Текст книги "История Одного Мастера (СИ)"

Автор книги: Queen Immortal

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 4 страниц)

– Я не буду убивать, причинять физический или моральный вред по твоей просьбе, – уже серьезно пояснил Стайлз.

– Договорились. Будешь должен мне услугу, Мастер, – ни дрогнув, согласился Питер.

– Итак?

– В старом лофте Дерека, в моей бывшей спальне есть ниша в стене, – без каких-либо увиливаний рассказал он. – Там ноутбук и несколько книг, которые я смог спасти от пожара и вынести из старого хранилища под школой. В них все, что тебе потребуется.

– Пароли от ноутбука? – на всякий случай уточнил Стайлз.

Питер в ответ только улыбнулся:

– Ты уже взрослый умный мальчик, Стайлз. Разберешься.

В конце коридора показался медбрат.

– Уже уходишь? – несколько наигранно поинтересовался Питер.

– Я бы с тобой поболтал, но у моих тараканов и без тебя бесконечная вечеринка, – в тон ему ответил Стайлз, разворачиваясь к выходу.

– Передавай привет Лидии, Стайлз! – донеслось ему в спину.

Дьявол.

Стайлзу не хотелось знать, как и откого Питер узнал о том, куда он собирался отправиться сразу после него, хотя тот мог банально угадать. Он никогда не делал секрета из своих близких отношений с Лидией: ни до Докторов, ни после. Особенно после.

Лидс так и не пришла в себя. А Стайлз в своем бесконечном упрямстве и скрытой тяге к садо-мазо, после долгих препираний и споров сумел-таки добиться у матери Лидии права на посещение её дочери в любое удобное для него время.

Перед отъездом он приходил каждый день. Сидел по три-четыре часа, рассказывал последние новости, читал книги, научные статьи по математике – из последних понимая от силы каждое пятое слово, но так ему хотя бы казалось, что она все ещё с ним разговаривает. Иногда его посещения были удачными: взгляд Лидии становился более осмысленным, она с силой сжимала его руку, а в совсем хорошие дни даже немного говорила.

Но так было не всегда.

– Я вас позову, когда соберусь уйти, – тихо проговорил Стайлз медсестре, ответственной за крыло, в котором располагалась палата Лидии.

Дождавшись, пока дверь за ней закроется, Стайлз подошел к койке, недовольно морщась от эха шагов, и сел рядом с Лидией, сжав её бледную ладонь в своей.

– Хэй, Лидия. Ты здорово выглядишь.

Он солгал, конечно. Кто будет хорошо выглядеть после шести лет полной апатии в психушке? Мертвенно бледная кожа, спутанные, неровно постриженные рыжие волосы, синяки под глазами, слегка приоткрытый рот с сухими потрескавшимися губами… Лидия была похожа на очень-очень неподвижный призрак.

– Мне бы очень не помешала твоя помощь, Лидия, – задумчиво пробормотал Стайлз. – Мне бы хотелось с тобой поговорить. Ну, ты знаешь. О моей проблеме. О моей слегка небритой сексуальной проблеме. Черт, Лидс, – Стайлз наклонил голову и прижался лбом к руке Лидии, которую сжимал в ладони. – Я чувствую себя пятнадцатилетним подростком с бушующими гормонами. Утренний стояк – это не здорово. Стояк на каждое его хоть немного эротичное движение – совсем не здорово. Вообще, не здорово столько лет быть зацикленным на явно гетеросексуальном мужике со взглядом убийцы, – он поднял голову и свободной рукой поправил волосы девушки, отодвинув их с её лица. – Как думаешь это все-таки мазохизм? Или Вселенная таким образом мстит мне за то, что я – такой классный?

Она продолжала молчать.

– Я хочу свалить отсюда. Я сделаю все, что потребуется, чтобы свалить отсюда в течение месяца. Чем дольше я здесь остаюсь, тем… – Стайлз вздохнул, – тем больнее будет, когда все-таки придется уехать. Ты понимаешь?..

Тишина.

– Черт, Лидия, ты должна мне ответить. Пожалуйста. Ты все ещё здесь, – тихо прошептал Стайлз. – Давай. Я должен найти хоть кого-то адекватного, чтобы оставить этих идиотов.

Его голос эхом отражался от белых стен.

– Вернись домой, Лидия. Вернись.

Спустя неделю Стайлз был официально готов придушить Дерека. Не в сексуальном смысле, а в самом что ни на есть первобытном. Он буквально жаждал познакомить лицо Дерека с асфальтом, а мозги с десертной ложкой, которой он ему их выест. Потому что Дерек-херовый-альфа-Хейл даже не пытался что-то изменить. Видимо, слова Стайлза о том, что ему необходимо «общаться» со своими бетами, «сблизиться с ними», он воспринимал исключительно анальным отверстием. Мягко выражаясь. А выражаясь грубо, он слушал жопой, потому что до синапсов головного мозга информация точно не добралась. Ибо все, что он «якобы» сделал – это увеличил интенсивность тренировок, во время стайных посиделок сваливал к себе в комнату или в кабинет, от предложений кого-нибудь из стаи выбраться в город мастерски увиливал, и при всем при этом умудрялся делать вид оскорбленной невинности: якобы Стайлз ничего не делает – вот и нет результата!

Если бы не страстное желание обласкать шею Хейла поцелуями, Стайлз уже давно бы выгрыз ему глотку. Зубами. Ме-е-е-едле-е-ен-но. Хотя, одно другому не мешает.

Так или иначе, было ясно, что Дерек, не смотря на первое благоприятное впечатление, шевелить извилинами не собирается. Не царское это дело и все такое. Так что Стайлзу пришлось взять дело в свои игривые ручки. После двух разговоров по душам, истинная проблема определилась в виде чрезмерной хмурости и мерзком характере альфы. Тут перед Стайлзом всплыла новая проблема. Эмоции, психология, вмешательство в личность – все это была не совсем его специализация. Это более тонкие материи, при работе с ними необходима осторожность, точность и абсолютная уверенность в том, что все сработает, как положено. Поэтому первоначальная мысль воспользоваться своими, весьма поверхностными в этом отношении, знаниями была отвергнута в пользу решения связаться с человеком, специализирующимся на тонких материях. По счастью, единственный в выпуске Стайлза эмпат был у него в большом долгу, так что после того, как Стайлз обрисовал тому ситуацию, был только рад помочь. В итоге Стайлз заперся в отведенной ему в стайном дворце лаборатории за самым обыденным для мага занятием: варкой зелья.

Лаборатория была шикарной. Как, впрочем, и все в доме. Как ему призналась Айлин, изначально здесь было сделано что-то вроде апартаментов для гостей, но когда Дерек сказал, что стае присылают Мастера, она быстро все перестроила под нужны мага. Вдоль стен тянулись длинные столы с блестящими столешницами, в углу была широкая раковина. Внутри столов скрывалась вся необходимая для работы посуда и инструментарий, чуть в стороне – газовая плита с мощной вытяжкой, а напротив – пара стеллажей, которые Стайлз уже начал заполнять книгами и баночками с колдовскими ингредиентами.

Сейчас в самой обыкновенной алюминиевой кастрюле вовсю плавали раздавленные глаза тритона, измельченный корень дуба, какой-то редкий мох и пара десятков других ингредиентов, которые тщательно обрабатывались и взвешивались Стайлзом с точностью до грамма, прежде чем отправиться в варево.

– Стайлз? – периодически кто-нибудь из стаи пытался войти в комнату. В этот раз – Малия. – Ты здесь?

– Я занят! – сосредоточенно помешивая зелье деревянной поварешкой, откликнулся он.

– Дерек просил тебя к нему зайти, – уточнила девушка. – Сейчас.

– Блять, – ругнулся себе под нос Стайлз, добавляя предпоследний ингредиент в кастрюлю и выключая конфорку. Перед смешиванием с последней частью зелье должно было остывать в течение двух часов. – Сейчас.

Быстрыми движениями смахнув все остатки своей «готовки» со стола в мусорку, Стайлз поставил баночки с компонентами снадобья на полки и выскользнул из лаборатории, не став закрывать дверь на ключ.

А зря.

Стайлз нервничал. Нет, не так. Он НЕРВНИЧАЛ. Ок, он имеет право, ладно? Полчаса назад он все-таки умудрился подлить свое прекрасное выстраданное зелье Дереку и теперь с трудом мог дождаться завтрашнего дня, дабы посмотреть на результат. Как утверждал Мэтт – эмпат, предоставивший ему рецепт, – зелье должно было сделать характер человека более оптимистичным и доброжелательным. Звучало отлично и если оно вправду сработает – здорово поможет и стае, и Стайлзу. Стае – со связями, Стайлзу – свалить от стаи.

Отец уехал на трехдневную рыбалку, и в доме было непривычно пусто. Оставив попытки уснуть спустя два часа возни с боку на бок, Стайлз выбрался из кровати и принялся ходить по дому. Добравшись до кухни, он щелкнул лампой, которая осветила комнату теплым желтым светом, и зарылся в холодильник в поисках «чего-нибудь на пожевать».

От увлекательного квеста «Отыщи в холодильнике составляющие сэндвича» его отвлек резкий стук в дверь. Когда он повторился, Стайлз понял, что списать это на слуховые галлюцинации не получится, и, прихватив по пути биту, пошел открывать дверь.

– Стайлз!! Я знаю, что ты дома! – донесся из-за двери голос Дерека. – Если ты немедленно не откроешь, клянусь, вынесу эту дверь вместе со стеной!

– Ладно, ладно, грозный волк! – невольно напрягся Стайлз. – Сейчас.

Ничто в этой вселенной не могло подготовить Стайлза к тому, что он увидел за дверью. Конечно, это был все тот же Дерек, вот только он был обнажен по пояс, а за спиной у него развевались черные ангельские крылья. Поначалу Стайлз слишком очевидно завис на открытом его взгляду идеальном прессе, темных сосках и коротких волосках, немного покрывающих грудь Дерека, но крылья были слишком очевидным новшеством, чтобы Стайлз их не заметил.

Судя по ощущениям, его челюсть только что провалилась сквозь землю.

– Какого черта ты со мной сделал? – прорычал на грани обращения Дерек.

Он с яростью сжимал кулаки, явно удерживая себя от рукоприкладства, а Стайлз изумленно переводил взгляд с одного крыла через обнаженную грудь Дерека на другое. Руки немного чесались от желания потрогать, потеребить, пощупать, посчитать, зарисовать, запротоколировать каждый миллиметр открывшегося ему великолепия. Роскошные, метра два-три каждое, крылья с огромными, просто физически невозможными, маховыми перьями, темным окрасом, который современный кинематограф частенько приписывал падшим служителям Рая, в купе с суровой внешностью, яростно горящими алыми глазами, несколько выбивали Стайлза из привычной линии восприятия.

– СТАЙЛЗ!! – ещё немного и крики Дерека услышали бы на другом краю города.

– Так. Заходи, – Стайлз дернул Хейла за плечо, заворожено наблюдая, как сложились за его спиной крылья, которые, как он и предполагал, своим основанием выходили из лопаток. – Как это произошло?

– Как. Это. Произошло? – словно не расслышав, переспросил Дерек. – Ты серьезно? Это твоих рук дело!

– ВОУ! – Стайлз вскинул руки. – Я? Что-то не припомню у себя способностей отращивать людям крылья! Хотя было бы весело…

– Стайлз! – словно реагируя на крики, крылья Дерека распахнулись и сшибли со стола вазу, которая с грохотом разбилась об пол. – Ты это сделал! Тебе и исправлять!

– Ничего подобного! – возмутился Стайлз. – Конкретно ЭТО я точно не делал!

– Да? – ехидно оскалился Дерек. – А что за зелье стоит в твоей лаборатории? У? И почему я учуял похожий запах из чашки с чаем, который ты мне сделал сегодня вечером?

Стайлз замер. Зелье творит ровно такие изменения, в какие ты веришь.

– Оно должно было сработать не так, – Стайлз опустил взгляд, про себя вспоминая порядок варки зелья, дабы исключить вероятность ошибки. – Нет, я все сделал правильно, оно не должно было сработать так…

– Ты что-то подлил мне! – Дерек схватил его за плечо и с размаху впечатал в стену. Крылья угрожающе распахнулись за его спиной. – ЧТО ТЫ СДЕЛАЛ??!

– Дерек, ты делаешь мне больно! – простонал Стайлз, ухватившись за слегка окогтившуюся руку, сжавшуюся у него на шее. – Де-рек… – прохрипел он, осознав, что не может вдохнуть. – Я… сейчас… задохнусь…

– ЧТО ТЫ СО МНОЙ СДЕЛАЛ?!! – полный набор: глаза, клыки, когти, бакенбарды, – Стайлза сейчас душил полноценный оборотень-альфа с ангельскими крыльями.

– Де-ре-е-ек… – еле-еле просипел Стайлз, закатывая глаза. Его лицо покраснело от напряжения, вены вздулись, а изо рта доносилось еле слышное сипение. С трудом заставив себя поднять руку, он попытался сосредоточиться и со второй попытки сумел создать поток ветра достаточной силы, чтобы отшвырнуть Дерека. Тот пролетел через комнату, по пути снеся почти всю мебель, но приземлился на обе ноги, а Стайлз в то же мгновение упал на пол, надсадно кашляя и жадно вдыхая воздух.

Вид Стайлза, усиленно пытающегося убедить свой мозг в том, что они уже не задыхаются, видимо несколько привел Дерека в чувство: он перестал сверкать своими глазами-лазерами, убрал клыки и когти. Хотя ярость из его напряженного лица никуда не ушла.

– Что ты сделал, Стайлз? – уже тише повторил он.

– Кхм… То, что ты просил: пытался помочь тебе укрепить связь, – прохрипел Стайлз, когда прекратил кашлять.

– И как крылья мне в этом помогут?! – снова зашелся криком Дерек.

Стайлз осторожно поднялся на ноги, поглаживая огнем горящее горло.

– Ты… меня… кхм… не слушаешь, – он ухватился рукой за кресло, чтобы не упасть. – Зелье должно было сделать твой характер… мягче.

– Что? – Дерек нахмурился, перестав вообще понимать что-либо в происходящем. – И каким магическим образом, это должно было помочь сплотить стаю?

– А КАК ТЫ ПЫТАЛСЯ ЭТО СДЕЛАТЬ? – разозлившись, повысил голос Стайлз. Впрочем, он тут же пожалел о сделанном – горло адски жгло. – Я попросил тебя больше общаться со стаей, интересоваться их проблемами, разговаривать с каждым из них, а что сделал ты? – Стайлз перешел на быстрый яростный шепот. – Ты только ещё больше их оттолкнул.

Когда Дерек попытался метнуться вперед, Стайлз взмахнул свободной рукой, и тот замер на месте, не способный сдвинуться ни на шаг.

– Стой. И слушай, – Стайлз закашлялся, но быстро смог справиться с собой. – Знаешь почему ты не чувствуешь половину стаи? Они – не проблема. Ты – проблема.

– Я не сделал ничего, чтобы… – принялся возражать Дерек.

– Вот именно, – перебил его Стайлз. – Ты ничего не сделал. Ты видишь в Малии лишь бесконечное напоминание о Питере, для тебя она – его отражение, для тебя – она такая же, как и он, – жаждущая предать тебя ради власти, – боль в горле заставляла Стайлза останавливаться и жадно вдыхать воздух ртом в попытке ослабить ощущения. – Ты не видишь, что она ненавидит в себе все, что ей досталось от биологических родителей. И гнобишь её за то, в чем она не виновата.

Дерек раскрыл рот, чтобы высказаться в свою защиту, но Стайлз уже продолжал свою тираду дальше:

– Ты говоришь, что Лиам тебе не подчиняется? А что ты сделал, чтобы это исправить? Давишь на него? Бесполезно, он упирается как баран ещё больше. Знаешь, как долго Скотту приходилось с ним просто говорить, чтобы он начал его слушать? Но ты даже не пытался, – он откашлялся. – Ты боишься, что выбирая между тобой и Скоттом, Лиам выберет Скотта. И знаешь, что? Именно так сейчас и происходит!

Видя, что Дерек больше не пытается приблизиться, Стайлз прекратил его удерживать и осторожно опустился в кресло – ноги его плохо держали.

– А знаешь, почему ты не чувствуешь Хейден? Не потому что она хвостиком следует за Лиамом. Она просто не знает тебя. Ты для нее – чужой человек. Неизвестность. Ты – какой-то оборотень, которому доверяет Скотт. Вот и все, – Стайлз вновь зашелся долгим надсадным кашлем, и Дерек, то ли в порыве альтруизма, то ли на него подействовали его слова, под внимательным взглядом сходил на кухню и принес Стайлзу стакан воды. – Спасибо.

Сделав пару глотков, Стайлз вздохнул и продолжил:

– Со Стивеном все ещё проще. Он, блять, тобой восхищается. Ты превращаешься в настоящего волка, Дерек. Ты сильный вожак, ты не насилуешь своих бет, ты дал ему место, чтобы жить, подарил шанс на нормальную жизнь. Он нуждается в твоем одобрении, в твоем участии, а ты шарахаешься от него, боясь лишний раз что-либо сказать, – он отпил ещё немного. – Я надеялся, что став капельку дружелюбней, тебе будет легче найти с ними контакт. Поэтому и сварил зелье.

– Значит, ты ошибся, – все ещё хмурясь, заметил Дерек.

– Я нигде не ошибся, – резким шепотом отозвался Стайлз. – Вмешательство в характер – тонкая наука, я проверял по десять раз каждый шаг… – и тут он понял, где могла прокрасться ошибка. – Если только никто из твоих бет не рылся в моих ингредиентах, когда я один раз оставил лабораторию незапертой.

– Исправь это.

– Мне нужно знать, что они сделали, чтобы знать, что нужно исправлять, – едко пробормотал Стайлз. – Они в доме?

Дерек молча кивнул.

– Ты пришел пешком?

Ещё один кивок.

– Я отвезу тебя, заодно поговорю с остальными, узнаю, где они накосячили, – поднимаясь с кресла, проговорил Стайлз.

Дерек согласно кивнул и направился к входной двери, когда Стайлз осторожно схватил его за предплечье.

– Я все исправлю Дерек, – Стайлз завороженным взглядом скользнул по крыльям. – Но тронешь меня ещё раз – станешь слепым как Девкалион и немым как мертвые, – каждое слово давалось с болью, но Стайлз заставил себя закончить фразу. – Уяснил? – очередной кивок. – Тогда поехали.

====== Часть 2 ======

По прибытии в дом стаи, Стайлз был отловлен заботливой Айлин, усажен за стол в столовой и напоен громадной порцией терпкого чая с медом. От каждого глотка по телу пробегала приятная волна тепла, першение в горле уменьшилось, и Стайлз наконец-то смог говорить, без риска сорваться в казавшийся бесконечным кашель, хотя и хрипел на каждом втором слове.

Спустя час бесконечных допросов Стайлз выяснил, что Ник и Айлин не смогли устоять перед таким искушением, как открытая в лабораторию Мастера дверь. Они были в лаборатории и случайно уронили некоторые из банок с ингредиентами. Конечно, ребята попытались исправить свою оплошность, но могли что-то и перепутать. Когда разозленный Дерек под бдительным оком Стайлза стащил провинившихся в лабораторию, где выяснилось, что по злому року, не иначе, несчастные смешали толченный мятный лист, являвшийся последним составляющим зелья, с измельченной кошачьей мятой, схожими и на вид, и на запах, но координально отличающимися по своим метафизическим свойствам.

Вытолкав всех за дверь, Стайлз попытался приблизительно определить количество попавшей в зелье кошачьей мяты, а затем быстро нашел в телефоне необходимый номер.

– Хей, Стилински! – раздался бодрый голос в трубке.

– Эй, Мэтт! – в тон отозвался Стайлз. – Не отвлекаю?

– У меня здесь полдень, и скука страшная, так что я рад твоему звонку! – успокоил его собеседник. – Как дела с твоим зельем? И что с твоим голосом?

– Поэтому и звоню, – хрипло пояснил Стайлз. – Кое-кто из стаи лазил в моих вещах и смешал мятный лист с кошачьей мятой. В результате я добавил эту смесь в качестве последнего ингредиента, и у объекта применения развились некоторые последствия.

– Что?

– У оборотня, которому было предназначено зелье, выросли крылья, – наконец, собрался с мыслями Стайлз.

Поначалу в трубке повисла тишина, которая, спустя пару мгновений, взорвалась истерическим смехом.

– Это не смешно, – хмуро заметил Стайлз.

– Это очень смешно!! – яростно возразил Мэтт. – Альфа с крыльями!!! Ой, не могу!!! Это круче, чем берсерк в балетной пачке!!! Крылья!!

– Мэтт, это вообще не смешно, он меня едва не придушил! – невольно подхватил чужую истерику Стайлз, начав слегка посмеиваться.

– Крылья!! – продолжал натурально ржать в трубку тот. – Ну, ты жжешь!!!

– МЭТТ!!

– Ой, у меня уже прессуха от смеха болит! Ой, не могу… Вух… Так, спокойно, не ржать, не ржать, – немного пришел в себя эмпат. – Короче, давай разбираться, как вернуть твоего архангела в привычное состояние…

Когда Стайлз оторвался от расчетов, за окном уже стемнело, а за дверью не слышалось ни шагов, ни весёлого гомона. С момента причисления Дерека к существам летающим прошло четыре дня, большую часть которых он провел в поиске и заказе необходимых ингредиентов для избавления Хейла от излишней крылатости. Что-то у него было, но основная масса антидотов оказалась либо редкой, либо трудно доступной, так что Стайлзу пришлось подключить своих многочисленных сокурсников, которые были рады помочь собрату по несчастью. Посылка со всеми недостающими компонентами должна была прибыть со дня на день, а Стайлз посвятил практически все свое время точному расчету объема каждого из составляющих зелья, а также вычислению необходимых сопутствующих условий для положительного эффекта магического антидота.

Дерек, почему-то, старательно держался подальше от него на протяжении всего этого времени, а стая просто не рисковала вмешиваться в разборки Стайлза с их альфой.

Устало потерев глаза, Стайлз перевел взгляд на наручные часы. Почти три часа ночи. Неудивительно, что его концентрация ни к черту. Зевнув, он закрыл тетрадь с вычислениями и, погасив настольную лампу, тихо вышел из лаборатории, на всякий случай, закрыв дверь на три оборота ключа вместо одного.

В доме царила сонная тишина, какая бывает только глубокой ночью, когда все прячутся под своими одеялами и вовсю наслаждаются яркими красками мира сновидений. Памятуя о волчьем остром слухе, Стайлз постарался, как можно бесшумнее спуститься на первый этаж. Подхватив куртку, которую утром бросил в прихожей, он решил заглянуть на кухню, чтобы промочить горло перед отъездом. Однако стоило ему подойти к холодильнику, за его спиной раздался странный шум, заставивший Стайлза резко обернуться.Фигура со странными очертаниями, застывшая за столом, напугала его и, если бы не щелкнувший в этот же момент выключатель небольшой настенной лампы, осветившей сидевшего на табуретке Дерека, Стайлз точно разбудил бы стаю своим криком.

– Черт, Дерек, нельзя так пугать людей, – раздраженно прошипел Стайлз, пытаясь унять бешено колотящееся сердце.

– Я не виноват, что ты не видишь дальше своего носа, – спокойно отозвался Дерек, складывая руки на груди. Крылья за его спиной дернулись, из-за чего Хейл стал похож на нахохлившегося ворона. – Я думал, ты давно уехал.

– Ты видел мой джип за окном, – тут же указал на его откровенную ложь Стайлз, вновь открывая холодильник.

– Допустим. Я думал, тебя забрал Скотт, – не изменившись в лице, парировал Дерек.

– Дерек, ты видел, что в лаборатории горит свет, а после случившегося ребята не пойдут туда даже под дулом пистолета, – Стайлз вытащил из недр холодильника кувшин с апельсиновым соком и, наполнив себе стакан, водрузил его обратно. – К чему этот разговор?

Дерек странно на него посмотрел, а затем спросил:

– Как дела с противоядием?

– На днях придут последние компоненты, и я приступлю к приготовлению антидота, – поджав губы, отозвался Стайлз, отчаянно стараясь не демонстрировать своего интереса к крыльям Дерека. – Ты только это хотел спросить?

– Нет, – спустя несколько мгновение тишины признал Дерек, не сводя со Стайлза пристального взгляда.

– Я слушаю, – приглашающе повел рукой тот.

– Почему ты так хочешь уехать? – что-то в тоне Дерека заставило Стайлза насторожиться.

Лицо оборотня никак не изменилось, но что-то неуловимое… А, наверняка, это всего лишь его желание принять действительное за желаемое. Он для Дерека – всего лишь средство достижения цели. Пора смириться с этим и перестать скулить по ночам в подушку, как девчонка.

Так и не дождавшись ответа, Дерек продолжил:

– Это место твой дом: здесь твой отец, друзья и…

– И, что, Дерек? – перебил его Стайлз. – Что? – он прислонился к холодильнику. – У меня здесь ничего, к чему бы стоило возвращаться. Или постоянные неприятности, сваливающиеся вам со Скоттом на голову, жизнь на волоске от смерти, постоянный страх за тех, кто мне дорог, постоянно преследующая мысль, что вот-вот из-за меня умрет кто-то ещё, ради этого я должен хотеть здесь остаться?

– А как же любовь? – с пародией на улыбку выдохнул Дерек.

– Не смешно, – ещё больше разозлился Стайлз. – Ты знаешь, что у меня никого нет.

– А как же Малия? Она к тебе неравнодушна, кажется, – осторожно предположил Дерек, снова дергая крыльями, словно порываясь их распахнуть.

– У нас давно все кончено, и ты это знаешь, – резко отозвался Стайлз. – Мне не зачем здесь оставаться. Мне это не нужно. Да и вам всем тоже.

– Это ещё почему? – непонимающе нахмурился Дерек.

Стайлз устало вздохнул и спрятал руки в карманы:

– Никто об этом не говорит. Скотт, наверное, искренне верит, что это не важно, особенно после того, через что мы прошли после Докторов, а все остальные… ни Кира, ни Лиам не придают этому такого значения. Но единственным, кто обратил на это внимание, оказался Тео. Помнишь, такого? – усмехнулся Стайлз. – Альфа химер, оспаривающий часть твоей территории.

– На что он обратил внимание? – все ещё не понял Дерек.

– На убийства, Дерек, – едко ответил Стайлз. – На моих руках столько крови, что вам всем вместе взятым и в страшном сне не приснилось. Никого не волнует, как часто я просыпаюсь по ночам от кошмаров, в которых вновь, раз за разом, режу глотки, вырываю сердца и причиняю боль невинным людям. Да, Мастера вернули мне душевное равновесие более или менее. Но никто не знает, как долго мне придется собирать себя по частям, если это повторится снова.

Дерек молчал, не сводя с него странного пристального взгляда.

– Что? Не думал об этом? – слова Стайлза сочились ядом. – К черту, это был бессмысленный разговор, – он сорвался с места, – я вернусь утром.

– Ты поедешь к отцу? В такое время? –вдруг уточнил Дерек.

– Да.

– Ты можешь остаться, – спокойно заметил тот, поднимаясь и осторожно поводя плечами в попытке размять затекшие мышцы.

– Здесь не предусмотрена гостевая спальня, да я и не усну без своей подушки, – более спокойно ответил Стайлз.

– Можешь лечь у меня, – спокойно заметил Дерек. – Я все равно…

– Не спишь из-за крыльев, – закончил за него Стилински. – Я заметил.

Не зная, что ответить на это утверждение, Дерек отвел глаза, но спустя минуту с удивлением смотрел на ладонь, мягко сжавшую ему плечо. Стайлз подошел почти вплотную с какой-то грустной улыбкой.

– Я останусь, но ты попробуешь поспать.

– Я не…

– Ты вполне можешь лечь спать на животе. А я посторожу твой сон, раз уж такое дело, – уверенно пресек его возражения Стайлз.

Не найдя, что ответить Дерек просто кивнул и тут ему на глаза попались фиолетовые синяки на шее Стайлза, полностью повторяющие форму его руки. Он осторожно погладил нежную кожу, не обращая ни на внимательный взгляд Стайлза, ни на то, как тот дернулся в попытке уйти от неожиданного прикосновения.

– Прости, – наконец, выдавил из себя Дерек.

Стайлз тяжело выдохнул:

– Пошли спать, альфа. Если ты извиняешься, то дела совсем плохи.

Утро было каким-то… странным.

Ночью Дерек пытался сопротивляться, отговариваться, но, в конце концов, все-таки улегся спать на боку, осторожно сложив крылья. Стайлз аккуратно приткнулся рядом, лег прямо поверх одеяла, пристроив голову на выделенной Дереком подушке. Сна не было ни в одном глазу, так что поначалу он просто долго пялился в потолок, считая овец, потом волков, а потом забил на это бесполезное занятие. К этому моменту Дерек уже крепко спал, и Стайлз, не удержавшись, повернулся на бок, лицом к Дереку, жадно рассматривая спящего оборотня. Во сне с Дерека слетела вся напускная хмурость и суровость: лицо разгладилось, ресницы немного подрагивали, рот был слегка приоткрыт, а ладони Дерек сложил в молитвенном жесте и спрятал под щекой, из-за чего вкупе с явно непривычной ему позой, смотрелся невероятно мило и красиво. Дерек всегда был красивым – Стайлз был готов признать это первым. После такого количества «мокрых» снов, где в главной роли выступал Дерек, он не мог высказаться иначе. Дерек был мужчиной того редкого типа, который не терял своей привлекательности в абсолютно любой ситуации: по уши в грязи, в обычных джинсах или смокинге – Хейл был великолепен. От макушки и до кончиков пальцев. Но сейчас… В этот конкретный момент… С этими крыльями за спиной, он, наверное, впервые казался Стайлзу невинным. Ни в смысле телесной чистоты, а в смысле чистоты духовной. Нравственной.

Дерек Хейл уникален. И абсолютно, катастрофически, недостижим.

Стайлз скользил взглядом по мягким чертам его лица почти до самого рассвета, пока не провалился в беспокойный поверхностный сон, из которого его вытолкнуло словно толчком. Видимо, во сне он повернулся на другой бок, потому что теперь чувствовал дыхание Дерека на своем затылке и – что, вероятно, и послужило причиной его внезапного пробуждения – явственно ощущал крепкий стояк, прижатый к его заднице. Тяжелая рука Дерека обхватывала его за пояс, притягивая Стайлза к нему ближе, а крылья укрывали сверху, словно диковинное одеяло.

Поначалу Стайлз настороженно замер, пытаясь списать все происходящее на ещё не пришедшее в себя после сна сознание, но спустя пять минут ничего не изменилось, и ему пришлось принять происходящее за реальность. Как и собственное постепенно нарастающее возбуждение, которое вот-вот грозило обернуться для него проблемой.

В попытке выбраться из слишком тесных объятий, Стайлз осторожно приподнял руку Дерека и, медленно отодвинув мешающее крыло, плавно сел, свесив ноги с кровати. Дерек, словно почувствовав недостаток тепла, тут же распластался на кровати на манер морской звезды, предоставив взору Стайлза мощное основание крыльев, которое Стилински так и тянуло пощупать. Уже почти прикоснувшись к нему, Стайлз резко одернул руку и, все также стараясь соблюдать тишину, выскользнул из спальни альфы, осторожно прикрыв за собой дверь.

Как оказалось, не все так плохо, как могло было быть. Мэтт объяснил Стайлзу основы, следуя которым, он должен был сварить противоядие, пояснил, как проводить необходимые для зелья расчеты. Поначалу Стайлз торопился, хотел расправиться с проблемой как можно быстрее, подгоняемый раздраженным Дереком, который то и дело нависал над ним аки карающая Божья Длань, но очень скоро вспомнил, что спешка нужна при ловле блох, а не в приготовлении зелий. Тем более, что составляющие еще не прибыли.

Поэтому сейчас Стайлз позволил себе немного расслабиться. В доме стаи царило оживление: с подачи Айлин была заказана пицца, все расселись по большой гостиной, дурачась и наслаждаясь непривычно тихим вечером.

– Хэй, Стайлз! – Николас выдернул его из задумчивости. – А правда, что ты удерживал Дерека в бассейне несколько часов, пока вокруг вас бегала канима?

– Моим словам ты уже не веришь? – раздраженно поинтересовался Дерек.

– Извини, Дерек, но такие вещи стоит перепроверять! – взмахнул руками тот.

Стайлз усмехнулся:

– Да. И даже позволил ему едва не утонуть, когда рванул за телефоном, оставшимся у бортика бассейна.

– Серьезно? – весело поинтересовалась Айлин.

– Я успел прежде, чем наш доблестный альфа успел нахлебаться воды с хлоркой, но не получил и слова благодарности. Хотя буквально перед этим Дерек мне достаточно серьезно угрожал, – скучающим тоном ответил Стайлз.

– Я сказал «спасибо», – буркнул под нос Дерек, раздраженно рассматривая крылья, мешавшие ему устроиться в любимом кресле со всеми удобствами.