Текст книги "Немёртвые (СИ)"

Автор книги: Подсолнечный Свет

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 25 страниц)

Глава 7

– О, Повелитель! Пришло моё время. Забери мою несчастную душу, и не дай мне больше навредить ни одному существу живому, ни собрату моему! В этом мире я не могу больше быть твоей верной слугой.

Магический сизый туман окутал театральную сцену, заиграла тихая мелодичная музыка. Зрители “Янтарного ока” замерли, завороженные трагичным финалом. Фигура женщины в доспехах медленно осела на пол, а стоящие вокруг неё воины склонили головы в знак почтения.

Публика долго восторженно аплодировала. Новая роль Джанис, совсем для неё не обычная, вызвала восхищение у её поклонников и друзей. В этот раз она сыграла героиню военной драмы. Воительница, не знавшая ни единой радости, кроме битвы не сумела перенести окончание войны. Все её попытки стать мирным жителем оканчивались неудачно: она не прониклась наукой и новыми возможностями, не поняла человеческих чувств, которые так стремились познать остепенившиеся немёртвые. Совершая ошибку за ошибкой, героиня пришла к выводу, что на войне оставила всё лучшее, что у неё было, и теперь лишь один путь казался верным: просить смерти у Повелителя, который снизошёл и забрал несчастную душу к себе.

После окончания спектакля Джанис, дождавшись, пока толпа разойдётся, выбежала к друзьям из-за кулис. Было непривычно видеть её в латном доспехе, с мечом на поясе. На сцене актриса могла перевоплощаться в кого угодно, но после занавеса становилась всё той же привычной для всех кокетливой хохотушкой и сплетницей.

– Ты великолепна, хотя фехтование у тебя хромает. – Подстегнул её Антонис.

– Ну чего ты хочешь? Я никогда не играла военных, а тут сразу главная роль! Я чуть с ума не сошла, когда Нойт мне об этом сообщил. В следующий раз подучишь меня, если, конечно, мне дадут ещё что-то подобное. Гвиг! Как тебе пьеса?

– Чудесно! Ты точно справилась, можешь не переживать об этом.

– Спасибо вам, что пришли! – Немного помолчав, сказала Джанис.

Нельзя было не заметить, что время разговора она вглядывалась в редеющую толпу в надежде заметить там того, кого всегда мечтала увидеть хоть на одном своём спектакле. Зрители, будто песок в часах, вытекали сквозь узкий выход за высокую ограду, отделяющую зал от площади, но Золо`Ней среди них совершенно точно не было. Гвиг и Антонис знали об этом давно: девочка никогда не ходила на выступления сестры, о чём могла заявлять во всеуслышание, демонстрируя свою ненависть к Джанис. Та же в свою очередь верила, что когда-нибудь ситуация поменяется.

– Что теперь? Переодевайся, да пойдём, отметим твой триумф. – Попытался отвлечь её Антонис.

– Конечно, я мигом, ждите здесь!

Девушка сорвалась с места и убежала за кулисы. Некромант обменялся понимающим взглядом с Гвиг`Дарр. Они не пропускали ни одного спектакля, даже если у их подруги была там самая незначительная роль. Гвиг втянулась в культурную среду Вильдерра и даже немного, с помощью Джанис, стала разбираться в театре, музыке и живописи. Все актёры “Янтарного ока” отличались талантом. Несколько сотен лет они радовали зрителей выступлениями. В театре ставились пьесы по известным современным и старым произведениям, а также проводились концерты и танцевальные шоу.

Гвиг иногда впечатлялась спектаклями настолько, что бралась читать и сравнивать оригинальные произведения с постановками. До какого-то момента она и не думала, что со времён окончания войны руками немёртвых было написано столько замечательных книг, как и не подозревала, насколько начитана была её подруга. Сама похожая на героиню незамысловатых любовных романов, Джанис быстро могла осилить толстенный философский трактат, мрачную трагедию, или сборник стихотворений. Она не только читала, но и по долгу службы запоминала наизусть большие отрывки текста. Давалось ей это с трудом, но и подготовка к новым спектаклям никогда не была быстрой. По её словам, на репетиции могло уходить и несколько месяцев. Самую сложную и долгую постановку труппа готовила почти год.

Успех в новом амплуа приободрил Джанис, и последующие несколько дней она ходила, будто окрылённая: всем улыбалась, много говорила и вообще, всячески показывала, насколько счастливой в очередной раз её сделала работа.

– Бред и показуха все эти её спектакли! – Тоненький голосок Золо всегда выделялся на фоне остальных, и Гвиг не составило труда узнать, что маленькая недоброжелательница снова крутилась где-то рядом.

На круговом балконе, опоясывающим башню храма, собралось много народу. Все они пришли передохнуть после трудового дня, полюбоваться закатом и поболтать обо всём и ни о чём. Джанис так увлеклась разговорами с компанией знакомых, что не заметила, как Гвиг отошла от неё и направилась в сторону, откуда услышала неприятные комментарии.

– Интересно, почему ты так считаешь? – Не все привыкли к её хриплому голосу, поэтому девушка, стоявшая рядом с Золо, слегка вздрогнула от неожиданности.

– Да потому что! Вы никогда не поймёте, насколько Джан прогнила на своей сцене, скольких своих поклонников втоптала в грязь и скольких ещё обманет. Она просто зазвездилась. Всё делается лишь ради внимания!

Гвиг понимала, что Золо имела ввиду бесчисленных мужчин, с которыми Джанис заводила краткосрочные отношения.

– Это не повод так её оскорблять! Она твоя сестра. Родных нужно любить и ценить.

– Хватит учить меня! – Тут же взъелась девочка. – У меня был брат, и я его любила. Когда он превратился в гулящую девку, наши семейные связи разорвались. Она сама виновата, что мы перестали быть такими уникальными.

– Ты даже не представляешь, как ей плохо от твоего поганого отношения!

– Если бы она хоть чуточку думала обо мне, то не стала бы вытворять такое и позорить нашу семью.

– Это был её выбор, который она, между прочим, сделала ради науки и общественных исследований! Нельзя такое осуждать…

В этот момент на плечо Гвиг опустилась рука.

– Хватит. Ты ничего ей не докажешь, хотя я благодарна тебе за поддержку.

Джанис взяла подругу под руку и отвела в сторону. Золо проводила их тихим шипением ругательств себе под нос.

У самой Гвиг других близких друзей в храме так и не появилось. Она легко находила общий язык со всеми, но не хотела ни с кем сближаться, и обращалась к кому-либо только по делу. Она, конечно, знала, что многих интересовал её прогресс в работе, замечала, что мужчины пытались завладеть её вниманием, но не спешила открываться и принимать комплименты. Для неё Антониса и Джанис было вполне достаточно.

Гвиг была близка к своей цели. Она имела чёткое представление, как и что должно работать, чтобы глаз наконец начал плакать, но на практике выходило не всё так просто.

– Жутковато тут у тебя. – Протянула Джанис, войдя в лабораторию.

Вокруг на столе, на полу и на полках валялись несколько отрезанных голов с расковыренными глазницами. Рядом стояло множество пузырьков и пробирок, были разбросаны реагенты, хирургические инструменты и исчерканные листы пергамента. Гвиг прокряхтела что-то невнятное, склонившись над металлической мисочкой.

– Эй, Гвиг`Дарр! Ты же сделаешь такую операцию мне, когда всё изучишь? Ты не представляешь, как это поможет на сцене! Мы редко играем живых, но при случае всегда используем воду или магию, чтобы изобразить слёзы. Да и в жизни может пригодится.

– Не очень мне хочется, чтобы это понадобилось кому-то в жизни. – Ответила Гвиг. – Желаешь что ли часто плакать по поводу и без?

– Ну как же! Ты что, дамских романов не читала? Слёзы – отличный инструмент воздействия на мужчину. Они просто не могут устоять перед рыдающей девушкой, и сразу всё готовы простить и сделать для неё.

Гвиг только охнула. Ей был совершенно непонятен такой подход. Она не привыкла плакать, когда жила со своей семьёй, и лишь после страшных событий ей впервые захотелось проронить слезу.

– Никогда тебя не пойму, но, конечно, сделаю, как ты хочешь. Только бы понять, что тут у меня не так. – Пообещала она и вновь принялась за работу.

Она потеряла счёт времени и испорченным материалам, когда наконец получилось что-то близкое к идеальному результату.

Гвиг стояла над очередной отрезанной человеческой головой. Один глаз был аккуратно извлечён и покоился рядом. Двумя пальцами она сжимала небольшую колбу, на дне которой плескались остатки бледно-зелёной жидкости. Другая рука замерла над глазницей и отчётливо чувствовала, как правильно ложатся элементы заклинания на слёзную железу, как приходят в порядок магические связи, как незримая энергия воздействует на зелье и заставляет мёртвый организм вновь функционировать. Вживить обратно глаз, соединив его с нервами, Гвиг не составило труда: по восстановлению зрения она прочитала немало хороших работ, где всё было описано до мельчайших подробностей.

– Я, кажется, сделала. – Тихо сказала она сама себе и подняла опущенное веко. Глаз был мокрый.

Пребывая в состоянии тихого безумия, Гвиг собрала с поверхности глазного яблока жидкость и облизала палец.

Солёно. Это были самые настоящие слёзы! Те самые, которых она не видела и не чувствовала уже почти год.

Гвиг вдруг испугалась полученного результата. Паника овладела ею, руки мелко дрожали. Она поставила колбу на стол, едва не уронив её, после чего поспешно схватила голову, бросила на пол, но не дала ей размозжиться, а тут же запустила в неё заряд магического огня.

Синее пламя полыхало на каменном полу около минуты, а затем погасло, оставив лишь немного пепла.

– Я сделала это. – Повторила она и замерла в страхе, что Повелитель придёт за ней прямо сейчас, когда она ещё не совсем готова к его визиту.

Его пришествие чувствовалось всегда и всеми без исключения. Если он являлся к главному алтарю, или же к кому-то в комнату, все знали об этом, все ощущали его энергию и силу. Сейчас ничего подобного не происходило. Гвиг не чувствовала вибраций воздуха, не слышала голосов в голове. Она стояла, опершись на стол и смотрела на осевший пепел.

Спустя какое-то время мысли её прояснились, и она подумала, что необходимо провести операцию на живом немёртвом, а не на трупе. Джанис больше всего хотела заполучить слёзы, и Гвиг была готова подарить ей это “счастье”. Только вот подруга второй день пропадала на репетициях. Её отсутствие немного успокоило Гвиг, но она всё ещё не могла придумать объяснений своему страху.

Хотела ли она, чтоб Повелитель прямо сейчас явился и забрал её? Ей показалось, что она уже не так уж и хочет покинуть храм. Её желание было искренним лишь в момент заключения сделки. Как Антонис и говорил – время сделает своё дело, время будет на её стороне. Неужели, так оно и вышло? Гвиг совсем не хотелось отдавать свою правду нахальному некроманту. Проведя ещё несколько минут в тишине, она прибралась после работы в лаборатории и вернулась в свою комнату. Спустя день тяжёлых раздумий, Гвиг решилась рассказать о своём успехе Джанис.

– Это правда?! У тебя получилось? – Девушка даже пару раз подпрыгнула на месте, услышав новость.

– Я не уверена, но скорее да, чем нет. – Ответила Гвиг. – Так что, если не боишься, что я испорчу твои глаза, то прошу в лабораторию.

– Ну что ты! Я тебе верю. Ты так усердно занималась, столько времени потратила, всё должно быть правильно.

Гвиг молчала. Вопрос просился быть заданным, но она позволяла себе медлить и от волнения даже взяла подругу за руку.

– Послушай… – она, похоже, напугала Джанис своей серьёзностью. – Он ведь действительно может забрать меня после того, как мы всё сделаем?

Джанис опустила глаза.

– Не хочу тебе врать, я не знаю, что будет. Он непредсказуем, но всегда справедлив, и поступит так, как сочтёт нужным. Ты всё ещё не веришь нашему божеству, да?

Гвиг пожала плечами.

– Для меня до сих пор удивительно, что я могу его видеть. Что это вообще такое? Почему он снисходит до нас?

– Мы особенные! Вообще на фоне всего мира, всех народов мы необычные. Почитай “Божественные речи”, если хочешь. Там найдёшь ответ, почему Повелитель так близок к своим последователям.

– Как ты сказала? “Божественные речи”? Книга какая-то?

– Вроде того. Сборник свитков, составленный верховными жрецами, которые лично общались с Повелителем на протяжении всех лет существования нашего народа. То есть, записывалось всё буквально с его слов.

– Да, надо будет обязательно заглянуть… – Гвиг замедлилась. – Если, конечно, я останусь здесь.

– Всё-таки ты не хочешь? – Заулыбалась Джанис.

– Не знаю, говорю же. – Моя смерть была несправедливой, но это воскрешение ещё более бесчестно. Моя семья там скорбит об утрате, а я в это время живу новой жизнью, и не должна о них вспоминать.

– Я не знаю, что тебе сказать. – Честно призналась Джанис. – Я даже не знаю, каково это – отпускать близких, расставаться с ними. Моя единственная сестра здесь, рядом. Хоть она и ненавидит меня, я всё равно готова прощать её выходки, и не представляю, что буду делать, если её не станет. Никогда бы не хотела пройти через что-то подобное.

Гвиг`Дарр понимающе закивала.

– Пойдём. Будь что будет. Я настолько запуталась, что кажется, уже всё равно, как он решит.

– Прямо сейчас? – Джанис вздрогнула от удивления.

– Нечего тянуть. – Сухо ответила Гвиг.

Она всё ещё не принимала новую религию как полагается, но за алтарём в своей комнате ухаживала должным образом. На черепах и подсвечниках никогда не собирались слои пыли, сухоцветы и песок на блюдце регулярно менялись, а свечей хватало, чтобы осветить поле для рун и провести ритуал. Гвиг редко молилась, а об алтаре заботилась как-то неосознанно, потому что любила, когда её жилище прибрано и готово к любым вторжениям.

– Почему ты не хочешь проводить операцию в лаборатории? – Спросила с опаской Джанис.

– А что? Боишься ложиться на мой алтарь? – Гвиг уже начала раскладывать инструменты и подготаваливать реагенты.

– Да нет, просто спрашиваю. Не хочешь, чтоб другие увидели, что ты делаешь? В лабораториях всегда проходной двор

– Почти. На самом деле, я беспокоюсь, что… Он придёт к нам. – Помявшись, ответила Гвиг.

– Повелитель?

– Ага. Мне и так будет нелегко с ним говорить. Лучше уж пусть всё случится здесь, в моей комнате.

В этот момент в дверь постучали. Девушки переглянулись, а Гвиг вдруг поняла, что так и не рассказала ни о чём Антонису. Она с опаской открыла дверь и, как ожидала, увидела на пороге некроманта.

– Не желаешь прогуляться со мной до рынка? Мне бы не помешала твоя помощь, я сейчас выполняю большой заказ… – Антонис неторопливо вошёл в комнату и, лишь увидев смущение девушек и подготовленный алтарь, замолк.

– Привет, Антонис! Мы… видишь ли, немного заняты. – С трудом выдавила Джанис.

– Что вы собрались делать? – Некромант нахмурился.

Гвиг потупилась и не спешила с ответом. Ей очень не хотелось его присутствия здесь сейчас. С Джанис всегда всё давалось проще, может, потому что она сама была такой: жизнерадостной и лёгкой. Антонис же будто олицетворял мрачность. В его присутствии все самые неприятные воспоминания и тяжёлые мысли одолевали Гвиг`Дарр. Теперь она была уже совсем не уверена в своём успехе.

– Я закончила исследование, и, кажется, теперь могу сделать операцию по восстановлению работы слёзной железы. – Она заметила, как Антонис начал меняться в лице. Некроманта нельзя было назвать эмоциональным, но в некоторых случаях он реагировал на происходящее довольно резко.

– Почему ты ничего мне не сказала?! Ты должна была… – Он осёкся. По всей видимости, вспомнил пару подобных разговоров, где Гвиг не менее резко отвечала, что ничего она ему не должна.

– Теперь ты всё равно знаешь. Дай мне сделать, то что я хочу.

– Подожди!

Последняя его фраза прозвучала крайне нелепо. Джанис даже отвернулась, чтобы скрыть усмешку.

– Чего я должна ждать? – Раздражённо спросила Гвиг.

– Во-первых, я вижу, что ты торопишься, а в твоём случае этого делать не стоит: ты можешь навредить Джанис. Во-вторых, я и правда рассчитывал на твою помощь сегодня. Не думал, что ты так скоро всё решишь. Пойдём, прогуляемся, ты проветришь голову, чтобы не совершить ошибок.

Гвиг с подозрением смотрела на Антониса. Ей в общем-то было понятно, зачем тот искал поводы и задерживал её. Однако нежелание некроманта отпускать её напомнило о том, что она для него была всего лишь объектом гордости.

– А может быть, он прав? – Подала голос Джанис. – Не стоит нам так торопиться?

– Ты вообще на чьей стороне?! – Гвиг в который раз пожалела, что её голос звучал так тихо и убого.

– Да не беспокойся. – Девушка подошла и взяла её за руки. Она всегда так делала, когда разговор становился напряжённым, и это, как ни странно, успокаивало. – Я, если честно, и сама немного волнуюсь. Вы же задержитесь там всего на пару часов, я как раз морально подготовлюсь к операции.

Гвиг, конечно, доверяла подруге, но поняла, что союзников в данном споре у неё не осталось. Она окинула взглядом комнату, затем заглянула в шкафчик и взяла на заметку, что стоит прикупить ещё некоторых реагентов, раз уж они направляются на рынок.

Джанис загадочно подмигнула им на прощание. Антонис лишь закатил глаза, а Гвиг проводила её непонимающим взглядом.

По пути ей совсем не хотелось разговаривать. Она тихо злилась на Джанис и Антониса за то, что остановили её, и на себя за то, что не смогла настоять на своём. Они прошли уже полпути, а некромант молчал, вид у него был крайне задумчивый и хмурый. Он изредка косился в её сторону, и эти короткие взгляды были похожи на безболезненные, но неприятные уколы иголки.

– Ты что, обиделся на меня? – Сдавшись, Гвиг попыталась разрядить обстановку.

– Нет, просто забеспокоился. Ты же понимаешь, что Повелитель явится к тебе, если ты завершишь свою часть сделки. Кто знает, что он решит. Я не хочу, чтоб ты так просто взяла и покинула нас.

Она и сама теперь не знала, хочет ли уйти или остаться. Лучше бы Антонис не говорил ничего и дальше, лучше бы она вообще не пошла с ним. Однако такие мысли Гвиг предпочла держать при себе.

Глава 8

В городе днём, как всегда, было людно. В торговом районе им повстречалось несколько знакомых из храма и не только. На рынке Антонис купил довольно много сушёных трав и некоторых готовых экстрактов. Объяснил, что выполняет большой заказ на создание так называемых “зомби в пробирках”.

Зомби, как известно, использовались некромантами в качестве помощников. На улице поднять их проблемой не было. Эти земли не раз были охвачены битвами, и земля впитала в себя частички мёртвой плоти, которые и позволяли призывать неразумную нежить. В помещениях, где в прошлом не случалось массовых смертей, это было сделать затруднительно. Некроманты Вильдерра изобрели зомби в пробирках, чтобы мертвого помощника можно было призвать, используя зелье и магическое воздействие.

Норксис собирался нанести визит в Гердейлийский университет магии, где некромантия практически не изучалась. Магистр запланировал несколько лекций и практических занятий со студентами, а также его ждали переговоры с руководством университета. Государственные учреждения неохотно работали с представителями Вильдерра, и любая новая возможность наладить контакты была важна для магистрата.

Гвиг сложила часть покупок к себе в сумку, и они проследовали в другой магазин, где изготавливали и продавали лучший растворитель для костного порошка. Его рецепт был не так сложен, но на то, чтобы сварить его самостоятельно, потребовалось бы двое суток, а Норксис должен был выезжать уже завтра на рассвете.

Пока Антонис расплачивался с продавцом, Гвиг уставилась в окошко и увидела снаружи Золо`Ней, прогуливающуюся с Олли – приятной девушкой, которую воскресили не больше десятка лет назад. Она оказалась одной из немногих, с кем сестра Джанис нашла общий язык и не ругалась.

– Пойдём! – Позвал некромант, и Гвиг вышла следом за ним.

То, что произошло дальше, заставило обоих замереть прямо на крыльце магазина.

Две девушки шли по мощёной дорожке, как вдруг в их сторону пролетело что-то мелкое. Олли упала, схватившись за бок. Золо с ужасом в глазах склонилась над ней и начала кричать её имя. Вокруг столпилось несколько прохожих, к которым присоединились и Гвиг с Антонисом.

Олли буквально высыхала на глазах. Для любого немёртвого было очевидно: распадались магические связи, поддерживающие тело в живом состоянии. Не прошло и полминуты, как девушке уже было бессмысленно оказывать помощь: она превратилась в иссохший труп. Люди охали и оборачивались, Золо, потеряв дар речи, сидела на коленях, протягивая дрожащие руки к погибшей.

Со стороны раздался смешок:

– Вот так оно и работает! Шикарно! Кто следующий, мертвяки?

Два человека, одетые в форму королевской гвардии Гердейлии наблюдали за происходящим. В руках одного из них был заряженный арбалет. Все собравшиеся посмотрели в их сторону. Надменный воин, однако, без страха продолжил говорить.

– Что такое? Нас всего лишь попросили проверить, как будет работать новое оружие против вас, мерзкие монстры! Один выстрел в любое место – мгновенное отравление…

Отчаянные вопли Золо заглушали его слова. Девочка тонко взвыла, и начала выкрикивать что-то несвязное. Солдат говорил что-то ещё, но Гвиг не могла расслышать. Тем временем Антонис отдал ей все свои вещи и вышел вперёд. Она едва успела заметить, что он вот-вот взорвётся от гнева.

– Думаешь, если такому отребью как ты дать смертельное оружие, то он станет непобедимым? – С вызовом спросил некромант. – Или, может быть, ты хочешь сделать себе имя, убивая мирных жителей?

Гвардеец разразился хохотом.

– Хочешь выйти против меня, мертвяк? Ты даже близко ко мне не подойдёшь, что у тебя есть? Мы быстро поставим на место таких выскочек. Вы же нелюди! Почему вас вообще пускают в столицу и крупные города? Вы должны радоваться, что Его величество позволяет вам жить в этом захолустье и служить ему в боях, когда нужно.

– Стреляй. – Холодно произнёс Антонис. – А то что-то ты много болтаешь для серьёзного человека, который представляет государственную армию. Давай, стреляй!

Гвиг сжалась от ужаса, когда некромант отошёл подальше от толпы и выкрикнул последнюю фразу. Она много раз представляла, как уходит в царство мёртвых сама, но никогда не думала, что будет, если не станет его.

Пухлый палец нажал на курок, но Антонис, не спуская глаз с врага, ловко уклонился. Болт ударился о каменную стену магазинчика. Второй выстрел также вышел неудачным, было видно, как рука стрелка затряслась. Он и его товарищ попятились, а Антонис без колебаний подходил ближе.

Резким движением он выхватил меч, сделал выпад и дважды полоснул гвардейца с арбалетом. Удары были нанесены точные, тот упал замертво; его оружие больше не представляло ни для кого угрозы. На шум и звуки битвы прибежали несколько городских стражников, среди которых были и хорошие знакомые храмовников.

– Это убийство! – Визгливым голосом закричал второй воин, который так и не решился обнажить свой висевший на поясе клинок. – Убийство королевского подданного!

– Ты! – Некромант ткнул мечом в его сторону. – Проваливай отсюда. Можешь хоть лично королю рассказать обо всём. Не знаю, что вы задумали, но такая провокация уже не сошла с рук одному из вас.

– Антонис! В чём дело, что тут произошло? – Хицей, капитан городской стражи в сопровождении нескольких подчинённых, двое из которых были живыми, осматривал место битвы. – Ты, правда, убил королевского гвардейца?

– Вы что же, не видите?! – Выживший не унимался и маячил перед лицом Хицея. – Самое настоящее убийство!

– Прошу, подожди пару минут. – Спокойно попросил Антонис и вернулся к Гвиг`Дарр.

Ошарашенные зеваки перешёптывались и со страхом в глазах наблюдали за происходящим в ожидании развязки. Золо смотрела на некроманта с ещё большей ненавистью, чем раньше.

– Ты идиот! – Закричала она уже надорванным охрипшим голосом. – Ты хоть понимаешь, что теперь с нами будет?!

– Заткнись! Я был не прав, но не мог спустить ему этого. Подумай, на месте Олли могла сейчас валяться ты. Хотя, тебе, как личу, пошло бы это на пользу. Собери лучше болт и образцы для анализов, только сама не подохни.

– Без тебя знаю!

Она скривилась и принялась за дело. Гвиг подумала, что если бы Золо умела плакать, то слёз бы пролила не меньше, чем вытекло крови с их обидчика. Антонис отстегнул от пояса ножны, вложил в них меч, обтерев лезвие об мантию, и передал ей вместе с остальными вещами.

– Пусть пока хранится у тебя. Вещь дорогая, не хочу, чтобы с ним что-нибудь случилось. Расскажи обо всём Норксису. Чем быстрее магистрат узнает, тем будет лучше.

Напоследок он заглянул в её глаза, будто бы пытался вселить уверенность и надежду, будто бы обещал, что всё будет хорошо. Гвиг ничего не смогла сказать. Только кивнула и проводила его взглядом. Антонис ушёл в сопровождении городской стражи, толпа быстро поредела. Гвиг`Дарр ещё недолго постояла, а затем развернулась, но услышала тихий голос рядом

– Подожди. Я пойду с тобой.

Золо ковырялась в трупе Олли. Её маленькие руки еле удерживали пробирки с жидкостями и смертельным ядом, от которого скончалась её подруга.

Гвиг молча взяла у неё несколько образцов и бережно завернула их в куски ткани, оторванные от одежды погибшей. Она заметила, что Золо серьёзно подошла к делу, так как работала в специальных перчатках. Девочка занималась алхимией, а представители этой профессии имели привычку всегда быть во всеоружии.

– Тело по-хорошему тоже надо забрать. – Сказала Золо, когда закончила со всем. – Ты, конечно же, ещё не умеешь призывать зомби?

Гвиг помотала головой.

Девочка сняла перчатки и, сделав несколько пассов, произнесла заклинание. Из-под земли, не нарушив целостность мостовой, выросли два мертвеца отвратительного вида. Золо напрягла руку ещё сильнее, и от нескольких её жестов зомби неаккуратно ухватили труп за руки и за ноги, после чего замерли на месте.

– Одолжишь свою мантию? – Спросила она Гвиг.

Та молча сняла верхнюю одежду и сама накрыла труп. Процессия выдвинулась к храму.

– На самом деле, мне очень страшно. – Призналась Золо, сдерживая дрожь в голосе. – Я бы никогда не попросила тебя о помощи, но мне так страшно, что, кажется, я сама не соображаю, что делаю.

Её слова совсем сбили Гвиг`Дарр с толку. При виде ребёнка в ней снова проснулись тёплые материнские чувства. Было трудно не обманывать себя видом Золо`Ней и принимать её как взрослого. Однако Гвиг помнила, что эта девочка на несколько сотен лет старше её. Нельзя было забывать и про её отношение ко всем друзьям Джанис.

– Мне тоже, знаешь ли, не по себе. – Наконец выдавила Гвиг. Я даже не успела до конца понять, что случилось.

– Этот лысый идиот! – Воскликнула Золо. – Он как будто не понимал, что творит. А если теперь люди объявят нам войну? Если вильдеррские живые от нас отвернутся? Нас всех перебьют, а храм сравняют с землёй, и всё из-за него!

– Что ты несёшь? – Удивилась Гвиг. – Ладно, я понимаю, что это была провокация, он повёлся, но неужели дело может дойти до такого?

– Ещё как может! Мир никогда полностью не смирится с нашим существованием. Кто-нибудь всегда будет желать нашего исчезновения. Король Гердейлии терпит нас только из-за нашей территории. Пока мы здесь – эльфы не станут покушаться на Вильдерр и прилежащие к нему земли, понимаешь?

Гвиг вспомнила, что Антонис рассказывал ей о политической обстановке примерно то же самое. Власти Гердейлии не особо любили немёртвых, несмотря на огромный прогресс в науке и десятки поселений, спасённых от эпидемий их руками. Только сегодня она увидела, как серьёзен может быть конфликт жизни и смерти.

То, что сделал Антонис нельзя было расценивать однозначно. Возможно, отстаивание чести было не таким уж неверным поступком. Именно это она и попыталась объяснить Золо.

– Ты так легко встала на его сторону. Прикипела к нему, да? Теперь будешь страдать и ждать, когда его отпустят?

Детский голосок звучал издевательски. Гвиг снова была удивлена словам девочки.

– Это ты меня дразнить вдруг решила? Очень подходящее время. Может, оставить тебя тут одну в лесу наедине с мёртвой подругой?

– Что?! Я, конечно, не ждала от тебя поддержки, но не думала, что ты можешь быть настолько отвратительной. – У Золо от гнева снова задрожали руки, и она приостановилась, чтобы поправить заклинание, контролирующее зомби.

– Следи лучше за своими словами. Почему твоя ненависть к Антонису должна переходить на меня? Я не выбирала некроманта, который меня воскрешал, как дети не выбирают родителей. У меня нет поводов на него злиться, особенно сейчас. И у меня нет никакого желания выслушивать гадости в наш адрес, так что лучше уж закрой рот. До храма ещё топать и топать.

Золо не прекратила огрызаться, а Гвиг, будучи и без того раздражённой, тоже не могла молчать. Зомби двигались медленно, поэтому и девушкам приходилось не торопиться, а напряжение от этого только нарастало.

– Ладно, но ты хотя бы понимаешь, что он совершенно недостойный мужчина? На него ведутся только глупые живые девицы со странными вкусами! – На этой фразе, сказанной Золо, Гвиг даже приостановилась, взглянув на неё с удивлением. Уж слишком её интонация и посыл сейчас напомнили Джанис, когда та рассуждала об отношениях. – Что? Я разве не права?

– Я никогда не думала о нём в этом плане. Я вообще о мужчинах не думала, мне не до них! – Гвиг почувствовала, что раненое горло начинало болеть от того, что она много говорила.

– Общаться с Джанис и не стать такой же – удивительно. – Золо продолжила распылять свою ненависть.

– Чтобы дружить, знаешь ли, не обязательно быть похожими. – Пожала плечами Гвиг. – Твоя сестра замечательная хотя бы тем, что добра и вежлива ко всем, и даже к тебе, несмотря ни на что.

Золо замолчала. Повернув голову, Гвиг увидела, как лицо девочки скривилось от отвращения.

“Сколько в ней желчи?” – подумала она про себя.

Остаток пути они проделали в тишине. Лишь подходя к храму, Золо ещё раз окинула взглядом нелёгкую ношу своих неразумных помощников и тихо отметила:

– Винсент с ума сойдёт, когда узнает. Но, наверно, лучше сообщить ему сразу.

Гвиг поняла, что речь идёт о некроманте, чьими руками была воскрешена Олли. Она слышала, что Винсент всегда был очень близок со своими подопечными.

Золо приняла ещё более серьёзный вид. Детское лицо напряглось, губы сжались, и между бровей появилась складка. В ясных синих глазах блеснула решительность.

– Я отнесу тело в лабораторию и пойду к нему, а ты сообщи обо всём Норкскису. Мантию твою потом занесу.

Гвиг, про себя оценив внезапно проявившиеся в Золо командирские навыки, кивнула и придержала входную дверь, чтобы зомби прошли внутрь. Стоявшие рядом стражники уловили беспокойный вид девушек, но не стали ничего спрашивать. Всё равно рано или поздно новости дойдут до каждого уголка храма.

Норксис задумчиво рассматривал меч Антониса со следами крови. Гвиг рассказала ему, как всё произошло, и сразу поняла, что магистрату не просто будет разобраться с возникшей проблемой. К тому же, сорвалась поездка верховного некроманта в университет, а это, как он пояснил, ещё один огромный шаг назад в развитии их дипломатии с живыми. Возможно, намеренно спланированный недоброжелателями. Норксис немного поразмышлял, высказывая мысли так, как будто бы был в кабинете один. Гвиг не решалась прервать его тихую речь.