Текст книги "Первые шаги. (СИ)"

Автор книги: esteem

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 21 страниц)

– А откуда вы узнали про...

– Герцог Видас рассказал, – не дал ей закончить Всеволод. – Ты же должна понимать, что если бы это было правдой, то уже сейчас, между нами, между самыми давними и самыми надёжными союзниками и родственниками, шла бы самая кровопролитная война, которую ещё не знала мировая история? – серьёзно спросил государь. – Ты представляешь себе последствия всей этой истории, узнай про неё Великая княгиня Литовская? А что было бы с князем? Павлом Вячеславовичем? Который ни сном ни духом? И вообще увидел тебя, как кстати и я, только сегодня, вот прямо сейчас впервые?

– Да не помню я, – честно соврала Олька, – может сон приснился или просто привиделось. Вот и высказалась сгоряча!

– Хм. Хорошо, что твоё высказывание услышал только твой дедушка, и сообщил мне не ставя в известность твою бабушку, а иначе... – покачал головой император. – И вообще! Ты же умница, талантливый изобретатель и разработчик уникальных артефактов и технических новинок. С какой стати ты решила, что князь Ромодановский, вот просто так возьмёт и отправит тебя на дыбу? Тебя, мага жизни!

"Дочка, не скрывай. Пришло время рассказать им всё. Они стоят у руля империи и должны хоть примерно ориентироваться в новой реальности. Собери всех в отдельном помещении и расскажи о себе. Хорошо бы и твою бабушку пригласить, но пока её дождётесь..."

"Деда, а если я за ней слетаю?"

"Можно конечно, но лучше хватай-ка ты свою банду, (да и родителей не забудь!) и летите вы в Литву всей шоблой...инкогнито, хе-хе. И смотри! Обо мне ни слова!"

"Поняла, деда," – мысленно улыбнулась девчонка.

Царь и князь с удивлением смотрели на кривляющуюся Оленьку, синхронно пожимая плечами. Только "пампушечка", вальяжно развалившись на широких плечах своего "медведя", щекотала ему шею своими вибриссами.

– Очевидно кратковременное влияние левого, творческого полушария мозга на правое, отвечающее за прагматичность и трезвое логическое мышление, в период подростковой, поведенческой нестабильности, – простыми словами ответила Олька на вопрос государя.

– Э-э... – задумчиво заметил царь.

– Константинович, – усмехнувшись добавила Оленька.

– Ну-да, ну-да. Хорошо, что ты отметила "мозга", а то я грешным делом, подумал про совсем другую часть тела, – не остался в долгу Всеволод. – После твоей косметики, моя Лексус почему-то стала думать именно той, левой половиной. Впрочем это к делу не относится, – поспешно добавил он. – Но вот, что нам сейчас делать?

Ромодановский не ответил, всё внимание переведя на Фейку, снова начиная её гладить и шептать разные глупости.

– Предлагаю, вначале просто поставить меня на землю, – сказала Оля.

– Не-а, – не согласился Всеволод. – Ты совершенно ничего не весишь. И мне так спокойнее...за твоё левое полушарие. А то оно в последнее время слишком уж преобладает над правым, – и он легонько шлёпнул девчонку именно по левому. Вот гад!

– Но ведь некрасиво получится, – возразила Оленька. – Там у дома собрался весь народ. Гости, хозяева...А я как мешок у вас на плечах.

Царь постоял о чём-то размышляя.

– Н-да, – пробормотал он. – Как Фею тебя на плечи не набросишь...Ну что ж, хорошо! – и Всеволод лёгким движением плеча перебросил девчонку через голову, подхватив на руки. – Так лучше?

– М-м...скажем так – благородней, – ответила та обхватывая его шею обеими руками и поудобнее устраиваясь в могучих объятьях. – Неси меня, мой верный рыцарь, – патетически воскликнула Оленька, указывая взмахом руки на ворота в ограде особняка.

– Ванская! – вновь перешёл на громкий, недовольный тон, император. – Сколько вам говорить – не ёрзайте! И оставьте эту фамильярность, дерзкая девчонка! – а тише добавил. – Наедине или при своих можешь звать меня Всеволод Константинович или Э Константинович, мне понравилось.

– Может мне вас и папенькой называть? – хихикнула девчонка.

– При Лексус и детях, можешь. Всё равно нас ты будешь видеть намного чаще чем своих родителей. Так что со временем сама привыкнешь, – тоже хихикнул император. – Думаю твои бабушка с дедушкой против не будут.

– Какие? Со стороны папы или мамы?

– С папиной стороны, конечно. Со стороны твоей мамы, от счастья как бы чего не натворили. Кстати, ходят слухи, что твой дед Андрей, тайком на своей фабрике, подготавливает кое-для кого биохимическую лабораторию.

– Что вы говорите, папенька Э Константинович, – хитро сощурилась Олька(явно просматривается влияние Мелинды).

– Точно тебе говорю...Лёлька! – император тоже за словом в карман не лез. – Выяснилось, что он и в патентном бюро неплохо так шустрил. Хотел твою жидкую магию на имя семьи пристроить.

– Ну-у, – как-то смущённо отозвалась Оля. – Он же на самом деле семья.

– А морда у него не треснет? – зло прошипел государь. – Где он был, когда Вику титула лишал по приказу своего придурковатого папаши?

– Но сейчас-то всё вернул. И даже говорят, покаялся. А кто старое помянет...

– Тому и глаз вон? – перебил её император.

– Ага.

– Если он, ещё хоть раз позарится на твоё изобретение, без моего на то дозволения – я ему оба глаза вырву. Так и передай при встрече.

– А она будет? Встреча.

– Не сомневайся. Эти ребята своего не упустят. Особенно твой дядя Виктор. Тот ещё проныра!

– Спасибо за предупреждение. Буду держаться от них подальше. А бабушка?

– Бабушка-то? – переспросил Всеволод. – Она вроде бы нормальная. Но сильно любит твоего деда. Так что не особенно обольщайся.

– Понятно, – понуро отозвалась Оленька. – И всё-таки жалко их, – вздохнула она. – Они же старенькие, их можно понять.

– Старенькие? – удивился император. – Как же! Твоя маменька, на радостях что ей вернули титул, отослала им целую коробку твоих кремов! Старенькие! Эта семейка своего не упустит!

– Откуда вы всё знаете...папенька? – поинтересовалась Оля.

– Ну если ты уже меня так называешь, то можно и на "ты", только предупреждаю – в семье или наедине! А источник информации, вон, сзади топает в меховом воротнике.

Незаметно они подошли к ажурной ограде особняка. Олька чуть шевельнув пальцами(по привычке, и вообще так легче сосредотачиваться) сняла воздушный щит, на что император в очередной раз хмыкнул, остальные (кроме Васильчикова) вообще ничего не заметили. Гости и хозяева, встречая государя были одеты кто во что горазд. В чём подняли их по тревоге воздушный и акустический удары. Раньше, под куполом, было довольно тепло, однако после того как девочка его сняла, народ принялся зябко поёживаться. Но всё равно, достойно приветствовали своего императора. Мужчины церемониальными поклонами, дамы глубоким реверансом.

– Здравствуйте, здравствуйте дамы и господа. Поздравляю вас с Новым годом! Как водится желаю всем, счастья здоровья и процветания. Однако прежде всего попрошу вас войти в дом. На улице, довольно прохладно, – громко сказал император, выглядевший довольным и милостивым с девчонкой на руках, и первым войдя на порог, наконец-то поставил Ольку на тёплый паркет.

Пока гости возвращались в особняк, Олька шепнула на ухо царю:

– Есть у меня идейка, как разрулить все наши недопонимания, государь. Но нам не должны мешать.

– Что надо делать? – не рассусоливая спросил Всеволод.

– Убрать всех лишних. Весёлая ночь, люди устали, не выспались...

– Кого оставить?

– "Куколок", причём всех. Цесаревны же не полетят без охраны.

– Полетят?

– Да, мы улетаем.

– Куда?

– В Литву. Инкогнито.

– Кто ещё?

– Мои родители, Павел Вячеславович...а господин Аракчеев с вами прилетел?

– Да. Вон он. Сухой и длинный.

– Хи-хи. Его тоже берём. А вон тот полупьяный в курсе?

– Кто? Данька Меншиков? Да.

– Берём. А вон тот модный хлыщ?

– Серёга Васильчиков? Тоже.

– Васильчиков? Где-то я уже слышала это имя.

– Мой лейб-лекарь.

– Целитель?

– Угу.

– Ладно, пусть летит. Ещё дедушку.

– Ну это понятно.

– И ещё Лену с Мариной. Мои телохранительницы.

– Апраксина с Дашковой-то? Хранительницы? Ладно.

– Сколько у нас выходит?

– Та-ак, – на секунду задумался государь. – Пятнадцать "куколок", плюс ты, да я да мы с тобой...

– Ещё Мелинда с Лёхой и две Феи, – чуть не забыла Олька.

– Ага...итого тридцать душ. Нет, двадцать девять.

– Отлично. В машины все влезут, они ведь семиместные. Даже мой лимузин не понадобится.

– Машины? Мы полетим на автомобилях?

– Не просто автомобилях. А "Чайках!"

– А кто поведёт? – засомневался Всеволод.

– Как кто? Девчонки конечно. Под моим чутким руководством. Да ты не бойся папенька, – снова хихикнула мелкая зараза. – Девчонки уже опытные пилоты. Сюда же прилетели? Я им только новые навигационные приборы добавлю...и карту...и Феню...и сверхзвук! Быстро доберёмся, ты даже опомниться не успеешь!

– Вот это-то и тревожит, – скептически произнёс император.

– И ты кстати ошибся. Не двадцать девять, а тридцать.

– Это кого же мы позабыли?

– Одну особу, из-за которой всё собственно и началось. Я имею в виду моё видение или сон с дыбой.

– Понятно. И кто же эта особа?

– Сам всё увидишь. А теперь давайте, Ваше Величество, командуйте. А я пойду, кое-что подготовлю.

– Погоди, – задержал её царь. – Кто такая Феня?

– Это язык такой, – усмехнулась девчонка. – Новый...компьютерный...моё изобретение...

Пока Всеволод проводил сортировку гостей, отправляя одних спать, а других готовиться к короткому путешествию, Оля быстро вышла из дому и направилась к стоянке, где заметила сестрицу, которая под громкую брань и причитания нескольких военных, воздушными плетениями вытаскивала слегка покорёженный БТР из паркового овражка. На самой парковке, уже стояли все бывшие там до внезапного катаклизма, автомобили, разной степени помятости. Их хозяева, оказавшиеся в странной и нелепой ситуации, вынуждены были проявляя вежливость и учтивость, начать хоть как-то общаться между собой. Ну правда, не стоять же истуканами в полном молчании, наблюдая как архимаг вытаскивает их транспорт из кювета! Как и в других странах, в империи местные силовики из разных департаментов, не очень ладили друг с другом. Здоровая конкуренция, так сказать. Особое внимание привлекали двое литвинов-наблюдателей, из Великого княжества. Повезло, что хоть союзники, причём давние. А то точно бы не обошлось без мордобития, а то и чего похуже. Благо и повод собраться был один, и это не только автотранспорт внезапно попадавший в кювет из-за сильного порыва ветра – как все они считали – но и насущный во все времена вопрос. Кто в этом виноват, и что с ним делать, когда поймают?

А самое интересное, что все эти переодетые в штатское полицейские, жандармы и контрразведчики, даже догадаться не могли, что виновник их бед и объект наблюдения – одно и то же лицо. И оно, лицо то есть, сейчас находится от них всего-то в нескольких метрах.

– Мэл, – позвала Олька. Сам объект, наблюдатели и охранители видели только из далека или на экранах смартфонов, но голос они запомнили прекрасно, и смогли бы определить из тысяч других голосов. Поэтому и неудивительно, что на возглас Оленьки, обернулись сразу все.

– Чего тебе? – спросила Мелинда.

– Ой! – смутилась девочка, почувствовав на себе всеобщее внимание. – Здравствуйте, господа, с Новым годом! – вежливо поприветствовала она группу мужчин.

– И вам не хворать, барышня, – ответил за всех полноватый господин, похожий на знакомого Оле ещё по Хлынову, городового. – И вас с праздником!

– Спасибо.

– Так, – бесцеремонно вмешалась Мелинда. – Парни, машины я вам достала, вмятины выпрямила. Если вопросов больше нет, то мы с сестрой вас оставляем.

– Спасибо, барышня Ярослава, – ответил всё тот же "городовой".

– До свидания, господа, – так же вежливо попрощалась Оленька, подхватывая Мелинду под локоток. – Мэл, отвезёшь меня домой на минутку? – попросила она сестру, направляясь к своему лимузину, который стоял внутри ограды особняка и совершенно не пострадал.

– Зачем?

– Надо кое-что смастрячить и кое-кого забрать.

– Ну, забирать там кроме Лилечки некого, надеюсь, что эта пьянчужка ещё спит, а то как бы она нам наш домик не разнесла. С похмелья-то. И как она вообще, напиться умудрилась?

– С похмелья – это не к ней, – сказала Олька. – С её – вернее моими – целительскими талантами, у неё похмелья не может быть по определению. Если она и разнесёт особняк, то только от скуки. Или от обиды, что оставили одну. И поделом! Не умеешь – не экспериментируй!

– Ой, кто бы говорил! – всплеснула руками Мелинда. – От твоих экспериментов, целые микрорайоны пропадают, с домов крыши сносит, а ты...

– А я на свете живу уже почти пятнадцать лет, а не второй день! – перебила Мелинду сестра.

– А ума не больше чем у Лильки! – в свою очередь перебила сестру Мелинда. – Я вот, к твоему сведению, живу уже сто пятидесятый год!

– А ума, как-будто родилась вчера! – не осталась в долгу Олька.

Мелинда хмуро взглянула на Ольку.

– Скандал?

Девчонка напыжилась, набрала побольше воздуху...и сдулась.

– Нет, – с неохотой ответила она. – На скандал совершенно времени нет.

– Что так? – недовольно проворчала Мэл.

– Царь Сева припёрся не просто так, а разбираться. Деда посоветовал всё ему рассказать. Вообще всё.

Мелинда на секунду замерла, словно прислушиваясь и согласно кивнула головой. Оленька поняла её жест.

– Кстати, он позволил мне в кругу своей семьи или наедине, звать его папенькой. Смешно, правда?

– Ха! – возмутилась Мелинда. – Он позволил? Позволил?! Да он за счастье считать должен, что ты согласилась его так называть! У тебя в дедушках, целый Мир ходит! Мир!! Планета!!!

– Тсс. Тише, не кричи, – постаралась угомонить разошедшуюся было сестру, Оля. – Люди же вокруг. И вообще, он всё-таки император. Самой большой империи в мире. Не забывай.

– Тоже мне, сравнила. Империю и Земной шар! – вновь начала заводиться Мелинда.

– Ну всё. Всё Мэл. Хватит. Давай лучше делом займёмся. Так ты отвезёшь меня?

– Понимаешь, Оль, – замялась девушка. – Мы ведь с Лёшей уже собрались. Я чего вернулась-то из княжества? Я же думала тебя забрать. К Яне в гости, но вы оказывается на контракте и у вас намечается работа. Я и самолёт для этого пригнала, – довольно сумбурно попыталась она оправдаться. – Думаю и Видаса с собой забрать. Он вроде больше тут не нужен. У тебя свои телохранительницы появились. Я наоборот хотела у тебя твой лимузин попросить, чтобы на нём в аэропорт отправиться, – Мелинда огорчённо посмотрела на сестру.

– Ну и чего ты расстроилась? – спросила девочка. – И зачем вообще спрашиваешь? Бери его когда тебе нужно. По-моему у нас до сих пор всё – кроме твоей любимой помады, нижнего белья и предметов гигиены – общее. Я даже твои платья и джинсы таскала. Хи-хи.

– Что? Ах ты паршивка. Я же тебе не разрешала мои "ливайсы" надевать! И когда успела-то? – возмутилась Мэл. От былой нерешительности и следа не осталось. – Я ж тебе недавно целый ворох шмоток привезла! Фирменных!

– А мне твои больше нравятся, – нагло заявила пигалица. – В них удобно с Фейкой по стройкам гулять.

– Ох, – горестно вздохнула Мелинда. – И дал же бог, сестрёнку!

– Спасибо лучше скажи! – раздался вдруг сзади знакомый голос. Девчонки обернулись и наткнулись взглядом на тихо подошедшего герцога. – О чём спорим красавицы?

– Да я месяц назад в школьной лаборатории проводила эксперимент с карбидом, – принялась закладывать сестру Олька. – После уроков. Мне "химичка" наша разрешает. А после думала к Белке поехать, железную дорогу доделывать. Ну и вот. В большой кастрюле развела воду с карбидом – он так шипит прикольно, только ещё и воняет, – девочка смешно скривила носик. – Добавила парочку ингредиентов, а потом подумала и вбросила маленькое плетеньице...огненное. Кто ж знал, что оно так жахнет? Я растерялась. Тушить школьной формой? А в чём я домой поеду? И тут я вспомнила, что прихватила с собой Мелькины джинсы. Ну я их в кастрюлю и закинула и водного плетения добавила. Огонь-то погас, а вода всё кипит да кипит. Насилу дождалась пока она остыла.

– А заморозить не догадалась? – спросил Видас.

– Догадалась...но не стала. Решила посмотреть, что у меня вышло.

– И?

– Вынула джинсы, а они в хаотичных белых пятнах и полосках. Думала Мэл меня прибьёт!

– Ты не представляешь, Вид! – вклинилась в разговор Мелинда. – Я сначала расстроилась, а потом нацепила короткую дублёнку, эти варенные джинсы, высокие кроссы и пошла себе в центр. За мной полгорода девчонок бегало! Всё спрашивали где я такую "фирму" отыскала! А эта тетёха, взяла и забыла какие ингредиенты в карбид добавляла! Всё! Других таких уже нет и не будет!

– Вот, – тут же нажаловалась Олька. – Теперь она мне запрещает их надевать!

– И из-за куска варенной джинсятины, ты жалуешься высшим силам? – изумился герцог.

– Да как ты не понимаешь, дуболом старый! – вскипела Мэл. – Это не варенная джинсятина! Это крутая фишка, которая может...даже обязана стать новым трендом! В это можно одевать весь мир и зарабатывать огромные капиталы! Легально! Не раскрывая Олькины тайны! Нам в княжестве, что? Деньги уже не нужны?

– Нужны, – задумчиво ответил герцог, в свете последних разъяснений игнорируя "старого дуболома".

– А эта дура, забыла состав! – тыкнула пальцем в Оленьку, Мелинда.

– Она обязательно вспомнит! Да Оленька? – хищно улыбнулся дедушка.

– Вспомню, вспомню, – хмуро ответила девчонка, понимая что жаловалась зря. Все они – одним миром мазаны! Правители, блин! Политики!...Хотя...возможно они и правы... – Так ты Мэл, бери машину, – сказала она. – А я тогда на "Чайке" сгоняю.

– Как "сгоняю"? – опешила сестра. – У тебя же прав нет.

– Не понял, – вмешался в разговор Видас. – Кто куда едет?

– Да мы с мужем возвращаемся в княжество, – ответила Мелинда. – Я приезжала, чтобы Ольку с собой взять...Ну, что ты спрашиваешь! – вспылила вдруг она. – Сам же со своей женой разговаривал!

– Ах, это...Да, жаль, что не получилось...Может в другой раз, – опечалился герцог.

– Если хочешь, мы тебя с собой заберём, – предложила ему Мэл. – У Ольки уже есть охрана.

– Да, – обрадовался Видас. – Девчонки показали себя с хорошей стороны. И да, я пожалуй поеду с вами. Оленька, ты не обижаешься на старика? – спросил он с грустной улыбкой.

– Старика? Дедушка, ты выглядишь не старше Мэл, – ничуть не польстила ему девчонка. – И я не обижаюсь. Вот честно-честно! Вы сейчас с бабушкой, переживаете новую молодость и я уверена у вас будет чем заняться!

– Ах ты маленькая негодница! – зарделся 20-ти летний дедушка.

– Ладно, пойду я...по делам.

Однако уйти Оля не успела. К ним подбежал, какой-то паренёк, очевидно один из вызванных губернатором из ближайшей деревни для работы по дому.

– Вашество, – неловко поклонился он герцогу. – Вас там, это...государь кличут на это...на верещание...то есть совращение...

– Совещание?

– Точно так, вашество, – снова неуклюже поклонился парень. И повернулся к Мелинде.

– Вас мамзеля, також.

– Мадам, – поправила его Мэл.

– Точно так. Мадама.

– А её? – девушка указала на Ольку.

– Не-а. Уговор был про девку чернявую да глазастую да мужика ейнова, а про очкастую и белобрысую говорено не было.

– Хм. Ладно. Пойдёмте Ваше Величество, – при этих словах у паренька глаза натурально полезли на лоб. Мелинда взяла под руку герцога. – Пока Олька. Не скучай, – они развернулись и отправились в особняк.

– Это, что? Настоящий король? – спросил паренёк топчась на месте.

– Герцог. Муж Великой княгини Литовской, – ответила Оля, глядя им вслед.

– Ого! В учебниках он выглядит старше.

– В учебниках? – переспросила девочка.

– В школьных. Ты, что "куколка", не узнала меня?

– А должна?

– Ну-у, нет конечно, – смутился пацан. Просто мы в одной школе учимся, даже на одном потоке.

– Ты тоже воздушник?

– Ага. И тоже из 1-го "А", только мальчикового.

– А почему в деревне? Ты не дворянин?

– Дворянское звание только после академии дают. А так-то да. Из деревни, вернее из села. Из Бобино.

– А как в школу добираешься?

– Так на автобусе, – пожал плечами мальчишка. – Как все наши.

– Так вас много таких? – удивилась Оленька.

– Не, – улыбнулся он. – Маг воздуха только я. А остальные ребята и девчонки, простые школьники.

– Хм. А чего ж тогда кривлялся перед дедушкой моим и сестрёнкой? – лукаво спросила Олька.

– Тыц-пыпыц, – непонятно выразился парень. – Это твои родственники?

– Ага.

– Ух ты! Ну про деда то я знаю, а сестра?

– Не деда, а прапрадеда.

– Ещё круче! – пацан аж подпрыгнул от возбуждения. – Герцог Жимайтис! Правитель Литвы! Выглядит как мой старший брат, даже младше! А сестра? – повторился он.

– А сестрица, – девочка хитро блеснула стёклами очков. – Сестрица, Мелинда-Ярослава Драгобужская-Лещинская. Её Высочество, ненаследная принцесса Ржечи Посполитой. Великая герцогиня Краковская, Сиятельная княгиня Литовская.

– Ни хрена ж себе! – воскликнул парень. Нет, мы с ребятами знали, что в девчачьем 1-м "А" учатся графини да княжны, но про тебя думали, что ты такая же как мы, простая. "Куколка" конечно, но-о...не такая как остальные. Нет-нет, – он поднял обе руки в успокаивающем жесте, – мы ничего плохого про твоих подруг сказать не можем. Все "куколки" отпадные тёлки! Ой! Прости! Все вы классные! И умелые. О вашей "Младе" уже по всей губернии легенды ходят. Особенно про таинственную железную дорогу. Познакомишь с её создательницами?

– Ну, с одной ты уже практически знаком, – усмехнулась Оля.

– Ты, что ли? – не поверил парень.

– Угу.

– Ваще...нет слов! Ты же Лёлька? Я прав?

– Ага, ага, она самая, – важно покивала головой Лёлька. – а вторая Белка.

– Которая по механике? Ну про неё я сразу подумал, а вторая значит, ты.

– Не-а!

– Как не-а? Сама же только что сказала, – опешил пацан.

– Первая, я. А Белка вторая.

– Так-так, сударыня, – смешно сморщил курносый нос, парень. – Эго значит своё тешим? Тщеславием балуемся?

– Есть такое дело, – печально вздохнула девочка...и вдруг звонко рассмеялась. – А ты? Как звать-то тебя, вьюнош дерзкий, непочтительный?

– Не вели казнить, боярыня! – принял вызов мальчишка. – Савва, мы, Черёмуха.

– Савелий?

– Нет. Савватей. Савватей Черёмуха.

– А по батюшке?

– Савватей Мефодьевич.

– Савватей Мефодьевич Черёмуха, – посмаковала имя Оленька. – Красиво.

– Спасибо, – засмущался вдруг юный пересмешник. – А тебя как?

– Ольга. Ольга Викентьевна.

– А фамилия?

– Ванская.

– А-а, – разочарованно протянул парень. – Я-то думал, ты какая-нибудь Ягайло или Витовт или Жимайтис.

– Ну если это тебя успокоит, можешь добавить Ванская-Гедиминович.

– Ох ты! Ещё круче чем я думал! А титул у нас имеется? Ну хоть какой-нибудь? Ну хоть самый завалящий? – принялся кривляться Савва.

– Есть, – не стала спорить Оля, хотя этот разговор начал её утомлять. У неё дел непочатый край, а она стоит тут и лясы точит со своим соседом по школе. – Княжна...Великая. Сойдёт? Савва, ты меня прости, но я должна кое-чем заняться...

– Это ты меня извини, Лёля, – сказал вдруг Савва совершенно серьёзно. – Я совершенно бессовестным образом отнимаю твоё время. Но мне было очень интересно с тобою пообщаться. Да ты не поверишь, если я расскажу пацанам в школе, что лично беседовал с одной из "куколок", узнал её имя и фамилию...Я стану самым крутым чуваком!

– Все девки твои?

– И это тоже.

– А как же эго? Тщеславие?

– Все мы человеки, несовершенны. – согласился Савватей. – И я в том числе. Отвечая на твой первый вопрос...кривлялся я по приколу, иногда интересно отслеживать реакцию образованного человека на вот такие вот архаичные обращения. Всё. Ещё раз извини, не буду тебя задерживать. Если, что обращайся. Письма и телеграммы, на почтамт до востребования! – крикнул уже на бегу этот клоун.

Интересный пацык, – подумала Оленька, вновь рассмеявшись. – Надо будет к нему присмотреться.

Тем временем в холле губернаторского загородного особняка, государь-император проводил совещание с участниками будущего полёта в княжество Литовское. Среди взрослых гостей, присутствовали только полусонные родители Оленьки. Всех остальных родителей, князь Ромодановский и граф Аракчеев, мягко, но довольно навязчиво уговорили отправиться почивать. Досматривать внезапно прерванные сны. Пока Всеволод собирался с мыслями перед выступлением, князь Ромодановский, по его поручению накручивал «хвоста» Валерию Кристиановичу, в дальнем от входа уголке холла.

– Лем, ты извини, – назвал он губернатора старым, ещё со времён совместного обучения в академии, прозвищем. – Но Всеволод приказал с тобой разобраться.

– За какие грехи? – удивился барон. – Вроде ничего такого за мной не числится. Производства работают стабильно, урожай сняли приличный и на зиму отсеялись вовремя. Зима снежная, не сильно морозная, значит и весной будем с прибытком. Дороги по осени – где были выбоины – залатали. Весной, как подсохнет, новые будем прокладывать. Уже и план имеется, заверенный кстати, Самим, – он указал на императора. – В деревнях да сёлах, тишь да благодать! Скоро Рождество, после масленица. Народ сыт одет-обут, доволен. Магазины работают исправно, разная галантерея и другая бабская дребедень, поставляется исправно. В городах ширятся строительные работы...Что ещё надо?

– Вот насчёт строительства я и хочу заострить вопрос, – сказал тихо Ромодановский.

– Какого именно? – поинтересовался Лем. – Славич, не тяни, что ты всё вокруг да около!

– Насчёт строительства, которого – нет.

– Как нет? Ты, что такое говоришь? – повысил голос возмущённый губернатор. – Мёртвые души мне приписываешь?

– Да тише ты, чего разорался? – поморщился князь. – Я с тобой об одной, конкретной стройке разговариваю, восточного микрорайона, которая внезапным образом исчезла. Лем, не тупи!

– А-а, вот ты о чём. А скажи ка мне брат, что бы ты сделал, если бы узнал, что на территории твоей губернии, провели испытание некоего артефакта и известили тебя, то есть официальные органы, по факту, так сказать? И при том, что само испытание, прошло успешно, но вот его результаты для губернии – мягко скажем – оставляют желать лучшего

– А почему заранее...ах да...но где были твои наблюдатели? Ведь я тебя лично известил о некоей особе, нуждающейся в непрерывном догляде?

– Догляде б..дь? – перешёл на общенародный, барон, натуральным образом закипая. Постоял секунду набрав полную грудь воздуха и мощно выдохнув, продолжил уже более спокойно. – Послушай меня, Славич. Вы там у себя в столичных чертогах, совсем заигрались в конспирацию. Что ты, что Сева, – кивок в сторону государя, что Чейз, – кивок в сторону ещё одного однокурсника по академии, графа Аракчеева. Давай-ка, я брат, расскажу всё с самого начала.

– Давай, Лем, сделай милость, – кивнул Ромодановский.

– Итак. В конце мая прошлого года, у меня вдруг случился недобор учеников в старших магических школах. Конечно, многие дети закончив среднюю школу на родине, отправляются покорять столицы, поступая в старшие именно там. И это довольно распространённая практика во всех губерниях. Но в мае прошлого года, был какой-то коллапс! Если первого сентября каждого учебного года в первых классах старших магических школ, насчитывалось не менее пятнадцати учеников на класс, то в прошлом сентябре мы не досчитались больше половины! Ни в одном первом классе, ни одной магической школы из четырёх, не наберётся даже десятка!

– И с чем это связано?

– Не знаю, – просто ответил барон. – Мне даже императрица звонила. Интересовалась...но дело не в этом. Дело в том, что в прошлом году мы не смогли обеспечить ученицами 1-й "А", старшей школы "воздуха". Именно воздуха и именно ученицами. С учениками дело обстояло более-менее нормально. Ты ведь знаешь, что по традиции "А" – классы всегда наиболее сильные в магическом плане во всех профильных школах империи?

– Естественно.

– Ну так мы не нашли ни одной сильной "воздушницы" в губернии соответствующего возраста. Остальные девочки даже до среднего уровня не дотягивали. Месяц...месяц я отписывался от столичного департамента, детского магического обучения! Месяц слал докладные записки, отписки, отмазки да всё что угодно! Месяц они мне грозили всеми возможными карами!

– Погоди. Но ведь у тебя самого существует губернский департамент? – не понял Ромодановский. – Почему столичные не писали им?

– Да плевать они хотели на своих коллег из губернии! Им, вишь, самого губернатора подавай! Снобы! Когда я прекратил им отвечать, они подключили императрицу, а там сам понимаешь, не ответить нельзя!

– Ну. И чем дело закончилось?

– А то ты не знаешь? Через месяц, в конце июня начале июля, в школу вдруг поступают пятеро сильных воздушниц из Питера. Представительниц высшей имперской аристократии! А в начале августа, записывается и шестая девочка...белобрысенькая такая, в очочках дымчатых. Никого не напоминает? Не? Она с семьёй из родителей, сестры и бабушки, переехала в Вятку из уездного Хлынова.

Ромодановский скорчил задумчивую гримасу.

– А в середине сентября, меня настигает известие, что родная старшая сестра этой девочки – никто иная как сиятельная княгиня Литовская, молочная сестра и первая статс-дама Великой княгини, а также предводительница всех склочных бабских спецслужб Европы! Внезапно помолодевшая до неузнаваемости! Дальше события начали развиваться с геометрической прогрессией. Открывается новая компания "Дары Урала" и тут же появляются наши "куколки". Журнал "Элегия" и "Гризли". Рекламные посты и баннеры. И в конце ноября, под самое открытие "Млады", мне приходит именной, высочайший указ подписанный не только лично государем, но и начальником контрразведки и начальником Третьего отделения жандармского управления. Такое впечатление, что вы все втроём, очень долго составляли это своеобразное "коммюнике" и в оконцовке просто и незатейливо, ё...лись мозгами! – вновь закипел генерал-губернатор.

– С чего ты взял?

– Да потому что там было указано именно то, что ты давеча мне сказал! "Обеспечить охрану и круглосуточное наблюдение, за некоей особой"...и подписи! И всё! Понимаешь? Всё! А какой особе? Мелинде? Белке? Бульке? Или может Вавке? Их же шесть! Даже семь! И каждой круглосуточное, где я людей найду? Вот они и пропустили момент испытаний!

– Испытаний? – напрягся Ромодановский. – Мне известно только одно.

– Два. Два было. Вторым они уничтожили Николаевскую аллею.

– Они?

– Он. Герцог Жимайтис.

– Б...дь! – в свою очередь выругался князь. – Всеволод об этом ещё не знает. А ведь у него в кабинете оригинальная картина Васнецова с этой аллеей. Только ещё молодой, свежепосаженной.

– Я кстати разговаривал на эту тему с герцогом, – продолжил барон. – Он обещался всё возместить. Даже сторицей.

– Обещать, не значит жениться, – задумчиво пробормотал под нос Славич.

– Нет, насколько я знаю, герцог человек слова. Ну вот и скажи мне, как бы я смог что-либо запретить сиятельной княгине Литвы и герцогу – правителю соседнего государства. Тем более дружественного государства? Да и Ирочка моя... – смутился вдруг Валерий Кристианович.