Текст книги "Истинный зельевар (СИ)"

Автор книги: noslnosl

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 14 страниц)

Драконий край соседствуют с одной стороны гор с Волгором, а с противоположной стороны с королевством эльфов Лидия. В нём остроухие долгожители живут в гармонии с природой. Вся их территория заполнена лесами. Сами же эльфы все поголовно маги. И хотя их раса малочисленная, с ними никто связываться не желает.

Даже если получится договориться, волгорцам опасно пускать на свою территорию войска соседних человеческих стран. Те под шумок могут оттяпать их территории или вовсе завоевать всю страну. Да и смысла в сотрудничестве у них ноль целых и столько же десятых. Ведь за своё участие в смертельно опасном противостоянии с драконами они не получат никакой выгоды.

Эльфы людей недолюбливают и относятся к ним свысока. Лидийцам нет смысла помогать соседям, от которых их отделяют горы и Драконий край. Наоборот, для них существование целых двух преград на пути к ним более выгодно. И избавляться от одной из них не в их интересах.

Выбор был сложным. Куда ни сунься, всюду опасность. К морю пойдёшь – в рабство попадёшь. Налево пойдёшь – ограбят, могут девственности лишить, но ему вряд ли это понравится, и тоже в рабство можно попасть. В горы полезешь – есть риск наткнуться на дракона.

Впрочем, если задуматься, то каждый дракон занимает огромные охотничьи угодья. К тому же, эти монстры после сытного приёма пищи подолгу спят. Так что есть высокий шанс проскочить их территории незамеченным. А если дракон и заметит человека, имеются шансы с ним договориться. Не все из них и не всегда закусывают путниками.

Если удастся пройти территорию крылатых ящеров, то придётся пробираться через территории эльфов. Но и с ними можно договориться. Зачастую они людей попросту выдворяют со своих земель. Ни тебе рабства, ни лишения невинности. Хотя Леонель был совсем не против стать жертвой симпатичной эльфийки.

– Решено! – повернулся он в сторону гор. Тем более, он уже находился в горном крае, от которого до драконов ближе всего. – Иду к ящерам и ушастым. Там риски подохнуть такие же, а попасть в рабство на девяносто девять процентов ниже.

На выходе из пещеры его не ждало ничего. Вот вообще ничего и никого. А ведь они с родителями приехали сюда на трёх лошадях.

Первым делом Леонель подумал о том, что предки окончательно свихнулись и увели его четырёхкопытное транспортное средство. Впрочем, куда уж дальше улетать их крыше? Если они подобное провернули, то их кукуха давно помахала крылом и свалила в закат.

Но стоило ему присмотреться к следам, как всё встало на свои места. Конечно, он не великий следопыт, но уж обрывки упряжи и следы крови не заметил бы только слепой. Лошадь родители ему оставили, вот только пока он пребывал в отключке, на неё напал какой-то хищник. Зверь каким-то образом повредил упряжь и ранил коняшку. Та в свою очередь сбежала. Искать её после этого бесполезно, ведь понятно, что хищник на первой атаке вряд ли остановился. Так что о транспорте можно забыть. Главное, чтобы эта зверушка достаточно насытилась и не решила закусить вкусным и беззащитным магом. Ведь из оружия у парня имелся лишь охотничий нож, с которым он худо-бедно умел обращаться. Ведь владение короткими клинками тоже входит в программу фехтования, по которой его гоняли.

Грустно вздохнув, он пошёл в направлении Драконьего края.

Глава 3

Далеко Леонель не ушёл. И причина тому была банальной – желудок громким урчанием напомнил ему о том, что он голоден. Всё же он провёл в пещере всю ночь.

В итоге парень встал перед выбором: поскорее покинуть опасную территорию, на которой обитает достаточно крупный хищник, способный охотиться на лошадь, либо по быстрому перекусить и перейти к первому пункту. Логика подсказывала, что на сытый желудок путешествовать будет легче и веселей. Поэтому он решил сделать привал возле небольшого горного ручья.

Наполнив котелок водой из ручья, он собрал в округе валежник от кустов, развёл огонь и подвесил на рогатине над ним посудину.

Когда вода закипела, он её посолил, добавил немного мелко дроблёной крупы похожей на пшеничную и вяленого мяса.

Леонель в жизни ничего из продуктов не готовил. Для этого у них в поместье имелся личный повар. А вот в прошлой жизни, когда был Андреем, готовить он умел довольно сносно. Его уровень был намного выше, чем пожарить яичницу и сварить сосиски. И этот опыт перенёсся с ним в эту жизнь.

Он принюхался. Запах из котелка был совсем не таким, каким должен быть. Никак не может каша с мясом пахнуть зельем. А уж в определении зелий он был дока – всю свою нынешнюю сознательную жизнь этому посвятил.

Его чутьё на волшебные отвары будто вышло на новый уровень. Ещё вчера он способен был отличить по запаху и вкусу знакомые зелья, но никак не те, которые встретил впервые. Тут же он шестым чувством ощущал, что каша превратилась в оздоровительный состав, который слегка увеличивает регенерацию. Он даже понял, что у варева имеется побочный эффект в виде очистки кишечника.

– Как так-то⁈ – с недоумением он вглядывался в котелок.

Внутри посудины происходило то, что и должно при готовке: каша булькала и выглядела, словно совершенно обычное походное блюдо. То и дело на поверхность всплывали распаренные ломтики вяленого мяса. Выглядело это довольно аппетитно и пахло маняще. Но чуйка говорила иное.

– Так не бывает, – мотнул он головой из стороны в сторону, отгоняя наваждение. – Невозможно из обычной крупы и мяса сварить зелье. Нужен хоть какой-то волшебный ингредиент из тела волшебной твари или травка с магическими свойствами.

От запаха аппетит у него пробудился с новой силой. Он решил рискнуть и попробовать готовое блюдо.

Сняв котелок с костра, он поставил его на траву и вооружился ложкой. Тарелку он решил не пачкать, чтобы не мыть лишней посуды.

Первая ложка с осторожностью отправилась в рот. Перед этим на неё пришлось подуть, и всё равно продукт обжигал внутреннюю полость рта.

Леонель зажмурился и прислушался к себе. Никаких изменений он не наблюдал. На вкус каша кашей. Посолена как надо. Сварена в нужной консистенции. И мясо стало вполне съедобным.

Так он просидел с минуту. Желудок настойчиво требовал добавки. Решив, что чуйка его подвела, он набросился на еду.

Через некоторое время котелок опустел на четверть. Молодой человек прочувствовал приятную сытость. Но это ощущение длилось недолго. В следующий миг у него забурлило в животе, будто там разразился водоворот.

– Ой-ой-ой! – вскочил он с травы и напряг булки, чтобы удержать в себе рвущийся наружу бурлящий поток. Ещё и ладошками прикрыл корму.

Он бешеным сайгаком рванул в ближайшие кусты, после чего провёл там с полчаса в позе горного орла. Всё это время он громко и с выражением поминал производителя крупы, мясника и всю их родню до седьмого колена.

Вполне обосновано у него закрались подозрения в том, что-то кто-то из них недоглядел, и под видом обычного продукта продал волшебный. Ведь без магического ингредиента зелья бы не вышло – это база. Вот только кто из них прокололся, он так и не понял, поэтому чихвостил обоих.

Конечно, оставался небольшой процент вероятности на то, что это родители ему специально подсунули такие продукты. Но это было сомнительно. Они хоть и больные на всю голову, но настолько низко не опустились бы.

Из кустов он выбрался ещё более голодным и усталым, чем до этого. Его организм будто избавился от всех шлаков. Но чего это ему стоило? Огромное напряжение в мышцах, горящий пердак и усталость, будто он пробежал марафон.

С яростью на лице он приблизился к котелку и вывалил из него всё варево на землю. После этого он тщательно отмыл остатки отравы от стенок посудины, собрал пожитки и продолжил путь в отвратительном настроении.

После того, как человек отправился в путь, его следы почувствовал кошкомед – здоровенный монстр с коричневой шерстью и размером с внедорожник. Он выглядел, словно помесь кошки и медведя.

Зверь довольно шустро и бесшумно двигался по следам человека. Он вышел к его покинутой стоянке в тот момент, когда маг удалился от этого места на километр. С его скоростью кошкомед настиг бы парня за считанные минуты, но его задержал ароматный и манящий запах выброшенной каши.

Зверюга с осторожностью подобралась к кучке еды и принюхалась. Не почуяв угрозы и отравы, она в два движение челюстей сожрала все остатки каши. Затем облизнулась и посмотрела в ту сторону, в которой скрылся путник. По морде было заметно, что человеческая еда лишь распылила её аппетит. Тварюга вновь продолжила путь следом за человеком.

Леонель с неохотой плёлся вверх по достаточно пологому горному склону. В их местности большинство гор были такими, что по ним можно разгуливать пешком. Лишь в редких местах может понадобиться альпинистское оборудование. Но последнего в этом мире не производили из-за отсутствия спроса. Местных жителей в горы не тянуло, за исключением редких горцев, которые жили за счёт разведения овзлов – мелких травоядных животных с густой шерстью, которые были похожи на помесь горных коз и овец.

Он вышел из зарослей кустарника на открытую местность. Справа в пяти метрах находился крутой обрыв в ущелье. К краю Леонель старался не приближаться. Широкая каменистая полоса позволяла передвигаться, словно по дороге. Конечно, ровной её сложно назвать. Всюду попадались камни, многие из которых были скользкими. Наступать на них следовало с осторожностью.

На земле такой маршрут назвали бы пятой категории сложности. По таким обычно ходят опытные туристы. Но Теневуд находился тут далеко не для того, чтобы любоваться красотами. Его на это вынудили обстоятельства, подстроенные «любимыми» родителями, которых он вспоминал каждый раз, как спотыкался. А делал он это с незавидной регулярностью, ведь опыта пеших походов у него не было ни в одной из двух жизней.

В прошлой жизни он отдавал предпочтение автомобилям и общественному транспорту. В этой жизни его из поместья практически не выпускали. А редкие выезды в город происходили верхом на конях.

Его внимание привлёк шорох позади. Он обернулся, и с ужасом в глазах уставился на крупного кошкомеда, который выбрался из кустов и застыл всего в десяти метрах от него.

Об этих хищниках парню было известно лишь то, что их печень ценный ингредиент для целебных зелий. Но в том, что монстр опасен, он ничуть не сомневался. На это намекали кинжальные когти и полная пасть острых зубов с длинными клыками. В глазах зверя прослеживался гастрономический интерес.

Леонель запаниковал. Из оружия у него имелся лишь охотничий нож. Но даже будь у него меч, отбиться от такой махины было бы непросто, если вообще возможно. В холке эта тварь была выше него. Весила она около тонны, а то и больше. Удивительным казалось то, что при этом животина передвигалась бесшумно. Лишь попавший под лапу камешек её выдал.

«Ну, всё… – обречённо подумал Леонель. – Вот и пожил вторую жизнь… Даже девок пощупать не успел и на мир посмотреть. Вот почему в книгах всех попаданцев сразу роялями закидывают, а мне так не повезло? Детство похерено учёбой. Подростковый возраст прикончен волшебным бромом от двинутых предков. А теперь даже нормально пожрать невозможно».

Хищник готовился броситься на беззащитную жертву. Он припал на передние согнутые лапы и вот-вот хотел прыгнуть, но… В следующий миг зверь широко распахнул глаза и рванул, но не на человека, а в кусты. Там он сел в позу орла, пуча глаза.

Инстинкты кричали ему, что нужно убежать подальше и лучше спрятаться, ведь в такие моменты он наиболее уязвим. Но организм не мог сдерживать в себе рвущийся поток.

Леонель обалдел от резкой перемены в поведении зверя. Он через просвет в кустах видел, что того припёрло туда по важному делу. И что-то ему это напоминало.

– Хм… – отмер он. – Неужто этот монстр отведал моей каши?

Первым делом ему захотелось сбежать. Инстинкты кричали ему пуститься в бешеный бег. Но разум его останавливал от подобного действия.

По опыту, каша на него действовала полчаса. Но он человек, пусть и маг. Если взять вес кошкомеда, количество остатков каши и учесть поправку по таблице коэффициентов Кацвеля, то получается, что кошкомед в таком положении проведёт шесть с половиной минут.

За столь короткое время человеку даже с приложением всех усилий далеко не убежать. Хищник сделает своё дело, после чего настигнет усталую добычу. Следовательно, оставался единственный выход – дать противнику бой, пока тот отвлечён и находится в невыгодном положении.

Но легко сказать, что зверя нужно победить. Сложно это осуществить, когда в наличии из оружия имеется лишь нож.

Ножом глотку кошкомеду не перерезать. У того густая и плотная шерсть, которая подобна броне. Единственный шанс его прирезать – нанести точный и мощный удар в сердце или поразить мозг. Но и это сразу не прикончит хищника. Тот вполне способен на остатках сил задрать обидчика.

Да и как воткнуть нож в сердце, если зверь находится в сознании? У него же отменная реакция. Пусть он сейчас и занят последствиями употребления каши, но на опасность он обязательно среагирует. Человек даже не успеет приблизиться к нему на расстояние удара.

Наличие копья могло бы изменить ситуацию. Но в округе нет ни одной палки, к которой можно примотать нож, и тем самым изготовить импровизированное копьё. Ветки кустарников на это не годились.

Будь у парня с собой боевые зелья или яд, задача серьёзно облегчилась бы.

Леонель посмотрел в сторону пропасти. Его манила идея заманить зверя к обрыву и каким-то образом сделать так, чтобы тот сорвался в ущелье. Но опять же, как это сделать? Пока тот гадит, ему не до пробежек до обрыва. Да и не такой уж хищник и тупой, чтобы приближаться к опасному месту. И столкнуть его туда нечем.

Ситуация казалась неразрешимой. Молодой человек скинул походную сумку и принялся в ней рыться в поисках чего-нибудь, что способно ему помочь.

Два светильника и сфера иллюзий в этом деле были бесполезны… почти. Но на первый взгляд они казались именно таковыми. Набор зельевара штука нужная. Он бы помог, будь в запасе несколько часов и имейся ингредиенты для зелий. Но ни того, ни другого не было.

На будущее перерожденец сделал себе в памяти пометку, что если выживет, нужно будет наварить зелий на разные случаи. И желательно соорудить подобие разгрузки для их ношения.

Его взгляд упал на зажигалку.

– Стоп! Огонь! Звери боятся огня. Если я что-то подожгу, то смогу пламенем отпугнуть кошкомеда. Если получится, то его удастся оттеснить к обрыву.

Он взял в руки зажигалку и принялся искать, что можно поджечь. У кустов древесина была сырой. Поджечь их без горючего не выйдет. А будь у него под рукой бензин или зажигательное зелье, то проблему можно было решить проще: облить жижой зверя и поджечь его шкуру. Тот бы сразу потерял интерес к добыче. Но за неимением напалма приходилось искать что-нибудь другое.

Из всех вещей на роль топлива годился лишь шерстяной плащ. Но шерсть горит плохо, неохотно и медленно. Сама по себе она и вовсе этого делать не желает. Для горения ей необходимо дополнительное топливо.

Светильники снова попались ему на глаза. Но на этот раз считать их бесполезными Леонель не спешил. Он вспомнил о том, что однажды в детстве разбил такую сферу. После этого произошла резкая и яркая вспышка. После того, как его отругали за разбитый светильник, ему прочитали лекцию о том, почему этого делать нельзя. В этой лекции присутствовала полезная информация, в которой говорилось о том, что внутри светильника запечатана магия света. При нарушении целостности сферы все запасы волшебства одномоментно высвобождаются, что приводит к ослепительной вспышке. Такой яркий свет может даже зрения лишить.

– А эти штуки не такие уж бесполезные, – подобрал он светильники. Один он держал в левой ладони, а второй положил на сгиб локтя той же руки.

Топливо для огня он так и не нашёл, а время шло. Кошкомеду оставалось удобрять кусты около трёх минут. Следовало действовать как можно быстрее, пока зверь находился в невыгодном положении.

А раз больше ничего не доступно, придётся рискнуть. Иначе шансы на выживание устремятся к нулю.

Правой рукой седой юноша вытянул из поясных ножен длинный нож, который больше напоминал короткий кинжал. На его лице страх сменился отчаянной решимостью биться за свою жизнь до конца.

Он начал двигаться в сторону хищника.

При приближении человека зверь напрягся и издал грозный рык. Он как стоял на согнутых задних лапах с выпрямленными передними, так и попятился назад, удобряя землю под своими ногами.

Когда молодой человек подошёл к кошкомеду на расстояние двух метров, последний угрожающе взмахнул правой лапой и сделал выпад вперёд.

– Р-р-р-а-а!!! – прорычал он.

Когти со свистом рассекли воздух, но до человека им было ещё около метра.

Леонель побледнел и немного отшатнулся назад. Но в следующее мгновение он собрался с духом. Не выпуская кинжала, он правой рукой схватил сферу со сгиба локтя левой конечности и со всей силы кинул её на каменную почву между собой и зверем.

Тут же он схватил верхний край плаща и прикрыл им глаза, одновременно с этим он зажмурился. Сделал он это крайне вовремя. Хрустальный шар с громким звоном разбился. Тут же округу затопило ярчайшей вспышкой, свет от которой пробивал даже через плотную шерстяную ткан и прикрытые веки.

– Г-Р-Р-Р-А-А!!! – огласил местность громогласный рык кошкомеда.

Леонель убрал от глаз ткань и проморгался. Лишь после третьего моргания он сумел нормально видеть.

Кошкомед ослеп, встал на задние лапы и яростно молотил пустоту передними лапами. Он крутился вокруг своей оси в поисках обидчика. При этом его кишечник продолжал опустошаться. Неприглядная жижа стекала по шерсти его задних лап.

Бросаться с ножом на зверя в этот момент было жуть как страшно. А вдруг хищник его случайно зацепит?

В полный рост на задних лапах этот монстр возвышался на четыре метра. Дотянуться до его сердца можно было разве что в прыжке.

Леонеля от ужаса подмывало пуститься в бега, но он слышал о том, что кошкомеды жутко мстительные и злопамятные. Они могут неделю преследовать своего обидчика. Впрочем, с добычей у них то же самое. Если они выбрали себе жертву, то способны её выслеживать долгое время, если только в процессе охоты не появится более привлекательная жертва или добыча не даст серьёзный отпор. Но в последнем случае она может из добычи переквалифицироваться в обидчика.

Парень собрался с силами. Он вспомнил всё, чему его учили наставники по фехтованию. Очистил разум от лишних мыслей и принялся высчитывать момент для атаки.

Хищник на какое-то мгновение прекратил лупить лапами по воздуху. Он припал на задние конечности и опёрся на вытянутые передние. При этом он водил башкой из стороны в сторону и с настороженностью принюхивался.

Леонель резко рванул с места и быстро сократил расстояние с противником. Он постарался придать клинку максимальную энергию и в последний момент совершил выпад-укол, ещё и навалился на рукоять всем весом. Несмотря на плотную шерсть, удар оказался настолько удачным, что нож вошёл в грудь монстра по самую рукоять.

Тут же парень разжал ладонь и отскочил назад. Он надеялся на то, что если не потратит время на извлечение клинка из раны, то успеет разорвать дистанцию. Но реакция ослеплённого и отравленного зверя оказалась молниеносной.

– Р-Р-Р-А-А! – взмахнул он лапой.

Четыре бритвенных когтя разодрали человеку грудную клетку. Помимо этого удар отправил его в полёт назад. Пролетев метра три, он спиной рухнул на каменный грунт и ударился об него затылком. От неудачного приземления у него в глазах потемнело и будто вспышкой из глубин сознания плеснуло яркой россыпью звёзд.

Кошкшмед продолжал буянить. Он громко рычал от боли и ярости на всю округу, заставляя кровь стыть в жилах. При этом он снова встал на задние лапы и замолотил когтями по воздуху. Рукоять кинжала торчала у него из груди. Вокруг неё шерсть окрасилась багрянцем.

Леонель ничего не мог поделать. Он валялся в жёстком нокауте.

Казалось, что против лестного монстра ничто не поможет. Но тот начал демонстрировать признаки усталости. Передние лапы медленней били в пустоту. Задние лапы подкашивались. Резкие движения привели к тому, что рана расширилась. Из неё начало вытекать больше крови.

Веки человека затрепетали. Он как мог поспешно распахнул глаза и попытался сконцентрироваться. Поначалу изображение расплывалось, но вскоре фокус настроился. Зельевар сумел приподнять голову.

В этот момент из раны твари натекло крови на приличную лужу. Силы покинули зверя, и он сначала рухнул на все четыре лапы. Затем опрокинулся набок. При этом он продолжал учащённо дышать и не спешил помирать.

Леонель обратил внимание на свои раны. К его удивлению глубокие борозды на груди почти затянулись. Местами уже образовались розовые рубчики.

– Регенерация! – вырвался у него хриплый голос. – Каша ведь помимо дебафа даровала слабую регенерацию. И если это слабая, то тогда какая сильная?

Всё встало на свои места. Живучесть кошкомеда нашла объяснение. Зверь потерял силы исключительно из-за свой активности. Если бы он сильно не дёргался, то мог бы добраться до человека. А до сих пор не помер он из-за регенерации.

Самое радостное для зельевара заключалось в том, что он не стал доставать клинок из раны. В противном случае хищник быстро восстановился бы.

И всё же нужно было что-то делать со зверем. Как-то его добить. При этом нож из груди у него доставать нельзя.

Леонель поднялся на ноги, поднял с земли огромный булыжник и медленно направился к кошкомеду. Когда он дошёл до него, то понял камень над головой и со всей силы обрушил его на башку зверя.

Но это не убило монстра из-за допинга в виде каши. Тот лишь на мгновение потерял сознание, но успел наотмашь махнуть правой лапой.

Леонель едва успел отпрыгнуть и разминуться с когтями. У него до сих пор жгло в груди, хотя рана полностью зажила.

Он направился к следующему булыжнику, который поспешил обрушить на башку противника. Но и это не прикончило кошкомеда.

Подобную процедуру пришлось повторить ещё тридцать раз, пока зверь окончательно не утих, а его голова не превратилась в кровавый блин.

Глава 4

Леонель сидел на земле и тяжело дышал. У него натужно гудели мышцы. Пот градом катился по раскрасневшемуся лицу. Сердце бешено отплясывало ламбаду в груди. И при всём этом его губы растянулись в улыбке.

– Ну и живучая тварь…

Он принялся себя ощупывать на наличие ран. Но единственные порезы от когтей полностью зажили. На их месте остались четыре полоски розовой кожи. А вот рубаха пришла в полную негодность. После такого её только на тряпки пускать, и то после тщательной стирки от крови.

Из-за крови рубаха неприятно липла к телу. Леонель снял её и укутался в плащ. Грубая ткань кололась, но дарила тепло.

Собравшись с силами, парень поднялся на ноги и пошёл потрошить добычу, которая ещё недавно была охотником.

Опыта в разделке звериных туш у него практически не имелось. Пара зарезанных свиней в молодости Андрея не в счёт. И всё же он справился с изъятием печени.

Для создания зелья на её основе требовались другие ингредиенты, но даже если её отварить, получится неплохой тонизирующий отвар и вместе с этим еда.

Пришлось ему возвращаться обратно к ручью, где он закинул в котёл с водой нарезанную печень. Хранить её не представлялось возможным, а упускать такую добычу в его положении странно.

Запах стоял умопомрачительный. От него голова шла кругом. Голод накатил на путника с новой силой.

Он с изумлением наблюдал за котлом. Удивление у него вызывала чуйка, которая подсказывала, что вместо отвара получается сильнейшее зелье. Только оно ни разу не лечебное, а оборотническое. Один глоток – и он на час превратится в нечто иное, скорее всего, в кошкомеда.

– Да ладно! – весь его опыт мастера зельеварения пошёл по бороде. – Быть такого не может! Таких зелий не существует. Да чтобы оно было приготовлено всего лишь из воды и печени⁈ Это должен быть бодрящий печёночный суп!!!

Наитие толкало совершить его определенное действие, которому он всеми силами сопротивлялся. Весь опыт зельеварения говорил о том, что посторонние частицы в котёл не должны попадать. Но интуиция ему кричала: сделай это!

Он поддался наитию и плюнул в котелок.

В следующий миг зелье забурлило и начало выплёскиваться. Кипение продолжалось секунд десять, после чего Леонель не мог поверить своему чутью. Оно утверждало, что только что мощность зелья выросла в десять раз. А это значит, что одного глотка хватит на десятичасовой оборот.

– Бред! – никак не мог он осознать столь антинаучную чушь. – Так точно не бывает. Это что, шутки богов?

Подсознательно он понимал, что после произошедшего контакта с Сетом ничего нельзя утверждать наверняка. Ведь если верить родителям, то он превратился в истинного мага. А что это за монстры такие, никто не знает. Возможно, для них в порядке вещей использовать свою слюну в качестве мощнейшего катализатора для зелий.

– Без проверки не поверю…

Ему было страшно ставить на себе опыты. Воспоминания о каше были ещё свежи и намекали на то, что всё может закончиться плачевно. Но тогда он чувствовал негативный эффект, а сейчас нет.

Из набора зельевара он достал пипетку, набрал туда капельку варева и капнул себе на язык.

В следующий миг его тело поплыло и превратилось в средней крупности седого кошкомеда весом под полтонны. Только имелся нюанс… Всю одежду, которая была на нём в этот момент, разорвало в клочки. Сапоги постигла та же участь. Один лишь многострадальный плащ уцелел.

– Р-р-р-а-а!!! – вместо нецензурных слов истинного работника сферы ЖКХ из его пасти вырвался грозный рык.

При виде клочков одежды он рычал ещё минуты три, после чего его тело вновь поплыло и стало человеческим.

Тут же он ощутил, насколько некомфортно находиться в горах с голой задницей и босиком. К сожалению, вид одежды и обуви намекал на то, что сшить новую будет проще, чем восстановить эту. Но ведь ему нужно было во что-то одеваться. Поэтому он укутался в плащ, сел на камень, а стопы поставил на остатки подошв от сапог.

– Какая досада… – высказал он свою мысль несколько иначе и на неизвестном в этом мире русском языке, но смысл был таким же. А по округе разлетелось эхо: ядь… ядь… ядь…

– Какой же я непредусмотрительный… – вроде мысль он выразил совсем иную, но эхо подхватило почти то же самое: ля… ля… ля…

Через минуту сидения даже плащ перестал помогать. Холод пробирал его до костей. Голод усугублял это чувство. Его распалял запах бульона, который так и хотелось выпить, пожирая куски печени. Но от этого шага останавливало понимание того, что это сильнодействующее зелье. Если он выпьет весь котелок, то превратится в кошкомеда на целых три года.

Впрочем, отхлебнуть отварчика ему хотелось, ведь это отличный выход из положения. В теле кошкомеда ему не страшен холод. По горам ему будет проще бегать и до места назначения он доберётся быстрее. Только перед оборотом следовало собрать оставшиеся вещи и куда-то слить зелье.

С последним проблем не возникло. Походный бурдюк родители ему с собой положили в свёрнутом виде. Туда как раз поместилось всё содержимое котелка.

Когда рюкзак был упакован, Леонель слегка вытащил через щель верхнего клапана горлышко бурдюка, который поместил наверх походной сумки, и глотнул оттуда.

Вновь он превратился в хищника. Ему сразу же стало тепло и комфортно. Лишь голод никуда не делся. Но сразу же перед ним встала проблема – как запечатать пробкой бурдюк, если у тебя лапки? Пришлось прибегать к помощи зубов. Провозился он долго, но справился.

Сумку тоже следовало как-то нести. С трудом ему удалось засунуть голову в лямку. В итоге сумка повисла у него под головой и мешалась, но так было лучше, чем нести её в зубах.

Он в очередной раз отправился по намеченному маршруту. Когда он проходил мимо места схватки со зверем, запах крови заставил его желудок урчать набатом.

Как бы он ни сопротивлялся, но есть жуть как хотелось. В итоге, преодолевая брезгливость, он закусил сырым мясом кошкомеда. На вкус было весьма недурно, но чувство брезгливости его не покидало до конца трапезы. Зато дальше он шагал полный сил и энергии.

Скорость передвижений выросла раз в пять по сравнению с человеческой. И это в расслабленном темпе. Он чувствовал в себе силу. Зрение, нюх и слух обострились в разы. Лапы будто сами находили такое положение, чтобы передвигаться бесшумно.

То, что он так быстро освоился в новом теле, говорило о многом. К примеру о том, что зелье у него вышло экстра-класса. Оно передало даже инстинкты зверя, а не только его облик. В противном случае он бы до сих пор путался в лапах и учился управлять хвостом.

Через несколько часов наступила ночь. Вместе с этим вскрылся второй неоспоримый плюс нового облика – великолепное ночное зрение. Вместе с усиленными слухом и обонянием, ориентироваться на местности было проще простого. Стоило учуять запахи сильного хищника, как эту местность маг огибал по дуге.

Ещё одним плюсом являлась неутомимость кошкомеда. В режиме экономного шага он не чувствовал усталости. А вот чувство голода постепенно нарастало, что было нехорошим предвестником.

Леонель стал догадываться, что мясник с торговцем крупами совершенно непричастны к приготовлению им зелья вместо каши. Он подозревал, что теперь любое блюдо в его руках будет становиться зельем. А это грозило переходом на сыроедение и кето-диету.

Ни в одной из своих двух жизней он не склонен был ни к каким диетам. Об одной мысли о том, что всё время придётся питаться сырым мясом, ему становилось дурно. Он любил шашлычок…

Кстати, стоило проверить не только гипотезу о том, что любое его варево становится волшебным. Шашлык казался выходом из ситуации. Ведь еду можно не только варить, но и жарить, запекать, коптить.

После появления этой мысли он с досадой подумал об оставленной позади туше. Сейчас бы он с удовольствием зажарил вырезку на углях. Ну, или когда закончится действие оборотки. А то лапками разводить костёр и насаживать мясо на веточки не получится.

За десять часов, на протяжении которых действовало зелье, он преодолел солидное расстояние. В теле человека он бы потратил на этот путь не меньше шести дней.

Оттого ему становилось кристально ясно, что он поступил верно. Не зря рискнул. Если бы он этого не сделал, то зверюга давно бы им закусила и имени не спросила.

Момент обратного превращения он почувствовал за несколько мгновений. Он поспешил остановиться и сбросить с шеи сумку. После чего вновь оказался голым и замерзающим.

На улице стояла глубокая ночь. Он будто внезапно ослеп, оглох и ему начисто забило нос. А ещё в полной мере ощущался горный холод, который пробирал до костей. Изо рта вырывались клубы пара.