Текст книги "Единственная, кто его слышит... (СИ)"

Автор книги: Tamita-92

сообщить о нарушении

Текущая страница: 36 (всего у книги 48 страниц)

– Это подарок. Ребята помогли сделать. Мне просто хочется, чтобы ты не забыла меня, и чтобы у тебя была вещь при взгляде, на которую ты вспоминала меня, и все хорошее, что было между нами.

– Так говоришь, будто собираешься меня покинуть, – пробормотала Белла, нервно теребя краешек атласной ленты.

– Нет, что ты. Я никогда тебя не оставлю, по крайней мере добровольно. Знай это, – старался я ее убедить, на что Белла лишь кивнула.

– А как ребята узнали о том, что ты хочешь сделать подарок? – все еще не решаясь открыть коробку, спросила она.

– Ну, – опустил я виноватый взгляд в пол. – Использовал силу мысли.

– Ты же обещал…

– Да-да, я знаю. Прости, но я не мог по-другому сделать тебе сюрприз. Открывай уже, а то я и сам не успел толком разглядеть эту вещицу.

– Хорошо, – улыбнулась Белла и подняла крышку коробки.

Я, затаив дыхание, стал наблюдать за ее реакцией. Белла на мгновенье замерла, заворожено смотря внутрь коробки. Через секунду, ее хрупкие тонкие пальцы потянулись к заветной шкатулке.

– Эдвард, это… – шепнула она, держа в руках шкатулку, которая представляла собой овальный шар на изящной ножке обтянутой тканью серого цвета. По всей окружности шара он был украшен тонкими полосками жемчужных бусин, вырисовывая некое подобие лепестков.

Белла стала осматривать ее, чуть поворачивая в своих ладонях.

– Это шкатулка, – произнес я, а Белла взглянула в мои глаза, и казалось, она готова заплакать. – Музыкальная, – улыбаясь пояснил я.

– Она… восхитительна, – шепнула Белла.

– Ты еще не видела самого главного, нажми на кнопочку снизу.

Белла робко, будто боясь что-то сломать, провела пальчиками по дну и нажала кнопку.

Шар овальной формы медленно, под звуки мелодии стал раскрываться, искусно превращаясь в распустившийся цветок. Как только овальный шар раскрылся полностью, перед нашим взором предстал бутон розы из хрупкого тонкого стекла, который медленно стал крутиться вокруг своей оси.

– Это наша песня, – шепнул я, боясь напугать Беллу, которая с таким восхищением смотрела на шкатулку.

– Эдвард, я даже представить себе не могла что-то подобное, – улыбаясь, пробормотала она, а по ее щекам скатились слезы. – Она потрясающая…

– Тебе нравится? – тихо спросил я.

– Конечно, – с широкой улыбкой смотрела она.

– Она единственная в своем роде, такая же, как и ты, – проговорил я. – Элис постаралась. Придумала ее, как только увидела мои мысли…

– Увидела? – недоуменно сдвинув брови, спросила Белла.

– Ну да, я написал это все в компьютере.

– Она и правда выражает твои чувства, – Белла робко подвела пальчики к крутящейся розочке, обводя ее хрупкие закругленные лепестки из тонкого бледно-розового стекла. – Ведь я знаю, что ты чувствуешь…

– Хотел бы я тоже ощутить твои эмоции и чувства, – с сожалением протянул я.

– Я люблю тебя, – она мгновенно поставила шкатулку на пол и подвела ладонь к моей щеке. – Люблю, и ты это знаешь, – привстав на колени, Белла придвинулась ближе ко мне. – Люблю, – шепнула она мне в самые губы.

– Люблю, – мечтательно прикрыв глаза, пробормотал я. – И я никогда не полюблю никого другого! Никого! Никогда!

– Я верю, – выдохнула Белла. – Открой глаза, – под звуки песни попросила она, и я мгновенно сделал, как она просила. – Я хочу смотреть в них все время… Все то время, пока я жива! Нет ни у кого глаз прекраснее, чем твои.

– Есть, – шепнул я. – Твои. Самые прекрасные, добрые, искренние, любимые глаза.

– Значит, я смотрю в зеркало, – улыбнулась она.

Мы снова замерли, любуясь друг другом. Я просто не мог оторвать взгляд от прекрасных светящихся нежностью и любовью глаз Беллы.

– Хочешь прогуляться? – тихо предложил я.

– Хочу, – все так же на расстоянии в несколько миллиметров от моих губ шепнула она, а я так хотел почувствовать на себе ее теплое дыхание. – Надеюсь, под дождь мы не попадем, – усмехнулась она.

– Да уж… Но ты тогда была такая счастливая…

– И мокрая, – хихикнула она. – Идем, я устала от истории, и мне срочно нужен свежий воздух, – Белла поднялась на ноги, поманив меня к себе рукой.

– От истории устала, да я ее толком и не рассказал тебе, – засмеялся я.

– Вот на прогулке и расскажешь, тебе же не нужен для этого учебник? – коварно прищурила она глаза.

– Конечно, нет, – поднялся я на ноги.

– Мам, пап, я гулять, – крикнула Белла, спустившись на первый этаж.

– Надолго? – поинтересовалась Миссис Свон.

– Не знаю, пройдусь немного, если что, звоните.

– А у тебя точно все в порядке? – аккуратно спросила ее мама.

– Да, – кивнула Белла. – Ну я пошла, – попятившись к двери, проговорила она.

– Хорошо, только не допоздна гуляй, – строго напоследок сказала Миссис Свон.

– Угу, – бросила Белла и вышла за дверь, придержав ее для меня.

– Не стоит открывать передо мной двери. Во-первых: ты ущемляешь мое достоинство, ведь это я должен придерживать для тебя дверь. Во-вторых: ты немного нелепо выглядишь, когда на несколько секунд замираешь перед дверью и провожаешь меня взглядом, – засмеялся я.

– Вот спасибо, я итак себя чувствую немного чокнутой.

– Да ладно, мы ведь похожи, – усмехнулся я.

Выйдя из дома, мы пошли по дорожке, ведущей в центр города.

– Итак, Перл Харбор, – начал я, смотря на Беллу.

– Ты действительно собрался мне рассказывать все? – сморщив носик, спросила она.

– Да, – строго заявил я, скрестив руки на груди. – У тебя могут быть проблемы, а Хоровиц еще тот тип, может и специально завалить.

– Посмотри, какая замечательная погода, – засмеялась она и, раскинув руки в стороны, глубоко вдохнула прохладный ночной воздух.

– Ах ты, маленькая коварная хулиганка, – я засмеялся и бросился вслед за Беллой, которая начала удирать от меня.

– Прекрати, – хохотала она, убегая. Ей было все равно, что на нее смотрят одинокие прохожие, спешащие поскорее домой. И что она выглядела как ребенок, играющий с отцом в догонялки на заднем дворе. Она была счастлива, и я вместе с ней.

Я уже не бежал, а быстро шел за Беллой, которая смеясь, пряталась от меня за деревьями.

– Нашел, – тихо произнес я у нее над ухом. Белла замерла и медленно повернулась ко мне лицом, прислоняясь спиной к стволу дерева.

– Нашел, – выдохнула она и посмотрела на мои губы.

Я в тысячный раз проклял себя за то, что не замечал ее раньше и потерял столько времени. Я ругал себя за то, что я сейчас призрак и даже если поцелую ее, то не почувствую всего того, чего хотелось бы. Но вопреки всему, я стал медленно наклоняться к ее лицу, а Белла стала приподниматься на носочки, стараясь быстрее сократить расстояние между нашими лицами.

– Ты забыла, нас ждет Перл Харбор, – прошептал я возле ее теплых и таких манящих губ.

– Ты опять за свое, – быстро поцеловала она меня в губы, при этом чуть «утонув» в них.

Белла засмеялась и, пройдя сквозь меня, снова стала убегать.

– Ты не забыла, что я спортсмен? – спросил я, протягивая к ней руки. Но Белла, словно ветер ускользала от меня, а мне не хватало буквально пары миллиметров, чтоб поймать ее.

– Не забыла,– ответила она, прячась за очередным деревом.

Я видел, как она спряталась за большим стволом и, обойдя его с другой стороны, тихо подкрался сзади.

– Я снова нашел тебя, – улыбаясь, тихо произнес я.

– Я особо и не пряталась, – хохотнула она, заправляя выбившуюся прядь волос за ухо.

– Что с нами будет дальше? – смотря в ее шоколадные глаза, спросил я.

Я понимал, что сейчас я могу испортить все на свете. Что могу разрушить все то хорошее, что мы старались сберечь на протяжении последней недели.

Белла погрустнела и, тяжело вздохнув, ответила:

– Я не знаю, и не хочу об этом думать сейчас. Ты меня научил жить одним днем, научил ценить все, что дается тебе сейчас, именно в эту минуту. Я хочу это ценить, и хочу использовать это по полной. А будущее… Давай о нем подумаем завтра? – обняв себя за плечи, прячась от прохладного вечернего ветра и прикусив нижнюю губу, Белла посмотрена на меня из-под опущенных ресниц.

– Замерзла? – спросил я, проводя ладонями вдоль ее плеч. Я чувствовал себя полным идиотом от того, что снова заставил мою девочку думать о грустном. Но мне просто необходимо было знать, что с нами будет дальше. Надежды на то, что я снова вернусь в свое тело таяли на глазах, а ходить возле Беллы и смотреть, как она мучается, я не мог.

– Есть немного, – ответила она и сделала шаг навстречу мне, стараясь прижаться к моей груди.

– Тогда домой, – улыбнулся я. – Не хочу, чтоб ты простыла.

– Только не говори, что если я буду сопливая, ты перестанешь меня любить, – прищурив один глаз, она взглянула на меня и еле сдерживалась, чтоб не засмеяться.

– Вот дурочка, – улыбнулся я. – Просто я сейчас немного не в форме, чтоб за тобой ухаживать: носить тебе чаи, бульоны и поправлять подушку под головой.

– Будем считать, что оправдание принято, – засмеялась она.

– Так, народный судья, бегом домой, – скомандовал я и легонько ткнул ее пальцем в живот.

– Не умничайте, обвиняемый, а то суд присяжных вполне сможет пересмотреть ваше дело, и назначить вам иной приговор, – строго заявила она и, развернувшись, зашагала по направлению к дому.

– И в кого ты такая? – начал я, догоняя ее.

– Какая? – перебила она.

– Особенная, – произнес я и хотел взять ее за ладошку, но не получилось.

Белла опустила взгляд на ладонь, а я невольно с силой сжал кулак.

– Так седьмого декабря говоришь? – быстро произнесла она и, прибавив шаг, пошла вперед. Я не сразу понял, о чем она, но вспомнив, что именно седьмого декабря Перл Харбор подвергся нападению, быстро догнал ее.

– Да, – ответила я. – Эти японцы такие идиоты были, что напали, – пошутил я, а Белла улыбнулась.

– Ну, может и не такие уж и идиоты, – слабо улыбнувшись, произнесла она. – Ведь так говорят: «Хочешь победить – нападай первым»?

(Саундтрек: The Chapin Sisters – Let Me Go)

– Не знаю, – ответил я, ступая вслед за Беллой на пешеходный переход. – Я считаю, что любая война – это уже плохо.

– Ну, – протянула она. – Если бы не было войн, то не было того, что мы сейчас имеем. Да и технологии застыли бы, – говорила она, глядя мне в глаза.

– Как знать, – произнес я, и обернулся на яркий свет с боку, который Белла не заметила.

Только сейчас я сообразил, что мы оба находимся посреди шоссе.

Автомобиль с большой скоростью летел прямо на Беллу, которая шла впереди меня всего в паре метров. Машина издала ужасный звук, со скрипом тормозя шинами по асфальту. Водитель нажал на сигнальный гудок, привлекая внимание Беллы. Девушка мгновенно развернулась на звуки.

– Белла! – закричал я и подался вперед, стараясь поймать ее, потянуть на себя, убрать с пути этого чокнутого водителя.

Под ярким светом фар, моя девочка застыла на месте, смотря прямо на машину, но через мгновение она сделала шаг назад.

– Нет, – вскрикнул я и хотел поймать ее, но мои руки лишь прошли сквозь ее плечи.

Все произошло так быстро, что я даже не смог ничего сообразить…

Дальше все было как в тумане: свет фар, приглушенный испуганный голос Беллы, сигнал автомобиля и визг шин.

– Белла, – последний раз прошептал я, но мне будто зажали горло руками.

Из моей груди рвался только жалкий хрип… Мне что-то совершенно мешало дышать… Было больно…

От дикого ужаса и неминуемой безысходности я что есть сил зажмурил глаза, чтоб не видеть всего происходящего…

И тут меня словно ударили, толкнули в грудь со всей силы, и я стал падать назад…

– Нет, – прохрипел я и стал бессмысленно хвататься руками за воздух, стараясь уберечь себя от падения. Больно ударившись, при приземлении на спину, я широко распахнул глаза, но увидел лишь туман, пеленой застилающий мой взор.

Пару раз медленно моргнул, и непонятный белый цвет заменил мне звездное небо…

====== Глава 30 ======

POV. Белла

(Саундтрек: Feist – Graveyard)

– Особенная, – произнес Эдвард и хотел взять меня за руку, но у него ничего не получилось. Я с обидой посмотрела на свою ладонь, а Эд с силой сжал руку в кулак.

Нужно срочно перевести тему, а то он снова начнет думать о плохом, да и мне особо расстраиваться не хотелось.

– Так седьмого декабря, говоришь? – быстро протараторила я и зашагала вперед чуть быстрее.

Эдвард немного замешкался, но потом догнал меня, становясь рядом.

– Да, – ответил он. – Эти японцы были такими идиотами, что напали, – пошутил он, а я улыбнулась.

– Ну, может и не такие уж идиоты, – чуть подумав, произнесла я. – Ведь так говорят: «Хочешь победить – нападай первым»?

– Не знаю, – ответил он, ступая вслед за мной на пешеходный переход. – Я считаю, что любая война – это уже плохо.

– Ну, – протянула я. – Если бы не было войн, то не было того, что мы сейчас имеем. Да и технологии застыли бы, – говорила я, глядя ему в глаза.

– Как знать, – ответил он и, резко повернув голову, посмотрел направо.

– Белла! – прокричал Эдвард, я резко посмотрела в сторону, откуда раздавался устрашающий звук сигнального гудка автомобиля.

Справа на меня неслась машина, которая, скрипя шинами по асфальту, пыталась остановиться.

На какую-то долю секунды я замерла от страха, но потом мой мозг стал быстро складывать ситуацию воедино и будто приказал отскочить в сторону.

С моих губ сорвался дикий испуганный визг. Я отскочила назад и заметила, что Эдвард хотел меня поймать, потянуть на себя, спасти от аварии. Но его руки только прошли насквозь.

Я отступила на шаг назад, но когда увидела, что машину повело снова в мою сторону, резко сорвалась с места и побежала вперед. Эдвард стоял впереди меня с зажмуренными глазами. Как только я добежала до него и руками ударилась в его грудь, он стал падать назад, я же летела на него.

– Нет, – прохрипел он, и я видела, как он старается схватиться руками за воздух, чтобы не упасть.

Он растворялся в воздухе, исчезая, а я не верила тому, что сейчас вижу. Упав на землю, я достала головой и больно ударилась, мне даже показалось, что я на минуту потеряла сознание.

– Девушка, – услышала я истеричный мужской голос. – Как вы?! Простите, я не заметил вас! Я сейчас же вызову скорую! – тараторил он, пока я, находясь словно в тумане, пыталась подняться на ноги.

– Все в порядке, – пробормотала я. – Не надо скорую.

– Вы уверены?! Я же вас чуть не задел!

– Да, все отлично, – я медленно огляделась по сторонам, ища Эдварда. – Нет, – испугалась я.

Я нигде не могла найти его…

– Что?! Скорую?! – снова заистерил мужчина.

– Да нет же! – взбесилась я. – Езжайте уже! – я продолжала вертеться на месте, надеясь увидеть такое нужное мне лицо.

– Эдвард! – крикнула я, но он не появился. – Он же не мог!.. Он не умер! – заплакала я. – Эдвард?!

Мужчина окинул меня взглядом, и видимо у него уже сложилось обо мне мнение, что я чокнутая. Он быстро сел в машину и уехал.

– Эдвард?! – я побежала по краю дороги, ища его.

Я не могла поверить, что он пропал…Что он исчез…Что он… умер…

Неужели все то, что я смогла приобрести, так нагло у меня отобрали? Я видела, как он растворился, но это не значит… Это просто не могло означать, что он исчез, освободился, и перешел в один из миров.

Наверное, уже в сотый раз я огляделась по сторонам, надеясь увидеть Эдварда, но все мои старания оказались тщетны. Мною медленно овладела паника, сбивая ритм сердца и дыхания, и я просто беспомощно опустилась на дорогу.

Я сидела на бордюре и плакала. Слезы ручьем лились по моим щекам и большими каплями падали на серый асфальт.

В который раз у меня звонил телефон, но сейчас для меня этот звук был словно в тумане…

Я долго не могла сообразить, куда именно я положила трубку. Пошарив по карманам, я выудила телефон и ответила на звонок.

– Эмм, он исчез! – плача, простонала я в трубку. – Он пропал! Умер! Я его потеряла!

– Белла! Белла, успокойся! – затараторил он. – Беги в больницу! Быстро!

– Зачем?! – перебила я, вытирая слезы с лица. – Я не смогу видеть его мер… – еще больше заплакав, я медленно опустила голову на колени и с силой сжала волосы на затылке в кулак.

– Беллс, он жив! – заорал Эмм. – Он очнулся! Вышел из комы!

– Что?! – не веря словам своего друга, тихо спросила я, на долю секунды оцепенев.

– Да! – радостно выпалил он. – Мы все уже едем в больницу. Нам позвонила Элис, это случилось буквально пару минут назад. С ним все хорошо, он сейчас под присмотром Карлайла.

– Я скоро буду! – часто дыша от накрывающей меня радости и счастья, проговорила я и сбросила вызов. – Он жив! – поднимаясь на ноги, невольно прокричала я на всю улицу. – Жив, – уже шепотом выдохнула я и сорвалась с места.

Я старалась бежать как можно быстрее, лишь бы поскорее увидеть Эдварда живым. Любимого Эдварда!

Я спотыкалась, падала, но, не останавливаясь ни на секунду, продолжала свой путь. У меня сейчас будто крылья выросли, которые помогали мне лететь к единственному человеку, который мне сейчас нужен.

С моего лица просто не сходила радостная и счастливая улыбка.

Как он сумел вернуться?! Мы же испробовали все возможные способы, но ничего не получалось! Похоже, теория Элис оказалась верной. Эдварду нужен был сильный испуг, а ничего нет страшнее надвигающейся опасности на человека, которого любишь.

Забежав в здание больницы, я стала нервно и часто нажимать на кнопку вызова лифта, будто от этого он будет ехать быстрее. Так и не дождавшись его, я ломонулась к лестнице. Бегом, спотыкаясь, я поднималась на четвертый этаж. Дальше по коридорам, ища нужную мне палату. За несколько метров от цели, я уже слышала радостный смех и всхлипы от слез.

Дверь в палату была открыта. Замерев в проходе, я уставилась на Эдварда, все еще лежавшего на койке. Вокруг кровати собрались его семья и друзья, которые, увидев меня, мгновенно замолчали в ожидании.

– Эдвард, – облегченно прошептала я, смотря на его худое, но такое любимое мне лицо. По моим щекам снова полились слезы.

Эдвард смотрел в мои глаза и будто не понимал, что я здесь делаю. Дрожащими ногами я подошла к койке и взяла его за руку. Родители Эдварда непонимающе на меня смотрели. Элис, Эмметт, Джаспер, Розали: все они улыбались. И лишь Эдвард уставился на меня ошарашено.

– Ты не представляешь, как я рада, что ты вернулся, – не обращая ни на кого внимания, со слезами в голосе и на щеках прошептала я.

– Серьезно? – вяло и устало хриплым голосом усмехнулся он, я лишь кивнула. – Я и не знал, что ты по мне так скучала, Свон, – с насмешкой пробормотал Эдвард. – Прости, знал бы, вернулся раньше.

От услышанного мое сердце, казалось, перестало биться. Моргнув, избавляясь от слез, я пристально уставилась в любимые зеленые глаза. Но я не смогла разглядеть в них ничего из того, что видела раньше, когда он был духом рядом со мной.

– Эдвард, – осторожно начал Эмметт. – Ты не помнишь ее?

– Конечно, помню! – от его тона по щекам с новой силой полились слезы.

В его голосе больше не было той нежности, обожания и любви, к которым я так привыкла. Сейчас была лишь насмешка…

– Что последнее ты помнишь? – испуганно спросила Элис, схватив брата за другую руку.

– Футбольный матч, вечеринка… а потом мы, кажется, попали в аварию, – нахмурив брови, говорил он. – Кстати, как там моя машина? – отворачиваясь и смотря на отца, спросил он.

Все ребята шокировано уставились на Эдварда, в глазах девчонок появились слезы, от чего он мгновенно перевел взволнованный взгляд на сестру. Я же стояла не шевелясь и медленно осознавала, что Эдварду я сейчас совсем не интересна… Он не помнит, что любит меня… Он все забыл…

– Он меня не помнит… Я ему чужая… – кое-как прохрипела я.

– Боже, – заплакала Элл, взглянув на меня.

Я обвела всех затуманенным от слез взглядом. Родители Каленов все так же непонимающе смотрели то на меня, то на сына. Элис и Роуз плакали, сочувствующе глядя на меня. По глазам Джаспера тоже было видно, что слова Эдварда его ошарашили, и он совершенно не знает, что сейчас делать. Эмметт тоже, казалось, вот-вот заплачет.

Каллен снова взглянул мне в глаза, будто старался понять, что происходит. Старался понять, мои слова и что я здесь делаю, почему плачу. На долю секунды мне показалось, я увидела в его глазах прежнюю теплоту и нежность, но это всего лишь… показалось…

– Мне нужно… – замямлила я, освобождая ладонь Эдварда из своей руки. Он на мгновенье сжал кончики моих пальцев, будто не желал меня отпускать. Но его взгляд ни на каплю не изменился. – Я должна идти… – я медленно попятилась к двери, все еще смотря на Эдварда.

На меня были устремлены столько сочувствующих пар глаз и лишь одни, которые я так любила, смотрели холодно, не выражая никаких эмоций.

К горлу подкатил огромный ком, слезы полились еще больше.

– Я не могу… – резко развернувшись, я выбежала прочь из палаты.

Подбежав к лифту, я все также била по кнопке вызова, но это не помогало. Лифт как назло ехал медленно, не желая мне помогать и быстрее покинуть больницу.

– Белла, – услышала я крик.

Я думала, что услышала голос Эдвард, но мне показалось. Это кричал Эмметт.

Истерика готова была завладеть мной сполна, от чего я стала стучать по кнопке вызова лифта еще сильнее.

– Белла, подожди, – подбежал ко мне Эмм, схватив за локоть. – Не уходи, ты не можешь…

– Он не помнит… – выдавила я, дернув рукой. – Я для него все та же серая мышка Свон…

– Это не так, он же только вернулся…

– Эмметт, я не могу… Отпусти…

– Но…

– Пожалуйста… – простонала я. – Я не могу…

Двери лифта открылись, и я шагнула в кабину, но Эмметт так и держал мою руку. Я с мольбой взглянула в его заплаканные глаза, от чего он расслабил хватку и, медленно проведя ладошкой по моей руке, отпустил, беспомощно смотря, как двери лифта закрываются между нами.

(Саундтрек: Birdy – Shelter)

Слезы застилали глаза, я ничего не видела пока бежала по холлу больницы. Мне было так больно, как будто мне переломали все кости сразу. Распахнув входные двери в больницу, я споткнулась и упала на асфальт, содрав кожу на ладошках.

Слезы продолжали бежать по щекам, но я не обращала на них внимания. В моей голове, словно ударами молотка бились слова Эдварда…

Он меня не помнит… Его красивые зеленые глаза, которые были наполнены холодом, и в которых не осталось ничего от той страсти, нежности и любви, которая там была еще пару часов назад… Они были пусты… Нет… Не так… Я снова увидела в них ту насмешку и то презрение, которое он испытывал ко мне до аварии.

Шумно выдохнув, я поднялась с колен и, обняв себя за плечи, в слезах побежала домой.

Бежала совершенно не замечая никого и ничего вокруг, раз за разом вспоминая слова Эдварда.

В моей голове будто возникала картинка как в дурацком нарезанном клипе, где каждое слово Эдварда сопровождало его лицо с живыми эмоциями.

В моей памяти всплывали хорошие воспоминания. Как Эдвард нежно улыбался, глядя на меня. Как он говорил, что любит. Как обещал, что никогда не покинет меня. Но каждое это воспоминание тут же перебивал холодный и непонимающий взгляд Эдварда в больнице.

Мне повезло, что когда я пришла, родители уже спали. Очень не хотелось говорить сейчас с матерью по поводу моего внешнего вида или же настроения.

Войдя в комнату, я скинула кофту и бросила ее в угол комнаты. Подняв с пола плюшевого мишку, которого я имела неосторожность оставить здесь, легла на кровать.

По моим щекам не прекращая лили слезы, а сердце заново с новой силой пронзала боль.

Я прижала плюшевого мишку как можно ближе к себе и, уткнувшись в него носом, заплакала еще больше, позволяя огромной волне истерики и боли накрыть меня.

Я не заметила, как долго я вот так пролежала плача, но спустя какое-то время матрас моей кровати прогнулся, а в нос ударил знакомый аромат духов. Сильные руки обняли меня за плечи, прижимая к широкой каменной груди.

– Я с тобой, – прошептал Эмметт. – Все будет хорошо.

Всхлипнув, я обняла его руку, цепляясь за нее, словно она мой спасательный круг. Почему-то рыдания продолжились с новой силой. В истерике я уткнулась в руку Эмметта, стараясь заглушить дикий крик, рвущийся из груди.

– Как так… Почему все эти мучения достались именно нам? – не выдержав, застонала я.

– Не знаю, милая, не знаю, – бормотал Эмм, прижимая меня к себе еще крепче, будто старался спрятать меня в себе, чтобы боль исчезла, но это не помогало. – Тише, родная, я рядом… Я не оставлю тебя, хоть ты и просила меня об этом… Не оставлю…

– Что с ним? – прохрипела я сквозь слезы.

– Он поправится. Все будет хорошо… Я уверен, он все вспомнит, дай ему время…

– Вспомнит, – всхлипнула я, продолжая держаться за крепкие руки Эмметта, спасающие меня.

– Прошу, не плачь… – бормотал Эмм. – Постарайся уснуть, родная… Я буду рядом…

На слова друга я лишь и могла кивнуть, не в силах вымолвить даже слово.

– Я не смогу уснуть, – пробормотала я.

– Ты главное не думай о плохом, пожалуйста, ради меня… Хочешь, я расскажу, как прошел мой вечер с Роуз? – стараясь отвлечь меня, говорил он.

– Да, – судорожно закивала я. – Мне это нужно…

Эмметт стал шепотом, но энергичным голосом рассказывать, как он сидел с Розали на качелях веранды ее дома, как они мило разговаривали о всякой ерунде. И я старалась ловить каждое слово друга, вникая в их смысл, лишь бы не думать о том, что Эдвард меня не помнит. Точнее помнит, но не так, как мне хотелось бы…

Постепенно монотонный голос Эмметта стал действовать на меня как снотворное, и усталость от пережитого взяла свое. Я медленно прикрыла глаза, провалившись в сон.

Проснулась я, чувствуя, что у меня затекла шея. Приподнявшись на локтях, я заметила, что меня все так же, как и вчера обнимают руки Эмметта.

– Просыпайся, большой брат, – потирая ладонями глаза, прохрипела я.

– Уже утро? – сонно протянул Эмм, переворачиваясь на спину. – Как ты? – большие ладони Эмма легли на мои плечи, а моя спина прижалась к его груди.

– Да, – ответила я, принимая сидячее положение. – Терпимо, – стараясь не показывать своего истинного настроения, откинула я голову на плечо друга.

Эмметт отлично меня знал, и он понимал, как сложно мне сейчас все это перенести. Все-таки как хорошо, что он у меня есть. Даже не смотря на мое нежелание его видеть, он пришел. Это было словно бальзам на мою израненную душу.

– Кофе будешь? – слабо улыбнувшись и стараясь показать что не чувствую себя паршиво, спросила я.

– Не помешало бы, – подхватив легкую волну моего призрачного хорошего настроения, улыбнулся он. – Я сам, – произнес Эмметт, когда мы спустились на кухню. Он живо достал из холодильника все необходимые продукты и принялся готовить завтрак.

Я же бродила по кухне как сонная муха, подавая ему специи и тарелки, и всячески стараясь помочь.

– Кстати, если мы поспешим, то вполне можем успеть ко второму уроку, – говорил он, наливая кофе в чашки.

– Я никуда не поеду, – серьезно ответила я, отодвигая от себя чашку.

– Беллс, – протянул он, смотря мне в глаза.

– Что? – я снова готова была заплакать. – Ну как ты себе это представляешь? Его не будет рядом: он не будет ворчать о том, что все время хочет есть, не будет хвастаться тем, что не устает… Не будет говорить, что…

– Зато он жив, мелкая, – улыбнулся он. – А память, это дело поправимое.

– Черт, – выругалась я и опустила голову.

– Белла, вы столько пережили вместе, что никакой там посттравматический шок, или как это еще могут назвать врачи, не разлучит вас. Вы сильные. Мы сильные. Я, Элис, Джас, Роуз сделаем все, чтоб он вспомнил, – присев возле меня на корточки, произнес Эмм.

– Нет, – спохватилась я. – Он должен сам… Или… Или никак, – по моим щекам тут же побежали слезы, когда я представила, что Эдвард не сможет вспомнить всего того, что случилось за последнее время.

– Это что еще за условия? – удивился Эмм.

– Если он меня и правда любит. Любит, так как он мне об этом говорил, и какие он испытывал эмоции, то он должен вспомнить…

– Но как он вспомнит, если тебя не будет рядом? – перебил друг.

– Я все равно сейчас не смогу ничего сделать. Он в больнице, и стоит мне только появиться на пороге палаты, я не смогу видеть его таким холодным по отношению ко мне, – говорила я, невольно вспоминая взгляд Эдварда, а по щекам уже вовсю лились слезы.

– Это не правильно, Беллс, – вздохнул Эмм, приблизившись ко мне и обняв за плечи. – Ему нужно помочь, он без нас не справится…

– Будь с ним, помогай… Он был в коме почти два месяца, ему будет очень тяжело. Делайте все зависящее от вас для его выздоровления, а я… Я буду ждать, когда он поправится…

– Беллс…

– Зная его характер, он захочет сдаться, если у него чего-то не будет получаться. Прошу, не давай ему спуску. Будет ворчать, кричать – плевать! Его память зависит только от него и меня, а здоровье от врачей, родных и друзей. Обещай, что будешь с ним…

– Конечно, буду, милая. Ради вас обоих…

– Спасибо… Как только он вернется в школу, я постараюсь сделать так, чтобы он вспомнил меня и все, что мы пережили.

– Но я все равно думаю, что это не правильно, – проговорил Эмм.

– Давай завтракать, – сменила я тему, живо стирая слезы с лица.

– Давай, – шумно вздохнул Эмм, с неохотой отстранившись от меня.

– Иди в школу, либо в больницу, в общем, не знаю… – пробормотала я, когда Эмм после завтрака стал помогать мне убирать со стола.

– Я не могу оставить тебя одну в таком состоянии, – твердо сказал он.

– Каком? Я в порядке, – заверила я, уставившись в глаза друга. – Ты обещал мне присматривать за Эдвардом…

– Хорошо, но я буду звонить и слать смс, – пригрозил он пальцем. – Каждые двадцать минут, и если ты не ответишь хоть раз, я мгновенно приеду. Не вздумай натворить какой-нибудь ерунды…

– Я поняла, о чем ты. Эмм, я не сумасшедшая! Я не собираюсь сдаваться, и не собираюсь творить всяких глупостей, которые нам вряд ли помогут.

– Рад, что ты умная девочка, – снова обнял меня друг. – Я не поеду в школу, лучше в больницу, к Эду. А ты, не знаю, мультики посмотри, желательно веселые.

– Хорошо, – вяло усмехнулась я. – Пока.

– Я буду звонить, – напомнил Эмм, скрывшись за дверью.

Как только я заперла дверь, устало прислонилась к ней лбом, а глаза снова невольно наполнились слезами.

– Я не сдамся, – пробубнила я. – Не сдамся… Свон, возьми себя в руки! – приказала я, выпрямившись по струнке.

Как и обещал Эмм, он звонил каждые двадцать минут, сказал, что Эдварду провели полный осмотр, что дышит он самостоятельно, но все так же ничего не помнит из того, что было в его призрачной жизни.

– Ну конечно, чего же ты хотела? – сидя на кровати и обнимая плюшевого мишку, тихо говорила я. – Это тот самый Эдвард Каллен, а я все та же Белла Свон: серая и никому, кроме Эмма, не нужная.

Я легла на бок и, укрывшись пледом и прижав мишку сильнее к груди, потянулась пальцами к шкатулке. Нажав на кнопку, я заворожено уставилась на то, как она раскрылась, наполняя комнату нежными звуками музыки, а мое сердце воспоминаниями. Проведя кончиками пальцев по краю стеклянного лепестка розы, я шумно выдохнула и, открыв ящик тумбочки, достала дневник.