Текст книги "Как богиня забрала мой первый раз. Том 1 (СИ)"

Автор книги: Kimiko

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 12 страниц)

– Прочь! – я вырывался как мог. – Отпусти меня! Немедленно отпусти!

Но как бы я не пытался вырваться, меня тащили к Колетт, что протянула руку к цепи, очень элегантно хватаясь и наматывая себе на руку. Я решил, что теперь точно смогу вырваться, ведь всякий мужчина, даже подросток, гораздо сильнее любой женщины. Но её запястье покрылось коркой льда, а в глазах заплясали безумные огоньки.

По цепи ко мне пополз лёд, приближаясь и обжигая тело холодом. Я пытался отстраниться, но острые льдины всё сильнее давили на шею, оставляя алые следы.

– Ненавижу строптивых, – зашипела мне прямо в лицо госпожа, до этого резко приблизившись. – Если ты не перестанешь вырываться, я убью тебя и ничего не потеряю. Мне незачем терпеть проблемного раба, ты дешёвка. Я могу купить весь этот стадион, думаешь, мне есть толк тебя нянчить?

– Так отпусти, – зарычал я, не обращая внимания на боль. – Я уйду. Уйду и только сейчас обещаю не пытать тебя перед смертью. Ещё хоть раз ты дёрнешь за цепь – и, поверь, я выберусь из этого дерьма и сам продам тебя солдатам Леонов в развлечение. И если после двадцати тысяч членов от тебя хоть что-то останется, то следующими тебя будут трахать их жеребцы.

Колетт на секунду задумалась, а потом вдруг расхохоталась мне в лицо, брызгая слюной.

– Эй, Джек, возьми эту падаль и хорошенько высеки. А потом буду ждать его у себя. Не кормить и не давать воды. А, в камеры для одиночных боёв не переводить. Пусть помаринуется внизу.

– Да, хозяйка, – к ней подлетел длинноволосый парень в одной набедренной повязке. Тоже раб, но явно занимался не совсем тем, что делал я. – Шагай давай, госпоже нужно пройти.

Я понимал, что меня ничего хорошего не ждёт, но всё-таки надеялся, что кто-то из ребят внизу поделится едой. Что-что, а жрать я хотел настолько сильно, что просто не вывозил сосущее под ложечкой чудовище.

Только я ещё не догадывался, что это наименьшая из моих проблем.

Когда меня привели в место содержания рабов – по сути тюрьму, только средневекового масштаба, – то привязали к столбу. Во дворе, куда во время ужина могли выйти все рабы. Они смотрели на то, как меня били розгами.

Честно, это одно из самых жёстких наказаний, которое мне доводилось перенести. Раньше в детстве мать ставила меня на гречку. Колени болели не сразу, но спустя время крупа впивалась в кожу, и доставать её оттуда было сложнее, чем можно представить. Наверное, постоять так недолго – пустяк, но я проводил на гречке часы, а сейчас вспоминал об этом.

Мы встречаемся с наказаниями на протяжении всей жизни. Кто-то в момент действа осознаёт ошибки, а кто-то размышляет о том, что сделает в ответ.

– Вставай, – рявкнул тот самый длинноволосый Джек, когда последняя плеть обрушилась на мою многострадальную спину. – Шевелись!

Я даже усмехнулся истерично. Этот парень ничего больше говорить не умеет?

Правда, вернувшись в клетку, я не то чтобы сильно радовался или улыбался. Ребята смотрели на меня с опаской, сторонились, не спешили говорить, не то, что делиться водой или едой.

– Да что с вами? – шипя от боли в свежих ранах, спросил я. – Неужели не рады меня видеть?

– Ты победил, – констатировал факт дружище Рин с камеры напротив.

– К своему счастью, – буркнул я, уже понимая, о чём идёт речь.

– Сложно было убить там всех? – спросил неизвестный мне почти мальчишка из моей камеры.

– Хватило одного заклинания, – признался я, уткнувшись лбом в руки. – Я долго пытался привести остальных в чувство, чтобы мы не дрались, но ничего не вышло. Они всё нападали, так что пришлось защищаться. И вот я снова тут. Сменив наручники на ошейник.

– Большинству так не повезёт, – покачал головой Рин. – Но что ты сделал, что снова здесь? Ценных бойцов переводят наверх. Там они тренируются и иногда едят мясо.

– А ты? – я склонил голову набок, прекрасно понимая, что Рин далеко не новичок.

– Пытался сбежать.

– А я отказался подчиниться. Ну и обещал, что весь полк пустит госпожу по кругу, а после и их жеребцы, – выдохнул я, снова ощущая голод. Живот жалобно урчал. Ещё и хп предательски падало от голода. – Так что я тут. С истерзанной спиной, голодный, а вечером она зачем-то зовёт к себе.

– Если с боя ты вернулся, – вдруг тихо проговорил Рин, опустив глаза в пол, – то от госпожи не вернёшься. Вчерашний мальчишка уже сброшен в ров для трупов.

– Почему? – искренне удивился я. – Что она делает? Пытает⁈ Наказывает⁈ Но его за что?..

– Госпожа использует бойцов и для своего удовольствия, – прошептал парень из клетки справа. – Зачем платить за жиголо, которым нельзя причинять вред без доплаты, если можно пользоваться нами? Иногда кто-то переживает ночь с ней, но это не твои случаи.

– П-почему? – только бессильно спросил я.

– Нужно либо очень понравиться ей как боец, – загнул палец Рин, – либо понравиться как человек. Вылизывает ей не только киску, но и задницу. А ты уже обещал ей ужасную смерть, можно не надеяться стать ей любовником. Джека уже видел? Её первый. Не дерётся больше, волосы отпустил, вечно сытый и чистый. Многие хотят так же.

– Ну уж нет, – фыркнул я, хмуря брови. – Ничего лизать ей я не стану. Только снять бы мерзкий ошейник, и я бы ей показал. Чёртова сука. Есть у кого немного еды или воды? Умираю просто.

– Поверь, Алхимик, – покачал головой Рин, – лучше тебе ничего не есть. Все эти ужасы легче переносятся на пустой живот.

Замолчав, я уткнулся в пол камеры. Холодно… И больно.

Другие новоиспечённые рабы обсуждали другие происшествия, в основном бои, которые им предстоит пережить. Кто-то рассказывал о новых графиках, а кто-то о списках участвующих. Я слушал в пол уха, погрязнув в мыслях и времени. Я знал, что в любой момент может явиться этот Джек, забрав меня в ещё один Ад.

Когда же это всё закончится? Провёл в рабстве сутки, а уже больше не могу. Ужасный мир с ужасными правилами и людьми!

А потом… когда я потерял бдительность и начал засыпать от усталости, пришла она.

Колетт была без других рабов или стражи. Она спокойно отворила клетку, подняла мою цепь с пола и выдернула меня наружу. Сонный, потерянный, я не успевал за происходящим. Перебирая ногами, я послушно шёл за ней, не в силах сопротивляться.

Нам пришлось даже выйти за стены рабской тюрьмы и пройти к небольшому замку, раскинувшемуся неподалёку. Преодолев мост над мелкой речушкой, мы подошли к самому замку. Мне не нужно было задавать вопросы, чтобы всё понимать. Похоже, мне не суждено вернуться даже к остальным рабам. Ну что ж… такова жизнь, получается.

Внутри всё было ожидаемо роскошно. Правда, я смутно помнил дворец Либрионов, ныне правящей семьи. Даже там не было такой нарочитой роскоши. Что ж, хотя бы поглазею перед смертью… Но Колетт не спешила. Мы прошли через кучу коридоров, поднялись по лестнице, пока не подошли к её покоям.

Она толкнула массивную дверь, затягивая меня в темноту. Честно признаться, я испугался. Замер, как мышь, вжав голову в плечи. Пока Колетт зажигала свет, я уже представил себе ужасные пыточные аппараты, расположившиеся во тьме. Что там, я видел их очертания. И знал, что мне вот-вот придётся с ними столкнуться.

Но, когда загорелся свет, я удивлённо склонил голову набок. Это была обычная комната. Так, ну… расслабляться точно не стоит. Колетт же вышла в смежную комнату, а через пару минут вернулась за мной. За цепь она оттащила меня в ванную, где я увидел прекрасную ванну, наполненную пенной водой. От неё исходил пар, а вокруг горели ароматические свечи.

– Хочешь искупаться? – спросила у меня над ухом Колетт. – Не бойся. Иди. Госпожа разрешает.

– Ты мне не госпожа, – упрямо ответил я, не двигаясь с места.

– Пока нет, ты прав, – Колетт провела рукой по моему плечу. – Твоя статистика показывает, что ты не покоришься. Но я видела, что ты сделал тогда с противниками. Это мне нужно от тебя. Победа в боях. И если я не смогу тебя покорить и не хочу убивать, то придётся договориться.

– Договариваться ты решила ванной? – без тени смешка упрямо спросил я.

– Не только. Но давай ты всё обдумаешь, пока отогреешься, – госпожа принялась стаскивать с меня штаны, а я настолько не понимал, что происходит, что даже не сопротивлялся. – Я выйду, оставлю тебя наедине. Но помни, если ты что-либо надумаешь сделать – живым тебе не уйти. Ошейник снять смогу только я. Нет другого ключа или силы, способной от него избавить. Так что подумай. Знаю, раньше ты не представлял даже, что так может повезти. Но сейчас можешь обдумать, что для тебя лучше. И на какие условия ты согласен.

Подумать было над чем. Хотя я, честно говоря, и не раздумывал. Забравшись в ванну, я уже решил, что соглашусь. Плевать, что потребуется, я свалю отсюда, я не буду рабом. Я убью эту зазнавшуюся шлюху и камня на камне здесь не оставлю! Правда, Колетт тоже всё продумала.

После ванны меня ждал ужин, за которым мы обсуждали условия. Спорили, настаивали, иногда госпожа смеялась. Наверное, любое мужское сердце дрогнуло бы, веди красивая женщина себя так рядом с ним. Она была так мила и внимательна, что я сам изредка ловил себя на мысли, что мне нравится происходящее. Чёртова сука, не-ет, меня этим не купить. Я улыбался ей иногда, но в глазах скрывалась ненависть, возникшая при первой же встрече.

– Можно спросить? – Колетт усиленно делала вид, что подвыпила, хотя я видел, что спектакль разыгрывается с двух сторон.

– Да, давай, – я сам отпил вина, сдерживая хищную ухмылку.

Давай поиграем, киска. Кто кого.

Глава 16

– Можно спросить? – Колетт усиленно делала вид, что подвыпила, хотя я видел, что спектакль разыгрывается с двух сторон.

– Да, давай, – я сам отпил вина, сдерживая хищную ухмылку.

Давай поиграем, киска. Кто кого.

– Как ты попал в рабство? – о, Колетт хотела сделать вид, что ей не всё равно. Так мило, что аж блевать тянет от притворства. – Что ты за человек, Алхимик?

– Меня зовут Яр, – выдохнул я, отвечая в своих интересах. Напугать её? Или оставить в неведении, чтобы притупить бдительность? – Я атакующий лекарь и алхимик. Приехал по приказу Леонов, как будущий главный лекарь южного округа.

Я решил выбрать тактику полуправды. Пусть будет уколота, но не осознаёт масштабы.

– А потом выбежал на улицу, чтобы спасти людей, которых брали в плен. Спрашивать не стали, меня взяли вместе с ними.

– Такая трогательная история, – Колетт даже демонстративно утёрла слёзы. Похоже, ни одному моему слову она не верила. А это я ещё не договорил о желании стать королём. – Но мне кажется, воин из тебя лучше, чем лекарь. У тебя талант. Не стоит отказываться от славы. Славы, которую тебе могу предложить я.

– Поверь, лекарь из меня лучше, – я отпил вина, чувствуя, как тело постепенно расслабляется. – Хочешь, чтобы я дрался под твоим именем? Я соглашусь, но у меня будут встречные требования.

– Предлагаю комнату в этом замке, – зашла с козырей, как она думала, Колетт. – Горячую еду четыре раза в день, хорошее обмундирование, шлюх три раза в неделю. И двадцать процентов от всей выручки. Нет, ты ещё и красавчик, так что двадцать пять. По рукам?

– Нет, – я заметил неподдельное удивление на лице Колетт. – Вернее, всё это само собой, кроме комнаты здесь и шлюх. Мне это не интересно. Я уже жил и во дворце Либрионов, и в темнице. Я хочу, чтобы ты выставила меня на бой перед Леонами. Не сразу. Пары выигранных битв до неё будет достаточно, так что я готов продемонстрировать себя. Но я хочу сразиться перед ними.

– О, рассчитываешь, что они узнают в тебе своего лекаря? – Колетт расхохоталась, едва не расплескав вино из кубка.

– Было бы не плохо, – хмыкнул я, на самом деле примерно это и задумав. Нет, Леоны меня точно не узнают, а вот Лея может. Едва ли они неделями будут меня искать, бродя по улицам. Зная принцессу, она подключит тяжёлую артиллерию. Иначе мне никак не снять чёртов алый ошейник. – Но если ты так уверена, что я лишь раб, что Леоны обо мне знать не знают, то что тебе стоит?

– Ничего, – хмыкнула Колетт, медленно облизывая губы. – Но если ты не лжёшь, то стоить это мне будет головы.

– Это ведь не ты взяла меня в рабство, – я широко улыбнулся, показывая зубы. – Ты всего-навсего купила раба. Разве здесь это преступление?

– Заговариваешь мне зубы, – женщина усмехнулась, вдруг наклоняясь ко мне. – Но ты просишь слишком много. Придётся хорошенько доказать, что мы на одной стороне. Ты готов показать мне свою другую сторону?

Ничего не ответив, я поцеловал самую ненавистную мне сейчас женщину. Когда-то это была настырная вахтёрша из общаги, но, слава богу, с ней не пришлось целоваться. Колетт спасала её красота, которой боги наградили её неведомо за какие заслуги. Тонкая шейка, синие большие глаза, чувственные губы. Я, признаться честно, затруднялся даже угадать её возраст. На вид лет тридцать, не больше, но по характеру и списку дерьма госпоже лет сорок, а то и больше.

Ужасная гнилая душа, но какая же красивая оболочка. Идеальная округлая грудь, плоский живот, изящные бёдра и длинные ноги. Я не знал, что привело Колетт к владению бойцовыми рабами, но это было так странно. Казалось, она должна быть любовницей короля, но она стравливала между собой мужчин, заставляя их биться насмерть. И сейчас я должен был сделать так, чтобы ветер её оргазма повернул флигель в мою сторону.

Так что я воспользовался советом Рина и лизал. Сначала шею, потом соски, потом поджарый живот. Колетт реагировала на ласки лениво, всхлипывая только в самые чувствительные моменты. Конечно, я привык, что девушки со мной шумные, стонущие и кричащие от удовольствия. Но это тоже некий урок и лвл ап. Ведь я понимал, как сделать так, чтобы даже госпожа растаяла.

Для этого пришлось лизать её и её киску. Благо, она действительно возбуждала, рождая внутри настоящий пожар. С виду – такая холодная, недоступная, в чём-то даже недостижимая. Но не для меня. Я эту ледяную королеву одним языком заставил сжимать простыни и умолять не останавливаться.

А когда она кончила в первый раз, я лишь усмехнулся, заевшись её смазкой.

– Кажется, я начала понимать, – тяжело дыша, тихо проговорила госпожа. – Ты был сексуальным рабом одной из дочерей Леонов и надеешься снова увидеть её?

– Думай так, как тебе хочется, – я за бёдра подтянул к себе Колетт, собираясь насадить на свой королевский жезл. – Главное – допусти к бою.

Она собиралась что-то сказать, но я вставил в неё головку, направляя рукой. Госпожа запнулась на полуслове, хватая ртом воздух и приподнимая голову. Да, она ещё не знала, что у меня внушительный агрегат, так что пора бы оттрахать её так, чтобы она умоляла меня повторить. А что? Всякие плюшки лишними не будут.

Ритмично входя, я вырывал из Колетт жадные стоны. Она обильно текла, не переставая молить меня продолжать. Я даже задумывал, не подразнить ли госпожу, но спохватился, что этот раз должен стать для неё особенно сладким – таким, который она будет мечтать повторить.

– Вставь мне в зад, – вдруг выкрикнула она, сминая свои сиськи, – я сейчас кончу!

– Как попросит госпожа, – хрипло усмехнулся я, переворачивая Колетт и грубо раздвигая ей булки. Её колечко раскрылось мне навстречу, и я тут же рукой направил влажный член внутрь.

Долгий заход пошлых шлепков и громких стонов, и Колетт кончила, сжимаясь и дрожа. Я не отставал, продолжая раздирать ей булки на две стороны и таранить сочную задницу. Мне очень нравилось всё происходящее, даже стыдно в этом признаваться! Наконец я не просто сношался ради характеристики – я трахался во имя выживания!

Не очень сексуально прозвучало…

Наконец, я тоже кончил, заполняя её дырку до краёв. Выходить не спешил, так и завалившись на госпожу, совершенно без зазрений совести. Она пока просто тяжело дышала, пытаясь взять себя в руки. Хороший получился секс, особенно в сравнении с теми муками, которых я ожидал.

– Это моя любимая часть рабовладельческой работы, – наконец, в неге проговорила Колетт. – Иногда находятся мальчики, умеющие доставить женщине настоящее удовольствие. Кхм, кажется, я даже охрипла немного.

– А какая нелюбимая? – спросил я, чувствуя, что госпожа сейчас настроена раскрыть часть своих тайн. Что нужно женщине, чтобы довериться не тому парню? Отличный трах. И они тут же теряют голову.

– Когда любимчики проигрывают, – она тяжело вздохнула, умащивая лицо на подушке поудобнее. – Как-то я потеряла фаворита и… решила их больше не выставлять. Но они всё равно умирают. От болезней, от восстаний, от своих же рук.

– Жалеешь, что теряешь свои игрушки или привязывалась?

– Не думай, что я каменный голем, – фыркнула Колетт. – Я тоже могу привязываться и даже любить. И я знаю, что значит быть рабом, в отличии от других рабовладельцев. Я была шлюхой с девяти лет, как мама продала меня. В тридцать я наконец выбралась из того дерьма.

– Ты не похожа на человека, понимающего наши мучения, – действительно удивлённо протянул я. – Скорее на дочку господина, никогда даже не пропускавшую второй ужин или поздний завтрак.

– Своему работорговцу я обещала захватить весь этот бизнес, – хмыкнула госпожа, переворачиваясь из-под меня на спину и поворачивая голову ко мне. – И я иду к этому. Обязательно утру ему нос, разорив тот несчастный полевой бордель. Из-за этого меня так зацепили твои слова. Не хочу, чтобы меня трахали кони.

– А на армию солдат ты, значит, готова? – усмехнулся я, приподнимаясь на локте. – Но ты ведь понимаешь, что своими действиями причиняешь боль другим людям? Ты решила отомстить, а кому отомстит вчерашний мальчишка, покоящийся в канаве?

– Никому, – искривила губы Колетт. – В этом я лучше и смышлёнее своего бывшего владельца. Он уже никому не отомстит, раз мёртв. Ты бы тоже был убит, но для моих целей нужны сильные бойцы. Да и, как выяснилось, ты слишком хорошо трахаешь, чтобы убивать тебя.

– Отличные новости, – я перевернулся на спину, глядя в потолок. – И что ты думаешь над моим предложением? Согласна?

– Тогда добавлю от себя, что шлюхой пару раз в неделю будешь ты, – растянула губы в улыбке госпожа. – И начнём, пожалуй, прямо сейчас.

* * *

Новые условия нравились мне гораздо сильнее. Во-первых, я перебрался в общие комнаты, где уже полноценно жили те, кто сражался под именем Колетт. Условия были, конечно, не такими радужными, но с ними я мог смириться. Лучше уж твёрдая кровать, жидкая похлёбка дважды в день и бесконечные тренировки, чем жить под юбкой врага.

Тренироваться, кстати, приходилось в арене, подобной той, на которой был первый мой бой. Там используй магию на здоровье, молоти других рабов, хоть убивай. Главное, что выйти оттуда можно только надев алый ошейник. Но да ладно, я не спешил расстраиваться, всё-таки Колетт оказывала мне медвежью услугу. Я становился сильнее с каждым проведённым там днём, ведь бился не ради практики или повышения характеристик.

Я выживал.

Это дало мне такой буст, что в первую же неделю я получил заветный тысячный уровень.

Драться тогда пришлось с Рином. Стража присматривала, чтобы мы бились всерьёз, так что мне было нелегко. С этим темноволосым хмурым парнем мы подружились, причём довольно быстро. Но биться с товарищем только на первый взгляд круто, по итогу же, когда он падает на землю, корчась от боли и цепляясь за последние хп – всё переворачивается внутри.

Повезло, что лекарь я не только атакующий. Быстро применив нужные скилы, я восстановил хп Рина, подавая ему руку и помогая встать.

– Ты всё это время мог исцелять и молчал? – друг ударил меня в плечо, а я, словно в романтическом фильме, приподнял его прядь волос у виска. – Фу, ты чего удумал!

– Ухо, – рассмеялся я, специально устроив неловкость Рину, а то чего он в себя поверил. – Потрогай.

Потянувшись к ранее зияющей дыре, Рин поднял на меня ошалелые глаза.

– Да ты мне ухо отрастил! Если Колетт узнает, тебя же на цепь посадят и заставят всех рабов лечить! Яр, никому не говори, что ты так можешь!

– Да я говорил уже, – я пожал плечами, вместе с товарищем направляясь к стражнику, что наденет на нас ошейники. – Мне никто не верит! Лекарей мало, да и все они сосредоточены в замках важных домов. А я в рабстве. Так что им сначала придётся признать, что они не бедняка в рабство скрутили, а важную шишечку. Вон, посмотри, все видели, что я сделал, но упорно делают вид, что ничего не произошло.

Рин только головой покачал, не отнимая от вернувшегося уха руки. А я только на подходе обратно к нашим баракам, заметил, что у меня висят уведомления от системы. Махнув Рину, что мне ещё кое-что закончить нужно, я направился за столовку, которая откроется не раньше, чем через шесть часов. Там иной раз никого не было, и я мог спокойно посидеть, поразмышлять или прокачать скилы.

Повезло и на этот раз, Я совершенно спокойно плюхнулся среди кустов и мусора, открывая систему. Кая, как всегда, была мне рада настолько, насколько может быть рад голосовой помощник.

[С возвращением, Яр! Я тебя поздравляю с получением тысячного уровня! Ты можешь ознакомиться с наградами, вкачать скилы и покрутить колесо удачи. С чего хочешь начать?]

Хм, пожалуй, лучше глянуть награды.

[Отличный выбор! Твои награды: посох алхимика Гора «Вихрь» – ультра рэйр. Сфера призыва по классу – легендари. Новая способность «Присвоение», с её помощью всё отнятое хп (или мана) противника перейдёт вам. +1000КЧ, +1000ОУ, +1000ЗМ]

Ого… Вот это улов, надо бы всё распределить по характеристике и только потом возвращаться к посоху, сфере и новому скилу. Так, это сюда, а это сюда. Во! Кая, покажи готовую статистику!

Имя: Яр;

Раса: человек;

Класс: любовник богини, атакующий лекарь, алхимик;

Уровень: 1000;

Очки уровня: 1150 из 7000;

Монеты: 2500;

Ловкость: 1400;

Интеллект: 1250;

Сила: 990;

Особые навыки (настроено): «Скачки чар» (х429), «Исцеляющий свет» (х150), «Исцеляющие бабочки» (х304), «Колба» (х280), «Обратное лечение» (х500), «Туман» (х120), «Поглощение» (х50), «Присвоение» (х100).

Хп: 4000;

Мана: 5500;

КЧ: 0.

Вот это дела! Конечно, от той же Леи я был далёк, но стремительно догонял. Как же сильно я уже хотел получить сто тысяч, чтобы использовать ту первую сферу! Кстати, про сферы.

Открыв полученную новинку, я прочёл её описание, правда, так ничего и не понял, решив, что это просто не для моего класса. Там можно было призвать кого-то, с кем заключена сделка. Ну, видимо, из доступных фамильяров. Надо будет озаботиться этим, правда, явно не сейчас, пока я даже шагу без надзора не ступлю.

А вот посох я наверняка мог использовать сразу. Нужно будет после небольшой передышки вернуться на тренировочное поле и попробовать его вызвать. Но для начала стоит посмотреть, что он вообще даёт.

Посох «Порыв»: +15% к интеллекту, +20% к КЧ скилов, −10% от расхода маны, −2% от времени каста.

Ну что сказать? Супер же! Понятно теперь, зачем Лея с ним вечно таскается. Афигенная штука, сразу улучшающая всего меня! Теперь, если я правильно считаю, урон с посохом от «Скачков чар» будет составлять… в общем, за каст 21 450 без посоха, плюс 4290 за 20% от КЧ. Так, это сколько? Мог бы записать, считать бы стало куда легче!

Это же больше 25 тысяч урона! Правда, распределится по юнитам, ещё на лечение, но… это всё же потрясающе! Так, так… а колба? Если минимальный урон на первом уровне это – 25 на каждого задетого, то это уже 7к, а плюс 20% – 8400 на каждого! Ладно, считать горение от колбы я уже не стану, а то башка разболелась… Короче, это просто отлично. Если раньше я несколько опасался боёв, то сейчас был готов драться хоть сейчас!

Надо же, как людей меняет рабство…

– Эй, Алхимик, – я услышал голос стражника, закрывая систему и рывком поднимаясь на ноги. – У тебя появился бой. Иди к госпоже, она у ворот.

Я только кивнул, сразу направившись к Колетт. Меня предупреждали, что в любой момент может назреть бой, так что не стоит расслабляться. Но я всё же не понимал пока, насколько нужно быть к этому готовым.

Госпожа ждала у ворот с толпой стражи, а при виде меня почти искренне улыбнулась. Я трахал её ещё дважды с той ночи, каждый раз объедаясь морепродуктами и говядиной. Наверное, без этих ночей мне было бы худо на рабском пайке, но особых зазрений совести я не испытывал.

– Что за бой? – тут же спросил я, чувствуя, что силён, как никогда.

– Во дворце дома Вирго. Это очень знатные люди, одни из двенадцати знамен трёх королевств… Ладно, неважно…

– Важно, – отмахнулся я, уже обсуждая ранее с Леей дом Вирго. – Кто из них приехал на юг? Элизабет Вирго? Может, Дайнара Вирго?

– Иногда твои слова пугают меня до глубины души, – тихо проговорила Колетт, а потом взяла себя в руки. – Элизабет со своим мужем Томом. У них главы дома только женщины, хотя не удивлюсь, если с этим ты тоже знаком.

– Конечно, – я уже потирал руки, ведь на таком бою тоже есть шанс встретить Лею. А если не встретить, то хотя бы пустить о себе молву. – Ещё когда Леоны были у власти, дом Вирго был на грани, ведь у их лорда не оказалось сыновей, братьев, дядь. Только дочери. Так одной из них пришлось стать леди дома Вирго. После чего она быстренько внесла правки. И теперь Девами правят только Девы. Но зачем они пожаловали?

– Просто отдохнуть на юге, – Колетт помахала на себя веером. – Дом Вирго далеко на севере, там вечные снега и морозы. Так что Леоны их лучшие союзники, не смотря на расстояния.

– Скорее уж благодаря расстоянию, – хмыкнул я, припоминая все наши разговоры. – В любой войне Вирго лишь пожимают плечами, мол, как им перевести войско через поле битвы? Удобная позиция во всех планах. Правда, до тех пор, пока им самим ничего не угрожает.

– Хватит, – побледнев, махнула на меня Колетт. – Вообще лучше не открывай рот в моём присутствии. У тебя будет битва на потеху Вирго. У них нет рабства, так что Леоны велели организовать красочные бои с лучшими рабами. Поедешь ты и ещё пара ребят. Но уж будь добр, убивать только других. Сегодня вечером выезжаем, осмотрите площадку с утра, переоденетесь. Начало к вечеру.

Хмыкнув, я смотрел вслед своей госпоже. Чёрт, ух бы я её этим посохом!

Но пока бой. Нужно научиться использовать его по назначению.

Глава 17

Бой назначили на пять вечера, так что я действительно успел там потренироваться. Казалось плохой идеей показывать силы перед противниками, но… вся арена была довольно огромной, при этом совсем не такой, как моя первая. Это был скорее целый сад, где все мы могли спокойно использовать силу. Но выйти за его пределы было нереально, учитывая громадную стену и стражу вдоль неё.

Да и малое количество рабов, добравшихся в этот замок, хотело сбежать. Что их ждало снаружи? Темница за побег. А вот за хорошие показатели перед Вирго они вполне могли получить какую-никакую награду. Колетт рассказывала, что для обычных рабов сытный ужин – главная цель подобных мероприятий. А за победу им вызывают шлюх, поднимая пустоголовых кретинов на вершину блаженства. Ну, так она сказала.

Вообще, замок Вирго походил скорее на базу отдыха а-ля средневековье: рабы с опахалами, фонтаны, зелёные изгороди вместе с пальмами. Одновременно и жарко, и лёгкий бриз от моря, которое я пока увидеть здесь не успел. Круто эта Элизабет устроилась – вот ей и выход к воде, и бойцовские бои, и шикарные ужины. На последний рабов пускают только подбирать мусор за господами, на что я подумывал напроситься.

Конечно, если на втором бою у этих чертовых Леонов я не встречу Лею, то пренепременно убью Колетт, разыщу ключ от своих оков и освобожу остальных. Но лучше было бы так жизнью не рисковать и доказать с помощью принцессы Либрион, что я тот, за кого себя выдаю. Глядишь, и бумагу мою прихватят, если её Шая не стащила.

Посох оказался очень хорош. Я уже и крутить его научился, создавая печать заклинания не на ладони, а на кончике Порыва. Правда, печати алхимические с посохом не работали, хотя не то, чтобы я парился по этому поводу. Да и я их мало использовал, иногда теряя тот самый баланс, что мне приходилось изучать с леди Арис. Я мог использовать каждую из них, даже комбинировать, но больше трёх не удерживал. Эх, всё просрал, блин. Ну ничего, освобожусь и заново их покорю.

Вскоре всех созвали в бараки, где нам предстояло ожидать боя. Дали всем по миске каши, пару человек высекли, я даже не очень понял, за что, и велели ждать. Через пару часов наших разговоров, наконец, грянули барабаны, музыканты дёрнули струны, а с усилением голоса вступил ведущий сего нелицеприятного мероприятия.

– Они сейчас поставят нас в пары, – пояснил мне один из рабов Колетт, что приехал вместе со мной. – Будет только один бой у каждого. Противника можно не убивать. Даже нужно. Так он достанется нашей хозяйке.

– Что за жуткий обмен рабами, – хмыкнул я, почёсывая железные оковы на руках. Их нам снова надели перед бараками, ведь на другой стороне, где господа, только сама арена битвы окружена багряной сталью. – Ты уже участвовал в таких? Побеждал или проигрывал?

– И проигрывал, и побеждал, и даже чуть не умер разок, – хмыкнул бывалый воин Мори. Он огладил лысую голову, покрытую старыми шрамами. – Успел кучу хозяев поменять. Колетт неоднозначная. Вроде и сука сукой, а вроде и поблажки даёт. Правда, только любимчикам.

Я хотел что-то ответить, но вся арена взорвалась аплодисментами. Я даже пригнулся невольно от резкого всплеска радости присутствовавших. Да уж, нужно уметь к подобному привыкнуть. Вроде и какое-то цирковое представление, правда, без шатра, но в то же время это борьба за жизнь.

– Определили пары, – к нам зашёл стражник, за цепь поднимая сразу двоих. – Вы первые. Остальным ждать.

Я был даже рад, что могу понаблюдать за сражением, а не иду среди первых. Правда, мы были пристёгнуты к крюкам, из-за чего удавалось разглядеть лишь кусок поля. Но там всё как всегда: взрывы, крики, бойня. Вскоре один победил, забирая врага к своему хозяину или хозяйке.

Потом увели Мори, моего собеседника, так опустошались ряды рабов. Я как минимум двоих мёртвых насчитал, остальных забирали по господам, некоторых в плачевном состоянии. Но, наконец, пришла и моя очередь. Остался я и какой-то светловолосый молчаливый парень, после чего мы всё поняли. И, когда за нами пришли, встали до того, как нам велели. Я был готов, ждал, когда же всё начнётся.

И нас вывели на арену, сняли цепи, просто вытолкнув вперёд. Ну что ж, нужно успеть и себя показать, и других посмотреть. Ведь так, на один глазок, я пока не успел заметить среди знати знакомых лиц. Хотя очень надеялся. Чёрт с моим положением, но я ужасно скучал по ушаночке, по вредной принцессе и даже по демонице. Я уже и забыл, как жил раньше.

Милли всегда готовила еду, ухаживала за мной, отсасывала едва ли не каждое утро. Лея всегда знала, куда нам держать курс, гордая, смышлёная, знающая, чего хочет. И Аббадон… мы так мало провели времени вместе. Но она выполняла все мои приказы так, словно от этого зависела её жизнь. Убийственно крутая, но кроткая только подле меня. Жаль, что сейчас они не увидят, насколько я стал силён Главное – выжить, чтобы они сумели сделать это несколько позже.