Текст книги "Миллиардер на мели. Любовь не купишь (СИ)"

Автор книги: Миллитина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 5 страниц)

Глава 10

Глава 10

Утро началось с того, что Вера открыла глаза и увидела Демида у плиты. На нём был её старый фартук – розовый, в мелкий весёлый цветочек, купленный когда-то на распродаже за сто рублей. Он с предельной, почти хирургической концентрацией помешивал что-то на шипящей сковороде. Вера села на кровати, не в силах сдержать улыбку от этой сюрреалистичной картины.

​– Ты что там колдуешь? – спросила она сонным, хриплым голосом.

​– Пытаюсь реанимировать яичницу, – не оборачиваясь, отозвался он. – Как ты любишь.

​– Я люблю с помидорами.

​– Здесь есть помидоры, – Демид победно указал лопаткой на тарелку, где высилась горка нарезанных кружочков. – Я порезал. Правда, кривовато, но зато от души.

​Вера тихо подошла со спины и заглянула через его плечо. Белок по краям уже зловеще потемнел, а желток растекался по всей поверхности, но пахло это кулинарное крушение на удивление аппетитно.

​– Ну... выглядит весьма концептуально, – хмыкнула она.

​– Издеваешься? – Демид обернулся, и на его щеке обнаружился мазок от укропа. – Я старался.

​Он аккуратно переложил шедевр на тарелку, щедро посыпал зеленью и пододвинул ей вилку. Вера попробовала. Белок хрустел, помидоры были толщиной с палец, но внутри разлилось такое щемящее тепло, что вкус показался ресторанным.

​– Вкусно, – честно сказала она. – Правда.

​– Врёшь ведь.

​– Ну, самую малость, – рассмеялась она. – Но мне всё равно очень нравится.

​Демид сел напротив, подперев подбородок кулаком, и посмотрел на неё так, словно перед ним сидело главное сокровище мира.

– Ты улыбаешься. Настоящей, искренней улыбкой. Без этой твоей привычной колючей брони.

​Вера опустила взгляд на тарелку. Он был прав – стены, которые она возводила годами для защиты от внешнего мира, осыпались, как сухая штукатурка.

​Сразу после завтрака они решили, что Демид перевезёт свои вещи к ней. Перевозить, впрочем, было особо нечего: потрёпанный рюкзак с документами, пара сменных футболок да старые кроссовки из секонд-хенда. Когда через час он вернулся и поставил рюкзак у двери, Вера ощутила, как её маленькая комната окончательно наполнилась новым, глубоким смыслом. Они долго и бестолково пытались уместить его скромный гардероб на двух свободных вешалках в её крошечном шкафу.

​– Нам определённо нужен шкаф побольше, – констатировала Вера, пытаясь закрыть дверцу.

​– Я куплю его, – серьёзно ответил Демид. – Как только заработаю.

​– Горский, ты не купишь приличную мебель на скромные деньги складского грузчика.

​– А я больше и не грузчик, – он мягко притянул её к себе за талию. – Я найду место, где смогу приносить больше пользы. И денег.

​– Ты уже строишь планы на жизнь после пари?

​– Я строю планы на жизнь с тобой, Вера. Остальное – просто технические детали.

​После полудня они отправились в местный супермаркет. Демид с таким несгибаемым упрямством настаивал на том, что за продукты платит сам, что Вера уступила ему право купить хлеб и молоко. Он выкладывал их на кассовую ленту с такой гордостью, будто приобретал контрольный пакет акций международной корпорации.

​– Ты хоть раз в жизни стоял в обычной магазинной очереди? – тихо спросила она, пока кассир пробивала товар.

​– Никогда, – честно признался он, оглядывая суетящихся вокруг людей. – Шумно, непривычно, куча народа... Но мне чертовски нравится.

​– Серьёзно? Почему?

​– Потому что я стою здесь, держу тебя за руку и чувствую себя живым.

​Вера крепче сжала его ладонь. В этот момент они были самой обычной парой в самом обычном спальном районе, и в этой простоте крылось невероятное счастье.

​Вечером, пока Вера крутилась у плиты, Демид сидел за столом, не сводя с неё глаз. Она спиной чувствовала этот тяжёлый, внимательный взгляд.

​– Перестань на меня так смотреть, – не выдержала она, пряча улыбку.

​– Как?

​– Будто я какое-то чудо природы.

​– Для меня так и есть, – не раздумывая, ответил он.

​– Нам нужно поработать над твоими комплиментами, Горский. Слишком пафосно.

​– Я только учусь, – рассмеялся он.

​Ночью Вера долго лежала без сна, слушая его мерное дыхание рядом. В её жизни за эти недели перевернулось всё: она лишилась привычной работы, впустила в свой дом человека, которого искренне презирала, и... полюбила его до боли в груди.

​– Вера, ты не спишь? – раздался в темноте его тихий голос.

​– Не сплю. Думаю.

​– О чём?

​– О том, как всё это странно. Ты – бывший миллиардер, я – бывшая горничная. И мы делим одну узкую кровать в коммуналке.

​– Ты больше не горничная, Вера. И я больше не миллиардер, – Демид повернулся к ней, его глаза поблескивали в полумраке. – Мы просто два человека, которые нашли друг друга. Ты ведь веришь, что это любовь?

​– Теперь верю, – прошептала она, утыкаясь носом в его плечо. – Хотя наша первая встреча в отеле была сущим кошмаром. Я думала, ты чудовище, которое считает, что всё в этом мире продаётся.

​– Я и был чудовищем, – согласился он, перебирая её волосы. – Но ты заставила меня очнуться. Я продал свой офис, чтобы купить то, что за деньги не продаётся – нашу жизнь. И я ни на секунду об этом не жалею.

​На следующее утро Вера проснулась от негромкого шороха. Демид, уже одетый, аккуратно застёгивал рюкзак.

​– Ты куда так рано? – она приподнялась на локтях.

​– На работу, – он подошёл к кровати и присел на край. – Вчера прошёл собеседование. Меня взяли охранником в крупный торговый центр в центре. График удобный, платят в два раза больше, чем на складе, и спина целее будет.

​Вера смотрела на него – подтянутого, собранного, готового с нуля выстраивать их общее будущее, и её сердце затапливала гордость. Она поднялась и крепко обняла его за шею.

​– Я горжусь тобой, Демид.

​– А я горжусь тем, что я рядом с тобой, – он нежно поцеловал её в лоб. – Вечером буду вовремя. Жди.

​Когда за ним захлопнулась входная дверь, Вера ещё долго сидела у окна, глядя на просыпающийся город. Страх перед будущим исчез, уступив место огромному, греющему изнутри чувству. Она взяла в руки телефон, сделала глубокий вдох и набрала номер мамы.

​– Алло, мам? – улыбнулась Вера, едва услышав родной голос. – Мне нужно рассказать тебе одну историю. Про человека, который спас нас обеих.

Глава 11

Глава 11

– Верочка, – голос мамы звучал слабо, но в нём появилась незнакомая прежде лёгкость. – Я как раз хотела тебе набрать.

– Мам, – Вера сжала телефон крепче, собираясь с духом. – Я хочу рассказать тебе про человека, который помог с операцией.

– Я слушаю, дочка.

– Его зовут Демид. Он… мой друг. Мы познакомились недавно. Он узнал про твою болезнь и решил помочь.

– Просто так?

Вера на секунду замерла, подбирая слова:

– Да, мам. Просто так. Потому что он хороший человек.

В трубке повисло долгое молчание. Слышно было лишь ровное дыхание мамы, за которым последовал тихий, но невероятно точный вопрос:

– Ты его любишь?

Вера затаила дыхание. Сердце пропустило удар. Она хотела уйти от ответа, но врать маме не поднималась рука.

– Я не знаю, мам, – честно шепнула она. – Но я точно знаю, что он стал для меня самым важным человеком.

– Тогда приведи его ко мне, – мягко сказала мама. – Я хочу посмотреть на него. Хочу сказать спасибо.

– Он сейчас на работе…

– Значит, завтра. Приводи его завтра. Я хочу увидеть того, кто спас мою дочь.

Сбросив вызов, Вера ещё долго сидела на кровати. Её одолевали сомнения: как рассказать Демиду? Вдруг он воспримет это в ножи, или мама почувствует фальшь, или всё вообще пойдёт не так?

Вечером Демид вернулся с первой смены уставший, но довольный. Сняв куртку, он сел за стол, а Вера молча поставила перед ним горячую кружку.

– Как день? – спросила она.

– Нормально, – он с наслаждением сделал глоток. – Восемь часов у входа. Никаких происшествий. Зато это деньги, заработанные абсолютно честно и своими ногами.

Вера помолчала, набираясь храбрости, и проговорила:

– Демид… Моя мама хочет тебя увидеть.

Он удивлённо приподнял бровь.

– Завтра, – уточнила она. – Я сказала ей про тебя. Она хочет поблагодарить.

Демид отставил кружку. На его лице промелькнула тень задумчивости, но он быстро собравшись, спросил:

– Ты уверена, что она готова к встрече?

– Она сама попросила.

– Хорошо, – кивнул он. – Я пойду с тобой. Но только с одним условием.

– Каким?

– Я хочу, чтобы она знала всю правду.

Вера нахмурилась:

– Какую ещё правду?

– Что я тот самый циничный подлец, который вышвырнул тебя с работы. И тот, кто потом продал всё, чтобы исправить эту ошибку.

– Демид, это слишком… Она только-только оправилась от новости!

– Она должна знать, – мягко, но твёрдо перебил он, взяв её за руку. – Если я хочу быть рядом с тобой, между нами и твоей семьёй не должно быть лжи. Иначе вся эта история потеряет смысл.

На следующее утро они отправились к маме. Демид надел простую футболку и джинсы, но держался удивительно собранно и сдержанно. Вера всю дорогу крепко сжимала его ладонь, боясь разжать пальцы.

Мама уже ждала их. На ней было её лучшее праздничное платье, а на бледных щеках играл слабый румянец. Увидев гостя, она медленно поднялась с кресла.

– Здравствуйте, – Демид сделал шаг вперёд. – Я Демид.

Мама пристально вглядывалась в его лицо, словно пытаясь прочесть на нём всю его жизнь.

– Вы тот человек, который спасает мою семью? – тихо спросила она.

– Я тот человек, который едва её не разрушил, – прямо ответил он.

Мама удивлённо поглядела на дочь. Вера подсела к ней и аккуратно обняла за плечи:

– Мам, нам нужно тебе кое-что рассказать. Пожалуйста, выслушай.

За столом Вера рассказала всё: об увольнении в отеле, о ненависти, о разбитой машине на трассе, о пари на тридцать дней и о том, как Горский шаг за шагом учился жить заново. О том, как продал бизнес и акции ради её жизни.

Мама слушала молча, не перебивая. Ее взгляд скользил с Веры на Демида.

– Ты правда продал всё, что строил? – переспросила она, глядя ему в глаза.

– Да, – не колеблясь, ответил Демид. – Потому что Вера научила меня смотреть на мир иначе. Без неё всё это не имеет значения.

Мама молчала ещё минуту. Затем медленно протянула руку и накрыла его широкую, огрубевшую от работы ладонь своей.

– Я должна была возненавидеть тебя за дочь, – сказала она со слезами на глазах. – Но ты вернул мне её улыбку. И подарил мне жизнь. Как я могу тебя ненавидеть?

Она отпустила его руку и посмотрела на Веру:

– Он хороший человек, дочка. И ты его любишь. Я же вижу.

– Мама! – Вера густо покраснела, опустив взгляд. – Я такого не говорила!

– Ты не говорила, – улыбнулась мама. – Но глаза не обманешь.

Она поднялась и крепко обняла Демида. Он на мгновение растерялся – привыкший к переговорам и жестким сделкам, Горский не знал, как реагировать на простое человеческое тепло. Но через секунду бережно обнял её в ответ.

Когда они вышли на улицу, Вера почувствовала, как огромный груз спал с её плеч.

– Ты молодец, – шепнула она, уткнувшись носом в его плечо. – Справился.

– На самом деле я ужасно испугался, – честно признался он. – Я ведь никогда в жизни не знакомился с мамой девушки. У меня никогда не было ничего настоящего.

– А теперь есть.

Он улыбнулся, и они пошли по тенистой аллее, держась за руки.

– Демид, – позвала его Вера. – До конца нашего пари осталась всего неделя. Что будем делать?

– Я хочу тебя удивить, – его глаза азартно блеснули. – Хочу доказать, что умею делать безумные вещи без единого цента в кармане.

– Это какие же?

– Приглашаю тебя на свидание. Настоящее, романтическое свидание. С нулевым бюджетом.

Вера смешливо прищурилась и крепче сжала его ладонь:

– Я принимаю вызов, Горский. Попробуй удивить.

Глава 12

Глава 12

Демид сказал, что свидание состоится вечером, и Вера весь день ходила по комнате, не находя себе места от странного, давно забытого предвкушения. Перебрав весь свой скромный гардероб, где всё казалось слишком простым и будничным, она остановилась на темно-синем платье. Купленное два года назад на распродаже, оно так и висело в шкафу, дожидаясь своего часа. Вера разгладила ткань ладонями, собрала волосы наверх и посмотрела на своё отражение в зеркале.

– Ну что, – тихо шепнула она зеркалу, – пора.

У подъезда её ждал Демид. На нём были всё те же джинсы и футболка, но держался он совершенно иначе – свободно, уверенно и спокойно. За спиной больше не было тени прежнего жесткого бизнесмена, но проглядывала сила мужчины, который точно знает, чего хочет. В руках он сжимал неброский букет полевых цветов – тех самых, скромных, что рвал для неё во дворе.

– Ты очень красивая, – проговорил он, протягивая цветы.

– Ты говоришь это каждый раз, Горский, – улыбнулась Вера, прижимая букет к груди.

– Потому что каждый раз заново удивлен, как мне с тобой повезло.

Он взял её за руку, и они пошли через тихие дворы спального района. Вера не спрашивала, куда они идут, впервые в жизни полностью доверившись чужому маршруту.

Демид привёл её к старому заброшенному зданию бывшей водонапорной башни на краю парка. Облупившийся кирпич, выбитые окна верхних ярусов... Но Горский уверенно толкнул тяжелую дубовую дверь.

– Нам точно туда можно? – с легким опасением спросила Вера на пороге.

– Я договорился со здешним сторожем, – усмехнулся он. – И лично проверил каждый пролёт. Заходи.

Они поднялись по крепкой винтовой лестнице на самую верхнюю открытую площадку. Выйдя на крышу, Вера замерла и перевела дыхание.

Перед ними как на ладони лежал вечерний город. Внизу цепочками зажигались золотистые уличные фонари, а над головой расстилалось глубокое темно-синее небо с первыми короткими вспышками звёзд. Прохладный июльский ветер подхватил прядь её волос.

– Господи, как красиво... – выдохнула она.

– Я искал это место три дня, – тихо признался Демид, раскладывая на бетонированном полу старый плед.

Из рюкзака появились пара свечей в стеклянных баночках, зажигалка, бутылка недорогого виноградного сока, два пластиковых стаканчика, свежий багет и ломтики сыра.

– На мишленовский ресторан не тянет, – улыбнулся он, зажигая фитили. – Но это лучшее, что я смог организовать на законно заработанные.

– Это в тысячу раз лучше любого ресторана, – Вера опустилась на плед, подогнув ноги. – Посмотри вокруг. Это настоящее.

Они сидели на крыше, наблюдая, как город погружается в ночь. Когда ветер стал прохладнее, Демид бережно накинул на её плечи свою куртку.

– Вера, – он повернулся к ней, и в свете свечей его серые глаза казались совсем тёмными. – Я много думал о том, что со мной произошло за эти недели. Раньше я искренне верил, что сила – это цифры на банковских счетах, возможность купить любого человека и контрольные пакеты акций. А потом встретил тебя. И понял, что был нищим.

Вера смотрела на него, боясь смахнуть это звенящее мгновение.

– Настоящее счастье – это когда тебя принимают со всеми твоими шрамами, – продолжил Демид, накрывая её ладонь своей. – Я люблю тебя. Не за то, что ты спасла меня тогда на дороге. И не за то, что вытащила из болотного цинизма. Я люблю тебя просто за то, что ты есть.

Горячая слеза скатилась по щеке Веры, но это была слеза абсолютного, чистого облегчения.

– Я тоже тебя люблю, Демид, – ответила она, подаваясь вперёд. – Так сильно, что сама боюсь этого чувства.

Он наклонился и поцеловал её – медленно, тепло и глубоко. И никакой ветер больше не мог их заморозить.

Они просидели на башенной крыше почти до полуночи. Говорили обо всём на свете: Вера рассказывала про детство, про мечту стать врачом, которую пришлось отложить из-за болезни мамы и отсутствия денег.

– А ты? – тихо спросила она, когда свечи уже почти догорели. – О чём ты мечтал, когда был мальчишкой ?

– О семье, – без колебаний ответил Горский. – Мечтал, что однажды приду в дом, где меня ждут не ради денег или распоряжений, а просто потому, что я вернулся.

– Теперь у тебя есть такой дом, – Вера прижалась щекой к его плечу. – Мы с мамой.

Демид молча сжал её пальцы, и в этом молчании было больше обещаний, чем во всех юридических договорах мира.

Они спустились вниз, когда город окончательно погрузился в сон. У её подъезда Демид остановился и нежно поцеловал её на прощание.

– Спасибо тебе за этот вечер, – прошептала Вера. – Это было лучшее свидание в моей жизни.

– И в моей, – улыбнулся он, вытирая подушечкой пальца капельку тени у её глаза. – Оказывается, для счастья не нужны миллионы. Нужна только ты.

Вера вошла в подъезд, прижалась спиной к дверному косяку и дождалась, пока он зайдет в подьезд. Оставалась всего одна неделя пари, но это больше не имело значения: они оба уже выиграли свой главный приз.

Глава 13

Глава 13

На следующее утро Вера проснулась с лёгкой, светлой улыбкой на губах. Она лежала, уставившись в потолок, и прокручивала в памяти фрагменты вчерашнего вечера: ветреную крышу старой башни, мягкий свет свечей, виноградный сок в пластиковых стаканчиках и его тихий голос, называющий её своей семьёй. Ей до сих пор казалось невероятным, что человек, которого она совсем недавно отчаянно ненавидела, стал её главным прибежищем и смыслом.

Она встала, умылась прохладной водой и поставлила чайник. Демид ушёл на работу до рассвета, чтобы успеть на инструктаж, но на столе, прижатый кружкой, лежал клочок бумаги. На нём его крупным, размашистым почерком было написано: «Люблю тебя. До вечера». Вера аккуратно сложила записку и спрятала в карман домашних брюк – как самый ценный талисман.

После обеда она отправилась на рынок за свежими овощами к ужину. Медленно прогуливаясь между рядами, пропитанными ароматом укропа и специй, Вера услышала знакомый оклик:

– Верка, привет!

Она обернулась. За прилавком со свежим урожаем стоял Коля.

– Привет, Коль, – улыбнулась она, подходя ближе. – Как торговля?

– Да потихоньку, – Коля живо вытер руки о фартук. – Ты за покупками? Набираешь столько... Гостей ждёшь или для кого-то особенного готовишь?

Вера почувствовала, как к щекам подступает тепло.

– Для особенного, – честно ответила она, поправляя сумку.

Коля на секунду замер, но в его весёлых глазах не было обиды – только искреннее тепло.

– Ты заслужила быть счастливой, Вер. Правда. Ты слишком долго тащила всё на себе.

– Спасибо, – тихо отозвалась она. – А у тебя как на личном фронте?

– Да пока тишина, – рассмеялся он. – Слушай, а дай совет: как привлечь такую девушку, как ты? А то все какие-то непростые попадаются.

– Из меня советчик так себе, Коль, – улыбнулась Вера. – Просто встретишь своего человека, и всё само сложится.

Они поболтали ещё пару минут. Вера купила у него спелых томатов и зелени, и, прощаясь, Коля махнул рукой:

– Заходи, если что! Папа выздоровеет – мы тут наладим поставки, так что лучшие овощи всегда твои!

Шагая домой с тяжёлой сумкой, Вера размышляла о том, как странно устроена жизнь. Коля был хорошим, добрым парнем, но с ним она всегда держала дистанцию, боялась довериться. А с Горским – человеком совершенно из другого, некогда чуждого мира – вся её защита рухнула сама собой. Рядом с ним она наконец чувствовала себя в абсолютной безопасности.

Вечером, когда суп уже доходил на тихом огне, в прихожей звякнули ключи. Демид вошёл уставший, с тёмными кругами под глазами от восьмичасовой смены «на ногах», но, едва увидав Веру, просветлел лицам.

– Как день прошёл? – спросил он, обнимая её со спины и уткнувшись носом в шею.

– Отлично, – Вера чуть повернула голову. – На рынке Колю встретила. Поболтали немного.

Демид на мгновение замер. Руки на её талии чуть напряглись, а в воздухе на секунду повисла звенящая пауза.

– Бывшего? – уточняюще спросил он, отступая на шаг.

Вера помешала суп и обернулась к нему, прищурившись:

– Горский, ты что... ревнуешь?

– Нет, – слишким быстро и отрезано ответил он, хотя его суровый взгляд говорил совсем об обратном.

Вера подошла к нему вплотную, положила ладони ему на грудь и заглянула в глаза:

– Он просто знакомый из прошлого. А люблю я тебя. Слышишь? Только тебя.

Напряжение на его лице медленно растаяло. Демид вздохнул, накрывая её ладони своими:

– Слышу. Просто... чёрт возьми, Вера, я раньше никогда ничего не боялся терять. У меня были только активы, которые можно перепродать. А тебя потерять я боюсь до чёртиков.

– Не потеряешь, – мягко шепнула она. – Пойдём ужинать.

За столом они ели простой овощной суп. Демид, который раньше питался в лучших ресторанах столицы, уплетал его с таким аппетитом, будто перед ним стоял шедевр кулинарного искусства.

– Вера, – проговорил он, отставляя пустую тарелку. – А что ты вообще чувствуешь, когда видишь его? Или когда думаешь о прошлом?

– Ничего, – искренне ответила она. – Это просто прочитанная страница.

– А когда смотришь на меня?

Вера улыбнулась, наклоняясь ближе через стол:

– Спокойствие. И какую-то невероятную, тихую радость. Знаешь, с тобой мне больше не нужно изображать сильную или крутую. Я могу быть просто собой.

Демид поднялся, притянул её к себе и крепко обнял, зарываясь пальцами в её волосы.

– Ты – лучшее, что случилось со мной за все мои годы , – тихо проговорил он.

Позже, когда в комнате погас свет и они лежали под одним одеялом, слушая, как за окном шуршит ветвями старый тополь, Вера тихо спросила:

– Демид... До конца тридцати дней осталось всего ничего. Ты думал о том, что будет потом?

Он повернулся к ней, найдя в темноте её руку и переплетя их пальцы.

– Я думаю об этом каждый день. И точно знаю одно: что бы ни случилось дальше, я никуда не уйду. Если только ты сама не попросишь.

– А если тебе предложат вернуть твои корпорации? Начать всё сначала в том мире?

– Если там не будет тебя – мне тот мир не нужен, – без колебаний отозвался он. – Я уже был там. Там холодно.

Вера прижалась к его плечу, чувствуя, как его мерное дыхание успокаивает и баюкает. Будущее больше не казалось пугающим и неопределённым. Что бы ни принёс завтрашний день, они встретят его вместе.