Текст книги "Бессилие (СИ)"

Автор книги: Кайнэ

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 6 страниц)

– Ты тоже хочешь дом? – радостное выражение девичьих зеленых глаз нашло отклик в так же, юношеских.

– Да. Мечтаю. – Чуть улыбнулся Гарри. – Но… Меня так просто отсюда не отпустят…

– А я помогу. Гермиона поможет. И мои тоже мне помогут, вместе с Ягге и директором! Гарри, обязательно поговори с Сарданапалом! Они не имеют право запереть тебя в этой стране!

– Поговорю, Тань, обещаю…

И Гарри, не тратя время на лишние слова, горячо обнял свою любимую сестру…

========== Отравление. ==========

– Гарри? Что с тобой? – испуганно проговорила Таня. Сейчас они стояли около избушки Ягге, гуляли на улице. Гарри все утро было нехорошо, и он решил выйти подышать с ней свежим воздухом.

На белом лице Гарри сейчас выступили бисеринки пота. Он оперся на ствол дерева, так кстати оказавшегося на пути.

– Мне плохо, – прохрипел он, – воздуха не хватает… С утра плохо было, а сейчас и того хуже… Огнем все внутри горит…

– Гарри, я сейчас, помощь приведу…

Белый, как смерть, Гарри кивнул и оперся спиной об ствол дерева. Таня, смертельно испуганная, со всех ног бросилась к избушке, в мгновение ока была у нее и забарабанила в дверь обеими руками:

– Ягге! Ягге, открой! Прошу! Я-а-а-гге!

– Что стряслось? – женщина открыла дверь прямо под ее кулаками, неожиданно, куталась в расписной павло-посадский расписной платок.

– С Гарри беда, плохо ему.

– Веди, – коротко бросила Ягге.

Обе быстро пошли по снежному насту. Гарри был едва ли в сознании (он полулежал на стволе) на момент их прихода, и на касания Тани смог лишь чуть приоткрыть глаза.

Ягге хватило одного взгляда на юношу:

– Таня, немедленно ко мне! Это яд!

Девушка от страха остолбенела. Но Ягге уже быстро ей кричала:

– Перекинь руку Гарри к себе на спину. Мне одной его не увести…

Та опомнилась и принялась помогать ей. Они обе смогли довести теряющего сознание Гарри до дверей избушки на курьих ножках, где и обитала белая волшебница. Ей единственной допускалось жить в этой избушке вне Хогвартса…

Там Таня молниеносно помогла скинуть одежку и тяжелую, зимнюю мантию Гарри, и помочь ему улечься в постель. Ягге уже вовсю хозяйничала у котла: все в морщинах, старческие, тонкие руки перебирали травы.

– Таня, попробуй удержать Гарри в сознании! Гарри, а ты его не теряй! – велела она сразу обоим. – Мне нужно знать, что ты пил, ел или держал в руках в это утро…

– Мне сообщить в Хогвартс об отравлении?

– Не нужно. Кровь я у Гарри уже взяла… Сообщишь, когда минует вся опасность для его здоровья… Сейчас не мешай – противоядие почти готово…

Таня аккуратно положила свою холодную, чуть подрагивающую, с мороза, руку на пылающий лоб Гарри. Гарри от температуры был мокрым и горячим как печка. Он слабо улыбнулся ей и с трудом произнес:

– Не бойся… Я поправлюсь… сестренка…

– Тише. Экономь силы, – прервала она его, гладя того по влажным волосам.

– Гарри, пей, – быстро проговорила Ягге, подсовывая ему кубок ко рту. – Это поможет.

Гарри, при помощи Тани, смог глотнуть из кубка голубоватую жидкость.

– Теперь отдыхай, Гарри. Спи, это лучше всего сейчас…

– Спасибо, – тихо произнес Гарри и послушно провалился в сон.

Таня, вся бледная и встревоженная, большими глазами молча смотрела белой колдунье прямо в лицо.

– Я сделала две пробирки с его кровью. Эту отнесешь директору школы. Сейчас. Пароль к его кабинету – «мятные леденцы».

– Но…

Девушка нерешительно посмотрела на все еще бледного Гарри.

– Иди. Сейчас ты ему не поможешь, Таня. Иди же! Они могут его уже искать!

И старушка вытолкнула ее из избушки и затворила дверь, чтобы холод не проник вовнутрь.

***

Таня, сжимая склянку, по дороге спросила у какого-то младшекурсника путь к директору школы и пошла по обозначенной дороге. Придя к каменной и очень уродливой гаргулье, которая почти сразу же ожила при ее появлении, она сказала ей пароль. Та отпрыгнула с пути сразу, открывая взору Татьяны витую лестницу которая двигалась сама собой по спирали, словно бы ступени в московском метро.

Подъем вызвал у нее, сильно нервничающей и переживающей за брата, легкую дурноту и головокружение. Она с облегчением сошла с кружащихся в вечном танце ступенек.

Она стукнула деревянным молотком в дверь. Почти сразу же ей откликнулись:

– Входите!

Таня толкнула плечом дверь и вошла.

Кабинет на вид был не таким большим, как у Сарданапала. В нем хоть и были магические штучки, непонятные ей, но в меньшем количестве. Зато книг было больше. Они были аккуратно сложены во многочисленных шкафах, и с них явно постоянно кто-то стирал пыль, ухаживал и протирал переплеты. Еще привлекал внимание и насест с красивой птицей-фениксом (или жар-птицей), сидящей в своем гнезда. Величественная птица свысока смотрела на студентку школы Тибидохс.

– Здравствуйте, господин директор школы, мистер Дамблдор, – деревянными голосом произнесла Гроттер, все еще смотря по сторонам на книги и закрываясь от подзеркаливания. Верно поступила – она вовремя почувствовала легкое, почти невесомое, но знакомое шевеление в голове.

– Здравствуйте, мисс Гроттер. Что произошло?

– С Гарри, с моим братом, беда… Его попытались отравить.

Директор быстро встал со своего места (казалось, он очень испуган):

– Где сейчас он? – спросил старик.

– У нас, в избушке Ягге. Она смогла справиться в этой заразой. Я, на всякий случай, принесла его кровь сюда, – Таня бережно поставила пузырек на стол. Всем своим существом она как можно скорее хотела выйти отсюда. – Сейчас он спит…

Директор вздохнул и взял пузырек с кровью; потом перо само собой, повинуясь короткому взмаху волшебной палочки волшебника, начало царапать на пергаменте, выводя строки. Феникс, шурша крыльями, пролетел мимо Тани и уселся на край директорского стола.

– Фоукс, отнеси это все Помфри, – бросил Альбус Дамблдор.

Фоукс вцепился когтями в пробирку, потом взял клювом записку и влетел прямо в горящий камин. Там же, в огне, он и исчез.

– Пусть Гарри там и остается, мисс Гроттер. До своего выздоровления. Я уведомлю профессоров об его отсутствии…

– Хорошо. – Таня с этими словами покинула кабинет, даже не слушая дальнейшие реплики директора о том, что он обязательно расследует этот случай.

***

Гарри пролежал несколько дней, оправляясь от последствий отравления. Гермиона тоже пару раз заходила – исправно приносила домашние задания. Таня была с ним практически ежечасно, почти никуда не отлучаясь и не ходя в замок. В последний день, когда Гарри наконец-то почувствовал у себя силы – встать, к ним зашла мрачная МакГонагалл.

– Здравствуйте, профессор МакГонагалл, – поздоровался с ней лежащий на белоснежных подушках гриффиндорец. Таня как раз вышла из избушки, чтобы Гарри спокойно поговорил с профессором.

– Здравствуйте, мистер Поттер. Как ваше самочувствие?

– Лучше. Ягге говорит, что я вовремя попал к ней – еще бы чуть-чуть и… – Гарри тяжело вздохнул. – Может, завтра уже вернусь в замок…

– Я вынуждена вам сообщить, что у нас состоится Святочный бал, традиционная часть Турнира Трех Волшебников. На балу мы должны завязать с нашими гостями дружеские и культурные связи. Бал для старшекурсников, начиная с четвертого курса, хотя, конечно, вы имеете право пригласить бального партнера и с младших курсов…

– Понятно.

– Форма одежды – парадная, – продолжила МакГонагалл. – Бал начнется в восемь часов вечера в первый день Рождества в Большом зале. Окончание бала в полночь. И еще… В Хогвартсе существует традиция: бал открывают чемпионы в паре с выбранным партнером…

– Иначе, мне нужно пригласить девушку на Бал, так? – Гарри уже знал, кого именно он пригласит…

– Да, так, мистер Поттер. Но вам нужно поторопиться с…

– Я уже знаю, с кем пойду, спасибо. Времени действительно осталось мало.

– Хорошо, Поттер.

Профессор вышла, а уже через пять минут Татьяна зашла обратно:

– Все? Что тебе рассказала профессор МакГонагалл?

– У нас будет Святочный бал. Я приглашаю тебя пойти со мной, – сразу же сказал Гарри. – Я с остальными чемпионами открываю бал, который состоится уже через несколько дней, и мне нужна партнерша…

– Да? – Таня замерла. – А тебе ничего такого не скажут?

– Ты же сводная сестра. Не должны… Тем более, все знают, что я болею… Так ты принимаешь мое приглашение? Ну пожалуйста!

– Конечно принимаю. Ты чего? А профессор что-нибудь тебе сказала или рассказала об твоем отравлении?

– Ничего. Я полагаю, что директор школы меня вызовет.

– Я с Гермионой говорила. Какая-то она мрачная и даже заплаканная.

– Интересно, с чем это связанно? – спросил вслух Гарри, – наверняка, когда я вернусь в Хогвартс, мы все узнаем…

========== Бал. ==========

– Гермиона? – девочка подняла голову от очередного домашнего задания. Сейчас они трое – Таня, Гарри и сама гриффиндорка были в библиотеке. Девушка как обычно сидела за книгами, Гарри приканчивал задание Снейпа, а Таня лениво почитывала «Историю Хогвартса».

– Что, Гарри? – шепотом произнесла Гермиона, переставая писать и чиркать пером.

– С кем ты идешь на бал? Нам же интересно…

– Я только на ухо шепну…

– Валяй, – и Гарри с Таней навострили уши.

– Я, – очень-очень тихо произнесла Гермиона, – иду с Виктором Крамом. Он меня как раз-таки в библиотеке и подцепил…

– Ого! – выдохнул Гарри бросая перо, – ничего себе! Поздравляю! Теперь понятно, почему ты так это скрываешь!

– Тише ты! – одернула его Таня. – Значит этот молодой человек разглядел в тебе что-то…

– Рон пытался меня пригласить…

– Так вот из-за чего вы поругались! – выпалил Гарри, – теперь-то мне все понятно! Ты не могла сказать ему… А он понял это превратно…

– Более чем. Он распускает обо мне нехорошие слухи по всему замку. – Девушка с силой нажала на перо и оно прорвало пергамент насквозь. – Хотя я всего лишь его отшила.

– Слабак, – хмыкнула Таня.

***

– И в чем же пойдет наша неподражаемая Татьяна Леопольдовна? – Гробыня в этот миг сгорала от интереса, но Таня ловко выставляла все новые и новые блоки от подзеркаливания. Дело шло к балу, и нужно было приготовить платье, туфли и сумочку с мантией. А еще прическа, маникюр… – Ну, Гроттерша, ну скажи старой-доброй Гробынюшке… Умру от любопытства!

– Склеп… – Таня покачала головой. – Не стоит. Завтра узнаешь! Единственное, что скажу, платье и все остальное купил мне мой брат!

– А если ты мне покажешь за… Скажем, прическу? А? Устроит?

– Ладно, – поддалась уговорам провокатора, точнее провокаторши, девушка, – сдаюсь! Но с тебя тогда прическа!

– Заметано, Гроттер. Ну, показывай скорее!

Таня хмыкнула, довольная что удалось уломать Гробыню Склепову на марафет. И вытащила зачехленное платье…

***

В рождественское утро Гарри встал с постели с улыбкой, намереваясь вручить подарок прямо лично в руки своей сестры. Но произошла весьма забавная штука – они оба встретились на полпути.

Глаза девушки сияли ярче, она вся раскраснелась от мороза и сдергивала с шеи шарф, расстегивая свою зимнюю мантию. В руках она держала яркую коробку, перевязанную разноцветными тесемками.

– Привет, – Гарри позволил себе легко прикоснуться губами к ее щеке. – С Рождеством! Даже несмотря на то, что у вас оно празднуется позже, я не могу оставить тебя без подарка сегодня… Рождество – семейный праздник, а ты – и есть моя семья…

Щеки девушки заалели пуще прежнего:

– Спасибо, – только и произнесла она, и протянула ее подарок ему, – а это – тебе. С Рождеством. Подарок очень скромный, но…

– Таня, ну я же прекрасно понимаю, что тебе не легко достать денег… Но скоро ты об этом позабудешь. Только разверни мой подарок!

Гроттер зашелестела оберткой. Подарок от Гарри был невелик по габаритам, зато содержал белый лаконичный конверт с сургучной печатью. Она вопросительно глянула на Гарри.

– Давай, давай, открывай наконец!

Она разорвала печать и вскрыла конверт. Ей почти сразу же на руки выпал большой, резной ключ; девушка принялась читать письмо строгой, официальной формы. Через пять минут рыжеволосая подняла голову от бумаги и бросилась к торжественно улыбающемуся Гарри на шею. Юношу захватила дикая и бурлящая волна радости смешанной с необыкновенной нежностью к ней. Она рада – вот и получил он самый главный подарок на Рождество…

– Спасибо-спасибо-спасибо, братик! – затараторила она, – но как же ты тут проучишься?

– У меня неплохое состояние, и его хватит на весь срок учебы. Мне нужно минимум вещей, тебе же мои деньги нужнее – ты как-никак в составе сборной команды… Да черт, что же я говорю! Это и есть твои деньги, а ты моя… – тут Гарри прикусил себе язык чтобы не сказать то самое, запретное для них слово, – сестра. Тем более, я хочу с тобой поговорить кое о чем важном, но не сегодня… Не хочу портить нам праздник и бал. Мне твой подарок тоже понравился. Классные амулеты!

– А еще и очень нужная вещь. Пошли завтракать!

– Постой, Гермиону подождем! Я сейчас за ней схожу!

Гермиона как раз спустилась в гостиную и тоже поздравила Гарри с наступившим Рождеством. Вместе они пошли на завтрак, даже не взглянув на Рона Уизли, который попытался было поговорить с ним и перехватить их.

Когда они подошли ближе, то заслали неприятную сцену: мрачная Таня, уперев руки в бока и гневно глядя на незнакомого ей юношу, почти шипела свою речь ему в лицо. Она была дико зла. Юноша был высок, осанист и наоборот выглядел спокойным, но в нем было что-то такое, что отталкивало от него. Так же он проигрывал своей бамбуковой тросточкой, которую держал в руке.

– Значит, – лицо Тани исказилось, – это точно? Именно он отравил?

– Сомнений нет, Татьяна. Если хочешь – могу поклясться на костях…

– Не хочу, Глеб. – Ее передернуло. – Спасибо за услугу!

– С тебя должок… А долг платежом красен. – Улыбка юноши-Глеба была такой… странной, что от нее Гарри захотелось бежать хоть на край света.

– Я знаю. Напомни мне об оплате…

Парень поклонился и… исчез, постучав по каменной плитке пола своей тростью. Вот так, без всяких спецэффектов. Гермиона протерла глаза, не веря в увиденное.

– Таня? Кто это с тобой стоял? – нахмурил брови Гарри. Кампания Глеба с Таней ему не пришлась по сердцу.

– Это Глеб. Глеб Бейбарсов. – Быстро проговорила она. – Он некромаг с темного отделения… Он кое в чем мне помогал… – но дальше Татьяна не стала развивать разговор. – Пошли все быстрее на завтрак, у меня живот ведет от голода!

Вся троица, весело болтая, пошла в Большой зал. Там Таня села рядом со своими, поэтому разговора особо не получилось, и Гарри провел завтрак в компании Гермионы и амулетов на метлу – подарка Тани ему.

Затем они оба встали и вновь направились в свою башню, давая Татьяне время узнать все тибидохские новости. До обеда они наслаждались подарками у себя в башне, потом вернулись в Большой зал, где их ждало роскошное рождественское угощение. Столы так и ломились от жареных индеек, пудингов и всевозможного волшебного печенья! Таня, которая болтала с Гробыней, помахала Гарри, чтобы он сел с ней рядом. Гарри так и поступил.

– Здорово, холодный англичанин! Я уже ухожу, – засуетилась Склепова. – Уже ушла!

И действительно почти убежала из зала прочь.

Гарри плюхнулся на свободное место рядом.

– Я сейчас побегу ей вслед, – честно предупредила его Таня. – Возни с платьем и прической хватит до вечера…

– Так долго? – поражено проговорил Гарри.

– А ты что думал? – вопросом на вопрос ответила Таня. – Дело того стоит. Ну, я пошла. Пока.

– Пока, – грустно отозвался Гарри.

Татьяна исчезла в потоке учеников. Сам Гарри, доев обед, пошел на улицу прогуляться. В семь часов он с остальными парнями пришел с улицы и принялся надевать парадную мантию…

***

– Вот это уже на что-то похоже! – Гробыня заправила в прическу последний гроттеровский локон и с удовлетворением разглядывала дело рук своих.

Высокая прическа Тане показалась не очень удобной и чуть тянула голову вниз. Рыжие волосы были скручены в узел, который держался на красивейшей диадеме с белыми и зелеными каменьями. Теперь осталось платье, туфли и макияж… Не забыть сумочку еще…

Она в итоге решила обойтись без перчаток и оставила свое магическое кольцо.

Через час она уже была полностью готова. И вовремя – настала пора идти к Гарри…

***

Гарри не поверил своим глазам, когда увидел Таню. На ней было изумрудного цвета атласное платье (которое он ей подарил в одном из походов в Хогсмит, но не предполагал, что оно на ней будет сидеть ТАК замечательно), прическа была высокой – закрученные в тугой и тяжелый узел на затылке рыжие волосы и них – диадема, которую сам же Гарри и заказал у гоблинов в честь их с Таней встрече в Хогвартсе и за успешно пройденный первый тур Турнира. На ногах были изящные зеленые туфельки в тон платью, а в руке – сумочка, которая переливалась зелеными и белыми каменьями, в тон диадеме. Платье было довольно скромным, но Таня смотрелось в нем как царица…

– Каблуки? – улыбнулся он ей, – значит, изменяем своим привычкам? Шикарно выглядишь…

– Гробыня поставила условие – если я не иду на каблуках, значит и на бал я тоже не иду.

– Она молодец…

– Она – зараза…

Оба рассмеялась. Тем временем Таня рассматривала своего брата: белая блузка, брюки и черная мантия с высоким горлом. Так же на шее был черный галстук-бабочка. Гарри пытался по-видимому причесаться, но его вихор на затылке все равно брал свое.

– Идем? – спросил он у нее и галантно подал руку.

– Идем, – обреченно сказала она, приняла помощь, и они направились к пока закрытым дверям Большого зала.

В холле яблоку было негде упасть. Многие искали свою даму или кавалера в толпе. Гарри увидел в толпе Чжоу с Седриком; Флёр шла в сопровождении Роджера Дэвиса, капитана команды когтевранцев. На ней была мантия из серебристо-серого атласа. Ничего не скажешь, писаная красавица! Виктора Крама с Гермионой пока он не заметил.

Дубовые входные двери тяжело отворились, и в холл вошли гости из Дурмстранга во главе с директором Каркаровым. Сразу за ним шёл Крам с Гермионой которая была в голубой мантии. В раскрытых дверях Гарри успел заметить перед замком на лужайке возведённый волшебством грот, полный розовых кустов, среди которых высились каменные скульптуры самых разных существ. Над кустами и скульптурами порхали разноцветные светляки. Это были настоящие живые феи, только совсем крошечные.

– Здорово, – с восхищением произнесла Таня глядя туда же, куда и брат, – ваша магия ни чуть не хуже нашей! Красота!

– Даже не знаю, что и сказать…

– Участники Турнира, пожалуйста, пройдите сюда, – прозвучал в этот миг голос профессора МакГонагалл.

– Пошли, – потянула его Татьяна, – явимся перед светлы очи…

Они двинулись через галдящую толпу, куда показала МакГонагалл – справа от двери было небольшое свободное пространство. Профессор была в мантии из красной шотландки, тулью шляпы украшал довольно-таки безобразный венок из чертополоха. Она объяснила чемпионам, что пока им надо постоять здесь: они войдут в зал парами, церемонно, после того, как все остальные усядутся за столы.

Двери распахнулись и ученики с гостями потоком хлынули в зал.

– Гарри, – дернула его за рукав мантии Гроттер, – а ты умеешь танцевать?!

– Твою мать, – произнес Гарри на русском. – А ты? – в свою очередь спросил он.

– Ну, мы можем применить одно простенькое заклятие… – начала, старательно скрывая улыбку, говорить Таня.

– А в чем подвох? – нахмурился Гарри.

– Наутро будет не встать с кровати. – Грустно произнесла рыжеволосая.

– Оставим это на крайний случай…

– Сейчас и есть этот самый «крайний случай»… – возразила она.

– Тогда будем применять его в самом начале, а потом снимем… – решил Гарри. – Если я не ошибаюсь, то на нас внимание будет лишь в самом начале, а потом… будет легче.

– Надеюсь, – произнесла девушка, оглядываясь.

Когда все наконец уселись по местам, МакГонагалл велела оставшимся встать друг за другом парами и следовать за ней. При их появлении весь зал захлопал, и профессор МакГонагалл повела их к большому круглому столу в дальнем конце, за которым сидели судьи.

Стены зала серебрились инеем, с тёмного, усыпанного звёздами потолка свисали гирлянды из омелы и плюща. Длинные обеденные столы исчезли, вместо них – сотня столиков, каждый человек на десять. На столиках уютно горят фонарики.

Гарри с Таней выбрали столик и, после того как парень помог ей сесть, он сел и сам. Отливающие золотом тарелки, перед которыми лежали меню, всё ещё были пустые. Гарри нерешительно взял карточку с рождественской виньеткой и огляделся – официантов нет.

– Что будешь заказывать? – заулыбалась Таня, перед которой уже лежала вареная картошка с рыбой.

– Как…

– Вслух скажи, что будешь…

Гарри засмеялся, и его тарелка наполнилась.

– Так просто! Как узнала?

– Да просто меню вслух начала зачитывать… Везение – только и всего.

Наевшись, Гарри начал смотреть по сторонам. Флёр Делакур, изящно повернув голову в сторону своего кавалера, в пух и прах разносила убранство замка. Крам беседовал с Гермионой, да еще и с большой охотой. Седрик был занят Чжоу.

После ужина Дамблдор встал и пригласил всех последовать его примеру. Взмахнул волшебной палочкой, столы отъехали к стенам, образовав пустое пространство. Ещё один взмах, и вдоль правой стены выросла сцена – с барабанами, гитарами, лютней, виолончелью и волынкой.

На сцену вышел ансамбль «Ведуньи», встреченный восторженными рукоплесканиями. У ведуний были длинные растрёпанные волосы, чёрные мантии нарочито порваны и потёрты. Гарри с нетерпением ждал, чтобы они заиграли, совсем забыв, что за этим последует. Ведуньи разобрали инструменты, фонарики на столах погасли, и участники состязания со своими дамами поднялись со своих мест.

Таня ранее успела выпустить две почти незаметных искорки, и сейчас уже клала руки ему на плечи.

Ведуньи заиграли грустный, медленный танец. Таня с явным удовольствием кружилась по залу; Гарри вел ее плавными кругами, а их ноги четко выполняли все нужные им движения.

Пройдя тур, они сели передохнуть. Ведуньи заиграли новый, веселый и быстрый танец, и многие пустились в пляс…

========== После бала. ==========

Таня хихикала, а Гарри смеялся. Вечер бала проходил просто замечательно. Они уже пять раз поднимались на танцевальные туры, и девушка даже начала получать удовольствие от танцев. Она вся раскраснелась и ей дико хотелось пить. Впрочем Гарри, поняв ее взгляд, отошел через пару минут за лимонадом.

Сразу же на освободившееся место плюхнулся Баб-Ягун, оглядел ее и изрек:

– Татьяна, давно не виделись.

– Привет, Ягун. Я тебя в этом костюме не узнаю! Прямо-таки солидный мужчина…

На Ягуне был серый с искрой костюм с вызывающе алым, с ляповатым узором, галстуком.

– Тебя мало тоже кто узнает, Татьяна Леопольдовна Гроттер! – неожиданно грозно изрек он. – Мало того, что ты почти забыла…

– Я никого никогда не забывала, Ягун. Я знаю, что почти не вижусь с вами, но мой брат… Я за него реально боюсь.

Юноша неожиданно легко усмехнулся, подмигнул и был таков – неподалеку его ждала Катя Лоткова, на которую уже нацелились пара-тройка втюрившихся в нее парней. Не стоило ему свою девушку оставлять без внимания.

Вернулся Гарри и не один – с ним шла Гермиона и… Виктор Крам. Неожиданно.

– Позвольте пригласить вас за наш стол, – мягко привлекла двумя зелеными искрами лишние стулья Таня.

Гермиона выглядела очень счастливой. Неподалеку стайка девушек, явно враждебно настроенных в ее адрес – те самые, которые караулили Крама буквально везде, где только можно, с ненавистью смотрели как все четверо мирно садятся за один стол будто бы хорошие знакомые.

– Спасʼибо, – отозвался Крам при этом помогая сесть Гермионе. Гарри же так же помог сесть Тане, выдвинув стул. Лимонад, что захватили парни, опустился на стол перед дамами.

– Виктор, это Гарри Поттер и его… к-хм, сестра, Таня Гроттер. Гарри, Таня, это Виктор…

Таня и Гарри, переглянувшись, вежливо кивнули Краму. Из толпы откуда-то сбоку вынырнул чем-то недовольный Рон Уизли в страшной на вид старой мантии с рюшками и истлевшими кружевами, и стал волком смотреть на две пары за столиком, оперевшись на ближайшую стену. С ним никто из женского пола не танцевал – Рон отдавил приглашенной партнерше все ноги, а еще, вдобавок, от него сильно пахло пылью и затхлостью.

– А можешь, Виктор, – обратилась к нему Таня, – рассказать о своем замке? Разумеемся только то, что можно рассказать… Интересно очень…

– Разумеется, мисс Гроттер. У нас тоже есть дворец, – услышал Гарри, – не такой болшой и комфортэбелный, как ваш, всего-то четыре этажа. И очаги мы топим только исключительно для колдовства. Но территория наша больше и красивей… правда, зимой день совсем короткий, а ночь длинная, мало времени любоваться. Зато летом мы долго летаем над озёрам и горами…

– Здорово, – улыбнулась ему Гермиона, – ну, пойдем потанцуем?

– Гарри? – с таким же вопросом, стоящим в глазах, обернулась к нему Таня.

Гарри только кивнул – они уже отсиделись, и отдышались. Пора. Встал и подал руку Тане. Виктор же подал руку Гермионе, и они все отправились весело плясать под очередной заводной трек Ведуний…

***

В полночь Ведунии отыграли последнюю песню и им долго-долго все аплодировали. Многие были недовольны – могли бы и продлить бал до часу-двух ночи. Гарри, с потрясающим настроением, шел к выходу – нужно же было проводить Таню, резко остановился на полуслове – его догонял Седрик Диггори.

– Да, Седрик?

Таня нехотя остановилась позади на пару шагов. Ноги в туфлях уже ощутимо ныли. Чжоу позади Седрика так же застыла, ожидая его.

Гарри о чем-то негромко перекинулся парой-тройкой выражений с юношей, и Седрик, пожелав тому спокойной ночи, ушел с Чжоу в замок.

– Что? – негромко поинтересовалась темой разговора двух парней, девушка.

– Пошли выйдем, – коротко на русском произнес Гарри, и Таня, больше не задавая никаких лишних вопросов, пошла рядом с ним.

– И? – спросила она наконец. Они остановились около карет Шармбатона.

– Седрик говорил о яйце… ну, о том, что мы у драконов выцарапывали… Говорил, что нужно опустить в воду… Так у меня появится подсказка…

– А… Нам надо это проверить. Интересно, зачем он тебе это подсказал? – призадумалась девушка. – Хотя… У него должок за драконов – это же мы ему о них рассказали… Да, точно!

– Седрик сказал проверить в ванне старост, пароль «Сосновая свежесть». Я знаю, где она…

– Мы завтра и проверим. Преподаватели, что греха таить – пьяные, и завтра будут рассеяннее обычного. Улизнуть из-под бдительного ока будет легко…

Таня прервалась и нерешительно оглянулась – ей почудилось, что кто-то пристально наблюдает на ними. Почти мгновенно она пустила искру, и кто-то быстро побежал в сторону Запретного леса. Тень они оба не разглядели, так как единственным источником света была полная луна, что висела над головой.

Гарри хотел было стартануть за соглядатаем, но рыжеволосая его придержала:

– Не нужно. Мы беседовали тихо, да еще, к тому же на русском языке. Даже если что, то мы узнаем источник сплетен завтра.

– Ты права. Ты вообще всегда права.

– Нет. Кое-где я могу здорово ошибиться… Но в одном я уверенна…

Таня приблизилась к нему.

– Об этом, – поговорила она, – я сожалеть не буду…

И они оба прибавили красивую картинку двух целующихся влюбленных к морозному пейзажу и Луне на небесах…

***

Предсказание о пьяных преподавателях сбылось – завтрак большая часть студентов и преподавателей пропустила, зато на обед более-менее в нормальном состоянии пришли только Снейп, МакГонагалл, Дамблдор и Сарданапал с Ягге и доцентом Горгоновой. Другие, очевидно, чуть перебрали…

Улизнуть у обоих получилось. Гарри шел с Таней под мантией-невидимкой, а в рюкзаке пряталось белье и золотое яйцо. Карту Гарри взял просто до полного комплекта. Таня тоже взяла с собой необходимое и стянула у Ягге шапку-невидимку.

Вот и статуя Бориса Бестолкового, на лице совершенное недоумение, перчатки надеты не на ту руку, которую надо Гарри отсчитал от статуи нужную дверь, подошёл ближе и шёпотом произнёс пароль «Сосновая свежесть», как советовал ему Седрик.

Дверь скрипнула и отворилась. Гарри с Таней тихонько проскользнули в ванную, заперли дверь на задвижку и на заклятия, сняли мантию-невидимку и огляделись.

– Вау, – только и сказала Таня, – Гарри, обязательно стань старостой!

– Мне бы оценки поправить надо капитально. На процентов семьдесят точно… – слабо усмехнулся Гарри.

Да, только ради такой ванной захочешь стать старостой. Просторная комната выложена белым мрамором. С потолка свисает великолепная люстра с горящими свечами. Посередине комнаты прямоугольный бассейн – тоже из белого мрамора, по краям него около сотни золотых кранов, украшенных самоцветами, у ближнего края трамплин. На окнах льняные занавеси почти до пола; в углу большая стопка белых пушистых полотенец. На стене единственная картина в золотой рамке – на скале спит русалка, светлые волосы разбросаны по лицу и мерно вздымаются от её дыхания. Таня с восторгом рассматривала все – у них в Тибидохсе были самые обычные душевые и такой роскоши ей видеть еще не приходилось.

– Кто первый переодевается?

Тут Таня застопариалась и засмеялась: ситуация выходила глупая. Она одна, с парнем, в ванной комнате, и это наводило пошлые мысли…

– Что?! – слегка обиделся Гарри, – я что-то не так сказал?

– Нет-нет, брат, не обижайся. Я кое-что веселое вспомнила… Анекдот. – Нашлась Таня. – Давай я сначала…

– Давай…

– Отвернись! – бросила девушка и дождалась, пока Гарри нехотя отвернется. Тогда она вытащила из рюкзачка купальник, красивый и новый, слитый черный купальник, с тесемками на шею. Она быстро разделась и так же быстро надела на себя купальник.

– Можно! – бросила она и Гарри повернулся.

– Вот это вау! Ты в этом купальнике классно выглядишь… Особенно ноги.

– Я еще с бала поняла, что у тебя пунктик на ноги, чулки и короткие юбки. – Гроттер выгнулась прямо-таки как кошка.

– Да, считай, что это мой фетиш… – Гарри принялся раздаваться. – А, может, и ты отвернешься? – спросил он, так как ему осталось только снять с себя брюки и нижнее белье. – Или…

– Все-все, – замахала руками Татьяна, – уже, – и она повернулась к нему спиной. Только Гарри не учитывал одного – на его стороне не было зеркала, а на стороне Тани – было…

Девушка медленно разглядывала его обнаженное отражение и, чуть смущенно и ярко вспыхнув, пах.

Гарри натянул на себя плавки и позвал ее. Все еще красная, она обернулась к нему и попыталась собраться с мыслями. Красивое тело Гарри все еще не выходило и не желало выходить у нее из головы.

Прогнав пошлые мысли второй раз за день, Таня помогла извлечь яйцо из недр рюкзака Гарри.

– Так… Я думаю, что нам стоит наполнить бассейн водой. И, вероятно, кинуть яйцо туда и открыть в воде, – призадумалась Таня, когда Гарри еще раз открыл яйцо и из него послышался привычный «кошачий концерт» вперемешку с воем на высокой ноте. Тот поспешил его захлопнул.