Текст книги "Несносный Дед Мороз для дурнушки (СИ)"

Автор книги: Шарлиз Шелдон

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 10 страниц)

11

После того, как полицейские закончили свою работу и ушли, я вернулась на кухню, где намеревалась напиться… чаем. Все-таки в вишневой наливке под тридцать градусов, а мне завтра еще ездить по микро конторам, выдающим кредит, и доказывать, что я жертва чудовищных обстоятельств. Выданная полицией справка должна мне в этом как-то помочь. Еще с ней следовало обратиться в несколько вышестоящих инстанций, чтобы те в свою очередь оказали нужное влияние.

В целом, если рассуждать здраво, то у меня был шанс выпутаться из этой истории с наименьшими потерями. Это если не считать машины и тех денег, что взял у меня Денис.

Денис…

Как же ты мог так поступить с женщиной, отдавшей тебе сердце и душу?!

Я же действительно влюбилась в тебя как мартовская кошка. Этих нескольких дней моей одичавшей натуре хватило, чтобы прикипеть к такому мерзавцу и подлецу!

Руки схватили мобильный телефон и сами набрали заветные цифры.

«Абонент временно недоступен, перезвоните позже..»

Спустя час эта фраза, набившая уже оскомину, сменилась на:

«Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети». Правильно, моя любовь в этот момент удирала как можно дальше, чтобы не попасться в лапы полиции.

Кружка с чаем уже во второй раз опустела, и я все чаще поглядывала на вынутую банку с наливкой.

– Ай, от одной ничего не будет, – махнула рукой и щедро налила себе до краев. Тут, чтобы отпить и не расплескать, нужно весьма некультурно отсербывать, склонившись и удерживая чашку на столе.

В этой позе меня и застала весьма осуждающая фраза, брошенная кем-то, кто внезапно оказался за столом напротив.

– Пьющая женщина – горе в семье.

– Етиж твою мать!!! – подскочила на стуле и заорала я, выплеснув наружу все, что не успела проглотить.

Терпкая вишневая водица быстро стекала по самоуверенной физиономии… Деда Мороза из моего стеклянного сувенира!

– Ты кто?! – я отбежала к раковине с немытой посудой и схватила первое, что подвернулось под руку. Это оказалась силиконовая лопатка для помешивания.

– У меня много имен, но ни одно из них не скажет тебе о моей истинной сущности, – высокопарно продекламировал мужчина, утирая капли с мокрой лобасины рукавом красной бархатной куртки.

– Слышь, су… сук… сущность, – прозаикалась я, сотрясая лопаткой, – Проваливай давай с моей кухни! Отче наш, – слова молитвы сами всплыли в памяти и отскакивали от зубов, как орешки, – Аминь! Изыди, нехристь!

– Какая беспросветная дремучесть, – восхищенно оскалился в улыбке Дед Мороз.

Хотя не уверена, что теперь его стоит так называть. С его слов, он же – сущность!

– Ты мне тут не хами, сущность! Залазь туда, откуда выполз! – я не собиралась сдавать позиции и все еще надеялась, что это всего лишь страшный сон.

Или… наливка забродила! Точно. А я еще удивилась, откуда у нее появился кисловатый привкус?

– Вот по поводу «залазь туда, откуда выполз» я бы и хотел поговорить, – мой незваный гость резко поднялся с табуретки и подался в мою сторону, – Позволь, я все же представлюсь. Думаю, с тебя хватит моего простонародного имени, можешь обращаться ко мне Йолаф. Или Кристофф. Как больше нравится.

Я таращилась на него во все глаза и прижимала к груди лопатку, как освященное святой водой распятие. Как осиновый кол перед ликом озверевшего вампира. Как единственную серебряную пулю, отлитую для распоясавшегося в деревне оборотня.

Йолаф или Кристофф решил закрепить эффект от знакомства и с грацией быстрого хищного зверя поклонился, подставив свою блондинистую макушку под мой взор. Резкое движение и стремительность, с которой он это сделал, напугали меня, и я не задумываюсь, сильно шлепнула лопаткой по его темечку.

– Получай, демон! Не смей меня трогать! – верещала я, лупя кухонным инвентарем во все стороны.

– Леди, имейте благоразумие! Леди, уймитесь!! Я олицетворяю собой добро, а не демонические силы!!! А, убивают! Кто бы мог предположить, тысячи лет жизни и позорная смерть в русской глубинке на кухне этой толстой женщины! – визжал Йолаф, прикрываясь руками.

– ТОЛСТОЙ женщины?!? – взревела я раненым медведем.

К силиконовой лопатке добавился деревянный молоточек для отбивания мяса.

Этот Йолаф сейчас поплатится за свои необдуманные слова. А так же за побег Дениса, его предательство и всю ту кучу проблем, что свалилась на меня. Кажется, я нашла козла отпущения.

– Мадам, прошу простить меня! Давайте начнем все сначала! Я все объясню! – взмолился он.

Но меня было не остановить. Я гоняла его по кухне и боялась даже допустить мысль, что это все реально. Да меня в сумасшедший дом упекут, если я кому заикнусь о том, что творится на моей кухне.

– Энэйрейтил, – вдруг выкрикнул Йолаф и вскинул вверх руку.

С кончиков его пальцев сорвался мягкий деликатный свет, за секунду озаривший кухню. Моя занесенная рука сама по себе застыла в воздухе, но не от увиденного, а от того, что все тело парализовало. Я могла лишь моргать ошарашенными глазами и жадно вдыхать воздух через нос. Рот, язык и губы оставались же неподвижными. Мне удалось только издать невнятное мычание, на которое сущность в испачканном костюме Деда Мороза удовлетворенно кивнула.

– Ну, вот теперь можно и поговорить, – Йолаф пару раз брезгливо отряхнулся и обратил на меня внимание.

12

– Уууух, хорош компотик, – смачно прихлебывая, восторгался Йолаф.

Я сопровождала каждое его движение мрачным взглядом и с грустью отслеживала, как быстро уменьшается наливка в уже ополовиненной банке. У этой магической сущности из шара были явные проблемы с алкоголем!

– Фух… мм… ничего вкуснее не пробовал за несколько тысяч лет. Рецептик дадите? – невинно спросил блондин, наконец, оторвавшись от банки.

Я поспешила ее отнять и убрать куда подальше. Думаю, мне она и самой понадобится, чтобы «причесать» расшатанные нервы.

– Не дам, – отрезала я из вредности.

– И почему я не удивлен, что вы одна и так несчастны, – оскорбился он.

Чисто по инерции моя рука снова потянулась к лежащей рядом лопатке. Сущность сразу поняла намек и примирительно забубнила:

– Ладно вам! Уж и пошутить нельзя!

– У вас несмешные шутки, – фыркнула я.

– Я бы привел аргументы почему это не так, но думаю, вы сейчас не в том состоянии, чтобы внять голосу разума, – важно изрек Йолаф, чем вывел меня из себя.

– Может, вы уже, наконец-то, скажете кто вы и откуда?! Почему появились на моей кухне?

– Если бы не одна досадная случайность, я бы ни за что не покинул пределы своего артефакта, – мужчина указал рукой на шар с трещинами, – Все дело в том, что ваш грабитель…

– Он не мой, – злобно перебила его.

– Хорошо. Ваш мужчина, которого вы посчитали любовью всей своей жизни, и который вас ограбил, – в этом месте я яростно заскрипела зубами, – Умудрился нарушить целостность оболочки шара-артефакта, где заключена колоссальная по силе магия. Очень древняя, разрушительная магия.

– И что?

– И теперь весь мир в опасности, – флегматично заявил Дед Мороз.

Вот так новости! Впору было протереть глаза, прочистить уши и ущипнуть себя, чтобы убедиться, что это не сон.

– И… какова вероятность опасности? – осторожно поинтересовалась я, – Что вы сразу переживаете? Может, еще все обойдется?

– Кхм-кхм. Атлантиду, Помпеи помните из уроков вашей истории? Вот их цари у меня так же спрашивали, и как мы видим, не обошлось, – деликатно ответил Йолаф.

– Ммм… и что вы собираетесь делать?

– Я?! – насколько же было искренним его возмущенное удивление!

Мужчина закинул ногу за ногу, скрестил руки на груди и высокомерно окатил меня презрительным взглядом.

– Я, к вашему сведению, хранитель той силы, что была заключена в артефакте.

– Тем более, вам и карты в руки! Ну что вы сидите на моей кухне? Идите спасать мир! – засуетилась я, непонятно куда выпроваживая гостя.

Я цепко схватила его за красную шубейку и легко поволокла на выход, напрочь забыв, что сущность выплыла из своего шара.

– Но постойте, дамочка! – Йолаф всеми конечностями цеплялся за дверные косяки и упирался ногами, – Из-за вас и вашей глупой влюбленности нарушился привычный ход событий! Всему вашему миру грозит конец, если магия шара покинет свой артефакт. Произойдут страшные катастрофы, землетрясения, цунами! Черная энергия вырвется на волю и поглотит все живое, что есть на вашей планете.

– Так, значит, это ваша магия, чьим хранителем вы являетесь, все уничтожит? Ну и чего вы мне голову дурите? Сами и укрощайте свою черную энергию. И впредь попрошу вас более не материализовываться на моей кухне без приглашения.

С этими словами я выпихнула наглого Йолафа за входную дверь и припала к глазку. Даже не могу описать свое состояние сейчас. Половина моего сознания считает, что я рехнулась, а другая требует уточнить все подробности на счет магии, исчезнувшей Атлантиды и узнать, что же такое артефакт.

– У-о..? У-ээ?

Этот звук, раздавшийся за спиной, привел меня в замешательство. Вот даже оборачиваться не хочу.

– У-ы?

Медленно оглядываясь назад, я была готова ко всякому, но не к тому, что увидела!

На меня укоризненно смотрел олень.

Да, тот самый из шара. Живой. Настоящий. Со снегом на копытах, который таял в неаккуратные лужицы на полу. Животное шумно дышало и осторожно покачивало головой, боясь задеть рогами свисающую голую лампочку. Люстра, кстати, Денису тоже приглянулась.

Олень настолько сюрреалистично смотрелся в моей квартире, что я истерично засмеялась и принялась щипать себя во всех местах, куда дотягивалась. Это все галлюцинации.

– За что мне это все? – пискнула я.

– А не надо было в дом пускать всяких сомнительных мужчин, – громко выкрикнул из-за двери Кристофф, – Женщина, ну будьте же благоразумны! Впустите меня и мы все спокойно обсудим.

– Вы противоречите своим же словам, – слабо отбивалась я, – Говорите не пускать всяких сомнительных мужчин, и тут же просите вас впустить. Уходите! И оленя вашего заберите. Он мне рогами сейчас весь потолок исцарапает и пол испортит грязными копытами.

– Было бы что тут портить, – презрительно скривился олень, показательно колупнув копытом паркет.

Ну это уже было выше моих сил! Животное разговаривало нашим русским языком. Нет, не так… Животное разговаривало! Мои нервы сдали и я с громким криком, закрыв лицо руками, убежала в комнату, где закрылась на защелку и спряталась под одеяло.

Глупо, да, но мне нужен был моральный перерыв.

Откуда-то из коридора раздавались звуки хозяйничающих у меня в квартире гостей. Этот противный олень каким-то образом смог впустить Кристоффа обратно, и теперь они тихо шушукались в прихожей, пока я тряслась под одеялом и размышляла кому звонить первым. В дурдом или в полицию? В дурке меня еще не знают, а вот господа полицейские уже знакомы со мной, вдруг помогут?

– Хозяюшка, – в дверь комнаты раздался деликатный стук, – И все же приглашаю вас за стол переговоров. Вы, конечно, можете посидеть еще под одеялом полчасика, я пока картошки пожарю, но поверьте, мы с Альбертино никуда не денемся из вашей конур… кхм, квартиры.

– Кто бы говорил, – скривилась я, – Сам живет в сувенирном шаре, а мою жилплощадь называет конурой.

– Ох, – наигранно вздохнул Йолаф, – Ну и тяжело же нам с вами будет. А нам еще мир спасать, слышите?

Да лучше бы я оглохла, честное слово.

13

Аромат жареной картошки так и манил покинуть кроватное убежище. Время было час ночи, но сочный дух вредной еды проникал в нос и будил все рецепторы, отвечающие за прожорливость. Мои даже похватали вилки с ножами и агрессивно требовали порцию картошки. С малосольным огурчиком.

И вообще, почему это на моей кухне хозяйничают пришлые гости?!

Кажется, перерыв в сорок минут пошел мне на пользу, и теперь я рвалась проверить свои владения. Особенно больно становилось при мысли, как олень мог разворотить квартиру и как долго я потом буду ее отмывать.

Поэтому мне все-таки пришлось вылезти из-под одеяла и с грозным видом встать за спиной Кристоффа. Буравя его затылок свирепым взглядом, я с удивлением подмечала, что на кухне он один, без оленя. А так же мужчина успел навести порядок в коридоре, прихожей и на самой кухне. Все было аккуратно поднято, расставлено и даже намека не осталось от того свинарника, что устроил мне Денис. А полы так вообще подозрительно блестели, словно их кто-то вымыл и натер полиролью.

Сам же Дед Мороз суетился у плиты, ритмично вытанцовывая нечто незамысловатое, нарезал салат и одновременно выжимал сок из свежих апельсинов. Кстати, а где он взял картошку и апельсины? Да и огурцов у меня не было в холодильнике…

Но повергли в шок меня не его кулинарные таланты, а то, что этот… этот… гад снял свою красную куртяшку и остался с голым, мать его, накаченным торсом!

Узкие бархатные брючки сексуально облегали его аппетитную подтянутую ммм… филейную часть. Алая ткань так и приковывала к себе внимание, не давая мне ни шанса отвести взгляд от его попы. А та, как назло, активно двигалась под веселый насвистываемый мотивчик.

– Ты что здесь устроил?! – громыхнула я на всю кухню.

Признаюсь, своим возмущением просто попыталась скрыть смущение и участившееся дыхание.

Йолаф резко повернулся, и я чуть снова не поперхнулась воздухом.

Сейчас, когда он не кривлялся и был собран, мужчина показался мне идеалом красоты. Куда там до него Денису! По сравнению с Дедом Морозом грабитель-гастролер был бледной молью.

Йолаф же представлял собой типичный образец холодной, но притягательной, северной красоты. Светлые локоны, отливающие золотистым серебром, игриво спадали ему на глаза, вынуждая его поправлять шевелюру. Он небрежно ее взъерошивал, но это продолжало выглядеть, как модельная укладка у «вешалки» на подиуме.

Его острые скулы и небрежная щетина смотрелись так не естественно и брутально на спокойном лице, что я шумно сглотнула, чем заслужила легкую ухмылку красиво изогнутых губ.

Кто бы мог подумать, что в моем сознании найдется столько романтических эпитетов, чтобы описать мужскую красоту? Ну красивый и красивый. Откуда взялись эти сравнения, что его широкие плечи и грудь с ярко выраженными мышцами так и напрашиваются на то, чтобы, обмазать их ароматным маслом и долго разминать массажными движениями, гладить и исследовать каждую черточку рельефа?

– Бу-бу-бу…бу-бу? – кажется, он что-то спрашивал у меня уже во второй раз, пока я беззастенчиво пожирала его взглядом.

– А?

С трудом, но мне удалось вырваться из плена отчаянно разбушевавшихся гормонов.

– Я говорю, мышь все-таки покинула свою нору и приползла на запах жареной картошечки? – улыбнулся Йолаф.

– Мышь это я? – на всякий случай уточнила.

– Простите, неудачная шутка. Я помню, что у вас проблемы с юмором, – я свела брови к переносице, и он тут же исправился, – Или это я слишком одичал в своем шаре, что разучился смешить пресную женщину. Прекрасная женщина – это вы, – на всякий случай уточнил Йолаф.

– Откуда продукты? У меня не было ни картошки, ни апельсинов.

– Я сходил к себе и принес, – мужчина махнул рукой на стоявший шар.

Хм, удобненько.

– А олень где?

– Альбертино сказал, что ему здесь тесно, и ушел к себе, – и снова взмах в сторону шара.

– Еще бы, – проворчала я, – Равносильно, что слон в посудной лавке.

– Присаживайтесь, Ульяна. У меня уже все готово, сейчас разложу по тарелкам.

Я села за стол и со скрытым удовольствием, в котором не хотела самой себе признаваться, смотрела, как мужчина грациозно курсирует между кухонными шкафчиками.

Очень скоро передо мной стояла дымящая тарелка с изумительно пожаренной картошкой. В час ночи самое то, для поддержания фигуры, ага! Но тут я вспомнила, что ничего не ела большую часть дня и с жадностью накинулась на угощение. Не удивительно, что через пару минут тарелка сверкала от чистоты, а Йолаф смотрел на меня расширившимися глазами размером с монетку в пять рублей.

– Там на сковородке еще есть.

– Нет, спасибо. Было очень вкусно, – сдержанно поблагодарила его и чуть довольно не икнула.

После этого сразу потянуло в сон. Измученное стрессом сознание пыталось отключиться в любую удобную секунду, но я боролась со сном и выжидательно уставилась осоловевшим взглядом на Деда Мороза. Тот, кстати, гад эдакий так и не надел свою шубейку. Продолжал меня смущать, поигрывая мышцами рук, груди и торса.

– Ульяна, я думал, мы с вами сможем поговорить после ужина, но не учел, что человеческий организм слабее нашего. Вы засыпаете прямо за столом, – мило улыбнулся мужчина, – У нас есть немного времени в запасе, поэтому предлагаю сейчас разойтись по домам…

– Я уже дома, – еле заворочала языком.

– Точно, я уйду к себе, вы ляжете спать, а утром я приготовлю нам чудесный завтрак, после которого мы обсудим, как нам спасти ваш мир. Договорились?

– Нет, – мотнула я головой.

– Почему это? – мужчина слегка опешил.

– Утром я без промедления поеду в одну инстанцию, чтобы с меня сняли кредиты, взятые Денисом на мое имя. Не хочу, знаете ли, выплачивать много миллионов, которые даже в руках не держала.

Челюсть Кристоффа подозрительно скрипнула, а глаза фантастически потемнели. Такой его вид даже слегка согнал с меня сонливость.

– Не переживайте, Ульяна, этот собачий прохвост получит свое, – рассержено протянул он, – А на счет миллионов вам тоже не стоит беспокоиться. Я помогу вам.

– Как интересно?

После откровенной демонстрации магии, когда меня парализовало, я вполне могла поверить, что Дед Мороз может щелчком пальцев решить эту досадную проблему. Чем черт не шутит?

– Есть у меня несколько методов, – туманно пообещал мужчина.

– Требую конкретики.

– Вот завтра после вашего возвращения домой и поговорим о конкретике, – расплылся в хитрой улыбке Йолаф.

– Кстати, хотела спросить…

– Так спросите.

– Почему у вас два имени? Йолаф и Кристофф? Это же два разных имени! – выпалила я.

– О, дорогая Ульяна, у меня сотни имен. А сейчас вынужден откланяться. До завтра. Доброй ночи! – мужчина грациозно встал, поклонился и растаял прямо в воздухе!

Я тут же бросилась к сувенирному шару и увидела, как Йолаф шагает по снегу к своему дому, перекинув через плечо красную шубку.

– А посуду, значит, я буду мыть?

С тоской посмотрела на оставленную гору в раковине и вздохнула. Ну, справедливо. Он готовил, я мою.

Но не успела я закатать рукава, приблизившись к мойке, как посуду заволокло блестящим белесым туманом, и из него по очереди вылетали чистые тарелки. Они плыли по воздуху и сами прятались за раскрытыми дверцами кухонного шкафа.

Я попыталась схватить последнюю «летунью», но на ней внезапно нарисовался улыбающийся смайлик. Через пару секунд он мигнул и сменился надписью: «Идите спать, Ульяна».

– Все чудесатее и чудесатее, – ошарашено выдохнула я.

14

Утро началось рано и бестолково. Я проснулась от шума на кухне и испуганно замерла под теплым одеялом. Мысли вязкой рекой проносились в голове, и я не сразу догадалась, кто мог бы там хозяйничать без моего ведома.

Но этот загадочный «Кто» своим магическим чутьем узнал, что я проснулась, и без церемоний поспешил в комнату, чтобы меня разбудить. Его торопливые шаги и напеваемый веселый мотивчик звучали бодро и задорно аж до зубного скрежета.

– Ульяна, пора вставать, – из-за двери раздался жизнерадостный голос Кристоффа, – Я приготовил завтрак и сварил кофе. Вставай! У нас на сегодня много дел!

А когда мы успели перейти на «ты»?

– Ммм..мыы.., – промычала в ответ нечто несвязное и уткнулась лицом в подушку.

Вчерашние слезы, стресс и шлифанувшая все это сверху наливка плотно удерживали меня сейчас под одеялом. Не было ни малейшего желания вставать. Да и шевелиться тоже.

В голове стучали маленькие молоточки, отбивающие только им известный ритм, а я морщилась при каждом движении и постороннем звуке.

– Ульяна, если ты сейчас же не встанешь, я приглашу сюда Альбертино с его маленькими, но дюже приставучими друзьями из леса, – пригрозил Дед Мороз.

– У него есть друзья?

– Конечно. Альбертино очень общительный и интересный. У него много друзей, да и от внимания самочек порой с трудом отбивается. Завидный жених, так сказать.

Я с интересом оторвала голову от подушки.

– А кого вы имели в виду под «приставучими друзьями»? Бурундуки? – почему-то на ум пришли только они. В забавных свитерах и с пищащим голоском.

– Нет, – все так же стоя под дверью, ответил Йолаф, – Еноты. Как-то раз эти полосатые воришки свели меня с ума всего за пол дня, устроив в доме такой бедлам, что вам и не снилось. Так что вставай, умывайся и завтракать. Чем раньше ты сходишь в свою «ин-стан-цию», тем быстрее мы приступим к спасению всего человечества.

– К чему такая спешка.., – простонала я, но послушно принялась отскребать себя от кровати. Я прекрасно понимала всю важность предстоящих дел, но голова шумела и внутри что-то искрило от боли. Неужели, это и есть похмелье?

– А ты в окно выгляни. Ваш мир уже стал меняться под воздействием вырвавшейся из артефакта магии, – посоветовал Йолаф.

Не понимая о чем он говорит, прильнула носом к холодному стеклу.

Привычный зимний двор, серые дома напротив и голые деревья. По дорожке медленно прогуливается старушка с мопсом из соседнего подъезда. Все как и всегда. Никаких признаков потустороннего вмешательства.

– Смотри выше!

Послушно перевела взгляд вверх и аж икнула от удивления.

Огромная черная воронка расползалась по свинцово-фиолетовому небу. Где-то далеко, за пластом туч и черных облаков, громыхали едва видимые молнии. Большая стая испуганных ворон хаотично перемещалась в воздухе и издавала тревожные звуки, от которых у меня холодные мурашки поползли по всему телу.

Это смотрелось нереально и страшно. Словно кадры из фильма про конец света наложили на нашу реальность.

– И это только начало, Ульяна, – подзуживал под дверью Йолаф, – Дальше будет еще масштабнее и страшнее. Но не буду забегать вперед, сама все увидишь, если не поторопишься.

– Что это, черт возьми, такое??!

В теле сразу откуда-то появились бодрость и силы. Заводной метелкой я пронеслась в ванну, чуть не сбив с ног опешившего Йолафа, умылась, привела себя в порядок и послушно села за стол, где уже аппетитной горкой томились свежеиспеченные блины.

К ним даже в красивых тарелочках (не помню, чтобы у меня такие водились) стояли густой ароматный мед, жирная сметана, нарезка красной рыбы и икра!

Чуть в стороне дымилась моя любимая чашка с кофе. Вот бы каждое утро так встречать. Чтобы проснулась, а тебя уже ждет полностью сервированный стол. Но с такими запросами впору заводить домработницу. При этой мысли невольно поискала взглядом Кристоффа. Тот пропадал где-то в ванной комнате, откуда доносились звуки работающего душа. В его усадьбе отключили горячую воду?

– Приятного аппетита, – через десять минут мужчина нарисовался на пороге кухни и довольно вытирал свою влажную шевелюру моим полотенцем.

– Шпашыбо.., – я как раз закидывала в рот уже десятый по счету блинчик и чуть не поперхнулась, увидев, что Йолаф предстал передо мной только в красных труселях.

Никакого стеснения у человека!

– Аккуратнее нужно есть. Никто же не отнимет, – упрекнул он.

А я опустила взгляд в тарелку и шумно дышала, боясь ненароком снова посмотреть на него.

– А ты… вы… ну, чего это..? – с трудом проблеяла, – Где твои, т.е. ваши, штаны?!

– А, – отмахнулся он, – Решил попробовать вашу воду. Мягкая. Еще мне понравился запах геля для душа на полочке. Пахнет хвоей и мандаринами.

– Можешь взять себе, у меня еще есть запас – брала по акции.

– Спасибо! – порадовался мужчина и щелкнул пальцами.

При мне из ванны тут же вылетел только недавно вскрытый флакон с гелем и оказался в руках Кристоффа.

– Филиппо, – позвал он.

И вот если бы я сама не увидела этого, ни за что бы не поверила. Из ниоткуда, прямо из воздуха, вдруг материализовались цепкие загребущие лапки. Они были мохнатыми и черными. Требовательно жамкали смешными пальчиками с аккуратными коготками и что-то искали в пространстве.

– Филиппо, как невоспитанно, – укорил блондин, – Покажись весь и познакомься с Ульяной.

Кто-то невидимый недовольно фыркнул, охнул, крякнул и вслед за лапками проявилась хитрющая мордаха… енота.

– Вы же говорили, что они приставучие и только в крайнем случае их позовете, – воскликнула я.

– И вам доброго утречка, – хмыкнула голова енота.

– Я решил ускорить события, – обворожительно улыбнулся Йолаф, – Тем более Филиппо очень воспитанный и смышленый. На, держи, – он протянул ему гель для душа, – Поставь его в моей купальне и не заиграй как бритву в прошлый раз! Я не хочу больше наблюдать зайцев с выбритым матерным словом на спине.

– Филиппо побрил зайцев? – всхлипнула я, пытаясь не захохотать в голос.

– Они проиграли мне в карты на желание! – недовольно пропищал енот.

– Мне кажется, я все еще сплю, – вдруг сказала я, – Упала где-нибудь на работе в обморок и сейчас лежу в коме на больничной койке. А вы все мне снитесь. Дурной и несуразный сон в больном воображении.

– Нет! – хором ответили Йолаф и Филиппо.

– Во сне вы бы так же говорили! – сопротивлялась я.

Последний, явно чтобы доказать всю правдивость происходящего, вырвал из моей руки вилку и быстро схомячил оставшиеся блины. Пять секунд и тарелки сверкали от чистоты.

После этого жирные запачканные рыбой лапки благодарно потрепали меня по щеке и исчезли вместе с все еще жующей головой.

– И все же я сплю, – крякнула от досады.

– Если бы, – блондин в одних трусах приблизился ко мне и успокаивающе погладил по второй щеке. Ну совсем как Филиппо, только чистыми руками. И на том спасибо!