355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Мари Князева » Моя! или ничья » Текст книги (страница 4)
Моя! или ничья
  • Текст добавлен: 2 апреля 2022, 21:02

Текст книги "Моя! или ничья"


Автор книги: Мари Князева



сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 5 страниц)

В воскресенье мне всё-таки удалось выделить время для помощи папе. Мы съездили в торговый центр и купили ему новые джинсы и хороший клубный пиджак к ним. Всё это вместе с водолазкой и новой стрижкой (я затащила его в современный барбершоп) смотрелось просто на пять баллов. Правда, папа наотрез отказался идти на свидание в тот же вечер: сказал, что пока ему и так слишком много впечатлений – надо освоиться с новым луком. И пошёл в нём на работу. И это весьма повлияло на его дальнейшую личную жизнь. Но об этом я расскажу позже.

На следующей неделе Семён объявил мне, что в ближайшие выходные школа танцев, где мы занимаемся, устраивает вечеринку в стиле латино и нам совершенно необходимо туда пойти и порепетировать уже наш танец на публике.

– Наш танец??? – переспрсила я в ужасе. – Какой ещё танец? Мы всего четыре элемента выучили…

– Угу. Но ещё впереди целая неделя. Надо поднажать, Алин. Время не ждёт.

Ох уж эти артисты! Не сидится им спокойно, нужно всё время куда-то что-то жать… Но он прав, мы ведь тренируем навыки танца, декламации и пения… нужно и навык публичности тоже отрабатывать.

Идём на вечеринку.

*Андрей Курпатов – знаменитый учёный психолог, наш современник, автор множества книг о работе мозга и не только.

**Индивидуалка – тренировка с тренером в тренажёрном зале. На протяжении часа он уделяет внимание только одному человеку, назначает упражнения, следит за их исполнением.

Глава 7. Активный поиск

Данил

Ну ладно, ну всё, разозлила так разозлила. Больше я об себя ноги вытирать не позволю…

Хочешь, чтобы что-то было сделано хорошо – сделай это сам. Покинув зловредную Кусаку, я вооружился букетом каких-то умопомрачительно дорогих экзотических цветов и занял наблюдательную позицию возле корпуса истории и социологии. Решил, что там самые добрые и интеллигентные девушки водятся. На физфаке они какие-то сухие и холодные слишком…

Многие, да что там – почти все – с интересом оглядывались на меня и с жадным вожделением рассматривали цветы. Мол, вот свезло кому-то, такой парень да ещё при шикарном букете… Я молча радовался и приободрялся духом, но ждал ту, что поразит меня обликом прямо в сердце. Чтоб было такое… возвышенно-прекрасное лицо, скромная (но не замарашная) одежда и хорошая фигура. Случилась пара проколов: понравившиеся мне девушки отказались брать цветы, сославшись на то, что у них уже есть молодой человек. Впрочем, это были даже не проколы, а скорее подтверждения, что интуиция меня не подводит: такая особа, какую я искал, с высокой вероятностью должна быть занята и обязательно – верна избраннику. Но я не унывал, уверенный, что рано или поздно она найдётся, идеальная и свободная.

Однако время шло, поток студенток иссякал, а подходящая претендентка на звание моей девушки всё не появлялась. И вот, совсем отчаявшись, устав и замёрзнув, я сунул цветы первой (или последней) попавшейся девчонке, вышедшей из дверей корпуса, решив завтра сделать новый заход где-нибудь у психологов.

– Спасибо, – неожиданно приятным, мягким голосом откликнулась незнакомка и, больше ничего не добавив и ни разу не оглянувшись, пошла вперёд.

Я притормозил. Странно! Даже не думает кокетничать… А потом взыграла жадность: я ей дорогущий букет, а она мне всего лишь спасибо? Пусть хоть контакты оставит, что ли…

– Эй! – крикнул я вдогонку неуловимой скромнице. – Номер телефона дашь?

Она остановилась и обернулась:

– Зачем? Всё равно звонить не станешь…

Звучит как вызов. Я нахмурился:

– Почему это?

Она пожала плечами:

– Ты ждал кого-то другого. Я видела, к каким девушкам ты подходил, и… в общем, я явно не твой вариант.

Я осмотрел её повнимательнее. Длинная тёмная юбка ниже колен, бесформенное пальто, полные икры, ботинки без каблуков, очки и каре. Ну да, вообще-то не мой. Но чем чёрт не шутит…

– Ты следила за мной в окно? – усмехнулся я, ничуть не смущаясь. Женское внимание мне не в новинку.

– Нет, просто выглядывала время от времени, а ты всё стоял и стоял.

– И как тебя зовут, сталкерша?

– Катя. А тебя, нарцисс?

Я снова усмехнулся:

– Данил. Так что, дашь номер?

– Да бери, не жалко, – она продиктовала мне цифры и, коротко попрощавшись, убежала.

Ладно, для начала неплохо.

В среду Кусака опять принялась путать мне карты. Не так активно, как в понедельник, но заметно. Не стала подходить с дурацкими вопросами, вообще не совершала активных действий, но по меньшей мере пять раз я поймал её взгляд на себе. Вот просто сидит и пялится, как на экспонат в музее. Задумчиво так, словно оценивает, четвёртого я века до нашей эры или третьего. Но, разумеется, всякий раз, как я её ловил, она отводила глаза, не давая даже шанса отправить какой-нибудь невербальный сигнал. Ну, там, к примеру, холодное презрение. Или наоборот, подмигнуть. Я сам ещё не решил.

Нет, в целом, конечно, с меня хватит этих детских игр в догонялки. Если она соскучилась, пусть сама что-то предложит, а не изображает из себя брошенного щенка. А я ещё подумаю, принимать это предложение или нет.

В любом случае, я не собирался останавливать ради неё свои планы и опять идти на попятную. А вдруг получится влюбиться в кого-то попроще и эмоционально взрослее – и освободиться наконец от Алино-Кусакинского ига…

В этот раз взял букет подешевле и поехал в биологический корпус. Девчонок там была тьма – ещё больше, чем на истфаке, встречалось и немало симпатичных. Тут есть подвох: если на крыльцо выходит целая стайка и ты кидаешься к какой-то одной, то остальные, считай, для тебя потеряны. Альтернативные издержки – любимая фенечка нашего преподавателя по микроэкономике, из моего далёкого (кажется, прошлой жизни) несостоявшегося образования. В общем, букет-то я слил быстро, но сказать, чтоб продуктивно – не особо. Высокая стройная девушка его забрала, поулыбалась, глазки построила и даже дала номер телефона, но мне отчего-то не хотелось по нему звонить. Может, оттого, что когда она отошла на несколько метров – туда, где её ждали подружки – я услышал:

– Мииила! Ты чтооо! А как же Коостя?

А может, просто напало какое-то опустошение и чувство несправедливости. Ну почему, чёрт побери, я должен бегать за этими куропатками? Неужели нельзя прожить вообще без них? Разве я не самодостаточная личность? Разве так уж обязательно в кого-то влюбляться и ходить, как два пингвина, поправляя друг другу шарфики?

Эта странная мысль настигла меня из-за того, что я как раз наблюдал за такой парочкой: длиннолицая большегубая девушка и тощий высокий паренёк. Они смотрели друг на друга, и их глаза светились… таким счастьем. Блин, глупо это всё, но… хочется! Хочу, чтоб Кусака так на меня смотрела! Чтоб поправляла шарф и отряхивала снег с плеч, а потом пищала оттого, что я подхватываю её на руки и падаю вместе с ней в сугроб, и мы барахтаемся там и целуемся… ох, чёрт… Да вытравлю я её когда-нибудь из себя или нет?!

Просто из упрямства я достал телефон и набрал ту вчерашнюю Катю. Всё-таки не так противно, как эта Мила, изменяющая своему Косте…

Гудков прошло много, но в конце концов там всё-таки взяли трубку:

– Да?

– Катя, привет. Это Данил. Вчерашний нарцисс, помнишь меня?

– Такое трудно забыть! Чем обязана?

– Просто… подумал, может, у тебя есть время немного прогуляться?

Она задумалась на пару секунд:

– Ладно, давай прогуляемся.

– Откуда тебя забрать?

– Ты на машине? Записывай адрес.

В этот раз она была в брюках и том же самом бесформенном пальто. Штаны тоже… аля мода 78. Странно, что некоторые девушки в наше время плохо одеваются. Ведь это так просто – приходишь в магазин и говоришь продавцу: подберите мне, пожалуйста, комплект. И вуаля – стильная одежда, которая стройнит и украшает, а не превращает 20-летнюю девушку в старуху. Ну да ладно, я не за этим сюда пришёл. Но вообще-то мужчины любят глазами, если кто не в курсе…

– Честно говоря, у меня не очень много времени, – смущённо сообщила Катя. – Через час танцы начинаются…

– Что за танцы? – заинтересовался я.

– Ну, латиноамериканские.

– Ты профессионально танцуешь?!

Странно, обычно танцовщицы как-то получше себя подают…

– Нет, конечно! Это группа для любителей. Я просто… для удовольствия.

– А партнёр есть?

– Нет, одна хожу. Туда и пары приходят, и одиночки. Иногда даже на всех девушек хватает по мужчине, правда, редко. Но там такое правило: партнёры сменяются по кругу каждые пять минут, так что на каждом занятии удаётся потанцевать с партнёром. А ты… не хочешь попробовать?

– О, нет, я танцор от слова бревно. А ты молодец. Давай я тебя провожу.

Мы прошлись сначала по набережной, потом вернулись к машине, и я отвёз Катю через несколько кварталов. Оказалось, занимается она год, и ей очень нравится. Уверяла, что основа совсем несложная и ходят туда люди с разным уровнем подготовки, в том числе такие, как я. А ещё – что школа периодически проводит вечеринки в стиле латино в одном из клубов города. И вот это меня заинтересовало: там должны быть интересные чики, к которым точно не удастся подкатить на занятиях (по причине моей безнадёжной деревянности), а вот вечеринка – другое дело. Там будет темно, тесно и маргарита… Мы с Катей договорились, что она позовёт меня на ближайшее мероприятие. На том и разошлись.

***

Время тянулось бесконечно. Вроде, и всегда всё было так, как сейчас: вот она – Кусака – на расстоянии вытянутой руки. Но толку протягивать нет – только по руке получишь. Я, вроде бы, смирился с этим, убедил себя перестать дёргаться и провоцировать Кусаку на какие-либо эмоции, но… это не помогало.

С упорством, достойным лучшего применения, продолжил искать себе девушку. Даже провёл несколько свиданий… но – всё не то. Как будто прокляли меня, как будто заговорили.

Как ни странно, с Катей мы подружились, причём в прямом смысле этого слова. В особо стрёмные дни я звонил ей, а пару раз и приезжал – и она удивительным образом умиротворяла меня своей тихой ненавязчивой болтовнёй. Что-то там вещала про свою учёбу (её будущей специальностью была социология) или делилась мыслями о жизни. Забавная она, совсем не похожа на других людей, которых я знаю, только вот – не дёргалось ничего в груди. Надеюсь, и у неё тоже, хотя по Катюхе не поймёшь: замкнутая очень.

Я ей рассказывал про свои неудачные свидания – отводил, как говорится, душу. А она слушала спокойно, не перебивая, и лишь иногда вставляла свои пять копеек в духе: "совсем ты зажрался, чёртов нарцисс", – только в более интеллигентных выражениях. Но думаю, это оттого, что она не знала Кусаку. Вот кто коварно задрал мою планку – и в кусты! Зараза…

Накануне латино-вечеринки, о которой, как мы с Катей и договаривались, она предупредила меня заранее, мне приснился дурацкий сон. Будто мы с Кусакой играем в морской бой, и я безбожно вру ей: всё время говорю "мимо, мимо", хотя она попадает в мои корабли, а сам потихоньку сжигаю её флот. И беру награду – тот самый вожделенный поцелуй. Она сначала сопротивляется, но потом обмякает, а затем просто тает в моих руках, как туман. И я думаю, что это мне наказание за бесчестную игру. И так мне тошно, так тошно…

Несмотря на наличие поцелуя, я внутренне обозвал этот сон кошмаром, но и представить не мог, какой настоящий ужас ждёт меня на той танцевальной вечеринке.

Глава 8. Латино-вечеринка

Данил

Начиналось всё замечательно. Я решил, что пора хоть чем-то отплатить моей доброй жилетке за её сострадание и повёл в магаз за платьем для танцев. Там неожиданно выяснилось, что у Катерины есть и талия, и даже стройные ноги – просто икры чуть гипертрофированы, такое бывает. А ведь я её ни разу не видел без этого бесформенного пальто и предположить не мог, как всё обстоит на самом деле.

– Ты почему так по-дурацки одеваешься? – строго спросил я её, оглядывая ладную фигурку в новом, красивом и ярком, но приличном платье. – Ты посмотри, зашибенная же девчонка, нафига это всё под балахонами бесформенными прятать?

Катя нахмурилась:

– Я себя в такой одежде неуютно чувствую. Как будто на меня все смотрят.

– Ну и пусть смотрят, это же классно!

– Нет-нет, это меня смущает. К тому же, я хочу, чтобы меня ценили за внутреннее содержание, а не за внешние прелести…

– Так ты дай шанс-то людям! Помнишь народную мудрость: встречают по одёжке?

Катя вздохнула и посмотрела на ценник. Глаза её за круглыми стёклами очков расширились до размеров очков, и она пискнула:

– Ни за что! Это же целое состояние!

– Да расслабься ты! Я плачу.

– С какой стати?

– Подарок тебе. За терпение и понимание.

Катя фыркнула и поспешила снять подарок. А я забрал и оплатил на кассе.

До последнего момента сомневался, наденет ли, но Катюха не подвела. Пришла на вечеринку красивая и всех там покорила. Я нарочно следил – многие парни на неё залипали, и даже мужики.

Сам я устроился на баре, заправился маргаритой и стал наблюдать за танцующими. Народу было не то чтоб очень много, но и не мало. Девушки в платьях различной степени фривольности, парни – в основном в стиле кэжуал. Джинсы или брюки. Кусака в платье… СТОП! ЧТО???!!! Кусака? Здесь?! В ПЛАТЬЕ?!!!

Но заметил я её слишком поздно – как раз заиграла очередная латиноамериканская мелодия, к Алине подскочил какой-то тощий длинный субъект и, подхватив её за талию, принялся кружить в танце.

У меня в глазах потемнело. Это что такое? Это вот так она хранит себя для науки? С каким-то, прости Тесла, сморчком?! То есть, я недостаточно хорош, а вот это недоразумение…

Кровь ударила мне в голову и залила взгляд красным туманом. Не помня себя, я дёрнулся вперёд. Сочкочил с барного стула, в несколько шагов преодолел расстояние между нами и, ухватив неприятного субъекта за плечо, оторвал от Кусаки. От моей, чтоб вас всех, Кусаки!!! Я её никому трогать не разрешал!!!

Алина пискнула что-то – я не разобрал. В ушах шумело.

– А ну, свалил отсюда по-быстрому, г**а кусок, пока я тебя по стенке не размазал! – заорал я не своим голосом на тощего гуманоида.

– Че-го? – испуганно, но пытаясь изобразить наезд, промямлил он. – Ты кто такой? – и перевёл взгляд на Кусаку: – Алин, это что, твой парень?

Разумеется, я тоже свирепо уставился на неё.

Она выпучила глазищи и замотала головой. Тоже испуганно, как мне показалось.

– Даня, ты что творишь?! – запищала она. – Ты зачем Семёна трогаешь?

– Это ты мне объясни, зачем ты его трогаешь! Танцуешь с ним… вы… вместе, что ли?

– Вовсе нет! – пискнула она затравленно, но потом вдруг встряхнулась и сказала уже совсем другим тоном: – А вообще-то, это тебя не касается. По какому праву ты хватаешь моего партнёра и устраиваешь мне допрос?

– Да по такому..! – я не нашёлся, что ответить по существу вопроса, и решил просто продолжить наезд: – Давай-ка поговорим с глазу на глаз! – грозно. В этом деле главное – не сдавать позиций и открыто демонстрировать недовольство. Тогда все вокруг непроизвольно подчиняются.

– Никуда я с тобой не пойду! – насупилась Кусака. – И отпусти Семёна!

– Тогда Семён пойдёт со мной, но поверь, это будет намного травматичнее! – пообещал я, разумеется, не собираясь причинять вред этому мальчишке. Я убогих не бью. Но запугать Кусаку было необходимо.

Она прищурилась и, гневно стиснув челюсти, потопала куда-то прочь, не оглядываясь. Я тут же бросил плечо сморчка за ненадобностью и, разрезая собравшуюся толпу зевак, последовал за Кусакой.

Алина

На занятия по танцам я ходила в привычных леггинсах и просторной футболке – так удобнее. Но на вечеринку решила надеть мамино платье. Это был почти сакральный жест с моей стороны: я никогда не надевала её вещи, не только потому, что у нас размер отличался на пару ступеней, но и из этических соображений. Чтобы не бередить себе и папе душу…

А тут вдруг решилась. Во-первых, это всё-таки вечеринка, во-вторых, стиль танцев – традиционный, а сама я не владела ничем настолько нарядным и женственным. Мне будто бы страшно было раскрыть это в себе, я словно пряталась от мира за своей невзрачной, практичной одеждой… я так хотела, чтобы меня воспринимали всерьёз, не как капризную девчонку, возомнившую себя учёным, а как вполне осознанного и умного человека. Потому и одевалась по-мужски.

Но здесь – совсем другой случай.

Я отнесла выбранное платье (светлое, до колен, с широкой юбкой и изящным пояском) к старой маминой подруге, и она аккуратно подогнала его под мою фигуру. На ноги надела туфли – пока на совсем небольшом каблуке, но надо начинать привыкать… Семён и слушать не захотел мои притязания на выступление в кедах или балетках. Только танцевальные босоножки на каблуках! Тиран…

Ну да ладно, может, мне этот опыт когда-то в жизни пригодится. Папа всегда учил меня встречать трудности с энтузиазмом, потому что именно они делают человека сильнее и умнее.

Вечеринка была замечательная: хорошая музыка, трезвая весёлая публика, все танцуют в стиле латино… Семён тоже буквально сиял. Мы с ним сначала немного побродили по залу, чтобы освоиться, потом чуть-чуть порепетировали выученную за неделю связку. Выпили на баре лимонада и двинули на танцпол. Вот тут-то и проявилось в моём партнёре что-то странное.

Я улыбалась ему дежурно, как нас учили на занятиях. Точнее, учили сохранять на лице довольное выражение, но оно же не может быть вечным и при этом искренним. Поэтому я научилась просто держать губы растянутыми, а вот Семён… мне почудилось в выражении его лица что-то непривычное: какой-то излишний ажиотаж, и смущение, и… нежность? Не слишком я в таких вещах разбираюсь, чтоб определить с первого взгляда, но на второй мне времени не дали.

Непонятно откуда взявшийся чокнутый Гаршин налетел на нас из темноты, дёрнул и встряхнул Семёна, а потом понёс такой бред, что я даже не знаю, как его интерпретировать…

– Что за нелепые претензии, Данил? – налетела на него уже я, когда мы отошли в тёмный и более или менее тихий уголок. – По какому праву ты…

– Ты!.. – грозно перебил он меня. – Это ты ещё будешь меня в чём-то обвинять! Сама обжимаешься тут с каким-то…

– Да твоё-то какое дело, с кем я обжимаюсь?! Чёртов орангутанг! Тебе негде побить кулаками об землю? Что ты ко мне пристал?!

– Я ведь обещал, помнишь? Увижу тебя с кем-то – дам люлей!

Ну просто слов нет…

– Даня, послушай, ну это же какой-то полный неадекват… С какой стати тебе бить кого-то из-за меня?

– А ты не помнишь, Кусака? Как клялась и божилась полтора года назад, что не будешь ни с кем встречаться в универе, чтобы полностью посвятить себя учёбе..?

Бред какой!

– Во-первых, я не клялась. Во-вторых, я не имела в виду "вообще никогда", а в-третьих – почему это тебя так беспокоит?

Мотив напрашивался сам собой, только вот – очень уж невероятный…

– Ты же… не ревнуешь меня..?

Он неожиданно фыркнул:

– А что, я не живой человек?

– Чтобы ревновать, нужно ведь… это… ну… чувства какие-то питать к человеку… положительные я имею в виду, а не только ненависть и раздражение…

Молча смотрит на меня, дико сверкая глазами и играя желваками. В свете клубных мигалок это выглядит очень зловеще. Нее, ну не похож он на симпатизирующего мне парня. Скорее уж на готового меня прибить. Придушить, там, или свернуть тонкую шейку.

– Или… – осеняет меня, – ты что, так обиделся на мою фразу про поцелуй? С тобой… Что я только через труп..?

Опять молчит и сверлит демоническим взглядом. Я вздыхаю:

– Да не переживай ты. Я с Семёном не целуюсь. Мы просто… танцуем.

– Какого рожна? – излечивается наконец от немоты Гаршин.

– Ты уверен, что я должна давать тебе в этом отчёт?

– Абсолютно.

– А что мне за это будет?

Его глаза темнеют ещё сильнее, пугая меня до дрожи.

– Ладно! – пищу я, сама не своя от страха. – Скажу, а ты тогда оставишь нас в покое…

– Сегодня! – добавляет, надвигаясь на меня огромной тёмной глыбой.

И как можно быть таким невыносимым? Бесславно сдуваюсь:

– Мы с Семёном будем выступать на Студвесне с перфомансом, часть которого составляет танец.

Гаршин пару секунд настороженно переваривал эту инфу, а потом разродился очередной претензией:

– Что, не могла себе партнёра попредставительнее найти? – и выпятил мускулистую грудь, будто бы предлагая себя.

Я хохотнула:

– Нет, это не для меня, это для него. Я ему помогаю просто.

– А ты бы не могла ему помогать на расстоянии трёх метров и более?

– Бачата так не танцуется!

– А других танцовщиц бачаты, кроме тебя, в N-ск не завезли? И вообще, с каких пор ты танцуешь?

– Вот, две недели как. И по-прежнему считаю твои претензии необоснованными. Я не твоя девушка, чтобы их выдвигать!

Гаршинское лицо как-то странно дрогнуло. Потом скривилось надменно:

– Всё ясно! Два ботаника собираются зажигать на ботаническом конкурсе… – он с особым ехидством выделил слово "зажигать".

– А ты что тут делаешь? – спохватилась я. – Тоже бачату танцуешь? Интересно было бы посмотреть…

Почему-то этот танец, впрочем, как и любой другой, не особенно вязался в моей голове с образом Гаршина.

– Дань! – вдруг окликнул его женский голос из зала. – Ой, а я тебя обыскалась!

К нам подошла невысокая стройная девушка в ярком платье, очках и с тёмным каре. Почему-то при виде неё во мне всё упало. Я, вообще-то, тоже никаких положительных чувств к Дане не испытываю и к тому же прекрасно знаю, что он весьма востребован среди прекрасной половины человечества, и сам, конечно, падок на оную. Но вот эта девушка… вызвала во мне тяжёлое неприятное чувство. Будь она более вычурна и ненатуральна – я б не так расстроилась. Но Данина спутница – сама естественность. Есть в ней даже что-то трогательное. И у меня внезапно защипало в носу…

– Аа… ну ясно… – пробормотала я, пряча взгляд. – Ладно, желаю вам хорошо повеселиться…


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю