Текст книги "Академия «Cold» (СИ)"

Автор книги: Olivia Mar

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 11 страниц)

Шелестение книг не прекращалось до тех пор, пока Ларсен со вскриком не протянул:

– То, что нужно!

Вырвавшись из своих мыслей, ребята резко подскочили к профессору и, облепив его со всех сторон, стали требовать говорить. Кто-то дёргал его за плечо, кто-то за края одежды, надеясь увидить книжные страницы.

– Он использовал утеряное заклинание, – пробубнил себе под нос мужчина, водя пальцем по длинным строками, выискивая главную мысль, – Это заклинание нейтризовало магию, но с некоторыми побочными эффектами, из-за которых им перестали пользоваться. Его внесли в список опасных…

– Что за побочные эффекты? – перебила его Маша, понимавшая, что дальнейшие слова никак им не помогут. Нужно действовать быстро и точно, ведь они ограниченны во времени.

– Не знаю, – покачал головой Ларсен, – Где оно сейчас тоже – нет.

Нет. Нет. Нет. И почему всё идёт против них? Стоять и рассуждать о несправедливости – самое глупое на данный момент решение, когда они ещё в состоянии всё исправить.

Голова кипела, подбирая варианты следующих действий. Илья рассматривал даже бредовые идеи, считая, что отметить их не в коем случае нельзя.

«Оно не подарит вам таланта и умений, но подарит капельку удачи в ваших начинаниях…», – послышался в глубинах сознания голос директора, что бегло отвечала на поставленный вопрос уже в далёком сентябрьском дне.

– Есть идея! – выкрикнул он, напугав тем самым всех присутствующих до вскриков и рефлектных прыжков, – Нам нужен Феликс Фелицис.

Беглая переглядка, а после гора непонимания. Ни один из них не забыл о прошлом неудачном эксперименте, из-за которого компания, вопреки правилам, стала жить вместе. Но вот, только зачем это им сейчас?

– У меня осталось немного ингредиентов для него, думаю, на трёх человек хватит, – он продолжал рассуждать, словно не видя немых вопросов, что быстро накапливались, – Спасибо, профессор, – отстранёно пробубнил парень, выскакивая из кабинета, даже не оглядываясь назад, чтобы убедиться в том, что друзья следуют за ним. Всего этого не требовалось. Он прекрасно слышал торопливые шаги за спиной и тихий шёпот.

Синдром отличника, который Муромов старательно пытался перебороть в себе, сейчас брал верх над его сознанием. Допустить ошибку? Ни в коем случае! Отступить от идеи? Нельзя! Сделать всё идеально? Безусловно! В этот напряженный момент, когда от их действий зависит жизнь подруги, струсить невозможно.

– Крип-п-п! – раздался оглушительный рев по всей академической территории. Крик пропитанный неизвестным для людей отчаянием и мольбой пробирал до самых костей. От него на глазах появлялись непрошенные слёзы, а кожа покрывалась мурашками.

От неожиданности девушки аж вкрикнули, мгновенно понимая чей это голос. Крип – единственный доживший до сегодняшних дней фамильяр, что имел незримую, но безумно сильную ментальную связь с Кирой. Их молчаливые разговоры, увлекательные полёты и просто уютное времяпровождение вызывало зависть не только у студентов, но и у профессоров. Ещё бы какой-то обычной ученице выпал шанс иметь некого фантастического защитника, чей вид напрочь истреблен.

***

– Ну и где вы спрятались, негодники?

Голос такой знакомый и родной раздавался изо всех уголков, словно специально сводя девушку с ума.

Она стояла окруженная непроглядным туманом, потеряно озираясь по сторонам, в надежде увидеть говорившего. Холод уже не казался таким сильным, ей просто было некогда обращать на него внимание.

– Мама? – она говорила в пустоту. Старалась делать свой голос достаточно громким, дабы быть услышанной, – Ты здесь? Мама?! – внутри разрасталось непонимание и отчаяние. Почему та молчит? Почему она не видит её?

– Попались! – послышался голос, на этот раз он мужской, но не менее узнаваемый. Строгий, с лёгким намёком на кортавость и безумно родной.

– Папа!

Сорвавшись с места, она побежала, преследуемая собственным криком. Внутри что-то защимило, вызвав тупую боль в груди.

«Не уходите, пожалуйста!», – подобные мысли вертелись в её голове до тех пор, пока впереди не показался тусклый огонёк света. Белый, едва заметный луч рассекал туман, пытаясь разогнать его. Словно лунная дорожка, он тянулся к девечьим ногам, зовя за собой.

На протяжении нескольких минут девушка слепо следовала за лучом, надеясь, что тот выведет её из пустоты. Вскоре перед ней открылся вид на непонятные экраны, на которых мелькали разные люди, они говорили на перебой, сливаясь в неразличимый хор.

– Это же мои воспоминания…

Комментарий к Часть 22

Здравствуй, дорогой читатель! Спасибо большое за прочтение этой небольшой главы.

К сожалению, у меня нет новогоднего фанфика. Но это не мешает мне поздравить тебя с праздником. Желаю тебе всего самого наилучшего, исполнения желаний и замечательных людей, что будут рядом в трудную минуту.

Надеюсь, что в Новый 2022 Год мы войдём вместе🥰

С Новым Годом, солнышко!❤️

========== Часть 23 ==========

Перед карими глазами предстало множество экранов, по которым пробегали самые яркие воспоминания. На одном из них Кира успела уловить первую встречу со своими лучшими подругами. Ещё маленькие девчушки сидели на диване и, болтая ногами, разговаривали всю ночь напролёт. Тогда никто из них не хотел молчать, желая узнать побольше о новых знакомых.

На экране, что был к ней ближе всего, показались Татьяна и Андрей. Двое взрослых людей с громким смехом гонялись за двойняшками, что пулей мчались к дачному домику. Родители что-то кричали детям вслед, но тем было плевать, ведь веселье накрыло их с головой.

А вот за ним скрывалась совсем недавняя ситуация, от которой девушку до сих пор бросает в жар. Тогда все слова, что описывают любовь казались лишними. Это не одно чувство или ощущение, а огромное множество. От которого дрожали колени, а в животе порхали бабочки, когда в сознании всплывал образ любимого человека.

Наблюдая со стороны за их с Артом поцелуем, Кира невольно прикусила нижнюю губу. Она словно вновь почувствовала его сильные руки с мозолистыми пальцами на своей талии, жаркое, прерывистое дыхание на губах. Бледная кожа покрылась мурашками.

Резко отвернувшись, карий взгляд наткнулся на очередное тёплое воспоминание. О, первый полет на Крипе! Это было бесподобно! Холодные порывы ветра били по лицу, трепали волосы, а восторженный клич затерялся среди облаков.

«Крип, как ты?», – застыла в голове мысль, от которой Сменкиной трудно избавиться. Их магическая связь намного сильнее, чем думают большинство волшебников. Даже опытным магам не понять её причин и следствий.

– Я не хочу их терять! – закричала Кира, как не в себя. По щекам потекли уже привычные горячие слёзы, ладони сжимались в кулаки.

Ценим, лишь когда теряем…

***

Лёгкую дрёму, что накрыла Артёма, прогнало ощущение того, как его ладонь бессильно сжимают. Ещё с затуманенным сознанием он не до конца понимал кто именно держит его и что происходило до этого. С трудом распахнув зелёные глаза, он увидел, как Кирины руки сжимают в кулаки. С одной стороны тонкие пальцы хватались за простынь, а с другой царапали его кожу короткими ногтями.

Нежно и успокаивающе поглаживая маленькие ладошки, Мещеряков услышал, как за территорией академии вновь разразился истошный крик фамильяра. Пару часов назад Крип более или менее успокоился, по крайней мере стояла тишина, но сейчас он вновь кричал. По словам девочек, он чувствует эмоции и чувства хозяйки так, словно это его собственные.

– Ты вернёшься, – тихо, боясь разбудить спящего на соседней койке Шикана, бормотал Арт, – Я обещаю.

Не так важно были услышаны его слова или нет, как важно данное им обещание, которое он выполнит любой ценой.

***

Холодный ветер пробирал до самых костей. Алёнка невольно поежилась и принялась растирать ладони в попытке согреться. Неожиданно на хрупкие продрогшие плечи мягко легла куртка. Меховая подкладка, что была на воротнике чуть щекотала шею, заставляя девушку забавно морщится.

– А самому-то не холодно? – колко спросила она, поворачивая голову в сторону самодовольного друга.

– Не, – отмахнулся Абрикосов, заботливо помогая Алёне поудобнее надеть свою тяжелую куртку, – Мы с родителями много где побывали в рамках туров и в Сибири, в том числе. Там морозы по сорок градусов бывают. С тех пор и привык к холоду и тёплой одежде.

– В таком случае, – заговорила Рыжова, останавливаясь, – Спасибо.

Мягкая улыбка в сочетании огненно-рыжих волос и карих глаз, намёком напоминающих сладкую карамель, зачаровывали. И когда она успела его так привязать к себе? Ведь он теперь и представить не может, каково это быть без неё. В тишине он слышал её звонкий смех. Когда засыпал – ему виделся её образ. Она – сильная, целеустремлённая, задорная… Как можно быть такой потрясающей?

– Алёнка, – всё произошло быстрее, чем он успел осознать собственные действия. Вот его пальцы крепко ухватили девичий локоть, поворачивая девушку к себе лицом, – Я… э… – она смотрела на него заинтересовано, терпеливо дожидаясь слов. А он потерялся в собственных мыслях.

«Это же просто пара слов. А ну, соберись!», – пульсировала мысль в его голове, подталкивающая к решительным действиям.

Тяжелый вздох и такой же выдох.

– Только не смейся, пожалуйста, – настоятельно попросил Саша, – Ты… мне… – зажмурившись, будто ожидая пощёчины или насмешки, он продолжил быстрым, резким голосом, – Я люблю тебя!

«Я… неужели, это правда?», – уголки губ легонько дёрнулись вверх, а щеки обдало жаром. Восторженный взгляд скользил по лицу парня, чьи глаза всё ещё были закрыты.

– Неужели, наш Абрикосов, влюбился? – тихо, почти шёпотом проговорила Алёна, пытаясь сымитировать тот тон, каким она говорила с ним ранее.

– Неужели, наша Рыжова, засмущалась? – повторив за ней, он намекнул на красный цвет лица, что появился не только из-за кусающего мороза.

– Я тоже люблю… тебя, – послышалась неожиданная со стороны волшебницы огня фраза, – Но учти, если ты ещё раз испортишь мои вещи, то этот факт тебя не спасёт, – уже более расслабленно добавила она, щёлкая по носу.

Тёплый момент прервал оглушительный крик Крипа, к которому ребята и направились, чтобы насколько это возможно, успокоить его.

***

Фамильяр бешено метался по периметру стояла, крича и пища, когда голос срывался. За те дни, что Кира чувствовала недомогание он уменьшился в размерах. Из большого и крепкого он превращался в нечто маленькое, отдалённо напоминающее летучую мышь.

– Крип, – позвала его Алёнка, не решаясь зайти за ограждение.

– Я думал, он крупнее, – задумчиво протянул Абрикосов, рассматривая питомца подруги.

– Крип-крип! – продолжал верещать фамильяр, чувствуя сильный наплыв эмоций Киры. Её слёзы и злость на саму себя прошли через него, словно электрошокером.

Рыжова звала и подманивала едой, которой любила угощать его, несмотря на запрет Сменкиной о сладком. Разноцветные мармеладки расположенные на ладони мелькали перед сиреневой мордой, зовя скорее их отведать. Крип тяжело дышал, смотря на старую знакомую увлажнившимися чёрными глазками.

Метания прекратились и пара смогла без боязни зайти в стояло. Алёна присела на деревянный пол, вытянув ноги и оперевшись спиной о стену. Выдохнув, ощутила накрывающую усталость.

Выложив почти всё угощение, что было принесено, в миску, Абрикосов также сел на пол. Вначале неловко, а после уверенно и нежно приобнял теперь уже свою девушку за плечи, наблюдая, как фамильяр начинает перекус.

***

Последний ингредиент посыпался в котёл с бурлящей жидкостью.

Муромов старался не дрогнуть от волнения, опасаясь собственной неудачи. Безусловно учёба в академии принесла ему бесценный опыт, что ранее он не мог приобрести в обычной и размеренной жизни. Лишь несколько месяцев назад Илья представлялся серым мышонком, которому страшно из норки даже голову высунуть. А сейчас он уверенный в себе парень, что не побоится влететь в драконью пасть.

Наблюдая за закипающим зельем, он размышлял, кому стоит выпить его. Феликс Фелицис хватит максимум на трёх человек, которым будет поручена важнейшая миссия по поиску заклинания. Из списка были сразу же вычеркнуты Артём, Алёна и Саша. Ведь первый остался с Кирой в медкрыле, заверив, что позаботиться о ней и не подпустит никого постороннего, а другие занимаются Крипом, стараясь облегчить ему боль. Остались: Вик, Маша, Варя, Снежка, Фил и он сам.

– Феликссемпра, – проговорил Илья, даря голосу повелительные нотки, коих не было в прошлый раз.

Небольшой поток искр вырвался из сверкающего рубина, скрытого под свитером. Искорки подлетали к пузырям, лопая их. Реакция происходила несколько минут, пока в конечном итоге, жидкость не перестала бурлить и не успокоилась.

– Получилось! – крикнул парень друзьям, что терпеливо дождались его сигнала в общей комнате.

– Вау! – хохотнул Черных, восторженно ударяя друга по плечу, – Ты даже комнату не разнёс.

– Как видишь, – фыркнул в ответ Илья, – Ему надо настояться до утра и можно применять, – янтарный взгляд заскользил по каждому члену компании, – Нужно решить, кто будет использовать его.

– В этом нет необходимости, – отмахнулась Громова, улыбаясь уголками губ. Она чувствовала некую гордость за его успех, поэтому явно демонстрировала её. Мимика, движение тела на самом деле говорили намного больше, чем слова. Ей это было на руку, – Мы уже решили, что это будешь ты, Маша и Вик.

– Почему?

– Потому что три главные зубрилы, – пробубнил Филипп, мгновенно получая приличный подзатыльник от своей девушки.

– Хорошая причина.

– Что ж завтра мы идём в библиотеку, разделимся по секциям, чтобы ускорить поиски, – начал подводить итоги Сменкин. Голос и движения казались скованными и неживыми, демонстрируя его волнение, – А вы, – он указал на Фила, Снежку и Варю, – Замените ребят.

– Тогда отбой, – сказала Руднёва, идя к двери, – Завтра сложный день.

========== Часть 24 ==========

Мещеряков стал просыпаться из-за того, что кто-то упрямо тряс его за плечо, крепко сжимая. Хотелось, чтобы этот человек ушёл и оставил его в покое, давая поспать ещё часок. И плевать, что больничная койка оказалась слишком твёрдой и неудобной, скрипящей от каждого движения. Плевать, что ему пришлось спать в повседневной одежде, а не в мягкой пижаме.

– Мещеряков, чёрт бы тебя побрал, просыпайся, – раздалось у него над самым ухом.

Невнятно бормоча недовольства, парень всё-таки переборол себя и приоткрыл глаза. Взгляд вцепился в белый потолок больничного крыла и подругу, пришедшую его разбудить. Варя, на удивление, выглядела неряшливо. Каштановые волосы торчали из косы во все стороны, под глазами синяки, а одежда подобрана по принципу «и так сойдёт».

– Что случилось? – пробормотал он, всё ещё находясь в состоянии между сном и пробуждением.

– Во-первых, доброе утро, – хмыкнула Громова, отходя от его кровати к кровати подруги. Поправила одеяло, убрала с лица тонкие пряди волос и осторожно присела на край, – А во-вторых, я принесла завтрак. Ты со вчерашнего дня ничего не ел.

В доказательство её слов живот глухо заурчал, отчего на лице Арта отразилась извиняющая улыбка.

– Овсянка? – он удивлённо вскинул брови, с сомнением рассматривая приготовленное для него блюдо. В гуще каши мелькали мелко нарезанные кусочки фруктов, что хоть немного, но вызывало аппетит.

Отношение к подобному роду смеси у Мещерякова было резко негативным. С трудом преодолевая себя, он зачерпнул овсянки на самом краешке ложки, дабы не обижать подругу.

– Ешь нормально – не отравишься, – хмыкнула Варвара, обращая к нему своё внимание, – Это вкусно.

Не солгала. Каша с тёплым молоком и миксом из фруктов приятно удивила парня, заставляя есть больше и быстрее.

Девушка с нескрываемой усмешкой наблюдала за другом, надеясь, что тот не подавиться. Её интеллигентная натура хотела по этому поводу сделать замечание, поэтому едва сдержалась. Вряд ли бы фраза о спешке за едой приподняла ему настроение. Вероятно, он бы скромно отложил тарелки, тихо поблагодарив за заботу. Нет, такого исхода не хочется.

– Ребята ушли в библиотеку, – как бы между прочим произнесла Громова, смотря на спокойное лицо подруги. Сейчас она, как никогда желала услышать её голос, что мог запросто дать нужный совет. Да думать о решительном шаге в личной жизни в такой напряжённой ситуации – не самая лучшая идея, но тогда встречный вопрос: «когда, если не сейчас?», – Они разошлись по разным секциям. Надеюсь, что у них получится отыскать заклинание сегодня.

– А Василиса Васильевна? Как она отреагировала на произошедшее? – поинтересовался Мещеряков, поднимая голову и пытаясь уловить аметистовый взгляд.

– Влад сказал, что она в бешенстве, – ответила Варя, – Зла на Елену Викторовну из-за лекций о магии света тёмному студенту. Видеть не желает Моргарта. Во общем, отхватили все понемногу, – закончив говорить, она вновь углубилась в свои мысли.

Её молчание Артём воспринял, как нечто очень странное. Конечно он понимал, что они с ним ни так часто пересекались, да и ситуация не подходящая, чтобы болтать без умолку. Но всё-таки чувство тревоги не покидало его. Она ведь тоже его друг и он должен, по возможности, помочь ей.

Отставив полупустую тарелку, в голове мелькнула мысль, что сие завтрак запал ему в душу. Лёгкая, питательная и в меру сладкая овсянка подарила сил на весь день. Что ж он точно будет просить у Варьки рецептик.

– У тебя что-то случилось? Просто молчаливая такая, не похоже на тебя.

– Я… тебе можно доверять?

– Ну, вполне.

– Мне нравится Илья, – как говориться «быстро, чётко, без прелюдий». Именно так, Громова и сказала свою фразу. Ухоженные ладони монотонно сжимали пальцы, отвлекая разум от накатывающих мыслей, что ни на секунду не оставляли её в тишине.

Зелёные глаза смотрели на неё с изумлением. И нет, не потому он был удивлён, что Муромов кому-то понравился, за ним со школы бегали две одноклассницы, которых он старательно избегал. Всё удивление заключалось в том, что влюблённость легко отобрала у Вари всю её самоуверенность. Мещеряков даже посмел предположить, что у неё это первая серьёзная любовь.

Илью он знает довольно хорошо и из-за чего понимал, Громовой придётся самой сделать шаг навстречу. Он слишком трепетный в любовном плане, ищет ту единственную, которая примит со всеми минусами. Таких партнёров ждёт большинство, но его рыжий друг твёрдо убеждён, что не каждая завладеет его сердцем и душой.

Варя же, как Кирина сестра-близнец, только с более утонченным вкусом, любовью к женственным нарядам и изящными манерами. Она вполне бы сошла на роль могущественной королевы. Самое то для робеющего Ильи.

– Не хочешь поговорить с ним об этом? – логичный вопрос, на который хотелось бы получить простой положительный ответ.

– Хочу, но, – девушка сделала короткую паузу, словно набираясь смелости, – Я боюсь быть отвергнутой. Илья – фанатик, понимаешь? Любит учиться, хочет быть лучшим во всем. Вдруг, любовь для него сейчас будет, как обуза?

Что правда, то правда. Учёба всегда стояла для Муромова на первом месте, но в последнее время многое изменилось. Может, сейчас у него уже совсем другие приоритеты?

– Не рискнешь – не узнаешь, – губы Артёма чуть дёрнулись в улыбке, пока он сам смотрел на волшебницу тьмы. Даже неподвижно лежа, она казалась ему самой прекрасной. Шелковистые волосы, фарфоровая кожа, кукольные черты… А её бархатный голос побуждал желание услышать его как можно скорее. Сильный дух и самодостаточность…

– А тебе было страшно? – парень резко обернулся к ней, пытаясь изобразить непонимание. На его жалкую попытку Громова лишь цыкнула, а после усмехнулась, – Мы не слепые! Видели, что в последние несколько дней ваши отношения перешли на какой-то новый уровень, – он неловко потёр затылок, чувствуя как всё его лицо заливает яркая краска, – Так ты боялся признаться Кире или нет?

– Ну, конечно боялся! – проговорил Арт, – Только вот, в тот момент когда она убежала – меня словно по голове огрели, выбивая все эти мысли. На первое место встала цель быть рядом, помочь, поддержать, главное не оставлять её один на один с волнениями и переживаниями.

– Вы с парнями появились как раз вовремя, – улыбнулась Варя, – Чтобы протянуть нам руку помощи.

***

Вик с сомнением рассматривал прозрачную жидкость, перелитую в небольшую пробирку, чей объём чётко соответствовал объёму одной порции. При взбалтывании с покатого дна поднимались маленькие пузырьки, что было схоже с газироваными напитками. Вспоминая какие ингредиенты способствовали приготовлению зелья, к горлу подступал ком. Парень через силу влил в себя жидкость, которая по вкусу, на самом деле, напоминала горячий чай, в который насыпали не меньше десяти ложек сахара. Что ж лучше засахаренная кипячённая вода, чем та смесь, что он себе напридумывал.

Маша с Ильёй в этом плане оказались смелей. Оба быстро осушили пробирки и спрятали их в карманы.

Библиотека, которую каждый из троицы посещал далеко не один раз, сегодня казалась не уютной. Тёплый свет был чересчур жёлтым и ярким, из-за чего перед глазами начинали плыть цветные блики. Страницы книг пыльными и ветхими, неприятно шуршащими под пальцами. Тишина в помещении давила с непреодолимой силой. В этом месте больше не чувствовалось той романтики, что была раньше.

Руднёва медленно покрутилась, осматривая книжные секции. Словно ожидая внутреннего толчка, она оставалась на месте. Почти с минуту она пилила шкафы с «теоретической литературой», пока резко не развернулась и не шагала в сторону «запрещённой секции».

Следом за ней сделал шаг и Сменкин, но был остановлен другом.

– Вик, Машка без тебя разберётся, – забормотал Муромов, чувствуя непреодолимое желание пойти к блоку с историей, – У нас один день – нельзя медлить…

– Я знаю, но… – тороторил Виктор, продолжая смотреть в направлении ушедшей подруги, – Феликс говорит, что я должен идти за ней.

Что ж раз Феликс говорит! Илья выпустил его запястье и тот без слов побежал за девушкой.

***

Длинные пальцы бегло проходились по обшарпанным корешкам книг. С каждой минувшей книгой её рука начинала гореть, как будто это была подсказка к необходимой информации.

Ещё утром Маша бы точно сказала, что пролистает каждое пособие в теоретическом секторе. Но неожиданно возникший в её голове голос настойчиво утверждал, что всё необходимое ждёт её среди запрещённых заклинаний.

– Думаешь, здесь есть то, что нам нужно? – поинтересовался Виктор, поднимая с пола безымянный свиток и не глядя кидая его на одну из дальних полок.

От резко возникшего в тишине голоса, девушка вздрогнула. Рефлектно хватаясь за стеллаж и неловко скидывая лежащие на краю книги, она повернулась. Испуганное выражение сменилось вначале на раздражение, а после на лёгкую приветливую улыбку. Руднёва застенчиво заправила выбившуюся из причёски прядь, исподлобья поглядывая на друга.

Так происходило каждый раз, каждый чёртов раз, когда они оставались наедине. Её робость лилась через край, а в голове звучал голос Арта, что «по секрету» поделился интересной новостью.

– Я лишь делаю то, что велит мне Феликс, – отозвалась она, снижая тон голоса до шепота, – А почему ты здесь?

– Аналогично, – хмыкнул парень, в волнении потирая затылок, – Но в отличие от тебя, я прекрасно понимаю, почему оказался здесь.

Жидкая удача подарила Сменкину яркую, совсем нетипичную для него, уверенность. Сейчас идеальная возможность рассказать о терзающих чувствах. Огромный прилив сил и энергии, стальные нервы и капелька удачи, что поможет ему подобрать правильные слова.

– Да неужели? – коротко рассмеялась Мария.

– Да я… – глубоко вздохнул, набрав в лёгкие побольше воздуха, – Я здесь, чтобы сказать тебе кое-что важно, – говорил мягко и размеренно, давая время впитать сказанные слова, – Ты мне нравишься. Нет! Не так! Я люблю тебя, – поправил он себя.

Она стояла, как вкопанная. Не обронив ни одного слова, девушка скромно улыбнулась. Её лицо яро пылало.

– Это взаимно, – шёпотом отозвалась Маша. Подойдя ближе, легонько, едва ощутимо прикоснулась губами к его щеке.

***

Организация в исторической секции оказалась чуть сложнее, нежели в остальных. Какие-то справочники располагались по датам, а какие-то по алфавиту. В связи с этим Илью настигла растерянность, которую старался отогнать прочь – лишние мысли и чувства сейчас не к чему.

Парень продолжал рыскать по стеллажам. Янтарные глаза бегло осматривали полки, ища необходимую информацию. Жидкая удача, что-то бессвязно подсказывала, но это не особо его волновало.

Похлопывая по верхним полкам, его ладонь ощутила неровность и вытянула тонкую непримечательную книжку. Коричневая со стертыми уголками и порванным корешком, не вызывала у Муромова огромного желания прочесть её. Но Феликс бурливший в его крови мгновенно затрепетал, сильнее взывая к ней.

Что ж раз в ней находится необходимая информация, то нужно действовать быстрее. Мгновение и парень уже занял ближайший читательский столик. Перелистывая то порванные, то залитые каким-то напитком страницы, он не находил ни одного цепляющего его предложения. Абсолютно ничего. Пусто. Неужели, положиться на жидкую удачу в этом деле оказалось ошибкой?

– Илья, я… – тихо, едва нарушая тишину библиотеки забормотала, прибежавшая Громова. Дожидаться лучших времен было бы неправильно, кроме того может ребятам пригодится её помощь. Да и Арт решительно заверил её, что чувствует себя нормально и останется с Кирой. Та улыбка, с которой он отправлял её к «принцу» вызывала двоякие чувства, то ли ей хотело треснуть ему по голове за шиперское поведение, то ли поблагодарить за поддержку, – Это ещё что за детские сказки?

Муромов чуть вздрогнул, а после обернулся к подруге и с самым непроницаемым лицом свалил всё на зелье. Он уже сильно сомневался в силе удачи, из-за чего лишь хмуро пожимал плечами на вопросительный взгляд.

– Можно посмотреть? – вежливо попросила девушка, принимая из его рук книжечку, – Слушай, это ведь действительно детская сказка, – сказала она спустя несколько минут просматривания листов, – Мы с девочками читали её в детстве. Там был один персонаж, которого Алёнка очень любила. Она даже как-то сделала себе рыцарский шлем, щит и всё такое и… Прости, я увлеклась.

– Варь, а что это за рыцарь? Ну, который Рыжовой понравился, – кровь быстро заплясала, словно отзываясь на слова Громовой.

– Рыцарь-изгнаник, кажется, не помню точно как его зовут. Он маг огня. И на протяжении всей истории пытался себе все стихии подчинить, а когда дело дошло до воды, то… – Варвара осеклась, озарённая внезапной мыслью. Сделав вид, что прочищает горло – покашляла и как ни в чём не бывало продолжила, – Его способности ушли, что произошло не скажу… Но после этого он стал обычным человеком и был отправлен за барьер.

Между ними повисла тишина, такая напряжённая, как натянутая струна, что вот-вот лопнет. Секунды казались минутами, а минуты часами. С громким вскриком Илья подскочил на месте.

– Так вот, что за побочные эффекты! Вот, что грозит Кире! Она может остаться без магии!

– Жизнь важнее магии! Да и мертвецу она не к чему. Она в критическом состоянии и сейчас мы должны решать, что будет лучше для неё. Думаю, выбор очевиден, – она сильно зажмурила глаза, задерживая непрошеные слёзы, – Живая подруга в сто раз лучше, трупа с магией.

Холодные руки мягко обвили её тело. Эти объятия не поддавались никакому объяснению. Невероятно заботливые и нежные. Они позволили Громовой выпустить наружу всё накопившиеся эмоции. Она чуть слышно всхлипывала, хватаясь за Илью, как за спасательный круг, коим он и оказался в данный момент.

– Я буду рядом с тобой. Всегда.

***

– Вот, мне кажется, это то, что нужно, – проговорила Руднёва, чётко водя пальцем по одной из строк старого и пыльного учебника.

Парень, сидящий напротив с не менее ветхого вида справочником, мигом подскочил к ней. Поправив соскользнувшие очки, внимательно следил за указанием девушки. Бегло прочитывая слова, чей смысл впивался в разум всё сильнее, пытался держать себя в руках.

«Так вот почему заклинание считают утерянным. Конечно кто ж поверит в такого рода чушь!», – подумал Виктор, присаживаясь на рядом стоящий стул. Голова отказывалась как либо обрабатывать полученную информацию. Из-за этого он стал выглядеть так, словно его загнали в угол, ведь то как у него забегали глаза, монотонно сжимались ладони и прочие – ярко указывало на это.

– Выходит теперь у нас две проблемы, – решил подвести итог Сменкин, массажируя виски, дабы снять подступающую головную боль, – Первое, как передать Кире заклинание. И второе, согласиться ли она пойти на такую жертву.

– Мне кажется, выбор очевиден, – отозвалась Маша, концентрируясь на втором пункте.

– Выбор очевиден для нас, но так ли это для неё? Сама подумай, из-за Моргарта, из-за его слов о том, что она слабая и ничего не достигнет, она решилась на изучение магии света. Она же знала, знала как это опасно, но все равно решилась на это!

– Это её жизнь и её ошибки. Но надеюсь, что она их поняла и сумеет правильно расставить приоритеты, – её ладони крепко обхватили его плечи и что есть силы встряхнули. Она отчаяно пыталась привести его в себя и добиться положительной или хотя бы нейтральной реакции на свои слова.

В ответ она получила лишь тяжёлый вздох и усталый взгляд. Руднёва очень хотела добавить ещё что-нибудь для поддержки. То, как он тускнеет, погружаясь в переживания и волнения, отзывались колющим ощущением в сердце. Эти чувства ему не шли. Улыбка же красила.

– Ребят, мы кое-что нашли, – внезапный шёпот Ильи заставил Машу невольно покраснеть, а Вика скромно отвернуться от неё, – Мы знаем, что ждёт Киру и…

– Варя, а ты что здесь делаешь? – поинтересовался Сменкин, замечая волшебницу воздуха. Потрепанная с чуть опухшим от слёз лицо, но зато крепко сжимающая руку Муромова.

– Потом расскажу, – быстро отмахнулась она, – Что у вас? – кивком головы указала на неровную стопку книг на краю читательского стола.

– Мы… э…

– Я знаю, как передать Кире заклинание! – воскликнула Руднёва, резко подскакивая на месте.

***

За прошедшую ночь фамильяр уменьшился до размеров детёныша. Теперь он маленький со средним для летучей мыши размахом крыльев и писклявым «Крип-п-п! ». Вдоволь наевшись принесёнными ребятами гостинцами довольно и более-менее спокойно сопел на коленях Снежки, которая вместе с остальными принесла его из уже ненужного стояла в комнату.

Друзья, что в последнее время спали очень тревожно, взяли пример с Крипа и тоже уснули кто где. Фил уместился на краю дивана, приобнимая одной рукой свою девушку. Её голова с россыпью светлых локонов лежала на его плече, пока сама придерживала фамильяра. Алёнка же заняла всю остальную часть, выгнав Сашу на пол, где он свернувшись калачиком, тихо похрапывал.

Идиллию нарушил оглушительный хлопок входной двери и безразборные крики второй половины команды. Они трясли спящих за плечи, похлопывали по щекам, в попытке отогнать дрёму и наконец рассказать новости. Те же в ответ то посылали их, то пинали, но все равно через силу поднимались.