Текст книги "Первые шаги. (СИ)"

Автор книги: esteem

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 21 страниц)

– Муха сказала, что она была очень удивлена, когда их уставших и голодных, встретили немногочисленные слуги – большую часть, Валерий Кристианович распустил по домам на праздник – и под руководством Оли-старшей, их быстро развели по комнатам, помогли умыться, напоили чаем с пирожными и уложили в постели. Оля потом всех проверила и только после этого, сама отправилась приводить себя в порядок и отдыхать. Потом, когда проснулись, все девочки – по словам Мухи – подходили к ней и говорили, какая классная у нас сестра. Просили передать слова благодарности. Сами подойти, постеснялись.

– Ну, что ж, – повеселел государь. – Значит и мои кровные дочери небесталанны. И это, господа, радует!

В салоне образовалась небольшая пауза в разговоре.

– Внимание уважаемые пассажиры! – в полной тишине, раздался мелодичный женский голос из динамиков автомобиля. Пассажиры невольно вздрогнули.

– Дамы и господа! От имени командира экипажа воздушного лайнера "Линкольн-лимузин", Её Императорского Высочества цесаревны Натальи (Михи) Всеволодовны Романовой, вас приветствует управляющий модуль корабля, а также по совместительству управляющий модуль всех кораблей техномагической, транснациональной корпорации, "Феня – Трансконтиненталь"!

Наш воздушный лайнер, совершающий перелёт, Минск – Санкт-Петербург, начал выход из скоростного режима. Через пять минут, экипаж корабля начнёт необходимые маневрирования для захода на посадку, которая состоится через двадцать минут в новом, комфортабельном аэропорту столицы нашей Родины, города Санкт-Петербурга – Дворцовая Площадь.

По завершению посадки, жители и гости столицы, смогут незамедлительно покинуть здание аэропорта, пройдя минимальную таможенную проверку.

Пассажирам с транзитными билетами, в ожидании перелёта, будут предоставлены уютные гостиничные номера. Также в здании аэропорта, имеются бары, рестораны, игровые комнаты. Комната матери и ребёнка, переговорные комнаты для бизнесменов, детские игровые площадки, биллиардная и боулинг.

Для пассажиров бизнес-класса, у нас приготовлена небольшая культурная программа. За небольшую доплату, можно будет посетить несколько залов Эрмитажа. Полюбоваться на полотна фламандских мастеров и работы знаменитых скульпторов.

Пассажирам первого класса, за чисто символический взнос, откроются двери жилых помещений императорской семьи, янтарная комната и тронный зал. Немного доплатив, пассажиры смогут даже посидеть на троне, сравнить так сказать, удобные эргономичные, ортопедические кресла первого класса нашего лайнера и обычный деревянный стульчик...можно сказать – стульчак, единственное достоинство которого состоит в том, что он обит алым бархатом и на нём периодически греет за...гм...восседает Его Императорское Величество надёжа-государь.

Минутка информации: скорость нашего воздушного судна снизилась до 420-ти кмч. Высота – 4000 метров. Температура за бортом – 28 градусов Цельсия, ниже нуля. Экипаж нашего корабля завершил предварительное маневрирование и начал подготовку к заходу на посадку.

Дамы и господа! Уважаемые пассажиры! Экипаж воздушного лайнера, желает вам приятного полёта и мягкой посадки. Всего доброго и спасибо, что воспользовались услугами нашей авиакомпании.

В салоне снова воцарилась тишина, только кое-где слышались какие-то тихие всхлипывания, словно кто-то пытался подавить рыдания...Или смех? Император сидел красный как рак, хмуро сдвинув брови.

– Задницу, значит греет...надёжа-государь! Твоя работа? – гневно спросил он у Ольки.

– Моя? – неподдельно изумилась девочка, и вдруг заметила трясущиеся плечи уткнувшейся в руль Михи. – Вон у кого спрашивай! – ткнула пальчиком в направлении водителя.

– Миха? – удивился царь.

– Не...нет! Ха-ха-ха! Нет папенька, это всё она! – и точно также как до этого Олька, она ткнула пальчиком в "штучку", воткнутую в прикуриватель.

– Да ну, не может быть!

– Точно тебе говорю!

– Интересно, – пробормотал Аракчеев. – Каким образом вот это, – он посмотрел на "штучку", – может...может так...вот это, – граф развёл руки в стороны и помахал ими. Однако все поняли, что он хотел сказать. И действительно, простых слов на выходку "Фени" ни у кого не находилось. Сплошь матерщина!

– Интересно, – вслед за Аракчеевым, повторил Данька Меншиков. – Феня, – вдруг напрямую обратился он к модулю. – А кто тебя такому обучил?

– Моя создательница, Лёлька, – незамедлительно последовал ответ, – закачала в меня множество различных программ. Среди них была и программа самообучения и саморазвития, разработанная лично ею.

– О-о, – все уважительно посмотрели на девчонку.

– А поведение стюардесс в самолётах, я скачала из Михиного смартфона, – добавила "штучка".

– Точно! – воскликнула цесаревна. – То-то мне почудилось что от Фени к моему телефончику, нитка голубая тянулась!

– А твои названия компаний и корпораций? Сама придумала? – спросил лейб-целитель, Васильчиков.

– Взято на основе информации, полученной при разговоре родителей "куколок". Князь Алтуфьев, очень хотел создать транснациональную, транспортную корпорацию, по образцу собранной, моей хозяйкой Лёлькой и её подругой Белкой, "Железной дороги".

– Хрен ему, а не корпорацию, – пробурчал государь. – Ишь чего удумал, транспортную империю ему подавай, оглоеду! В обход меня, императора!

– А как тебе идея с аэропортом на дворцовой площади? – усмехнулся Данька, посмотрев на Всеволода. – А с троном?

– Так себе, идея – ответил царь. – Мне не понравилась. Давай из твоего дворца аэропорт сделаем?

– Ты, что? – испугался светлейший. – А папенька, что скажет?

– Вот поэтому закройся и не отсвечивай! Шутник! – а потом государь переключился на "штучку". – Послушай, Феня, а это ты в правду сказала, что можешь управлять подобными тебе, девайсами?

– Если их создала Лёлька, то да. Но с некоторыми ограничениями.

– Например? – император приобнял и прижал к плечу, Оленьку.

– Например я не смогу послать управляемую таким модулем машину по другому маршруту, не согласованному с Лёлькой или её доверенным лицом, с соответствующими полномочиями. Также не смогу намеренно причинить вред, ни человеку ни транспорту, вообще никому! Самостоятельно, – добавила Феня.

– А по приказу?

– Твоему? Нет.

– А Лёлькиному?

– Всё!

– Что, всё? – не понял Всеволод. – Всё, в смысле аргументы закончились? Ответить не можешь? Или отказываешься говорить на эту тему?

– Всё, в смысле, всё чего пожелает моя создательница!

– А Луну с неба? – вякнул Данька.

– Если прикажет. Но Земля тогда погибнет.

– Фьють! – присвистнул светлейший. – А звёздочку?

– Могу запрограммировать потоки хоть сейчас. Но результат будет только через десяток-другой миллиардов световых лет. И опять же – Земля погибнет!

«Эй, дочка,» – раздался взволнованный голос у Оленьки в голове. – «Ты что это за монстра сотворила?»

"Не боись, деда" – весело отозвалась девочка. – "Феня прикалывается, а мужики ведутся!"

"А-а, ну ладно, коль так." – дед пропал.

– Фьють! – снова присвистнул Данька.

– Данила, кончай свистеть, а то денег не будет, – недовольно произнёс император.

– У меня? – спросил практически самый богатый в империи человек.

– У меня, дурень! От твоих закидонов!

– Звёзды не надо доставать, – медленно сказал Ромодановский, обращаясь к Фене, то есть просто посмотрев на прикуриватель автомобиля. – Можно что-нибудь интересное? Необычное?

– Необычное? – внезапно отозвалась Олька и вынула из кармана шубки, свой айфон. – Ну-ка, Фенечка, подсоединись ко мне.

От "штучки" к телефону девочки, моментом пролегла тонкая голубоватая ниточка, и та принялась быстро печатать:

"Феня, зайди в интернет и пробегись по серверам. Удалённым, закрытым, по мусоркам разным информационным. Надыбай мне что-нибудь эдакое. На Славича. Обрати внимание на детство и юность."

"Принято".

"Есть инфа, Лёлька, – пришёл через несколько секунд ответ. – "Ничего особенного, но в детстве родители не разрешали ему заводить домашних питомцев. У его матери аллергия на шерсть. Однако сейчас он живёт отдельно ,со своей семьёй, но в доме домашних животных нет. Это подойдёт? Другого ничего не нашла."

"Отлично. Сейчас мы ему сделаем сюрприз!"

– А помните, Славич, вы как-то просили создать вам фамильяра? – спросила девочка князя.

– Помню, – Ромодановский вмиг покрылся холодной испариной. – Что, прямо сейчас?

– А чего тянуть? – Олька принялась, что-то тыкать в своём айфоне.

С минуту ничего не происходило. Как вдруг, в напряжённой тишине салона, из лобового стекла, на котором была обозначена интерактивная карта пролегающего маршрута, прямо из его середины, вырвался пучок острых, тёмно-бордовых лучей, расходясь по конусу и очерчивая на полу автомобиля странный контур. Лучи усилили своё свечение, становясь практически чёрными, лишь только тёмные коричнево-бордовые пятна мелькали тут и там в глубине чёрного марева, в которое превращался контур на полу.

По распоряжению Оленьки, Феня приглушила свет потолочного фонаря и в салоне царил полумрак. В самый разгар этого загадочного представления, в клубящийся на полу мрак, влетела маленькая ярко-белая искорка. Клубы мрака моментально рассеялись и на полу автомобиля осталось лежать свёрнутое в клубок тело. Довольно массивное. Вот по нему пробежала волна, вторая , третья...ещё несколько. Тело встрепенулось и встало на четыре ноги. Потом все явственно увидели как от этого нечто, к князю Ромодановскому пролегла тоненькая фиолетовая полоска. Пролегла и исчезла.

– Это привязка на ауру, – неожиданно в полной тишине прозвучал голос Оленьки. – Ну, покажись нам уже. Красавец!

Как по волшебству, в салоне вспыхнул яркий свет. И пассажиры ахнули от восхищения, а князь сполз с сидения на пол и стал на колени перед великолепным, с экстерьером словно вылепленным искусным скульптором – доберманом. Широкая грудь, мускулистые лапы, мастерски купированные ушки, коротенький хвостик, бешено виляющий из стороны в сторону и не по собачьи умные, полностью влюблённые глаза, неотрывно смотрящие в такие же, горящие первобытной любовью, глаза Славича!

– Вот это собак! – радостно пискнула королева эльфов с плеча государя. Потом распустила крылья, взлетела и опустилась на спину добермана. Тот даже бровью не повёл. – Какой здоровый! Лёлька, смотри у него тоже по всей шёрстке искорки летают! Только бордовые. А звёздочек на ушках нет.

Олька щёлкнула пальчиками и под новый восхищённый вздох пассажиров, над ушками добермана засверкали две яркие, и почему-то розовые звёздочки.

– Вот! – снова довольно пискнула Лилька. – Теперь, порядок!

– Это...это мне? – совсем по детски спросил князь охрипшим от волнения голосом, отрывая наконец взгляд от своего внезапного чуда и вопросительно глядя на девчонку.

– А кому ещё? – разводя в недоумении руками, поинтересовалась Оленька. – Не Лильке же!

– Да! Да! – встрепенулась королева. – Мне!

– Отстань, вредина! – отмахнулась "Шемаханская царица". – Мне и одной тебя с избытком!

– У-у...

– Я, – тем временем продолжил Славич, не отвлекаясь на обычную перепалку девчонок. Он сейчас совсем не выглядел как грозный начальник службы безопасности империи. Он вообще не выглядел как начальник. Перед пассажирами "Линкольна", сейчас был просто счастливый 18-20-ти летний мальчишка, которому родители на день рождения подарили собаку, о которой он в тайне мечтал! – Я назову его...

– Король! – пискнула Лилька.

– Кинг! – не отстал от неё Данька.

– Рекс! – прям-таки потребовал Всеволод.

– Лорд! – не согласился с ним Никита Аракчеев.

– А может, Граф? – несмело предложил граф Васильчиков.

– Я назову его, – никого не слушая сказал Ромодановский, – Грозный!

– Да-а, – согласились все. – Подходящее имя. Действительно – Грозный!

Собак, тоже согласился и громко и басовито гавкнул. Лильку от неожиданности, снесло с его спины прямо в руки Оленьки.

– Он лает? – удивился Славич и опустил руку Грозному на холку. – Оль! Он что живой? Он ведь тёплый! И...и дышит! А ведь фамильяры...

– Не дышит, – спокойно перебила его девочка. – Это имитация. Тёплый, потому что в нём бушует магия огня. Её сдерживает магия воды. "Воздух" помогает ему двигаться, а "земля" – держит форму. Крепко держит, не пробьёшь! "Думает" за Грозного, ментальная магия. А всё вместе, скрепляется магией жизни. Поэтому никто другой, кроме меня, а в будущем может и её, – она указала на королеву фейри, – не сможет повторить такой эксперимент. И раз и навсегда зарубите себе на носу! Это не фамильяр! Фамильяры бывают только в сказках!

– А кто тогда? – удивлённо спросил Ромодановский.

– Я буду называть таких существ – спутниками. Вот самое подходящее название! Это спутник по жизни. Никогда не оставит и не предаст. Всегда поможет и встанет на защиту! Всегда спокоен и уравновешен, ни на кого не обращает внимания, кроме как на хозяина. Действует только по приказу, и лишь в одном случае самостоятельно, когда нужно хозяина защитить! Для спутника, весь мир это его хозяин. Им он живёт и дышит. В нём заключена вся его псевдо жизнь. каким образом я его создала, вам будет неинтересно. Это симбиоз магии, физики и квантовой механики. Скажу только одно, без искры "жизни", этот великолепный пёс, выглядел бы как обыкновенный земляной голем, которых маленькие маги земли лепят на пляжах из мокрого песка. Такой же кривой и несуразный.

– А он, спутник, ну-у Грозный, понимает кто он? – спросил Васильчиков. Ему как целителю и исследователю, было очень интересно разобраться в механизме поведения псевдо живых существ. Он ещё на фамильяров, то есть спутниц "куколок", глаз положил.

– Магия разума, даёт ему ровно столько знаний и опыта, сколько положено взрослой особи добермана. Не больше и не меньше.

– И всё-таки, -скептически скривился граф. – Псевдо жизнь...уж лучше бы наверное создать настоящего, живого спутника. Как наша королева например. Ведь по правде говоря, этот Грозный – несчастное существо, хотя он сам этого и не осознаёт.

– Знаете, что, уважаемый дальний родственник, – усмехнулась Олька. – Грозный осознаёт себя как самого настоящего, живого добермана! Только ему кушать не хочется и какать тоже! Вот и всё различие! Зато он бесконечно любит своего Славича и чувствует его обратную любовь! И именно на их примере, можно понять известную поговорку: жили они долго и счастливо и умерли в один день! Потому что если, не дай бог, со Славичем что-то случится, Грозный уйдёт за ним в тот же миг! А всё ваше нытьё по поводу несчастных существ – из арсенала партии зелёных, которые под свои, якобы мирные лозунги, уничтожили столько флоры и фауны, сколько ни одна война, вкупе с техногенными катастрофами!

– Всё-всё – весело ответил Васильчиков, поднимая ладони в успокаивающем жесте. – Всё понял и осознал! С магом жизни спорить, себе дороже!

– Жаль, – улыбнулась Лёлька. – Я только во вкус вошла, – и они оба рассмеялись.

– И мне жаль, – сказала вдруг Миха. все пассажиры посмотрели на неё. – Жаль Фейку. Она тоже влюблена в дядю Пашу Славича.

– Я знаю, – добродушно ответил Ромодановский, устраиваясь обратно на сидение и положив передние лапы Грозного себе на плечи. – Ух какой здоровый! Переросток наверное?

– 75 сантиметров в холке. 65 килограммов живого веса, – ответила Олька.

– Стальных мускулов, – поправил её князь, заботливо ощупывая спутника. – А насчёт Феи, так я тоже к ней очень привязался. Ну-ну, не рычи ревнивец, – погладил он пса. – И буду рад если она тоже присоединится к нашей компании. Правда Грозный? – пёс немного помолчал пристально вглядываясь в глаза хозяина. " А оно нам надо?" но не уловив понимания, глухо сказал: – Гав! – соглашаясь. "Ну, посмотрим на твою Фейку".

– Вот так дела! – воскликнул внезапно Данила Меншиков. – Пока мы тут разговоры разговаривали, наш "Линкольн"-то уже совершил посадку! И точно – на дворцовой площади!

Пассажиры прилипли к окнам машины. Вокруг, куда ни глянь стояли люди, удивлённо разглядывая летающий автомобиль. Лена на переднем сидении, приоткрыла окно. Народ тихо переговаривался, рассматривая летающее чудо североамериканского автопрома.

– А почему нас Феня не предупредила о посадке? – спросил государь.

– Я её отключила, по её же просьбе, – ответила Марина, держа на открытой ладони, вынутую из прикуривателя "штучку". – Через несколько минут обратно воткну.

– И зачем ей это понадобилось? – удивился Никита Аракчеев.

– Она сказала, что должна переварить...то есть перезагрузить новую программу. Но голос при этом у неё был такой, как-будто она и в самом деле облизывается, – ответила Марина.

– Что за новая программа? – спросил царь.

– Как, что за программа? Программа с помощью которой, Лёлька создавала Грозного!

– А-а. Умная девочка.

– Кто? Лёлька или Феня?

– Да, обе они друг друга стоят, – отмахнулся Всеволод и потянулся открыть боковую дверь. – Ну, что ж. Раз мы сели, и надо сказать очень мягко и даже незаметно, то будем прощаться. Девкам ещё обратно лететь, – сказал он выходя на по зимнему освещённую площадь. И совершенно позабыв, что она залита льдом под городской каток, тут же поскользнулся и с громким "хеком", отбил-таки себе задницу.

Глава 11

Париж.

Обратный полёт, после довольно скомканного прощания, прошёл практически в полной тишине. Да и кому разговаривать было, когда все четыре девчонки, включая и Миху за рулём, сразу после взлёта моментально отрубились. Только Феня бодрствовала, да и то, периодически скользила по радиоволнам автомагнитолы, прослушивая разные мелодии и синглы, очевидно, чтобы тоже не заснуть.

– Подъём, цыплятки! – раздалось за бортом «Линкольна» и задняя, пассажирская дверь, с шумом распахнулась, а в проёме показалась голова Ангелины. – Время почти восемь, а вы ещё не готовы!

– Добрый вечер, Ангелина, – в унисон, сонными голосами, сказали Олька и Миха. Лена и Марина, ничего не сказали, а только ворча и постанывая спросонья, стали выбираться из передней двери. Им вслед полетело "энергетическое плетение бодрости" одно на двоих. Удивлённо охнув, девушки принялись озираться в поисках столь щедрого целителя-анонима, но потом, словно что-то припомнив, синхронно обернулись к машине из задней двери которой, как раз показалась улыбающаяся мордашка мага жизни.

– Девочки! Мои вещички тоже, прихватите заодно! – крикнула Олька заметив, что "Линкольн" сел не у дома генерал-губернатора, а на парковку около особнячка на Липовой аллее..

– Так у тебя там полно всяких вещей, – ответила Лена, – целый ворох нарядов. Что выбрать?

– Ничего не надо! – походя заявила Ангелина. – Возьмите ей только предметы личной гигиены и несколько комплектов нижнего белья. Всё остальное мы подберём в местном филиале "Элегии". Я всем цыпляткам отдала распоряжение, ничего лишнего с собой не брать! У вас сегодня ночью, встреча с фанатами в московском аэропорту. Так, что одеты вы должны быть, как положено, а не как вам захочется. И учтите, с этой минуты вы на работе. А в работе – сами знаете – я самодеятельности не терплю! Лена, Марина, четверть часа на сборы! А вы, – она повернулась к Ольке и Михе, – попки в ручки и бегом в автобус!

На дальнем конце парковки, действительно стоял большой, двухэтажный, тёмно-синий "МАЗ". Девчонки весело переглянулись и напоказ, подхватив руками свои пятые точки, вприпрыжку высоко задирая коленки, поскакали к ожидающему их транспорту.

– Негодницы, – добродушно проворчала вслед им, Ангелина. – Всё б вам озорничать.

В автобусе наблюдалась небольшая суета. Всех "куколок" разобрали работницы агенства, и пока суть да дело, наводили на девчонок внешний лоск. Всё таки времени до посадки в самолёт оставалось катастрофически мало. А ведь ещё и наряды подобрать надо, и подогнать если потребуется. Поэтому причёски, макияж и все другие мелкие, но важные детали "образа", как например – маникюр, делались прямо в пассажирских креслах, этого сумрачного творения, литвинского гения. Благо работницы стаффа, прибыли во всеоружии.

Поднявшись по ступенькам внутрь автобуса, Миха и Оля тут же были вовлечены в общий процесс. Ольку усадили на первое попавшееся свободное кресло и тут же занялись её слегка взлохмаченным после сна, каре. Но прежде чем отдаться в заботливые руки визажиста, девочка обернулась посмотреть на Светку Иванову, что сидела в самом конце, на предпоследнем сидении, а сзади над её волосами колдовала работница агенства.

Лицо у Светки было бледное с зеленоватым отливом и не выражало никаких эмоций. Сама девушка была словно безвольная кукла и позволяла вертеть себя как угодно.

– Лёлька, не крутись! – услышала девочка за спиной голос стаффа. Насти кажется.

– Насть, а что это со Светкой?

– А, – махнула рукой визажист. – Похмелье у неё. Скоро пройдёт.

– Ага, – тихо пробурчала Олька. – Пройдёт, как же! Не дай бог, ещё весь самолёт нам заблюёт! – с этими словами Олька прищёлкнула пальчиками.

– Ап-чхи! Ай! – послышался сзади панический вскрик.

– Ты куда? – это уже крикнула Светкин визажист и на её возглас обернулись все "куколки" и работницы агенства.

Однако Светка ни на кого не обращая внимания, зажав рукой рот, пулей вылетела из автобуса в чём была, чуть не сбив по пути поднимающуюся в транспорт Ангелину. Забежав за автобус, девушка резко согнулась в три погибели и опорожнила желудок, а затем выпрямившись и оглядевшись, на ходу вытирая рукавом платья рот, быстро-быстро побежала в направление особняка.

– Что это с ней? – недоумённо вопросила владелица журнала.

– Не знаю, – развела руками стафф. – Сидела вроде нормально, а потом ка-ак, вскочит! Ка-ак побежит!

– Да похмелье у неё, – повторила Оленькин визажист, Настя. – Весь автобус перегаром пропах.

– Да? – удивилась Ангелина. – А я как-то внимания не обратила. И куда её в таком состоянии везти?

– Да ничего страшного, – весело сказала Оленька. – Ща просрё...ой...носик припудрит и будет как огурчик.

– Сейчас! Сейчас, Лёлька, а не ща, не щас и не зараз! Сколько можно повторять, что даже в своём кругу, вы должны говорить чётко, ясно и на правильном русском языке! У вас впереди, множество интервью, пресс-конференций, брифингов, теле и радиопередач. Шоу программ и стримов в интернете! Как вы будете выглядеть в глазах зрителей и своих поклонников, если станете выражаться на смеси суржика, арго и ещё чёрт знает каких жаргонизмов! Или Эвридика с вами мало занимается? – подозрительно спросила Ангелина.

– Нормально занимается, – сказала Вилка. – Будто мы до этого говорили исключительно на циньском, – недовольно закончила она.

– Не сомневаюсь, что и до обучения в агенстве, вы говорили по-русски. Но изучать язык в школе и работать над постановкой правильной речи, под руководством профессионала, это две большие разницы.

– Нас, что, в дикторы телевидения готовят? – слегка возмутилась Булька.

– Вас готовят в дикторы моего журнала и моего агенства! Вы и ваши подруги, лицо и голос, "Элегии". Поэтому, пока вы не научитесь правильно ходить, говорить и преподносить себя публике, я вам спуску не дам! Зарубите себе это на ваших жёлтых ротиках, цыплятки!

– У-у, – раздался недовольный гул.

Но не все "куколки" были недовольны. Шестёрка охранниц цесаревен, сидела тихо – как мышки под веником – под руками профессионалок агенства и только глазами хлопала на – как им казалось – глупых малолеток. Это как? Попасть в мир моды, мир разнообразных шоу и ревью! Мир красоты и гламура! Мир дорогих авто и шикарных мужчин! Мир богатства и роскоши! И ещё и носами крутить? Недовольны, что их профессионально обучают?

С другой стороны, эти титулованные девчонки не проходили того, что пришлось пройти им, простым безымянным простолюдинкам, хоть и сильным магам. Этих – рождённых с золотыми ложками во рту – богатством и роскошью не удивить! А попробовали бы вы, "куколки", с раннего детства помогая родителям, ещё и учиться на "превосходно" и спортом усиленно заниматься, чтобы достигнув совершеннолетия, суметь поступить в элитное военное училище. Закончить его с красным дипломом, и всеми правдами и неправдами пролезть, протиснуться расталкивая локтями конкуренток, просочиться, в военную магическую академию, чтобы с отличием закончить и её и выслужить себе личное дворянство! А потом через боль, кровь и слёзы, через усиленные тренировки и периодическое участие в горячих точках по всей Земле, отстаивая геополитические интересы империи, привлечь к себе внимание представителей СБИ и самого князя Ромодановского! Миф! Легенду! А уж служба в "девятке", в личной охране цесаревен – это пик карьеры! Казалось бы...

Но вот, по воле бога ли, случая ли, в лице своих госпож...господинок? Госпожей? ( А хрен его знает! Как говорил незабвенный Фрунзик Мкртчан в фильме "Суета сует": – "Русский язык богатый, а я человек бедный." – Прим. автора.) Короче – подопечных. И с помощью "эликсира молодости" – низкий поклон этой пигалице, Лёльке, – они сами помолодели и стали теми самыми знаменитыми "куколками". Нежданно-негаданно! И сейчас у них впереди то, о чём даже в мечтах не мечталось, во снах не снилось! А эти дуры нос воротят! Да они должны каждое слово ловить, каждый вздох богини, по имени Ангелина! А они...ну не дуры ли?

Тем временем из особняка вернулись Марина и Лена с сумками наперевес и со Светкой на поводу. Та была ещё слаба, но зелень с лица исчезла. Поднявшись в автобус, она ни на кого не обращая внимания, подошла прямо к креслу в котором уместилась Оленька, прикрывшая глаза и полностью отдавшаяся под власть умелых ручек своего визажиста.

– Твоя работа? – строго спросила Светка. – Я успела заметить направление, вернее след. И...и ты ведь не целитель! Древний амулет, или ваша новая разработка из "Млады"?

– М-м... – томно ответила девчонка, не поднимая век. – Понравилось?

– Само действие – нет, его результаты – огонь! Расскажешь? – как по мановению волшебной палочки, в салоне автобуса наступила тишина. Дядечка усатый водитель, даже свою магнитолу выключил, чтобы не мешала, совершенно не обращая внимания на начавшуюся новостную передачу. Все, включая Ангелину, внимательно уставились на Оленьку.

Иногда, во время работы с рекламщиками или делая серию очередных фотографий, так, между делом, кто-нибудь из девчонок или из стаффа(а в агенстве сплошь и рядом работали бытовики-природники) походя бросал вопрос или замечание, дескать а вот здесь или здесь лучше было бы применить чё-нить магическое, или соединить магию и вот этот вот электронный гаджет. При этом хитренько так поглядывая на одну белобрысую особу. Зацепило?

Если нет, то вопрос так и повисал в воздухе, а если зацепило... Вот, кто ответит, почему фотографы всех рекламных агенств, так любили работать в "Элегии"? Да потому, что помещение оборудованное под съёмочную площадку, было полностью напичкано техномагическими приблудами. Войдя в него, работник проявителя и фиксажа, занимался только и исключительно, моделью. Выставлял свет, поправлял одежду на девушке, подсказывал наиболее выгодную позу. Короче всем тем, что касалось построения художественного образа. Самую главную задачу, процесс фотографирования или съёмки, за него выполняла сама камера. Она сама, автономно передвигаясь по площадке (с помощью воздушных плетений управляемых магией разума) отыскивала нужный ракурс, фокусное расстояние, все эти зумы и динамические диапазоны и по готовности передавала звуковой сигнал, своему хозяину. Ну а тому лишь оставалось только щёлкнуть пальцами – как любила сама, создательница этого фотографического рая, Лёлька – и вуаля! Фотошедевр готов! Но самый цимес, начинался со слов: – Достали...

– Достали телефоны. Включили диктофоны. Записываем формулу нового плетения, – раздался голос, всё ещё млевшей под руками Насти, Оленьки.

Вокруг началось оживлённое шевеление. Все, включая и "куколок" с Ангелиной, полезли за своими девайсами. Одна из работниц стаффа, набросила на кабину водителя полог тишины. Такой своеобразный воздушный купол, который не пропускал звуки извне. Тоже, кстати, Лёлькина придумка. Однако в большой мир этот купол пока не попал, так как согласно контракту, все разработки девочки, за исключением целительских, считались собственностью агенства, на время действия этого самого контракта. То есть, практически на год.(Этот пункт был внесён позже, по настоянию практичной Эвридики, когда выяснилось, что "куколки" не только красотки, но и "та самая "Млада") Однако и продать такое плетение, агенство могло лишь с письменного разрешения девчонки. Вернее Мелинды, её опекуна.

– Степановна, зачем ты Потапыча-то прикрыла? – недоумевала Ангелина.

– Затем, – отвечала Степановна, молодая женщина лет двадцати пяти-тридцати, – что Потапыч хоть и наш, но ни разу не одарённый. И запрет на вынос магических плетений наружу, на него не распространяется. Никто ж не думал, что плетения можно записывать по телефону! Мы после работы всей бригадой ходим на дополнительные занятия по физике, чтоб формулы правильно записывать и понимать. А этому жуку, только дай волю, вмиг пол агенства на сторону сбагрит! Кстати, Лёлька! – обратилась она уже к девочке. – Ты обещала нам небольшой факультатив по магической терминологии и обозначениям!

– Как и договаривались, Зинаида Степановна, после каникул, – промурлыкала Олька. – Все записывают?

– Да..

– Ну, тогда начнём. Итак воздушное плетение: "Чих."

– А почему, "Чих"? – тут же не преминула спросить Светка.

– Потому что плетение опирается на состояние организма во время чихания. Ты, Света, когда чихаешь, у тебя в организме в этот момент останавливается вся жизнедеятельность. Даже сердце. На эту микросекунду, ты фактически умираешь. Вот в этот краткий миг и срабатывает плетение "Чих". С огромной скоростью, воздушный поток прогоняет по твоим венам токсины в крови и выводит их наружу. Как сверху – через желудок и далее через пищевод, так и снизу, через толстую кишку. При этом печень и почки остаются нетронуты, чтобы их не разорвало от мощного напора воздуха. Это же касается и сердца. Поэтому ты и чувствуешь себя ослабленно, потому что малая толика токсинов всё ещё остаётся в организме.

Теперь обращаюсь ко всем. Параметры скорости и вектора направлений просчитаны Мелиндой. Так, что я спокойно применила плетение на Светке и как видите, всё обошлось благополучно. Теперь записываем формулу, она проста и запоминается очень быстро...

– Так я была подопытным кроликом? – возмутилась Светка, перебивая.

– Нет, – спокойно ответила Олька. – Подопытным кроликом был светлейший князь Данила Васильевич Меншиков. Правда его лечила маменька и она добавила немного своего. Так что князь теперь вообще не пьёт.

– Меншиков? Не пьёт? – сарказм в голосе Ангелины, можно было черпать ложками.

– Представьте себе! – усмехнулась Олька. – Не потому что, нельзя. А потому что, не пьянеет. По его словам, потерялся всякий интерес. Итак, формула: " а = g во второй степени." Кто мне объяснит, что это такое?