Текст книги "Ты не станешь Моей (СИ)"

Автор книги: Kim Sokolova

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 11 страниц)

Ты не станешь Моей

Пролог

– Ты должна мне пообещать.

Алиса подняла глаза от кружки с кофе.

Отец сидел напротив.

И выглядел так, как она никогда прежде его не видела.

Не уставшим.

Не раздражённым после бесконечных рабочих звонков.

Не задумчивым, когда в голове снова крутилось что-то связанное с очередной сделкой.

Нет.

Он выглядел напуганным.

И именно это заставило Алису перестать улыбаться.

За панорамными окнами медленно стекал дождь. Крупные капли ударялись о стекло и оставляли за собой прозрачные дорожки. Город за окном расплывался разноцветными огнями – красными, жёлтыми, белыми.

Где-то далеко сигналил автомобиль.

На кухне тихо тикали часы.

Обычный вечер.

Тёплый дом.

Запах свежесваренного кофе.

И совершенно необычный отец.

– Пап, что случилось?

Он не ответил.

Алиса поставила кружку на стол.

– Ты меня пугаешь.

– Если когда-нибудь со мной что-нибудь случится...

– Даже не начинай.

Она демонстративно закатила глаза, пытаясь вернуть разговору привычную лёгкость.

– Ты опять слишком много работаешь. Тебе нужно хотя бы иногда отдыхать. Желательно без телефона, ноутбука и двадцати человек, которые звонят тебе каждые пять минут.

Отец не улыбнулся.

– Алиса.

Она замолчала.

В его голосе не было привычной мягкости.

– Что?

– Если со мной что-нибудь произойдёт, ты должна уехать.

Несколько секунд Алиса просто смотрела на него.

Потом нахмурилась.

– Куда?

– В другой город.

– Зачем?

– Потому что там ты будешь в безопасности.

Она медленно откинулась на спинку стула.

– От кого?

Отец отвёл взгляд.

И это оказалось хуже любого ответа.

– Пап?

Он провёл ладонью по лицу.

Впервые Алиса заметила, насколько он устал.

Не физически.

Будто последние месяцы он носил на себе что-то тяжёлое, о чём не мог никому рассказать.

Даже ей.

– Пока я не могу тебе всё объяснить.

– Тогда хотя бы скажи, чего мне бояться.

Он посмотрел на неё.

Долго.

Слишком долго.

– Людей, которые улыбаются тебе слишком искренне.

Алиса нервно рассмеялась.

– Это звучит как начало очень плохого фильма.

Отец не улыбнулся.

Её смех оборвался.

– Ты серьёзно?

– Более чем.

Она почувствовала, как внутри медленно появляется неприятный холод.

– Кто тебе угрожает?

– Никто.

– Отличный ответ.

– Алиса...

– Нет, правда. – Она скрестила руки на груди. – Ты сидишь передо мной, выглядишь так, будто собираешься сообщить, что конец света наступит в пятницу, а потом говоришь, что тебе никто не угрожает?

Он тяжело вздохнул.

– Я не хочу, чтобы ты волновалась.

– Поздно.

– Я знаю.

– Тогда расскажи мне всё.

– Не могу.

Она резко встала.

– Почему?

Отец тоже поднялся.

– Потому что иногда знание может быть опаснее незнания.

– Это самая глупая фраза, которую я сегодня слышала.

– Возможно.

– Нет, серьёзно. – Алиса нервно провела рукой по волосам. – Если что-то происходит, я имею право знать.

– Не всегда.

– Я твоя дочь.

– Именно поэтому я и пытаюсь тебя защитить.

Она замерла.

В его голосе прозвучало что-то такое, чего она раньше не слышала.

Страх.

Настоящий.

Не за себя.

За неё.

Алиса медленно опустилась обратно на стул.

– Мне страшно, когда ты так говоришь.

Отец подошёл ближе.

– Мне тоже.

Она подняла на него глаза.

– Тогда скажи всё.

Он молчал.

И этого молчания ей оказалось достаточно.

Он действительно не собирался ничего объяснять.

– Хорошо, – тихо сказала она. – Допустим.

Отец нахмурился.

– Допустим, что?

– Допустим, с тобой что-нибудь случится.

Он напрягся.

– Тогда что?

– Тогда я уеду.

Несколько секунд он ничего не говорил.

– Правда?

– Нет. Я просто пытаюсь понять, куда ты собираешься меня отправить.

На этот раз он едва заметно улыбнулся.

И Алиса почувствовала облегчение.

Всего на секунду.

Будто всё снова стало нормальным.

Будто они просто разговаривали.

Как всегда.

– В институт Святого Эдварда, – сказал отец.

Алиса удивлённо моргнула.

– Серьёзно?

– Да.

– В тот самый?

– Да.

– В другом городе?

– Именно.

– Пап, ты же знаешь, что я уже выбрала университет.

– Знаю.

– И всё равно уже всё решил?

– Почти.

Она недовольно прищурилась.

– А если я не захочу?

Он посмотрел на неё.

– Ты всегда была упрямой.

– Это от тебя.

– Именно этого я и боялся.

Алиса всё-таки улыбнулась.

Отец тоже.

И несколько секунд всё снова стало привычным.

Тёплый свет кухни.

Дождь за окнами.

Запах кофе.

Дом.

Семья.

Безопасность.

Алиса ещё не знала, что иногда человеку достаточно нескольких секунд, чтобы потерять всё, что он считал вечным.

Отец положил ладонь ей на голову.

Так он делал с самого детства.

Когда она боялась грозы.

Когда разбила колено и пыталась не заплакать.

Когда впервые проиграла соревнование и пришла домой злая на весь мир.

Алиса никогда не умела проигрывать.

Ни в детстве.

Ни сейчас.

– Ты ведь всё равно будешь спорить со мной до последнего, да?

– Конечно.

– Даже если я прав?

– Особенно если ты прав.

Он тихо усмехнулся.

А потом вдруг стал серьёзным.

Снова.

И Алиса сразу это почувствовала.

– И ещё одно.

– Что?

Отец убрал руку.

Посмотрел ей прямо в глаза.

– Если меня не станет, не пытайся найти ответы одна.

Улыбка исчезла с её лица.

– Пап...

– Пообещай.

– Ты снова начинаешь.

– Алиса.

Она замолчала.

Глава 1 – НАСЛЕДНИЦА

Похороны закончились, но Алисе казалось, что всё только начинается.

Она стояла перед двумя свежими могилами и смотрела на фотографии родителей.

Мама улыбалась.

Папа тоже.

Слишком живые.

Слишком настоящие.

Слишком чужие среди мокрых цветов, чёрных лент и холодного серого камня.

Алиса не могла смотреть на фотографии долго.

Каждый раз внутри что-то болезненно сжималось.

Будто сердце всё ещё отказывалось принимать очевидное.

Она опустила взгляд.

Дождь шёл с самого утра.

Не сильный.

Мелкий и холодный.

Он пропитывал чёрное пальто, оседал на волосах, стекал по щекам. Алиса уже не понимала, что из этого дождь, а что – слёзы.

Да и не хотела понимать.

Последние несколько дней она вообще ничего не хотела.

Не хотела просыпаться.

Не хотела отвечать на звонки.

Не хотела видеть людей, которые смотрели на неё с сочувствием.

Больше всего на свете Алиса ненавидела жалость.

А теперь она была повсюду.

В глазах соседей.

В голосах дальних родственников, которых она видела раз в несколько лет.

В неловких объятиях людей, которые говорили:

– Держись.

Будто это было так просто.

Будто можно было просто взять себя в руки и продолжить жить.

Как будто её родители не сели в самолёт несколько дней назад.

Как будто мама не звонила ей утром и не спрашивала, что купить к ужину.

Как будто отец не обещал вернуться и привезти ей подарок, который, по его словам, «обязательно ей понравится».

Она даже не успела с ним попрощаться.

От этой мысли становилось невозможно дышать.

Алиса медленно присела и положила на могилу мамы белую розу.

Потом на могилу отца – вторую.

Пальцы дрожали.

Она сжала их в кулак.

Нет.

Не здесь.

Она не будет плакать здесь.

Не при всех.

Она всегда ненавидела показывать слабость.

С самого детства.

Когда разбивала колени, мама говорила:

– Можешь плакать, если больно.

Алиса упрямо качала головой.

Когда проигрывала соревнования, отец обнимал её и повторял:

– Проигрывать тоже нужно уметь.

Она злилась.

– Я не хочу уметь проигрывать.

Отец смеялся.

А потом говорил:

– Вот это уже похоже на мою дочь.

Теперь она отдала бы всё, чтобы снова услышать этот голос.

– Алиса...

Она медленно выпрямилась.

Обернулась.

Перед ней стоял незнакомый мужчина лет пятидесяти.

Высокий.

Седина на висках.

Строгое чёрное пальто.

В руках – кожаная папка.

Он выглядел слишком собранным для человека, который только что присутствовал на похоронах.

Алиса нахмурилась.

– Да?

– Виктор Сергеевич Лебедев.

Он протянул руку.

Алиса посмотрела на неё.

Но не пожала.

Мужчина спокойно опустил руку.

– Мы знакомы?

– Нет.

– Тогда откуда вы знаете меня?

– Я много лет работал с вашим отцом.

Алиса прищурилась.

– Юрист?

– Да.

– Папа никогда о вас не рассказывал.

На лице мужчины появилось что-то похожее на усталость.

– Возможно, потому что не хотел, чтобы вы знали обо мне раньше времени.

– Очень успокаивает.

Виктор Сергеевич посмотрел на неё внимательнее.

Будто оценивал.

И Алисе это не понравилось.

– Что?

– Ничего.

– Нет. Вы сейчас посмотрели на меня так, будто пытаетесь понять, справлюсь я или нет.

Он не ответил сразу.

– А вы справитесь?

Алиса резко усмехнулась.

– Отличный вопрос на похоронах моих родителей.

– Простите.

– Не стоит.

Она отвернулась.

– Все сегодня почему-то постоянно извиняются.

Несколько секунд они молчали.

Дождь тихо стучал по зонтам.

Где-то за спиной переговаривались люди.

Постепенно кладбище пустело.

Алиса снова посмотрела на родителей.

Она не хотела уходить.

Ей казалось, что если она уйдёт, это станет окончательным.

Будто пока она стоит здесь, всё ещё можно изменить.

Виктор Сергеевич чуть поднял папку.

– Здесь документы.

– Какие?

– Завещание.

Алиса застыла.

– Я не хочу сейчас говорить о деньгах.

– Речь не только о деньгах.

Он сделал паузу.

– Ваш отец оставил вам распоряжения.

Она медленно повернулась.

– Какие?

– Вам нужно будет уехать.

Сердце пропустило удар.

– Что?

– В другой город.

У неё внутри всё похолодело.

Перед глазами вдруг вспыхнуло воспоминание.

Кухня.

Дождь за окнами.

Кофе.

И отец, который выглядел напуганным.

«Если со мной что-нибудь случится, ты должна уехать».

Алиса почувствовала, как пальцы становятся холодными.

– В институт Святого Эдварда?

Виктор Сергеевич внимательно посмотрел на неё.

– Значит, он всё-таки рассказал.

Алиса почувствовала, как сердце ускорилось.

– Он сказал только название.

– Тогда нам действительно есть о чём поговорить.

Она сделала шаг к нему.

– Сейчас.

– Здесь не лучшее место.

– Мне всё равно.

– Алиса...

Она резко посмотрела на него.

– Не называйте меня так, будто мы знакомы.

Виктор Сергеевич спокойно выдержал её взгляд.

– Хорошо. Алиса Воронцова.

Она стиснула зубы.

– Вы знаете, что хотел мой отец. Я хочу услышать всё.

– Сегодня вечером.

– Почему не сейчас?

– Потому что здесь слишком много людей.

Она огляделась.

Действительно.

Несколько человек стояли неподалёку.

Кто-то садился в машину.

Кто-то разговаривал по телефону.

Но почему-то слова юриста заставили её почувствовать тревогу.

– Восемь часов, – сказал Виктор Сергеевич.

– У меня дома?

– Да.

– И вы расскажете всё?

Он посмотрел на неё.

– Я расскажу то, что могу.

Алиса горько усмехнулась.

– Все вокруг почему-то знают одну и ту же фразу.

Глава 2. – ПОСЛЕДНЯЯ НОЧЬ ДОМА

Алиса никогда не думала, что можно так сильно хотеть вернуться туда, откуда тебя только что увезли.

Она сидела на пассажирском сиденье, смотрела в тёмное окно и молчала.

За рулём был Виктор Сергеевич.

Это произошло минут двадцать назад.

После очередного звонка он настоял, что дальше поведёт сам.

Алиса спорила.

Конечно, спорила.

Но в какой-то момент просто устала.

Устала бояться.

Устала злиться.

Устала делать вид, что всё ещё контролирует происходящее.

Теперь машина неслась по ночной трассе, а за окнами мелькали редкие фонари.

– Куда мы едем? – наконец спросила Алиса.

Виктор Сергеевич не сразу ответил.

– В безопасное место.

– Это не ответ.

– Сегодня вам придётся привыкнуть к тому, что не на все вопросы можно получить ответ сразу.

Она повернула голову.

– А вам придётся привыкнуть к тому, что я не умею молчать.

На этот раз он посмотрел на неё.

Всего на секунду.

Но Алиса заметила, что мужчина устал.

По-настоящему.

За последние несколько часов она впервые увидела в нём не безупречного юриста в дорогом пальто.

А человека.

Который тоже чего-то боялся.

– Это я уже понял, – тихо сказал он.

Алиса отвернулась.

Несколько минут они снова ехали молча.

Она достала телефон.

Экран загорелся.

Десятки сообщений.

Пропущенные звонки.

Соболезнования.

Вопросы.

Сообщения от людей, которых она не видела годами.

Некоторые писали искренне.

Некоторые – слишком правильно.

«Мне так жаль».

«Если тебе что-нибудь понадобится, я рядом».

«Держись».

Алиса закрыла сообщения.

Ей не хотелось отвечать.

Никому.

Она открыла галерею.

И почти сразу пожалела.

Первой фотографией была мама.

Лето.

Их загородный дом.

Мама сидела на террасе и смеялась, прикрывая лицо рукой.

Алиса смотрела на экран.

Потом быстро заблокировала телефон.

– Вы были близки с моим отцом?

Вопрос вырвался неожиданно.

Виктор Сергеевич крепче сжал руль.

– Достаточно.

– Это что значит?

– Это значит, что мы знали друг друга больше двадцати лет.

Алиса медленно повернулась к нему.

– Двадцать лет?

– Да.

– И я никогда вас не видела.

– Ваша жизнь и дела вашего отца редко пересекались.

– Почему?

– Потому что он этого хотел.

– Чтобы я ничего не знала?

– Чтобы вы жили спокойно.

Алиса усмехнулась.

Горько.

– Отлично получилось.

Виктор Сергеевич промолчал.

Она посмотрела на его профиль.

– Он часто говорил обо мне?

Мужчина слегка улыбнулся.

– Постоянно.

У Алисы болезненно сжалось сердце.

– Что именно?

– Что вы слишком быстро ездите.

Она закатила глаза.

– Папа преувеличивал.

– Он говорил, что вы ненавидите проигрывать.

– Это правда.

– И что однажды кто-нибудь обязательно попытается использовать вашу гордость против вас.

Алиса резко повернула голову.

– Он так говорил?

– Да.

– И что вы ему отвечали?

Виктор Сергеевич посмотрел на дорогу.

– Что вы слишком похожи на него.

Она замолчала.

Этого она не ожидала.

Отец всегда говорил, что она похожа на маму.

Характером.

Упрямством.

Привычкой говорить то, что думает.

Но сейчас Алиса вдруг подумала, что, возможно, она совсем не знала собственных родителей.

Ни одного из них.

Телефон в её руке снова завибрировал.

Неизвестный номер.

Алиса напряглась.

Виктор Сергеевич заметил.

– Не отвечайте.

– Почему?

– Потому что я прошу вас.

– Отличный аргумент.

– Алиса.

Телефон продолжал вибрировать.

Она смотрела на экран.

Потом нажала кнопку ответа.

– Да?

– Ты всё-таки уехала.

Мужской голос.

Спокойный.

Незнакомый.

Алиса почувствовала, как по коже пробежал холод.

– Кто это?

– Я бы на твоём месте не возвращался домой.

Виктор Сергеевич резко повернул голову.

– Что он сказал?

Алиса подняла ладонь, заставляя его замолчать.

– Кто вы?

– Ты действительно похожа на отца.

Сердце ударилось о рёбра.

– Откуда вы знаете моего отца?

На другом конце линии тихо усмехнулись.

– Ты задаёшь слишком много вопросов.

– А вы слишком мало отвечаете.

Несколько секунд молчания.

Потом голос стал холоднее.

– Передай Виктору Лебедеву, что он делает большую ошибку.

Алиса медленно повернула голову.

Виктор Сергеевич побледнел.

– Откуда...

– Он рядом, – произнёс голос. – Я знаю.

Алиса почувствовала настоящий страх.

Не тревогу.

Не неприятное предчувствие.

Страх.

Потому что человек на другом конце линии видел их.

Или знал, где они находятся.

– Что вам нужно? – спросила она.

– То же, что хотел твой отец.

– И что же?

Тишина.

– Чтобы ты ничего не узнала.

Связь оборвалась.

Алиса медленно опустила телефон.

– Они знают, где мы.

Виктор Сергеевич ничего не ответил.

– Виктор Сергеевич.

– Я знаю.

– Что значит «я знаю»?

– Это значит, что нам нужно сменить маршрут.

– Мы уже уехали из города.

– Возможно, они этого и добивались.

Алиса нахмурилась.

– Я не понимаю.

– И я пока тоже.

Он резко свернул с трассы.

Машина поехала по узкой дороге.

Вокруг стало темнее.

– Куда вы?

– Обратно.

Алиса повернулась к нему.

– Что?

– Нам нужно вернуться.

– Вы только что сказали, что мне опасно дома.

– Опасно.

– Тогда зачем?

Виктор Сергеевич несколько секунд молчал.

А потом произнёс:

– Потому что ваш отец оставил кое-что, чего я не успел вам показать.

Алиса почувствовала, как внутри всё напряглось.

Глава 3. ДОРОГА В НЕИЗВЕСТНОСТЬ

ГЛАВА 3.

ДОРОГА В НЕИЗВЕСТНОСТЬ

Алиса всегда считала, что самое страшное в дороге – не знать, куда ты едешь.

Теперь она поняла, что ошибалась.

Самое страшное – знать, что назад возвращаться уже нельзя.

Машина мчалась по ночной трассе, оставляя позади город, в котором прошла почти вся её жизнь.

Алиса сидела на заднем сиденье и смотрела в окно.

Фонари становились всё реже.

Высотные дома исчезли.

На смену им пришли тёмные поля, редкие деревни и длинные участки дороги, освещённые только фарами автомобиля.

Она не спала.

Не могла.

Перед глазами снова и снова возникал кабинет отца.

Разбросанные документы.

Открытые ящики.

Спрятанный за книжным шкафом тайник.

Фотография.

Аркадий Морозов.

Письмо.

И четыре вещи, которые теперь лежали у неё в небольшой чёрной сумке.

Ключ E-17.

Флешка.

Жетон с номером 714.

И письмо отца.

Алиса положила ладонь на сумку.

Она была рядом.

Слишком близко.

И от этого становилось спокойнее.

Хотя бы немного.

Впереди сидел Виктор Сергеевич.

Он почти не разговаривал с момента их отъезда.

Иногда Алиса видела его глаза в зеркале заднего вида.

Он следил за дорогой.

Но иногда смотрел на неё.

Будто хотел что-то сказать.

И каждый раз передумывал.

Наконец Алиса не выдержала.

– Сколько нам ещё ехать?

– Около трёх часов.

– Вы собираетесь молчать все три?

– Если потребуется.

Она усмехнулась.

– Удивительно.

– Что?

– Обычно взрослые люди после таких событий начинают говорить что-нибудь вроде: «Всё будет хорошо».

Виктор Сергеевич на несколько секунд замолчал.

– Я не стану вам лгать.

Алиса посмотрела на него.

– Значит, всё не будет хорошо?

– Я не знаю.

Честный ответ оказался неожиданно болезненным.

Она отвернулась.

– Ненавижу неопределённость.

– Я заметил.

– Я привыкла знать, что происходит.

– Теперь будете учиться жить с тем, что не знаете всего.

– Не хочу.

– Никто не спрашивает.

Алиса приподняла бровь.

– Вы начинаете говорить как мой отец.

Виктор Сергеевич ничего не ответил.

Она снова посмотрела в окно.

И вдруг поняла, что впервые за несколько часов ей захотелось улыбнуться.

Совсем немного.

Но улыбка появилась.

Отец тоже никогда не позволял ей спорить бесконечно.

Он просто ждал, пока она выговорится.

А потом спокойно говорил:

«Теперь, когда ты закончила, можем подумать головой?»

Алиса закрыла глаза.

Память оказалась беспощадной.

Она увидела кухню.

Тёплый свет.

Кофе.

Мамины волосы, собранные на затылке.

Отцовские часы на столе.

И услышала голос:

«Ты должна мне пообещать».

Алиса открыла глаза.

Нет.

Она не будет плакать.

Не сейчас.

Она уже выплакала слишком много слёз.

Пусть боль останется внутри.

Там она хотя бы принадлежала ей.

Телефон завибрировал.

Алиса вздрогнула.

На экране появилось сообщение.

Номер неизвестен.

Она открыла его.

«Не думай, что Святой Эдвард защитит тебя».

Алиса несколько секунд смотрела на экран.

Потом медленно подняла глаза.

– Виктор Сергеевич.

Он посмотрел на неё в зеркало.

– Что?

Она протянула телефон.

Он прочитал сообщение.

Его лицо стало жёстким.

– Когда оно пришло?

– Только что.

– Покажите номер.

– Зачем?

– Я хочу сохранить его.

Алиса не сразу передала телефон.

– Вы знаете, кто это?

– Нет.

– Но догадываетесь.

– Возможно.

– Аркадий?

– Не знаю.

Она забрала телефон.

– Тогда почему вы так напряглись?

– Потому что они знают, куда мы направляемся.

Алиса почувствовала холод.

– Мы никому не говорили.

– Именно.

Она посмотрела на дорогу.

– Значит, кто-то следит за нами.

Виктор Сергеевич не ответил.

Через несколько секунд Алиса тихо произнесла:

– Я начинаю привыкать к вашим молчаливым ответам.

– Это хорошо.

– Нет. Это ужасно.

Он едва заметно улыбнулся.

Но улыбка исчезла почти сразу.

Алиса открыла сообщение ещё раз.

Потом заблокировала телефон.

– Я всё равно поеду.

– Я знаю.

– Даже если меня будут пугать.

– Я знаю.

– Даже если Святой Эдвард окажется очередной ловушкой.

Виктор Сергеевич посмотрел на неё.

– Именно этого я и боюсь.

Алиса нахмурилась.

– Вы действительно считаете институт опасным?

– Я считаю опасным всё, что связано с вашим отцом.

Она замолчала.

Это было логично.

И всё же в глубине души она почему-то надеялась, что Святой Эдвард окажется другим.

Местом, где можно хотя бы ненадолго забыть о катастрофе.

Начать учиться.

Познакомиться с людьми.

Прожить обычный день.

Хотя бы один.

Она не знала, что обычной жизни ей больше не обещал никто.

К рассвету начался дождь.

Сначала мелкий.

Почти незаметный.

Потом сильнее.

Капли забарабанили по крыше автомобиля.

Алиса проснулась от того, что машина замедлилась.

Она подняла голову.

– Где мы?

– На подъезде к городу.

Алиса протёрла глаза.

За окном уже светало.

Серое небо постепенно становилось светлее.

На горизонте появились первые здания.

Город был большим.

Современным.

Высокие стеклянные башни соседствовали со старинными зданиями.

Дороги становились шире.

Машин – больше.

Люди спешили на работу.

Автобусы заполняли улицы.

И всё это выглядело так, будто здесь ничего не произошло.

Будто мир продолжал жить.

А её мир закончился несколько дней назад.

Алиса прижалась лбом к стеклу.

Глава 4. СВЯТОЙ ЭДВАРД

Утро встретило Алису туманом.

Город ещё не успел окончательно проснуться, когда машина остановилась перед высокими коваными воротами.

Алиса открыла глаза и несколько секунд просто смотрела в окно.

Она не сразу поняла, где находится.

Потом вспомнила.

Аэропорт.

Похороны.

Дом.

Тайник.

Письмо.

Аркадий Морозов.

Жетон с номером 714.

И голос отца:

«Не доверяй никому».

Алиса медленно выдохнула.

Перед ней возвышались ворота Святого Эдварда.

Они были настолько массивными, что больше напоминали вход на территорию старинного замка, чем в престижный институт.

За ними простиралась огромная территория.

Старые здания из светлого камня.

Высокие башни.

Острые шпили.

Стеклянные переходы между корпусами.

Аллеи, обсаженные вековыми деревьями.

И люди.

Студенты уже спешили на занятия.

Кто-то смеялся.

Кто-то разговаривал по телефону.

Кто-то бежал, придерживая на ходу рюкзак.

Несколько человек стояли возле ступеней главного корпуса.

Обычное утро.

Обычная жизнь.

Только для Алисы всё было иначе.

– Приехали, – сказал Виктор Сергеевич.

Она продолжала смотреть вперёд.

– Это он?

– Что?

– Святой Эдвард.

– Да.

Алиса усмехнулась.

– Выглядит как место, где люди либо получают блестящее образование, либо исчезают без вести.

Виктор Сергеевич посмотрел на неё.

– Постарайтесь не проверять второй вариант.

– Ничего не обещаю.

Он выключил двигатель.

Несколько секунд они сидели молча.

За последние дни Алиса привыкла к тишине.

Она стала почти физической.

Тишина была дома после смерти родителей.

В самолёте.

В гостинице.

В машине.

И теперь она вдруг поняла, что боится другого.

Шума.

Людей.

Взглядов.

Неизбежных вопросов.

Она должна была войти туда и сделать вид, что ничего не произошло.

Будто она обычная первокурсница.

Будто её родители не погибли.

Будто её отец не оставил ей состояние, о котором теперь знали сотни людей.

Будто в её сумке не лежали флешка и письмо, которое она перечитывала уже десятки раз.

Будто неизвестный мужчина не проникал в её дом.

Будто она не знала имени человека, который, возможно, имел отношение к смерти её родителей.

Алиса открыла дверь.

– Подождите.

Она остановилась.

Виктор Сергеевич посмотрел на неё.

– Что?

– Я должен кое-что сказать.

– Звучит тревожно.

– Здесь вы не должны никому рассказывать о наследстве.

Она нахмурилась.

– Я и не собиралась.

– Тем более никому не говорите о том, что произошло дома.

– А если спросят?

– Скажите, что ваши родители погибли в авиакатастрофе.

– Они действительно погибли в авиакатастрофе.

– Я говорю о причинах.

Алиса замолчала.

– Понятно.

– И ещё.

– Что?

– Если вам покажется, что кто-то следит за вами...

Она перебила:

– Я позвоню вам.

– Нет.

– Что?

– Сначала уходите оттуда.

Алиса внимательно посмотрела на него.

– Вы действительно думаете, что мне здесь что-то угрожает?

Виктор Сергеевич не ответил сразу.

И Алиса уже знала этот взгляд.

Так смотрели люди, которые хотели сказать правду, но боялись последствий.

– Я думаю, – наконец произнёс он, – что ваш отец не отправил бы вас сюда без причины.

Алиса вспомнила слова Аркадия.

«Святой Эдвард».

– Я тоже так думаю.

Она взяла сумку.

– Но я собираюсь выяснить почему.

– Алиса...

– Не волнуйтесь.

Она открыла дверь.

– Я хотя бы постараюсь не погибнуть в первый день.

– Очень смешно.

– Я серьёзно.

Она вышла из машины.

Холодный воздух ударил в лицо.

Алиса подняла голову.

Над главным корпусом висела вывеска:

ИНСТИТУТ СВЯТОГО ЭДВАРДА.

Она посмотрела на неё несколько секунд.

Потом тихо сказала:

– Ну что ж.

И шагнула вперёд.

Она почувствовала взгляды почти сразу.

Сначала один.

Потом второй.

Потом ещё несколько.

Алиса не обращала внимания.

Она шла по центральной аллее, держа телефон в руке и пытаясь понять, куда именно ей нужно.

Новый город.

Новый институт.

Новые люди.

И ни одного знакомого лица.

Она открыла письмо с расписанием.

– Корпус А... аудитория 214...

– Вам помочь?

Алиса подняла глаза.

Перед ней стояла девушка с длинными каштановыми волосами.

На плече у неё висела сумка.

В руках – несколько учебников.

Она улыбалась совершенно искренне.

Алиса автоматически насторожилась.

Отец говорил:

«Людей, которые улыбаются слишком искренне».

Но девушка выглядела безобидно.

– Если вы знаете, где корпус А, я буду вам очень благодарна.

– Конечно.

Девушка подошла ближе.

– Вы новенькая?

– Это настолько заметно?

– Только потому, что вы держите карту института вверх ногами.

Алиса посмотрела на телефон.

Потом на девушку.

– Отличное начало.

Та рассмеялась.

– Я София.

– Алиса.

– Алиса...

София на секунду замолчала.

– Воронцова?

Алиса насторожилась.

– Да.

– Ого.

– Что?

– Ничего.

София быстро улыбнулась.

Но Алиса уже заметила перемену.

– Ты слышала обо мне?

– Только вчера.

– И что именно?

– Что в институт переводится новая студентка.

– Только это?

– Пока да.

Алиса прищурилась.

– А что будет завтра?

София засмеялась.

– Ты быстро привыкаешь.

– К чему?

– К тому, что здесь все всё знают.

Алиса огляделась.

– Прекрасно.

– Не переживай. Через неделю тебя уже перестанут обсуждать.

– Почему?

– Потому что появится кто-нибудь интереснее.