Текст книги "Немёртвые (СИ)"

Автор книги: Подсолнечный Свет

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 25 страниц)

– Серьёзно, картинная галерея? – Леви впервые выразил к чему-то живой интерес. Всё остальное его не особо впечатлило.

Эльфы славились любовью к искусству. Демонстрация талантов немёртвых была хорошим ходом для вовлечения его в жизнь храмовников.

Картины заставили глаза Левиареля засиять. Он несколько минут стоял у каждой, уделяя особое внимание большим портретам. Антонис рассказывал, кто был на них изображён, и чувствовал себя при этом ужасно неловко, потому что сам он бывал в галерее крайне редко, да и вообще особо искусством не интересовался.

Выйдя на балкон одной из башен, все трое никак не ожидали встретить там кого-либо. Время подходило к вечеру, а закаты в пасмурный день были не особо красивы, чтоб ими любоваться. Световые сферы никто не включал, и на балконе сгустился сумрак. Антонис услышал голоса и тут же различил в полутьме две фигуры, одну из которых желал видеть в тот момент меньше всего.

Золо`Ней резко обернулась и обомлела. Некромант увидел, как засверкали её глаза, когда она посмотрела на эльфийского юношу. Рядом с ней, что было ещё более неожиданно, стоял Шерд, лекарь из лазарета и приятель Антониса. Он удивился не меньше, но даже не подумал о том, чтоб прервать речь, которую завела Золо.

– Вот это да! Он так быстро проснулся? – Начала она, и Антонис сразу понял её намерения.

– Да, я тоже был удивлён. – Сдержанно ответил он, посмотрев на Гвиг, которая забеспокоилась ещё сильнее.

Оба понимали, что нужно было срочно что-то сделать, чтобы Золо не спровоцировала конфликт. Однако никакие мыслительные процессы не могли им помочь, потому что девочка действовала слишком быстро и решительно.

– И сколько Бэлригген заплатил вам за этого мальчика?

Повисла пауза. Леви раскрыл рот от удивления, начал хмуриться и непонимающе переводил взгляд с одного присутствующего на другого.

– Откуда ты… – Захрипела Гвиг, и Антонис увидел, что теперь и у неё глаза загорелись от гнева. – Маленькая дрянь! Ты подставила свою сестру, когда она знакомилась со мной, теперь ты гадишь нам, когда у нас всё так непросто сложилось…

– Она сказала “Бэлригген”! – Закричал тем временем эльф.

– Да. Дело было связано с ним. – Антонис, как мог, пытался сохранять спокойствие. – Я знаю, что он в немилости Деламиона, но…

– Ничерта ты не знаешь, некромант! – Взбесился Леви. – Чего хотел этот предатель? Зачем вы меня воскресили на самом деле?!

Шерд застыл в недоумении, наблюдая, как Гвиг надвигалась на Золо.

– Сделала пакость? Молодец какая! – Её хрип звучал зловеще. – Хватит с меня твоих выкрутасов! Все мы знали, что когда-нибудь они выйдут тебе боком.

Гвиг`Дарр была крупнее и сильнее девочки, и ей не составило труда схватить маленькое тельце. Золо до последнего смотрела на всех с вызовом, но её дерзость угасла мгновенно, как только она оказалась в руках Гвиг.

– Пусть Норксис собирает тебя по частям, а заодно, проведёт с тобой воспитательную беседу о том, что не стоит вредить своим собратьям!

С этими словами Гвиг легко подняла Золо и бросила её за ограду балкона. Девочка с отчаянным криком полетела вниз, скрывшись в вечерней мгле. Лишь через несколько мгновений зрители этой сцены смогли отойти от шока.

– Гвиг! – Вскричал Шерд. – Что ты наделала?!

– То, на что никто из вас почему-то не решался все эти годы. Она получила по заслугам.

– Бэлригген… – шипел Левиарель. – Это было настолько секретно, что ты впала в отчаяние и пошла на убийство?

– Она не умрёт, она же лич. – Развела руками Гвиг`Дарр. – А насчёт Бэлриггена не беспокойся. Мы бы не стали и не смогли скрывать от тебя это долго.

– Тебе нужно встретиться и поговорить с ним. – Подхватил Антонис.

– Встретиться? Поговорить?! Ты хотел сказать, посмотреть в глаза тому, кто предал Рауделль? Я убью его, как только увижу! Или он… – Левиарель задумался и впился взглядом в Антониса. – Он теперь тоже немёртвый? Я не смогу его убить?

– Нет, он живой. – Покачал головой некромант. – Но я настаиваю на вашей встрече, когда он вернётся с фронта. Если вернётся…

– Он сейчас на войне? Там, где наши войска пытаются изгнать мерзких людишек в Гердейлию?!

– Да. И чтоб ты понимал, он действует тайно, но на благо вам.

– Не верю! Я не верю тебе, некромант! Какой вам интерес помогать эльфам, если вы тоже гердейлийцы? А ему какая выгода от помощи тем, кто об этом даже не знает? Я не верю ни одному вашему слову!

Левиарель резко развернулся и, проскочив в узкую дверь, кинулся бежать через галерею.

– Стой! – Антонис едва успел среагировать и бросился за эльфом. Шерд и Гвиг тут же молча последовали за ним.

Понимая, что ситуация вышла из-под контроля, некромант запустил в убегающего Леви магическим зарядом, но тот ловко развернулся и умело отразил его. Антонис еле успел уклониться от собственной атаки. Он упустил тот факт, что эльфы с рождения прекрасно владели магией. Должно быть, в посмертии этот мальчик стал ещё сильнее. К тому же он был военным, хоть и совсем юным, а у деламионских армий всегда была хорошая подготовка.

– Да постой же ты! – Безуспешно кричал Антонис. – Я расскажу тебе, всё, что хочешь, о Бэле, только не делай глупостей сейчас!

– А-ха! Боишься, некромант? Конечно, вы оба теперь боитесь! Думали, что вам по плечу такая ответственность, как посмертие эльфа? Стало быть, в моих руках часть репутации всего храма, не так ли?

Леви бежал вниз по широкой лестнице, выкрикивая колкости, и ни у кого не получалось его догнать. Антонис знал способ, который мог бы помочь, но сотворить такое на бегу было невозможно. Он, не останавливаясь, обратился к подруге.

– Гвиг! Слушай меня внимательно. Ты же не использовала после ритуала больше никаких заклинаний?

– Нет.

– Тогда у тебя на руках должны были остаться частички тех энергий, которые мы использовали. Надо собрать эти остатки, и что-то может получиться.

– Я пока не понимаю, о чём ты, но в любом случае, мы не успеем, он сбежит.

– Я крикну страже, чтоб задержали его на входе! – Включился Шерд, обгоняя их. – Я, кажется, понял, что ты хочешь сделать.

– Спасибо! – Во взгляде Антониса появилась надежда, и он сбавил ход. – Гвиг, вспомни обычную комбинацию заклинаний “призыв – удержание”, которую мы используем для зомби. Там есть пассы, которые дают возможность контроля плоти. С разумным это тоже в некоторых случаях может сработать. У тебя ещё не утрачена связь с его телом, так что стоит попробовать.

Видно было, что Гвиг не могла так легко переварить в голове задачу, но очень старалась. Она тоже остановилась и сделала несколько пробных движений.

– Главное, я так понимаю, уловить эту связь? Чисто телесную, не касаясь души?

– Да. Потому что к его душе мы тоже прикасались, её повредить никак нельзя. Я тебе не помогу, иначе можем переборщить и навредить ему. Справляйся.

– Я постараюсь. – Прохрипела Гвиг и двинулась дальше.

Такая твёрдая её решительность подбодрила и самого Антониса. Они спустились в холл, где Леви уже отбивался от двух стражников, а Шерд лихорадочно пытался объяснить тем, в чём было дело.

– Давай! Только не медли.

От волнения Антонис сжал руки в кулаки, но ему оставалось только наблюдать, как его теперь уже ученица на ходу пыталась исполнить сложный некромантский приём. Она вся напряглась и сосредоточилась, выставив руки вперёд. Пассы Гвиг выполняла идеальные, но одних движений было мало. Она искала в пространстве незримые нити, за которые ей так необходимо было зацепиться. Ничего не подозревающий Левиарель методично пытался избавиться от Шерда и стражников, которые не могли даже схватить его за руки. Эльф отстреливался не самыми лёгкими заклинаниями, и его противникам приходилось тратить силы на то, чтоб увернуться. Гвиг заметно нервничала, и Антонис уже шагнул вперёд, распрощавшись со своей гениальной идеей, как вдруг тело эльфа будто бы сковал паралич.

Гвиг`Дарр почувствовала удивительный прилив сил и гордости, когда осознала, что у неё получилось. Она осуществила задумку Антониса, и теперь её руки будто бы держали невидимый поводок. То же заклинание, что при контроле над зомби, но в случае с разумным существом эта власть ощущалась совсем иначе.

Эльф не мог двигаться, но был в своём уме. Гвиг осторожно подошла ближе и слегка согнула палец: рука Левиареля против его воли поднялась вверх.

– Невероятно! – Воскликнула она и посмотрела на Антониса.

– О, да! Ты просто восхитительна, у тебя получилось! – Некромант был рад не меньше. Рядом послышалось мычание эльфа.

– Ты его полностью сковала? Попробуй теперь освободить голову, мышцы лица, понимаешь? Иначе он говорить не сможет.

Гвиг справилась и с этим, но не так быстро. Её разгневанный пленник, казалось, был готов лопнуть от нетерпения и злости. Когда он наконец смог открыть рот, то тут же громко заорал:

– Что это?! Что вы со мной сделали?!

– Прошу тебя, дай нам возможность хотя бы поговорить с тобой, – обратился к нему Антонис, – а заодно почувствуй, какова сила некромантии. Обычная магия во многом уступает нашему искусству. И тебе она тоже в скором времени станет доступна.

– Да не нужно мне ничего, просто отпустите меня домой! – Я всё ещё эльф, что бы вы со мной ни сделали, я хочу сражаться за свою родину! Хочу навсегда изгнать людей из Рауделля. До вас и вашего храма мне вообще никакого дела нет.

Гвиг полностью сконцентрировалась на заклинании. Через магическую связь она чувствовала, как подконтрольное тело сопротивлялось, но некромантия была сильнее попыток эльфа.

Антонис продолжал переговоры, когда двери храма распахнулись, и два лекаря из лазарета внесли внутрь носилки с маленьким телом, накрытым простынёй, за ними проследовал Норксис. Магистр остановился, наблюдая развернувшуюся у дверей сцену, и бросил строгий взгляд на Антониса.

– Клянусь, вы сумасшедшие, что ты, что твоя женщина! Я поговорю с вами позже, и молитесь, чтобы у меня получилось вылечить Золо без последствий. Я надеюсь с этим, – он указал на эльфа, – вы разберётесь сами до того, как поднимется на уши весь магистрат!

Гвиг предполагала, что их ждёт нечто подобное, но не дрогнула, даже когда Норксис прошёл в шаге от неё. Она без всяких сожалений проводила взглядом носилки с телом Золо и продолжила наблюдать за эльфом. Их диалог с Антонисом выглядел безнадёжным, и Гвиг понятия не имела, что может сделать в этом случае. Она всё ещё не остыла от поступка Золо, потому была на взводе. Ей хотелось резко крутануть пальцами так, что мальчишка бы повалился на землю и забился в приступе боли, но разум пока ещё брал верх над эмоциями. Однако ситуация тоже требовала продвижения. Гвиг сделала очередное чёткое движение рукой, и эльф упал на колени. Она подошла к нему сама.

– Ты вынужден довериться нам и Бэлу! – Сказала она, не надеясь особо на понимание. – Либо мы продержим тебя в этих оковах столько, сколько потребуется, либо ты начнёшь нормальную новую жизнь и сам дождёшься благополучного исхода. Я не спорю, Бэлригген – тот ещё паршивец, но он никогда не предал бы свой народ. И в тот самый раз он тоже вас не предавал. Уж тебе он точно поведает историю того дня, неужели ты не сможешь проявить хоть каплю терпения и выслушать его?

Гвиг и сама хотела узнать подробности, ведь до этого ей рассказывали о тех событиях совсем мало. Ответом эльфа был лишь взгляд, полный ненависти. Леви не стал ничего говорить и перестал сопротивляться: обмяк и опустил голову. Гвиг с Антонисом переглянулись. Оба уловили притворство, своей покорностью эльф лишь вводил их в заблуждение.

– Тюрьма? – Предположил стоявший рядом Шерд. – Или это будет уже слишком?

– Как раз об этом думаю и сам не понимаю. – Ответил Антонис. – Он пока ещё не преступник, но ему ничего не стоит им стать.

Гвиг тем временем осознавала и переваривала свои новые умения. Могла ли теперь она назвать себя полноценным некромантом? Тело Леви было под её контролем, но она действовала с осторожностью, вновь заставляя подняться его на ноги. Такая власть могла стать опасной игрушкой для любого, кто её прочувствовал.

– Отпустите, я всё понял. – Леви сменил тон на более спокойный.

Гвиг покачала головой, не спеша верить сказанному.

– Вот что, – начал некромант, – сейчас мы сделаем всё, как полагается. Выделим тебе комнату, дадим необходимые вещи, расскажем ещё кое-что, что необходимо знать каждому. Но пока Бэлригген не вернётся, мы не оставим тебя одного, я думаю, ты сам прекрасно понимаешь, почему.

– Понимаю. – Нехотя ответил эльф.

Гвиг прервала концентрацию, и заклинание рассеялось. Леви пошатнулся, но удержался на ногах и принялся шевелить всеми конечностями, чтобы убедиться в своей свободе.

– Я вас покину. Пойду, посмотрю, что там с Золо. – Сказал Шерд, убедившись, что его помощь больше не понадобится.

– Передай Нокрксису, что мы зайдём к нему сегодня. – Бросил на прощание Антонис.

Левиарелю дали комнату на четвёртом подземном этаже, через две двери от покоев Гвиг`Дарр. Он начал обустраиваться, но пристальные взгляды некромантов сильно его смущали.

– Вы долго собиратетесь пялиться на меня и отслеживать каждое моё действие?

– Я же сказал, что так и будет, пока ты не поговоришь с Бэлом. Оставить тебя одного сейчас будет слишком опрометчиво. – Ответил Антонис.

– Вот уж точно, как папочка с мамочкой! Трясётесь надо мной, как над дитём малым.

– Да, да. А теперь подумай, что бы ты сделал, если б мы ушли. – Парировала Гвиг.

Леви отвернулся и продолжил копаться в вещах. Во время этого он решился задать ещё несколько вопросов. Гвиг и Антонис рассказали ему о жизни храма, о Законах Посмертия и сами узнали кое-что о своём подопечном. Оказалось, что Леви с детства хотел быть военным и много тренировался со своим отцом. Как и большинство эльфов, он всем сердцем любил Деламион и гордился своим народом, поэтому ему так нелегко давалось посмертие и принятие новых порядков. В политике юноша разбирался не особо хорошо, в этих вопросах он привык полагаться на старших. Битва за Рауделль была для него первым серьёзным военным выездом. Левиарелль долго готовился, сильно переживал, а после гордился, что вместе с отцом попал в группу разведчиков. Люди, что предали их отряд, давно жили в Рауделле, и заручились поддержкой эльфов, так как считали, что им нет больше места в прогнившей Гердейлии. Что сподвигло их на столь гнусный поступок, Леви так и не узнал. Однако разговаривать на эту тему с Бэлриггеном ему всё ещё не хотелось.

Эльф завершил свой рассказ, и собирался добавить что-то ещё, но вдруг в дверь комнаты постучали. Она была не заперта, но Гвиг решила, что ей стоит подойти и самой встретить гостя.

– О, так вы все трое здесь? Прекрасно! – Взгляд Норксиса уже казался осуждающим, но она выдержала его, и впустила магистра в комнату, тут же представив его эльфу.

– Левиарель, значит… – Протянул Норксис. Осмотрев юношу, он перевёл взгляд на Антониса. – Я слышал, как всё это получилось, лишь краем уха. Вот скажи мне, чем ты думал? Тобой ведь никогда не двигала жажда денег.

– Нет, конечно. – Ответил Антонис. – Стрясти золота с Бэла – это святое, но всё же не главное. Мне было интересно. Десять… да уже почти одиннадцать лет прошло с моей последней сложной работы, – он переглянулся с Гвиг. – Думаешь, я бы смог отказаться от внезапно свалившегося эксперимента?

– Он всех, кого воскрешал, называет экспериментами?! – Тихо и возмущённо спросил Левиарель, подойдя к Гвиг`Дарр поближе.

– Да. – Ответила она. – И я была такой, и те, предыдущие – тоже. Он всегда подходит к воскрешению творчески, хочет добавить или изобрести что-то новое. Или вот, как в случае с тобой – сделать то, на что не решатся другие некроманты.

– Левиарель! – Громкий голос Норксиса отвлёк их от перешёптываний. – Тебе придётся принять свою новую жизнь, и я понимаю, что это будет нелегко. Позже тебя ждёт знакомство с магистратом, но возможно, есть что-то, что ты хотел бы спросить прямо сейчас? Ты всегда можешь ко мне обратиться, если вдруг твои гхм… названые родители окажутся в чём-то бессильны.

Гвиг и Антонис недовольно покосились на Норксиса, почувствовав его поддевку. Леви же сделал шаг вперёд и заметно напрягся.

– Да, магистр, есть кое-что, но это вовсе не вопрос, а заявление. Вы можете за это посадить в меня в тюрьму прямо сейчас, тогда у меня хотя бы будет повод не пытаться это сделать. Однако пока я на свободе, рано или поздно я всё равно наплюю на все законы и приказы, и отправлюсь увидеться со своей матерью. Мне объяснили причины, по которым я не в праве этого делать, но я их не принимаю. Мы эльфы, мы совсем другие, нежели люди. Моя мать не отнесётся предвзято ко мне и к тому, что произошло.

Говоря это, Левиарель выглядел очень уверенным, и Гвиг понимала, что он серьёзен. Ему не потребуется много времени, чтобы сбежать. Норксис спокойно, в своей манере, выслушал пламенную речь и на минуту задумался. В комнате повисла тишина. Антонис тоже выглядел напряжённым, но он, так же как и Гвиг, понимал, что магистр подберёт нужные слова.

– Я понимаю твоё желание, юноша, но тебе следует помнить, что теперь ты один из нас. И я говорю сейчас вовсе не о законах и политике. Я о том, что все, познавшие посмертие, отличаются мудростью и сдержанностью. Ко многим они приходят с годами, но стремление к этим качествам зарождается в нас довольно быстро. Именно мудростью мы превосходим и живых, и наших собратьев из прошлого. Ты своими глазами видел, как неспокойно сейчас вокруг Вильдерра. Прислушайся к Гвиг`Дарр и Антонису: дождись возвращения Бэлриггена и поговори с ним. Тебе эта встреча многое прояснит. Я же обещаю подумать над твоим желанием. Нарушать законы тоже нужно грамотно, а не очертя голову, Левиарель.

Эльф встретился взглядом с Норскисом и нахмурился.

– Я могу вам верить, магистр? Потому что в случае с этими двумя, – он махнул головой в сторону Гвиг и Антониса, – я всё ещё чувствую себя обманутым. Про то, что всё это был план Бэлриггена, я узнал весьма странным образом. Та девочка, я надеюсь, жива?

– Гвиг`Дарр не сделала бы такого, зная, что Золо умрёт. Мы все друг другу доверяем в той или иной степени. В этом единство нашего народа, нам нельзя жить по-другому. И тебе придётся быть на нашей стороне, иного пути у тебя просто нет. Если вот так вот быстро, без особой подготовки, у них получилось тебя воскресить, значит, твоя душа была избрана Повелителем. Доверяй Антонису и Гвиг, ты попал в хорошие руки, пусть не сразу, но вскоре ты это поймёшь.

– Хороши руки, что детишек с башен выкидывают! – Покачал головой Леви. Было заметно, что он слегка расслабился.

Гвиг тихонько фыркнула. Даже под тяжёлым взглядом Норксиса она не жалела о содеянном и даже немного гордилась своей решительностью.

– Когда эта мелкая просто так чем-нибудь насолит тебе, Леви, тогда-то ты меня поймёшь. – Сказала она. – Через это проходит почти каждый, Кто встал с алтаря Антониса.

– Давняя вражда? – Заинтересовался эльф.

– Вроде того. – Ответил Норксис. – Они как раз могут рассказать тебе эту замечательную историю, а мне пора идти. Сейчас нелегко собрать всех, но я постараюсь устроить тебе знакомство с магистратом как можно быстрее.

Норксис покинул комнату, а Леви требовательно смотрел на своих воскресителей.

– Что? Ты и правда хочешь знать историю с Золо? – Удивился Антонис и обратился к Гвиг. – Кстати, где наша звезда? Обычно первая бежит ко мне, как что-то важное происходит.

– О, она тебе не рассказала? Всё-таки загуляла с каким-то вильдеррским воякой. Офицер вроде. На последнем представлении её увидел, а потом разыскал и познакомился. – Ответила Гвиг.

– Понятно. Значит, узнаешь обо всём, когда придёт время. Сейчас есть более важные для изучения вещи.

Глава 7

– Он сбежал!

Антонис без стука ворвался в комнату Гвиг, прервав её отдых наедине с книгой. Ей изначально показалось не лучшей идеей занять Левиареля тренировками, но ни один её аргумент не был воспринят всерьёз. Антонис считал, что хорошая встряска на плацу пойдёт эльфу на пользу.

Гвиг не стала бурно реагировать на вторжение и предпочла скрыть нарастающее беспокойство, бросив на некроманта взгляд с долей презрения.

– И как же это произошло? Я, по-моему, говорила, что опасно выводить его на улицу.

– Мы довольно долго бились, надо сказать, он отличный боец. Дождался, пока я начну ему доверять и оглушил меня заклинанием. Кроме нас там никого не было. По моим подсчётам я был в отключке минут десять.

– Чудесно, что я могу сказать! – Гвиг неторопливо поднялась с кровати. – И как нам теперь быть?

Антонис потянул её за руку к выходу.

– Он наверняка отправился в город. Возьмём коней и догоним его.

Гвиг молча отправилась вслед за Антонисом. Она и сама не видела других вариантов: Левиареля надо было найти в любом случае.

Ей редко приходилось ездить на немёртвых лошадях. Гвиг`Дарр всё ещё с трепетом относилась к этим животным, а воскрешённые, они совсем не соответствовали привычному благородному образу. Больше походили на бешеных: их скорость и выносливость действительно поражали. Гвиг едва справлялась с управлением, но получалось у неё уже гораздо лучше. Случай с взятым под её контроль Леви будто оставил какой-то отпечаток в сознании. Ощущение власти, доступной некромантам, нравилось ей всё больше. Во время управления немёртвой лошадью, всадник проводил свою силу через поводья и уздечку: направлять её так было проще, чем по воздуху на расстоянии, но самой энергии требовалось в разы больше.

Как только лошадь чувствовала, что некромант давал слабину, тут же начинала мотать головой с дико горящими янтарными глазами, набирала скорость и пыталась свернуть с дороги.

Для Гвиг до сих было загадкой: что и насколько сильно могли чувствовать эти жуткие создания при общении со своими заклинателями. Иногда она нежно похлопывала лошадь по загривку, и та вроде бы немного успокаивалась. Было ли это влиянием чар, или же, животное проникалось её заботой?

Они достигли города довольно быстро, но Левиарель по пути им так и не попался.

– Главное, чтобы он не рванул на фронт за Бэлом. В этом случае у нас могут возникнуть самые большие проблемы. Остальное – не так уж и страшно. – Принялся размышлять Антонис.

– Он мог использовать портал? – Предположила Гвиг.

– Один вряд ли. Пространственная магия – довольно сложная штука. Обычному заклинателю вроде нас с тобой потребуется много сил и ресурсов, чтоб правильно разорвать пространство. Ты же помнишь, как я переносил нас в Эрнауд, а потом весь день лежал пластом. Нужно быть специалистом, а наш мальчишка точно не такой.

– Ну не заблудился же он в конце концов. Понял, что мы погонимся за ним и спрятался в лесу?

– Вот это вероятнее всего. Или его кто-то подбросил до города.

– Кто? Весь храм уже в курсе, что происходит, его бы вернули нам. – Гвиг устала перебирать варианты, и они продолжили путь.

Стражники на городских воротах сказали, что не видели никого похожего на эльфа, и Гвиг с Антонисом совсем сбились с толку. С момента воскрешения Левиареля прошло чуть больше суток, а он уже заставил их сходить с ума от беспокойства.

Антонис проклинал себя за то, что согласился на сомнительную сделку. Золото, что принесла Гвиг от Бэлриггена, так и лежало в ящике стола. Сейчас некромант думал, что дело совсем не стоило этого звенящего мешочка.

Они обошли все три въезда в Вильдерр, поспрашивали стражников и знакомых торговцев с рынка и лавочек, заглянули почти в каждую таверну. Никто не видел Левиареля, да и вообще кого-либо из эльфов. Ошибаться эти люди не могли, ведь длинные уши невозможно было скрыть ни под каким плотным капюшоном. Только магическая маскировка помогла бы Леви сойти за человека.

Время подходило уже к полуночи. Антонис чувствовал недостаток сил, которые он потратил на управление немёртвым скакуном. Гвиг`Дарр тоже выглядела утомлённой.

– Знаешь, идея Бэла умертвить этого паршивца уже не кажется мне такой плохой. – Усмехнулся он.

– Вот тут я с тобой соглашусь. – Закивала Гвиг.

Не сговариваясь, они развернули лошадей и направились в таверну “Белая кость”, единственное место, где имелись специальные стойла для немёртвых животных.

Обычно в это время таверна была переполнена гуляками, но в последние дни народ предпочитал проводить вечера дома. Лишь несколько завсегдатаев выпивали своей привычной компанией, трое стражников, видно, после работы играли в кости, да ещё пара молоденьких живых девиц пританцовывали под бренчание одинокого артиста. Гвиг и Антонис без труда нашли свободный стол. У обоих не было настроения предаваться ленивому веселью, которое царило в кабаке, как не было и особого выбора. Им необходимо было сесть и передохнуть. К тому же, как и в любой сложной ситуации, Антонис придерживался истины: время всегда будет на стороне детей Холо. Возможно, им стоило немного подождать, и Левиарель бы объявился сам.

– Знаешь, – Гвиг, пытаясь преодолеть хохот подвыпивших стражников, напрягла голос и оторвала Антониса от его мыслей. – Это так странно, но мне кажется, я хочу есть.

– Хах! От таких гонок всякое может показаться. Я бы, кстати, тоже не отказался чего-нибудь пожевать. – С этими словами он встал и направился к стойке.

Через несколько минут у них на столе стояли две кружки эля и тарелка с закусками.

Антонис сделал глоток и посмотрел в глаза Гвиг.

– Найдётся, гадёныш. Нам бы расслабиться. Родителям ведь иногда надо отдыхать от непослушных детишек.

– Идиотская шутка. – Отвернулась от него Гвиг. – Тебе не кажется, что она затянулась?

– Прости, знаю, что она тебя смущает, но мне кажется забавной. – Антонис впервые за вечер улыбнулся. Он всё сильнее ощущал, что пора перестать так сильно беспокоиться.

Гвиг ещё сердилась на то, что он не прислушался к ней и отправился с Леви на плац. Антонис не чувствовал в этом своей вины, но старался всячески задобрить подругу и убеждал, что проблема рано или поздно разрешится. Та слушала все его аргументы с большим недоверием и предпочитала не отвечать, а недовольно кивать головой и закатывать глаза.

Через какое-то время у их столика откуда ни возьмись появилась Джанис.

– Это немыслимо! Мне обязательно нужно кому-то рассказать, иначе я лопну от злости! Вы какие-то невесёлые. Я так давно с вами не виделась, и даже слухов никаких из храма никто мне не приносил. Мы по уши в работе, и понятия не имеем, что происходит со зрительской стороны. У всех только война на уме, а у нас репетиции. Мне даже пришлось прекратить встречи с тем военным.

Антонис поднял на Джанис тяжёлый взгляд и небрежно отодвинул ногой соседний стул, приглашая её сесть.

– Рассказывай сперва ты. Аж интересно стало, что же у вас там такое произошло.

Джанис, видимо, не почувствовала остроты в его словах и начала.

– В общем, у нас в театре появился новенький артист. Это уже, как вы понимаете, очень сомнительно. Подогревает этот факт то, что он чуть ли не вчера встал с алтаря!

– И как же так получилось? – Вполне искренне удивилась Гвиг.

– А вот как. Его зовут Энди. Он выступал в столице. Юный раскрывшийся талант, который за пару выступлений покорил сердца всего Леддервиля. Даже именитые критики отзывались о нём хорошо. Был убит за владение какой-то бандитской информацией. Его покровитель, директор столичного театра, решил, что талант Энди не должен пропасть, и обратился к Тессерону. Наш дорогой магистр, видимо, был наслышан об этом юноше, раз собственноручно взялся за его воскрешение. Представляешь? Тессерон сам решил поколдовать у алтаря!

– Ну я слышала, что в последние годы войны он был неплохим некромантом. – Сказала Гвиг. – Потом на искусство переключился. Он, кстати, приходил к Антонису за помощью, сомневался, что не осилит эту формулу по сохранению памяти.

– Ага. А я-то думал, зачем она ему понадобилась. – Закивал Антонис.

– Да я к тому, что этот парень резко стал для театра важнее, чем мы все! Теперь только и слышно: “Энди, Энди”. Он пока ещё не оклемался от воскрешения, и мы не можем посмотреть, насколько он там талантлив. Ходит, осматривается, не понимает и половины происходящего, и вообще раздражает!

Джанис закончила и отвесила короткий поклон.

– Не то, чтоб я просила поддержки, просто объясняю своё состояние. Да и на самом деле, просто рада, что мне есть, кому на всё это пожаловаться. Давайте уже, говорите, что случилось у вас!

– Как у тебя всё просто начинается и заканчивается! Ну что ж, слушай. Мы вместе воскресили эльфа, он сбежал искать Бэла, Гвиг скинула Золо с башни. Ничего особенного, так что, может, лучше о тебе? Что там у вас в театре? – Съязвил Антонис.

– Что? Золо… – Джанис посмотрела на Гвиг, но та нахмурилась и опустила глаза.

– Прости, я…

– Я тебя не виню! Я знала, что когда-нибудь должно было произойти что-то такое. Но… с ней ведь всё в порядке?

– Норксис позаботился. – Успокоил подругу Антонис, а после во всех красках рассказал Джанис о том, как они воскресили и потеряли эльфийского мальчика. Эта история её заинтересовала и развеселила.

– А он как? Симпатичный?

– Даже не думай об этом. – Усмехнулся Антонис. – Он молодой и дурной, мозги промыты насчёт их всеобщей ненависти к Бэлриггену. Мы хотели решить вопрос нормально, но он отказался ждать, когда Бэл вернётся, и, видимо, сам отправился его искать в надежде на то, что сможет убить заклятого врага народа.

– Ох! А ведь будет плохо, если он отправится на фронт. Он теперь полноценный немёртвый? – Уточнила Джанис.

– Именно. Мы рассказали ему обо всём, что необходимо знать, но он не особо кого-то хочет слушать. – Ответил Антонис. – Я даже не знаю теперь, где он может объявиться. Возвращаться ли нам в храм, или ждать в городе?

– Наверно, стоит вернуться к утру. – Предположила Гвиг. – Вдруг кто-нибудь из наших что-то знает, или стражники его где-нибудь перехватили и привели?

– Да его ещё не перехватишь просто так, у него боевая магия на хорошем уровне и маскировочная, возможно, тоже. Он в разведке служил. Но здесь я с тобой соглашусь, до храма дойти стоит.

– Эй! Я тоже могу вам помочь. – Вызвалась Джанис.

Ранним утром девушки верхом на немёртвых скакунах отправились в храм, оставив Антониса одного бродить по городу в поисках зацепок. Джанис отвлекла Гвиг рассказом об очередном неудавшемся романе, о ненавистном Энди и о будущей постановке. За разговорами она несколько раз теряла контроль над лошадью, и едва не вываливалась из седла. Навыки некромантии у Джанис были базовые: она могла призвать зомби, но долго управлять такими созданиями ей было трудно. Гвиг, глядя на это лишь качала головой и представляла, как ей придётся вести в храм двух лошадей и раненую Джанис, если та всё-таки упадёт. Однако обошлось без этого, и они благополучно добрались до своего дома.

После того, как Гвиг убедилась, что об эльфе никто ничего не слышал, она отправилась обратно в город. Джанис долго разрывалась: ей хотелось поскорее познакомиться с Леви, но с другой стороны, она давно не принимала ванну, и уже третий день не меняла платья. Такое для неё было неприемлемо, поэтому девушка предпочла на какое-то время уединиться в своей комнате.