Текст книги "Оборотни Сибири, или Пленница медведя (СИ)"

Автор книги: Лира Кац

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 12 страниц)

ГЛАВА 11

Куда бы я делась из подземелья? Конечно, ждала его. Входная дверь была под кодовым замком. Он, видимо, из личного доверенного круга этой сумасшедшей и поэтому смог войти. Они родственники, точно брат и сестра, так похожи. Вот только почему я видела её во сне? Напугала она меня жутко тогда. Да и сейчас. Решила избавиться от меня, чтобы Гордею не досталась? Вернее, чтобы он один остался? Её не понять, то говорит, что у него таких много, и я на пару ночей и ничего не значу, то собиралась меня устранить, как будто я представляю угрозу.

Я обследую всё помещение, куда могу добраться, ничего такого, что могло показаться полезным или похожим на выход.

– Сядь на стул. – я резко крутанулась на пятках, Док вышел из другой двери, не из той, откуда вошел. Напугал меня. Но я подчинилась, села на стул с высокой спинкой, подняла на него свой взгляд, а он подошёл ближе. Положив руки на мои плечи, посмотрел в глаза.

– Будет немного больно, я постараюсь быстро, чтобы нас не засекли… – он оглянулся, как будто здесь мог быть кто-то еще.

Его руки переместились на мою голову и я снова, как в прошлый раз, когда он меня осматривал обратилась в какое-то странное вязкое состояние, в котором не могла двигаться, но при этом отчетливо видела и соображала.

– Ты забудешь всё, что было в последние сутки. Ты никогда не видела Марго прежде.

Затылок стало припекать, а я даже пошевелиться не могу! Что это ещё за штучки?

– Чёрт… – ругнулся тихо сквозь зубы. – Какого чёрта на тебе блоки. Ладно, буду чистить всё.

Через некоторое время

Я лежала в лесу. Подложка из мха довольно мягкая, я даже и замерзнуть не успела, хотя в это время года должно быть точно уже прохладно по ночам. Сквозь листву пробивался рассеянный утренний свет. Я попробовала тихонько пошевелить ногами и руками и… получилось. Наконец-то! Ощущения были, словно ногу отсидела, а потом миллион иголочек втыкаются тебе в стопы, когда мышца начинает “отходить”. Бр-р-р. Вот такое я сейчас прочувствовала по всему телу. Постепенно всё приходит в норму и я, кряхтя, как девяностолетняя старушка, поворачиваюсь на бок, а потом на живот с моховой подстилки. Медленно встаю на четвереньки. Надо бы найти дорогу. Я уверена, что далеко он не стал бы меня увозить. Вот, кстати, по следам колес и выйду. Но сначала бы встать.

Подползла к дереву, у корней которого меня оставил, бережно уложив, Док.

Я помнила всё до секунды, но он почему-то был уверен, что почистил мне память. Чокнутые сектанты. Если бы я не видела тех медведей, я бы так и подумала. Но в голове всё равно ничего не укладывается!

Он твёрдо уверен, что я ничего не вспомню, когда приду в себя. Но я не теряла ни сознание, ни память. Я всё помню, хотя должна была забыть.

Кто они такие вообще?

И я помню, как больно мне было.

Но пошевелиться я не могла. Он так ничего не понял.

Ухватившись за ствол, я поднялась. Немного бы отдышаться и идти. Я уже почти решилась сделать первый шаг, как впереди издалека, но стремительно приближаясь, я услышала рёв дикого зверя.

Медведи! Словно струна лопнула в висках, я ухватилась за них, падая на колени. Замутненный взгляд вылавливает движение впереди. Я вижу, как на меня несется тёмная масса, и теряю сознание.

ГЛАВА 12

– Алёнок. – кто-то гладит меня по щеке, а мысленно возмущаюсь, ну какой я Алёнок? Я Аля. Алевтина. Алёнком я была в детском саду. Стоп! Распахиваю ресницы и пытаюсь подскочить, но не могу. Тяжелая рука придавливает меня к постели. Белой. Мягкой. Это не мох, не листья, не земля. Я сразу вспомнила всё, что пережила последние дни.

– Гордей?

– Ты проснулась. – облегченно выдыхает мужчина. – Сейчас Док осмотрит тебя, выпей лекарство.

Я машинально запиваю протянутую таблетку водой. Док? Гордей не знает, что тот причастен ко всему!

– Я… не хочу дока… Пожалуйста. Со мной всё хорошо.

– Ты уверена? – смотрит на меня с сомнением, а я киваю.

– Да, я всё равно ничего не помню, но руки-ноги целы, ощущения тела в норме. Я помню только, как мне страшно было.

– Тебе больше нечего бояться. Я найду тех, кто тебя похитил и расправлюсь с каждым.

– Зачем они это сделали? – я помню про Марго, но хочу понять, видит ли он в ней врага, и в доке… Вряд ли, ведь считает, что они помогают ему. А мне нельзя выдавать себя, иначе они найдут способ избавиться от меня.

– Не знаю, но очень хочу выяснить. а также то, что именно их спугнуло, когда они оставили тебя.

– Подбросили в лес. – говорю ему, а он добавляет:

– Поближе ко мне, чтобы зверь почувствовал.

Свыкнуться с мыслью, что Гордей и огромный медведь – это одно и тоже, тяжело даётся. Но тем не менее, я переношу это как само собой разумеющееся. Это всё от испытанного стресса, никак иначе.

Гордей привез меня в свой городской дом. Огромный особняк с глухим огороженным забором, судя по куполу башенки соседнего “замка” мы в Старгороде. Для владельца заводов-пароходов не такой уж и элитный район города.

Мне хочется увидеть родных. Особенно после того, что со мной происходит. Естественно, рассказывать им о том, что в нашем городе существует какой-то клан оборотней, я не буду. Не хочу, что меня упекли на Куйбышева (* улица, на которой находится психиатрическая больница – примечание автора).

Гордей внял моей просьбе и ограничился лишь своим осмотром. Убедившись, что со мной всё в порядке, задал вопросы, смогу ли я описать похитителей. Я ответила отказом. “Они были в масках” – ответила ему. Солгала. Но я не знаю, стоит ли доверять ему, они никогда не поверит, что это Док и его ненормальная Марго.

Первые часы после того, как Гордей предоставил меня самой себе, я бродила по особняку и территории двора. Все калитки и заборы были наглухо закрыты, а камеры, напичканные по периметру высокого забора, не оставляли надежд перелезть незамеченной. Тем более они еще и двигались. Поворачивались на движение. Медведь медведем, а оборудование одно из самых продвинутых. Я прошлась по мини саду, полежала на шезлонге, бассейн был затянут пленкой, но осеннее солнышко еще пригревало и я едва не уснула на улице, пригревшись на удобном лежаке.

– Не спишь? – раздался его голос над головой. Приоткрыла глаза и покачала отрицательно головой.

– Гордей, ты можешь отпустить меня домой? Пожалуйста.

– Нет. – резко ответил он. – Твой дом пока здесь.

– Пока? А потом можно будет? – что значит это его “пока”?

– Про свой забудь, Аля. Как только Марго выяснит кое-что для меня, мы с тобой уедем. Каждую зиму я уезжаю из города, ты поедешь со мной.

Марго? Знаю я, что она выясняет… Он так слепо верит ей. Разве так можно?

– Вы не можете распоряжаться мной как хотите. Что это значит? Я хочу увидеть семью.

– Хочешь увидеть семью? Тебе следовало сесть в машину этого сопляка и уезжать из тайги, а не показывать ему свою гордыню. Кто тебя подослал, Аля? Я начинаю думать, что ведьма права, тебе специально подослали, дали тебе запах пары, чтобы как можно крепче привязать меня.

Я смотрела на него ошарашено и не знала, что сказать. Если бы он хоть немного помог с объяснениями.

– Кто меня мог прислать?

– Тебе лучше знать. – едва не рычит в ответ. Да что такое? Почему такие перемены в его отношении?

Послышался звук открываемых ворот и во двор въехала машина, из которой вышли Док и Марго. Словно не было ничего того, что они творили. Не было угроз и моего похищения. Они оба смотрят на Гордея, Марго смотрит на него с обожанием, и что-то говорит, а я не разбираю слов. На каком это языке?

Гордей её понимает. Он здоровается рукопожатием с Доком, а Марго чуть приобнимает.

Они уходят в дом, а я остаюсь на лежаке, пытаясь “сохранить лицо”. Надо притвориться, что я ничего не помню. Гордей что-то хочет от неё, сказал бы что именно, мне было бы легче. Она явно действует против нас с ним, против меня, но при этом старается угодить ему. А Док. Он, наверное, самый непонятный тип во всей их компании. Он хочет угодить и там, и там. Она его сестра, а Гордей близкий друг? Или кто? Почему у него такая преданность ему?

Я тоже иду в дом, подхожу к гостиной, где расположились “гости”.

– О, ты вовремя, милая. – приветливо и сладко улыбается девушка. Её белые, длинные почти до пояса волосы распущены, с одной стороны она перекинула локон за голое плечо, на котором не было ни бретелей, ни рукава. Платье несимметричной формы облегало её в самых выгодных местах.

– Выпей это. – протягивает мне пробирку с прозрачной жидкостью, а я смотрю на Гордея. Не хочу я это пить. неужели он не видит, что она его обманывает?

– Ну же! – настойчиво нажимает голосом она.

– Это средство нейтрализует вызванный искусственным путём запах пары. – мрачно добавляет Гордей, а я мотаю головой, испуганно глядя на него. Это она так сказала, а на самом деле это может быть всё, что угодно. И вообще меня искусственно никто парой не делал!

– Гордей, я хочу поговорить. – смотрю на него с надеждой, но он ломает мои попытки достучаться до него.

– Пей, Аля. – твердой рукой отбирает пробирку у Марго и одной рукой усаживает меня на стул. – Пей сама или мне придется применить силу.

Всё равно же вольёт, я жмурюсь и приоткрываю губы. Чувствую как прохладное стекло касается их, как жидкость без цвета и запала проникает в горло.

ГЛАВА 13

Вроде ничего страшного не происходило, Гордей, сжимающий моё плечо, слегка поглаживает в месте, где надавил.

– Что дальше? Как оно действует? – его вопрос звучит для беловолосой, но она не стремится отвечать, смотрит на меня так проницательно, словно пытается залезть в мою голову.

– Сними с неё блок Гордей. Я…

– Нет. – сразу отрубает он.

Я их едва понимаю, это что-то сугубо их, оборотней. Нет, они говорят по-русски, но говорят так, что только им ясно, что они имеют в виду. Интересно, она кто, тоже медведь? Или у них и другие животные бывают? Я её не меньше, чем змеёй, вижу, если уж сравнивать с животными. Та медведица была совсем другая. Агрессивная, да, но не подлая, не хитрая, как Марго.

Я всё ещё сижу, понимаю, что все чего-то ждут. Что она мне дала? Сделала своё средство, которое лишит меня притягательности для Гордея? И что он сделает, когда я перестану интересовать его? Страх выплескивается в сознание с такой силой, что я вздрагиваю. Он же отдаст меня убить. Как лишнего свидетеля. Боже, что я натворила! Надо было всё рассказать!

– Гордей… – шепчу я. – Нам на… до… по-го-во-ри-ть…

Слова тонут в бессвязной речи, я испуганно смотрю на него и вижу в глазах тревогу.

– Аля? – хватает меня на руки и несёт куда-то. Кроме речи, у меня что-то и со слухом, я слышу то сильно громко, то словно издали, то как будто нахожусь под водой, уши закладывает, я лежу беспомощно на его руках.

– Не смей! – кричит она с искривленным лицом, я вижу её так отчетливо, эти горящие зеленым огнем глаза.

– У неё шок, клади ее сюда. – голос Дока перебивает звон разбитого стекла, что-то уронили.

Через секунду я понимаю, что лежу на обеденном столе, а звон стекла, это полетевшие на пол бокалы.

Укол в плечо, Гордей держит меня за голову, мои виски ломит тупой болью.

– Так не должно было быть, Марго. – она не отвечает, я не слышу её, но вижу. Она улыбается, стоит в дверях и улыбается.

– Такое бывает. – морщусь, она подошла близко и, положив ладонь, на плечо Гордея прямо над моей головой, говорит, улыбаясь мне. – Когда искусственно пытаются залезть в истинность. Потерпи, девочка. Не нужно было соглашаться на такие эксперименты. Её нужно в мою лабораторию, я выясню, кто её подослал, только сними блоки, Гордей.

И снова улыбается ему. Я не могу сказать ни слова, выгибаюсь от судорог, охвативших моё тело, а Гордей смотрит в мои глаза.

Я отчаянно пыталась протянуть к нему руку, но не могу, я не хочу так, только не так! Не отдавай меня, пожалуйста! Умоляю его взглядом.

Она же исполнит всё, что обещала.

Док растерянно смотрел на меня, вколол что-то ещё, я даже не почувствовала укола, увидела только как он убрал руку со шприцом.

– Спи, Аля. – говорит Гордей, а я не вижу, чтобы его губы шевелились. Мне послышалось? Я слышу галлюцинации? Голос звучал твердо и четко, когда как всё остальное я слушала очень неравномерно.

– У меня есть всё необходимое, я помогу ей. Ты сможешь даже еще воспользоваться ею, если захочешь, конечно, после всего.

– Ты не говорила о такой побочке, Марго.

– Упустила, хотелось поскорее получить результат. Алекс? Готовь машину, перенесем её в мою лабораторию.

Док не спускал с неё глаз, но не сдвинулся с места.

– Она останется тут. – Гордей отпустил мои виски и мне стало полегче. Такое спокойствие наступило, я словно отдала весь свой страх. – Я перенесу её в спальню. Марго, ты можешь уезжать.

– Я? – слышу её разочарованный голос. – она нужна мне в лаборатории, Гордей! Средство подействовало, через несколько часов ты перестанешь чувствовать тягу к ней! Она станет тебе противна. Ты же не хочешь, чтобы твой медведь…

– Марго. Ты забываешься.

Меня подняло вверх, это Гордей подхватил на руки. Голос его спокойный, но я почему то чувствую его злость. И… она направлена на меня.

– Да, прости. – примирительный голос женщины, она, опустив голову, пропустила нас мимо себя.

В спальне Гордей положил меня в кровать, а сам… стал раздеваться. Хочет воспользоваться моей беспомощностью? Нахлынули противоречивые чувства. Если он сейчас сделает это, я никогда не смогу простить.

– Не смотри на меня так, А-ля. Я не занимаюсь насилием. – боксеры полетели в сторону, он стоял передо мной абсолютно нагим, совершенно не стесняясь. Закрыла глаза, судорожно вдохнув воздух, чувствуя, как по щеке медленно скатывается слеза. Одна, вторая, третья. Я слышу какое-то неясное движение, и вдруг ощущаю шершавый язык на своей щеке, слизывающий мои слёзы.

ГЛАВА 14

Я отпрыгиваю от неожиданности, распахнув глаза. То еще зрелище видеть огромную медвежью морду у своего лица. Так и удар может хватить, хватаюсь за сердце неосознанно. Он отодвигается, не подходит. Опускает голову к полу и прикрывает лапой морду. А сам поглядывает меня глазами, как большими крупными черными блестящими бусинами.

Умом понимаю, что это Гордей. Но страх перед крупным хищником никуда не девается. Я словно разделилась надвое. Одна половина меня чувствует себя в безопасности, а вторая, та, которая всегда была мной и более мне понятна, ощущает страх. Вдруг он меня сожрет? Насколько человек контролирует медведя? Насколько они едины?

– Вы одно целое? Да? – шепчу я ему. Медведь поднял взгляд. – Скажи ему, что я не виновата. Это Марго держала меня в подвале, хотела избавиться, да только Док ей помешал. Но не ради меня, а ради неё.

Он меня слушал. Лежал неподвижно и по выражению его морды, понимала, слушал. Я села на кровать в позу йоги, чуть осмелев.

– А ты не такой страшный, как мне казалось.

Медведь поднялся и положил морду на кровать у моих ног. Я дотронулась до его шерсти. Мягкая. Приятная. Стала поглаживать загривок, почесала за ушком, а он встрепенулся головой.

– Ну ладно, ладно, больше не буду. – улыбнулась. – Не нравится тебе так, да?

В дверь постучали, а медведь, повернув в её сторону голову вдруг зарычал.

Стук прекратился, кто бы там ни был, он ушел, заслышав короткий рык. Я в оцепенении наблюдала за ним.

– И что теперь?

Он снова положил свою большую морду на кровать и закрыл глаза.

– Это намек что ли? Ты же меня не отдашь Марго, если я засну?

Он издал прерывистый рык, словно ему самому не нравится эта затея.

Я прилегла, положа руку на его загривок, так и уснула.

А проснулась от того, что меня окольцовывал руками ногами Гордей, голый!

Солнце только только поднималось над городом. Я пыталась выскользнуть, но куда там! Попробуй сдвинь эту тушу. На нижнюю его часть даже смотреть боялась. Зато прекрасно всё ощущала. Мамочки!

– Прекрати елозить. – раздался над ухом смешок, а я удивленно поднимаю на него взгляд. Он всё это время не спал?

– Доброе утро, Аля.

– Привет. – пропищала ему. – Отпусти меня, пожалуйста, мне надо в ванную.

Он нехотя разжал объятия, и я подскочила пунцовая как вареный рак. Сколько не пыталась не смотреть, всё равно смотрела.

Когда я вернулась из ванной, Гордей лежал на спине, подняв руки под голову. Бедра были прикрыты, но всё остальное… Я могла рассмотреть его вдоволь

Большие ступни, крепкие бедра, мощные руки, он хоть и не выглядел качком, но без одежды был словно сошел с рекламы спортивного зала. Разве могут быть такие совершенства? О, боже, о чем я только думаю! Я заметила, что он с интересом наблюдал за мной.

– То лекарство… средство, которое ты заставил меня выпить, оно уже действует? – несмело подняла на него взгляд, а он вдруг нахмурился.

– Не сработало.

– Что? Ты считаешь, что всего лишь не сработало? А, может, не было ничего того, что…

– Ты можешь про это запросто и не знать. Тебе просто внушили это. – спокойно ответил мне. – Меня всё еще к тебе тянет, твой запах не изменился. Значит, Марго неверно подобрала средство.

– Я больше не буду ничего пить. Хватит ставить на мне эксперименты. Просто… отпустите меня домой. – тихо добавила я.

– Об этом не может быть и речи. Пока мы ничего не исправим, ты остаешься со мной. И никаких больше “экспериментов”, как ты выражаешься. Мы исправим это другим способом.

Даже боюсь представить каким.

– Скоро закончится ремонт у меня в доме. Переедем туда. Пока же чувствуй себя как дома здесь. Только не смей выходить из дома. Выйдешь, тебя тут же вернут обратно. Никто не будет церемониться, у ребят полное разрешение на любые действия.

– К-какие действия? – я подошла к окну и выглянула наружу. Во дворе и правда была охрана. Не хотелось бы, чтобы меня поймали и за волосы притащили обратно.

– Надеешься сбежать? Куда тебе бежать? Родных ты не подставишь, а кто тебе помог стать моей парой, вряд ли поможет, ведь ты его не помнишь.

– Да не было никого! – я выкрикнула в сердцах, прижимая руки к груди. – Не было! Гордей, пожалуйста, поверь мне.

– Ты совсем не знаешь нашего мира, маленькая. – он поднялся, прошел к шкафу, покачивая своими ягодицами. Я отвернулась, лучше уж смотреть в окно!

– Есть те, кто мог внушить тебе невиновность. Ты сама веришь в это и поэтому я верю тебе. Твоя наивная доверчивость сводит с ума. А твой вкус-с-сный запах… – раздалось вдруг над ухом. Его горячее дыхание обжигало. – Ты знаешь, чем ты пахнешь? Малиной и кедровой сосной.

Я задержала дыхание. Совсем не чувствовала себя какой-то там сосной и малиной. Откуда он вообще взял про этот запах.

– От меня нет такого запаха!

– Хочешь сказать, я обманываю? – усмехнулся он. Провел языком по моей шее, ниже уха и потом прикусил мочку. Мамочки! – Пахнешь и еще как. Просто ты человек. И не чувствуешь, как пахнет пара.

– Хорошо. Я человек. Ты… оборотень. Я пахну как твоя пара. Ты считаешь, что это невозможно. Почему-то. Почему? Почему в это так трудно поверить?

– Потому что не существует у оборотней пар среди людей.

– И оборотней не существует! Представь себе, живут миллиарды людей и знать не знают, что вы реальные! Так может и с парой так?

– Наивная девочка. Всё не так.

– И что дальше?

– Дальше будет, как я уже озвучивал. Скоро мы вернемся в мой дом, а я начну искать способ…

– Избавиться от меня. И когда ты разорвешь нашу связь? Что тогда?

Его губы сжались в полоску.

– Хватит разговоров. Сейчас приедет женщина из клана, она поможет тебе с одеждой.

ГЛАВА 15

Женщина из его клана оказалась красивой яркой брюнеткой. Она приехала с толпой народу, которые выкатывали вешалки на колесиках в дом.

– Вы что сюда целый магазин привезли?

Она ничего не ответила на мою реплику, а продолжала стоять около Гордея, преданно глядя на него. Она явилась минут на десять раньше своих людей. Меня в упор не видела. Даже не смотрела, зато не сводила взгляд с него. Я же, наоборот, разозлилась. Не знаю почему, прямо хотелось ее прогнать. Но я не могла. И дом не мой, и она не ко мне пришла…

– Подбери ей всё, я распоряжусь насчет обеда и буду в кабинете. – положив ей руку на талию, он поцеловал её в губы! Хорошо, хоть не в засос. Я бы не выдержала такого. По сердцу словно лезвием прошлись, отвернулась и задержала дыхание, может, это действие того средства Марго? Может, оно и не должно было действовать, как ожидал Гордей. Просто устроит мне сейчас приступ сердечный. Иначе почему меня так полоснуло? Я побледнела от такой мысли, глубоко вдохнула, а потом выдохнула, вроде прошло.

– Эй, как тебя там? – обратилась ко мне брюнетка. Гордей нас представлял, это она специально теперь называет меня “кактебятам”?

– Алевтина меня там. А вы Луиза. Я помню, с моей памятью всё в порядке. – собрав себя в кучу, улыбнулась ей.

– Дерзишь? – усмехнулась она. – Не стоит. Глава дал задание одеть тебя, не как нищенку с Порт-Артура. Поэтому давай просто сделаем это и разойдемся. Я хочу как можно больше времени провести с главой, чем с тобой.

Она с ним время собралась проводить? Я не знаю за что, но эту женщину я сейчас ненавидела всей душой!

Мучила она меня долго. Сначала раздела догола, чтобы перемерить всё белье. Недовольно рассматривала меня и тоже злилась. А ей-то что злиться? Не нравится, как глава её припахал? Хотела ему туфли начищать? Представила, как она на коленях перед ним начищает его ботинки… сначала даже чувство удовлетворения пришло, а потом… представила другое зрелище и я буквально вздрогнула. Нет. Ни за что!

Выбрав одежду, на что ушло часа четыре, не меньше, я наконец была отпущена в свою комнату.

Туда же мне одна из горничных принесла одежду. Не так уж и много мне подобрала Луиза, просто ей нравилось постоянно меня дергать и гонять переодеваться. Не успела я расслабиться, как в дверь снова постучали. Та же самая горничная пригласила спуститься к обеду. Я подчинилась. Морить себя голодом не хотелось, да и я ужасно проголодалась с этой Луизой. На мне было милое домашнее платье, сидело на моей фигуре как влитое, как ни крути, эта женщина знала толк в женской одежде. Однотонное синее, к низу немного расклешенное. Длина до колен, ничего вызывающего. Рукавчики на три четверти, скромное декольте. Я покрутилась перед зеркалом, подняла волосы в высокий хвост, выпустив пар локонов у висков. На ногах удобные балетки. Тоже привезли точно мой размер.

Я спустилась в столовую и аппетит пропал. Луиза сидела по правую руку от Гордея, о чем-то счастливо говорила ему. Не расслышала слов, но смех у нее приятный. И ему, видимо, очень нравится, раз так внимательно слушает. Повернул голову и посмотрел на меня, а у меня чуть дыхание не остановилось. Не хочу я так на него реагировать, но притяжение к нему всё сильнее. С каждым днем всё сильнее. Может быть он прав и кто-то специально это сделал со мной? Я не сводила с него взгляда, мы так и смотрели друг на друга, пока я не подошла. Напротив Луизы стоял пустой прибор, я присела на это место. Слева от Гордея.

– Ох, на чем я остановилась? Впрочем уже неважно, мой альфа.

“Мой альфа”? Она серьёзно?

– О, ты еще не привил этой девке нормы правил? Да, дорогуша, обращение к главе клана только такое. Невежественная, где они ее откопали?

“Они”?

– Луиза, заканчивай. Я уеду по делам, вернусь к ужину.

– Буду ждать, мой альфа. – она так томно улыбнулась ему, а он ответил ей прикосновением. Словно ножом по сердцу. Снова! Его пальцы на её щеке, а я готова кинуться на нее за такое. С трудом подавила в себе это желание.

Он вышел, а мы остались одни. Даже не заметил, как мне идет это платье. Да о чём я вообще думаю. Он вообще только с ней общался.

– Надеешься на что-то? Знаю, тебя тянет к нему. Гордей поделился, тем что тебя каким-то образом сделали его парой. – она окинула меня липким взглядом. – Пару всегда тянет к своей половине. Истинность она такая. – хмыкнула она. – Скоро ты будешь лезть на стену.

Она поднялась и больше ничего не добавила, а я так и осталась сидеть. Что она имела ввиду последней брошенной фразой поняла потом…

Вечер настал. На ужин я не пошла. В обед не съела ни крошки, и сейчас в своём подавленном состоянии я есть не хотела. Знала, что эта Луиза еще тут и обязательно будет сидеть снова за столом, поглаживать его руки и говорить томно “мой альфа”.

Свернулась калачиком на кровати, и сон не шел, ещё было слишком рано, и наступила какая-то апатия.

Дверь тихонько отворилась сразу же после стука.

– Глава просил принести вам ужин.

Просил, не приказал даже. Эта горничная тоже на него молится?

– Ты с ним спала? – горничная удивленно посмотрела на меня.

– Нет. Вы что! Это большая честь работать в доме главы. Я бы никогда…

– Никогда что?

– Не предложила бы себя. Он сам выбирает всегда.

Ну да. Я и вижу, как сам. Она же вешается на него. Предлагает ему себя на языке жестов.

– А она?

– Луиза? – горничная сглотнула, опустив взгляд. – Она его постоянная любовница. В последнее время её здесь не было. Он не звал. А сегодня…

– А сегодня она целый день тут. – раздраженно закончила я.

“Постоянная любовница” в моём мозгу просто взорвалось. Нет, я не выйду. Не дождется. Он же… Он же прекрасно знает, как на меня действует сейчас!

Луиза ведь знала!

И привел её сюда!

Специально!

Я глянула на поднос, который горничная поставила на столик.

– Я ничего не буду.

Тошнота подкатывала к горлу и какое-то головокружение. Слабость. Я не знала, что и думать, почему мне так плохо.

Девушка тихо вышла, а я повернулась к стенке. Начинался озноб, я укрылась одеялом и пледом, а всё равно не могла остановить дрожь. Через час стало совсем плохо. Я словно бредила им. Мне хотелось к нему. Хотелось побежать, ползти, идти на коленях, как угодно, только быть рядом.

Только разум останавливал меня. Ни за что. Я не пойду. Я не хочу так. Не дождутся.

Но под напором непреодолимой тяги эти слова внутри меня тускнели.

А потом мне стало больно.

Я упала на пол, скрючившись от сильной боли внутри груди. Закричала. Нет, скорее захрипела, потому что голос мой осип и громко вскрикнуть я уже не могла.

“Помогите” – просипев, открыла дверь комнаты. Я шла в его спальню, меня ноги несли туда сами, я была уверена, что он там.

Он там.

И только он может мне помочь.

Помочь избавиться от этой боли в груди. Мне хотелось просто прижаться к его телу и всё, всё тотчас же пройдет, кричали инстинкты.

“Скоро будешь лезть на стены” некстати стрельнуло в мыслях. Она знала. Всё знала.

Держась за стены, я добралась до спальни, где был Он.

Заперто.

Подергала ручку, дрожь так и колотила меня, загибаясь пополам, я могла только прошептать: “Гордей”

В комнате раздался женский стон. Громкий. Переходящий почти в крик. А потом ещё и ещё, а я скрючившись на полу беззвучно плакала. Меня просто разрывало изнутри от этой боли. Я едва дышала, когда рядом оказались чьи-то ноги.

– Твою ж мать!