Текст книги "Ген подчинения. Тома 1 и 2 (СИ)"

Автор книги: Focsker

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 24 страниц)

Да и пыхтящая за нашими спинами Мо, никогда до этого не проявлявшая интереса к телефонам или моему компьютеру, как-то резко решила к нам присоединиться. Странная она, к лисе даже и не пыталась ревновать, а теперь… Может, чувствует, что ей никто не мешает меня приватизировать?

Глядя на разряжающийся с непомерной скоростью ноут, Ки осторожно выключила того, а после, закрыв крышку, произнесла:

– Потрясающе. – отложив того в сторону, богиня поближе пододвинулась ко мне, а после, взявшись за мою ладонь, спросила:

– Скажи, Миша, как много ты знаешь о проклятии, поселившимся в твоем теле? – Знал ли я о нем хотя бы вообще что-то? Едва ли. Поделившись своими догадками о том, что свожу с ума женщин, получил в ответ одобрительный кивок богини.

– Я тоже чувствую это, твою силу. – Проговорила девушка, вызвав своими словами наш совместный с Хуалинг интерес.

– Ты знаешь, кто и зачем мог наложить на меня подобное? Могут ли к этому быть причастны суккубы или кто-либо ещё из местных?

– Кто и зачем – я не знаю, как и то, местных ли это рук дело или нет. Всё, что могу сказать, – суккубам магия, способная покорить даже богов, никогда не юыла подвластна, а ещё… – Деловито смакуя каждое слово, протянула Ки. – Проведя день с тобой, я тоже кое-что поняла, ведь изучала тебя точно так же, как и ты меня. – Да уж, эта чертовка явно поумнее и коварнее Хуалинг будет.

– Я могу рассказать тебе о природе возникновения твоего проклятия в обмен на небольшое одолжение.

– Говори. – Надеясь, что это не будет очередная пошлость, под воздействием этой херни, незаконно овладевшей моим телом, проговорил я.

Глава 33

Взгляд этих божественных, хитрых глаз на фоне угасающего костра выглядел завораживающе. Полыхавшие белым светом зрачки с несвойственной человеку яркостью тухли, а после вновь загорались, когда богиня опускала или поднимала веки.

Посчитав мой ответ за согласие, та прижалась ко мне, а после, спросила:

– Знаешь ли ты, как ваши людские женщины выбирают себе партнеров? Какой главный принцип? – Поглядев на меня снизу вверх, а после коварно улыбнувшись, спросила Ки.

Вопрос был действительно сложен, ведь порой, я уверен, даже сами они не знают, почему и по какой причине влюбились в того или иного мужика. Хотя бы взять в пример, когда красивая, ухоженная, с богатой семьи девушка начинает встречаться с каким-то «бичом», что её поливает грязью и откровенно, даже не скрывая, изменяет. Другой нормальный человек давно закрыл бы на это глаза и сменил партнера, но нет… Любовь – морковь, мать её, и ладно, если бы это были единичные случаи, как в «мылодрамах» разного рода, но нет! Везде и повсеместно встречаются случаи муж бьет, пьёт, она скулит, и всё… Где логика? А нет её!

– Удиви. – Разведя руками, проговорил я.

– Мужчины… – Словно мать, умиляющаяся над грудничком, протянула богиня, вызвав своей репликой улыбку на лице одобрительно кивнувшей Хуалинг.

– Издревле, женщины рождались более худыми, низкими, молчаливыми и скрытными. Ведь небольшому человеку нужно меньше энергии – еды для жизни. К тому же, невысокому гораздо проще спрятаться, чем тому же великану. Всё это в те годы нужно было для выживания и продолжения рода, ведь именно продолжение жизни, оставление частички себя в этом мире после нашей смерти, было единственной истинной преследуемой всеми смертными, да и не только, женщинами.

Как понимаешь, такой слабой, маленькой и скрытной персоне, нужна противоположность, что скроет своей силой, храбростью и стойкостью все её изъяны. Слабой и нерешительной нужно яростное сердце, что поможет двигаться вперёд. Ловкой и смелой – каменная стена, что прикроет спину. Ну а глупой и податливой… Таких в ваши дни крайне много, кстати… Таким нужен поводок, к сожалению.

Так и получается, что сила и уверенность в себе и своих решениях, является животным магнитом для слабого, как вы нас называете пола. Наверняка ты замечал, как красивые и со стороны умные вешаются на шеи здоровяков, глядящих на тех словно перед ними вещи, вот это истинный пример… Да, есть исключения, обманувшие не только саму природу, но даже и божественный ход вещей. Однако, такие вот случаи лишь подтверждают неоспоримость главного правила этого мира: сила правит всем.

Принцип, я думаю, ты понял, теперь вернемся к твоему проклятию – Пальчик Ки уткнулся в мою грудь. – Внутри твоего сердца заложено некая печать, источающая древнюю силу, пробуждающую главный женский инстинкт. Мощь этого проклятия настолько велика, что, используй его на любом смертном несколько секунд, и тот может сойти с ума. И не только смертный… Безэмоциональный дух обретёт чувства; демон, поглощённый тем, что ему никогда не дано ощутить, ослабнет; а божество, склонив голову, подчинится. Я чувствую это всё сильнее. Тот, кто проклял тебя, был богом, или даже сильнее… Первородным, давшим жизнь богам.

– Первородный? – Те, кто дали жизнь даже богам? А такие есть? Разве они не возникли из ничего и прочее?

– Верно. Вам, людям, мало о них известно, но… Тебе, как человеку, проживающему на западе, слово «Титаны» что-нибудь говорит?

«Титаны?! Меня что, проклял титан? Вы что, шутите?». – Молча кивнув, вопросительно уставился на богиню. Та, словно читая мои мысли, улыбнувшись, поспешила пояснить:

– Расслабься, всех первородных или истребили в божественной войне их же дети, или заточили в местах, о которых люди даже и не слышали. Ведь боги такие же, как и люди: зная, что есть сила, способная их уничтожить, поспешили от таковой избавиться. В этом мы недалеко ушли от титанов, первых предпринявших подобную попытку истребить нас. Ну а вы, в свою очередь, не так уж и далеко ушли от богов.

Однако, подобное убийство всегда сопровождалось тяжелыми последствиями, по-разному влияющими на богов. Кто-то обретал неподконтрольную мощь, убивавшую всех, до кого только мог дотянуться его обладатель; кто-то удачу, что, с одной стороны, делала человека успешным во всём, но с другой, превращала всё его окружение в… Ну, ты понял.

– От подобного можно избавится? – Не договорив, опустила взгляд богиня. Интересно, это она сейчас про себя? Быть может, она думает, что во всех её бедах виновен кто-то из первородных? Но ведь изначально она говорила совсем другое.

– От силы, перед которой даже боги не устоят? Разумеется, это даже проще, чем ты можешь представить… Всего-то нужно пожелать, и вуаля – то, при помощи чего ты можешь покорить весь мир, уже в чужих руках. Другой вопрос, что немногие на это решаться.

– Ты думаешь, что подобная штука сейчас во мне? – На мой, как мне казалось, вполне логический вопрос, богиня звонко рассмеялась. В этом плане её поддержала и Мо, легонько хлопнув меня по плечу.

– Нет… Вовсе нет. – утирая проступившую слезу, отозвалась Ки. – Дай смертному что-то подобное, и эта сила тотчас обратила его в горстку пепла. Вмиг, или ещё быстрее. – В словах Шень я не услышал для себя вообще ничего смешного.

– Ну а если я там уникальный и…

– Ты безусловно уникальный, Ми-ша, одно твоё имя чего только стоит. Однако этого недостаточно. – Проговорила Ки. – Твоё проклятие – это лишь крупица, зёрнышко от возможной мощи истинного наследства первородных – титанов как вы их называете.

– Но всё же, ты думаешь, что это она, да?

– Вряд ли играющие боги допустили бы подобной утраты в мире смертных, но, как говорится: всякое бывает. Я больше склонна предполагать, что на твою тушку положила глаз одна из сильных богинь, и это проклятие своего рода магнит для неё и её семьи, что позволит в нужный момент выйти на тебя. Хотя, не уверена, ибо подобное проклятие, перебор для любовных игр. За такое, соглядатае по головке не погладят, и могут наказать виновницу, возжелавшую завладеть сознанием смертного.

Скажи, до начала вот всего этого связанного с твоим проклятием, когда у тебя была женщина? Какая-нибудь ну очень странная?

Вопрос Ки застал меня врасплох. Самый странный мой опыт был до армии, в восемнадцать, когда на отходной меня соблазнила чья-то приглашенная подруга двадцати восьми лет, в итоге оказавшаяся девушкой по вызову, заказанной моими друзьями, знавшими о том, что у меня с этим были маленькая проблемы. Ха-ха, чёртовы уродцы, как же я скучаю по тем денькам и их компании…

– Не знаю, Шень, может, в восемнадцать…

– В восемнадцать? – Удивленно встряла Хуалинг. – А после этого был ещё кто-то, или ты в монахи подался?! – Явно глумясь, похихикала та. – Ибо по-другому твою «неприкасаемость» я объяснить не могу.

– Да были, конечно. Мо, не мешай! – ладонью оттолкнул эту довольную, глумливую рожицу, повисшую на моём плече обратно за спину, злобно отозвался я, вызывая тем самым очередную улыбку богини.

– Слишком давно. Тебя бы уже точно нашли и посадили на цепь. Ну, тогда, возможно, тебя просто зацепило в момент, когда кто-то использовал божественный артефакт, или частицу истинной силы, какой-нибудь осколок первородного того же.

– Осколок? – Едва не подпрыгнув на месте, вспомнил я разговор Укуна и Суинг. – Обезьяна при мне обсуждала что-то подобное с Хэ, а после этого на нас напали в «Фонаре».

– Теперь всё стало немного понятнее. Быть может, виной всему – твоя лиса. Неаккуратно обладавшая силой, случайно прокляла тебя, а после, желая извиниться, решила начать о тебе заботиться и…

– И сама попала под проклятие? Этого не может быть, Ки, ты же знаешь, сила первородных не влияет на своего владельца ровным счетом никак. Это не может быть дело рук древнего артефакта. – резонно подметила Хуалинг, с чем Шень вынуждено согласилась.

– Значит, это что-то другое. В любом случае, что ты имела в виду, когда говорила про «суть проклятия»?

– А ты ещё не поняла? Его проклятие – овладевать умами женщин, заставляя их кровь кипеть, а мысли вращаться только только вокруг его. Он способен покорить любое сердце. любой красотки, одним лишь своим касанием.

– Ген подчинения… – Задумчиво протянула Мо.

– Какой ген? – Удивленно переспросил я.

– А, забей, это я в одной программе по телику слышала. – Отмахнувшись, отозвалась домовая.

– Когда я нашла тебя на том берегу и впервые прикоснулась к тебе, я подумала, что это любовь. То, о чем меня в древности многие молили. Однако позднее, раз за разом я убеждалась в том, что здесь замешано что-то другое. Меня тянуло к тебе сильнее, чем… Даже не знаю, как это назвать. Чем дольше я находилась рядом с тобой и глядела на твоё проклятие, тем сильнее осознавала, что могло быть всему виной. И теперь я убедилась в этом окончательно.

– Хочешь сказать, человек, к которому я прикоснусь, полюбит меня в независимости от того, нравлюсь я ему или нет?

– Женщина. Верно. – Подтвердила мои слова Мо.

Мерзкая способность, подходящая больше какому-то маньяку или извращенцу. Чёрт, теперь мои отношения с Суинг, Хуалинг и поведение Чу… Давно я не чувствовал себя так мерзко.

– Это не говорит о том, что они, глядя на тебя, чувствуют себя плохо или ещё что. Уверена, все, с кем ты спал, были в высшей степени счастливы на тот момент, но…

– Это счастье было навязано проклятьем, верно? – На мой вопрос Ки лишь молча кивнула, после чего мы несколько минут провели в полной тишине. Каждый в своих размышлениях.

– Плевать на проклятие. Я не согласна с твоими словами, Шень! – Донеслось грубо и уверенно из-за моей спины.

– Другого объяснения…

– Мне не нужны другие объяснения! – Перебила богиню Хуалинг. – Он спас меня. Сделал для беспризорного бога за несколько дней больше, чем до этого для меня сделали все люди и боги этого чертового мира вместе взятые! Проклятье заставляет меня его любить?! Да чёрта с два! Мои чувства к тебе, Миша, искренне… А-а-а! Лучше бы спать пошла, и уши мои этого не слышали! – Схватившись за голову, запричитала Хуалинг. – Не слушай её, Миша, делать людей счастливыми – это никакое не проклятие!

На слова домовой, я и Шень не спешили отвечать. Всё нужно было тщательно обдумать, и, спустя некоторое время, Ки всё же продолжила свою мысль, задав Хуалинг вопрос:

– Ты действительно так считаешь?

– Да, и думаю, это взаимно. Он не гонит меня, не заставляет делать то, чего я не желаю. Он… Он…

– Взаимность, это чудо, а ещё… Он полигамен, и тебя это раздражает. – Усмехнувшись, добавила Ки. – Я ведь вижу, как ты смотришь на меня всякий раз, когда я рядом, и в этом вся проблема, Мо. Ты называешь благословением то, что ты любишь его, и эта любовь взаимна, но… Что бы было, если бы ты не нравилась ему, или он посчитал бы тебя уродиной? Что бы ты думала, избегай он тебя и спи только с другими?

– Он не такой…

– Неважно. Он не такой только по отношению к тебе. Но к другим? Прикоснись он к калеке уродливой, и влюбись случайно та в него, что будет думать бедная девушка? Заставь он полюбить сильную и властную богиню, не желающую делиться с кем-то другим, что будет с тобой? Ответ, я думаю, ты знаешь. – Вполне серьезно проговорила Шень. – Этому человеку теперь опасно любить кого-либо вообще, ведь рано или поздно, независимо, как он будет осторожен, за его любимой, чьи чувства могут быть лишь фальшем, за которым пустой занавес, придёт кто-то другой. Конкурентка, считающая, что лишь её чувств он достоин. И когда этот день произойдет, когда кто-то спустится с небес и приставит к твоему горлу меч, предложив Мише выбор: или любовь, или смерть твоя и всех его близких, в этот момент ты тоже назовёшь происходящее благословением? – горько усмехнулась богиня.

– Ты юна, как и он, и ещё не способна видеть всей картины событий целиком! – На эту реплику Хуалинг, сжав кулачки, не нашла, что ответить.

– Тогда что на счёт тебя? Ты тоже под проклятием? – На мой вопрос Ки лишь кивнула, и, немного подумав, добавила:

– Мо, я не хотела тебя обидеть, да и сейчас я как никто другой понимаю твои чувства. Ведь сама ощутила эту мощь на своей шкуре. Твоя доброта, Миша, она подкупает, а забота… Это проблема, ведь до тебя со мной никогда такого не было. Меня тянет к тебе сильнейшей и прочнейшей цепью, коих я никогда не видела. Угрожай твоей жизни сейчас какая-нибудь опасность, я без сомнений отдала бы взамен свою, и это пугает. Ведь я знаю, что, быть может, этого желаю вовсе и не я.

– Как считаешь, эту силу, дар или проклятье, неважно, могу ли я как-то загасить? Передать другому?

– Это сможет сказать разве что тот, по чьей вине ты это получил, или «знающий» истинную сущность этой силы. Я же – бесполезная богиня. С подобным твоему проклятию несчастьем разбирайся я, думаешь, сидела бы до сих пор на этой горе? – Действительно, херню сморозил. Эх… И как быть?

Видя моё растерянное лицо, Ки тихонько прошептала:

– Извини, я сейчас много чего наговорила, и приятного в этом было немного…

– Немного, но зато ты была честна, а это тоже чего-то да стоит. – Успокаивающе проговорил я. – Не уверен, что в многомиллионном городе смогу отыскать именно то существо, что случайно, или нет, прокляло меня. Да и та шумиха, начавшаяся в городе… Быть может, оно уже и вовсе мертво, не знаю. В любом случае, я тебе благодарен за слова и за дом. Если бы не ты, даже не знаю, что бы делал…

В очередной раз подозрительно улыбнувшись, Ки, приобняв меня, проговорила:

– Подлец. Своими словами ты явно пытаешься меня искусить, зная, что я буду не против, так ведь?

– Что ты, вовсе нет, я просто… – Палец богини лёг на мои губы. – Теперь касательно твоего долга за моё «спасительно откровение».

Ну, сейчас начнется… Сделай то, помассируй это. Бля, как сказать человеку, что я не извращенец и на многое не согласен? Вот реально, такое её выражение лица, ещё при этих светящихся глазах и пепельных волосах, не вызывает у меня никакого доверия или уважения.

Наползающая улыбка от уха до уха, и ещё этот сверлящий взгляд, кочующий с меня на Мо и обратно, пугает, мать вашу!

– Во-первых, – Ну пиздец, ещё и несколько условий. Не-не, подруга… – сделай мне массаж. Понимаешь, мои плечи…

– Что? Массаж?

– Ну да. Понимаешь, за столько лет под действием проклятия позвонки этого сосуда вечно выскакивали. Регенерация помогает, но постоянной усталости и напряжённости снять не может, а ещё… – Массаж спины? Серьезно… Нет, не то, чтобы я ожидал чего-то пошлого… Хотя, именно этого и ждал, и, честно говоря, от какой-нибудь маленькой шалости я бы не отказался, но раз так…

– Во-вторых, я тут кое-что услышала, разумеется случайно, с чем в корне не согласна. Она – Указав пальчиком на Мо, проговорила Ки. – сегодня спит у стенки, а ты со мной с краюшку, и без возражений. – Видя, как набрав в грудь побольше воздуха, приготовилась выдать свою реплику Хуалинг, добавила Шень:

– Да ты сама скромность… – понимая, что наш разговор с Хуалинг в доме нагло подслушали, рассмеялся я, глядя на домовую. Красотке Мо подобное явно было не по вкусу. Не думаю, что сегодня та сможет спокойно уснуть.

– Ох, неужели ты подумал о чем-то пошлом? Какая неожиданность, ведь я не имела в виду ничего подобного… – Строя глазки, убрав свой пальчик от моих губ, облизнула его богиня. – Но, если пожелаешь, этой ночью можешь делать со мной, что хочешь. Боюсь, это чёртово проклятие слишком сильно запало в мою несчастную, божественную душу… – Закрыв глаза, подалась вперед богиня в надежде меня поцеловать. Схватившись двумя руками за моё плечо, Мо ревниво дернула меня назад, в обмен на что неуклюже завалилась вперёд. Лица девушек соприкоснулись, и, как я понял по ошарашенно открывшимся глазам Ки Шень, губы тоже…

Глава 34

Бубня в своей привычной манере, Мо подготавливала постельное белье в строго отведенном ей угу. Не желая мешать и прибывая, мягко сказать, не в настроении, рядышком со мной стояла озлобленная Ки.

– Я не знал, что ты вы обе по девочкам…

– Заткнись. – злобно, одновременно отозвалась богиня и домовая на моё поддразнивание. Чего-то подобного из нас троих, разумеется, никто не ожидал, но столь бурная реакция, последовавшая за этим, с плевками а-ля «верблюд» и кривляньями. Вы же богиня и древний дух, как никак, ну сделали бы вид, что ничего не было. Как маленькие, ей богу.

– Ложись. – Закончив приготовление, указала пальцем в угол Мо, на что вышедшая ей навстречу Шень лишь отрицательно покачала готовой.

– Сегодня там спишь ты, сама понимаешь, уговор. – Ответом было только злобное рычание разъярённого зверя, забывшего человеческую речь, после чего, хмыкнув, чуть ли не лбом уткнулась в трухлявую стену Хуалинг.

Да, удобствами здесь и не пахло…. Стопка старых сложенных одеял, очищенных силой Мо от всякой гадости, за века успевшей поселиться в той; поверх их мой любимый плед, чтоб не так было мерзко на них лежать, а сверху моё же тоненькое покрывало, едва ли рассчитанное на троих.

«Лучше, чем под мостом». Когда Ки устроилась по центру, лег с краю я, после чего, с довольной рожицей, та, сверкая яркими серыми глазками, оплела меня своими ручонками.

– А можно дальний вырубить? – Понимая, что не смогу уснуть при подобном свете её глаз, грубовато даже для себя, спросил я, после чего сияние тотчас угасло.

– Прости… – обидевшись выдала та.

– Всё нормально. – положив руку на талию Шень, ответил я, после чего за спиной богини кто-то громко в очередной раз фыркнул.

Забавное поведения, как на мой взгляд, свойственное больше ревнивой школьнице, коей шестисотлетнюю тётю в молодой шкурке сложно было назвать. Некоторое время, фыркая и дуясь, она ещё лежала личиком к стене, но после, видимо, не сумев побороть своё любопытство в плане, чем это мы занимаемся, повернулась в нашу сторону. Игриво кривляясь за спиной Ки, она ставила той рожки, корчила рожицы, показывала неприличные жесты, по-видимому, которые я должен был за той повторить, и прочее.

– Я всё вижу и чувствую, Мо. Если не забыла, я, как бы, божество… – не оборачиваясь, фыркнула Шень, попытавшись пододвинуться поближе ко мне, но обхватившая её так же по талии Хуалинг не дала той двинуться даже на сантиметр.

– Не рыпайся, воровка. – пробубнила домовая, после чего, зевнув, уткнулась носом в спину костлявой богини. – Всё же странная она, эта Баку. Вечно меняются как её характер, так и черты лица. Не успеваешь привыкнуть к симпатичной полукровке, мирно сопящей на твоём диване, как уже через день в чужом доме она вновь начинает трансформироваться, приобретая новые черты лица. Хоть вроде и дом теперь мой, и не сказал бы, что вкусы поменялись, или это на меня так влияет эта слабохарактерная богиня неудачница? Не могла же она мне понравится, и теперь Мо неосознанно становилась на неё похожей…

Ветер на улице усиливался, сквозь с добрый десяток километров, на котором мы были от воды, слышалось грозное волнение моря.

Яркий белый свет на секунду озарил страшную, полуразвалившуюся комнату, после чего, разрывая тишину, над городом громыхнула гроза со всей что есть небесной мочи. Следом ещё, и ещё… На небесах явно кто-то был не в духе… Может, у Зевса или Перуна сегодня пати по поводу возвращения очередного из родственников?

Подловив себя на мысли, что смеяться над богами в моей-то ситуации, это не лучшая из затей, попытался уснуть. Но, как бывает в подобные, крайне необычные вечера, это было крайне сложной задачей. Забарабанивший за окном дождь под шум колышущейся листвы убаюкивали, но чёртов гром каждый раз возвращал обратно из мира грёз.

В какой-то момент то из состояния полудрема, меня выдернул странный шорох. Воображение тотчас нарисовало некое страшное чудище из детских страшилок. Вспомнились школьные рассказы у костра о жутких монстрах, обитающих в домах призраках и прочее. Волнение охватило тело с ног до головы, дурные мысли о том, что нас вычислили, и сейчас в этот дом с ноги вломится Укун с автоматом наперевес, прошибли в пот.

Некий размеренный стук привлёк моё внимание. Отвлёкшись от поиска одной рукой ножа или чего-то острого для самообороны, чего здесь во приоре быть не могло, взглянул на приблизившуюся ко мне Ки. Тяжело дыша, та прижимала мою кисть к своей груди, отчего чуть ли не всем своим телом я чувствовал её сердцебиение. Словно мотор, набирающий обороты, она с каждым приближением в мою сторону дышала всё тяжелее, а её сердечко, казалось, если не остановится, тот вот-вот проломит грудную клетку.

В конечном итоге наши тела соприкоснулись. Лёгкое, невинное касание. Казалось бы, что в этом такого, но сейчас, глядя на эти закрытые глаза, румяные щёки, ощущая на себе её дыхание… Проклятие или что-то другое позволяло мне чувствовать то же, что и она. Желание и…

Сильный раскат грома полностью разрушил всю интимную обстановку, желудок предательски заурчал. Спустя минуту, ещё сильнее, и ещё. Чувство подкатывающего неизбежного говорило о том, что пора уединиться.

Оставив дам в полном одиночестве, с неохотой поднялся. Самым лучшим вариантом было бы разбудить одну из них и попросить, чтобы в этом полуразрушенном месте меня провели до проклятого сортира, и лучше всего было бы это провернуть с Ки Шень, ибо из-за внезапно активизировавшегося её проклятия, мне бы очень не хотелось провалиться в древнее орлиное гнездо, где ещё в своё время мамонты срали.

Нет, подобное выше моего достоинства! В труханах, напялив на голые ноги кроссовки, я стал нащупывать дальнейший маршрут. Благо, периодически сверкающие молнии и крыша-дуршлаг, с которой всё текло, помогли мне спокойно добраться до этого чуда азиатской туалетной архитектуры. Типичный сельский туалет внутри здания встретил отвалившейся фасадной крышкой, некогда прикрывавшей огромный чан приплюснутой формы, находившийся под дыркой.

Весьма удобная конструкция, не требовавшая постоянного откапывания засохшего добра. Да, так много не нагадишь, но, как на мой взгляд, подобное типа: вынул – выбросил – поставил, куда лучше, чем вот эти действия с лопатой. Хотя, каждой заднице своё.

За первой напряженной волной последовала следующая, оповестившая о том, что я тут надолго. А ведь ни телефона, ни света, ни газеты. Не дай бог провалиться, засмеют же… Под эти комичные сценки, всплывающие в моём воображении, вспомнил слова Хуалин о том, что у дома есть душа и он всё чувствуют, отчего как-то стало не по себе. Ведь если я сейчас в ком-то живом, одушевлённом, можно ли тогда считать, что прямо сейчас я в прямом смысле гажу в чью-то душу?!

Предварительно извинившись перед духом, или душой этого дома, я рукой стал искать то, чего в этой комнате не должно было быть.

– Да блять… – Призывая сказанное русское существо, проговорил я, после чего стук в дверцу, вполне способную от этого же стука развалиться, заставил напрячь все даже самые расслабленные в этот момент мышцы.

Худая ручонка бывшей хозяйки, приоткрыв дверцу, протянула рулон откуда-то взявшейся туалетной бумаги.

– Эм, прости, что беспокою. Хуалинг потребовала, чтобы я пошла с тобой, и ты… Что бы ты не помер в туалете, а то она в одном сериале видела.

– Не продолжай! – А ведь я не слышал ни скрипов, ни шагов, ничего! На сколько же тихо способны передвигаться боги?

– Полегчало? – Как только я вышел с толчка, всё так же стоя у дверей, спросило божество. – Я слышала твой желудок и…

– О таком у людей не принято говорить. – Краснея, словно пареная репа, под тупые вопросы типа «что принято в подобных моментах спрашивать?», вернулся в кровать. Некоторое время после моего стремительно возвращения, Ки стояла над нами, как-то зловеще дуясь, а после, яростно сверкнув яркими глазами, так же вернулась к нашей совместной лежанке.

– Ты не держишь слово, Ми-ша! – Буркнула Шень, после чего за моей спиной кто-то победоносно хмыкнул. Теперь я понял, что занял не отведенное мне место. Приподняться мне не дали руки Мо, уцепившиеся за мои трусы. Да и Шень уже, кажется и не настаивала: мило лежа напротив, она улыбалась, разглядывая моё тело.

Странные всё же существа, эти боги…

Светошумовое шоу, устроенное шумными соседями сверху, закончилось где-то ближе к четырём-пяти утра. Поборов тупые мысли типа «с завтрашнего дня начинаю менять свою жизнь», «бегать», «тренироваться», «подзаряжать телефон силой мысли» и прочую лебеду, где-то к шести уснул.

То ли Мо действительно на меня не на шутку разозлилась, то ли ей и без того работы хватало, но цветных снов с приятными картинками не было, как, в принципе, и чего-либо ещё. Просто ночные мучения в попытке лечь поудобнее и провал, следом за которым было весьма неприятное пробуждение.

Спина болела, тело ломило. Словно с бодуна поднявшись, я едва разлепил глаза. Рядом никого не было. Накинув спорточи и майку, попытался выбрести из этого жилища, как едва не свалился в грёбаную яму, чертыхнулся и кое-как вышел на улицу. Первый же шаг за пределы дома встретил лужей, в которую я неуклюжа угодил в своих когда-то белых кроссовках.

На отдалении метров десяти от дома стояли Мо и Ки, вполне мирно что-то между собой обсуждая. Подойдя к ним поближе, понял, что.

Ночной ураган сильно повредил одну из несущих стен, из-за чего вся конструкция, и без того державшаяся на соплях и магии, покосилась ещё больше.

– Миша, это нужно ремонтировать. Боюсь, даже моя магия без вполне человеческого ремонта тут не поможет. По факту, тут вообще стоило бы всё снести, но… Как я понимаю, нас этот вариант не сильно-то и устроит. – задумчиво рассуждала Мо.

– Здесь в городке есть строительный магазин, всё необходимое можно заказать там. Но для этого кому-то придется сделать заказ, что непременно привлечет внимание, к тому же, если это сделает девушка. – Проговорила Ки.

– А светловолосый высокий мужчина европейской внешности не привлечёт, я правильно тебя понял? – подчёркивая всю абсурдность данной авантюры, переспросил я.

– Вполне возможно, мы с Мо сможем изменить твою личность, скрыть её.

– Не получится, Шень, прямые заклятия на нём не действует. – Отмела идею Хуалинг.

– Тогда изменим восприятие людей вокруг, в чём проблема? Пусть наденет маску, очки, бейсболку, накинет на себя капюшон, и идет спокойненько. Если кто-то скажет ему снять что-то из этого, просто околдуем любознательного, пустим пыль в глаза и всё. – Предложила Мо. – А по поводу вопросов куда и зачем, говори, что ты был нанят сделать ремонт храма на холме, вот и всё. Только остался вопрос с деньгами. Мне бы не хотелось околдовывать кассиров, воруя у тем деньги.

– Воровать не придется. Наш спаситель Пак вручил денег, что с лихвой хватит на все нужды, ещё и столько же останется. – При упоминании этого имени, Мо как-то недовольно цокнула.

– Что-то не так? – Спросил я у той.

– Меня смущает тот факт, что ты думаешь о нём, как о своем спасители. Этот Шиши… – Протянула Хуалинг.

– Он мог измениться. – Понимая, что после всего того пережитого она не доверяла оборотню, проговорил я.

– Мог… Кто угодно, но только не твой знакомый Пак. Ладно, забудь. Давай решать насущные вопросы. Идем делать заказ? – Сменив тему, спросила Мо.

– А что нам нужно? Может, составим список?

– Ми-ша, забыл, с кем ты под одной крышей живёшь? Между прочим, я сегодня кому-то снов не нарисовала по двум крайне неприятным причинам! – Переведя взгляд с дома на спрятавшую постыдно глаза Шень, проговорила та. И если дом являлся сто процентов первой, то стесняюсь спросить, что было второй?

Вопросительно взглянув на богиню, пытающуюся теперь спрятаться за спиной более крупной домовой, заметил ехидное выражение лица Мо.

– Знаешь, Миша, а она, оказывается, та ещё извращенка! – Сильный тычок в спину, а после грозное божественное: «Прокляну!», заставили Хуалинг сначала рассмеяться, ну а после, когда та начала что-то кастовать, заткнуться.

Спуск с горы оказался более быстрым, чем наше на неё восхождение, несмотря на подмытую сточными водами тропинку, шедшую через старые, веками и растениями уничтоженные камни, некогда бывшими ступеньками, двигались мы в хорошем темпе. Под недовольное чавканье Хуалинг, осуждавшей вкус магических корней, мы миновали первые дома, жители которых так же, как и мы не так давно, рассматривали повреждения своих построек, полученные в результате ночного урагана, или как их тут называют? Циклона? Шторма? Говорила мама идти на филолога, седел бы сейчас где-то, книжки печатал, но нет, мы же гордые, упрямые, вот и тягаюсь теперь не пойми где и с кем, да и к тому же ни капельки об этом не жалею!

Несмотря на рабочий день и вполне себе рабочее время, на улицах было ну уж слишком многолюдно. Все что-то живенько обсуждали, смеялись и праздновали. Такое поведение не могло не привлечь моё внимание. Глянув на державшуюся от греха подальше за моей рукой Ки, спросил у той, что может быть тому виной, ведь вроде всё должно быть в точности да наоборот. Но богиня, наблюдавшая за всем точно так же, как и я, пожав плечами, так ничего и не сказала.

Опасаясь ажиотажа на фоне произошедшего ночью, аккуратно оглядел строительный минимаркет. Посетителей практически не было. Натянув кепку пониже, поправил очки, а после, в окружении своих красавиц, зашел внутрь. Приветливый мужчина в ярко-токсичной оранжевой робе, бурно обсуждавший заказ с клиентом по телефону, обратил внимание лишь на нас с Мо. Видимо, Ки сейчас была в режиме стелс, да оно и не удивительно, при её-то наряде. Точно, наряд. Решено! Минимальный женский комплект, плюс обязательно заскочить в продуктовый. Столь важную задачу, как покупка провианта, я попросту не могу доверить Мо, а ещё, твою мать… Нужно было взять ноут и подзарядить где-то, покуда мы делаем покупки. Вот же…