332 500 произведений, 24 800 авторов.

Электронная библиотека книг » shizandra » Через секунды, сквозь века (СИ) » Текст книги (страница 1)
Через секунды, сквозь века (СИ)
  • Текст добавлен: 31 июля 2017, 20:30

Текст книги "Через секунды, сквозь века (СИ)"


Автор книги: shizandra




Жанры:

   

Слеш

,


сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 4 страниц)

========== Предисловие ==========

…Стеклянный взгляд, безумная улыбка на кривящихся губах… То страшный смех, то жалкий плач… Некогда пышные волосы повисли сосульками, обрамляя тонкое лицо. Черные круги под глазами, то лихорадочно блестящими, то мутными, как болотная тина. Искусанные потрескавшиеся губы с кровавыми прожилками… В своей серой одежде он так гармонично и дико вписался в темные стены коридоров.

Слава вздрогнул от воспоминаний и провел пальцем по стеклу, глядя с болью и страхом на того, кто находился по ту сторону.

–…апатия, депрессия, редкие вспышки агрессивности… – молодой доктор, стоявший рядом со Славой, просматривал карту пациента. Слишком молодой. Слава покосился на него, изучая. Сильные руки с тонкими, чуткими пальцами, широкие плечи, выше его. Очки на носу и выбеленные пряди, торчащие в разные стороны. Разве такими должны быть доктора? Слава только головой покачал, отворачиваясь. Ему сказали, что этот врач – лучший. Когда-то порвавший с традиционной медициной, он разработал свою собственную методику лечения. Она подверглась жесточайшей критике со стороны заслуженных и прочих, но ему было плевать. Он просто работал и достигал своей цели. По крайней мере, так говорили те, кому он смог помочь. Слава слабо верил в подобную рекламу, но этот человек был единственным шансом для его друга.

– Когда это случилось? – доктор чуть тронул Славу за плечо и тот вздрогнул. Кажется, он увлекся, и этот доктор уже не первый раз задает ему вопрос.

– Простите, задумался, – Слава открыто и чуть виновато улыбнулся и, повинуясь кивку врача, направился следом за ним в его кабинет, кинув за стекло обеспокоенный взгляд.

– Не волнуйтесь, за ним присмотрят, – тут же отозвался доктор, и Слава удивился. У него что, глаза на затылке? – У меня хороший персонал.

– Я надеюсь, – Слава переступил порог кабинета и сел в предложенное кресло. Огляделся и невольно поежился: идеально белый кабинет врача заставлял чувствовать себя чем-то… грязным. Кляксой на белом листе бумаги.

– Итак? – доктор опустился в кресло, стоящее напротив, и Слава наконец-то вспомнил, как его зовут. Илья. Илья Сергеевич. Ему двадцать шесть лет, и он самый молодой практикующий в этой области врач. У него своя клиника, но он берется только за самые тяжелые случаи. И он действительно последний шанс для Сашки. Вспомнив обо всем этом, Слава только вздохнул

– Мы знакомы с Сашей несколько лет. Он всегда казался немного одержимым своей мечтой. Иногда забывая поесть нормально, он только и делал, что работал. Иногда мне удавалось вытащить его куда-нибудь расслабиться, но это случалось очень редко.

– И что же у него была за мечта? – доктор чуть склонил голову набок, глядя на Славу внимательно, немного напряженно.

– Даже не знаю, как вам это описать, чтобы вы правильно поняли… Он хотел стать знаменитым. Хотел, чтобы его узнавали, чтобы его лицо мелькало на экранах, в журналах. Но что меня больше всего удивляло, так это то, что он мечтал об этом не ради денег или любви фанатов. Его это не прельщало. Он просто хотел быть на виду.

– Зачем?

– Не знаю, – Слава пожал плечами. – Иногда мне казалось, что он и сам не понимает, зачем ему это нужно. Но он этим бредил. Кино, подиум – он работал во всех направлениях. Мы так с ним и познакомились, – он мягко улыбнулся, вспомнив эту встречу. – Он пришел на пробы, а я был ассистентом режиссера – подрабатывал, пока учился. Мы разговорились, подружились, а потом и начали снимать одну квартиру на двоих: мы оба с ним не местные. У него, как и у любого человека, конечно, были свои «тараканы», но то, что происходит с ним сейчас…

– Как это началось?

– Постепенно. Сначала было просто его не проходящее плохое настроение. Потом – апатия. Иногда он срывался, а позже просил прощения. Я спрашивал его, что происходит, но он только либо огрызался, либо молчал. Сначала я списывал это на переутомление или истощение, но потом все стало только хуже, когда он сорвался первый раз. Кричал, плакал, ломал и разбивал все, что только под руку попадется. А когда его скрутили, все время повторял одно и то же: «не успеваю» и «прости».

Слава прикрыл глаза и словно вернулся в тот день, в их квартиру. Под ногами хрустели осколки, разодранная обивка обнажала все внутренности старенькой мебели, пол был усеян клочками бумаги – все, что осталось от некогда любимой книги. И Сашка, кажущийся совсем крошечным в руках скрутившего его соседа – здорового мужика, на щеке которого красовалась глубокая царапина, а на скуле наливался свежий синяк. Дрожащий, смотрящий в никуда и шепчущий, шепчущий невидимому собеседнику:

– Прости… Прости меня… Я не успел… Снова не успел. Прости…

Это было… страшно на самом деле. И Сашка был чужим. Совсем чужим. И таким беззащитным.

– Может, вы знаете, что его спровоцировало?

– Как раз накануне он проходил очередные пробы. Его не взяли. Вы ему поможете? – Слава вскинул на него почти умоляющий взгляд.

Илья только вздохнул, глядя в его глаза. Случай не казался таким уж интересным, но что-то в том парне, его потенциальном пациенте, не давало ответить отрицательно. И, судя по внушительной коллекции выписок и карте, ему уже пытались помочь, но безуспешно.

– У него есть еще друзья, родственники?

– Друзей нет. Романы он не заводил. А родственники… Не знаю. Он никогда не говорил о них. Временами Саша был очень замкнутым. Я как-то попытался расспросить его, но нарвался на такой взгляд, что решил больше не приставать.

Илья только вздохнул. Слишком мало информации. Но…

– Хорошо. Я попробую. Не могу ничего гарантировать, но я действительно попробую.

– Спасибо! – Слава вскинулся, улыбаясь почти робко. – У нас с ним не так много денег, но я найду еще.

– Не стоит об этом беспокоиться. У моей клиники хорошая финансовая поддержка от спонсоров и, как минимум, половина моих пациентов находятся здесь бесплатно, в рамках социальных проектов, – Илья почти улыбнулся, глядя на распахнувшиеся глаза Славы. Словно ребенок, переставший верить в чудеса, получивший подарок из рук настоящего Деда Мороза.

– Спасибо! Только помогите ему, пожалуйста. Все, к кому мы обращались до вас, сначала считали его состояние несерьезным. А потом, когда шло время, и они понимали, что улучшений нет, просто отказывались. А он… Он талантливый. Ему просто не везло. Знаете, как это бывает. Нет денег, нет связей, не то время, не то место… А он все равно пытался.

– Одержимый, – еле слышно выдохнул Илья. Он слишком хорошо знал, как это – вставать снова и снова, отстаивая свою мечту. – Я помогу вашему другу, – он поднялся, давая понять, что разговор окончен. – Оставьте свои координаты дежурной, чтобы я мог связаться с вами, если мне что-нибудь понадобится узнать или будут новости.

– Да, конечно, – Слава кивнул, вставая и как-то неуловимо меняясь. Становясь взрослым, серьезным, сосредоточенным. Сейчас он ничем не напоминал того почти-ребенка, которого Илья увидел первый раз час назад. – До свидания.

Илья пожал протянутую руку, а спустя пару секунд остался в кабинете один. Еще раз пролистал выписки и, кинув карту на стол, вышел, чувствуя, как закипает в нем злость. «Нервное истощение», «переутомление», «депрессия»… Антидепрессанты, успокоительные… «Состояние стабильное», но «без улучшений». Идиоты…

– Ну, как мы тут? – он окинул придирчивым взглядом палату, в которую поместили его нового пациента и удовлетворенно кивнул. Все-таки вышколенный персонал – его гордость. Лично отбирая врачей и санитаров, он подвергал их тщательной проверке прежде, чем допустить к пациентам. Никакой жалости и никакого пренебрежения. Пациенты клиники не могут постоять за себя, они больны, но они – люди и не виноваты в том, что с ними случилось. Это всегда было главным и основным правилом Ильи Семенова. Тот, кто его не придерживался, в его клинике не работал.

И сейчас этот персонал его не подвел. Чистая, уютная и светлая палата, простые, но красивые цветы в пластиковой вазе, никаких решеток на окнах. Все продумано до мелочей. Даже больничная пижама ничем не напоминает серые хламиды. Илья только вздохнул, глядя на немного смешной и трогательный хвостик, в который собрали Сашины волосы. Явно медсестрички постарались.

– Привет, – Илья кивком отпустил персонал и устроился на стуле рядом с кроватью. – Как тебе тут?

Взгляд почему-то показавшихся стальными глаз безразлично скользнул по палате и остановился на Илье. Пару мгновений Саша просто изучал его, и пожал плечами.

– Светло.

Илья улыбнулся. Забавно, но кроме пациентов его улыбки не видел никто и никогда. Чуть вздернутые уголки губ – вот и все, что доставалось другим. Тем, кого общество считало нормальными.

– Ты знаешь, почему находишься здесь? – спросил он и замер, ожидая ответа, который может очень много сказать.

– Потому что я псих, – все такой же ровный голос. Спокойный. Даже слишком.

Илья поморщился. Он ненавидел это слово.

– Нет. Ты всего лишь запутался. И ты здесь для того, чтобы я помог тебе выбраться.

– Нет. Я просто опоздал, – тихо выдохнул Саша и лег, сворачиваясь в клубочек и закрывая глаза. – Вы ничем мне не поможете.

– И все-таки я постараюсь, – Илья закусил губу. – Может, тебе что-нибудь нужно? Здесь не запирают в палате, ты можешь гулять, знакомиться с другими.

– Я не хочу никого видеть, – также тихо, но решительно отозвался Саша.

– Музыка? Книги? Телевизор?

Саша видимо напрягся, но потом снова обмяк.

– Бумагу. И карандаш.

– Хорошо, – Илья спокойно кивнул, записывая распоряжение для персонала. – Еще что-нибудь?

Саша медленно открыл глаза, и Илье показалось на миг, что он увидел в них проблеск настоящего интереса. Хоть что-то, кроме равнодушного спокойствия.

– Если я попрошу оставить меня в покое, вы ведь не выполните мою просьбу?

– М-м-м… Нет, – Илья прямо ответил на его взгляд. – Саш… Я действительно хочу тебе помочь.

– Почему? Потому что это ваша работа?

– Потому что я знаю, что такое быть одержимым мечтой.

На дне зрачков Саши словно взметнулись огоньки пламени.

– А мечтать о том, чего не знаешь? Гореть, не понимая зачем, спешить, не зная куда? Когда в голове живут только призраки, но они реальнее тех, кто рядом, а ты не знаком ни с одним из них? Это вы знаете?

Илья покачал головой.

– Нет. – Он мог бы солгать. Мог бы сыграть, чтобы Саша начал ему доверять, но… Такие, как он, видят душу насквозь. Разговаривать с ними – значит чувствовать себя обнаженным.

Саша только кивнул, словно Илья ответил так, как он и ожидал.

– Значит, вы мне не поможете.

– Откуда ты знаешь?

– Те, другие, мне ничем не помогли, – Саша снова свернулся в клубочек, закрывая глаза.

– Они даже не пытались, – выдохнул Илья и встал. – Отдыхай, а завтра начнем. Если что-нибудь понадобится, скажи об этом дежурной. Увидимся, Саша.

Тот только что-то буркнул в ответ, и Илья вышел, аккуратно прикрыв дверь палаты. Отдал распоряжения дежурной и направился в кабинет, даже не пытаясь выкинуть из головы мысли о Саше.

Что-то странное было в нем. У каждого пациента была своя история и свои странности. Вот только история Саши…

Илья переступил порог кабинета, сел за стол и прикрыл глаза. Его надо разговорить. Вытащить наружу тех призраков, которые для него так реальны. Интересно, что он отдает себе отчет в том, что они существуют только в его голове несмотря на всю их реальность для него. «…мечтать о том, чего не знаешь…» Илья на мгновение представил себе и содрогнулся. Мечта, которая никогда не исполнится. Вечная погоня. «Не успел». Куда он так торопился и почему не успел? Загадка. И ее надо решить. Илья вздохнул и снял очки, потирая переносицу. Завтра. Все завтра.

========== 1. ==========

– Как наш новенький? – он уже почти закончил свой утренний обход, когда очередь дошла до Саши. – Ночь была спокойной? – остановился перед дверью в его палату, чувствуя, как начинают подрагивать пальцы от нетерпения.

– Он рисовал, – Ольга, его правая рука во всех делах в клинике, чуть сдвинула брови. Взрослая, состоявшаяся женщина, к пациентам она относилась, как к равным, но не без доли сочувствия.

– Рисовал? – Илья, потянувшийся к ручке двери, замер. – Ночью?

– Я смотрела видеозаписи. Думаю, тебе тоже стоит их посмотреть сначала.

– А рисунки?

– Только один. Утром его забрал санитар и теперь он лежит на твоем столе.

– Почему ты не сказала мне об этом раньше?

– Потому что знала, что его ты оставишь напоследок, – Ольга только пожала плечами и отошла. – Я принесу записи, там есть на что посмотреть.

– Уволю к черту, – выдохнул Илья почти обреченно и направился в кабинет. Пробегавшая мимо сестричка только хихикнула: подобные «угрозы» звучали с периодичностью по десять в день, но по-настоящему он увольнял совсем по-другому. Молча и с каменным лицом.

Рисунок действительно ждал его на столе. Поправив очки, Илья взял в руки листок бумаги. Сначала это показалось просто нагромождением линий, кривых, окружностей и спиралей. Хаотично разбросанных, без какой-либо системы. Казалось, что Саша рисовал это в дикой спешке, торопясь что-то изобразить. Но что? Илья покрутил рисунок, и закрыл глаза. Досчитал до десяти и снова открыл. Отодвинул рисунок подальше и сдавленно охнул.

С бумаги на него смотрел мужчина. Незнакомый, с немного странными глазами, чуть вьющимися волосами, он улыбался и казался живым.

– Любуешься? – Ольга появилась бесшумно. Подошла к нему и сунула в свободную руку флэш-карту. Кинула взгляд на портрет и отвернулась. – Посмотри лучше запись. Уверена, ты удивишься еще больше.

…Саша рисовал в темноте. Камеры наблюдения фиксировали каждую деталь. Вот Саша спит. Спит неспокойно, тревожно, вытягиваясь в струнку, словно в попытке кого-то догнать. А теперь вздрагивает и открывает глаза. Садится на кровати и долго смотрит куда-то в темноту. А потом тянется к лежащему на тумбочке альбому и начинает рисовать. Уверено. Четко. Карандаш порхает над бумагой, оставляя на ней следы. В темноте. Без света. Саша рисует так, словно для него вокруг белый день. Это было почти страшно.

Илья досмотрел до самого конца. До той минуты, пока Саша на ощупь не вернул на тумбочку бумагу и карандаш, и не рухнул на подушку.

Илья откинулся на спинку стула, выдыхая.

– Что думаешь? – повернулся к Ольге, и вскинул бровь.

– Это твой пациент, Илья, – та обернулась, глядя на него серьезно, без улыбки.

– Это НАШ пациент, Ольга, – Семенов развернулся к ней полностью, крутанувшись в кресле. – Тебе что-то не нравится. И я хочу знать, что.

– Не знаю. Не могу смотреть на этот рисунок. Больно почему-то. Он… словно отталкивает.

Илья кинул на портрет задумчивый взгляд. Интересный мужчина, даже красивый. И в нем действительно что-то было. Не отталкивающее. Цепляющее. Может, взгляд? Тоскливый, обреченный. Какой-то жесткий. И бесконечно нежный.

– Ладно, Оля, давай сделаем так… – он вздохнул, опустив руки на подлокотники своего кресла. – Дай мне телефон его друга, Славы кажется. И можешь быть свободна пока, я сам всем займусь. А, еще… Проследи, чтобы ему положили несколько листов белого картона.

– Ты думаешь, он будет рисовать еще?

– Все возможно. В любом случае, на картоне рисовать ему будет удобнее, – Илья пожал плечами, и Ольга, кивнув, вышла. А спустя пару минут он уже набирал номер телефона Славы, надеясь, что в субботу тот будет дома и в ближайшее время никуда не собирается.

На его счастье, Слава действительно был дома. И даже не сильно удивился не совсем обычной просьбе Ильи. Только растеряно согласился подождать. Закончив разговор, Илья выдохнул и начал собираться. Обход он почти закончил. А к Саше… стоило идти подготовленным. Отдав Ольге несколько распоряжений, Семенов покинул клинику.

И спустя час входил в квартиру, которую Слава и Саша снимали на двоих.

–…я ничего не трогал с тех пор, как он… – говорить о болезни друга Славе явно было тяжело.

– Думаю, он будет вам благодарен, когда вернется, – Илья обозначил улыбку, осматриваясь.

– Надеюсь, – выдохнул Слава. – Мне нужно собираться: я сегодня работаю. Я могу вас пока оставить?

– Конечно, – Илья отвел взгляд, пряча за ресницами радость в глазах. – Я недолго. Мне просто нужно осмотреться. Понять его.

– Осматривайтесь, – Слава кивнул и вышел из комнаты, прикрыв за собой дверь. Илья подождал немного, подошел и закрыл дверь плотнее. Скинул плащ и окинул комнату уже более внимательным взглядом. Полки с дисками, с книгами. Журналов нет или они не на виду. Все достаточно аккуратно и опрятно. Вещи не разбросаны, а развешаны в шкафу. Безлико. Нет мелочей, которые хоть что-нибудь говорили бы о хозяине. Ни фотографий, ни плакатов. Ничего. Из техники – только ноутбук. Небольшой, но уже изрядно потертый.

Илья хмуро огляделся и выдвинул верхний ящик небольшого письменного стола. Ежедневник с датами встреч, газеты с объявлениями. Ага, вот и журналы. Илья бегло просмотрел обложки и вернул на место. Ничего, чтобы напоминало Playboy, не было. Илья только хмыкнул. Нет, в его журнальном арсенале такой литературы тоже не водилось. Зато специализированных было вагон и маленькая тележка. Но ведь Саша и не «узкий специалист».

Во втором ящике тоже было не густо. Счастливые билеты на наземный транспорт, просроченная карта на метро… Ощущение безликости только усилилось. А вот собрание книг Илью заинтересовало. Эзотерика, биографии знаменитых людей, учебник по психологии, даже что-то из магии… Илья нахмурился, поглаживая корешки переплетов. Судя по всему, Саша пытался сам разобраться в том, что с ним происходит. Кидался из крайности в крайность. И, в конце концов, сорвался.

Илья вышел на середину комнаты и прислушался к себе. Здесь больше нечего было смотреть – он сунулся даже под подушку и матрас – но ощущение того, что что-то упускает, было слишком сильным, чтобы его проигнорировать. Илья еще раз огляделся. Разве только под кровать еще не заглядывал. Хмыкнув себе под нос, Илья подернул брюки, встал на колени, откинул длинное, почти в пол покрывало, наклонился и замер, глядя расширившимися глазами на обрывки бумаги и огрызок карандаша. Почему-то дрожащими руками сгреб все это в ворох и сел прямо на пол, по-турецки подогнув ноги. И опять линии, спирали, круги… Сердце дрогнуло, когда с запылившегося листа бумаги на него взглянули уже знакомые глаза незнакомца с «ночного» портрета. Илья перебирал рисунки, вглядываясь в его черты. Каждый раз новые и все равно узнаваемые. Все тот же незнакомец. Один и тот же на всех рисунках. То смотрящий вдаль, то прямо в душу, смеющийся, хмурящийся, чему-то тихо улыбающийся… Везде он.

Илья аккуратно сложил рисунки в один из журналов, чтобы не помять, оделся и вышел из комнаты.

– Слава, вы знаете, кто это? – найдя хозяина на кухне, он продемонстрировал ему один, показавшийся самым нейтральным рисунок. Тот пару минут сосредоточенно рассматривал портрет, и покачал головой.

– Нет, никогда раньше не видел. А кто это?

– Не знаю, – Илья убрал рисунок к остальным. – Но, кажется, он очень важен для Саши. Спасибо, что позволили осмотреть его комнату.

– Пожалуйста, – Слава как-то заторможено кивнул, и Илья повернулся к двери.

– Не провожайте. До встречи. Надеюсь, у нее будет более приятный повод, – он вышел из квартиры и, прижимая к груди журнал с рисунками, почти бегом направился к клинике. Теперь у него есть зацепка. Крохотная, но все же есть. И ею нужно было воспользоваться как можно быстрее. Странно, но почему-то казалось, что он может не успеть…

В палату к Саше Илья зашел только спустя почти два часа после своего возвращения. Ища и находя себе другие неотложные дела, вроде сметы на предстоящий месяц или собеседования с потенциальным работником, он явно тянул время. И ловил себя на том, что раз за разом прокручивает у себя в голове предстоящий разговор с Сашей. Казалось, что он выучил его наизусть. Но стоило, наконец, переступить порог его палаты, как все заготовленные вопросы просто вылетели из головы.

– Здравствуй, Саша, – Илья вошел как всегда – спокойно и неторопливо, держа в руках тонкую неприметную папку. – Как ты себя чувствуешь?

Тот кинул на него нечитаемый взгляд сквозь длинную челку и пожал плечами.

– Меня кормят, мне тепло и есть крыша над головой. Так что, наверное, хорошо.

Илья кивнул и устроился на стуле рядом с его кроватью.

– Медсестра сказала мне, что ты не выходишь из палаты. Почему? У нас не запрещены прогулки.

– По коридору, под ногами у персонала? – Саша с великолепной иронией вскинул бровь. – Нет, спасибо. Я лучше здесь побуду.

Илья коротко хмыкнул. Сейчас, именно сейчас Саша казался абсолютно нормальным. Логика, рассуждения, причинно-следственная связь, язвительность… На мгновение Семенов даже усомнился в том, что Саше нужна его помощь.

– У нас есть небольшой парк.

– Я подумаю, – сдержанно ответил Саша, отводя глаза, и вдруг спросил: – Почему мне не дают таблетки?

– А тебе так хочется отравиться химией?

– Нет. Просто я привык, что в больницах всегда что-то дают, – показалось или Саша смутился?

– Тебе не нужны таблетки, – Илья только поморщился. – Твои проблемы несколько… в иной плоскости. Может, все-таки тебе что-нибудь нужно? Музыка, фильмы, книги?

Саша подтянул ноги к груди и обнял колени, тут же становясь крошечным.

– Может… музыку.

– Плеер? Или…

– Плеер, – на этот раз ответ Саши был молниеносным.

– Хорошо, – Илья кивнул, делая запись для персонала. – Ты не против, если мы с тобой немного поговорим о тебе?

– Мы и так разговариваем обо мне, – Саша безразлично пожал плечам.

– Мы говорили о твоих желаниях. Теперь я хочу узнать тебя. Ты понимаешь, где находишься и зачем ты здесь. Но не стремишься уйти.

– Хотите сказать, что любой нормальный человек попытался бы сбежать отсюда?

– Что-то вроде, – Илья не стал углубляться в нюансы.

– Мне некуда идти. И незачем.

Семенов сдвинул брови.

– Ты молод. У тебя вся жизнь впереди. Откуда такой пессимизм?

– Вам не понять, – Саша скользнул по нему взглядом и отвернулся.

– Тогда объясни мне, – мягко произнес Илья, улыбаясь.

– Я не могу это объяснить, – туман безразличия в глазах Саши словно стал прозрачней, тоньше. – Я ничего не могу про себя рассказать, – в голосе зазвучало настоящее отчаяние и тоска. – Я просто знаю, чувствую. Я не успеваю. Не могу. Времени почти не осталось. И теперь мне все равно, что со мной будет.

– Куда ты не успеваешь, Саша? – мягко, вкрадчиво спросил Илья, подаваясь вперед.

– Я не знаю, – но тот только зарылся лицом в колени, сжимаясь. – Не знаю! – вскинулся, по телу прошла сильная дрожь, и Илья закусил губу.

– Хорошо, Саша, успокойся, – он качнулся на стуле и накрыл ладонью судорожно сжимающие тонкое одеяло пальцы. – Успокойся. Мы разберемся во всем. Вместе. Обещаю.

Но Саша только отшатнулся от него. Забился в угол, упорно отводя глаза.

– Не нужно. Просто оставьте меня в покое. Я не хочу ни в чем разбираться.

– Но ведь именно это тебя беспокоит.

– Скажите лучше – сводит с ума, – бросил Саша. – Если хотите помочь, просто заставьте моих призраков уйти. В одной больнице мне давали таблетку, и я спал, все время спал. И мне было хорошо.

– Это не выход, Саша. И ты сам об этом знаешь.

– Я просто хочу, чтобы меня оставили в покое.

– И все же… Саш, позволь помочь тебе.

– Не нужно лезть ко мне в душу.

Илья выдохнул, откидываясь на спинку стула:

– Не в душу, Саша. В память. Я хочу провести сеанс гипноза и узнать наконец, что за призраки тебя мучают.

– НЕТ! – Саша вскинулся, подался вперед, глядя на Илью мгновенно потемневшими глазами. Зрачки расширились, и в их глубине Семенов с удивлением увидел страх, почти животный ужас. – Нет, слышите!!

– Почему? – мягко спросил Илья. – Ты боишься?

Но Саша уже снова заполз в свою норку. Обхватив колени руками, и покачиваясь, он смотрел прямо перед собой, тихо бормоча себе под нос.

– Никто. Никогда. Никогда. Мое. Это мое. Мое.

Илья сжал узкие губы в полоску и встал. Невесомо коснулся склоненной макушки.

– Я не враг тебе, Саша. И я хочу помочь. Позволь мне.

Саша как-то неуловимо вывернулся, ушел из-под его руки, снова вжимаясь в стену. На этот раз молча. Илья опустил руку и отступил.

– Просто подумай над этим. И завтра мы снова поговорим, – он огляделся, взял с тумбочки свою папку и вышел из палаты, прикрыв дверь. На посту велел дежурной не спускать с пациента глаз, отдал еще парочку распоряжений и направился в свой кабинет. Бросил папку на стол и сам рухнул в жалобно скрипнувшее кресло. С силой провел ладонями по лицу и застыл, вспоминая свой разговор с Сашей. Хорошо, что он не стал показывать ему его рисунки. Еще рано. Еще слишком мало он его знает. А этот мужчина на портретах… Почему-то Илье казалось, что это будет последним средством, последним аргументом. А интуиции своей Семенов доверял. И Сашу нужно разговорить, убедить согласиться на сеанс гипноза. Это в разы облегчит его задачу. И, может, он узнает, кого Саша так страстно и упорно рисует.

========== 2. ==========

– Я навела справки по нашему незнакомцу, – Ольга усталым жестом терла виски. – Не замечен, не привлекался.

– То есть он так и остался незнакомцем. И почему я не удивлен? – Илья, как загипнотизированный, смотрел на лист тонкого картона, лежащий на его столе. Ольга принесла его пять минут назад. Саша снова рисовал ночью. И хоть Илья и был уверен, что объект не изменился, посмотреть, каким его изобразил Саша сегодня, хотелось до дрожи в пальцах. Но… Он сам бы сказал, что тренирует силу воли, Ольга – что мается дурью.

– Может, потому, что тебе не хочется, чтобы это все закончилось так просто и прозаически? – насмешливо спросила она, откидываясь на спинку офисного стула. – Этот мальчик зацепил тебя.

– Я люблю упрямых, – отзеркалил ее усмешку Илья. – Он по-прежнему не выходит из палаты?

– Нет, – Ольга покачала головой. – Похоже, он не нуждается ни в чьем обществе.

– Чем больше времени он будет предоставлен сам себе, тем больше его будут одолевать его «призраки», – Илья нахмурился и потянулся к рисунку. На этот раз в глазах незнакомого молодого мужчины не было печали. Только тревога. И немного злости в уголках губ. И Илье даже показалось, что он злится на него. Поймав себя на этом, Илья только хмыкнул про себя и сложил рисунок к другим таким же в папку.

– Тогда дай ему понять это, – Ольга встала, одергивая белый халат. – У него проблемы, но он не дурак. Он не хочет, чтобы ты его разгадал, но ему придется сделать выбор.

– Откуда такие выводы? – Илье стало по-настоящему интересно.

– Прежде чем принести плеер, его спросили, что он хочет, чтобы там было. А он вдруг сказал, что не хочет плеер, а хочет радио. Он боится, что по тому, что он выберет, ты узнаешь его лучше, чем он того хочет.

– Не слишком ли радикальный вывод? Он мог просто передумать. Слушать изо дня в день одно и тоже… – Илья пожал плечами, и Ольга только фыркнула.

– Я не настаиваю. Но тебе придется с ним повозиться.

– Он хоть с кем-нибудь разговаривает? Как он ведет себя в столовой?

– Никак. Сидит в сторонке, никуда не смотрит, ни с кем не разговаривает. Хотя, знаешь, ему здесь действительно не с кем разговаривать. Остальные пациенты тоже не особо общительны, а персоналу вести душещипательные беседы запрещено, – в голосе плеснуло раздражение, и Илья мгновенно отреагировал.

– Отдохни. С этого дня я сам буду им заниматься от начала и до конца.

– Все остальное навесив на меня. Спасибо. Илюша, – с непередаваемым выражением лица фыркнула Ольга, и Семенов вкрадчиво мурлыкнул:

– Хочешь, поменяемся?

Ольга кинула быстрый взгляд на папку с рисунками и качнула головой:

– Нет. Это твой мальчик, Илья.

– Он младше меня всего на три года, – тихо выдохнул Семенов.

Светлая челка взметнулась и упала от резкого взмаха головы.

– Три года? – кажется, Ольга по-настоящему удивилась. – Он выглядит совсем мальчишкой!

– Да, неплохо сохранился, – уже рассеянно отозвался Илья, и Ольга молча покинула кабинет. Семенов еще какое-то время просто смотрел за окно, а потом вышел вслед за ней. Привычно-хозяйским взглядом оглядывая свои «владения», прошел вдоль коридора и, отдав пару коротких распоряжений, открыл дверь палаты.

– Здравствуй, Саша. Сегодня мы с тобой еще не виделись.

Тот аккуратным, каким-то отточенным жестом вытянул наушники и сложил их на кровать рядом с собой. Вскинул голову, и Илья поразился тому, какие чистые, даже чуть наивные глаза были у него сейчас.

– Здравствуйте, – и голос казался скорее эхом.

– Сегодня отличная погода, – Илья кинул взгляд за окно. – Я хотел прогуляться. Не составишь мне компанию?

– И мы опять будем разговаривать обо мне? – на лицо Саши легла тень.

– Возможно. А, возможно, и нет. В любом случае, я хочу, чтобы ты немного подышал воздухом и размялся.

– Меня не напрягают четыре стены, – выдохнул Саша, устремляя взгляд в окно.

– И все-таки я прошу тебя прогуляться со мной. А твою палату за это время приведут в порядок. Помоют пол и хорошенько проветрят.

Саша, который уже встал с кровати, вдруг резко сел на матрас, подбирая ноги.

– Не нужно. И убираться тоже не нужно. Здесь чисто. – Паника в его глазах почти шокировала Илью. Секунду назад было же все нормально!

– Что случилось, Саша? Почему ты вдруг испугался? Вчера здесь тоже убирали. Как я понимаю, ты спал в этот момент?

– Убирали? – паника сменилась ужасом. Саша дернулся и застыл, словно поймал себя на каком-то движении. Поймал и заставил замереть, остановиться. Пальцы сжали одеяло, взгляд заметался по стенам, на мгновение застывал на карандаше на тумбочке и снова начинал перескакивать с предмета на предмет.

Илья чуть сузил глаза, начиная догадываться, вытянул из кармана ручку, повертел ее в пальцах и «выронил» на пол. Натурально выругавшись вполголоса, шагнул к кровати, нагнулся, поднимая край одеяла…

– Нет! – Саша рванулся вперед и с силой стиснул его плечо. Светлые еще пару минут глаза потемнели, и Илья невольно испугался того огня, который пылал в них. Страх, ярость и что-то еще…

– Саша?.. – Илья мягко накрыл его пальцы ладонью, чуть сжал. – Все нормально, успокойся, – отвлекая внимание, нагнулся и выпрямился, доставая ручку. Улыбнулся, как маленькому, пряча ее в карман. – Что случилось, Саша? Испугался кого-то? Там ничего нет, пусто.

– Пусто? – кажется, от облегчения и удивления Саша сейчас расплачется. Словно не веря доктору, он сам заглянул под кровать, а потом отодвинулся от края в облюбованный уголок. – Извините. Сам не знаю, что на меня нашло.

– Я уже забыл, – Илья беспечно улыбнулся. – Так как насчет прогулки? Тебе действительно нужно проветриться.

На этот раз Саша не колебался. Он только молча кивнул, и Илья, бросив «я скажу, чтобы тебя проводили», вышел, давая ему время переодеться: Семенов был не сторонником прогулок по парку в больничной пижаме.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю