Текст книги "Я один вижу подсказки 19 (СИ)"
Автор книги: Son
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 16 страниц)
Глава 13
В поисках секрета
По нашим планам первым должен был заговорить Рейм, у него был хороший контакт с ними. Но все договорённости вылетели у меня из головы. Рейм даже рта открыть не успел, как я вышел вперёд:
– Мы пришли, чтобы спасти вас.
Шерк скривился:
– А тебя кто просил? Если хочешь «помочь» нам, то бери всех своих и вали отсюда. Чтобы я больше вас никогда не видел.
Его слова были чертовски грубыми, потому пришлось сменить тактику:
– Может, мы войдём, хотя бы водицы попьём? Всё же мы с дороги, устали.
Я решил притвориться, будто мы сюда не на корабле прибыли, а издалека пришли. Всё же это нормально – дать хотя бы тёплой воды.
Я говорил, одновременно идя вперёд, пытаясь протиснуться внутрь пещеры. Я был уверен, что они что-то скрывают, раз не хотят пускать. Моя интуиция подсказывала, что обязательно нужно войти внутрь.
Меня не пустили: ладонь Шерка врезалась мне в грудь. Бил тот изо всех сил, с намерением сбить с ног, но сил ему не хватило, потому я сделал лишь шаг назад.
ВЗМАХ!
Шерк воинственно выставил копьё. Наконечник замер в паре сантиметров от моего лица.
– Зачем ты машешь копьём пред глазами?
– Потому что ты с помощью слов ничего не понимаешь. Ещё раз повторяю: У-БИ-РАЙ-СЯ-ОТ-СЮ-ДА! МЫ-ТЕ-БЕ-НЕ-РА-ДЫ!
Я вообще упёртый, как баран: стоит сказать мне не делать чего-то, и меня туда тянет с удвоенной силой. Отодвинул копьё и попробовал протиснуться мимо Шерка и остальных Древлян.
Я был почти уверен: колоть копьями не станут. За спиной стояли Рейм и остальные, выступая в роли свидетелей. Даже если Шерк хотел бы убить меня, он бы не стал делать это при таком количестве глаз.
Взбесился он сильно. Лицо покраснело от прилившей крови, и в ладони он вложил больше силы, вынуждая меня отойти на три шага назад.
ЧТО?
После чего тот активировал технику племени Древлян: «Запрет Огня».
Техника была по-своему уникальной. Работала она и в одиночку, и в связке. Чем больше людей активировали её одновременно, тем сильнее становился эффект.
«Запрет Огня» – не самая фантастическая техника из всех, но слабой точно её не назвать.
По сути, это барьер, с помощью которого одновременно можно и защититься, и обездвижить противника.
Со стороны это выглядело так: метка тотема на руке и груди Шерка вспыхнули фиолетовым. В воздухе соткался барьер того же цвета.
К Шерку присоединились остальные древляне, один за другим, и с каждым новым человеком барьер прибавлял в толщине. Слой за слоем, пока их не набралось десяток. Всё ради одного, чтобы не пустить меня внутрь. Что ещё сильнее усиливало мою подозрительность.
– Почему ты не пускаешь внутрь? Неужели что-то скрываешь?
– Ничего я не скрываю. Просто не хочу пускать вас к себе. Если ты не помнишь, то я напомню. В прошлый раз вы пришли, избили меня и моих людей. Теперь же ты реально думаешь, что после всего этого я пущу вас? Если ты думаешь, что да, то ты тупой.
Он говорил о какой-то детской обиде, я пытался вразумить:
– Не время для детских обид. Над Людьми Огня навис серьёзный враг, время сплотиться. Нам нужно объединиться, иначе мы все погибнем…
Шерк не дал договорить, резко оборвал:
– Нам плевать. Для нас вы такой же враг, как и они.
Я буквально чувствовал его фальшь. Со стороны слова Шерка звучали логично, к ним было тяжело придраться.
Снаружи свежая краска, внутри гнилая доска. Я чувствовал, что он говорит обо всём, пытаясь увести от самого главного.
Внутри пещеры таился какой-то ужасный секрет, который всеми силами пытались защитить.
К сожалению, у меня не было доказательств, только кричащая интуиция. Остальных было сложно убедить, потому в их глазах я выглядел как чудак, которому в голову взбрела дурная мысль, и теперь он лезет из кожи вон, чтобы её воплотить.
Они попытались отговорить.
– Сын, успокойся, – сказал Бран. – Раз они не хотят нашей помощи, мы ничего не можем сделать.
Ярв сплюнул в сторону и тоже добавил:
– Всё верно. Сдохнут – не наша вина.
У Рейма было немного другое мнение:
– Погодите, давайте не будем рубить сплеча. Обстановка тяжёлая, но всем просто нужно выдохнуть и успокоиться.
Рейм пытался сохранить отношения. Он не понимал, почему люди не могут объединиться против общего врага. Племена Ляхов и Кривичей быстро нашли общий язык, но это, скорее, было исключением, чем правилом.
Я же не хотел успокаиваться и тем более снижать градус. Интуиция говорила, что если сейчас не войду, то потом будет поздно. На кону были чьи-то жизни, и если отступить, то возможность уйдёт.
Я посмотрел на Книгу Жизни и Смерти. Если бы я делал что-то не то, то мне бы давно уже прилетела «подсказка» от себя будущего. Потому мой взгляд стал более безумным:
– Бог свидетель, я пытался сделать всё по-хорошему. Раз не вышло, не нужно обвинять меня в грубости.
Голос прозвучал жёстко, от чего у «моих» ёкнуло в груди, но было уже поздно что-либо говорить: кольцо на пальце чуть заметно блеснуло.
ВСПЫХ!
Воздух свернулся в точку, и тут появилось тяжёлое копьё. Пальцы сомкнулись на древке.
Выпад вышел одним движением, без замаха и предупреждения. Наконечник рассёк воздух и врезался в фиолетовую стену барьера.
Раздался сухой хруст, как у стекла. По плотной энергии побежала трещина, разветвляясь, как паутина, по всему барьеру и по всем слоям одновременно.
Шерк и другие застыли, буквально не веря в происходящее. Только времени, чтобы вникнуть в ситуацию, не было: ударной волной их отбросило назад, как траву на ветру.
Видя их, на моём лице появилась довольная улыбка:
– Вот так-то лучше!
Барьера больше не было. Людей в проходе – тоже, если не считать тех, кто теперь валялся на полу, постанывая от боли.
Они не умерли, потому что я вложил не всю силу. Но даже так моя мощь оказалась слишком велика. Древлянам явно не хватало нескольких уровней культивации.
Я обернулся, чтобы сказать остальным, что проход свободен и можно идти дальше. Только идти со мной никто не рвался.
Кто-то морщился, готовый провалиться сквозь землю. Кто-то отводил взгляд. И даже кто-то смотрел с осуждением, будто я перегнул палку.
Рейм высказался прямо:
– Думаю, ты поступил неправильно. Древляне хоть и слабые, но одно из шести племён. Мы обязаны их уважать. Если они не хотят кого-то пускать в свою пещеру, мы не можем врываться туда силой.
У Рейма было врождённое чувство справедливости, которое безошибочно подсказывало ему, где право, а где нет.
Сейчас оно говорило не в мою пользу: в его взгляде читалось не просто недовольство, а разочарование.
Доказывать что-то сейчас было бесполезно:
– Зайдём внутрь, там посмотрим и сделаем выводы. Если я не прав, то извинюсь, а «ущерб» компенсирую.
Рейм кивнул:
– Не знаю, что ты рассчитываешь там найти. Но раз уж так, то пойдём.
Целая делегация пошла за мной, перешагивала через раненых людей и по лестнице спускалась вниз, всё ниже и ниже.
Там было тихо, но очень людно, целая толпа из сотни людей. Испуганные мужчины и женщины, в основном воины тотема первого-второго уровня.
Хоть они и держали оружие в руках, но, увидев нас, не бросились в атаку. То ли из-за страха, то ли потому, что ещё не понимали наших намерений.
Я пытался их успокоить:
– Успокойтесь, мы не пришли, чтобы причинить зло кому-либо. Что же касается Шерка и остальных, то он сам напросился. Слишком уж вызывающе разговаривал. Был бы чуть мягче, то ничего из этого бы не случилось.
– …
– Что касается нас, то мы пришли с «инспекцией». Посмотрим, как живут люди. Если всё хорошо, то мы извинимся. Дадим мясо, воду и дерево для тотема. Раненым дадим зелья для регенерации ран.
Выслушав меня, люди возразили:
– Нам не нужна инспекция. Мы о ней не просили. У нас всё хорошо, уходите.
– Инспекция на то и инспекция. Никто о ней не просит, никто её не любит, но она приходит. Тем более, я смотрю, у вас всё хорошо. Чего бояться-то?
То, что у них было всё «хорошо», – это мягко сказано. Лица чуть бледные от испуга, но в остальном здоровые: румяные и сытые.
Сотня человек, и ни один не выглядел так, будто провёл последние дни взаперти, без воды и еды. Судя по виду, и того и другого у них было в достатке.
Мы прошли по комнатам, там одна и та же картина. Чистые стены, белые меха и люди, смотрящие на нас с настороженностью.
Мне было чуть стыдно, другие чувствовали ещё хуже. Они ждали увидеть что-то ужасное, но ничего такого не было.
– А там что?
Указал я на большую дверь.
– Комната нашего тотема.
– У тотема отдельная комната? Любопытно.
Я вошёл, несмотря на возражения шамана племени Древлян. Внутри, в центре, стоял округлый постамент из тёмного камня. В его чаше горел небольшой костёр. Волшебное фиолетовое пламя без дыма и копоти.
Стоило войти, как огонь дрогнул и стал стягиваться, принимая форму. Через пару секунд из пламени проступила маленькая мордочка, похожая на енотовую: такой же нос-пуговка, полоски на щеках и любопытные глазки. Выглядело довольно мило для «демона».
Рейм, увидев тотем, заговорил:
– Глава, признай, что был неправ. Мы всё здесь осмотрели. Всё в порядке.
– Рано делать выводы. Мы видели только верхушку айсберга.
Я нашёл взглядом одного из древлян.
– Где вход вниз?
– У нас его нет, – ответил тот, отводя глаза.
– Не ври мне.
Я пошёл дальше по коридору и в одной из комнат действительно нашёл лестницу, ведущую вниз.
– Ты хочешь спуститься?
– Конечно. Раз уж взялись за дело, то нужно осмотреть всё. Смысл в инспекции, которая смотрит лишь поверхностно? Раз взялись за дело, то нужно делать хорошо.
Топ. Топ.
Звук шагов громко разносился по узкому проходу. Мы спускались вниз, хоть нас и предупреждали:
– Туда нельзя!
Вскоре стало понятно почему, ведь там тоже были другие люди, только выглядели они совершенно иначе.
Грязные и голодные: руки тонкие, как высохшие ветки, рёбра проступали сквозь кожу при каждом вдохе, под глазами тёмные впадины, губы потрескались. Кто-то кутался в рваньё, кто-то стоял босиком на холодном камне. Эти люди совсем не походили на тех, что остались наверху.
Заметив незнакомцев, они насторожились, зовя всех, кто был в комнатах.
Я обернулся и посмотрел на своих. От прежнего смущения не осталось и следа. Раньше они упрекали меня за грубость и жестокость, а теперь поняли, что я не был таким уж безрассудным.
Люди они были неглупые, поняли всё сразу. Взгляд Рейма вообще стал ледяным.
– Я сейчас, – сказал он и развернулся к лестнице наверх.
Он не говорил, но было очевидно, что тот собирался пойти и притащить сюда Шерка. Всё же Рейм был человеком чести и даже помыслить не мог, чтобы кто-то сделал со своим племенем вот это.
Я схватил его за руку:
– Погоди. Рано ещё делать выводы.
– Разве увиденного не достаточно?
– Нет.
Рейм напрягся, но не стал вырываться, а встал на место. Я же повернулся к людям.
– Почему вы в таком состоянии?
В ответ тишина.
– Не бойтесь, скажите правду. Почему люди наверху чистые и сытые, а вы грязные и голодные?
Один старик вышел вперёд. Он был худым, но его спина была прямой.
– Те, что наверху, – Старший Род, мы же – Младший. У Старшего Рода привилегии: живут хорошо, едят досыта. Мы же едим то, что остаётся после них.
– …
– Раньше еды хватало на всех. Вот только с приходом Прилива мы были вынуждены закрыть врата, а все ресурсы стянули к Старшему Роду. Когда Прилив закончится, вход освободится от снежного плена, то Старший Род выйдет полный сил и добудет еду.
Слушая этого старика, можно было подумать, что всё хорошо. Вот только не было похоже, что они голодали последние две недели, скорее, всю жизнь недоедали.
– Понятно.
Картина вырисовывалась простая. Племя Древлян было поделено на два рода.
Такое разделение обычно невозможно в маленьком племени, но здесь проживало действительно большое количество людей.
Наверху где-то полторы сотни, внизу ещё больше пятисот человек. Если сложить, то выходило почти шестьсот человек.
Я знал, что племя Древлян – самое многочисленное племя за счёт своей просторной пещеры, но я даже не подозревал, что настолько. Я бы даже сказал, что никто из племени не знал.
Большая просторная пещера стала для этого племени как благом, так и проклятием. В итоге всё вылилось в неравенство между людьми там, где его, по сути, не должно быть.
Само неравенство было везде: даже в племени Кривичей или в племени Ляхов. Одни – Воины Тотема, сильные и выносливые, другие – Служители Тотема.
Только из-за того, что людей мало, оно никак не проявлялось. Все ели вместе, спали вместе, жили вместе.
Что касается Древлян, то ситуация тут плохая, я бы даже сказал мерзкая, но не запредельная. Просто у них вот такой способ выживания.
Неужели Шерк скрывал именно это?
Мне почему-то казалось, что нет. Было в этой пещере ещё более ужасное, чем голодные люди.
Потому я спросил:
– Есть ли ещё один этаж, ниже этого?
Повисла тишина, после которой возникло знакомое «нет».
Я сразу понял:
– Не врите. Я всё равно найду. Показывайте.
Сначала показывать не хотели. Кто-то отводил взгляд, кто-то бормотал, что туда нельзя, но спустя время всё же сдались и привели в дальнюю комнату.
На вид обычное помещение. У стены стояли вёдра, свалены в кучу грязные тряпки, а камень под ногами был покрыт грязными разводами.
Ничто не намекало, что здесь есть лестница вниз. Кроме того, что у стены стояла странная «конструкция». Внизу шкуры, на ней же огромный камень.
Зачем так старательно закрывать один этаж от другого? Я попросил, чтобы они убрали камень и шкуру, тогда оттуда вырвалось мерзкое зловоние.
ФУ… НУ И ВОНЬ.
Я нахмурился.
– Что там?
Старик, который открывал проход, ответил:
– Поэтому мы и не хотели показывать нижний этаж. Мы используем его, чтобы сливать отходы. Обычно чистим регулярно, но из-за Прилива накопилось слишком много.
Вот, значит, какая у них иерархия: отходы с верхних этажей стекают на самый нижний.
Я был в шоке, другие – тоже. Кто-то зажал нос, кто-то осмотрел комнату и хотел выйти из неё.
– Использовать целый этаж как выгребную яму? Это слишком расточительно.
Но вместе с шоком пришло и разочарование. Я ведь искал не туалет, а грязные секреты Шерка. Место, конечно, мерзкое, но до настоящей тайны явно не дотягивало.
Тогда я спросил:
– Там есть люди?
Ждал, что Древляне из Младшего Рода просто скажут «нет». Но они снова напряглись, переглянулись, опустили взгляды и помолчали. Выдавая себя с потрохами.
– Вы издеваетесь? Кто там вообще живёт?
Старик понял, что их снова поймали на лжи, и сдался:
– Там никто не «живёт» в привычном смысле. Там держат провинившихся.
– Это какие ещё?
– Тех, кто нарушил правила племени. Для них нижний этаж является суровым наказанием.
Зная Шерка, туда могли отправить буквально за что угодно. За то, что много говорил, за то, что надоел. Достаточно было этой «деловой колбасе» решить, что ты лишний.
Само наказание было садистским. Мне даже смотреть туда было мерзко, а людям приходилось там находиться. От одной мысли внутри всё переворачивалось.
Одно я точно понял: грязные секреты Шерка точно находятся там. Даже интуиция не понадобилась.
Секреты не берутся из ниоткуда, чаще всего их хранят люди. Те, кто был внизу, наверняка ненавидели Шерка.
На первом этаже и на втором могли молчать, но те, что на третьем, были готовы выложить всё.
Из-за чего я решил:
– Нам нужно спуститься.
– Туда?
– Да.
Идти никто не хотел. Все были одеты чисто, в белоснежные тёплые сапоги-скороходы с мехом.
После похода туда одежду можно было выбрасывать. Да что там одежду, я бы сказал, что захотелось бы сменить тело на новое.
Свята сразу заявила:
– Я не пойду. Идите без меня.
Если ей такое простительно, она всё же «девушка», то другим – нет. Бран, Ярв, Рокт, Рейм, Хелк – все как один отводили глаза, жалея вообще, что спустились сюда.
Оно и понятно: лезть в эту жижу не хотелось никому, включая меня самого. Нужно было что-то придумать.
ХМ… СЛОЖНО…
После недолгих раздумий в голову пришло только одно решение: «вооружить» людей вёдрами и лопатами и заставить убрать всё вручную.
В пространственное хранилище это не засунешь. Грязь тут же расползлась бы по всему пространству, испачкав абсолютно всё, что там лежит.
Но прежде чем воплощать план, я решил обратиться к Духу Врат. Вдруг у него найдётся способ быстрее.
Я мысленно попросил его явиться. Ответ пришёл сразу же. Каменная стена рядом с нами будто ожила: пошла рябью, как вода, а затем из неё проступили знакомые черты.
Тот же высеченный из камня лик, что я видел в туманном пространстве. Веки дрогнули, глаза открылись, и голос, будто исходящий из стен пещеры:
– Ты звал?
– Да. У нас проблема с нижним этажом. Есть способ его очистить?
Дух нахмурился:
– В самом деле. Люди изгадили такое хорошее место. Но задача несложная.
Хорошая новость.
– Я извлеку оттуда всю воду и очищу её. Правда, ни минералов, ни солей в ней не останется.
Другими словами, та станет дистиллированной. Пить такую нельзя, но мыть тело и посуду можно.
– А что касается самих отходов, то их можно переработать в качественное удобрение.
Я кивнул, ведь Дух Врат был поразительным. Даже может превратить такое зловонное место в полезный ресурс.
Были ли проблемы? Да.
Во-первых, требовалась энергия. Можно было вытянуть её из Тотема Древлян, но тот и так работал на пределе. Огненной энергии в нём почти не осталось.
Во-вторых, нужны были материалы: сталь, чтобы сделать баки для воды, камень, чтобы построить отдельное хранилище для удобрений.
– Сейчас всё решим!
Сначала поднялся наверх и притащил с корабля один из тотемов. Тотем Ляхов трогать не стал, взял тотем Кривичей. Древляне были недовольны тем, что я расположил чужой тотем рядом с их.
Энергии в пещере сразу прибавилось в разы. Наш собственный тотем был «заряженным». В прямом и переносном смысле: не только второго уровня, но и был полон сил, окончательно оправившись после недавнего превращения в Стража Огненного Копья.
С камнем вопрос решился сам собой. Просто попросил Духа Врат переделать уже существующую комнату на третьем этаже под хранилище для удобрений, чтобы он использовал сам себя для перестройки.
Со сталью было ещё проще: у меня в пространственном хранилище давно лежал необычный металл с космического корабля. Я вытащил его прямо в пещеру.
Как выяснилось, любой предмет или материал внутри был во власти Духа Врат, потому что вся пещера и была вратами.
– Теперь всё есть?
– Да. Дай мне немного времени.
Я думал, что «немного времени» для духа, прожившего бессчётное количество лет, растянется на пару недель.
Но через пять минут зловоние исчезло без следа. На лестнице не осталось ни грязных пятен, ни луж. Самым же верным признаком того, что всё готово, стали его собственные слова:
– Готово.
– Так быстро?
– Да.
Теперь я по-настоящему поверил: при должных ресурсах эта пещера способна стать крепостью. А со временем и целым городом.
Я обернулся снова к своим и сказал:
– Вопрос решён. Давайте заходить.
Глава 14
Предатель
Топ. Топ.
Звук наших шагов снова разлетелся эхом по каменному коридору. «Инспекция» спускалась на самый нижний этаж.
Здесь запаха уже не было. Вдоль стен горели светильники, бледно-белое пламя с фиолетовыми всполохами.
Камень был вычищен до блеска, будто ремонт закончили минуту назад: ни пыли, ни грязи, ни намёка на то, что тут было.
Но мы-то знали правду. Потому данная чистота не успокаивала, а, наоборот, вызывала омерзение.
Впрочем, больше всего интересовал другой вопрос:
– А где, собственно, все?
Раньше на каждом этаже нас встречали люди. Здесь же никого не было. Пустой коридор уходил прямо, а по обе его стороны тянулись ряды запертых деревянных дверей.
– Может, внутри?
– Скорее всего.
Мы подошли к ближайшей двери справа. Я взглянул на деревянную ручку и кивнул Рейму:
– Открой.
Он замешкался, крепче перехватив лук. Стрела уже лежала на тетиве, готовая сорваться в любую секунду.
– Не могу. Руки заняты.
За дверью, по его расчётам, мог поджидать «монстр». Потому он предпочитал держать оружие наготове, а открыть дверь предоставить мне.
Бран раздражённо цыкнул:
– Хватит играться. Когда вы уже вырастете? Ладно, мой сын, его в детстве роняли. Но ты, Рейм? Мы с тобой ровесники, а в душе ты такой же ребёнок. Ярв, ты взрослый – открывай.
Ярв промолчал. Подстава была слишком очевидной, тот явно не горел желанием прикасаться к «чистым» ручкам этого места. Все перекидывали дело друг на друга.
Рокт вздохнул, понимая, что с нами каши не сваришь. Он молча шагнул вперёд, взялся за ручку, до конца провернул её и толкнул дверь.
Скрип.
Комната открылась перед нами. Зрелище было страшным: у стены, скованные чёрными цепями по рукам и ногам, сидели с десяток высохших тел.
Веселье, что ещё секунду назад было между нами, исчезло без следа. Я смотрел на застывшие в агонии лица и чувствовал, как внутри всё сжимается.
Что нужно было совершить племени, чтобы заслужить такую смерть? Ответа не было ни у меня, ни у остальных. Я подошёл ближе и щёлкнул пальцами.
ЩЁЛК.
Кандалы, послушные моей воле, разомкнулись сами собой, и тела мягко осыпались на пол. Ключа у меня не было – эти цепи были частью самой пещеры, и хватало одного слова Духа Врат.
Рейм поменял своё мнение о Шерке, теперь в нём разгоралось откровенное желание притащить вождя сюда силой, приковать его жирное тело к стене и дать прочувствовать всё на собственной шкуре.
Сколько преступлений он совершил против своих же людей, сложно было даже представить. Но время ещё не пришло: Шерк был наверху, связанный, как и остальные, кто посмел сопротивляться.
Того, что искал, в этой комнате не нашлось. Мёртвые ничего не расскажут. Я тихо прикрыл дверь и двинулся дальше.
В комнате напротив нас ждала ещё одна группа скованных пленников. Среди них, в самом центре, оказалась живая женщина.
КХ-КХ.
Она закашлялась при виде нас, ткнула пальцем в сторону рта и замычала:
– ААА-АААА! – было понятно без слов, что просит воды.
Свята вышла вперёд. У неё имелась фляга с водой и с зельем, которое могло бы удержать те крохи жизни, что ещё теплились в этом измождённом теле.
– Пей осторожно, – предупредила она.
Женщина пила жадно, взахлёб, не слушая ничьих слов. Через пару минут она попыталась прийти в себя, но силы оставили её.
Освободившись от цепей, она просто уснула. Перед тем как провалиться в сон, она успела прошептать:
– Найдите Тейнера… он расскажет вам всё о предательстве Шерка.
Её слова прозвучали прямее некуда. Будить её я не стал, вместо этого решил сразу отыскать Тейнера. Он наверняка был в одной из соседних комнат.
Скрип!
За следующей дверью оказался человек, если судить по голове, «старик». Длинные, спутанные во все стороны волосы, такая же неухоженная борода, словно он не стригся годами. Впрочем, так оно, судя по всему, и было.
Тело говорило совсем другое. Полуобнажённый торс: рельефный пресс, широкие плечи, тяжёлый бицепс, будто минуту назад он вышел из тренировочного зала, а не просидел здесь взаперти невесть сколько лет.
Самым странным был цвет его кожи, будто смешавшийся из чёрного, серого и синего. Словно пьяный татуировщик прошёлся по всему телу, не оставив живого места.
Я подошёл ближе и присел рядом.
– Ты Тейнер?
Он открыл глаза. Голос оказался неожиданно чистым и спокойным:
– Нет. Меня зовут Зима.
Люди Огня редко называют детей в честь холода: считалось, что это дурной знак.
– Интересное у тебя имя. Что ты здесь делаешь?
– Меня посадил сюда вождь.
– Зачем?
– Боится меня. Я слишком «опасный».
Зима рассказал свою историю. Он родился в Младшем Роду и прошёл ритуал Пробуждения. Только его ритуал оказался особенным. Тотем счёл юношу достойным редчайшего наследия: Массива Запечатывания Неба.
Массив этот создавался поколениями. Сотни предков племени Древлян культивировали технику Запрет Огня, а затем один за другим обращались в прах в пламени тотема.
Их понимание барьеров спрессовалось в единственный, неповторимый массив, который достался Зиме.
В шестнадцать он верил, что жизнь изменится: он будет служить племени, защищать его. С такой силой достаточно было одной мысли, чтобы запечатать всё в радиусе нескольких километров.
Но использовать массив ему позволили лишь однажды. Этого хватило, чтобы Шерк испугался. Зима был всего на первом уровне. Страшно было представить, что случится, если он дорастёт до второго.
Его жизнь действительно изменилась только в худшую сторону. Вождь запер его здесь, на нижнем этаже.
Шестой год на цепи, с редкими порциями воды и еды, ровно столько, чтобы не дать умереть. Козырная карта на случай войны: если придёт враг, массив Зимы понадобится.
Чем дольше я слушал, тем сильнее поражался. Парень прошёл через одиночество, предательство и голод, а он тут сидел и спокойно рассуждал о мотивах Шерка, без злобы, почти отстранённо.
– Почему ты не сбежал? Разве ты не можешь разорвать цепи?
Зима усмехнулся:
– Бежать некуда.
– В другое племя?
– Кто в здравом уме примет к себе чужака такой силы? Да и Шерк не отстанет, он всегда говорил, что Массив Запечатывания Неба не моя личная сила, а достояние всего племени. Что его можно использовать только ради защиты племени.
Честно говоря, я не ожидал встретить у Древлян личность подобного масштаба. Против Морозных Людей его сила пришлась бы как нельзя кстати.
– Идём со мной. Твой массив не для того, чтобы гнить здесь.
Зима прищурился:
– А кто ты такой?
– Глава союза двух племён: Кривичей и Ляхов.
Я коротко рассказал о себе, снял с него кандалы, протянул воду и еду. Мы просто говорили, как два человека, пытающихся узнать друг друга.
Я не давил, не требовал немедленного согласия, не обещал сделать его сильнее в обмен на покорность. Мне искренне было интересно его слушать.
В этот момент в комнату вошла Свята:
– Мы нашли Тейнера.
– Живой?
– Да. Идём скорее. Тебе нужно это услышать.
Я хотел оставить Зиму отдыхать, чтобы он не забивал свою голову чужими проблемами. Тем более его телу требовался отдых.
– Ты хочешь идти со мной?
– Я шесть лет тут просидел. Хочу увидеть других людей.
Отдых ему не требовался: Массив Запечатывания Неба держал тело в пиковом состоянии.
– Тогда пойдём.
Мы вышли из камеры, пошли почти в самый конец коридора. Большинство дверей уже стояли открытыми.
Людям оказывали помощь: освобождали от цепей, кормили, расспрашивали. Из разговоров постепенно сложилась картина того, почему тут держали почти полсотни человек.
Причина крылась в мятеже, случившемся незадолго до Снежного Прилива. Организатором был Тейнер: он выступил против Шерка и переманил на свою сторону часть воинов тотема.
За это его самого, его отряд и ближайшую семью бросили сюда. Пришедший Снежный Прилив сделал своё чёрное дело: многие из пленников не выдержали и погибли.
Тейнер оказался настоящей горой мышц, находился он на пике третьего уровня Воина Тотема. Среди Древлян считался одним из сильнейших, входил в тройку.
На шее, руках и груди остались свежие порезы, будто кто-то резал его без всякой жалости: то ли пытал, то ли надеялся, что тот истечёт кровью насмерть. Тейнер, однако, был жив. Судя по взгляду, ещё не сломлен.
Едва я вошёл, он спросил:
– Так это ты глава двух племён?
– Глава союза, – поправил я. – Расскажи, из-за чего вспыхнул бунт? Почему тебя посадили сюда?
Тейнер не стал юлить, выложил всё. Пока он говорил, я сжимал в ладони шар, прибор с космического корабля, который записывал его.
В нём уже хранилась битва между Морозными Людьми и двумя племенами. Это будет вторая запись о происходящих событиях в племени Древлян.
Они предназначались Тиверцам, Вятичам и Ободритам как доказательство. В рассказ они могут не поверить, пусть лучше всё увидят собственными глазами. Потому исповедь Тейнера тоже легла в архив.
Он рассказал, что с Шерком на связь вышел представитель Морозных Людей, назвался Отто фон Шнеевальдом и предложил «сотрудничество и защиту».
Шерк согласился почти не раздумывая: он как никто понимал, насколько опасны Морозные Люди. Через пару дней после общего собрания те явились на своём корабле и без стеснения продемонстрировали силу. Отто говорил приказным тоном, будто хозяин, а Шерк перед ним пресмыкался.
Более того, Шерк выдал «гостям» сведения о племенах: их расположение, численность, способности. Сам он видел в этом единственный шанс на спасение. Тейнеру же это не нравилось с самого начала.
Он понимал: это чистое предательство людей. И был против союза с Морозными Людьми, предлагал рассказать всё остальным племенам напрямую.
Тейнер никогда не считался образцом справедливости, но именно здесь проявил неожиданную принципиальность: предавать союзников было не в его правилах. К тому же он не доверял Отто.
Ни о каком равноправном союзе речи не шло: Морозные Люди метили в хозяева, а Древляне становились бы у них на побегушках.
Мятеж образовался стихийно. Сначала он начался безобидно, в разговорах друг с другом.
Оказалось, недовольных куда больше: многие были против сближения с Морозными Людьми, но открыто сказать об этом Шерку не решались.
Всё обострилось, когда Шерку передали «холодные мины». Тот без раздумий разбросал их на безопасной тропе, которой пользовались Тиверцы, Вятичи и Ободриты.
Что стало последней каплей. Недовольство вылилось в открытый бунт. Шерк подавил его с показательной жестокостью: всех несогласных вместе с семьями отправили на нижний этаж, гнить заживо, как крыс в канализации.
С тех пор ненависть Тейнера к Шерку не знала предела. Теперь, когда представилась возможность, он выложил абсолютно всё.
Я слушал молча, в полном шоке, не перебивая, лишь в самом конце не выдержал:
– Мда… Ну и дела. Вот же подонок. Как он вообще посмел?
Бран, стоявший рядом, тут же меня одёрнул:
– Хватит лыбиться во все тридцать два зуба.
– А? Я что, улыбался?
– С той самой секунды, как услышал, что Шерк сдал племена.
– Ха… Сам не заметил, как так вышло, – я потёр пальцами щёки, будто пытаясь стереть улыбку. Несолидно выдавать свои настоящие эмоции.
Вопрос и правда был серьёзный: даже если на душе становилось теплее от такой удачи, полагалось пылать праведным гневом. Всем видом показывать, какой урон нанёс мне Шерк лично.
Я резко поднялся на ноги и рявкнул:
– ИДЁМ НАВЕРХ! СОБРАТЬ ВСЕХ!
Когда я говорил «всех», то имел в виду именно всех: Младший и Старший Род племени Древлян, племя Ляхов и племя Кривичей.
Проблема была в том, что людей набралось слишком много. Общая численность составляла девятьсот тридцать четыре человека.
Я раньше был уверен, что столько не наберётся, даже если слить все шесть племён воедино. Как оказалось, ошибался.
Такого большого зала в пространстве Врат просто не нашлось. Пришлось обратиться напрямую к Духу:
– Можем ли мы решить проблему?
– Если только убрать стены и перенести важные комнаты вниз. Для этого не понадобятся ресурсы, но понадобится энергия.
Я довольно кивнул:
– Отлично, энергии у нас хватает.
Первый этаж начал меняться на глазах. Камень пришёл в движение, стены разошлись, комнаты проваливались вниз и перестраивались.




























