Текст книги "Оборотни Сибири, или Пленница медведя (СИ)"

Автор книги: Лира Кац

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 12 страниц)

ГЛАВА 16

Девчонку перестало колотить, вколол ей успокоительное, теперь она безмятежно спала, а я смотрел, как вздрагивают её ресницы и мерно вздымается грудь.

Не разрешил до неё никому дотрагиваться. Сам раздел и уложил, укрыв тёплым одеялом.

Когда увидел её на полу под дверью, всю скрючившуюся от боли, медведь чуть не изодрал меня изнутри. Он ведь был против Луизы. Она и раньше ему не особо нравилась, но он никогда не возмущался. Смиренно давал мне волю.

Я пригласил её к себе, знал, что таким образом ложная истинность проявит себя. Настоящая истинная связь не позволит мне быть с другой. Пара всегда чувствует истинного. Я докажу, что Аля не моя пара, а потом найду того, кто с ней сделал это.

Не остановился, когда почувствовал первый укол в область сердца. Медвежья сущность порывалась взять верх, но не был бы я главой, если бы не умел управлять своим зверем.

Луиза разделась, как делала это сотни раз ДО. Выгибаясь красивым телом, подползла ко мне на кровати, коснулась губ, обвив нежными руками шею.

Я отмел в сторону первый звоночек, продолжая. А потом. Буквально оттолкнул её от себя. Так и не закончив начатое.

Пара! Мне нужна только пара!

Распахнул дверь и увидел её. Беззащитную, бледную, трясущуюся.

– Что с ней? – прикрываясь простыней, подошла Луиза.

– Прочь! – аккуратно поднял девушку. Она была вся горячая, прижавшись ко мне тихо заскулила. Не думаю, что в тот момент она вообще понимала, кто несёт её на руках.

Я тщательно смыл с себя запах Луизы. Аля не оборотень, скорее всего, и не почувствовала бы его, но я хотел избавиться от этого подспудного чувства предательства.

Всё-таки это правда. Этого не может быть! Невозможно! Хотелось кричать от боли, которую я нанес ей. Самка всегда чувствует острее. Плюс она человек. Слабее.

Я же проигнорировал первые ощущения. Посчитал, что это исходит от моей звериной сущности. Нет. Это было проявление истинности. Мне следовало остановиться, но я упрямо действовал на автомате.

Вот к чему это привело.

Я причинил ей боль.

Боль, отголоски которой сам почувствовал.

– Босс… – в дверь постучали. Приоткрыть её никто бы не осмелился. Я поднялся с пола, где сидел около кровати Али. Вышел.

– Что случилось?

– Луиза. Куда её? Не было распоряжений. Отпустить?

– Выставь её. И больше не пропускать на территорию. И близко не подпускать к моей паре. Ден…

– Да, босс.

– Безопасность Али на тебе. Отвечаешь головой. Она моя пара.

Денис умел сохранять самообладание. Кивнул, глянув серьёзным взглядом на дверь за моей спиной. Ноздри расширились. А я понимал. Он пытается “запомнить” запах и прекрасно понимает, что пахнет мной сейчас не моя пара, а Луиза.

За что я буду корить себя и вымаливать прощение у Али.

Пока она спит, у меня есть некоторое время, чтобы продумать как сделать заявление клану.

Старейшины могут потребовать доказательств, да я вообще не имею понятия, как они себя поведут. Аля – человек. Человек не может быть истинной парой оборотня.

Никогда прежде человек не становился парой одаренного. По крайней мере, мне такие случаи неизвестны.

Я спустился на первый этаж, в кабинет, где открыв сейф начал просматривать досье на Алю, собранное моими людьми.

Вплоть до прапрапрабабки она была человеком, а дальше её корни терялись. Ни одной зацепки! Да и что я хотел найти? Что ее подкинули людям? Это бред. Одаренность бы проявила себя.

Зато проявила себя истинность.

Почему? Как? По какой причине она именно в ту ночь оказалась в тайге, именно тогда, когда я прибыл в наш родовой дом. И черные псы, оказавшиеся на моей территории. Они не первыми почуяли её. Меня гнала вперед истинность. В облике медведя я не понимал тогда, куда он мчится. Он почувствовал её сразу, как только она оказалась там. Успел. Разорвал их. А потом унёс её оттуда на плече.

Мне пришлось вернуться, чтобы замести следы. Я укорял медведя в его несдержанности, но теперь я знаю. Он защищал пару. Не побоявшись начать войну кланов.

Меня окружали самые преданные в стае. Наш клан большой, многие жили как обычные люди, ходили на обычную работу, женились, рожали детей.

Только и женились на одаренных, и рожали таких же, как мы все. Тесные контакты с людьми не поощрялись. Но от союза человек-одаренный никогда не рождались дети. Поэтому такие связи имели место быть.

Аля стала моей парой.

Как так случилось, предстоит выяснить.

Но я не дам трогать её. Ни старейшинам, ни Доку. Ни ведьме.

Марго!

Как я мог забыть про нее! Она ведь всё знала! Знала и пыталась уничтожить нашу связь. Мою пару.

– Доставьте ведьму.

– Будет сделано. – отозвался Ден, и набрал короткий номер на телефоне.

ГЛАВА 17

Я проснулась в спальне. Смутно помнила, что происходило ночью, моё сознание будто запрещало мне вспоминать. Поморщилась, от фантомной боли в груди. Ощущения были лишь воспоминанием, но не менее горькими.

“Постоянная любовница”…

Я вылезла из-под одеяла, на кресле лежала для одежда аккуратной стопкой. Интересно, эти тряпки здесь для каждой женщины? Луиза тоже надевала это по утрам?

Отдернула плотные шторы и комнату залил яркий мягкий свет полуденного солнца. Меня раздели, но бельё оставили. Обернувшись простыней, я открыла настежь дверь на небольшую террасу.

Босиком по шуршащим листьям, упавших с высоких пирамидальных тополей, дошла до перил и глянула вниз. Никого.

Тишина.

Где-то вдали загудела сигнализация машины. Резко смолкла и снова всё погрузилось в тишину. Даже не верится, что находимся в городе.

Почувствовав на себе чей-то взгляд, я поёжилась, развернулась и…

Увидела раздетого по пояс Гордея. Он подтягивался на турнике, спрыгнул с него и снова посмотрел на меня.

К нему подошел мужчина и мельком глянул в мою сторону, на что Гордей что-то резко сказал ему и оба они развернулись ко мне спиной. Я стушевалась. Стою тут в простыне. Я хоть и закуталась с шеи до пят не видно ни сантиметра моего тела, но всё же видок у меня…

Зашла обратно и плотно прикрыла дверь.

В комнату вошла горничная, видимо, она стучалась, да только я была на террасе.

– Завтрак уже готов.

– Где моя одежда?

Она бросила быстрый взгляд на сложенные вещи, а потом на меня. Только собиралась что-то сказать, но я её перебила.

– Я про свою, мне не нужны вещи с плеча любовниц твоего хозяина.

Девушка густо покраснела. Ошеломленно глянула на меня и залепетала.

– Простите. Простите, пожалуйста! Я решила сначала выстирать всё, чтобы не оставалось запахов. Бирки я все оторвала. Всё новое. Просто глава не терпит посторонних запахов, я взяла на себя смелость… В шкафу всё…

Я взяла её за руку, чтобы остановить этот испуганный поток речи.

– Всё, остановись, прошу. Я всё поняла. Эти вещи новые, просто ты их постирала?

– Д-да. Простите, пожалуйста.

– Это ты меня прости. У тебя и так забот хватает, а тут ещё я… Я оденусь и приду.

Потупив взгляд, горничная вышла. Девушка сильно испугалась, чего? Что я начну ругать её? Но кто я ей, чтобы так делать. Я вообще не знаю, зачем я Гордею, у него нет нехватки в женщинах. Как бы больно это не звучало.

Когда я пришла в столовую, в которой накрыли завтрак, Гордей уже был там. С влажными после душа волосами, собран, в деловом костюме, читал газету. На первой полосе “Коммерческих вестей” красовался джип Аркадия. В том виде, в каком его достали из озера. Заголовок я прочесть не успела, Гордей отложил газету, свернув её.

Разве не замяли всё это дело? Я остановилась, прислушиваясь к своему желанию немедленно броситься прочь от него.

– Проходи, Аля, я сейчас ухожу.

Медленно подошла и села за стол.

– Гордей. – сломленным голосом начала говорить. – Разреши мне уехать. У меня есть тётя в Екатеринбурге, я уеду туда и ни ты, ни кто-то другой… из вас… ваших… меня больше не увидят. Пожалуйста.

– Ты хочешь спрятаться от меня, Аля?

– Ты не можешь держать меня тут вечно. – вскинула взгляд. Он холодно смотрел вперед, а радужка глаз от орехово-шоколадного, становилась почти черной.

– Хорошо. – желваки заиграли на скулах, но он неожиданно соглашается, а я смотрю на него с подозрением.

– Я устрою тебе встречу с твоими родственниками. С одним, выбери, кого ты хочешь больше всего видеть. Сама ты никуда не поедешь.

– Зачем я тебе, Гордей. – мой голос осип. – Отпусти меня, прошу.

– Ты останешься рядом со мной. Здесь. – резко прервает меня. – Ослушаешься будет наказание. У тебя час выбрать, кого ты хочешь видеть.

– Наказание? Такое, как было ночью? Ты меня наказывал так? Ненавижу… Ненавижу тебя!

Он спокойно поднялся, подошел со спины и положил обе руки на мои подрагивающие плечи. Надавил, и не сильно сжал пальцы.

– Успокойся. Ты пара главы. Теперь уже ничего не изменить. Либо ты меня слушаешь и делаешь, что я говорю. Либо мне придется держать тебя взаперти. – прозвучал тихо его твердый голос. – Это не было наказанием. Это была ошибка. Моя ошибка.

Резко выпустил меня из хватки и вышел прочь, а я сжавшись на стуле, невидяще смотрела на пустое блюдце перед собой.

– Алевтина Сергеевна…

Не знаю, сколько я так просидела за столом, не притрагиваясь к еде. Вздрогнула от того, что кто-то рядом позвал меня по имени.

Горничная.

Участливо смотрела на меня, а когда я повернула к ней голову опустила глаза в пол.

– Вы ничего не ели.

– Я не хочу.

– Там прибыл Алексей, он ждет Вас в кабинете.

– Кто? – уставилась вопросительно на девушку.

– Док. Он приехал осмотреть Вас.

– Зачем? Я не хочу, чтобы меня кто-то осматривал. Как видишь, я в порядке. Передай ему это.

Девушка несмело глянула на меня и со страхом глянула в сторону двери.

– Ты его боишься? – не нравится мне это.

– А Вы не чувствуете? – она округлила глаза. – От него разит мертвыми.

– Как тебя зовут?

– Рада. Радмила.

– Рада, то, что ты мне сейчас сказала, это как? Мёртвыми?

– Мы оборотни. У нас особый нюх и восприятие запахов по другому устроено. – начала она издалека. – Мы чувствуем запахи. Вот вы например, пахнете малиной и кедровыми орешками. Михаил пахнет древесной смолой ясеня. Мария пахнет первыми листочками распустившимися из почек.

– Боже. Какая какафония ароматов. Как вы так живете? Вам бы моего братца сюда после тренировки.

Рада улыбнулась, осмелев, продолжила.

– А Марго и Алекс, они пахнут смертью. Их раса малочисленна, а смески такого рода уникальны. Смески – рожденные от двух рас. Марго и Алекс дети демона и ведьмы.

– Ты меня пугаешь сейчас. Демоны? Ведьмы? Ну то, что она змея подколодная и ведьма это и так видно…

– Он больше демон. А она ведьма. Одаренность передается от одного родителя, но… внешность, чувствительность, запах, может смешиваться.

– И у вас такое часто? Смешанные связи?

– Нет. Запрещены только связи с людьми, а… Ой… я… простите… не то ляпнула, я…

– Рада, стой. Расскажи подробнее, что значит запрещены связи с людьми?

– Вы не знаете? – девушка снова “сделала круглые глаза”. – Такие связи караются законом. Поэтому глава не разрешает Вам выходить на улицу, всё может выйти из-под контроля. Я слышала, он собирал старейшин, и с кланом нужно решить.

– Решить? Разве он не самый главный?

– Глава. Но законы для всех едины.

По-моему, его законы мало волнуют. Я уже убедилась. Он мог выдать меня еще там, в том домике в лесу. Но не выдал. Не сказал, что я жива. Спрятал меня от своих.

А потом не дал другим пройти в дом, где была я.

Я не знаю, почему это так важно для него. Почему просто нельзя взять и отпустить меня!

– Рада. Скажи кому-нибудь из охраны, чтобы передали Доку не ждать меня. Если сама боишься его.

– Хорошо. Алевтина Сергеевна. Я принесу Вам завтрак в комнату, сделаю свежие горячие гренки и чай.

Повеселев, то ли от моего веления самой не встречаться с Алексом, то ли еще от чего, Радмила убежала. А я ушла в комнату. Мне не нужны никакое осмотры Дока. Я не доверяю ни ему, ни его сестре. И теперь уже Гордею.

Что-то внутри меня еще убеждает меня поверить ему, сказать ему, что я нуждаюсь в нем, но разум быстро отключает эти мысли.

ГЛАВА 18

Радмила принесла в комнату завтрак. Аппетит, который пропал в столовой, вернулся. Я съела всё подчистую и от неожиданного звонка вздрогнула. Гордей.

Не даст и на час про себя забыть! Тут я сразу же и вспомнила, что он говорил. Он же давал мне час на раздумья, с кем я хочу встретиться из родных. Как я могла пропустить это мимо ушей?

Осторожно смахнув в сторону “ПРИНЯТЬ” зеленую иконку звонка, я ответила, попутно думая, как его номер оказался в моем телефоне, да еще и подписанным как Гордей. Удивительно ещё, что не Глава.

– Алло.

– Аля, ты подумала? – были слышны на фоне голоса, он находился в эпицентре большого количества людей. – С кем из родных ты хочешь увидеться?

Бабушку с дедом отмела сразу, так же брата и сестру. Остается мать и отец. Кто? Мама или папа? Я представила нашу встречу, она мигом пролетела перед глазами. Мягкая по характеру мама или строгий и справедливый отец? У него больное сердце. Я не знаю, как он перенес известие о моей кончине, а тут снова я живая-живёхонькая. А мама, как она выдержит? Ведь все равно расскажет всё папе. А тот – борец за справедливость, пойдет в полицию. Тягаться с оборотнями, да такими, у которых в руках власть… Папе всё это выйдет боком. Что же делать? Я очень хочу встречи с ними, но… разум берет верх. Я не могу так с ними поступить, не сейчас, когда я сама не знаю, когда мне вообще дадут свободу. Увидеть меня и понять, что я тут насильно удерживаемая Гордеем. Хуже смерти. Сказать им, что я сама решила остаться и порвать с ними? Нет. Это не выход.

– Нет. – слеза скатилась по щеке, я утерла её украдкой, как будто он может меня увидеть. – Не надо никаких встреч… Пусть они ничего не знают.

– Правильное решение, я скоро приеду. В доме сегодня заканчивают работы, вечером мы переезжаем.

Отключился. А я тяжело выдохнула. Надеюсь, это верное решение. Надеюсь…

Не знаю, как я умудрилась уснуть, но проснулась я ближе к вечеру. В доме шли какие-то сборы, но меня никто не тревожил.

– Гордей Владимирович просил прийти в кабинет. – ко мне обратилась Радмила, поспешившая навстречу, стоило мне спуститься на первый этаж.

В кабинете на креслах лежало несколько архивных коробок, заполненных доверха бумагами и папками. Гордей что-то говорил своему помощнику, тот самый, которого я видела с террасы. В этот раз он на меня не смотрел. Сразу же вышел из кабинета, а Гордей подошел ближе.

– Переживаешь? Ты правильно поступила. Так будет лучше для них.

– А для меня? – посмотрела на него.

– А для тебя лучше сделаю я. Доверься мне. Поехали, здесь ничего важного, всё доставят в наш дом. Не терпится же вернуться домой. Осточертел город.

– Твой дом за городом?

– Наш. Наш дом за городом. У клана там поселок. Закрытая территория, свой лес. Вокруг все свои и никаких посторонних.

Я шла рядом с ним, заметив, что мужчины, встречающиеся по пути отходили подальше при нашем появлении. За руль нашей машины села женщина.

– Что происходит?

– Ты слишком вкусно пахнешь и всё еще не мной, а они не хотят переходить дорогу главе.

Я глянула в зеркало заднего вида на сосредоточенную женщину. Она смотрела только вперёд.

– Поехали, Лина.

– Да, глава.

Окружил себя красотками.

Не хотят переходить дорогу, ну-ну. Может это ему нравится, что вокруг крутятся одни женщины?

На мой бок легла теплая ладонь Гордея, он провел ею по пояснице и приобнял меня прижав к своей груди.

– Мне нравится, как в тебе борются собственнические чувства.

Один поцелуй в висок, а я взвилась.

– Что ты выдумываешь? – яростно шепчу ему в ответ, молясь, чтобы наша женщина-водитель не услышала нас.

Он лишь усмехнулся и прижал к себе сильнее.

– Я чувствую тебя. Когда ты злишься и ревнуешь, запах ярче. Мы ведь наполовину звери. Часто видим, слышим, чувствуем именно обонянием. Весь спектр твоих чувств сейчас на виду. А когда самка главы чем-то расстроена и сердится, то самцу хочется кого-то убить.

– С-самка? – я развернула к нему лицо. – Ты назвал меня самкой?

– Тише, тише, девочка, моя. – последовал поцелуй в голову. – Это просто фигура речи.

Фигура речи, как же! Так я и поверила.

Гордей сидел с невозмутимым спокойствием, поглаживал мою спину, то опускаясь ниже, то поднимаясь ладонью до лопаток. Я же напряглась и никак не могла расслабиться.

Самка. Поглаживания эти. Слова его про запахи. Господи, неужели это всё со мной творится? Проснуться бы, да только это реальность. И мне придется её принять, хоть я и не выбирала этого.

– Если бы… если бы Аркадий не оставил меня там, мы бы не встретились?

– Вряд ли. Мы вращаемся в слишком разных кругах, вероятность пересечения мизерна.

– И ты жил бы без своей пары? Настоящей пары, а не… ну ты понял.

– Всё уже не имеет значения. И гадать, что было бы, не стоит. – он убрал руку, стал что-то печатать в телефоне.

Я не хотя отодвинулась, чтобы ему было удобнее, но Гордей одним движением вернул меня под свой бок.

– Не думай об этом. Тебе придется принять тот факт, что теперь ты рядом со мной навсегда и…

– И?

– Истинная главы его сила и слабость одновременно. Ты должна родить. Дать сильное потомство клану.

Я прикрыла глаза, пытаясь справиться с шоком.

– Знаю, о чем ты сейчас думаешь, но я всегда буду с тобой честен. И дети не нужны именно завтра. С этим можно и подождать, но не затягивать. Мы встанем на порядок выше остальных, если в нашем клане прибавится сильных оборотней.

– Дай мне время всё это… переварить и принять.

– У тебя вся жизнь впереди, Аленок.

Снова поцелуй, только на этот раз он нагнулся и приподнял мой подбородок. Впился в губы, а я вцепилась в его плечи, чтобы не упасть… Хотя куда тут падать, на заднем сидении машины.

– Вкусная моя. – облизнул мою верхнюю губу, его глаза горели неестественным блеском, коричнево-ореховая радужка глаз становилась золотой.

Ноздри его расширись, он сделал вдох, а я густо покраснела, ловя на себе его взгляд обещающий мне, что стоит нам только приехать, он сразу же примется за свою метку.

Со стыда умереть! Я думаю о том, как мне будет с ним!

Я вышла из машины с пылающими щеками. Посёлок, куда мы въехали, окружал высокий забор, обнесенный по верху колючей проволокой. Дома стояли чуть в отдалении друг от друга, не так близко как в городском частном секторе. И во дворах не было заборчиков, даже маленьких. Просто стояли дома, с газонами, с детскими площадками, с живыми изгородями то тут, то там, но ни одного забора.

Нас подвезли до высокого коттеджа, единственного с огороженным двором. Красивый, большой, окруженный небольшой рощицей, даже фонтанчик имелся. Да уж, он любит красиво жить.

У крыльца нас ожидали люди в униформе.

– Доброго дня, глава. – женщина лет тридцати, первая обратилась к нему. Тут вообще стояли по стойке смирно пятеро красивых молодых женщин и двое мужчин, но те чуть более в расслабленной позе.

Все чуть пригнули головы в качестве приветствия.

ГЛАВА 19

– Босс. – один из мужчин протянул черную папку Гордею, когда мы вошли в дом. Гордей представил меня как свою пару и хозяйку дома, а также будущую жену главы клана. Получив поздравления, мы вошли. Женщины сразу куда-то растворились, осталась одна, а мужчины зашли следом за нами. Что не боятся его гнева? Как он там сказал? Мужчину тянет убивать, когда пара расстроена? По запаху чуют, что она еще не его?

Гордей крепче сжал мою руку и притянул ближе.

– Аля, даже не думай. – я состроила непонимающее лицо. – Арина, покажи Алевтине дом и проводи в мою спальню.

Перехватил папку у парня и выпустил мою руку.

– Пройдемте. – мелодичным голосом произнесла Арина. Её высокий хвост, открытая шея, брючный костюм облегающий отличную фигуру, меня просто выбешивали! Я даже не подозревала, что могу быть такой дикаркой, до того хотелось ее придушить за один только взгляд на главу. Что на меня нашло? Мне показалось, или Гордей спрятал улыбку, отвернулся и сразу же стал спрашивать у парня о каком-то отчете? Не-ет, не показалось. Он же чувствует мои эмоции. Даже тут я не могу от него спрятаться! Ну ничего, я умею держать себя в руках.

Я вышла за очередной красоткой Гордея. Сколько их у него? Сколько, не сколько, а все, кого я видела, настоящие красотки! А я, оказывается, ужасно ревнивая.

Арина показывала мне дом, водила по бесконечным комнатам. Я особо не старалась запомнить, в любом случае, чтобы тут понять, что где находится, нужно прожить неделю минимум. Потом мы поднялись на третий этаж, где находилась спальня главы, его огромных размеров ванная комната с огромным джакузи и видом через панорамное окно на террасу. А за ней настоящий лес!

И также на третьем этаже было помещение из двух смежных комнат, небольшой спальни и гостиной. Арина ничего не сказала насчет неё и открыла дверь напротив. "Святая святых самого главы!" – хотелось мне иронично добавить, но глядя на её равнодушное (даже слишком, уж не напускное ли?) выражение лица, не стала.

Спальная комната Гордея впечатляла. Уютный интерьер мне понравился, широкий подоконник, большая кровать, на которую я старалась не глазеть. Камин, два кресла, ноги утопали в мягком ковре, большой шкаф для одежды.

– Глава распорядился расширить гардеробную. Ваша одежда уже в пути. На сегодня вы можете переодеться в платье и домашние туфли. Всё обработано от запахов и новое.

Арина открыла шкаф и я увидела несколько женских платьев рядом с костюмами.

– Какое Вы предпочитаете?

– Я сама, спасибо, Арина, можешь оставить меня?

Она посмотрела на меня нечитаемым взглядом и вышла.

Не понравилась я ей. Вот сразу я это почувствовала. При Гордее не так, а когда она стала водить меня по дому и здесь. Словно я ей поперек горла, но возмутиться она не может.

Возможно, она была любовницей Гордея. Стал бы он с ней спать?

– Нет-Нет-Нет! – готова была себе похлопать по щекам. – Я не буду думать, что и кто у него был до меня. Так и ума сойти недолго. И… Гордей не похож на того, кто будет обслуживающий персонал свой собственный трогать… У него ведь была Луиза. Она вон какая породистая…

На улице темнело. Я воспользовалась душевой кабиной, тоже, кстати, громадных размеров. Ну не медведем же он тут моется, зачем ему такое пространство в ванной? Я привыкшая жить в хрущевке, даже не представляла, какие хоромы могут быть у таких как Гордей.

Он занимает довольно высокий пост и среди людей, и среди оборотней. Наверное, отсюда и любовь к такой роскоши. Отдельный поселок только для его клана, это скорее всего вызвано практичностью, если все свои можно не прятать свои способности. Как же мне теперь жить тут, зная, что вокруг одни звери…

Да какие! Медведи! Не мог он кроликом быть? Кроликов я люблю.

Я сидела в кресле после душа, завернувшись в халат, и забравшись в него с ногами. В камине потрескивал огонь, как настоящий. Такое чудо! Искры завораживали, раздавался треск горящих поленьев, даже запах дыма я вдруг почувствовала и вздрогнула. В комнате кто-то был! Резко обернулась, в дверях стояла Арина.

– Ужин. – кратко сказала она и закрыла дверь.

И долго она там стояла? И что вообще трудно было постучать? Напугала только.

Гордей появился через минуту.

– Аля, всё в порядке?

– Да. Предупреди, пожалуйста Арину, чтобы она больше не стояла молча за спиной, напугала меня.

Он подошел ближе, я поднялась, потянулась к нему.

– Предупрежу. Обычно она стучится.

– Угум.

– Есть хочешь? Пойдём ужинать.

– Не хочу. Я в халате, Гордей. Не хочу разгуливать в твоем доме в таком виде.

– В нашем доме. Нашем. И в доме никого нет. Только ты и я. Так что мне все равно в каком ты виде.

Ужин стоял на столе. Мясо для Гордея, легкий салат и речная форель, запеченная на гриле для меня.

Поев, мы прошлись по дому. Оказывается, есть ещё цокольный этаж. Там находился бассейн и тренировочный зал.

Когда поднимались на третий этаж, Гордей вдруг поднял меня на руки.

– Ты сонная, утомил я тебя.

– Гордей, – обхватила его шею. – где я буду спать?

– Со мной. – поставил меня сверху, когда поднялся по ступеням. Даже не запыхался. – Здесь есть две комнаты. – подвел меня к тем двум смежным комнатам и открыл дверь. – Они твои. Здесь можешь устроить себе кабинет, комнату отдыха, но спишь в моей постели.

Да уж, попробуй возрази. Он буквально вынес меня обратно в коридор и прикрыл дверь.

– Пойдем в нашу спальню.