – убивай тех, кто посылает тебя на смерть.

Судорога свела живот, вырвав Крокса из воспоминаний. Он открыл глаз. Прямо перед его носом, зарывшись в пепел, сидело уродливое создание – мутировавший пустынный сквиг. Размером с крупную собаку, покрытый костяными наростами и слепой, он водил носом-локатором, учуяв запах пота и крови бывшего гвардейца.

Сквиг разинул пасть, усеянную бритвенно-острыми зубами, и бросился на легкую добычу.

Инстинкты выживания сработали быстрее истощенных мышц. Крокс не стал уворачиваться. Он перекатился на спину и, когда тварь прыгнула, выбросил вперед обе руки. Одна рука вцепилась в костяной воротник твари, а вторая, сжимающая верный армейский нож, по самую рукоять вошла в мягкое брюхо мутанта.

Сквиг истошно завизжал, обдав лицо Крокса горячей, густой и отвратительно пахнущей аммиаком кровью.

Дезертир не отстранился. Обезумев от жажды, он прильнул растрескавшимися губами к рваной ране и начал жадно пить. Кровь обжигала горло, она была токсичной, радиоактивной и мерзкой на вкус, но это была жидкость. Это была жизнь.

Насытившись, Крокс отшвырнул тушу твари. Его трясло. Мутагенная кровь вызвала приступ тошноты, но он заставил себя удержать ее внутри. Он с трудом поднялся на ноги. В его глазу больше не было отчаяния. Там горело ледяное пламя.

К вечеру третьего дня он услышал гул двигателей.

Спрятавшись за дюной, Крокс наблюдал. Двое патрульных Сил Планетарной Обороны (СПО) остановили свой легкий разведывательный багги возле скальных выходов. Они были расслаблены. Один курил лхо, второй лениво ковырялся в рации, сняв шлем. На борту багги были закреплены два канистры с очищенной водой.

Вода.

Крокс двигался бесшумно. Годы службы в разведвзводе не прошли даром – он скользил по песку, словно призрак, сливаясь с наступающей темнотой.

Он подобрался к ним со спины. Вынырнув из мрака, Крокс обхватил первого бойца за шею и резким, отработанным движением свернул ему позвонки. Хруст прозвучал неестественно громко.

Второй патрульный обернулся, выронив лхо-палочку. Он потянулся к лазгану, но Крокс уже был рядом. Бывший сержант не стал использовать нож – он схватил парня за уши и с нечеловеческой силой обрушил его голову на бронированный капот багги. Один раз. Второй. Третий.

Когда тело обмякло, Крокс отбросил его в сторону. Он тяжело дышал, стоя над двумя свежими трупами.

Он подошел к канистре, сорвал пломбу и сделал долгий, глубокий глоток кристально чистой, прохладной воды. Это было вкуснее самого дорогого амасека в галактике.

Крокс вытер подбородок тыльной стороной ладони, на которой запеклась кровь пустынного сквига. Он посмотрел на брошенный багги, затем перевел взгляд на компас, снятый с руки мертвого СПО-шника. Он знал, куда поехал Кастиэль. Он знал, где находится шахтерское поселение «Слеза Императора».

– Я иду, Стрелок, – прохрипел Крокс сорванным голосом, заводя мотор багги. – Я иду за тобой.

Глава 5. Правосудие Пустошей

В дешевом хаб-блоке шахтерского поселения «Слеза Императора» гудел старый, изношенный вентилятор, безуспешно гоняя по комнате спертый горячий воздух. Кастиэль сидел на продавленной койке, закинув ноги на шаткий столик из пласкрила. На столе стояла наполовину пустая бутылка дешевого амасека и разложенные детали снайперской лаз-винтовки.

Кастиэль методично протирал фокусирующую линзу промасленной ветошью. На его шее, прямо над краем легкой майки, блестел серебряный аквила-амулет. В кои-то веки Стрелок чувствовал себя спокойно. Троны карман не тянули, впереди ждали новые контракты, а проблема по имени Крокс навсегда осталась гнить в радиоактивных песках Голгофы.

Внезапно скрип половицы в коридоре заставил его замереть.

Рука Кастиэля молниеносно метнулась к стаб-револьверу, лежащему под подушкой, но он не успел. Дверь сорвало с петель мощнейшим пинком тяжелого гвардейского сапога.

В проеме стоял призрак.

Кожа Крокса обгорела до состояния спекшегося мяса и свисала лоскутами, губы потрескались и кровоточили, а правый глаз практически закрылся из-за чудовищного отека. Его форма превратилась в прожженные радиацией лохмотья. Он выглядел как оживший мертвец из кошмаров Экклезиархии, выбравшийся из варпа с единственной целью – убивать.

В его руках был зажат трофейный дробовик-рипер, ствол которого смотрел точно в грудь Кастиэлю.

– Не дергайся, Стрелок, – прохрипел Крокс. Голос его напоминал скрежет металла по стеклу. – Руки на затылок. Медленно.

Кастиэль, не меняясь в лице, медленно поднял руки и сцепил пальцы на затылке.

– Крокс, – ровно произнес он. – Ты выглядишь… уставшим. Император действительно тебя оберегает.

– Заткнись! – рявкнул бывший сержант, делая шаг вперед и приставляя горячий ствол дробовика ко лбу Стрелка. – Знаешь, как я выжил? Я пил кровь мутировавших сквигов. Я прошел сорок миль по стеклянной пустыне, пока не наткнулся на патруль СПО. Я свернул шеи двоим, просто чтобы забрать их воду. И каждую секунду, каждый гребаный шаг я думал только о том, как буду смотреть в твои глаза, когда ты начнешь скулить.

Крокс свободной рукой сгреб стаб-револьвер Кастиэля и сунул себе за пояс. Затем пнул бутылку амасека. Стекло брызнуло во все стороны, терпкая жидкость лужицей растеклась по грязному полу.

– Вставай, – скомандовал Крокс, маниакально улыбаясь изуродованными губами. – Собирай свои пожитки. Мы идем на прогулку.

Багровое солнце Корвалуса Секундус висело в зените, превращая пепельную равнину в гигантскую микроволновую печь. Температура перевалила за ту отметку, когда пот перестает выделяться, потому что организму больше нечего отдавать.

Кастиэль брел по барханам. Без своей шинели, без шляпы. Его лицо и шея покрылись страшными красными волдырями от радиационного ожога, губы превратились в кровоточащую корку. Каждый шаг поднимал облачко едкого серого пепла, который забивался в легкие, заставляя Стрелка надрывно кашлять.

В десяти шагах позади медленно полз угнанный бронированный грузовой трицикл.

На его платформе, спрятавшись под широким брезентовым навесом, спасающим от солнца, полулежал Крокс. Он закинул ногу на ногу и лениво наблюдал за мучениями своего пленника. В руке Крокс держал большую металлическую флягу, на стенках которой выступила влажная испарина от прохладной воды внутри.

Кастиэль споткнулся о скрытый под слоем пепла кусок ржавой арматуры и рухнул на колени. Песок обжег ладони сквозь перчатки.

– Эй, эй! Мы не останавливаемся, Стрелок! – крикнул Крокс, ударив прикладом по борту трицикла. – Впереди еще миль тридцать до ближайшего оазиса. Ты же не хочешь опоздать?

Кастиэль с трудом поднял голову. В его глазах все плыло, горизонт дрожал в мареве горячего воздуха.

Крокс демонстративно отвинтил крышку фляги. Забулькала вода. Он сделал долгий, жадный глоток, театрально утирая подбородок рукавом.

– Ах, благодать Омниссии! – проревел он. – Вода просто ледяная! Хочешь глоточек, Кастиэль?

Стрелок хрипло выдохнул и протянул дрожащую руку.

Крокс радостно оскалился. Он наклонил флягу за борт трицикла. Кристально чистая вода тонкой струйкой полилась прямо на раскаленный пепел, мгновенно впитываясь и испаряясь с тихим шипением.

– Упс, – издевательски протянул Крокс. – Рука дрогнула. Поднимайся, гроксово отродье! Шагай, пока твои легкие не превратятся в пепел!

Кастиэль попытался встать, но ноги отказали. Он завалился на бок. Мир вокруг него начал сужаться до темной пульсирующей точки. Боль в сгоревшей коже утихла, сменившись холодным, равнодушным оцепенением. Он закрыл глаза.

Двигатель трицикла заглох. Послышался скрип рессор – Крокс спрыгнул на песок и подошел к лежащему телу.

Бывший сержант пнул Кастиэля носком сапога. Тот не пошевелился.

Крокс поднял дробовик и взвел курок. Идеальный момент. Конец пути. Правосудие свершилось. Он наставил оружие на голову Кастиэля, готовясь размазать его мозги по пеплу.

Внезапно резкий, истошный звук разорвал тишину пустыни. Звук работающих на пределе турбин.

Крокс поднял голову, прищурив здоровый глаз. Сквозь пыльное марево, не разбирая дороги, прямо на них несся тяжелый транспортник Департаменто Муниторум. Машина виляла из стороны в сторону, словно водитель был мертвецки пьян или ранен. Из пробитого борта валил густой черный дым, а по обшивке были щедро рассыпаны свежие воронки от лазерных попаданий.

Транспортник с оглушительным скрежетом пропахал дюну в сотне метров от них, взметнув фонтан пыли, завалился на бок и замер. Турбины жалобно взвыли в последний раз и затихли.

Крокс медленно опустил дробовик. Жадность мгновенно переборола жажду убийства. Разбитый транспорт Муниторума – это оружие, пайки, а может, и что-то более ценное.

Оставив умирающего Кастиэля лежать на песке, Крокс со всех ног бросился к искореженной машине.

Пылающие пески Корвалуса скрывают множество тайн, но эта встреча изменит судьбы наших героев навсегда. Классический поворот сюжета обретает форму!