Текст книги "Торговец будущим 4 (СИ)"

Автор книги: Мархуз

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 12 страниц)

Глава 15

Глава пятнадцатая

Торжественный бал по поводу получения титула герцога Мантуи Степан Сергеевич организовал у себя в особняке более-менее скромно. Насколько это удалось, конечно же. Всё-таки всяких высокопоставленных Ланских вместе с супругами и со старшими детьми в России выше крыши. Правда ни один из этих потомков выходцев из Польши 14–15 веков пока так и не стал даже графом. Вроде большие должности имели и имеют, а титулом никто так и не обзавёлся.

/ Лишь один получил графа, да и то лишь в 1861 году реальной Истории. Тот самый Серёжа Ланской, который в этой реальности нашёл нашего попаданца /

Ничего, я подправил сию несправедливость и теперь окружающим придётся именовать бывшего обер-гофмаршала «его светлостью». Спросите «а почему бывшего»? Увы, Степану Сергеевичу в последнее время не до придворной жизни. Его хояйство и капиталы так разрослись за эти годы, что требуют внимания и заботы. Тут ещё и целое герцогство свалилось на шею, а о нём следует как следует позаботиться, дабы оправдать оказанное доверие.

На торжестве, кроме всякоразных Ланских, присутствовали ещё некоторые вельможи и сановники, но явно не в массовом порядке. Тот же русский император никак не мог (да и не хотел) отвертеться от почётной миссии «свидетеля».

– Степан Сергеевич, так какие планы у вас по поводу Мантуи? Совсем нас бросите и туда переселитесь, – это навроде шутки, но высказано серьёзным тоном, – или отсюда управлять герцогством будете?

– Ваше величество, право слово моя жизнь здесь, а Мантую я собираюсь посетить лишь этим летом, дабы организовать в герцогстве дела по восстановлению и обустройству жизни мантуанцев должным образом. Затем вернусь обратно, ибо уж очень хлопотное и большое хозяйство организовалось под Петербургом как вы знаете. Ну и кое-каких специалистов туда вывезу, чтобы занимались герцогством должным современным образом.

– Ну, что же, это дело разумное и нужное России, хотя и находится в Италии. Я вам пожалуй помогу корпусом в десять тысяч солдат, чтобы французы, итальянцы и даже австрийцы знали о наших претензиях на небольшую часть тамошних земель.

Не то, чтобы Александр раскидывался войсками налево и направо, но Русскую Армию нужно кормить, поить и содержать, поэтому и использовал любую возможность повесить хотя бы часть забот и расходов на чью-нибудь шею. Вон, в Средней Азии, воинский контингент вполне окупается намного возросшими доходами от торговли с местными, а отслужившие свой срок селятся в тех краях (то есть, сами расходы постепенно сокращаются). Кто вдоль тракта, а кто и возле реки Яксарт, потихоньку расширяя «русскую территорию».

В июне ещё двое русских стали итальянскими герцогами, хотя получили территории поменьше. Сначала соответствующее торжество организовал граф Строганов, получив под своё крыло Модену, а затем отметился и граф Кочубей, став герцогом Реджо. Всё это можно считать мелочами по меркам России, но европейцы были явно шокированы. Квартет русских вельмож, богатых и очень близких русскому императору, явил собой какой-то новый политический конгломерат.

Особенно бесился император Франц, чувствуя как всё больше ускользают из-под его влияния итальянские земли. При любой попытке вернуть их военным путём Австриийской империи придётся столкнуться с Россией во всей её возрастающей мощи. Даже дипломатический путь становится всё менее возможен, так как в июле был официально создан Рейнский союз, члены которого вышли из состава Священной Римской империи.

– Великолепно, мсье Талейран, это просто великолепно, – восхищался Бонапарт, – ещё один ваш план сработал на славу. В принципат Эсте вовлечены ещё трое самых влиятельных вельмож русского императора и теперь австрийцам практически невозможно будет войти с ними хоть в какую-нибудь коалицию. Интересы венского двора отныне противоречат интересам русских вельмож, а эти разногласия посильнее военных побед.

– Я вам скажу больше, ваше величество, если добавить в создавшуюся картину ещё пару штрихов, то сможем навек разлучить Вену и Петербург. Всё-таки таможенная борьба русских и австрийцев благодаря именно этим итальянским территориям выигрывается в пользу Александра Первого. Мне сообщили, что три четверти сырья, вывозимого прежде в Австрию, ныне идёт через Средиземное море в Феррару, то есть, в обход австрийских таможен. Так что казна Франца недосчитывается доходов, что бьёт по бюджету.

– А какие именно штрихи вы имеете в виду, мсье Морис?

– Вы же в курсе, что болонцы просятся под руку мсье Оленина. Если их передать русскому, а так же прирезать южные остатки герцогств Реджо и Модена, то сам принципат станет по сути небольшим королевством. Да, уменьшится площадь Итальянского королевства, но вице-король Эжен и так пока не справляется с тем, что имеет. Именно поэтому вы планируете перевести королевство Этрурию на следующий год в состав Франции. Кроме того, основная промышленность Северной Италии останется под нашей рукой, а земли подвластные д’Эсте в основном сельскохозяйственные.

Наполеон сначала призадумался как следует, а затем решил задать разумный вопрос.

– И в чём же будет наша выгода, мсье министр?

– Мы можем поставить мсье Оленину условием подписание союзного договора с Францией. Это ничем не нарушит Пакт о ненападении с Россией, зато именно русские будут заинтересованы в содержании солидного воинского контингента в королевстве Эсте. Не удивлюсь, если они ещё и военный флот свой создадут, хотя их торговые суда ныне охраняют корабли Черноморской эскадры. В результате за их счёт будут охраняться наши восточные границы в центре Италии. Ещё им выгодно будет поддерживать бесперебойность поставок русского сырья, материалов и товаров южным морским маршрутом.

Французский император помолчал, переваривая полученную информацию, а затем вздохнул.

– Хорошо, друг мой, я хорошенько обдумаю ваше предложение. В конце концов, нам придётся подвластные земли разбивать на королевства по всей Европе. Может быть и пригодится ещё одно малое итальянское королевство, хотя лучше бы его сделать великим герцогством, вам не кажется?

– Ваше величество, маркиз д’Эсте своенравен и, насколько мне удалось выяснить, честолюбив. От прирезания земель ради изменения статуса лишь до великого герцога он может и отказаться. Это всё-таки излишние заботы и расходы, а он человек практичный и расчётливый. Статус короля – единственное что может его привлечь в этой ситуации. Ему проще купить у португальской короны маленькое внутреннее королевство Алгарве ради титула, чем нести большие расходы ради крупного герцогства. Тем более, что юридически он Вельф, а значит вообще может заключить брак с какой-нибудь из подрастающих принцесс Европы королевской крови.

В принципе, беседа двух французских лидеров на этом закончилась, но Бонапарту пришлось как следует призадуматься над проблемой. Сэкономить на титуловании и получить отказ казалось невероятным, но что делать если своенравный владелец принципата действительно взбрыкнёт? Да уж, гораздо проще придумать удар своего имени в стоклеточных шашках, то бишь, «удар Наполеона». Ну или разгромить одним корпусом сразу пять вражеских, не дожидаясь когда остальные свои подтянутся. Психология гораздо сложнее для понимания и нужно быть Талейраном, чтобы заранее предвидеть что и чем аукнется в итоге.

Сентябрь хоть и заключительный месяц финансового года, но и время подтягивания хвостов, а также проведения испытаний. В общем бардак ещё тот, но более-менее упорядоченный. Рапортов никто не отменял, как и желания выглядеть получше в глазах начальства.

– Ваше величество, мы уже проводим учения подразделения канонерских лодок в шхерах Финского залива. Заодно, уточняются лоции и вносятся изменения в них, ежели таковые находятся. Регулярно проводятся не только манёвры, но и учебные стрельбы, – докладывает Александру министр морских сил адмирал Чичагов, – планируется с годами освоить эстляндское и лифляндское побережья. Экипажи срабатываются в умениях, дабы закрепить их за конкретными судами.

– Очень хорошо, Павел Васильевич, а как обстоят дела со строительством фрегатов серии «Спешный»?

– Одновременно строятся на разных верфях сразу пять кораблей. Общее количество, которое предполагается ввести в флот до 1810 года составит тридцать шесть единиц. После испытаний фрегата, построенного в Малой Охте будет принято окончательное решение будем ли делать их на паровом ходу.

Что ни говори, но модификация военного корабля вроде удачна. Более сорока пушек, предусмотрены ракетные установки, плюс ещё паровые двигатели, чтобы обеспечить автономность в безветренную погоду. И, что немаловажно, заранее готовят экипажи для них, включая обслугу паровых установок и ремонтников. Испытания первого образца вскоре начнутся и будут состоять из нескольких этапов, а закончатся переходом в Филадельфию и обратно. Естественно, что зимние месяцы корабль простоит в Америке так как глупо его потерять из-за зимних штормов где-нибудь в Атлантике. И хотя именно это судно останется частным оно будет принято за образец для будущего военного флота.

– Ваше величество, состав нашей армии стабилизировался, – теперь сыплет канцеляритами из будущего военный министр Вязмитинов.

Уж на что старый пердун, а туда же. И никуда не деться от замусоривания русской словесности, когда все чиновники подхватывают перлы нового сленга доходящие до них через Ланского и Строганова. Зато сам я всё чаще применяю в речи всякие «то бишь», «навроде» или «ибо». Причём оно происходит само собой почему-то.

– Что вы имеете в виду под «стабилизацией», Сергей Кузьмич? – интересуется царь, – поясните, пожалуйста.

– Общее количество солдат остаётся практически одинаковым, как и размер рекрутских наборов. В год армия пополняется примерно тридцатью тысячами новых из которых одна треть приходит по своей воле. Именно ими мы предпочитаем формировать стрелковые полки, так как они более мотивированы чтобы осваивать новое. А по сроку службы солдатские ряды покидают также тридцать тысяч, вот и получается стабильное количество.

– Так, а что с вооружением у нас происходит?

– Новые винтовки Лестона и Сурнина сразу поступают в подразделения, но относительно немного. Ожидаем когда начнётся массовое производство новых замков и тогда в Сестрорецке и Туле начнётся более массовый выпуск, дабы зазря не переделывать предыдущее оружие.

Действительно вся военка ждёт окончательного варианта винтовок о которых в массе ходят лишь слухи и сплетни, но лишь немногие в стране их видели и понимают что из себя эти винтовки представляют. Понятно, что шила в мешке не утаишь, но нужно всё же запас успеть накопить, чтобы в этом хотя бы иметь превосходство. Тем более, что наверняка сыграет свою роль тот фактор, что ведущие державы не проводят стрелковую спецподготовку бойцов, как мы. Им проще иметь массы вчерашних крестьян и горожан, а значит с введением нового оружия, подобного нашему, у них начнутся страдания с повышенным расходом боеприпасов впустую. Так зачем тратить деньги, если есть более-менее приемлемые дульнозарядные ружья, слегка разбавленные штуцерами для застрельщиков? Как всегда: «война план покажет» и «с нами бог», а значит количество солдат решает всё на поле боя.

– Тогда, господин министр, придерживайтесь этих планов и не спешите. А в нужный момент мы вас обеспечим всем необходимым, включая финансы.

Министры с докладами весь сентябрь сменяли друг друга согласно приглашениям «на ковёр», поступающим от императора. А мы провели испытания нового фрегата, убедились в качества его корпуса, оснастки и паровых машин, даже стрельбы провели. В принципе всё работает и не требует каких-то доработок или ремонта. Поэтому в начале октября корабль ушёл в Америку на свой страх и риск (ну и на наш тоже). Если ему удастся пройти океан, несмотря на неблаговидную погоду ожидающуюся в ноябре, то будем считать сию модификацию правильной и приемлемой. В случае чего, запас угля будет пополнен в Уэльсе, а затем лишь в Филадельфии.

Если же что-то не так и запас прочности плох, то значит будем работать над пароходофрегатами дальше и более тщательно. Именно погодные океанские условия явятся решающим фактором, а всё остальное лишь отвлекающие мелочи (по сравнению с мировой революцией в деле мореплаваний).

– Сэр Уильям, – побеспокоил британского премьера Гренвиля первый лорд Адмиралтейства, – в море был замечено судно под парусами, но ещё и на паровом ходу. Вполне солидное количество пушечных портов на уровне фрегата. Оно шло под русским флагом на запад. Как прикажете отреагировать?

– Никак, сэр Чарлз. Вспомните этого баламута американца Фултона, который несколько лет назад предлагал нам строить корабли с паровыми машинами. Ничего хорошего из этого не вышло, а волна, которую такое судно создавало, размывала берега рек. И расход угля огромный, хотя сама машина маломощная. Тупиковая ветвь на мой взгляд, а чтобы через океан переплыть, так придётся судно с углем или дровами под завязку с ним отправлять. Про такую даль, как Индия или Китай даже речи быть не может. Не отвлекайтесь милорд, лучше займитесь насущными проблемами.

Вроде всё правильно, если ориентироваться на 1799–1800 годы, но… Впрочем сложности текущего периода не позволяли премьер-министру отвлекаться на глупости. Существовали дела гораздо более важные и ими следовало заниматься. Благодаря Уильяму Гренвилю страна временно абстрагировалась от идеи пароходов, доверив это всяким отсталым странам типа России.

И слава богу!

Глава 16

Глава шестнадцатая

Чехарда с членами Мальтийского ордена наконец-то прекратилась. Официально в нём (прежнем) остались лишь католики, да и то не все. Тем не менее у них база в Сицилии, плюс на самой Мальте и восемьдесят судов, включая полтора десятка военных. Линкоров нет, как и ракетной обороны, зато есть покровительство Ватикана и кое-какая финансовая поддержка из Рима. Добавим сюда прежние понты, регалии и название.

Наш орден перестал быть мальтийским, по крайней мере это слово из названия убрали. Чистое католичество тоже исчезло из устава, сменившись на скромное «христианский». Получился Ревельский орден святого Иоанна, зато базовыми землями является территория северной части Эстляндии. Она, кстати, выведена из состава Эстляндской губернии, хотя и остаётся российской. Торговый флот насчитывает сорок семь судов и столько же капитанов, кроме того ещё две дюжины мальтийских торговцев сотрудничают с моими трейдерами. Военный флот Ревельского ордена имеет в своём составе восемь линкоров, пусть и качественно отремонтированных, но б/у. Шесть фрегатов и несколько вспомогательных кораблей для всяких боевых надобностей. Зато все порты укреплены ракетами и более-менее приемлемой артиллерией, что вполне устраивает Александра Первого за чужой счёт заполучившего качественную оборону кусочка своей страны.

Ну и, ясен перец, новые регалии, медальоны и прочие красивые цацки, правда относительно небольшого размера. Нам не нужны блямбы размером на треть груди ради ложного величия, пусть другие такими шикуют, коли им нравится. Гораздо важнее размеры доходов от коммерции и промышленности с сельским хозяйством от которых поступают налоги в казну ордена. Правда ввозные и вывозные пошлины проходят мимо неё, поступая в государев бюджет, но это разумно, ибо за предоставленные в пользование земли нужно платить не только верноподданичеством.

Злые языки без костей утверждают при дворе, что «князь Ревельский специально обзавёлся орденом, чтобы подати в казну самому не платить». В чём-то они правы, хотя чисто со своей торговли я всё сполна оплачиваю, мало того, без хитрого утаивания доходов. А то что фактически приютил иноземцев, оставшихся без родины, так это чистое самаритянство, не более. Да, они не сирийские беженцы, а вполне обстоятельные и состоятельные люди, так каждый сам выбирает кому помогать и чем. Я же настолько бесхитростный, что у меня конфетку выманить легче чем у ребёнка. Правда любой, кто пытался проверить такое на практике, неоднократно убеждался что у ребёнка хрен конфетку выманишь в реале. Скорее сам без чего-нибудь останешься, предприняв попытку.

– Денис Дмитриевич, вам действительно пора жениться, – убеждает герцогиня Ланская, – ведь столько предложений поступает. Всё-таки породнившись с высокопоставленными родами вы войдёте в самый высший свет нашего общества. Неужели вам не хочется этого?

Мария Васильевна давно так не думает, но по-видимому ей поставлена задача, которую приходится выполнять помимо своей воли. Русский царь на меня не давит и не пытается насильно женить, вот другие лишь предлагают и упрашивают, опасаясь давить, пользуясь связами и властью.

– Дорогая, наш друг наверняка имеет что-то себе на уме, – пытается угомонить супругу, вернувшийся из командировки в Италию Ланской, – да и зачем ему наши княжны, когда в Европе широкий выбор принцесс имеется.

– Степан Сергеевич, милый мой, да чтобы принцессу взять в жёны нужно самому королём быть или сыном монарха.

Наши беседы, протекающие в таком ключе, скорее шутливы, чем целенаправлены.

– Дорогие друзья, а если Денис Дмитриевич вскоре станет великим герцогом? – вмешался в дружескую пикировку Строганов, – обратите внимание на то, что он отмалчивается и улыбается с хитринкой. Наверняка задумал столь искусный ход, что все имеющиеся предложения покажутся мезальянсом.

– Скажите ещё, Павел Александрович, что тогда равной парой будет кто-нибудь из великих княжон, – Ланская даже засмущалась от вырвавшихся слов.

Остальные присутствующие тоже затихли, осознав что прикоснулись к святая святых. В результате мне пришлось разрядить атмосферу простым откровением.

– Дорогая Мария Васильевна, вы же знаете что я не от мира сего, поэтому ищу невесту по любви, а не по расчёту. И могу позволить себе именно такой вариант, так как ни деньги, ни связи меня не интересуют. Того, что довелось нажить, вполне хватает. Я из этого исходил с самого начала, остаюсь при этом мнении и сейчас.

Понятно что говорить о том, что многие фамилии в Европе настолько друг с другом перекрестились, что имеется опасность передать наследственные болезни детям, нет смысла. Или не дай бог породниться с Романовыми и навечно стать их рабом, об этом пусть другие мечтают. К той же Екатерине Павловне уже пару раз подкатывали из Баварии, а за принца Генриха Прусского лишь недавно просили его родственники. В то же время Екатерина имеет любовную связь с князем Долгоруковым. Мало того, великая княжна на пару с её матушкой, Марией Фёдоровной, нацелились породниться с австрийскими Габсбургами. Мне такого счастья, честно говоря, и нафиг не надо. А в сексуальном плане мне вполне хватает тихой спокойной Глаши с которой у нас всё хорошо уже не первый год.

Во второй половине октября 1806 года французы произвели смену посла, прислав вместо Лессепса несколько загадочную личность, именуемую Рене Савари. О нём известно, что является одним из самых доверенных людей Наполеона и попутно возглавляет тайную полицию. Дело в том, что аукцион на приобретение комплекта высококачественных материалов для флота франкопузы проиграли и в сентябре англикосы вывезли «добычу», подсократив свою казну. Ротация особо ничего не изменила в отношениях наших стран, да и сам Савари навряд ли надолго задержится на новом посту. Тем не менее он встретился не только с сильными мира сего, но и зачем-то согласовал встречу со мной.

– Ваше высочество, я хотел бы согласовать с вами кое-какие территориальные и статусные изменения принципата Эсте…

Нельзя сказать, что добавление герцогства Болонья меня особо радует. И так моя личная экономика работает на пределе возможностей, а оговорённая когда-то «подпитка» из Франции скоро закончится. Да и ни разу неохота быть эдаким раздражителем австрийского двора в чём честно признался послу.

– Ваше высочество, его императорское величество высоко ценит вашу помощь и соучастие в развитии итальянских земель. Мы готовы компенсировать некоторые ваши финансовые расходы ради помощи итальянцам, пострадавшим от длительного австрийского владычества в прошлом.

Вот так, чисто по-дипломатски, мне навешивают лапшу на уши, всё больше ставя меня в зависимость от политики раздувшегося от завоеваний корсиканца. Тому не хватает толковых правителей захваченных земель, поэтому припахивает со стороны тех кто тянет. Вроде в ближайшие годы он раздаст кучу герцогских титулов своим маршалам, но кто из них реально осилит экономическое управление новыми территориальными приобретениями Франции?

– Мсье посол, я не против помочь вашему императору, но давайте разложим по полочкам возможности…

А что делать, коли я не собираюсь вслепую совать голову в петлю. Рано или поздно Наполеон зарвётся и крякнется, а люлей мне прилетит от тех же австрияк. И я совсем не уверен, что Александр Первый сможет или захочет защитить своего попаданца от того же Франца Второго Священноримского (который всё больше становится Францем Первым Австрийским). Вот и приступили с послом к раскладыванию пасьянса расходов, плюсов и минусов. Ему, конечно же, предстоит согласовать всю эту мутотень с Парижем, но его «ноблесс» стопудово «оближ» в данной ситуации.

– Ваше высочество, я немедленно свяжусь с Парижем и сразу же сообщу вам о результатах.

Повсюду пока странным выглядит, если отдельные личности с неохотой воспринимают территориальные, а то и статусные подарки. Я и так исхитрился переложить на плечи толковых вельмож целых три герцогства из принципата, но мир своеобразен в нынешний период истории. Честное слово, но лучше бы подпрячь в герцоги тех же представителей семейства Расторгуевых, как деловых и хватких специалистов. Увы, они из третьего сословия пока и никто не заменил российские нравы на новые французские. Формально наверное можно было бы, но потом упрёков и попрёков хрен оберёшься.

Александр только сейчас начал свою длительную кампанию по созданию Конституции и результат будет получен лишь через несколько лет. Базовые исходники вроде просты и понятны, но сколько копий будет сломано в процессе перестройки самодержавия. Хотя подход любопытен: семейство Романовых сменит статус с «вечных» владельцев страны в столь же «вечных» лидеров нации. Причём сохранив все свои земли, которые пока не розданы дворянам и не выкуплены недворянами. Не удивлюсь, если охреневающие от предстоящих изменений вседозволенности дворяне (при поддержке ошалевающего народа) сметут семейство реформаторов путём «воздействия табакеркой».

Если всё начнётся и закончится где-нибудь в Зимнем Дворце, то и хрен с ним. Гораздо хуже, а значит и кровавее, коли недовольство перерастёт в бунты и мятежи, а закончится вообще какой-нибудь революцией с переходом в гражданскую войну. В реальной Истории такое тянулось до 1917 года, а как оно сложится в нынешней?

Кстати, наш заглавный гебешник (виноват, обешник) Макаров провёл несколько встреч, беседуя с Савари о своём, о женском. Неизвестно что они там обсуждали, но в ноябре случился знатный пожар на бристольских верфях. Наверняка какие-нибудь недовольные ирландцы, работавшие на них, всё и обустроили. Конечно, когда британцы проводили расследование, то выявили виновников. Причём даже больше, чем нужно. Чуть ли не каждый третий ирландец утверждал что именно он организовал поджоги, что и смутило полицейских чинов. Слава богу, но к России в связи с этим претензий не возникло, так как мы никоим образом не причастны. А если где-то у кого-то в беседе и обсуждалась сия тема (до того, как всё запылало), так такого к делу не пришьёшь.

Впрочем к этому моменту и сами лимонники чуток накосорезили, решив побыстрее восстановить статус-кво в Индии. Они наняли в Пруссии сабсидный тридцатитысячный корпус, чем порадовали прусского короля, и отправили солдат к месту назначения. Всё-таки солидное усиление имеющимся там двадцати тысячам английских войск, а то нанятые когда-то ост-индцами местные вояки в большинстве своём разбежались после атак мореманов Вильнёва. Неизвестно к чему это приведёт, но ослабление прусской армии вызвало неожиданное явление. В разных местах польских земель, принадлежащих Пруссии, начались бунты и мятежи…

В принципе все многочисленные расторгуевские строительные бригады работают на моих объектах в Малой Охте, Эстляндии и даже в принципате Эсте. Им так выгоднее, но и Петербург напичкан строителями, пусть и разных семейств и из различных губерний. Что ни говори, но военная реформа Александра Первого вызвала потребность в массовом строительстве в разных местах России и, естественно, в столице. Армия переводится с квартирной (постой у крестьян и горожан) на казарменную систему размещения. По указу императора военное министерство возводило целые комплексы. В них входили не только спальные корпуса, но и кухни, лазареты, плацы и офицерские флигели. Сами офицеры больше не арендуют комнаты и квартиры у местных, а обязаны проживать в расположении своих подразделений.

/ В доп.материалах разместил старую фотографию казарм Егерского полка в Санкт-Петербурге /

За время «италийского противостояния» царь-батюшка проконтролировал создание ещё четырёх казарменных комплексов, куда и въехали по возвращении егеря Рачинского, все пять тысяч стрелков. Образовалось эдакое «кольцо обороны» Зимнего дворца, по крайней мере казармы расположены в пределах разумной досягаемости. И гвардейские приоритеты сменились, ибо парадные полки лишь существуют, но на них Александр, умудрённый печальным опытом отца, больше особо не рассчитывает. Зато ещё пять полковых комплексов достраивается и туда будут рекрутированы ещё пять тысяч человек.

Это всё гвардия особого назначения со своим спецпитанием, спецподготовкой и передовым оружием. Понятно, что вельможи стараются впендюрить в её состав своих недорослей, но служба Макарова очень серьёзно пресекает подобное. То есть, егерским офицером можно ныне стать лишь отслужив два года в соответствующих частях нижним чином, а затем отучившись в новом Егерском стрелковом училище. И какой навороченный дворянин, особенно титулованный, согласится отдать своё чадо в солдаты? Вот и работает сей социальный лифт пока лишь для подлого сословия, а не демократически для всех подряд.

Ну нет в России массового равноправия, либерасты не придумали ещё как это сделать. Чего говорить, если массовая гигиена внедряется лишь в больницах и в армии, а тем же аристократам дозволено регулярно не мыть руки перед едой и пить сырую воду. Хоть из реки, хоть из лужи, мало ли что им взбредёт в голову.