Текст книги "Лотерея жизни (СИ)"

Автор книги: Eva Rouse

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 13 страниц)

Ночь встретила прохладой, ветер освежал разгоряченную танцем кожу и выветривал алкоголь из головы. Том встал рядом.

– Я думал, тебя впечатлила моя анкета, отсюда и выпивка, – ухмыльнулся Алекс и продолжил: – Или та ее часть про позы, в которых я люблю брать симпатичных длинноногих юношей.

Улыбка Алекса стала шире, сейчас в свете уличных фонарей он не отводил взгляда от зеленых глаз Тома.

– Как трава на лугу, – озвучил он мысль.

– Все как всегда прошло мимо меня, так что про позы, в которых ты любишь брать «симпатичных длинноногих юношей», я не знаю, – парень фыркнул чуть насмешливо. – Ты хоть раз видел траву? Настоящую? В большом количестве?

Дождавшись, когда Алекс отрицательно мотнет головой, Том рассмеялся:

– И я не видел. Хочешь, можешь зайти ко мне в гости, я тут недалеко живу.

– У меня богатое воображение, – многозначительно подвигал бровями Алекс. – Конечно хочу, на чашку настоящего кофе и все такое.

Том присвистнул, а Алекс уже тащил его в дорогой супермаркет с редкими продуктами, который заметил еще по дороге в клуб. Кофе с искренними пожеланиями прекрасного вечера самолично доставал из-за бронированного стекла витрины непосредственный директор.

Том и правда жил недалеко, каких-то двадцать минут шагом. Небольшая квартирка встретила тишиной и удивила идеальным порядком.

– А ты хозяйственный, – похвалил Алекс. – Не любишь бардак?

– Не люблю, в бардаке я постоянно что-то теряю, – пожал плечами Том и принялся изучать пачку с кофе, внимательно вчитываясь в инструкцию по приготовлению. – А если уж совсем честно, днем в гости приходила моя мама, и я просто все запихнул в ячейки шкафа. Только не вздумай его открывать! Завалит нафиг с головой! – парень рассмеялся и принялся готовить кофе, периодически сверяя свои действия с инструкцией на упаковке.

На узком подоконнике стоял горшок, в котором рос одинокий помидорчик, и Алекс мог даже видеть маленькие зеленые плоды, которые еще и не начали созревать.

– Мне нужно в душ, я весь пропах клубом, не люблю этот запах, – заметив взгляд Алекса, прикованный к растению, Том весело пояснил. – Я учусь в универе Восстановления Земли. Это мой дипломный проект растет. Мне и моему куратору удалось восстановить генетику томата, овоща, который был на Земле еще до… В принципе, он не столько воды требует, сколько я боялся, так что я один из помидорчиков спер из лаборатории. Хотелось что-то живое в квартире, хоть что-то, к чему можно возвращаться. Раз в два дня его поливаю, без меня он не выживет.

Алекс еще долго смотрел на помидор, затем на готовившего кофе Тома. Судя по всему, тот закончил, и Алекс, подойдя к нему со спины, крепко обнял, поцеловал за ухом и прошептал:

– Это прозвучало слишком печально.

Том фыркнул и развернулся, оказываясь лицом к лицу с Алексом, и покачал головой:

– Не печально, а правдиво.

Парень сам потянулся к губам, мягкими и нежными прикосновениями вовлекая в поцелуй, откровенно ласкаясь, провел ладонью по спине Алекса, прижимая его к себе, делясь теплом и возбуждением.

Тот снял футболку с Тома и втянул в рот твердеющий под языком сосок.

– Хрен с ним, с душем. Или, – расстегнулась пряжка ремня, – разрешишь мне проводить тебя?

– Там неудобно, – хрипло отозвался Том. – Душевая кабинка очень маленькая.

Парень помог стащить с себя штаны и тут же принялся раздевать Алекса.

– Отлично, – мешая поцелуи и ласки, выдохнул Алекс и выпустил член случайного любовника из трусов. – Да ты уже совсем готов.

Том покраснел, став еще более милым в глазах Алекса. Он со смаком провел ладонью по возбужденной плоти, тронул головку, медленно подрачивая, втянул в такой же неторопливый поцелуй.

Том глухо застонал в губы Алекса и прижался плотнее, двигая бедрами, и, разорвав поцелуй, хрипло спросил:

– Хочешь перебраться на кровать?

– Ты еще спрашиваешь, – сипло ответил Алекс, переступая через свои же спущенные штаны.

Он ловко приподнял Тома под попу, тот не растерялся и обхватил бедра ногами. Бармен оказался неожиданно легким, хотя был разве что чуть тоньше в кости самого Алекса.

Неспешно ласкаясь, они вошли в спальню и упали на кровать. Ладони заскользили по груди, губы накрыли сосок. Тома основательно потряхивало, давно с ним никто не был так нежен и терпелив, хотя глаза Алекса стали совсем черными от возбуждения.

– Где тут у тебя что? – спросил он бармена, оглядываясь.

– Сейчас, – дернулся Том и, выгнувшись, достал презервативы и смазку; небрежно кинув все на кровать, тут же вернулся.

Нежно целуя шею, лаская ладонями спину, плечи Алекса, парень с удивлением подумал, что очередной случайный любовник на удивление заботлив, и от этого даже похоже, что они давно знакомы. Будто Том отчего-то небезразличен Алексу.

– Ты милый, такой растрепанный и доверчивый, – не удержался от комплимента Алекс. – С тобой легко.

И это правда, а не сладкая прелюдия. У Алекса много знакомых и еще больше возможностей переспать, но только сейчас ему действительно хотелось кого-то так сильно. Дело ли в скорой потере свободы или есть нечто такое родное и домашнее в Томе, отчего к нему сразу потянуло – неизвестно. Алекс всегда доверял интуиции и своим чувствам, и все в нем хотело быть ближе к Тому.

Коротко поцеловав, Алекс раскатал резинку по стояку, смазал себя и пальцы, потянулся к ложбинке между ягодиц Тома. Тот дернулся.

– Извини, она, должно быть, холодная, – он провел ладонью по груди, успокаивая, и стал неспешно готовить любовника.

Том расслабленно откинулся на кровать, поглаживая плечи, разводя ноги шире, чтобы Алексу стало удобней. Парень откровенно и открыто наслаждался происходящим: неторопливыми движениями пальцев внутри, сильным, стройным и гибким телом над собой, ощущением собственной зависимости и ведомости. Отчего-то резануло болью внезапное осознание, что этот случайный, по сути, любовник скоро исчезнет, и не только из его жизни, а вообще с планеты.

Алекс придержал за бедра и плавно вошел, мешая мысли и ощущения, задвигался, постепенно наращивая темп. С Томом было легко, как никогда, словно они знакомы гораздо дольше пары часов. Даже самые чувствительные местечки угадывались без труда. Том умел отдаваться, и Алекс учился с ним так быстро, что бармен не замечал даже его неопытности. Надолго их не хватило.

Тяжело дышащие, они повалились на кровать. Первый голод был утолен, и они медленно и лениво целовались, не размыкая объятий, пока не почувствовали, что готовы повторить.

…После четвертого раза Алекс упал лицом в подушку и по-детски искренне и весело рассмеялся. Том лежал на животе, теплая улыбка украшала его лицо, делая еще красивее. Алекс поцеловал Тома в плечо и, гладя по спине, вдруг спросил:

– Сколько тебе лет?

– Девятнадцать, – пожал плечами Том. – Тебе, скорее всего, двадцать пять.

Официант скривился и, поежившись, накрыл их обоих одеялом. Странная ситуация, в которой не хотелось выгонять того, кто пришел только на ночь, напрягала парня, но что-то мешало выставить случайного знакомого, хотя обычно именно так Том и поступал.

Алекс приобнял Тома, и тот доверчиво прильнул.

– Знаешь, руководитель моего проекта… Он ведь еще три года назад разработал и создал аппарат, способный синтезировать воду, – Том уткнулся носом в плечо своего любовника. – Это не решило бы всю проблему, нет, но этого бы хватило, чтобы сократить объемы покупки воды и пищи процентов на десять… соответственно, и продажу людей уменьшить. Вот только ему никак не удается оформить все бумаги, пройти необходимые и формальные испытания. Я вообще не понимаю, зачем спонсировать мой университет, а затем сворачивать исследования, не давая им жизни.

Алекс долгое время лежал тихо. Синтез воды… пара избавленных от Лотереи жизни. Он никогда не задумывался над подобным, собирая деньги, он мысленно давно покинул планету, да и не считал Землю своим домом.

Но Аукцион постоянно собирает вокруг себя публику, дух соревнования витает над мероприятием. Возможно – да нет, скорее наверняка – есть и тотализатор. Собираются вместе люди и представители других рас, вращающиеся в высших кругах, а общее дело помогает заключению и других контрактов, так развивается бизнес. И Земля в том числе принимает участие. Все очень просто. Как ни посмотри, но работорговля – очень выгодное дело.

Алекс поцеловал Тома в бровь и резко сменил тему:

– Не думай об этом, точно не узнать никогда. Лучше скажи, могу я остаться на ночь?

– Можешь, – Том зевнул. – Ты – можешь, если хочешь, конечно. Только утром в дверь будут стучать, звонить и орать – не пугайся и не открывай. Это мой руководитель. Я бросил универ еще два месяца назад, а он все никак с этим смириться не хочет, каждое утро пытается утащить меня на пары.

Алекс ухмыльнулся, перед внутренним взором стоял помидорный куст с забытым запахом зелени. Он поцеловал Тома за ушком и, чувствуя, что снова возбуждается, стал ласкать парня.

========== Глава 4 ==========

В детстве я был очень рисковый,

ебашил домашку сразу в чистовик.

© Интернет

Утром, как и было обещано, в дверь начались звонки, громкий мужской голос обещал за уши притащить на пары. Алекс разлил кофе по трем чашкам и пошел открывать. На пороге стоял запыхавшийся от натуги и красный от крика мужчина средних лет.

– Проходите, я вас как раз жду. Меня Алекс зовут, Том сейчас встанет. Кофе будете?

Алекс бросил взгляд на подоконник. Переставлять куст он не решился, не зная, где тому лучше, и просто спрятал его за тяжелой занавеской.

Пододвинув кружку преподавателю, со второй Алекс пошел к Тому.

– Я в сговоре с храмом науки, так что вставай, нечего притворяться спящим.

Парень поднял лицо, посмотрел хмурым и злым взглядом сначала на Алекса, потом на препода, затем засунул голову под подушку и уже оттуда четко сообщил:

– Пап, я бросил универ, так что отвали!

Преподаватель тяжело вздохнул, отодвинул занавеску и проверил куст, затем в наглую лег на постель, умудрившись не разлить кофе, и так же упрямо сообщил:

– Тогда я тоже не пойду, а твоих младших брата и сестру с котом будет содержать… ну, допустим, моя жена, между прочим, твоя мать, а она, как ты помнишь, очень, ну просто очень «любит» работать! И потом ты ей и будешь объяснять, это с какой стати она вновь вынуждена «пахать» юристом. Только я требую от тебя политического убежища! Мне домой нельзя, ты же понимаешь, Томас? А теперь представь, приведешь ты, допустим, Алекса домой, а тут я, с ужином, в домашних тапочках и халате, улыбаюсь во все тридцать два зуба!

Алекс посмотрел на мужчину, потом на обнаженную спину Тома, снова на мужчину. Да, определенное сходство есть: переносица, разрез глаз, изгиб губ. Только Том светлее и более тонок. Но ему девятнадцать, наверняка еще раздастся в плечах и станет еще красивее и мужественнее.

Эти двое молчали, наверняка все сказано между ними не единожды. Алекс вздохнул и накрыл Тома одеялом, словно пряча любовника, и опустился на колени перед кроватью. Отогнул край подушки и улыбнулся хмурому лицу Тома. Погладил его по щеке и устроил голову рядом.

– Пожалуйста, продолжи учебу. Для меня твоя рассада сродни чуду, и я хотел бы, чтобы и другие ее увидели.

– Это ты еще осину нашу не видел! И воссозданного кота! – мужчина улыбнулся и, потянувшись к комму, поставил ролик, в котором странное пушистое существо, прижав уши к мордочке, охотилось на солнечного зайчика.

Том вытащил растрепанную голову из-под подушки и тихо сообщил:

– Алекс, кота мы вообще контрабандой воссоздали. И осину тоже. Нам разрешено только то создавать, что может приносить плоды. Например, помидоры и пшеницу. И ту непонятно зачем! Все равно…

– Если всем будет все равно, планету вообще поглотит хаос. Кто-то из древних сказал: «Чтобы оставаться на месте, нужно бежать изо всех сил». Если перестать двигаться, станет только хуже. Пожалуйста, учись, – вновь попросил Алекс, сам не понимая, отчего ему это так важно. Поколебавшись, он прибег к последнему средству и, лучезарно улыбаясь, заявил: – Считай это последней просьбой умирающего.

– Алекс, ну ты и сволочь, – скривился Том, потом тяжело вздохнул и сел в постели, кутаясь в одеяло. – Ладно, я доучусь, но в аспирантуру не пойду, все равно это бесполезно!

Мужчина встал и вышел в кухню, явно давая парням поговорить.

– Зачем тебе моя учеба? – тихо спросил Том, едва отец скрылся из виду. – Я не понимаю…

– А что тебе за дело до моей жизни и просьбы? – вопросительно выгнул бровь Алекс, но все же ответил: – Сам не понимаю. Только чувствую, что это будет правильно. Может потому, что в случае чего кто-то решит, что ты слишком умный, и не даст прозябать, как одному талантливому музыканту.

Алекс скользнул на кровать к Тому и крепко обнял его.

– Ну… У нас в универе училась девушка, попавшая в Лотерею, – пожал плечами Том. – Не знаю, кто ее купил. Алекс… это очень страшно? Я просто всегда хотел… я думал, что у меня получится сделать так, чтобы Аукцион был совсем не нужен, только сейчас я уже не верю, что Университет Восстановления Земли вообще не фикция.

– Очень страшно, – вздохнул Алекс и серьезно посмотрел в глаза Тома. – У любой фальши есть своя идея и свое назначение. Помидоры, пшеница… Тайно воссозданные животные и деревья. Почему бы не в этом? Даже без института твои с отцом исследования записаны, коснись что, и вы или другие смогут пройти по той же дорожке. Для Земли наступили Темные века, об этом говорят давно и довольно много, не только в интернет-сообществах, но и на конференциях. Один задумается, второй найдет способ, а третий – осуществит. Пока витают мысли и есть надежда, каждый словно связан с другим, будто находится в каком-то сговоре. Возможно, появится тот, кто вынесет в народ ваши исследования. Устроителей мало, сама организационная структура имеет бреши, а Аукцион действует так давно, что потеря близкого коснулась почти каждого. Наверняка есть подпольное сопротивление. С ним и с исследованиями, возможно, выйдет запросить помощь других планет…

Алекс многозначительно замолк.

Том грустно ухмыльнулся и начал одеваться, молча думая о чем-то своем, и потом вдруг тихо сказал:

– Сопротивление есть, только вот их несколько. Есть те, кто просто хотят разрушить Аукцион, не давая ничего взамен. И те, кто подпольно пытаются восстановить планету. Это сложно объяснить, вся их деятельность идет уже больше сотни лет, и результаты… Они есть, но их сложно заметить. В почве, например, сейчас в сотни раз больше бактерий, они ведь тоже почти вымерли, но сейчас земля вновь способна перерабатывать органические отходы. И есть люди, которые эти органические отходы… Только не смейся, они их воруют, не отправляя на переработку на завод, и зарывают в определенных местах планеты, давая почве возможность самовосстанавливаться. По большому счету, если каждый человек на протяжении всей жизни будет выливать стакан воды на землю каждый день, то через четыреста шестьдесят пять лет пойдет первый дождь.

Том замолк и принялся шнуровать обувь.

– Вот поэтому ты и будешь учиться, – рассмеялся Алекс и потрепал Тома по волосам. – Собирайся на лекции и пей кофе, хотя он, наверное, уже остыл. Я приготовлю завтрак.

Но готовить не пришлось. Когда они появились на кухне, отец Тома, имя которого Алекс так и не спросил, раскладывал по тарелкам самую настоящую яичницу.

– Откуда?.. Деликатес… Это же так дорого… – путал слова Алекс, а мужчина самодовольно ухмылялся в ответ.

– Прогуливать надо меньше! – заявил он, глядя на Тома.

– Тебе удалось воссоздать курицу? Как? У нас же было только четыре цепочки генов! – Том тут же взглянул на яйца, потом на отца. – Пап! Как тебе это удалось?

Тот ухмыльнулся и мягко пообещал:

– Ладно, я тебе покажу потом записи! – мужчина достал свежий томат, порезал его ломтиками и подал завтрак на стол.

– Угощайся, Алекс! – Том довольно улыбался.

– Простите… А ваше имя еще не поздно узнать? – смущенно спросил Алекс, садясь на стул. Вот ведь действительно – самое странное знакомство в его жизни, начиная от первой ночи до завтрака, как в самом дорогущем ресторане.

– Стенли, – представился мужчина. – Никогда не бывает поздно, просто иногда кажется, что уже поздно и ничего сделать нельзя, – говоря это, отец Тома смотрел на сына. – В самом деле, если что-то делать, то все меняется. Загляни в свой комм, Том, и прочти новость.

Парень послушно нашел новости и замер с открытым ртом:

– Как? Пап, ведь три года… Но… Алекс, смотри!

Приятная девушка на голограмме рассказывала о новом способе синтезировать воду. Со следующего Аукциона Землю будут представлять на шесть лотов меньше.

– Ну вот, а ты беспокоился. Это ведь замечательно!

Завтракали они в самой настоящей семейной обстановке, так непривычной для одиночки Алекса. Но новые знакомые, удивительное дело, не раздражали. С ними легко и приятно общаться, да и Стен смотрел с некоторой долей симпатии на Алекса, видимо, в благодарность за содействие.

Распрощались у выхода из дома. Том с отцом отправились в университет, а Алекс – домой.

========== Глава 5 ==========

Надо помыть голову.

Изнутри.

(с) Интернет

Дома оказалось на редкость много свободного времени. С одной стороны, хотелось успеть сделать как можно больше, с другой – предаться безделью, уделить внимание только самым любимым занятиям. Например, дочитать приключенческий роман в так любимом Алексом жанре фентези. Это отвлекло до вечера, а потом мысли накатили с новой силой. Он отказал Максу во встрече, сказав, что хочет побыть один, но тут мысли вернулись к Тому. Работает в ночь или выходной? Да и нужен ли ему он?

Промаявшись еще с час, Алекс залез на свою страницу. В лидерах все еще был парень с музыкальным даром, всего семьдесят четыре единицы разделяло их. Ставки почти не менялись, а если и росли, то на две-три единицы. На третьем месте была девушка, за нее давали триста двадцать, далее еще два парня. Остальные шли в районе сотни. Торги только начались, к ним явно присматриваются.

Алекс полистал анкеты покупателей. Посему выходило, что очень многие торгуются за своих родных или друзей; кто-то, не скрываясь, так и прописывал. Довольно логично, ведь Аукцион существует давно, что сделало людей весьма бережливыми. У самого Алекса скоплено довольно много, хватило бы на покупку просторной квартиры или постройку небольшого дома. К сожалению, только на Земле, для переезда требовалось вдвое больше, а там еще и разрешение на работу оформлять, и за гражданство бороться…

Скорее всего, никто из лотов не останется, несмотря на старания близких, слишком уж это подорвет сам факт торгов. Устроители запустят рекламу или придумают еще какой маркетинговый ход, но Аукцион должен оставаться недоступным для рядовых слоев общества.

Алекс проверил статистику ставок по своей анкете. С самого первого дня за него усиленно торговался ширгонец. Довольно интересная раса, антропоморфная, этакий сплав человека с животным. Среди них больше всего находилось в родстве с кошачьими, реже с рептилиями, и единицы – с птицами. Общество кастовое, строгая иерархия, разрешено рабство, но довольно в мягкой форме. Раба нельзя убить, а в случае болезни требовалось обеспечить достойный уровень лечения. Это и хорошо, и плохо. Лоты продавались в статусе вещи, с которой законом позволено распоряжаться как угодно, так что ширгонец вполне может оказаться самым настоящим садистом, кого сдерживал закон собственной планеты. К тому же он торговался еще за девятерых из самого конца рейтинга.

Остальные ставки шли более хаотично, на их фоне почти никто не выделялся, разве что был крайс – житель ледяной планеты Корн. Он схож по строению с человеком, массивен в кости, обладает тяжелым лбом и хмурым взглядом из-под густых бровей, срастающихся к переносице. Даже на фотографии в анкете он казался брутальным. К тому же тело его покрывал густой волос, защищающий от холода. Про политический устрой Алекс почти не знал, но справка в Сети выдала, что крайсы ведут кочевой образ жизни, выделяется семерка сильнейших кланов Корна. К одной из них и относился этот субъект. Рабства у них как такового нет, но есть захваченные в междоусобицах пленники, с которыми обращались более чем вольно, и те, чаще всего, грели постели воинам в походах. Забракованных или пришедших в негодность подвергали оскоплению и отправляли в помощь женщинам, вести домашнее хозяйство.

Большего Алекс не выяснил, да и это его не порадовало. Он принял сухой душ, привел себя в порядок и оделся на выход. Поколебавшись, все же написал Тому приглашение на ужин, если тот не занят.

Парень откликнулся сразу же и ответил, что обязательно заедет через час.

Страница с Аукционом тем временем обновилась. За Алекса предложили более высокую цену – 1111, словно кто-то игрался с цифрами. В анкете покупателя никакой информации, даже фото нет, только номер телефона. Словно покупатель то ли стесняется того, что хочет кого-то купить, то ли скрывает цель, с которой делается покупка.

Алекс задумчиво теребил пальцами нижнюю губу, как бывало с ним каждый раз, стоило глубоко задуматься. Четыре единицы… словно насмешка, будто покупателю не важна сумма, которую он предлагает, ему просто нравится сочетание цифр. Это пугало. Только тот не опирается на чужое мнение, у него достаточно денег – и плевать на общество свысока. Для подобного нужно очень твердо стоять на ногах.

Алекс свернул все окна и откинулся на спинку стула. «Черт бы их всех побрал, и меня вместе с ними» – ругнулся он, но легче не стало. Если до этого он смотрел на ситуацию сквозь пальцы, словно она его не касается, то теперь с удивлением отметил вязкий ком страха, поселившийся в глубине. Но единицы никуда не делись, они стояли, будто смеясь, намекая на то, что сам Алекс не такая уж и весомая покупка, так, безделушка, цена которой не важна.

В дверь постучались, и Том вошел в квартиру, едва дверь открылась.

– Привет! Как дела? Хочешь морковку? – парень достал из кармана корнеплод и, рассмеявшись, пояснил: – Она, может, и красная, но морковка. Я даже не знаю, что мой однокурсник напутал. Хотя… может она такой и должна быть?

Алекс принял подарок и поцеловал улыбающегося Тома в губы.

– Точно съедобна? – повертел морковку в руках Алекс.

– Точно, – рассмеялся Том. – Только, возможно, это не совсем морковка. Заметив состояние Алекса, парень тихо уточнил: – Все в порядке?

– Не обращай внимания, – отмахнулся Алекс, но во взгляде Тома скользнула обида. – Неприятности всегда есть, ставка за меня… Ее стиль говорит о своем хозяине слишком много, и вряд ли хорошего. Сила денег и власть весьма портят характер. Погуляем по городу? Куда бы тебе хотелось?

– А пошли в Ботанический сад? – предложил Том. – Я знаю, билеты не дешевые, но у меня студенческий, я могу и тебя попробовать бесплатно провести.

Парень явно любил это место и сейчас весь прижимался к Алексу, словно уговаривая.

– Как скажешь, – провел по спине Алекс.

Том выглядел таким открытым, и поэтому его удивительно сильно хотелось постоянно касаться. Сам для себя Алекс отметил, что привязывается к парню, но назвать чувства к нему влюбленностью он бы не решился. Это было совсем другим, теплым, светлым, не менее ценным. Том не спрашивал, не досаждал, он легко бы смирился и принял тот факт, не захоти Алекс объяснять своего настроения не потому, что ему все равно. А вот такой вот он человек. Том рядом, и большего не хотелось.

***

Сад не был огромным, но все же был. Кусок зелени, изумрудной жизни на мертвой и обреченной планете. Да, над головой не открытое небо, а пластиковый потолок; да, сквозь деревья видны стены, но все же. Опустившись на корточки на пластиковой дорожке, можно прикоснуться к траве – мягкой и упругой. Почти все растения тут внеземного происхождения, только в дальнем углу, за сверхпрочным пластиком, можно увидеть шесть представителей земной флоры: ель, рис, осот, кактус, тюльпаны и пихту. Все, что сохранилось в природе, все, что не приходилось воссоздавать Университету Восстановления Земли. У каждого растения своя история, и на табличках можно прочесть, что тюльпан, вернее его луковица, был найден в криокамере в кармане женщины. Когда-то, сотни лет назад, люди замораживали свои тела после смерти, надеясь, что медицина будущего сможет их оживить.

Женщину, как и других покойников, отправили на завод по переработке. Органический отход позволял выращивать съедобные водоросли и грибы. А луковицу ждала другая судьба. Тюльпан стал новостью десятилетия, о нем говорили все новостные каналы, писали все интернет-сообщества. Как обычно, возле земных культур собралась толпа. Люди, подсознательно или осознано, стремились именно в этот угол, ища часть давно умершего мира в чудом сохранившихся осколках.

– Видишь, строят еще закрытые боксы? Там будет пшеница, осина, клевер, сушеница болотная и мои томаты, – Том не хвастался, скорее радовался тому, что остальные смогут увидеть ту часть старой, еще живой Земли, которую он встретил на учебе уже давно.

Алекс привлек парня к себе и зарылся лицом в волосы.

– Ты очень большой молодец, хорошо, что я тебя встретил.

В голову приходили странные мысли. Человечеству так мало удалось сохранить, они погубили все, что только могли, и теперь будто искупали вину. Они лишь могут закупать продукты у других планет, где развито сельское хозяйство, а мир полон жизни и зелени. Где-то там, с чуть улучшенными генами и измененным составом, есть и земные представители флоры и фауны. Вот только хотелось растить былое на родной земле, истерзанной и высосанной. Хотя, если вспомнить слова Тома, то шанс все же есть. Когда-нибудь, в далеком будущем, их дом снова будет утопать в зелени, а Темные века окончательно уйдут в прошлое, как и Аукцион, станут частью истории.

– Хорошо, что ты меня сюда привел. Наверное, я впервые почувствовал общность со своей планетой. На миг, но стал ее частью, – уверенно произнес Алекс.

Том фыркнул и покачал головой:

– Хочешь, я могу тебя протянуть в лабораторный сад универа? Вот там все земное, даже животные, но… есть один момент – не все пока завершено. Хочешь увидеть землю, какой она была?

Алекс кивнул. Неплохо бы увидеть часть былого величия.

Но через полчаса он уже жалел.

В остекленных кубах или просторных отсеках росли цветы и деревья, пестрела целая грядка красной моркови, а рядом росли помидоры Тома в индивидуальных горшочках, по одному на каждый куст. Том разрыл яму под каким-то кустом с черными и жутко кислыми ягодами и гордо продемонстрировал червя. Они ходили от блока в блок, от куба к кубу. Том отвел его в комнату, судя по количеству колб и сложной системе средств по перегону жидкостей, это и была лаборатория. В ней за неприметной дверцей находилась небольшая коморка. Стоило открыть дверь – и с дивана под ноги кинулось нечто пушистое. Оно грозно мяукнуло. Алекс улыбнулся, узнавая того, о ком читал.

– Кот… Какой нервный, – он присел на корточки и протянул ладонь. Животное принюхалось и ткнулось головой, Алекс принялся энергично тискать зверюгу. – Какой мягкий! И теплый!

– Обычно он пугливый, пусти на минуту, – отобрав кота, Том мягко погладил его по спине и почесал под подбородком. Через мгновение раздался утробный приятный звук. – Это он мурлычет, доволен значит. Прикоснись к нему. Чувствуешь, вибрирует?

Алекс ощупал животное.

– Хм, интересно. Как он это делает? Словно мотор внутри… Знаешь, один из тех, что стоит в политехническом музее.

– Я не знаю, – пожал плечами Том и шепотом признался. – Вообще-то, это девочка, и она в положении… Если бы я не снимал жилье, то стащил бы себе маленького кота. На них вообще очередь, официально она у нас как беременная не идет, на ее котят у своих работников бешеный спрос. Конечно, содержать их дорого, но они лучше, чем помидор.

Алекс улыбнулся:

– Тогда пойдешь в аспирантуру и выяснишь, как она так вибрирует.

Алекс с большей осторожностью погладил будущую мамку.

Кошка выгнулась и сама потерлась о руки, невольно вызывая улыбку и словно забирая страхи Алекса с собой.

Ужин был немногим скромнее завтрака: салат из помидор, странной моркови и укропа, созданного девушкой из параллельной группы. Как оказалось, часть овощей росла не в кубах, а у их создателей в кабинетах или в кабинетах их руководителей. Именно у них Том и позаимствовал морковь и укроп, поменяв на пару томатов.

Кочевка овощей из рук в руки напоминала бартер у древних жителей. При столь высоком уровне развития самые простые вещи оказались и самыми дорогими. Сколько людей на планете видели настоящую еду?

Не сговариваясь, они поехали к Алексу домой, по дороге зайдя в аптеку, а затем вновь не смогли оторваться друг от друга до самого утра. Выдохшийся Том заснул первым, Алекс еще долго смотрел на выключенный компьютер, тянулся к комму, но каждый раз одергивал себя. Устроив голову у Тома на груди, он все же забылся тревожным сном.

========== Глава 6 ==========

Нет предела креативу! Ритуальная компания «Аист»:

«Мы вас принесли, мы и унесём!»

Самое главное – не плоть и не душа. Самое главное – это деньги. Кому ты нужен, если ты хороший, добрый, веселый бомж.

(с) Интернет

Том проснулся первым и уютнее устроился на груди Алекса. Где-то внутри росла привязанность, пугающая, требующая все остановить. Казалось, стоит разорвать эти отношения. Отпустить Алекса все равно придется, и с каждым днем будет больнее. Только Том впервые не хотел отталкивать от себя случайного любовника и решительно отмел мысль смыться по-тихому. Завозившись, Том поцеловал спящего в губы и принялся спускаться невесомыми поцелуями ниже, надеясь, что Алекс проснется только тогда, когда его член уже будет в плену губ Томаса.

Алекс застонал и с силой втянул воздух, когда понял, что ему вовсе не снится эротический сон, а Том действительно примеряется к его члену. Тот вновь лизнул головку, и по телу прошлась горячая волна.

– Том? – прозвучало просительное.

Парень улыбнулся и с явным удовольствием впустил член в рот, тут же энергично принялся работать головой, одновременно помогая себе руками. Весь мир Тома сосредоточился на том, чтобы сделать Алексу как можно приятнее.

Алекс прогнулся в спине, но пальцы предупреждающе сжались на бедре, и он постарался не елозить. Вот только ладони сами комкали простыню, он неотрывно смотрел на Тома, а когда тот начал себе дрочить, и вовсе чуть не свихнулся от возбуждения. Он звал Тома по имени, ни о чем не прося, будто наслаждался его звучанием. Тело сделалось горячим, мягким и податливым, а затем Алекса ослепило яркой вспышкой. Когда реальность вернулась в привычные берега, он густо покраснел, понимая, что Том не выпустил изо рта, пока член не опал.

– Доброе утро, – поздоровался парень и облизнулся, тут же ложась рядом. – Как спалось? Чем хочешь заняться в выходные?