Текст книги "You Would Never Know (СИ)"

Автор книги: Regan Jane Black

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 20 страниц)

– Нет, но он всё спрашивал: “Гермиона, ты не видела Джинни?”, “Как там Джинни?”, “Никто не знает, где Джинни?”. А ещё он был таким смущённым, что я сама догадалась!

Гермиона плюхнулась на кровать свой подруги, а та вскрикнула.

– Что такое?! – испугалась Гермиона.

– Осторожно! У меня болит нога! – запричитала та, – Кажется, моя связка порвана к чертям.

– Это вряд ли. Так ты лучше встань, разомнись чуть-чуть, поприседай, сразу легче станет! – посоветовала Гермиона.

– Я сейчас кину в тебя лампу! – прорычала Джинни.

Гермиона засмеялась и потребовала объяснений:

– Ну, рассказывай. Тебе понравилось?

– Это было больно.

– Всё время? – испугалась Гермиона.

– Нет, первые минут десять. Надо было выпить огневиски перед этим всем, – сказала Джинни, а затем с огромным трудом села в кровати, – Только, пожалуйста, не говори Гарри, что мне так фигово. Иначе он вообще с ума сойдет и никогда больше ко мне не прикоснется.

– Как раз хотела тебе сказать, что ему лучше не знать. Он и так обеспокоенный до ужаса, – ответила Гермиона и улыбнулась, – Но такой милый!

Джинни засмеялась, а потом схватилась за живот.

– Что с тобой? – воскликнула Гермиона.

– Пресс тоже болит, – захныкала Джинни, – Ты не представляешь, какой это сложный спорт!

Гермиона засмеялась и сказала:

– Сейчас схожу к мадам Помфри за зельем от мышечной боли.

– Давай.

Гермиона быстро вернулась с нужной бутылочкой и напоила зельем Джинни. Примерно через десять минут она уже могла спокойно стоять, ходить и даже приседать. В комнату вошел Гарри, а Гермиона, выхватив из его руки один тост, вышла оттуда. Ей не хотелось мешать этим двоим обсудить их сексуальную жизнь.

Северус тем временем прогуливался по замку. Не то чтобы он действительно прогуливался, скорее искал некую особу. Отыскать её не составило труда, и он появился прямо из-за поворота, снова напугав Гермиону.

– Как вы умудряетесь делать это изо дня в день? – воскликнула Гермиона, хмуро взглянув на профессора.

– Поттеру стоило лучше приглядывать за этой вещицей.

Северус протянул Гермионе Карту Мародёров.

– Откуда она у вас? – удивилась она, вспоминая, как усердно Гарри искал её.

– Поттер оставил её в Большом зале, – ответил Снейп, – Я посчитал, что если попользуюсь ею немного, а затем верну, ничего страшного не произойдет.

Гермиона кивнула и спрятала пергамент в свою безразмерную сумочку.

– Не хотите вернуть её сейчас? – Северус кивком головы указал на дверь в конце коридора.

– Нет, чуть позже, – замялась Гермиона, – Там просто… Эм… Сейчас я не очень хочу туда… Идти… Гарри… В общем верну позже.

– Ясно. Мистер Поттер и мисс Уизли слишком заняты, и вы не хотите их прерывать, – улыбнулся уголками губ Снейп.

Гермиона залилась краской и, обойдя Северуса, устремилась на улицу. Усевшись под своим любимым деревом, она хотела было открыть ту самую книгу, которая чуть не улетела в обрыв в библиотеке, как Снейп снова оказался рядом. Щурясь на солнце, Гермиона подняла голову и спросила его:

– Профессор, вы хотели что-то мне сказать, да? А я так быстро ушла, извините.

– Нет, мисс Грейнджер, – тот опустился рядом с ней на корточки, – Покажите мне вашу руку.

Сердце Гермионы забилось в тысячу раз быстрее. Не хотела она показывать ему своё клеймо. Ужасный, отвратительный шрам от кинжала Беллатрисы, составляющий слово “грязнокровка”. Нет, она определенно не покажет руку. Гермиона отвернулась и покачала головой.

– Вы хотя бы пробовали от него избавиться? – спросил Северус.

Гермиона кивнула.

– Видимо, безуспешно. Волшебный кинжал?

Она снова кивнула. Снейп задумался. Затем встал и ушел прочь. “Возможно, поможет”, – подумал он.

Как только Гермиона увидела, что Гарри и Джинни под ручку вышли на улицу, она побежала в свою спальню, чтобы собрать вещи, которых было очень мало. Гостиная Гриффиндора была разрушена, и всё уцелевшее можно было пересчитать по пальцам. Гермиона решила отправиться вечером. Трансгрессировать в аэропорт Хитроу, купить билет на ближайший рейс до Брисбена, где и жили этот год её родители. Она решила, что пора им вернуться в свой дом, в Англию. Она поможет им собрать всё необходимое и вместе с ними поедет в Лондон.

Гермиона закинула свою полностью собранную дорожную сумку в маленькую сумочку, на которую уже сколько времени было наложено заклятие незримого расширения, и отправилась со всеми прощаться. Гермиона вернула Гарри его карту (тот был несказанно рад), попрощалась с ним, Джинни и Роном. Все пообещали ей постоянно писать и сказали, что тоже скоро отправятся в Нору. Затем Гермиона нашла Полумну и Невилла, попрощалась с ними. Потом с профессором МакГонагалл и другими учителями. Наконец, решила найти профессора Снейпа. В лаборатории его не было, в библиотеке, в подземельях, в классе тоже. Гермиона расстроилась, но написала ему на маленьком кусочке пергамента “До свидания, профессор Снейп” и просунула его под дверью его кабинета. Выйдя за территорию Хогвартса, девушка трансгрессировала.

ТРИ МЕСЯЦА СПУСТЯ

Северус Снейп совершенно нехотя покидал свою лабораторию в подвале нового дома, чтобы отправиться в Косой переулок в магазин с ингредиентами для зелий. Наконец-то, его заказ прислали в Лондон, а именно – кожа брюха взрывопотама. Всего-то небольшая баночка с измельченной кожей стоит почти двести галеонов. Но быть героем войны очень даже удобно. Северусу три таких баночки достанутся в подарок. Так, необходимо найти магловскую одежду и переодеться в неё. Снейп открыл шкаф и с самой дальней полки достал чёрные брюки и кофту. Раз уж он выбирается из дома, он дал себе слово, что немного прогуляется по Лондону.

Северус трансгрессировал в самое начало Чаринг-Кросс-роуд, чтобы ему пришлось пройти целую улицу, прежде чем попасть в “Дырявый Котел”. На улице светило яркое солнце, и Северусу пришлось щуриться несколько минут, прежде чем глаза его привыкли к дневному свету. Он медленно направился вперед по улице и с приятным удивлением отметил, что свежий воздух помогает от головных болей куда лучше зелий. Мимо по дороге промчалась белая машина, которая затормозила у какого-то бара в пятидесяти метрах от Северуса. Дверь пассажирского переднего сидения открылась, и оттуда вышел высокий мужчина, почти такого же роста как Снейп, очень неплохо сложенный. Волосы у него были каштаново цвета, практически без седины и без залысин, хотя на вид ему было лет на пять больше чем Северусу. Мужчина обогнул машину и открыл дверь водителя. Оттуда показалась маленькая худенькая ножка, а за ней и её обладательница в легком летнем платье. Копна её каштановых волос развевалась на ветру и не слушалась рук хозяйки. Даже издалека Северус понял, что это Гермиона Грейнджер, а с ней, видимо, её отец. Девушка над чем-то смеялась вместе с отцом, а её смех немного улучшил настроение Северуса. Уж очень давно он его не слышал. Сам он подходить не собирался, но и прятаться от них и быстро трансгрессировать оттуда тоже не планировал. Гермиона отдала ключи от машины своему отцу и показала ему в сторону “Дырявого Котла”. Хм, Северус считал её умной девушкой. Маглы не могут увидеть этот бар. Только если кто-то из волшебников их туда проведёт, они смогут увидеть помещение изнутри, но снаружи – нет.

Гермиона с отцом направились вперёд по улице. Видимо, тоже шли в Косой Переулок. Снейп рассчитывал, что не встретится с ней раньше начала учебного года. Хотя, может быть она и не заметит его.

Но мыслям Северуса не суждено было сбыться. Гермиона обернулась, чтобы взглянуть на машину, которую она подарила своему отцу, и увидела Северуса Снейпа, идущего прямо за ней. Девушка сначала удивилась и даже открыла рот, а затем начала улыбаться и потянула отца за руку. Она что-то ему сказала, и тот тоже обернулся. Как только Северус Снейп оказался прямо напротив них, Гермиона вдруг начала обтягивать платье и пытаться пригладить волосы. Снейп только усмехнулся и сказал:

– Мисс Грейнджер, мы же не в школе. Здесь вы имеете полное право одеваться так, как вам нравится.

Снейп быстро окинул взглядом свою ученицу, и его глаза остановились на браслете на левой руке. Он находился чуть ниже локтя и закрывал шрам Гермионы.

– Здравствуйте, профессор, – улыбнулась Гермиона, – Рада вас видеть!

Снейп кивнул.

– Папа, это мой учитель по Зельеварению и Защите от тёмных искусств, профессор…

– Северус Снейп, кажется? – перебил дочь мистер Грейнджер.

– Всё верно, сэр, – отчеканил Снейп.

– О, честь познакомиться с вами! – горячо воскликнул отец Гермионы и протянул руку, которую Снейп с охотой пожал, – Гермиона рассказывала о вас всё лето. На самом деле, не только в этом году, а и все предыдущие шесть лет, но столько хорошего мы услышали только в этот раз.

– Пап… – Гермиона залилась румянцем и опустила голову, вдруг очень заинтересовавшись своим цветочным сарафаном.

– Рад с вами познакомиться, мистер Грейнджер, – ответил Снейп и даже чуть улыбнулся, на секунду бросив взгляд на Гермиону.

– Как успехи Гермионы в вашем предмете? А в остальных?

– Не только я считаю, что ваша дочь – самая одарённая волшебница столетия, – ответил Снейп, гордо взглянув на Гермиону.

Мистер Грейнджер улыбнулся и поцеловал дочь в висок.

– Пап, мы же шли в Косой Переулок. Давай поторопимся, пока ты ещё чего-нибудь не наговорил профессору Снейпу, – Гермиона словно маленькая девочка вцепилась в папину руку и потащила вперед.

– Я как раз туда и иду, – ухмыльнулся Северус и пошел рядом с Гермионой.

– Неужели? Я думала, вы всё заказываете на дом, – буркнула Гермиона.

– Да, мисс Грейнджер, но в этот раз не вышло. Видите ли, я заказал кожу с брюха взрывопотама, чтобы улучшить формулу одного из моих зелий…

– Взрыво-чего? – удивился мистер Грейнджер.

– Взрывопотама, – ответили Снейп и Гермиона вместе.

– А кто это?

– Животное такое, я расскажу тебе позже, пап.

– Ну вот и пришли, – сказал Снейп и распахнул дверь “Дырявого Котла”.

– Куда пришли? – снова удивился отец Гермионы.

Девушка засмеялась и потянула отца за руку в дверь, которую придерживал Снейп. Тут же все посетители набросились на Северуса и Гермиону с рукопожатиями и благодарностями. Мистер Грейнджер был настолько удивлен появившейся из ниоткуда комнате, что едва ли волновался за свою дочь, окружённую кучей людей.

– Теперь нам сюда, – сказала Гермиона, открыв дверь, ведущую на задний двор бара.

– Давай уже быстрее, Гермиона, – попросил мистер Грейнджер, – Я чувствую себя идиотом, потому что не вижу то, что видите вы.

Гермиона засмеялась и протянула палочку к нужному кирпичу. Стена разъехалась, и прямо перед ними оказалась длинная улица с множеством магазинов.

– Наконец-то, – выдохнул с облегчением мистер Грейнджер и устремился вслед за своей весёлой дочерью и Северусом Снейпом.

– Так, пап, нам надо в Гринготтс.

– Знаешь, дорогая, это без меня, пожалуйста, – ответил отец, – Ты меня уже затащила туда однажды, второй раз я не поведусь. Вот, я посижу здесь и подожду тебя, – он указал рукой на “Кафе-мороженое Флориана Фортескью”.

– Ладно, только никуда не уходи. У тебя есть галеоны?

– Да.

– Отлично, ну я пошла.

– Мисс Грейнджер, я составлю вам компанию, – отозвался Снейп.

– Хорошо, – улыбнулась Гермиона, – Но разве вам не нужно идти забирать кожу взрывопотама?

– Двадцать минут роли не сыграют, а мне тоже не помешает посетить Гринготтс, – ответил Снейп, быстрым шагом направлялась к банку, – А у вас хороший отец.

– Спасибо, сэр, – ответила Гермиона.

– Не за что, мисс.

– А что за зелье вы готовите, если не секрет?

– Помните зелье, которым я поил Люпина перед полнолунием?

– Конечно, сэр.

– Оно помогало, но не так уж и сильно. Я решил немного усовершенствовать формулу, и для этого мне необходима кожа этого треклятого взрывопотама, – ответил Снейп.

– Жаль, что Римусу оно больше не пригодится, – сказала Гермиона и посмотрела вдаль.

– Да, к сожалению, вы правы.

– Вы смешно выглядите в магловской одежде, – улыбнулась Гермиона.

– Что вы сказали? – переспросил Снейп, повернувшись к ней.

– Вы смешно выглядите в магловской одежде! – повторила Гермиона и продолжила, – Ну, в смысле, в чёрной мантии и сюртуке вы выглядите более… Хм… Как бы так сказать…

– Устрашающе? – усмехнулся Северус.

– Да! – воскликнула Гермиона.

Через полчаса Гермиона и Северус вернулись к кафе, где ждал свою дочь мистер Грейнджер.

– Какое вкусное тут мороженое! – воскликнул тот, – Такой необычный вкус! Ну что, дорогая, всё в порядке?

– Да, папа, – улыбнулась Гермиона, а затем повернулась к Снейпу, – Спасибо за компанию, сэр.

– И вам, мисс Грейнджер. Было приятно с вами познакомиться, мистер Грейнджер, – Снейп протянул руку отцу Гермионы и склонил голову.

– И мне тоже, – улыбнулся тот и с радостью пожал руку.

– Увидимся послезавтра в школе, мисс Грейнджер, – сказал напоследок Снейп и ушёл быстрым шагом прочь.

========== Chapter 5. Let The Innovations Begin. ==========

Алый поезд в последний раз для семикурсников прибыл на вокзал Хогсмида. Ревел басом Хагрид, подзывая первокурсников к себе, чтобы вместе с ними отправиться Хогвартс на лодках.

Как Гермиона им завидовала. Когда-то и она была такой же маленькой, познакомилась в этом самом поезде с Гарри и Роном. Они ехали в одном вагоне, но в разных купе. Она тогда впервые увидела шоколадных лягушек, и целых две ускакали от неё в окно. Она почти плакала. Гермиона всегда стремилась к знаниям, с самого первого курса. Была целеустремлённой, впрочем, такой и осталась. И удалось ей завладеть симпатиями всех учителей, кроме одного единственного. Профессора Северуса Снейпа. Конечно, первые четыре года она расстраивалась, но особо не грустила, но после четвертого курса её это огорчало всё больше и больше.

Да, такое веселое, беззаботное детство. Вернуться бы в него. Хотя у них с Роном и Гарри не было ни одного спокойного года. То Квирелл камень украсть пытался, то Василиск её чуть не убил, то Сириуса спасать надо, потом Турнир Трёх Волшебников. Она чуть не поседела, так сильно волнуясь за Гарри. Потом ОД и вылазка в Отдел Тайн. На шестом курсе драка с Пожирателями, смерть Дамблдора. Год, который должен был быть седьмым курсом, они все втроем искали крестражи, убегали от егерей, Пожирателей, были в банке Гринготтс. Затем умер Волдеморт. Выжил Северус. Кажется, всё налаживается. И вот она, почти девятнадцатилетняя мадам отправляется в Хогвартс учиться. Гермиона совершенно не чувствовала себя ученицей. Она уже была готова ко всем ужасам этой жизни и совершенно не нуждалась в ещё одном году обучения. Наверное, причина её возвращения в Хогвартс весьма ясна и понятна. Любимый профессор. Ей хотелось посмотреть на него ещё несколько месяцев, послушать его голос прежде чем их пути разойдутся навсегда.

Наверное, всё к лучшему. И Гермиона совсем не из-за чего не грустила, разве что…

– Я всё ещё в нереальном бешенстве из-за Гарри и Рона! – рычала сидя в карете Джинни.

– Я тоже.

– Кричали, что не сдадут без тебя экзамены, а сами даже в школу не явились!

– На самом деле, совершенно не странно, что Гарри и Рона без полного образования взяли мракоборцами.

– Знаешь, ты тоже вообще-то героиня войны, Гермиона. Но ты-то здесь!

– Ты знаешь, почему я здесь, Джинни, я могла бы прямо сейчас пойти и заниматься чем угодно, но я заинтересована в саморазвитии.

– Но я рада, что ты решила, пусть только ради НЕГО, остаться на год. В конце концов, МакГонагалл определила меня на седьмой курс, так что будем учиться вместе!

– Хоть что-то радует, – улыбнулась Гермиона.

После недолгого молчания, Джинни сказала:

– Так странно видеть их.

– Кого?

– Фестралов.

– Мне кажется, ничего странного. Радуйся, что пережив войну, ты хотя бы видишь. Слышала, что с Рузвельтом случилось?

– Пуффендуец? Да, он в Мунго. Папа рассказывал, что он потерял руку и зрение.

– Так жаль его.

– Зато профессор Снейп ничего не потерял, – заговорщически подмигнула Джинни, а Гермиона залилась румянцем, – Спорим, вся женская половина Хогвартса будет вздыхать по нему?

– Ясное дело, будет. Но студентки его вряд ли интересуют, – Джинни сочувственно посмотрела на подругу.

– Да, только мёртвые подруги со школы, – грустно улыбнулась Гермиона, а Джинни обняла её.

Большой зал был почти полным, когда Джинни и Гермиона зашли в него и начали размахивать руками, приветствуя Хагрида, который уже передал первокурсников МакГонагалл и сидел за столом для учителей. Гермиона перевела взгляд на профессора Снейпа, который как ни странно тоже смотрел на неё, и радостно ему улыбнулась. Хотела взмахнуть рукой, но передумала, ведь вряд ли он это оценит. Северус кивнул и даже чуть-чуть улыбнулся.

С Гермионой и Джинни все здоровались, что-то расспрашивали их обеих. Все заметили отсутствие Гарри и Рона, но девушки пообещали всё рассказать потом. Когда все наконец уселись, двери большого зала открылись. Вошла МакГонагалл, а за ней вереница первокурсников. Гермиона подумала, что, возможно, некоторые семикурсники сейчас смотрят на этих детей и, как она, представляют, что кто-то из первокурсников будет похож на них, взрослых, испытавших кучу ужасных вещей. Вот например эта взволнованная девочка с огромной копной светлых волос указывает пальцем на волшебный потолок и что-то тараторит. А вот гордый с прямой осанкой парнишка. Гермиона готова была поспорить, что это новый Малфой. Разве что чистота крови значит теперь гораздо меньше. Все дети так завороженно смотрят на Гермиону, как на какую-то знаменитость. Дергают друг друга за рукава мантий и тыкают в смущенную, но протягивающую всем руки для рукопожатия девушку.

– Они тебя обожают! – с улыбкой до ушей воскликнула Джинни, а Гермиона засмущалась ещё больше.

Профессор МакГонагалл попросила выстроиться всех перед табуреткой с потрёпанной Волшебной Шляпой, которая семь лет назад распределила счастливую Гермиону на факультет Гриффиндор. В зале воцарилась полная тишина. Как и каждый год, Шляпа шевельнулась, показала свой рот и запела:

Тот страшный год,

Что пустил на порог

Нашей славной школы

Войну и другие законы

Миновал, и теперь

Хогвартс открыл свои двери.

Но знайте, что было

Много в тот год страданий.

Однажды сидел в этом зале один

Тёмный маг и волшебник.

Он ел здесь и пил,

Но мысли его были злые.

Много жизней унёс,

Много бед он принёс,

Но когда Гарри Поттер

Победил его раз, а затем еще раз,

Мы теперь можем спать спокойно.

В этот год я была

В кабинете на полке

И раскрытия правды ждала.

Вот вся правда открыта.

А правда, друзья, такова:

Будто знаешь кого-то,

И видишь его ты дела,

Но не видишь, победа

От него одного лишь зависит.

Директор великий был

В прошлом году,

А вы все, друзья, ошибались.

Всю правду он туманом покрыл,

Но лишь он нам глаза и открыл.

Меня вы не бойтесь,

Я вам верный путь укажу,

Ваши навыки все мне известны.

Может быть, ваш стол Гриффиндора?

Он славен храбростью львиного взора.

Или суждено слизеринцем вам быть,

Там хитрецы, смельчаки и те

Кто тайну победы в силах раскрыть.

Если ты умён и тягой

К знаниям ты полон,

Тебя отправлю в Когтевран.

Труд тебя коль не страшит,

Если ценишь верность,

То, мой друг, лишь Пуффендуй

Ждет тебя,

Но дети! Послушайте тайну:

Факультеты едины,

Слизерин, Пуффендуй,

Когтевран, Гриффиндор

Без войны нам, друзья,

Будет проще.

И скажу напоследок одно:

Кровь победы чиста,

Все мы равны

В этом мире едином.

Уж так суждено.

Шляпа замолчала, её рот исчез. Впервые зал после мертвой тишины взорвался такими криками и аплодисментами. Все повскакивали со своих мест, даже учителя. Хагрид чуть стол не опрокинул, поднимаясь со стула, а всё его лицо было залито слезами. МакГонагалл зажала список с первокурсниками под мышкой и, повернувшись к профессору Снейпу, аплодировала, а глаза блестели от слёз. Джинни собиралась вскочить на скамейку и голосить имя Северуса, будучи уверенной что все за ней последуют, но Гермиона вовремя схватила её за локоть.

– Да ладно тебе! Считай, Шляпа ему посвятила песню, а не четырем основателям как обычно!

– Сомневаюсь, что ему понравится, – ответила Гермиона, заглушая нескончаемые крики и рукоплескания.

– Надо бы задобрить его перед началом уроков, чтобы было меньше проблем, – подмигнула Джинни.

– Едва ли его характер изменится, – засомневалась Гермиона.

Джинни всё-таки уселась обратно на скамейку, все же ожидая, что такая идея пришла в голову не только ей, но и кому-то ещё, кто и воплотит её в реальность. Но видимо все побоялись реакции Снейпа.

Когда все снова стихли, МакГонагалл называла имена первокурсников, которые после распределения Волшебной Шляпы отправлялись за один из четырех столов.

Гермиона ошиблась. Тот мальчик, что так напомнил ей Малфоя в детстве, отправился за стол Гриффиндора, а девочка со светлыми волосами, что-то говорившая про волшебный потолок, села к пуффендуйцам.

МакГонагалл объявила, что с этого года, Попечительский Совет принял единогласное решение, что, раз профессор Снейп отказался от директорского стола, сама Минерва займёт этот пост.

После вкуснейшего ужина, сытые и сонные Джинни с Гермионой, попрощавшись с Полумной, собирались пойти в гостиную Гриффиндора, которой вернули её прежний вид.

– Мисс Грейнджер, – раздался из-за спины такой знакомый голос, что Гермиона аж вздрогнула.

Они с Джинни одновременно обернулись и увидели Северуса Снейпа.

– Я прошу вас оставить мисс Уизли ненадолго и проследовать за мной.

Джинни посмотрела на Гермиону ликующе-торжествующим взглядом и подтолкнула удивленную подругу к профессору.

– Увидимся в гостиной, – бросила Джинни и ушла.

Гермиона подошла к профессору и посмотрела на него, ожидая каких-то слов. Тот просто смотрел на неё несколько минут очень внимательным взглядом. Затем он будто встрепенулся, хоть и незаметно, и произнёс:

– Директор хотела видеть нас с вами, чтобы обсудить кое-какие вопросы, мисс Грейнджер.

– Конечно, сэр, – уголками губ улыбнулась Гермиона, и они отправились по коридору.

После минуты молчания Северус спросил:

– Вы и мисс Уизли решили отправиться в школу на поезде? Не используя трансгрессию?

– Да, мне хотелось в последний раз приехать в Хогвартс именно классически установленным путём, профессор.

– А Поттер и Уизли решили поиграть в самых умных и отправиться на поиски сбежавших Пожирателей? – усмехнулся Северус.

– Да, вроде того. Но обещали писать мне! И быть осторожными.

– Знаете, мисс Грейнджер, для Поттера слово “осторожность” ровным счётом ничего не значит. Что, как вы можете догадаться, очень осложняло мне задачу последние, хм, лет семь, кажется, – он сделал вид, что с трудом это вспомнил, а Гермиона усмехнулась, – Прошу вас, – он открыл дверь директорского кабинета, пропуская её вперед.

МакГонагалл оторвалась от каких-то пергаментов на её столе и с улыбкой посмотрела на Гермиону:

– О, мисс Грейнджер! Северус, вы уже сообщили Гермионе о моём предложении?

– Я подумал, что раз это ваше предложение, вы и сами могли бы его озвучить, Минерва, – мягко сказал Северус и как обычно отошел к окну.

– Что ж, мисс Грейнджер, – начала МакГонагалл, – Так как профессор Слизнорт по своему собственному желанию остается в школе и будет преподавать Зельеварение, Защита От Тёмных Искусств, разумеется, остается профессору Снейпу, – Северус на этих словах повернулся, чтобы увидеть реакцию юной леди на просьбу Минервы, – И я подумала, раз мистер Поттер и мистер Уизли решили не возвращаться в школу…

– Если бы они вернулись, я бы скорее использовал к вам “Обливейт”, Минерва, чем позволил бы говорить им о вашей великолепной идее, – Северус усмехнулся и снова начал смотреть на Гермиону.

– Да, всё верно, – продолжила МакГонагалл, – С Поттером у профессора Снейпа не слишком много взаимопонимания, хотя должна сказать, Северус, Гарри вас боготворит едва ли не больше чем своего отца.

– Это правда, – вставила Гермиона, а Снейп только закатил глаза, еле сдерживаясь, чтобы в очередной раз не вылить на Поттера ведро обвинений.

– Так вот, я посчитала, что первокурсникам было бы полезно услышать какую-то информацию от героини войны и обладательницы в свои девятнадцать лет Ордена Мерлина I степени, поэтому я попросила бы вас раз в несколько уроков вести Защиту совместно с профессором Снейпом.

Гермиона залилась краской и чувствовала себя совершенно неудобно. Как третья лишняя.

– Профессор МакГонагалл, – тихо начала Гермиона, – а профессор Снейп… ну он… согласен на это?

– Мисс Грейнджер, не говорите глупостей, – неожиданно громко воскликнул Северус.

– Но первокурсникам что, одного героя войны и обладателя Ордена Мерлина I степени не хватает? – с надеждой спросила Гермиона.

– Я подумала, они будут с большей радостью посещать эти уроки, если вы будете, так скажем, составлять компанию профессору Снейпу.

– Профессор МакГонагалл, но сейчас абсолютно все, выражаясь простым языком, фанатеют от профессора Снейпа! Все будут с нетерпением ждать его уроков!

– Мисс Грейнджер, боюсь, я вынуждена настаивать, – твердо произнесла МакГонагалл, посмотрев на девушку поверх своих очков.

– Я прошу прощения, но я не собираюсь рассказывать первокурсникам обо всех прелестях войны, о мучительных пытках Беллатрисы, о нахождении крестражей, о том, как погиб Фред Уизли, как Тонкс решила умереть вместе с Римусом, как…

– Мисс Грейнджер, никто не просит вас этого делать, – очень мягко и тихо отозвался профессор Снейп, перебивая разгоряченную девушку.

Гермиона на секунду взглянула на профессора, затем повернулась обратно к МакГонагалл, наклонилась к ней максимально близко, стараясь говорить так, чтобы Северус её не услышал:

– Но профессор, что я буду тогда там делать?

– Будете ассистировать профессору Снейпу, – ответила Минерва, – Поможете ему с заклинаниями, да, Северус?

– Совершенно верно, – кивнул тот.

– Мисс Грейнджер, всего раз в несколько уроков, – МакГонагалл почти умоляюще на неё посмотрела.

Гермионе было нечего возразить, да и в самом начале она понимала, что выбора как такового у неё нет. Она кивнула профессору МакГонагалл, попрощалась и вышла из кабинета.

– Мисс Грейнджер, – раздался голос Северуса совсем рядом, – Видимо, я ошибался, предлагая директору вас на эту так называемую должность, – он поджал губы.

– Что? – тихо пискнула Гермиона, – Вы? Вы предложили… меня? Но за…

– Я полагал, что у вас не вызывает такого отвращения пребывание со мной в одном помещении. Что ж. Всем свойственно ошибаться. Спокойной ночи.

Северус Снейп устремился прочь, а Гермиона решила подумать обо всем этом ночью и заголосила:

– Профессор! Нет! Постойте!

Она начала его догонять, а тот так резко замер, что Гермиона врезалась ему в спину. Он медленно повернулся и свысока посмотрел на неё. Сглотнув, Гермиона, стараясь перестать заикаться, сказала:

– Сэр, вовсе я не испытываю никакого отвращения, совсем наоборот, я…

Она тут же замолчала и, опустив голову, покраснела.

– Совсем наоборот? – удивленно поднял брови Северус.

– Ммм, как же вам объяснить, – рассматривая свои кеды, пробормотала Гермиона.

– Мисс Грейнджер, либо прекратите бубнить и разговаривайте нормально, либо не задерживайте меня! – раздраженно сказал он.

Гермиона смело подняла голову, на которой ещё виднелись красные пятна от румянца.

– Я хотела сказать, сэр, что мне казалось, что вы один из таких учителей, которые великолепно преподают без постороннего вмешательства, и даже в некотором смысле, совершенно не приветствуют другого человека за вашим учительским местом…

Снейп полминуты молча оценивающе смотрел на Гермиону, а затем сказал:

– Вы совершенно правы, я из таких учителей. Но можете не волноваться, я не стану вас унижать перед первокурсниками, и не стал бы унижать перед кем бы то ни было.

– Хм, прошло семь лет, а вы только сейчас перестанете меня унижать.

– Следите за своим языком, – прошипел тот.

– Я говорю вам правду, профессор, – ответила Гермиона.

Несколько минут они смотрели друг другу в глаза.

– Уже поздно, мисс Грейнджер, я провожу вас до вашей гостиной.

Они шли до портрета Полной Дамы в полном молчании. Гермиона собиралась уже назвать пароль, а затем обернулась к Северусу и спросила:

– Профессор, а когда мне приходить к вам на урок?

– Директор даст вам расписание. За день до нашего совместного урока вы будете приходить ко мне в лабораторию, чтобы обсудить материал.

– Ясно, сэр. Спокойной ночи, – сказала Гермиона и назвала пароль.

– И вам.

Гермиона нашла Джинни в спальне одну и метнулась к ней на кровать.

– Ну, что он хотел? – Джинни тут же отложила журнал, принявшись расспрашивать подругу.

– Отвел меня к МакГонагалл, и она сказала, что раз в несколько уроков я буду вести Защиту у первокурсников вместе с профессором Снейпом.

Глаза Джинни округлились от удивления, и она сдавленным голосом проговорила:

– Но он же… Ты ведь… Он убьет тебя, Гермиона!

– Как ни странно, он заявил, что не станет унижать меня.

– Ну да, конечно, – фыркнула Джинни, – Заведётся из-за какой-то мелочи и что-то точно ляпнет.

– В любом случае, выбора у меня нет.

Девушки помолчали, а затем Джинни заговорщически улыбнулась и сказала, стреляя глазами в Гермиону:

– Зато будешь проводить больше времени с ним вместе.

– Меня это совершенно не радует. Я смирилась с тем, что я никогда не буду с ним вместе. Я приехала в Хогвартс, чтобы еще девять месяцев просто наблюдать за ним каждый день. А так я буду рядом и буду бесить его просто своим присутствием!

– А вдруг ты наоборот ему понравишься?

– Ой, Джинни, не говори глупостей! Как будто ты первый год его знаешь!

– На самом деле, Гермиона, как выяснилось совсем недавно, – Джинни грустно улыбнулась, – его вообще никто не знает. Я имею в виду, какой он на самом деле.

– Это и так понятно, – фыркнула Гермиона, – Или ты намекаешь мне разобраться в его внутреннем мире? Я бы за это всё отдала, но он никогда не откроет никому, а тем более мне, свою душу. Только под “Империо” или Сывороткой Правды.

Спустя несколько дней, в вечер понедельника, Гермиона Грейнджер с опаской спускалась в подземелья. Именно там и находилась, как сказала МакГонагалл, лаборатория профессора Снейпа, а также его место жительства. Сжимая приготовленные блокноты и свитки пергамента в руках, она медленно подходила к двери.

Всё своё свободное время Гермиона планировала это посещение. Как себя вести, как разговаривать и что делать. Разумеется, что делать профессор Снейп расскажет и сам, но нужно сделать вид самой обыкновенной его студентки, которая ни в коем случае не испытывает к нему никаких чувств кроме уважения. Хотя таких студенток у него осталось мало, разве что первый-второй курс. Все остальные девочки школы вечно шушукались, как только Северус проходил мимо, и провожали его влюбленными взглядами. Гермиону это очень бесило. Именно поэтому она старалась как можно меньше быть похожей на этих особ. Вообще-то, она никогда не отличалась особой смелостью в плане отношений. В войне, разумеется, Гермиона проявляла великолепные качества, но как-то за пределами поля боя направить в нужное русло она их не могла. И в глубине души винила в этом профессора Снейпа.