Текст книги "История Одного Мастера (СИ)"

Автор книги: Queen Immortal

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 4 страниц)

– Наверное, очень тихо, потому что я такого не припомню, – пожал плечами Стайлз. – Скотт?

– Я тоже, – кивнул Макколл, пододвигая себе новую коробку с пиццей.

– Только не начинайте, – все ещё борясь с крыльями, отозвался Дерек.

– Что, Дерек, крылья жмут? – ехидно заметила Малия, переглянувшись с Корой.

– Не смешно, – пробурчал тот в ответ.

– Между прочим, братику идут крылья. В особенности, с голым торсом, – включилась в беседу Кора, раскрывая пакет с чипсами. – Лиам, например, смотрелся бы гораздо глупее.

– Это ещё почему? – недовольно воскликнул тот, не поднимая головы с колен Хейден.

– Мордашкой не вышел, – ехидно отозвалась Кора, хрустя чипсами.

– А я бы поспорила, – про себя отметила Хейден, проглаживая своего парня по волосам, за что получила от него благодарную улыбку.

Стайлз невольно улыбнулся, слушая перебранку ребят и краем глаза наблюдая за Дереком, застывшим в кресле с каменным лицом.

– А Скотту бы пошло, – подхватила всеобщие размышления Кира. – Только не черные – слишком мрачно. А вот традиционные белые – пожалуй.

– Согласна, – поддержала её Малия, открывая банку с колой.

– Только не вздумайте поить меня остатками того варева, что Стайлз подсунул Дереку! – рассмеялся Скотт.

– Не переживай, бро, я давно избавился от следов преступления, – успокоил друга Стайлз.

По гостиной пронесся дружный смех, однако Дерек даже не улыбнулся, что было тут же замечено.

– Ну, Дерек! Не делай вид, что наступил конец света! Подумаешь, крылья! – шутливо пнула альфу по ноге Айлин, расположившаяся рядом с его креслом. – Зато у тебя есть уникальный шанс узнать, как выглядит город с высоты птичьего полета!

– Меня не привлекает эта перспектива, – уже спокойней ответил Дерек.

– Девочки любят парней, щеголяющих голым торсом. Тем более с крыльями, – сквозь улыбку заметил Николас. – А у тебя есть прекрасный шанс похвастаться и тем и другим.

– Девчонки вообще помешаны на идеальных фигурах, что у себя, что у парней, – заметил молчавший до этого Стивен.

– Кто бы говорил! – воскликнула Кора. – Вы, парни, первым делом смотрите, есть ли у девушки грудь! По сравнению с вами, наш скромный интерес к рельефному прессу – детский лепет.

– Ну, не знаю, – сверкнула глазами Айлин. – Не будь у меня парня, я бы Дерека завалила.

– А я бы посмотрел, – неожиданно громко, даже для самого себя, признался Стайлз, из-за чего веселые взгляды стаи тут же устремились на него.

– Кстати, ведь не только девушки любят считать кубики, – заметила Малия. – Что скажешь, Стайлз? Какие части тела нынче в тренде у геев?

– Попрошу заметить, я не гей, а би. Это немного другая категория, – наставительно проговорил Стайлз, искренне стараясь не облизывать взглядом обсуждаемую часть тела Дерека.

– Колись, давай! – кинул в него подушкой Скотт.

Подушка с размаху влетела в лицо Стайлзу, и тот, не стерпев оскорбление, в одно мгновение поднялся со своего места, схватив подушку и с громким криком пробежав через гостиную, набросился на Макколла, с садистским удовольствием придушивая того все той же подушкой. Пихнув Скотта пару раз ногой по коленке – для профилактики – Стайлз со спокойной душой вернулся к своему креслу и сел.

– Это как с едой. Каждому нравится что-то свое, – отдышавшись, ответил он на вопрос Малии. – Кто-то ценит крепкий зад, кто-то хороший пресс, а кто-то смазливую мордашку.

Отвечая, Стайлз заметил, что все стая подозрительно внимательно слушает его, словно он им не про вкусы людей с нетрадиционной ориентацией рассказывает, а про то, где он зарыл миллион долларов.

– А что нравится конкретно тебе? – вдруг поинтересовался Стивен.

– Это не важно, – отмахнулся Стайлз. – Малия, подашь колу?

– Брось, Стайлз, ты же наверняка встречался с парнями. Что тебя в них привлекало? – продолжил интересоваться его личной жизнью Ник.

– Не хочу об этом говорить, – скривился Стайлз, открывая переданную ему бутылку.

– Почему? – неожиданно поинтересовался Дерек, в кой-то веки показавшийся заинтересованным беседой.

Стайлз облизнул губы, пытаясь понять, что ему нужно сказать, чтобы закрыть вопрос о том, какие мужчины ему нравится. Потому что небольшой ряд его любовников отличался от Дерека только чертами лица и отсутствием звериной сущности.

– Скажем так… Мои отношения не выходили за рамки получения взаимного удовольствия в постели, – наконец, отозвался он Дереку, а затем перевел взгляд на Стивена. – Но некоторым рановато об этом слушать.

Волчонок совершенно неожиданно покраснел под дружное хихиканье девчонок.

– И все же? – уже серьезно спросила Малия. – У тебя не было ничего серьезного после меня?

– Ещё не нашел того самого, как вы, девчонки, любите говорить, – съязвил Стайлз в ответ.

Кора, достаточно долго молчавшая, вдруг громко хмыкнула:

– Ещё бы, сложно, наверное, найти альфу с удачной комбинацией внешности и характера.

Стайлз замер, его сердце резко сбилось с ритма, и не было ни единого шанса, что все сидящие в комнате оборотни не заметили это. Особенно учитывая, резко вскинувшего голову Дерека, впившегося в Стайлза взглядом.

– Не понимаю, о чем ты, – осторожно проговорил он.

– Тебя можно понять, – невозмутимо продолжила она. – Сложно полжизни любить одного и того же человека, а потом переключиться на кого-то менее впечатляющего.

Стайлз замер, смотря на Кору, которая, сделав морду кирпичом, смотрела на него в ответ. Градус напряжения в комнате так резко возрос, что почувствовал бы и слепо-глухо-немой.

– Кора, о чем ты? – непонимающе нахмурилась Кира.

– Я к тому, что Стайлзу не привыкать к безответной любви – Мартин отлично его выдрессировала, – резко ответила та. – Только вот моего брата тебе не засунуть в психушку.

В повисшей в то же мгновение тишине был хорошо слышан звук треснувшего стекла – Стайлз настолько сильно сжал бутылку в руке, что та не выдержала и лопнула, заливая колой пол и раня его ладонь осколками.

– Стайлз! – воскликнул Скотт. – Твоя рука!

Кира тут же кинулась к нему, протягивая полотенце, но Стайлз не мог заставить себя сделать вид, что ничего не произошло, и, отмахнувшись от её помощи, выбежал из гостиной, взлетел по лестнице и, зайдя в лабораторию, захлопнул за собой дверь.

В гостиной никто не сдвинулся с места, пока сверху не раздался хлопок закрывшейся двери.

– А теперь, Кора, ты объяснишь мне то, что только что произошло, – медленно произнес Дерек, поворачиваясь к сестре.

Супер секретная миссия под кодовым названием «Избегай-Дерека-классный-пресс-и-ангельские-крылья-Хейла-чтобы-не-пришлось-разговаривать-с-ним-о-чувствах» потерпела свой сокрушительный крах, стоило всем в доме начать расходиться по комнатам. До этого Стайлз благополучно заставил Скотта припереть ящик с присланными ему ингредиентами в лабораторию, еду ему приносили прямо туда, то Кира, то Малия, а сам он собирался покинуть свою обитель только с антидотом в руке. И только для того, чтобы влить его прямо в горло Дереку.

Он уже закончил основную массу работы, когда раздался громкий стук в дверь.

– Стайлз, – в голосе Дерека слышалась странная, непривычная неуверенность, заставившая Стайлза насторожиться. – Ты не можешь прятаться там вечно.

– Поспорим? – не удержался от предложения тот.

– Стайлз, – раздражение, с которым Дерек произнес его имя, было ему куда более знакомо, чем предыдущий тон. – Немедленно открой дверь.

– Я занят, Дерек, – даже не поворачиваясь к двери, пробормотал Стайлз, осторожно давя волчьи ягоды в ступке. – Ты сам просил поторопиться с антидотом. Я всего лишь выполняю твою просьбу.

– Стайлз, – дверь дрогнула под силой оборотня, но не открылась. – Я не собираюсь общаться со стенкой. Открой сейчас же.

– Не-а, – отставив ступку в сторону, Стайлз смахнул остатки ягод в банку и переставил её на полку. – И не подумаю.

– Нам надо поговорить, – после короткого молчания донеслись до него слова Дерека.

– Мы уже обсудили все, что ты хотел, – возразил Стайлз, высыпая толченые ягоды в кастрюлю с противоядием и уменьшая под ней огонь.

Дерек сопел так недовольно, что Стайлзу казалось, будто тот дышит ему прямо в ухо. Повисшая в следующую минуту тишина, заставила Стайлза напрячься и все-таки отвлечься от зелья. И вовремя: раздался звук тяжелых шагов, хруст ломающегося дерева, а затем дверь в лабораторию вылетела из коробки, живописно раскидывая в стороны щепки и освобождая путь Дереку, ввалившемуся следом.

Стайлз замер, боясь лишний раз вздохнуть: Дерек опять позволил себе обратиться, что, скажем честно, в паре с крыльями смотрелось и жутко и комично. Тот, тяжело дыша, сначала принял человеческий облик, затем смахнул осевшие на плечах щепки, а затем подошел к Стайлзу, остановившись на расстоянии вытянутой руки от него.

– Как давно? – смотря прямо в глаза Стайлзу, спросил Дерек.

Его вопрос сработал на манер заклинания: Стайлз тут же отмер и принялся убирать забрызганную поверхность рабочего стола, периодически поглядывая на томящееся на огне зелье.

– Как давно? – повторил Дерек.

Стайлз облизнул пересохшие губы:

– Я не понимаю, о чем ты.

Упрямое отрицание Стайлза, видимо, побудило Дерека к действию: резко схватив его за руку, он развернул Стилински к себе лицом и сжал обеими руками плечи, удерживая того на месте.

– Стайлз, – Дерек смотрел прямо ему в глаза, – как давно?

Сердце Стайлза бешено колотилось в груди, в висках стучало, тело потряхивало от напряжения и магии, которая взбудоражено забурлила внутри него, разбуженная потерей контроля. В горле было сухо как в пустыне, и все, чего хотелось Стайлзу, это оказаться где-нибудь подальше от горячих рук, сбитого дыхания и пристального, почти умоляющего, взгляда Дерека.

Так и не решившись поднять глаза, Стайлз тихо уточнил:

– Как давно я влюблен в тебя?

Дерек замер, словно боясь поверить, что Стайлз произнес это вслух, а затем также тихо проговорил:

– Именно.

– Давно, – просто ответил Стайлз, спокойно освободившись от уже не удерживающих рук. – Иногда, кажется, что целую вечность, – в горле застыл комок, к глазам подошли злые слезы, но Стайлз удержался от настойчивого желания разрыдаться. Быстро подойдя к плитке, он выключил огонь и накрыл зелье крышкой, а затем, стараясь не оглядываться на Дерека, который не сдвинулся с места ни на миллиметр, принялся сосредоточенно тереть столешницы рабочих столов влажной тряпкой.

– Почему ты мне не сказал? – наконец, ожил Хейл.

– И как бы это выглядело? «Хей, Дерек! Я тут внезапно понял, что мало того, что я бисексуален, так ещё, и ты кажешься мне самым привлекательным существом в этой блядской вселенной! Не сходишь со мной на свидание в закусочную с жутко вредной едой?», – язвительно отозвался Стайлз, продолжая яростно тереть несуществующие пятна. – Ты так себе это представляешь?.. – он глубоко вздохнул, чувствуя, как напряжение, сковывающее его последние несколько недель, медленно покидает тело. – Максимум, на что я мог рассчитывать – это снисходительный взгляд и предложение прикалываться над каким-нибудь другим придурком.

– Стайлз, – неожиданно мягко позвал его Дерек.

– Да, и как я мог сказать? Ты никогда не смотрел на меня, Дерек. Даже когда чертов Ногицуне стоял рядом с тобой и орал Ардженту выстрелить в него, ты не верил, что это я. До последнего. Потому что… кто такой Стайлз? – он принялся за уборку с новой силой. – Всего лишь человек. Слабый и бесполезный.

– Стайлз! – голос Дерека раздался совсем близко, Стайлз резко обернулся и тут же застыл, поняв, что стоит, почти прижавшись к Дереку.

Дерек провел рукой по его волосам, а затем невесомо погладил по шее. Это простое прикосновение настолько обескуражило Стайлза, что когда Хейл наклонился и мягко поцеловал его, осторожно прижимаясь к губам, не обнимая и не претендуя ни на что больше, он даже не понял, что произошло.

Стоило Дереку отступить, продолжая ласкать его напряженную шею, Стайлз, все ещё пребывая в некоторой прострации, уронил влажную тряпку, которую держал в руке, на пол и лишь несколько раз ошарашенно моргнув, словно пытался избавиться от настойчивой галлюцинации, поднял глаза на оборотня.

– Что ты делаешь? – еле слышно прошептал он.

Дерек пожал плечами:

– Я просто хотел убедиться.

– В чем? – злость и раздражение снова взяли над Стайлзом вверх. – Я не тренажер. Проблемы с понятием собственной ориентации – сходи в гей-клуб, – он подхватил со стула куртку, – а не лезь языком в горло к тому, кому ты небезразличен.

И пока Дерек пребывал в растерянности, Стайлз выскользнул из лаборатории.

– Все металлические предметы, телефон – в коробку, мистер Стилински, – новая медсестра, сидевшая на входе в Дом Эха выгодно отличалась от всего старого персонала улыбчивостью и доброжелательным отношением, как к пациентам, так и к посетителям. – Вы к кому?

– К Лидии Мартин, – спокойно ответил Стайлз.

– У нее сейчас мать, но мне известно, что у вас есть разрешение на посещение в любое время, – быстро сверившись с документами, проговорила та. – Можете проходить, вас проводят.

После вчерашнего вечера откровений Стайлз не показывался на глаза стае, не поднимал трубку, когда кто-то из них начинал звонить. Он провел день дома, наводя порядок, смотря старые фильмы и накручивая себя, пока не понял, что ему нужно поговорить с кем-то, кто не будет ему сочувствовать. Он и сам не заметил, как затормозил возле ворот Дома Эха.

– Проходите, – открыл дверь в палату Лидии сопровождавший его медбрат.

Зайдя в палату, Стайлз тут же улыбнулся: Лидия смотрела прямо на него через плечо матери и улыбалась. Миссис Мартин обернулась, услышав шаги, и тоже ему улыбнулась.

– Стайлз! Твой отец говорил, что ты вернулся, – она поднялась со стула у кровати Лидии и уже шепотом добавила, – у Лидии сегодня хороший день. Я пока вас оставлю.

– Спасибо, миссис Мартин, – благодарно улыбнулся Стайлз.

Дождавшись, пока женщина покинет палату, он подошел к кровати, отставил в сторону стул и, сев на краешек постели, притянул Лидию в объятья.

– Боже, я так по тебе скучал, – выдавил он спустя пару минут тишины.

– Я тоже, – хрипло выдохнула девушка, облизывая потрескавшиеся губы. – Как ты, Стайлз?

– Неужели я так плохо выгляжу? – не сдержал он горькой усмешки.

– Учитывая, что в городе все спокойно – я уже поинтересовалась у матери – ты выглядишь отвратительно, – съязвила Лидия, сжимая руки Стайлза холодной рукой. – Что-то случилось?

Выдохнув, Стайлз пару мгновений смотрел на их переплетенные руки, бледно-голубой халат, в который Лидия куталась в попытке согреться, и лишь потом, отметив, что она выглядит гораздо лучше, чем в прошлый его визит, ответил:

– Помнишь, я рассказывал тебе про Совет Мастеров? Про обучение?

– Ты теперь Мастер, да? – уточнила Лидия. – Мне кажется… Ты уже говорил. Или приходил.

– Я был тут несколько дней назад, – кивнул Стайлз. – По окончанию обучения нас распределяют. Дают нам назначение. Я получил совсем не то, что ожидал.

Взгляд Лидии остекленел, словно она вглядывалась в очередной провал в пространстве.

– Тебя направили к Дереку.

Стайлз ухмыльнулся:

– От тебя ничего не скроешь, Лидс.

Она улыбнулась в ответ:

– Дело не в этом, так?

– Не совсем. Но тоже касается его. Я пытался выполнить его просьбу, но все пошло немного не по плану и вчера мое отношение к Дереку стало достоянием общественности, – завуалированно пояснил Стайлз.

– Тебя это тревожит? – уточнила Лидия.

– Это больно, Лидия, – честно ответил он. – Гораздо больнее, чем было с тобой. Тогда я смог, мы смогли вырастить на осколках моих чувств великолепную дружбу, а в этот раз… он и так-то мне не доверял, только из-за обстоятельств, а теперь… Я даже не знаю.

Лидия внимательно слушала его лепет, а затем сказала:

– Стайлз, ты удивительный человек. Ты заслуживал гораздо больше, чем могла дать тебе я, и заслуживаешь гораздо большего, чем Дерек. И если он вздумает сделать тебе больно, я его убью, не поднимаясь с постели.

– Не смешно.

– Но тебе нужно перестать прятаться, – мягко заметила Лидия. – Постоянно убегать от проблемы – не решение. К тому же игра в страуса – совершенно не твой стиль.

– Это точно! – рассмеялся в ответ на последнее утверждение девушки Стайлз. – Ох, Лидия. Мне тебя не хватает. Нам надо вытащить тебя отсюда.

– Ты уже пытался, – прошептала она. – Вы пытались. Я проваливаюсь, Стайлз. Сейчас я ничем не отличаюсь от психов, запертых через пару стальных дверей дальше по коридору.

– Погоди, что значит «проваливаешься»? – тут же напрягся Стилински. – Я думал, что это периоды апатии.

– Это своего рода транс. Кто-то затягивает меня туда. Иногда мне удается выбраться быстрее, а иногда… – Лидия затихла, не зная, как подобрать правильные слова.

Стайлз на какое-то время замолчал, обдумывая её слова, а затем, широко улыбнувшись, сказал:

– Лидия, мы тебя вытащим. Похоже, я знаю, как.

Выйдя из ворот Дома Эха, Стайлз бросил взгляд на свой несчастный джип, переживший ремонт в виде километров скотча и уже нормальную замену двигателя, и замер, заметив знакомую фигуру, прислонившуюся к машине.

– Скотт.

Макколл бросил взгляд на здание у Стайлза за спиной:

– Был у Лидии?

Стайлз молча кивнул.

– Как она? – искренне поинтересовался Скотт.

– Сегодня неплохо. Поговорили о последних новостях. У меня появилась идея, как вытащить её, – как можно спокойнее ответил Стайлз.

– Стайлз, мы пытались, – грустно заметил тот. – И не раз. И каждый из них начинался именно с этих слов.

– Сейчас все по-другому, – заметил Стилински, подходя ближе. – Раньше я не знал и не умел того, что знаю и умею сейчас.

– Расскажешь? – спросил Скотт на удивление спокойным тоном.

Стайлз замер, устало прикрыв глаза, потер переносицу, и поднял взгляд на друга:

– Ты ведь не ради этого пришел.

Скотт оттолкнулся от машины и подошел ближе:

– Ты не отвечал на звонки, – пожал плечами он, – я беспокоился.

– Ради бога, это Бикон Хилл, – закатил глаза Стайлз, садясь прямо на землю, прислонившись спиной к колесу.

– Именно поэтому и беспокоился, – парировал Скотт.

Стайлз смог только усмехнуться в ответ. Скотт огляделся по сторонам, а затем сел рядом с ним. Минуты три Стайлз наслаждался тишиной и еле слышным скрипом деревьев от ветра.

– Кора получила нагоняй, – вдруг обронил Скотт.

– От Дерека? –сложив руки на коленях, поинтересовался Стайлз.

– Нет. От меня.

Стилински удивленно посмотрел на друга – Скотт не был фанатом наказаний, так что его реакция была несколько странной.

– За что? Она сказала вслух то, что у многих крутилось на языке, – тихо пробормотал Стайлз.

– Она полезла в твою личную жизнь, хотя не имела на это никакого права. Может быть, в их семье и были размыты границы дозволенного, но это другая стая и она должна знать свое место, – уверенно ответил тот.

Было странно слышать от друга такие жестокие слова, но все они изменились: кто-то в лучшую сторону, кто-то в худшую. Скотт – один из тех, кто стал сильнее.

– Мне жаль, что это произошло, – почти шепотом проговорил Скотт прежде, чем Стайлз открыл рот.

– Ты ни при чем, – махнул рукой тот.

– Что будешь делать?

– Варить зелье, – коротко ответил Стайлз. – Я сказал все, что хотел. Теперь ход за Дереком.

Противоядие должно было сутки стоять в темном месте, уже после того, как все ингредиенты, закинутые в правильном порядке и соотношении, час протомятся на медленном огне. Означенный час подходил к концу, и Стайлз пытался освободить одну из полок в столах от посуды, чтобы приткнуть туда кастрюлю с зельем. Наконец, сумев запихнуть колбы вторым слоем поверх керамических чаш, он сверился с часами и выключил огонь. Прихватив раскаленные ручки кастрюли прихватками, он медленно присел и аккуратно задвинул зелье в глубину шкафа, закрывая створки шкафа.

Уже распрямившись, он услышал шаги за спиной. Оглянувшись, Стайлз увидел Дерека, смущенно засунувшего руки в карманы джинс. Он все также ослеплял окружающих голой грудью, отказываясь портить свои футболки разрезами для крыльев.

После разговора с Лидией, а потом и со Скоттом, Стайлз прекратил бегать от стаи и почти весь день пробыл в доме стаи, особо ни от кого не скрываясь и не прячась.

– Похоже, зелье уже готово, – наконец, заговорил Дерек.

– Ещё сутки должно настояться. К полнолунию будет готово, – спокойно ответил Стайлз, моя руки.

– Хорошо, – кивнул тот.

Стайлз бросил на него короткий взгляд, но Дерек стоял на месте, смотрел на него и уходить явно не собирался.

– Что-то ещё? – спросил Стайлз, смахивая крошки со столов.

Тот кивнул:

– Нам надо поговорить.

Стайлз отвернулся от него:

– Если так же, как в прошлый раз, то не надо.

– Стайлз, – Дерек, очевидно, в кой-то веки пытался подбирать слова. – Я подумал над всем, что ты говорил. И насчет стаи. И насчет меня. И понял, что ты был неправ.

От неожиданности заявления Стайлз даже замер.

– Прости? – он обернулся.

– Тебе стоило сказать мне раньше, – пояснил Дерек, подходя ближе. – Я бы тебя не прогнал.

Стайлз развернулся к нему лицом, прислонившись к столу. Сомнение было написано у него на лице:

– Да неужели?

– Слушай, я знаю, со мной бывает сложно. Я не слишком люблю людей и ещё меньше доверяю им, – взмахнул руками Дерек. – Но я готов над этим работать и попытаться стать лучше.

– И? – непонимающе развел руками Стайлз. – Что я должен делать? Броситься тебе на шею, клянясь в вечной любви?

Дерек пожал плечами, было видно, что ситуация для него, мягко говоря, непривычная и некомфортная. Но Стайлз совершенно точно не собирался облегчать ему жизнь.

– Слушай, – Стайлз вздохнул. – У меня было время смириться с тем, что шансов у меня нет. Слава богу, опыт жизни после разбивания надежд и сердца у меня имеется, – на этих словах Дерек дернулся как от пощечины. – Мне не нужны отношения из жалости.

– Это не жалость, – быстро откликнулся Дерек.

– И? – протянул Стайлз. – Чувак, я не сумасшедшая охотница, не повернутый на мести дарак и определенно не охочая до адреналина наемница. Только мускулы не сработают. Придется поработать языком!

В ответ на эмоциональную тираду Стайлза Дерек ухмыльнулся, запрокинув голову, тяжело вздохнул, а затем подошел к нему почти вплотную, на расстояние в половину вытянутой руки.

– Только не сбегай от меня сразу, ладно?

Прежде чем Стайлз успел что-либо ответить, он наклонился и поцеловал его. Мягко, настойчиво, совсем не так, как два дня назад. Сейчас Дерек определенно точно знал, чего хочет: он целовал Стайлза, словно он – умирающий в пустыне путник, а Стайлз – источник, дарующий вечную жизнь. Вопреки здравому смыслу Стайлза тут же охватило возбуждение: руки зудели от желания притянуть Дерека ближе, ноги хотелось раздвинуть, чтобы он смог прижаться к нему плотнее, дыхание сбилось, а в паху потяжелело, но Стайлз все же нашел в себе силы отодвинуться.

– Что ты делаешь? – хрипло прошептал он, смотря Дереку в глаза.

– Работаю языком, – ответил тот, вновь наклоняясь к Стайлзу.

Этот поцелуй был настойчивей. Дыхание Дерека обжигало кожу, рукой Хейл зарылся в волосы Стайлза и дернул, заставив Стайлза податься навстречу. Поддавшись жадному языку, ласкавшему его губы, он приоткрыл рот, капитулируя. Словно только этого и ждал, Дерек издал довольный стон и углубил поцелуй, языком проскользнув по зубам Стайлза, параллельно прижав его к себе одним резким движением.

И Стайлз позволил себе наслаждаться. Горячими объятьями, жадным поцелуем, глухим урчанием, доносившимся из груди Дерека, шумным трепетанием крыльев, грозивших при любом неосторожном движении разрушить всю стеклянную посуду, стоявшую на столах в лаборатории. Это было в сотни, тысячи, миллионы раз жарче, лучше, чем Стайлзу когда-либо представлялось. Он скользнул ещё влажными ладонями по плечам Дерека и застонал от твердости скрывавшихся под кожей мышц. Поцелуй пошел на новый виток – они боялись оторваться друг от друга, судорожно втянутый воздух – и новое столкновение губ, борьба языков за главенство и острое, граничащее с безумием удовольствие.

Когда Дерек оставил в покое волосы Стайлза и раскрытыми ладонями проскользил по влажной от пота футболке ниже и жадно сжал его задницу, ноги Стайлза резко ослабели, подводя своего хозяина. Дерек справился с проблемой быстрее, чем Стайлз успел опомниться, просто подсадив его на стол, который всего пять минут назад Стилински усиленно тер. Так было значительно удобнее: и целоваться, и исследовать открывшиеся перспективы.

Сквозь дурман, захвативший все его естество, Стайлз почувствовал, как его футболку просто разорвали, а следом по шее заскользили припухшие от поцелуев губы, прокладывая влажную дорожку вниз к его соскам, тут же подвергнутым искусным пыткам. Словно нарвавшись на леденец, Дерек посасывал, облизывал, теребил языком сначала один из них, потом второй, и с каждой новой лаской Стайлзу казалось, что ещё чуть-чуть, и он взорвется и разлетится на тысячи маленьких Стайлзов, которые вскоре сдохнут от охватившей их эйфории.

Быстрым движением ноги о ногу, Стайлз стряхнул с ног ботинки и, на секунду оторвав руки от изучения основания крыльев Дерека, которое оказалось очень чувствительным местом, – Дерек громко стонал, стоило провести по нему хотя бы кончиками пальцев, – принялся расстегивать замок на своих джинсах. Дерек с радостью помог не только их расстегнуть, но и стянуть со Стайлза вместе с нижним бельем.

Оставшись практически обнаженным, Стайлз набросился на Дерека с новой волной поцелуев, которые оставлял на каждом участке кожи, до которого мог дотянуться: от скулы, по шее, на груди, плечах, пока тот не сжал в своей ладони его член. Стайлзу показалось, что весь воздух выкачали из его легких. Губы Дерека скользили по его шее, крылья, явно живущие своей жизнью, то распахивались, то принимались делать короткие взмахи, будто в попытке взлететь, рука ласкала напряженный член, а Стайлзу ничего не хотелось больше, чем стянуть с Хейла штаны и буквально насадиться на его твердый член, вот-прям-щас.

Словно уловив его настроение, Дерек оставил в покое его член и принялся стягивать с себя джинсы, которые носил прямо на голое тело, так что вскоре взору Стайлза предстало воистину великолепное зрелище: темная линия волос, начинавшаяся чуть ниже пупка, разливалась небольшим островком на лобке, а ниже гордо торчал по стойке смирно толстый член, увитый линиями вен. Сглотнув слюну, разом наполнившую рот, Стайлз вновь притянул Дерека к себе для поцелуя. Затем подхватив его руку, которой Дерек требовательно ласкал внутреннюю сторону его бедер, Стайлз широко лизнул его ладонь и насадился ртом на длинные пальцы, проходясь между ними языком в попытке оставить как можно больше слюны. Глаза Дерека, явно не ожидавшего от Стайлза такого демарша, горели ярко-алым от возбуждения, а сам Дерек жадно смотрел, как тот забирает его пальцы глубоко в рот, едва ли не до самого горла.

Когда жар, скапливавшийся в паху, стало невозможно игнорировать, Дерек высвободил свою руку из горячего плена и тут же скользнул влажными от слюны пальцами между разведенных ног Стайлза, обласкал твердый член, пачкавший предэякулятом его живот, коротко сжал в ладони поджавшуюся мошонку и прижал один из пальцев к анусу. Кольцо мышц поддалось его давлению, а Стайлз тихонько зашипел от несколько позабытого ощущения растянутости. Дискомфорт быстро исчез благодаря поцелуям-укусам, которые Дерек оставлял на подставленной Стайлзом шее, благодаря им же, а также второй руке Хейла, принявшейся обводить венки на члене Стайлза, он даже не заметил, что его зад растягивали уже два пальца. Дерек достаточно быстро нащупал простату, из-за чего Стайлз со стоном выгнулся дугой в надежде вплавиться в этого совершенно невозможного мужчину, но тому словно было недостаточно мучений Стилински: он всего лишь добавил третий палец.

Слюна – откровенно паршивая смазка, и как бы долго и упорно Дерек его не готовил, полностью неприятных ощущений от проникновения не избежать – на что Стайлз и намекнул, осознав, что еще пара «случайных» поглаживаний простаты – и он так и не почувствует член Дерека в себе по причине полного отсутствия сознания. Резко дернув Дерека за руку, Стайлз притянул его к себе, скрестив ноги у того за спиной. Дерек облизнул ладонь, не сводя глаз со Стайлза, пару раз провел рукой по своему члену, а затем осторожно толкнулся внутрь Стайлза.

Предсказания относительно паршивости идеи потрахаться насухую сбылись на двести процентов: первые пару минут Стайлз не чувствовал ничего, кроме обжигающей боли. Затем Дерек как нельзя вовремя вспомнил, что он – оборотень, и осторожно вытянул боль, продолжая медленно втискиваться в узкий зад Стайлза. Войдя до конца, он замер и поднял взгляд на Стайлза – тот уже явно растерял последние крохи концентрации: глаза полуприкрыты, рот распахнут в долгом, хриплом стоне, пальцы сжимают край столешницы, а тело, покрытое бисеринками пота, замерло на глубоком вздохе. Дерек проскользил рукой по его груди, а затем начал двигаться. Сначала плавными короткими толчками, постепенно наращивая темп, словно пытаясь впечатать себя в Стайлза и остаться там навсегда. Очень скоро Стайлз принялся подаваться навстречу, отчего лаборатория наполнилась хриплым дыханием и короткими стонами, срывавшимися то с одних, то с других губ.

Почувствовав подступающий оргазм, Стайлз отпустил несчастную столешницу, готовую затрещать от той силы, с которой он её сжимал, и вцепился пальцами в плечи Дерека, прижимаясь к нему теснее, потираясь истекающим членом о его живот, пачкая его своим запахом, и судя по полусумасшедшему взгляду Дерека – тот был совсем не против. Он и так держался на чистом упрямстве, так что стоило по телу Стайлза пробежать еле заметной дрожи, а члену начать истекать белыми каплями спермы, он сделал ещё несколько резких толчков и излился внутрь Стайлза. Последнее, за что зацепился взгляд Стайлза перед тем, как позволить телу утонуть в нахлынувших ощущениях, были широко распахнутые ангельские крылья за спиной Дерека.

Тело резко ослабело, как после бешеной дозы адреналина, в голове не было ни одной связной мысли, да и зачем?.. Стайлз купался в ощущениях абсолютного удовольствия и покоя, и лишь небольшой страх – что все произошедшее было лишь подачкой яростно жаждущему – портил момент.

Словно уловив направление его размышлений, Дерек поднял на него глаза и, коротко поцеловав, прижался лбом к его виску.

– Ты никуда не уедешь, – хрипло прошептал он. – Я тебя не отпущу, понял?

Стайлзу оставалось только согласно промычать.

– И как это работает? – Дерек с явным сомнением смотрел на пробирку с ядовито зеленым зельем в руках Стайлза.

– Очень просто. Ты выпиваешь зелье, я отхожу подальше, а затем ты оборачиваешься в волка, – терпеливо разъяснил тот. – В природе существование волков с крыльями невозможно, поэтому крылья некоторым образом врастут в твое тело, став твоей частью. Это будет немного неприятно, но должно сработать.