Текст книги "Первые шаги. (СИ)"

Автор книги: esteem

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 21 страниц)

– Сева, она закляла мою кровь на трезвость! Вернее даже не кровь! Она оказывается может управлять всеми жидкостями в человеческом организме! – заистерил Данька. – Всю дорогу сюда, она в машине напоказ морщила свой аристократический носик. А когда приземлились попросила меня выйти...и закляла!

– Что закляла? – профессионально заинтересовался Васильчиков.

– Закляла эту...поджелудочную железу. Теперь, стоит только мне опрокинуть рюмашку, как желудочный сок, тут же расщепляет алкоголь на безобидные молекулы и в кровь попадает всего 0,5% от того кайфа, который я должен был получить! И эти несчастные 0,5 процента, я чуть ли не на коленях вымолил у неё! Она хотела вообще меня лишить удовольствия, на все 100 процентов!

– Сам виноват, – усмехнулся Ромодановский. – Зачем полез к ней со своим перегаром? От тебя же разило как от пьяного извозчика! Даже в вертолёте ещё было терпимо. Чем тебя там Леманн угощал, что после него с тобой рядом вообще нельзя было находиться.

– Самогонкой, – хмуро ответил Данька. – Собственного изготовления.

– И этим пойлом он собрался торговать в губернии? – возмутился царь.

– Ты не дослушал. Это пробный вариант для собственного употребления, – ответил Данька.

– Да уж, – пробормотал Аракчеев. – Вариант так вариант. Только тараканов травить таким вариантом!

– Да чем вы слушаете все? – снова вскочил Данька. – Я же говорю – пробный, экспериментальный, опытный вариант, для личного употребления!

– Ира ему употребит! – усмехнулся государь. – Мало не покажется!

– Но это всё лирика, господа. Давайте перейдём к конкретике. Что вы скажете о только что прослушанном разговоре Великой княгини с внучкой?

– А что? – скривился неугомонный Данька, – герцог Видас теперь работает на нас?

– Я смотрю, внезапное отрезвление плохо влияет на твою умственную деятельность, – нахмурился Всеволод. – Герцог правитель союзного нам государства. И он работает только на себя. Нам же он предоставил любезность подготовиться, выработать общую линию разговора с белым магом, какого бы возраста она ни была! Не забывайте, мы имеем дело не просто с девочкой! И от того как мы проведём эти – не побоюсь этого слова – знаковые и даже эпохальные переговоры, и будет зависеть дальнейшая экономическая, политическая и военная стратегия наших государств! Это я надеюсь всем понятно? – император обвёл тяжёлым взглядом всех присутствующих.

– Всем всё понятно. Не нагнетай, – герцог закурил сигарету и уселся на подоконник, раскрыв форточку.

– Ну, что ж, – начал Ромодановский. – Судя по её высказываниям, она девочка наблюдательная, серьёзная и отнюдь не глупая, как можно было бы подумать на первый взгляд. Хоть и в соответствии с возрастом, непоседливая и взбалмошная. Но как ловко она подметила и проанализировала все наши попытки прибрать к рукам её хозяйство, через создание концессии. И ведь ни словом ни делом до сих пор не выказала своё неприятие.

– Мне кажется в глубине души, она посмеивается над нашими потугами, ограничить её свободу и заставить работать исключительно, на государство, – заметил Никита Аракчеев. – Жаль мы Горчакова не захватили. Это старый лис, умеет уговаривать строптивых визави.

– Нет. В этом случае от него бы толку не было. Не тот клиент. Но меня удивляет Мелинда. Как эта старая и опытная интриганка, не смогла заметить за всеми этими Боборыкиным, Асташевыми и Круппами, руку Зимнего? – удивился уже совершенно серьёзный Меншиков.

– А вот тут ты не прав, Даня, – вмешался в беседу герцог. – Мэл ещё на дальних подходах почуяла неладное. Ещё после школьной линейки, когда девочки только-только познакомились, она забила тревогу. Просчёт её был только в том, что она ложно предположила , что ищут её. Через подруг Оли. И старик Асташев, моментом просчитав ситуацию, вовремя это подтвердил. Когда же речь зашла о концессии, Мелинда поняла, что ошиблась, но уже было поздно что-либо менять. Контракты-то уже были подписаны. Но и тут нам повезло. Нам это тоже оказалось выгодно, хотя бы потому, что Оля и Мелинда хозяйки предприятия. И мы рассчитываем на бесперебойную поставку нам как косметики, так и чудодейственных шприц-тюбиков, а так же в будущем уникальной техники с заводов герра Круппа. О цене договоримся. Кстати, Сева, ты мне должен, – усмехнулся герцог.

– Это ещё почему? – непонимающе взглянул на него император.

– Потому, что мне пришлось осаживать одного любопытного генерала, который хотел по примеру нашего Гаранина влезть в бизнес. Пришлось на пальцах объяснять человеку, что с погонами в бизнесе делать нечего. Он и так с военных поставок неплохо живёт. Но вот на дочь его я прошу обратить особое внимание, как кстати и на всех девочек. Как-то так получилось, что все Оленькины одноклассницы, в своём роде уникальные особы. Их "Млада" – это нечто удивительное. Как они догадались создать такую лавку, уму непостижимо! Ведь, согласитесь господа, такого магазина не существует больше нигде. А вот почему их родители, так мало обращают на них внимание – это вопрос.

– Может потому что они самые младшие в семьях? – предположил Васильчиков.

– Может быть, – ответил Видас. – Но как правило самые младшие, самые любимые в семье. Их наиболее балуют и лелеют. А тут, что-то странное. Не находите?

– Девочки?

– Возможно, но мало ли женщин, глав семейств?

– Ну, тогда не знаю, – сдался Васильчиков.

– Я узнаю, – пообещал государь. – Обязательно узнаю. Что касается "Млады"...то она тоже встанет на баланс государства. За это девочки будут создавать не только товары на продажу, но и некоторые вещи которые потребуются империи. Я думаю они будут не против.

– А что насчёт псевдо жизни? – спросил Аракчеев.

– Это, как и их уникальная связь, является отдельной темой. Всё-таки хорошо, что все они собрались сегодня здесь. Я надеюсь нам никто не помешает. А ещё нам очень нужны амулеты защиты и самообороны.

– Кто б сомневался, – хохотнул герцог. – Нам тоже они очень нужны. Вопрос лишь в том, что мы о них совершенно ничего не знаем.

– Не понял, – подивился царь. – Ты же испытывал один такой не дальше как прошлой ночью?

– Хм. Вот если тебе дать в руки новый пистолет или винтовку, ты сразу поймёшь принцип действия? – переспросил герцог, и заметив ответ в глазах Всеволода, добавил. – Вот то-то!

В это время в комнату постучали и престарелый слуга не дожидаясь приглашения просунул голову в приоткрытую дверь.

– Вашества! К столу просють!

– Ну, что ж господа, – окинул взглядом компанию император. – Пойдёмте договариваться. Всё равно выбора-то нет!

Но прежде чем они успели выйти из покоев, к ним, отодвинув старичка вошла княгиня, ведя за собой пятерых "куколок", а следом летела Лилька.

– Господа прошу всех присесть обратно. У меня есть некоторый сюрприз для вас. По просьбе Оленьки, которая сейчас – извините за пикантность – принимает ванну, девочки решили презентовать вам некоторые новые наработки "Млады".

"Господа немного удивились, заметив что в руках у "куколок" никаких презентов не было, но покорно расселись по местам. К ним присоединилась и княгиня.

– Я сама толком не знаю, что там внучка приготовила. Давайте вместе посмотрим.

– Давайте посмотрим, – пропищала Лилька, подлетая к девчонкам, которые сели напротив гостей и высыпала перед ними знакомые всем малюсенькие кристаллики. А перед Булькой, лакированные кусочки дерева. Софка достала из кармана джинсов футляр с "золотой девочкой". Открыла его и бросила вовнутрь несколько кусочков золота, платины и серебра. Из запасов.

"Девочка" присела прямо в коробочке и через минуту оттуда потянулись три тонюсенькие ниточки, которые Софка, через определённый промежуток времени, ловко отсекала ноготком и принималась выплетать ажурную цепочку, легонько пошевеливая пальчиками.

У мужиков вывалились глаза на лоб! Княгиня заворожённо шевелила губами.

Тем временем первая готовая цепочка попала в ручки Вилки и Вавки. Они быстрыми движениями принялись на глазах изумлённых гостей прямо-таки вживлять, вплавлять разноцветные кристаллики в цепочку. По середине – фиолетовый. Справа – коричневый. Слева – алый. Выше коричневого – голубой. Выше алого – синий. Выше голубого – зелёный, а потом передали цепочку Бульке. Та повыше синего , впаяла в цепочку кусочек полированного дерева, предварительно подержав его в руке. Готовую цепочку, Булька передала Белке, которая взяв цепочку за оба кончика, что-то пальчиками поправила на них и наконец отложила в сторону. Под молчаливое созерцание гостей.

Вся процедура создания цепочек заняла от силы минут пятнадцать. Когда последняя седьмая цепочка заняла место в ряду всех остальных, наступила пауза. Софка спрятала футляр с "девочкой" в карман, а Лилька уселась на плечо "папеньки". Тот молча погладил её по головке.

– И? – спросил он после минуты неловкого молчания. – Мне кто-нибудь объяснит, что это такое?

– Амулеты, – пискнула Лилька. – Ты, что не догадался?

– Догадался, – ответил император. – Но для чего они?

С места встала Вавка.

– По поручению Лёльки, я проведу короткую инструкцию, – она взяла со стола одну цепочку. – Это амулет, личной абсолютной защиты и самообороны.

– Абсолютной? – переспросил усмехаясь Меншиков.

– Именно, ваше сиятельство, – убеждённо кивнула Вавка. – Абсолютной. В нём вы сможете как искупаться в Ледовитом океане, так и окунуться в жерло вулкана. С вами ничего неприятного не случится. Магия жизни – гарантирует! Итак, идём дальше. Самой защитой служит тройное плетение цепочки, – Вавка кивнула Софке. Все головы повернулись к мастерице плетения. – Магические кристаллы создала естественно Лёлька, но количество граней она просчитывала совместно с Белкой, – все повернулись к зардевшейся от такого внимания, мастеру-механику. – Ну, камешки вплетали мы с Вилкой, вы все это видели., – все согласно закивали. – А деревяные пластинки покрывала особым лаком Булька, – все повернули головы к Бульке, которая на удивления пришла одна, без Фея.

– А можно узнать назначение кристаллов, цвета-то вроде бы знакомые, – спросил Ромодановский.

– Конечно, ваше сиятельство, – ответила Вавка. – Красный огонь – самооборона. Синий, голубой и коричневый – тоже. Короче с голубым, можно везде дышать, а ещё и летать. Только надо научиться позиционировать себя в воздухе. Лучше конечно на каком -нибудь предмете. На доске или...

– Метле, – перебил её Меншиков, на которого тут же зашикали.

– И на метле, да на чём угодно. В воде вы не утонете, в огне не сгорите, в землю вас не зароют. Зелёный камешек, – Вавка посмотрела на Васильчикова. – Магия целительства. Вы всегда будете здоровы. А если вдруг случится нечто экстра ординарное, допустим наша планета столкнётся с какой-нибудь другой и защита пробьётся, зелёный кристалл не даст вам погибнуть. Ну а деревяные пластинки созданы, чтобы освежать воздух и уничтожать посторонние запахи. Например запах нервно-паралитического газа или другой какой гадости. Вот как-то так, – закончила Вавка.

– А нет! – спохватилась она. – Забыла кое-что! Замочек разработан Белкой, на основе её собственного магнитного плетения. Мне кажется, что у неё открылось второе направление, вернее поднаправление – металл, – головы снова повернулись к смущённой Белке. – И ещё, амулет называется "око за око". То есть если на вас целенаправленно покусались...то есть покусились...ну-у покушение короче, то он не только защитит но и ответит ударом на удар. Допустим если вам намеревались дать пощёчину или скажем двинуть кулаком в нос, то магия воздуха тоже ответит кулаком, правда посильнее, чтоб знали...Ну а если в вас целится кто-то из засады, то и ответ будет соответствующим, Лёлька не говорит каким, но я думаю, летальным. Хотя Лёлька ненавидит это слово. Все действия в этом амулете не зависят от желания хозяина. Защиту и самооборону рассчитывает кристалл разума. Вот это фиолетовый. По серединке. Именно он отдаёт приказы остальным кристаллам на те или иные действия. А теперь, господа, включайте "око" и разбирайте свои амулеты, они привязаны на ваши ауры.

Гости быстро разобрали свои артефакты.

– А как их надевать?, – спросил Аракчеев держа в руке совершенно ничего не весившую игрушку.

– Просто набросьте на шею, магнитные замочки сами найдут друг друга. Захотите снять, просто плавно потяните цепочку вниз, – ответила Белка.

– Не думаю, что я вообще захочу его хоть когда-нибудь снимать, – пробормотал всё тот же Данька.

– Но я ничего не чувствую, – удивилась княгиня.

– А вы ничего и не должны чувствовать. Я же говорю, амулет работает автономно, питается от магии вашей ауры. Его заряда, хоть используйте его ежедневно, хватит и вашим праправнукам! Его никто не может с вас снять и никто не сможет кроме вас надеть. Для неодарённых, Белка к замочку предусмотрела и вот такую батарейку, – Вавка показала гостям маленькую таблетку для ручных электронных часов. – Крепится на самом замочке и – вуаля! Работает год без перерыва! Потом, правда нужно менять, но это может сделать любой часовщик.

– Не понял, – Меншиков, даже привстал от удивления. – Такие амулеты могут носить и "пустышки"?

– Простите ваше светлейшее сиятельство, но я бы порекомендовала вам не применять это слово в разговоре с Лёлькой. Пустышки, в её глазах, это безмозглые идиоты, а простых людей, она предпочитает называть неодарёнными. И да, любой человек может владеть амулетом "око за око". Только у неодарённых, не будет привязки к ауре и когда закончится срок действия батарейки, он сначала завибрирует, предупреждая носителя, а потом просто упадёт. Ну вроде всё сказала...

– А у вас самих есть такие амулеты? – поинтересовался государь.

– Откуда? – пискнула с его плеча, Лилька. – Девочки сейчас прямо при тебе проводили опытную сборку. Впервые! Цени!

– А работали так слаженно, профессионально, – подивился Всеволод.

– Совместная работа в "Младе", – неопределённо ответила Вавка.

– Ладно! – пискнула малявка. – Девчонки, айда уже кушать! Ну и вы тоже, – она обернулась к гостям. – Долго не задерживайтесь тут. А то если Лёлька голодная, она никому ничего не оставит! – Развернулась, расправила крылья и помчалась к раскрывающимся дверям.

Немного постояв в тишине государь сказал:

– Ну, что ж, господа, пойдёмте и мы...обедать. Задание остаётся тем же. Однако цена нашего лота взлетела к небесам, да в придачу к нему появилось ещё с пяток деталей. Каждая из которых тянет на бешенные деньги! – компания из шести мужчин и одной женщины покинула комнату.

– Интересно сколько может стоить такой амулет? – послышался чей-то голос из коридора.

– Наверное какую-нибудь целую французскую провинцию, или нашу губернию, – ответили ему.

– Провинцию? – хмыкнул тот же голос. – Да я его за всю сраную Францию не продам!...

Глава 6

Москва. 1 января. Резиденция генерал-губернатора.

Елизавета Анатольевна Ягужинская, супруга хозяина второй столицы, была очень недовольна. Михаил Германович определил это, по быстрому перестуку каблучков домашних туфель жены, по мраморному полу широкого коридора второго этажа, где находился кабинет генерал-губернатора. В обычном своём настроении, супруга ступала ровно, даже немного вальяжно и неторопливо. Сейчас же она явно сердилась или нервничала. Да она практически бежала! Что было чрезвычайно редко. Михаил Германович даже и припомнить не мог, когда это было в последний раз. Очевидно в далёкой юности, когда и он и она только-только познакомились. Ах...какое прекрасное время было! Старый генерал мечтательно улыбнулся. Помнится было это на вечеринке в честь совершеннолетия Эммочки, во дворце Юсуповых. Он тогда, только-только поступил в Павловское училище, а Лизонька в Смольный...

Дальше вспоминать о юности, не дала настежь распахнутая дверь и возмущённый голос супруги:

– Миша! – запыхавшись произнесла она. – Миша, это безобразнейшее безобразие!

– Что случилось, солнце моё? Чем ты так взволнована? – спросил он спокойно.

– Миша, я не взволнована! Я огорчена! Я вне себя от вопиющей несправедливости!

– Душа моя, успокойся и поведай мне, что с тобой произошло, – всё в той же ровной манере, продолжил Михаил Германович.

– Миша, ты должен, что-то сделать! – ответила супруга и элегантно присела в гостевое кресло по другую сторону большого – красного дерева – письменного стола, на который по твёрдому убеждению Екатерины Анатольевны, был похож её муж. Такой же большой, крепкий и надёжный.

"Неужели, вновь назревает "серьёзный разговор"? – так супруга обычно предпочитала называть их с мужем очень и очень редкие скандалы. Такие редкие, что за всю долгую супружескую жизнь их можно было пересчитать по пальцам. Правда последний такой разговор был всего-то неделю назад и касался он, их двадцати двухлетнего внука Тимофея. Мальчик попал в зависимость. Попал! А кто бы не попал ведя безбедную, безудержную и бесконтрольную жизнь, имея любую вещь по первому же капризу, да ещё и рождённый с золотой ложкой во рту? Родители, бабушки с дедушками, ближайшие родственники – души в мальчике не чают. Мальчике! Здоровый лось! Учится в престижном университете – как учится...за него сессии сдают, бюджетники – имеет несколько шикарных квартир в центре Москвы, дом в Петербурге, загородное имение...три! Машин, мотоциклов самых современных – целый парк! Что ни день – с новой пассией! Чем не жизнь? Он – как подозревал Михаил Германович – и до этого перепробовал все известные горячительные напитки и "вещества", а недавно кто-то ему в ночном клубе предложил таблеточку. Тоха естественно не отказался... и попал! Ему так стало "хорошо", – что он, сильный "водник", войдя в раж, в ту же ночь практически затопил весь клуб! Его счастье, что когда началось спонтанное наводнение, службы охраны сработали моментально. Быстро и без суеты, не объявляя эвакуацию, вывели всех посетителей за территорию увеселительного заведения.

Когда секьюрити доставили молодого оболтуса домой, в резиденцию генерал-губернатора Москвы и Московской губернии, ему, хозяину города, пришлось краснея, бледнея и заикаясь раздавать парням конверты. За то, что не вызвали полицию и прессу...и вообще, в благодарность. По десять тысяч рублей на ассигнации! Взятки давал, как какой-то, прости господи, завзятый Хлестаков! Такого позора он никогда не испытывал. Единственное, что спасало – это искренняя благодарность в глазах любимой супруги.

Но на утро внуку стало плохо. Он постоянно требовал эту чёртову таблетку! Да где ж её взять если даже названия он её не запомнил. Потом юношу начало ломать. Пришлось привязывать к кровати. Вызвали врачей, приезжал даже Васильчиков из Питера(слёзно умоляли о молчании!), ничего не помогало. Парень изо дня в день худел прямо на глазах. Скорее высыхал! Внучка, Катенька, двадцатилетняя красавица, не отходила от постели брата. Рыдала в голос, просила хоть чем-нибудь помочь. И вот неделю назад, и состоялся тот разговор с Елизаветой. Да какой разговор? Плач, крики, проклятья, просьбы и мольбы. И наконец – истерика! Домашний доктор прописал успокоительные. Насилу заставил выпить, а потом молча, у себя в кабинете наливался коньяком и просил всех богов о помощи, потому что сам не знал, что предпринять!

Помогло не иначе, как чудо! Проездом в Питер, к нему заглянула с визитом вежливости...кто бы вы думали? Мелинда-Ярослава, её высочество и сиятельная княгиня в одном лице, вернее в одном юном до неузнаваемости, личике! Инкогнито. Мол невежливо было бы, коли б он узнал о её пребывании в Москве не удостоившись её визита. Завязался неторопливый разговор в процессе которого и выяснилась невыразимая печаль написанная на лице милого старичка. Старичка! Да она сама почти вдвое старше его!

Сходили, посмотрели на парня, превратившегося в еле дышащую, высохшую мумию, на плачущих у постели бабушку , маму и сестру, на хмурого неразговорчивого и сильно постаревшего отца.

– Знаешь, что, – сказала Мелинда, когда они оба вернулись в кабинет. – Я даже как архимаг-целитель не смогу помочь. Я не вижу причины и симптомов заболевания. Такое впечатление, что мальчик просто не хочет жить.

Михаил почернел лицом.

– Но, кое-что у меня для тебя есть! – она хитро подмигнула генерал-губернатору и вынула из своей сумочки под цвет платья, маленький, выкрашенный в бронзу тюбик. – Вот. Слышал о такой компании, "Дары Урала"?

– Да уж наслышан, – усмехнулся Михаил. – Лизка мне все уши прожужжала, про салон красоты, который ещё даже не открылся. Жора Гаранин мне два дня покою не давал. Боборыкин Святослав приезжал, здание выбирал. Да и про Питерские дела, тоже наслышан. Вижу и ты к этим "Дарам" причастилась.

– А то! – задрала носик, Мелинда. – На вот, – она протянула тюбик генералу, – вколи пацану. Только заранее приготовь ему сытный обед. Много мясной жирной пищи и побольше красного вина!

– А что это? – ещё не веря в удачу, осторожно спросил Михаил Германович.

– То, что вам нужно, – коротко, не вдаваясь в подробности, ответила высочество. – "Дары". По случаю досталось. Ну, пойду я, всего хорошего – и ушла, виляя молодыми упругими бёдрами.

Михаил выбежал следом за ней, но направился в противоположную сторону коридора. Не до реверансов ему было! Вбежав в спальню внука, он без разговоров отвинтил крышечку тюбика и откинув одеяло с ног парня вколол ему в бедро короткую иголочку, выдавив содержимое под кожу. Все остальные не успели даже опомниться!

– Марья! – прикрикнул он на рыдающую невестку. – Отставить сопли! Быстро распорядись насчёт обеда! Катька! Помоги маменьке! – обе женщины буквально вылетели из комнаты.

Отец парня, Игорь Михайлович, его мать Елизавета Анатольевна и сам генерал с неописуемым ужасом и восторгом наблюдали за резкими изменениями Тимохи. Его тело на глазах наливалось силой! Исчезли все полученные им за двадцать два года шрамы, царапины ...да даже веснушки с носа! Из бывшей сухой мумии он превращался в настоящего атлета, рельеф мускулов, кубики на прессе. Плечи раздались вширь, да даже показалось, что он и в росте вытянулся!

Вернувшиеся мать с сестрой, ведя за собой прислугу нагруженную различными подносами с едой, потеряли дар речи, когда открывший глаза красавец, сбросил с себя одеяло, сел на краешек кровати и сказал глубоким, бархатным баритоном:

– Жрать давайте!

– Миша! Ты вообще меня слушаешь? – вернул его к реальности голос жены.

– А? Что? Конечно, дорогая! – Михаил Германович, как бы между делом, взял с подставки карандаш и принялся вертеть его в руках. – Так, что ты там говорила?

– Я говорю, что эти третьесортные, совсем границы приличия потеряли!

Елизавета Анатольевна делила людей на три категории. Первая – это важные и нужные. Входили в неё: император и его семья, высший генералитет, министры, начальники департаментов и наместники губерний. Народ в основном важный, богатый и титулованный.

Вторая категория так и называлась – второстепенные. В основном близкие родственники и богатые, но нетитулованные дворяне.

В третью входили все остальные, то есть третьесортные. Была ещё и четвёртая, но о ней вообще не упоминалось в разговорах. Ну, правда! Как нужно опуститься, чтобы даже мимолётно поминать какую-то челядь?

Александра Дмитриевна и Андрей Николаевич Ванские, бабушка и дедушка Оленьки, были именно теми третьесортными, о которых и рассказывала мужу, Елизавета Анатольевна.

– Представляешь? Она сама, первая подошла ко мне поздороваться. Ко Мне! И кто? Какая-то третьесортная пигалица! Я вначале вообще подумала, что девчонка из прислуги! – продолжала Елизавета не заметив, как муж вновь впал в задумчивость.

– Ты о ком сейчас, родная? – опомнился Михаил.

– О жене твоего двоюродного, то ли троюродного племянника Артёма...или Алексея? Или Андрея? По-моему всё-таки Андрея, – покивала головой, Елизавета Анатольевна. – Точно, Андрея.

– Что-то не припомню такого, – задумался муж.

– Да откуда ты его можешь помнить, – махнула ручкой Елизавета. – Мы их видели-то один только раз...дай бог памяти...на дне рождения Серёженьки Васильчикова, мальчику тогда семь годиков исполнилось. Не помнишь? Лет тридцать назад. Они тогда с пятилетней дочерью приехали и с двухгодовалым сыном. Что, совсем не помнишь? – Михаил Германович покачал головой. – Ну не помнишь и не надо, всё-таки тридцать лет прошло. Эх я тогда такая молодая была, – мечтательно закатила глазки, Елизавета. – Мне тогда только-только исполнилось тридцать пять...

– Да-а, – протянул муж. – Ну так, что там с этой девкой, о которой ты только что рассказывала?

– Девкой? О, Мишенька, я бы поостереглась её так называть! Всё же она, графиня. И родственница – такая же дальняя как и нам – Настеньки Вяземской. Третий сорт, согласна. Но никак не девка!

– Прости, – повинился муж. – Но я всё никак в толк не возьму, что тебя в ней так возмутило?

– Да, – мечтательность погасла в глазах супруги. – Возмутило. Ошеломило и расстроило. Мишенька, сия девица, мерзейше мерзкого, молода!

– Не понял. Что в этом плохого, тем более мерзкого?

– Ты совсем не следишь за разговором, – вздохнула Елизавета Анатольевна. – Я же тебе говорю, мы встречались тридцать лет назад и она была с дочерью и сыном!

– Ну? И что?

– А то, что она выглядит младше нашей Катеньки! И это в её-то 55 лет!

– Младше Катюхи?

– Да! – взорвалась праведным негодованием, супруга. – В 55 лет! У неё оказывается и внучка, почти пятнадцати лет уже имеется!

– Солнышко, но от меня-то, ты чего хочешь? Чтоб я её принудительно состарил?

– Да нет же, Миша! Ты снова ничего не понял!

– Ну так просвети меня непонятливого. Только чётко, ясно и по делу!

– С явками и паролями, как обычно? – усмехнулась Елизавета Анатольевна.

– Именно, – подтвердил, муж.

– Ну, тогда слушай. Два, нет уже три часа тому назад, – Елизавета посмотрела на наручные часики от "Фаберже", – мы с Фросей Лопухиной катались в Измайловском парке на коньках. Там, как ты знаешь, всегда перед Новым Годом заливают каток. Вот катаемся мы, болтаем о всякой всячине и вдруг ко мне подъезжает молоденькая девчушка, смутно мне знакомая. И представляешь? Называет меня по имени-отчеству, здоровается и спрашивает как мои дела, мол давненько не встречались и всё такое прочее.

– Ну-ка, ну-ка? – заинтересовался Михаил Германович.

– Ну и вот, я сначала даже обомлела от такой наглости! А потом в своей манере(ну ты знаешь!) поинтересовалась так, "мягко": – " Вы, милочка, кто вообще такая? По какому праву, пристаёте к благородным дамам? Да я на вас сейчас же, пожалуюсь начальнику вашего катка! Распустили, понимаешь, прислугу!"

А она, мне: – "Что вы, уважаемая Елизавета Анатольевна. Вы верно не так поняли. Я, супруга троюродного племянника вашего мужа, графиня Александра Дмитриевна Ягужинская, троюродная сестра княгини Анастасии Вяземской."

Я: Милочка, насколько я помню, Александре Дмитриевне сейчас примерно 55-56 лет. Уж вы никак не выглядите на этот возраст.

Она: Ой, простите. Просто моя дочь, Виктория, с оказией передала мне упаковку новомодной ныне косметики под названием "эликсир молодости", вот я им и воспользовалась.

И протягивает мне свой телефон. А там снимки где она "до" и "после". И дочь свою показывает, где она тоже "до" "и "после". А потом снова извиняется и собирается отъезжать. Ну тут уж я задержала её. Хоть и третьесортная, но мне стало любопытно, ведь уже обе столицы прям гудят об этой новой косметике.

– И ты конечно, пригласила её в ресторан, – перебил супругу, ухмыльнувшийся Михаил Германович.

– Я такая предсказуемая? – печально улыбнулась Елизавета.

– Что ты, солнышко. Просто я давно тебя знаю.

– Ну, да. Я пригласила её позавтракать в кафе, и как бы невзначай, попрощавшись предварительно с Фросей, выпытала у этой нахалки все её секреты. Вот точно тебе говорю, милый, эти третьесортные не могут удержать язык за зубами, если за них возьмётся настоящий профессионал!

– Коим ты себя и считаешь! – рассмеялся супруг.

– А ты ещё сомневаешься? – подыграла ему Елизавета.

– Ни в коем случае! – честно ответил муж. – И что же поведала тебе сия наглая особа?

– Много интересного, кстати. Ты знаешь, Миша, что императорская семья, тоже уже вовсю использует этот" эликсир"? Фотографий в печати ещё не было, но Александра рассказала, что они были одними из первых, кто испытал на себе его оздоровляющее действие! В связи с этим у меня вопрос: Когда мы, москвичи, наконец-то получим свой косметический салон, обещанный тобой и императором?

– Ну-у, – поднял глаза к потолку генерал-губернатор, что-то просчитывая. – Я думаю к концу января.

– Это очень поздно!

– Дорогая, помилуй! Мы с графом Боборыкиным только несколько дней назад подобрали помещение. Помнишь на Мясницкой, особняк купца Веденеева?

– Хм, да. Красивое здание.

– Вот там и откроем.

– Ла-адно, – протянула с явным сомнением в голосе Елизавета Анатольевна. – Поверю...только, Миша, я ещё кое-какие тайны сумела приоткрыть, – женщина достала из кармана домашнего халата свой смартфон. – Хочу тебе кое-что показать, – она принялась "листать" страницы альбома, а потом найдя нужное протянула мужу. – Вот посмотри. Это Великая княгиня Литвы, Яна-Ядвига Ягайло-Гедиминович, на прощальном визите прежнего посла Японии. Фото датировано 29-м декабря прошлого года.

– Хм. И она помолодела? Ну ведь совсем, девчонка! – воскликнул генерал-губернатор.

– Ага, – довольно ответила жена. – А рядом с ней Мелинда-Ярослава, вредная, капризная хитрая и расчётливая стерва. Но с недавних пор моя обожаемая спасительница! А теперь посмотри на эти картинки! – и она вновь "перевернула" страничку. – Что скажешь?

– Э-э...когда она постричься-то успела? И зачем великой княгине, одному из сильнейших целителей в мире, очки? Да при том, что у неё под рукой, архимаг, Мелинда Драгобужская?

– А вот и не угадал! – хмыкнула, Елизавета. – Это внучка дражайшей Сашеньки! Так она после второго бокала шампанского попросила себя называть. По-моему у неё мозги помолодели быстрее чем она сама! Ну а на закуску посмотри ещё одно фото.

– Гм-гм, – прочистил вдруг осипшее горло Михаил Германович. – А как ты добыла эти фотографии?

– Пока она мне выбалтывала свои семейные тайны, я потихоньку скачала с её телефона.

– Понятно. А почему Мелинда рядом с этой девочкой, как две капли воды похожей на княгиню?

– А потому, что наша драгоценная спасительница и некая Мелинда Драго, являющаяся одной из владелиц таинственной компании "Дары Урала" – одно и то же лицо! Занятно, правда?

– Очень, – пропыхтел генерал, расстёгивая две пуговицы сорочки на шее. – А...

– А вторая владелица, – с полуслова поняла его супруга, – эта самая внучка Сашеньки. Звать её то ли Валя, то ли Тоня, я не расслышала, да честно говоря и не старалась, но...Оказывается эта "то ли Валя", самая настоящая создательница знаменитого уже "эликсира". Это мне тоже, Сашенька сообщила, под великим секретом...хи-хи.