Текст книги "Прыжок во Тьму (СИ)"
Автор книги: Valeda
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]
Магда постелила на деревянном столе красную бархатную ткань, вытащила из затасканной сумки древнюю рукопись в потертом переплете и кожаные ремни. Защищая руки плотной тканью, аккуратно разложила осколки Артефакта. Стоило им оказаться рядом, как они с тихим гулом притянулись друг к другу, став единым металлическим шаром размером с детский кулачок.
Тем временем две миловидные девушки рисовали белой краской по черной мраморной плитке пола дивный узор. Они молча чертили по памяти круг с надписями на древнем языке. Непонятные символы перетекали один в другой. Это действо можно было сравнить с тем, как белые нити плавно ложатся на черную ткань. В воздухе повис легкий запах краски, но быстро исчез. Все было продумано до мелочей, даже покупка быстросохнущей краски. Тут главное было не ошибиться, но по степенному спокойствию жриц становилось ясно, что они уверены в хитросплетениях оставленных узоров. Кисти оставляли четкие линии с петлями и волнообразными переходами.
Закончив с ритуальной пентаграммой, жрицы стали снимать одежды. Пристальные взгляды бойцов невольно обращались на них. Даже Пол задержал взгляд на оголенных бедрах и плоских животах и тихо прохрипел:
– Скил, раздевайся.
– Ну конечно, как без этого… – с видимым неудовольствием констатировал Скил, догадавшись, к чему все идет.
– Да, обряд построен на энергетическом взаимодействии. Ты будешь являться проводником, пока жрицы направят энергетический поток Артефакта с помощью заговора, – степенно пояснила Магда. – Я буду открывать нужный портал.
– Чертовы сатанисты. – Скил резко отбросил кожанку, желваки на скулах дрогнули. – Как бы вы это ни назвали, это все равно групповушка.
– Не будь таким стеснительным, – поддел Пол.
– Если собирались использовать мою тушку в этих целях, могли бы хоть предупредить. Моя девочка явно потом нас всех кастрирует, и я не смогу ее в этом винить.
– Поверь, это будет меньшее из зол. Кэтрин я не рассказал детали ритуала, но, думаю, это уже не имеет значения.
– Для меня – имеет значение, – отчеканил сквозь зубы Скил.
Скил стянул черную майку. На его лице нельзя было прочесть ни одной эмоции: он хорошо умел скрывать злость. Выбора ему не дали, но он понимал важность ритуала. На слишком светлой коже остались следы кровоподтеков и ожогов от электрошокера. Жрицы с любопытством посмотрели на рельефные мышцы «магического проводника».
Магда аккуратно закрепила ремни на Скиле, опоясав его ими под руками, затянула тугими застежками на спине. В месте переплетения ремней располагалось крепление для камня. Ведьма с помощью ткани взяла Артефакт и вставила его в грубую портупею, затем зафиксировала железной застежкой, чтобы он плотно прилегал к груди. Скил поморщился от соприкосновения с камнем. Он ощущал магическую энергию, которая давила и разрасталась в нем. Боли не было, это можно назвать тяжестью, его телом завладевала чуждая энергия.
Пройдя босыми ногами до центра пентаграммы, он встал, надменным жестом разведя руки, будто говоря: «Любуйтесь, подонки». Скил был зол, он чувствовал себя зверьком в цирке. О его желаниях и мыслях никто не спрашивал, да и партнерши тоже должны были выполнять свои обязательства. Секс должен быть не такой, не здесь и тем более не с этими напуганными девушками. Но, если посмотреть на ситуацию шире, его чувства не стояли в одном ряду с жизнями тысячи людей. Его роль в ритуале проста: быть послушной сношающейся зверушкой. Он чувствовал на мистическом уровне, что от жриц исходит энергия, оплетающая его, подбирающаяся невидимыми нитями.
– Шоу должно продолжаться? – задал Скил риторический вопрос, цитируя известную песню.
Жрицы медленно подошли к нему, чарующе качая бедрами. Одна дотронулась до его груди, и яркая синяя вспышка прошла по коже, переливаясь в энергетическом сиянии. Другая жрица провела по спине и ягодицам – эффект повторился.
Девушки были напряжены, но они знали, на что шли. Проводили руками по торсу, ласкали почти умело, как полагается, как правильно, тоже без особого желания. Близость обнаженных девушек вызывала физическое, почти болезненное возбуждение назло всем мыслям и эмоциям.
Они гладили, целовали плечи, касались грудями, были податливыми и обвивали Скила с двух сторон. Член предательски встал.
Жрицы не забывали шептать странные слова. Одна вторила другой, их голоса плели паутину, она ощущалась Скилом на сверхъестественной волне, точно не два, а сотни голосов хором напевали заклинания. В этом шепоте он забывался, сознание растворялось. Скил мог бы и дальше стоять столбом, но чем быстрее это начнется, тем быстрее кончится. Он запустил пятерню в волосы одной из девушек и притянул к себе. Она ахнула от неожиданности. Скил, не мешкая, положил девушку на церемониальные символы.
Запах чужой незнакомой женщины неприятно резанул ноздри. Нет, от них пахло мылом, дезодорантом, одна даже нанесла на шею сладкие духи. Но они не могли сравниться с вечным запахом мандарина, исходящим от Кэт. Она могла быть в грязи, крови, после душа или залитая дорогим парфюмом, но запах мандарина пробивался сквозь все это.
Но иногда секс – это всего лишь секс. Поддаться животному и взять полагающееся. Хищник внутри него почувствовал власть.
Они не прерываясь шептали заклинания, хорошо заученную пару фраз. Любое их касание приводило к синим вспышкам.
Синее мерцающее свечение заполняло зал. Скил подмял жрицу под себя, словно свою собственность, закинул ее ноги себе на пояс и вколачивал член, вызывая тихие стоны. Действовал механически и несколько отстраненно, больше наблюдая за магическим эффектом процесса. Свечение усиливалось с каждым толчком. С потолка посыпалась побелка, на стене образовалась мелкая трещина, за ней другая. Рядом, вероятно, на улице, открывался портал, который разрушал здание.
Сладкая тяжесть нарастала, окутывая низ живота. Скил поменял позу, так чтобы видеть, как член входит в вагину. Ствол светился синим. Скил хмыкнул от мысли, что он будто джедай с магическим световым мечом ниже пояса. Жрица постанывала, отдавалась, широко расставив ноги, цеплялась острыми коготками за спину, выгибалась. Груди подрагивали в такт ускоряющимся движениям.
Вторая не переставала плести нити:
– Аминала-рейоа-мооо, – и гладила Скила, обвивала, вызывая еще больше неонового сияния.
Черт побери, мир катился в тартарары под неоновое сияние, стоны и тяжелое дыхание.
Внутренние мышцы плотно сжали член, девушка задрожала и шумно выдохнула, спутанные волосы прилипли к лицу. Яркая вспышка озарила помещение.
– Еще надо, – шепнула другая.
– Если «надо», то раздвигай ноги, – резко бросил Скил, а потом понял, что девушка не виновата, что она такой же винтик этого ритуала, и притянул ее к себе, с хрипотцой произнеся: – Иди сюда.
Тянущая боль в члене, граничащая с возбуждением, заставила быть грубым. Но девушка не возражала и была уже готова, большие груди вздыбились, она потянулась к нему, желая поцеловать. Скил успел отвернуться: это вышло на автомате, неосознанно, просто реакция на чужой запах.
Сияние поднималось над ними. С улицы раздались крики. Скил почувствовал запах крови.
– Надо продолжать, – произнесла жрица, распахнув большие глаза.
Он навис над ней, почти лег, зажал и стал вдалбливать член в податливое тело, назло всем монстрам, вырывавшимся из Альтернативы.
Еще одна трещина пошла по стене.
*
Неоновая вспышка зависла над зданием банка, будто кто-то сделал разрез на картине, желая порвать ее изнутри. Дыра стала разрастаться, словно небо резали с обратной стороны тупым ножом. Получалась прерывистая линия, которая то резко загибалась, то уходила под углом в сторону. Разлом дрожал и был нестабилен, но становился шире и наконец обрушился в подворотню за зданием банка.
Мы вышли из машины, как и многие люди, стоявшие в пробке. Сразу сотни камер смартфонов оказались направлены на разлом миров.
Время для меня замедлилось. Ян медленно выпустил дым от сигареты, клубящийся узорами и разводами и не спешащий рассеиваться. Звуки воспринимались как через толщу воды, размытые и сливающиеся в гул. На лицо упала холодная капля. Я подставила ладонь, и искрящаяся в лучах калифорнийского солнца снежинка коснулась кожи, переливаясь и медленно тая. Потом на ладонь приземлилась еще одна, побольше, пушистая, собранная из множества кристаллов. Чудесное явление. Морозные узоры изумляли в жаркий лос-анджелесский полдень. Плотная толпа остановилась, наблюдая чудесный снегопад.
– Добро пожаловать в ад, – прошептала я потрескавшимися губами.
Внезапно послышался писк, точно невидимая стая комаров окружила меня. Я зажала уши, заглушая корябающий перепонки звук, и присела на корточки. Зажмурилась. Слабая вибрация пошла по асфальту.
Я до этого момента отказывалась верить, что у них получится. В самые страшные вещи лучше поверить сразу, только тогда видишь их полностью, тогда появляется шанс противостоять им.
Тихий звон нарастал. Прохожие так же, как и я, присели, закрыв уши ладонями. Некоторые бежали вниз по улице подальше от звука. Мудрое решение.
Асфальт под ногами дрогнул, будто чудовище било из-под земли мощной лапой. Раздался треск. Фары машин выбило. Искры полетели от порванных линий электропередач.
Вблизи раздались обрывки плача, криков и брани. Жалко завыли сигнализации, наперебой вторя друг другу. Улицу подбросило, как при взрыве, от мощного толчка я с трудом устояла на ногах. Асфальт покрылся глубокой сеткой трещин, и сразу поднялся горячий пар из канализационных стоков. Никто не успел осознать, на лицах застыло удивление, перерастающее в страх. Никто не верил, что грядет что-то ужасное, даже я, которая знала это наверняка.
Снег повалил большими перьевыми хлопьями, поднялся холодный ветер.
Машины не могли разъехаться, люди покидали их и бежали прочь в разные стороны, не понимая, где искать спасения.
Из переулка вышла тварь.
Она походила на уродливого пса-зомби, шерсть клочками топорщилась на окровавленном теле, где сквозь куски мяса и липкую слизь проглядывали желтые кости. Из раскрытой пасти и с острых зубов стекала слюна. Красные злобные глаза яростно сверлили этот мир.
Затем показалась еще одна, за ней вторая, третья, четвертая до тех пор, пока не стало невозможно вести подсчет. Стая не спеша ступала на новые охотничьи территории, изучала голодными глазами убегавшие кусочки плоти.
Секундная заминка, и вот уже одна из псин повалила мужчину в строгом деловом костюме и перегрызла ему хребет. Первая кровь омыла асфальт. Неподалеку раздался пронзительный женский крик. Молодой парень, схватив напольный рекламный щит, ударил псину, пытаясь защититься. Ее отбросило в сторону, но его уже окружил десяток красно-черных точек, и словно черная туча поглотила его. Сила этих тварей была в численности.
– В банк! – скомандовала я, перекрикивая порывы ветра.
– Прямо в пасть к тварям? – разумно заметил Дэйв.
Да, в этом он был прав, путь к зданию перекрывали монстры.
– Тогда надо убираться, стоять здесь как закуска тоже не вариант. – Я окинула Яна взглядом. Он покачал головой, соглашаясь со мной. На лице бойца читалась решимость, он быстро набивал гранатами карманы.
– Машина выдержит, – уверенно произнес Дэйв, или он хотел в это верить.
– Одну, но не сотню таких тварей. Боли они не чувствуют, будут биться в стекла до последнего.
Ян схватил двустволку из машины, напомнив мне Эша из «Зловещих мертвецов». Держаться рядом с мужчиной, похожим на Эша, в городе с монстрами – самый лучший план.
Надо было не ходить на психологические тренинги, а посещать секцию стрельбы. У меня из оружия только охотничий нож – слабая защита. Но еще я умела бегать, чем и хотела воспользоваться немедля.
Знакомый родной ужас пульсировал по венам, гнал меня, заставлял не оборачиваться. Позади раздались отчаянные крики. Неподалеку упала женщина. Я на миг остановилась, чтобы глотнуть воздуха, легкие горели огнем. Ее настигла псина, вцепившись в лицо, клыками выдавив глаза. Отдых сейчас очень плохая идея.
Ян, прикрывавший нас со спины, грозно рыкнул. Понятно: не медлить. Выстрелы ударили по черным псам, слишком близко подобравшимся к нам. Кровавые тушки устелили тротуар. Сверху раздался шум вертушек – войска уже здесь. Отлично.
Помощи пока ждать не приходилось. Стрелять они не станут, слишком много гражданских.
В голове щелкнуло, разум озарила вспышка – ясная и четкая среди сумбура мыслей и эмоций. Бежать прямо по улице – неминуемая смерть. Люди мешались друг другу, толкались, падали под окровавленные пасти тварей. Надо найти укрытие, и когда стая, словно чума, разбежится по городу, то шансов на выживание будет больше.
Щелк. Посторонние звуки исчезли, мельтешившие люди тоже. Над зданием кафе висела вывеска «Гром в раю». Посетители выбегали из него, а зря. Спрятаться – вот лучшее решение.
– Ян, я туда.
Он остался на месте, очищая путь к отступлению. Псы, поскуливая, ловили пули и падали черными гнилыми тушами. Видимо, это значило «иди, я прикрою».
Я кинулась наперерез толпе в кафе. В помещении все было перевернуто вверх дном: опрокинутые столики, забытые напитки и вещи.
Твари боятся огня. Нужен огонь. Кухня. Я кинулась к двери около барной стойки. Там оказался туалет. Следующая дверь вывела меня на идеально чистую кухню, которую, видно, покинули недавно.
На кухне громоздились большие морозильные камеры и стеллаж с брендовыми напитками, кипящие кастрюли стояли на плите, повсюду были разбросаны столовые приборы. Казалось, еще пять минут назад здесь готовили вкусные яства, кипела работа, добавляли пряности и подавали блюда на раздачу. Кухня до сих пор была наполнена вкусными ароматами.
С ужасом я поняла, что ошиблась: плита была индукционной. Почему я решила, что будут газовые конфорки с открытым огнем?
За дверью раздались крики.
Щелк. Воспоминание картинкой врезалось в память. В барах подают шоты, шесть маленьких рюмок горят синим пламенем. Абсент, бакарди. Спирт. Я окинула взглядом полки с алкоголем.
Грохот, скрип и рычание послышались за дверью.
Я бросилась к двери, закрыв ее на хлипкую щеколду. Такой замок долго не выдержит.
Опять память подкинула воспоминание-картинку: официанты достают зажигалку из передника и поджигают напитки.
Дверь затрещала под натиском. Щеколда слабо заскрипела под лязг дверных петель.
Я живо представила, что вот-вот дверь откроется и псина с разбега нападет на меня, обдаст запахом смерти, когтями вопьется в грудь, оставив глубокие порезы. В завершение вцепится в плечо, в живот, в ноги. Болезненной агонией пройдется по телу клыками, лишив возможности сбежать. Под конец оставит корчиться в луже собственной крови, не убив, чтобы потом вернуться и дожрать свежее мясо.
В углу на вешалках висели передники, на некоторых остались бейджи.
Пазл сложился. Я обернула полотенцем тонкую скалку для раскатки теста. Взяла ром «Бакарди» и залила им тряпку. Следуя догадке, порылась в фартуках и вытащила зажигалку, прихватив в карманы джинсов еще несколько разноцветных поджигателей. Лишними не будут.
Раздался новый грохот, дверь жалобно скрипнула.
Ром не бензин, долго гореть не будет, но должно хватить, чтобы отогнать тварей. Поэтому поджигать раньше времени я не решалась.
Псины боялись огня как чумы. Охотники в Альтернативе, в зоне обитания этих тварей, перед ночевкой разжигали пять-шесть костров по кругу и ложились по центру. Насколько бы ни была голодна тварь – она не сунется. А судя по кровавым мордам, они не настолько голодны, чтобы лезть.
Сосредоточиться стало важным. Мельчайшая ошибка стоила жизни.
Дверь слетела с петель, и оглушительный грохот прокатился по помещению. Дыхание прервалось, и выдох был похож на тихий вскрик.
Пора действовать. Я чиркнула зажигалкой. Огонек послушно появился с первого раза, назло всем стереотипам. Тварь, заметив пламя, остановилась. Стоило мне поднести огонек к импровизированному факелу, как ткань вспыхнула. Я уверенно пошла к псине, чтобы не подавать вида, что напугана. Отчетливо понимая, что одно неверное движение – и я труп.
Тварь просверлила меня заплывшим злобой взглядом и тенью шмыгнула прочь. Видимо, решила, что нечего связываться, если рядом бегает не столь опасная еда в деловых костюмах или модных платьях.
Возможно, стая уже миновала окрестности кафе. Надо было выйти и попытаться найти напарников или укрытие понадежнее.
Я медленно двинулась из кухни. Главное, не оставаться на одном месте, если оно недостаточно укреплено. Лучше найти Яна, он должен быть неподалеку.
Зал пустовал, повсюду были следы крови. Стая прошла в погоне за новыми жертвами, чтобы потом вернуться дожевать свой обед. От этой мысли холодок прошелся по позвоночнику, липким потом выступил на лбу, сдавил горло, перекрыл дыхание.
Я задыхалась.
Мне нужен был воздух, которого не хватало. Я оттянула горловину майки, прижалась к стене. Пиковый момент прошел, и приступ паники напомнил о себе по старым, едва залеченным трещинам в сознании. Ужас разодрал свежие швы.
Я постаралась выровнять дыхание, взять себя в руки. Закрыла глаза, внушая себе приятные мысли, цепляясь за них, стараясь обрести контроль. Представила, что Скил меня обнимает, что все по волшебству закончится и мы поедем в путешествие по Америке, как планировали. Будем сидеть вечером у костра и смотреть на звезды.
Я глубоко и ровно дышала, возвращаясь в суровую действительность.
Кто-то коснулся моей ноги.
Кафе заполнил крик. Кричала я.
========== Глава 12. Выстрел в темноте ==========
Сфера мерцала неоновым светом, сменяя оттенки синего, переливалась и перетекала плазма. Освещенные голубыми переливами, на полу лежали обнаженные жрицы, их волосы растрепались, а взгляды заволокла пелена. Они медленно приходили в себя после того, как их отбросило магической энергией сферы, образовавшейся над ритуальным кругом. Девушки, пытаясь восстановить дыхание, с трудом поднялись на ноги: все силы они отдали для ритуала.
– Давайте быстрее, скоро здание рухнет, – затараторил Пол, подавая девушкам одежду. – Надо уходить. Живее!
– Она мощная, очень мощная, – ошеломленно проговорила одна, имея в виду сферу.
– Живо, сейчас тут будет мощный обвал! – выводя их из оцепенения, крикнул Пол.
Боец, стоявший с огнеметом возле разбитого окна, отгонял тварей. Запах паленых шкур и протухшего мяса распространился по помещению. Твари визгливо рычали, но не совались внутрь.
Благодаря спланированной подготовке атаку псин с достоинством отбили. Пол по рации связался с Яном, который сигнальными ударами по динамику передал, что ситуация в пределах нормы. Но что все было не сахар, Пол не удивился. Пределы нормы – очень сомнительный фактор, когда твари наполняют город, за окном крики, а стены готовы обрушиться в любой момент. Но, конечно, у молчуна большего и не узнаешь. Одно радовало, что на связь вышел.
Здание грозилось развалиться: окна накренились, конструкции скрипели, перегородки трещали. Вероятно, до обвала не более десяти минут, и это в лучшем случае. Сейчас оставалось верить в лучшее. В мистической сфере светился силуэт мужчины. Скил увяз в сфере без движения, она, замуровав, не отпускала. Силуэт стал растворяться, поглощаться неизвестной энергией. Вскоре он исчез, и артефакт испарился вместе с ним.
– Быстрее! Сваливаем! – Пол попытался перекричать шум. Огромная трещина пошла по стене.
– Артефакт! – крикнула Магда и хотела метнуться к сфере. Но Пол задержал ее, понимая, как это опасно.
– Поздно. Пора прорываться к разлому. Группа А, выводите Магду с девушками, мы поможем нашим.
Еще не пришедших в себя полураздетых девушек вывели, Фрэнк приобнял ослабевшую после ритуала Магду за плечи. В спешке он повел ее к черному выходу, перевесив через плечо огнемет.
Великая удача была на стороне бойцов, потому что стоило им покинуть здание, как оно с грохотом и треском обрушилось, обдав их клубами пыли.
*
Я не сразу заметила женщину, скрывшуюся в тени барной стойки. Нежно-розовый маникюр со стразами украшал ее ногти, она крепко вцепилась в меня, держала и не собиралась отпускать, словно я была ее последней надеждой. А может, и была.
– Помогите, пожалуйста, – умоляюще прошептала она.
Ее живот был вспорот клыками, склизкие внутренности вываливались наружу. Едкая кислая вонь исходила из раны, перемешанная с металлическим, застревающим в глотке привкусом крови и дорогого парфюма. Кислый запах – признак вспоротого желудка. В красном месиве что-то зеленое: непереваренные листья салата? Как она еще находилась в сознании? К горлу подступила тошнота, но я не могла отвести взгляд. Жертва инстинктивно прижимала руку к животу, стараясь удержать и затолкать дрожащей рукой внутренности обратно. Почему она еще жива? Я дернулась в сторону, но она крепко держала меня.
За окном опять раздались крики и рычание – псины близко. Времени, как всегда, слишком мало.
На секунду я закрыла глаза от принятого мучительного решения.
– Да, я помогу тебе, – извиняющимся тоном проговорила я, зная, что впускаю новые кошмары в сны.
Этот молящий взгляд, глубоко посаженные ясные глаза, плохо замазанные тональным кремом веснушки, родинка над верхней губой – они будут преследовать меня всю жизнь. Я не хотела запоминать лицо, но знала, что запомню. Обязательно запомню.
Быстрый удар ножом пришелся прямо в шею, мою руку оросила горячая кровь. Слишком неправильное и верное решение, слишком ужасное, чтобы я его совершила. Но помощь я оказала, лучше вот так быстро уйти из жизни, покинуть этот адский мир, чем медленно умирать в одиночестве или в клыках страшных тварей, жующих тебя.
Взгляд, полный удивления и непонимания, потух. Ладонь разжалась.
Потом, все потом, когда я буду в безопасности, только тогда я допущу этот момент до сердца и буду корить себя. Нужно было абстрагироваться. Звездная ночь и объятия Скила, но, скорее всего, я буду гореть в аду.
Я двинулась на выход, но было уже поздно. Факел прогорел, а за окнами кафе показались черные морды. Когтистая лапа слабо ударила по стеклу, оставляя багровые разводы. Голод преследовал их, заставлял вести вечную охоту, для них жертв всегда мало.
Бежать назад или прямо здесь зажечь огонь? Успею ли я залить ромом ткань и чиркнуть зажигалкой? Испугаются ли они, когда будут превышать численностью? Я замерла, рассчитывая силы.
От раската выстрела я вздрогнула. Красные брызги покрыли стекло, тонкими змейками потекли по стеклу. Следующий выстрел прошел сквозь череп псины, размолов морду и вдребезги разбив окно. Осколки осыпались мелкими сверкающими бриллиантами, смешались с остатками мозговой жидкости твари. Грохот огнестрела повторился, и послышался скулеж. Головы псин превращались в кровавый фарш.
Дэйв вошел в кафе, в руках у него было ружье с дымящимся стволом. Я и забыла о нем в недавней заварушке.
– Валим отсюда.
– Это было круто, поистине круто, – быстро проговорила я, делая глубокий вдох и прогоняя оцепенение, радуясь спасению.
– Не впервой, – бросил Дэйв и, поймав мой удивленный взгляд, пояснил: – Тогда, на ферме, тоже был я. Кэт, ты ранена?
Признание меня поразило: я всегда считала Дэйва тем, кто делает ремонт в детской, ездит на рыбалку, играет в боулинг с приятелями на выходных, а не мужчиной, побеждающим тварей. Что же, времена менялись, и люди следовали этим переменам.
– Нет, это не моя кровь, – не стала я уточнять про труп женщины за барной стойкой. – Нужно валить. Стая скоро будет возвращаться доедать добычу, тогда мы окажемся в кольце. В машине остались гранаты, людей на улицах уже нет, можно будет ими воспользоваться, чтобы прорваться через псин. Есть хорошие шансы встретить наших, так будет надежнее, – четко выстроила я план.
– Обратно туда? – удивился Дэйв. – Не проще залечь на дно, дождаться военных?
– Ты думаешь, псины – это все? Сколько ждать? Сейчас нигде не безопасно, если, конечно, у тебя нет ключей от бомбоубежища в ближайшем квартале. Из города надо выбираться, одни мы не справимся.
– Это очень плохая идея, – сдался Дэйв, вставляя патроны, – но звучит разумно.
Я удивилась его словам. Где этот властный Дэйв, который все решал? А возможно, все дело было во мне: я сама никогда не возражала, не диктовала правила, передала правление ему. Но выживание – не та вещь, которую я готова ему поручить, поэтому и взяла ситуацию в свои руки, и та уверенность, с которой я говорила, не позволила ему усомниться.
Давняя привычка, отличная для выживания – дело не в мускулах и не в оружии, хотя и они важны. Хочешь выжить – думай. Паниковать можно после.
*
Сколько времени прошло? Двадцать минут? Полчаса? Улица чудовищно преобразилась. Перед глазами предстала разруха, чума прорвалась из того мира, оставив кровь и трупы на асфальте, смятые, еще сигнализирующие временами машины, разбитые витрины и нагнетающую страх тишину.
Тишина – всегда плохо, она предвестник новых кошмаров. И я была права. Прямо по улице со стороны разлома показались человекоподобные сущности. Новые твари. У них что, сегодня открытая вечеринка, и всем выслали пригласительные? Нелюди – один их вид вызывал омерзение. Странные и пугающие твари. Словно бинты, клочки одежды и куски гнилого мяса перемололи в огромной мясорубке, а потом попытались обратно слепить из этого человека. Они обладали человеческой фигурой, но были чудовищно обезображены. Тела покрыты гноем и волдырями. Вместо рта неказистые и обезображенные отверстия, похожие на дыры, без губ.
– Это зомби? – с ужасом и удивлением воскликнул Дэйв.
Нелюди с их подкошенными движениями пугали. Слишком сильно были вбиты клише зомби-апокалипсиса.
– Нет, не так страшно. Псины опасней. – Я быстро начала экскурс по сверхъестественным тварям и их повадкам: – Выглядят жутко и куснуть могут, если стоять столбом. Не очень опасные – скорее падальщики, хотя согласна, видок у них жуть. Вирус не несут, но гангрену можно подхватить, если не обработать рану. Обычно за псами доедают, не думала, что они так скоро явятся.
Я вздрогнула, когда он взял меня за руку. Нет, мы никогда не станем друзьями, но врагами сейчас нас не назовешь. Руку я убрала. Дэйв немного растерялся и действительно впервые в жизни не знал, что делать, но быстро собрался и произнес:
– Можно пробраться по другой улице, обойти, подождать, пока они пройдут.
По улице ниже медленно передвигались псы, поедая свежее мясо. Монстры взяли нас в кольцо.
– Черт, – в сердцах произнесла я. Немного медлила, ждала озарения, желая найти оптимальный план из сотни возможных. Нет, мы не были в тупике, но лучше было все основательно продумать.
– Там магазин, можно забежать, – предложил Дэйв.
– Можно… – тихо проговорила я и добавила уже твердо: – Но нужно ли?
Огромная змея медленно ползла по улице, ее голова была шириной с кузов машины. Она была полностью лишена цвета, белая от кончика хвоста до языка, который она иногда показывала. Ее кожа отличалась от привычной змеиной, вся в наростах, хлопьями свисала с ее мощного тела, белая слизь местами выделялась на теле. Змея источала запах гниения. В Альтернативе к ней прилипло название «медуза».
Я зачарованно глядела на нее.
– Есть отличный, замечательный план, – сказала я Дэйву.
– Бежим?
– Стой, – скомандовала я и пошла вперед навстречу медузе, которая своим огромным телом сминала нелюдей, двигала машины, временами лениво открывала пасть и целиком заглатывала монстров.
– Кис-кис, иди сюда, лапочка, – засюсюкала я.
Те, кто был в Альтернативе, знали, что не все монстры опасны, несмотря на их внешний вид. Одним из таких редких существ была медуза. Ее слизь являлась антисептическим средством, способствующим заживлению ран. Многие пытались приручить их, но они своенравны, хотя на ласку и нежную интонацию велись, иногда сопровождая людей по несколько дней. Главное, почесывать им голову и сюсюкать, как с пушистыми милыми зверюшками или с маленькими детьми. Медуз не стоит опасаться, если ты не разлагаешься. Многие монстры, в том числе нелюди и псины, их боятся.
Нелюди стали расходиться переулками.
– Кэт, ты спятила? – ошарашенно спросил Дэйв.
– Будь нежнее.
– Ты знаешь, я могу быть и нежным.
– Нежным и вкусным молодым мясом, если не будешь делать, как я скажу, – отбросила я двусмысленный намек.
Он промолчал.
Я протянула вперед руку, желая погладить теплое тельце змеи. Да, как ни странно, хотя медуза выглядела как змея, но она была млекопитающим, температура ее тела была высокой.
Я дотронулась до ее головы, нежно погладила, проведя рукой по слизи. Главное – откинуть чувство омерзения. Если понимаешь, что это создание несет защиту, сделать это легко.
– Девочка, привет, проведешь нас к разлому? Скил ждет нас, – ласково проговорила я.
– Вдруг она и его съест, – съехидничал Дэйв.
– Он не разлагается, попробовала везде, будь уверен, – отчеканила я.
Я направилась в сторону разлома, не переставая гладить ее и говорить с нежной убаюкивающей интонацией, словно пела колыбельную:
– Красавица, пойдем со мной, я почешу тебе пузико и за ушком, ты моя хорошая, да, ласковая, пошли, не бойся, Кэт тебя погладит.
Медуза развернулась за мной, требуя еще ласки. Был важен тон, а не сами слова. Я гладила ее ошметки кожи, ласково проводила по голове. Она изучала меня своим раздвоенным языком. Так состоялся наш обряд знакомства. Дэйв немного позже стал помогать мне.
Мы двигались вниз по улице, по направлению к банку, ведя это огромное мощное существо, находясь под защитой от монстров. Лишь бы медуза не проголодалась и внезапно не покинула нас, чтобы пойти поохотиться. Поэтому я старалась делать так, чтобы ей нравилось. Пока она с нами, бояться нечего. От разлома за зданием банка исходило сапфировое свечение, красивое, притягательное и этим пугающее. Неизвестность всегда пугает.
Здание банка обрушилось, видимо, совсем недавно, пыль плотной стеной еще висела над обломками.
– Они должны быть около разлома, ведь Пол с командой хотели прикрывать тех, кто придет через разлом, – произнес Дэйв.
– Вероятно, они рядом. – Мелькнула мысль, что медуза не просто так оказалась здесь, а ее привели с собой, обеспечивая безопасность, и, пока ей не надоело, она находилась с теми, кто был за гранью.
Дэйв охнул, увидев оставшуюся от банка груду бетона и железа.
– Надеюсь, никто не пострадал. – Я оглянулась на машину с гранатами, но поняла, что сейчас не время отвлекаться от медузы, их можно забрать позже.
В облаке пыли мы не сразу увидели группу людей. Свет из разлома подсвечивал их силуэты. Медуза, приблизившись к разлому, вероятно, решила, что ее ведут обратно. Она с изяществом, несвойственным для крупных животных, развернулась и поползла в противоположную сторону.
– Не очень мы ей понравились, – хмыкнула я.
– Все равно мы уже на месте. – Дэйв быстрым шагом направился к людям у разлома.
