![](/files/books/160/oblozhka-knigi-stal-347611.jpg)
Текст книги "Сталь"
Автор книги: Элизабет Кэйтр
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 9 страниц)
– Так, птичка, притормози этот ненужный рассказ про наших клоунов, – останавливает её Аманда.
– О чём так увлечённо спорите? – слышится голос Клары за спиной Талии.
Рид приехала сегодня раньше обычного, чтобы сдать долг по одному из предметов. С секунду девушки молчат, а затем Стэрнод обрушивает на хрупкие плечи подруги миллиард вопросов о случившемся.
Двор замирает в нестерпимом ожидании, как только слышится мотор машины Брэдли. Двери слишком медленно открываются, будто смакуя момент. Вильям, по обычаю, поправляет чёлку и ждёт, пока выйдет Локи с иссиня-фиолетовыми синяками на лице. Его глаза закрыты чёрными стёклами, а лицевые мускулы выражают максимальное безразличие ко всему происходящему тут. Пересекаться с его взглядом боятся, и только сам Локи знает, почему вселяет такой животный страх всем учащимся.
С другой стороны выходит Закари Эверли, потрёпанный не меньше, чем сам Тайфер. Капюшон накинут чуть ли не на глаза, в этом действии больше пафоса, чем реального порыва скрыть ссадины и ушибы. Брэдли придерживает дверь, чтобы лёгкие мятные кроссовки беспрепятственно вступили на асфальт. Валери О'Коннор.
От вида девушки некоторые из зевак ахают. На лице красуется разбитая губа и стёсанная об гравий щека, умело затонированная при помощи косметики. Небольшие шрамики за ночь успели затянуться, но выражать какие-либо эмоции было, мягко сказать, неприятно. Вильям и Локи инстинктивно закрывают её от всего грёбаного мира своими широкими спинами, забыв о том, что ей плевать на все эти мнения. Таким образом они, как своеобразный живой щит, доводят её до Клары и компании недовольных их видом черлидерш. Вильям обнимает свою девушку и быстро целует в губы. Ему тоже плевать, что о нем сейчас думают.
Валери разворачивается лицом к Заку, приобнимая его, смотря прямо в насмешливые глаза Локи, которые просто кричат: "Уже влюбилась в меня, принцесса?". Но, к его неожиданности, Вэл, как-то по братски обнимает и его. Заставляя подумать, что вчерашние действия и последствия сблизили их донельзя.
Локи почему-то делает глубокий вдох, позволяющий этому запаху проникнуть в нутро и расположиться там, заставляя вспоминать прошлую ночь яркими огнями. Вильям вовремя целует сестру в щёку, пока руки только расцепляются, касаясь мизинцами. Локи резко выпрямляется, щуря нос и делая вид, что ничего не произошло. Волки перекидываются несколькими словами с Вэл и удаляются к своей компании.
– Ты… Ты теперь одна из них?—восхищенно щебечет Талия, пока Клара с недовольным видом рассматривает лицо девушки.
– Нет, – холодно отвечает Вэл, незаметно касаясь руки Клары, чтобы она прекратила рассматривать её под микроскопом. – Я сестра Вильяма Брэдли.
Тэл и Аманда так громко ахают, что Элизабет Уокер начинает хохотать. Весь её вид буквально кричит, что она уже давно обо всём догадалась.
Одна Беверли Белл задумчиво смотрит в спину удаляющегося Локи, который не так давно стоял прямо тут, обнимая эту сестрицу Волка, да ещё с таким видом, будто она всё, что его интересует. Будто бы она является частью его мира, который непостижим для Белл. К чёрту. Будто стала его новым миром. Хотя, быть может, Бев просто-напросто ошибалась.
Глава 4. Почти идеальный
Может быть, эта квартирка и правда слишком мала и не пригодна для жизни по мнению Вильяма, но Вэл нравится. Ей нравятся эти тёмные стены в сочетании с чёрным паркетом. То, что нужно. Она до безумия любит всю компактную минималистическую мебель и отсутствие особого простора в квартире.
Из гостиной отдалённо доносятся телевизионные голоса. Плевать, что там идёт, главное, чтобы что-то говорило, не оставляя одну.
На стенах и немногочисленных полочках нет ни одной фотографии в рамке. Те, люди, которые растили её, сентиментальностью не особо раскидывались. Иногда в голове мелькали мысли, что бы было, если была нормальная адекватная семья? Если бы отец – любил, старший брат – не пытался убить, а мать – не слыла бы наркоманкой, скинувшейся с окна дома. Что бы было, если бы она не сбежала? Бред.
В квартире слабо пахнет ароматическими свечками со вкусом молочного шоколада, а за окном давно глубокая ночь. Изредка, под окнами, слышен шум от проезжающих машин. Иногда даже люди пробегают в спешке домой. Ей хотелось бы называть это место домом, но называлось оно – очередное.
– Так. – Девушка с придыханием встаёт с диванчика, проходя на кухню.
Она внимательно рассматривает стопку документов недавно переданных с курьером. И казалось бы, нужна всего лишь синяя паста, чтобы смогла отомстить, перевернуть всю игру в свою сторону. Но как бы не запутаться ещё больше в нитках марионетки? Есть приказ и его надо выполнить.
Дисплей телефона то и дело загорается от уведомлений от Вильяма, Клары и Бетти. Нет уж, сегодня она точно вне зоны действия сети. Нужно прочесть целый ворох документов, прикрывшись от дальнейших вопросов своим маленьким "бизнесом". Тонкие пальцы с готовностью обхватывают ручку, но расписаться не позволяет звонок в дверь.
– Какого? … – Девушка быстро прикрывает бумаги, кидая ручку.– Тайфер?! – брови незамедлительно ползут вверх, когда она открывает входную дверь.
Локи еле стоит на ногах, запуская турмалин прямиком в серебристые озёра девушки. Точно. У Тайфера была очередная вечеринка.
– Ты не пришла! – длинный палец указывает прямиком на грудь девушки. Вэл закатывает глаза, стремительно закрывая дверь. – Даже не пустишь на порог? —усмехается Локи, ловко подпирая дверь ступнёй.
– Локи, тебе здесь не место. – Радужки яростно сверкают в отблеске блёклого жёлтого света подъезда.
– Да, прекрати, принцесса, я скрашу твой одинокий вечер, – парень самодовольно усмехается, протискиваясь в квартирку.
Не сказать, что после того "инцидента" Локи внезапно переменился и начал не давать проходу девушке. Нет. Ему было интересно, почему она была не похожа на других. Признаться честно, ни до чего хорошего этот интерес не доводил. Тайфер абсолютно блокировал в своей голове тот факт, что он сам добровольно ушёл с вечеринки потому что ему там стало скучно. С чего бы скучно? Просто захотел сюда.
– Чем занимаешься? – Локи бегло оглядывает кухню, цепляясь взглядом за ворох документов на столе.
– Это документация букинистического, – обескураживающе улыбается Вэл, убирая все бумаги.
И зачем сюда припёрся? Парень усмехается, наблюдая, как девушка уютно оседает на диван, "увлечённо" смотря какой-то сериал по телевизору.
За окном такая хорошая погода. В Харгандере в такую погоду даже самый ленивый стремился выбраться из дома. Но серый взгляд упорно что-то разглядывал в экране, а турмалиновый изучал лицо. Наверное, потому что уже ночь, Локи?
– Что это за сериал? – спрашивает Тайфер в надежде услышать голос.
Но треклятая заставка на экране телевизора так вовремя загорается, что девушка лишь насмешливо приподнимает брови.
Игнорирует? Его? Локи заходится в беззвучном смехе, закидывая голову назад. Словно она ему только что рассказала наивеселейшую шутку. Серьёзный взгляд продолжает изучать профиль хозяйки квартиры.
Его уголки губ слегка приподнимаются. Так вот почему она изучала его тогда, несколько месяцев назад, в машине. Не потому что, как он считал, он красивый. Потому что в едва заметных действиях, под нужным градусом, проглядывается душа. В ней было что-то детское, такое чистое – с одной стороны. Но, на развороте монеты пряталась какая-то мистическая аура, которая так и тянула к себе. Располагала и манила. Вот почему он возвращался снова и снова – его целью впервые было не воспользоваться девушкой, а разгадать секрет.
Желваки девушки циклично заходят за скулы, создавая бесконечное движение такого раздражающего его действия. На розоватых губах застыл немой вопрос: "Че пялишься?", которому так и не суждено сорваться даже на секунду с языка. Молодому человеку не остаётся ничего, кроме как играть по дурацким правилам. Ему комфортно с ней, даже несмотря на эту затеянную игру-импровизацию.
– Зачем ты пришёл? – девушка не отрывает своего взгляда от экрана.
– Завтра игра. Нужно выспаться, а в моём доме вечеринка, – пожимает плечами Локи.
– Ты серьёзно, Тайфер? Ты пришёл ко мне, чтобы выспаться? – Локи видит, как вспыхивает взгляд девушки.
– А у тебя есть другое предложение? – Парень так пошло скалится, что длинные пальцы хрупкого запястья с удовольствием бы ударили в его такой идеальный нос.
– То было одноразовой акцией, Тайфер, – ледяным тоном говорит девушка. – Хотя, как я поняла, твоё правило одноразовой ночи разрушилось. – Парень вопросительно приподнимает брови. – Ну, ты же всегда возвращаешься к обычной девушке, чтобы выспаться на её диване.
– О-о-о, ты далеко не обычная, – протягивает Локи, внимательно изучая каждую эмоцию на её лице.
– Это новый уровень подкатов? – усмехается, убирая выпавшую прядь за уши.
– Я констатирую факт, – растягивает губы в обольстительной улыбке.
Уже и сам не понимает, чего творит. И какого чёрта она такая сложная? Сидеть в полуметра друг от друга на диване считается физической близостью?
Тёплый свет ласкает её серые волосы и кожу, она будто рождена для любования. И Локи Тайфер без зазрения совести любуется, пожирая глазами даже эти едва заметные две родинки на левой щеке. Её длинные пальцы крепко сплетены, а пухловатые губы поджаты; в линии ключиц бежит красной строкой немой вопрос непонимания.
– Ведь мы могли бы стать самой культовой парой университета. – Локи пододвигается так, что их колени соприкасаются.
– Боже, ты пьян. – Девушка отодвигается.
– Не всё правда, что про меня говорят. – Тайфер уже на какой-то своей волне плывёт по её траектории.
– Локи, прекращай нести чушь. Даже если бы я была влюблена в тебя, как пятнадцатилетняя девочка, мы бы всё равно не были вместе.
– Не слишком ли много гордости?
– Не слишком ли много тупых вопросов? – с секунду Вэл внимательно изучает его лицо. Девушка обречённо вздыхает. – Сейчас принесу постельное, ляжешь здесь.
– Я думал, мы достаточно близки, чтобы спать вместе.
Валери ничего не отвечает на это заявление, поднимаясь с дивана и упархивая в сторону тусклого света коридора. Вернувшись, она застывает на несколько секунд у дивана. Молодой человек, в полулежащем положении, уже мирно посапывал, смешно морща нос.
– Какое своеобразное наказание за все мои грехи, – под нос шепчет девушка.
Попытки снять с него кофту не увенчиваются успехом, а потому она просто накидывает на него одеяло и, аккуратно приподнимая голову, подкладывает подушку. Взгляд на его высоком лбе задерживается дольше, чем позволяют нормы приличия. Резко зажмурившись, словно разгоняя ненужные мысли, она выключает телевизор и направляется в комнату.
***
Из кухни пахнет чем-то невероятно вкусным и доносятся глухие отзвуки какой-то современной музыки. Вэл быстро собирает гнездо на своей голове в пучок. Может, это брат приехал? У него же есть ключи. Да, с чего бы тогда такая щедрость на завтрак!
Локи стоит спиной к ней, зажимая между зубов деревянную лопатку, свободными руками выливая на раскалённую сковороду смесь для панкейков.
– Решил спалить мне кухню? – О'Коннор облокачивается на стол.
– У тебя в холодильнике мышь повесилась, – Локи разворачивается обворожительно улыбаясь. – И потом, это то малое, что я могу сделать тебе. Ты же не выгнала меня вчера…
– Хотя и могла бы.
– Видишь, я вовсе не такой хреновый, как про меня говорят, – Тайфер ставит перед девушкой панкейки, политые сверху кленовым сиропом. – Моя мама раньше всегда такие готовила.
– Раньше? – сводит брови к переносице Вэл.
– Она умерла, когда мне было семь, – слегка улыбается Тайфер, но за этой улыбкой так искусно прячется боль.
– Прости, я не хотела. – Девушка слегка дотрагивается подушечками пальцев до его руки и тут же убирает их. Какое-то утро откровений. Что ты делаешь?
– Нет-нет, всё хорошо. Я же сам рассказал.
– Моя умерла, когда мне было пять. Грёбаная наркоманка, скинувшаяся на глазах отца со второго этажа нашего фамильного дома. Наверное, Вильям рассказывал тебе.
– Ты же знаешь, что Вильям не верит в её зависимость.
– Зря.
Входная дверь хлопает. Локи слегка поворачивает голову в сторону входящего.
– Вэл, привет, не знаешь где Локи? – Брат снимает мокрую от дождя куртку, разувается, и проходя несколько шагов, замирает на месте от увиденной картины.
– Да вот, завтракает. – Глаза сестры с дьявольской задоринкой сверкают.
– Привет, Вил.
– А… А что здесь происходит?
– Это совсем не то, о чем ты мог подумать, – заявляет Вэл.
– А о чём я мог подумать?
– Да не, всё то, чем тебе кажется, – вставляет свои пять копеек Локи. – Сидим, вот, завтракаем.
– И давно вы вместе? – Вильям падает на соседний стул.
– Мы не вместе, – быстро отрезает Вэл. Локи лишь пожимает плечами, кривовато усмехаясь. – Следить надо за своими нетрезвыми дружками, а то они начинают проситься на ночёвку. – Девушка поднимается со стула, унося тарелку в раковину. – Вил, чай?
– Да, давай. – Он всё ещё ничего не понимает. Перед носом брата появляется кружка с облепиховым чаем и чистая тарелка.
– Ну, вы тут поболтайте. А я быстро соберусь и поедем, – быстро говорит девушка, целуя брата в висок. Локи вопросительным взглядом спрашивает, куда они намылились. – Ваша игра, Тайфер, – подмигивает ему, скрываясь в коридоре.
– Тайф, – лицо Вильяма принимает серьёзное выражение, – что между вами?
– Ничего. Переспали один раз…
– Уже? – Возмущённо приподнимает брови.
– Ага. Она какая-то другая. Интересная что ли, – пожимает плечами Локи.
– С огнём играешься.
– В смысле?
– В прямом. Ты пытаешься её влюбить, а она пытается не сбежать, – хмыкает Брэдли, поджимая губы и смотря в сторону дубовой двери.
– Брат, я не имею никаких претензий на твою сестрёнку, – откидывается на спинку стула Локи. – А… в смысле "не сбежать"?
– Как только ты привыкнешь к ней, она исчезнет. Сделает так, будто никогда её и не было. Всё это, – он обводит взглядом небольшую, почти маленькую квартирку, – из картона. И сегодня, через несколько месяцев или год, это всё сгорит. А она, оставив дыру в твоей груди, не вернётся.
– Да с чего ты вообще взял, что я собираюсь к ней "привыкать"?
– Да, действительно, – поджимает губы Вильям. – Я не хочу выводить из запоя тебя как несколько лет назад.
– Уф, – Локи вытягивает губы в трубочку, – даже не думай, что я так лоханусь снова.
Вильям несколько секунд смотрит на Локи. Локи – тот тип людей, которых почти невозможно разгадать по глазам. Непонятно как, но турмалиновый взгляд всегда будто под железобетонным занавесом, а лицо непробиваемо. В конце концов, Вильям знает, чем именно занимается его лучший друг.
Брэдли отпивает уже остывший облепиховый чай.
– Вы чего ещё не одеты? – Возмущённый голосок обволакивает кухонку, заставляя Локи резко повернуть голову в сторону звука.
Вильям победно ухмыляется. Вряд ли влечением к этой девчонки движет просто интерес.
***
"Кто к Волкам пришёл – тот от их клыков погибнет!", «Волки, вперёд!», «Со зверем шутки плохи!».
Со всех сторон сыпались кричалки Лисиц и переливались на свету их ярко– красные помпоны. Клара волнительно покусывала губы, несмотря на то, что ядовитая красная помада отпечатывалась на зубах. Вильям сейчас был максимально сосредоточен и что-то буквально на пальцах объяснял своей команде.
– Не переживай. – Клара резко дёргается от голоса над её ухом.
– Боже, Вэл, зачем так пугать, – пытается спокойно выдохнуть черноволосая.
– Я не пугала, – больше отстранённо, чем дружелюбно, протягивает она.
– Принесла нам картошку фри. – Из воздуха появляется Никсон. – Воу, вы только посмотрите на нашу Талли. Всю ночь, наверное, волосы выпрямляла!
И правда, Стэрнод была с идеально прямым хвостом вместо привычного кучеряво-русого облака.
– Кто ведёт? – спрашивает Валери чисто из порыва поддержать светскую беседу.
–Пока наши. – Клара так и не выпускает губы из жемчужных тисков.
– Крошка, ты так всю помаду съешь. Жуй лучше картошку, – протягивает Аманда, очень вовремя всовывая картофелинку в рот Клары, когда та хотела что-то ответить.
Вэл слегка выгибает бровь, но полностью она выгибается, когда Никсон облокачивает своё тело на локти, а локти на колени О'Коннор. Последняя не привыкла к такому. Мышцы одновременно напрягаются, наливаясь кровью. Девушка не успевает как-то косо-криво среагировать, как трибуны подскакивают, громко крича.
Локи Тайфер пробил трёхочковый. На его лице нахальная улыбка; замечая, что на него смотрит даже сестра Вильяма, он надменно приподнимает подбородок подмигивает ей. Темноволосый Зак Эверли насмешливо бьёт его в плечо, чтобы тот прекратил рисоваться. Игра ещё не окончена. Это, конечно, не схватка с Аспидами, но всё же попотеть придётся.
– Он почти идеальный, – присаживается Никсон на скамейку.
– Кто? – Валери не поворачивает головы в её сторону, наблюдая за манипуляциями брата. Он чертовски хорош сейчас.
– Локи, кто же ещё, – фыркает Клара.
– Расскажите о нём. – Вэл не знает для чего просит это. Наверное, просто поддержать разговор.
– Ох, подруга, если кто-то и может описать во всех красках любвеобильности, то это Бев. – Аманда так искренне говорит "подруга", что Валери искренне улыбается, внутри своей головы, конечно.
– Мне не интересна точка зрения Беверли, – холодно поджимает губы Вэл.
– Ну-у-у, Локи тот ещё засранец. Он не любит никого, кроме себя. Сколько у него было девушек, так это наших пальцев вместе взятых не хватит. И с каждой исключительно одна ночь. Говорят, он даже список ведёт. Фетиш, – пожимает плечами Аманда. – Это дохлый номер. Он красивый, но пустой. Его отец владеет каким-то крупным холдингом оружия. Так что Тайфер – своего рода знать, особенно в Харгандере.
– Я слышала от Вильяма, что раньше он был нормальным, – вступает в разговор Клара. – Он вроде даже жениться хотел на какой-то девчонке два года назад. Кольцо купил, приехал к ней, ну, сюрприз сделать, а она там развлекалась во всю с каким-то мужиком. После этого она куда-то уехала.
– Очередная печальная история любви, – усмехается Вэл. – Клише.
– В смысле? – сводит брови к переносице Аманда.
– Ну, это так штампованно: вести себя как последний ублюдок после того как изменили, – пожимает плечами Валери. Как бы ещё теперь вымыть из головы то, что о нём рассказывали коллеги, так скажем, по работе?
– У каждого свой предел боли, – задумчиво протягивает Клара.
Вэл больше не говорит ничего, ещё более внимательно рассматривая Локи. Ну, надо же, из всех существующих парней её угораздило наткнуться именно на этого безалаберного сынка Харрисона Тайфера.
Удар мяча, слух обострён, зрение чёткое, а сердце отбивает ритм баскетбольного мяча. Локи проводит рукой по волосам, срываясь на бег. Удар. Удар. Удар. Бросок. Мимо.
– Чёрт, – выдыхает он.
– Расслабься, бро, – слышится голос Вильяма, который идёт скидывать мяч.
Только Локи не нужно "расслабляться", ему нужно победить. Следующая попытка увенчивается успехом, и мяч попадает точно в корзину.
– Всё парни, сегодня мы молодцы, – говорит один из Волков, Дункан Шелби, сверкая изумрудным взглядом.
– Это точно, – слышится улыбающийся голос Клары.
Рид, Никсон, О'Коннор и несколько черлидерш стоят рядом с командой. Локи едва заметно подмигивает Валери.
– Я был сегодня на высоте, – гордо приподнимает подбородок Локи.
– На высоте пятилетней девочки, – бархатистой смеётся блондинистый волк.
Валери с любопытством смотрит на него, отмечая, как странно он выглядит. Его глаза почти глубокого чёрного цвета, а волосы чуть ли не самого чистого оттенка блонда. Его внешность настолько необычная, насколько необычен и он сам.
– Заткнулся бы ты, Тео, – смеётся Локи в ответ Россу.
Теодор слегка приподнимает уголки губ, смотря на Валери, будто бы говоря: "Всегда пожалуйста, будет лезть – я к твоим услугам".
– Эй, парень, сфоткай нас. – Зак вручает свой телефон проходящему мимо молодому человеку, пока Валери делает шаг в сторону от дружной компании Волков и Лисиц.
– Принцесса, иди-ка сюда. – Локи вовремя обхватывает девушку за талию, возвращая к компании.
– Я не люблю фотографироваться. – Вэл делает тщетные попытки вырваться из железной хватки, но затвор на телефоне щёлкнул уже четыре раза, оставив её навсегда стоять в объятиях Локи под насмешливым взглядом и улыбающиеся лица его друзей.
Глава 5. Дефектная сестра
У Вильяма хорошо. Его пентхаус, наверное, должен быть занесён на разворот модного дизайнерского журнала. Белые тона успокаивают, даже убаюкивают. Самое любимое место Валери здесь – в большом мягком пуфе около огромных окон. Отсюда открывался потрясающий вид на Харгандер. Ночами зажигались тысячи огней, будто подсвечивая город, заставляя, определённым образом, гореть.
– Эй! – недовольно протягивает Вэл, когда Вильям отвешивает ей лёгкий подзатыльник, по ходу опускаясь на чёрный ковёр около её ног.
Он облокачивается всем телом на ноги сестры, упираясь подбородком в острую коленку. Со стороны это больше похоже на посиделки парня и девушки, нежели брата и сестры, но кого это волнует?
Их родственная связь слишком крепкая для тех, кто почти не виделся. Вильям винит себя во всём, что произошло с ней. Обвинял свою бесхребетность и согласность со всем. Тонкие пальцы Валери потихоньку перебирают его тёмные волосы. Всё-таки у Вильяма и Вэрнарда нет ничего общего, кроме заглавной буквы имени.
– Локи сказал, что ему комната больше не нужна, так что, может, переедешь сюда? Эта твоя каморка ну совсем крошечная, – улыбается он, когда её ноготок случайно царапает кожу.
Взгляд Валери становится удивлённым.
– Где же он теперь будет продолжать свой длинный список? – усмехается она.
– Вэл, нет никакого списка. Это выдумка, – глухо отзывается брат. – Он серьёзно заинтересован тобой.
– Это исключительно его проблема. – Сердце почему-то неприятно колет. Мысль о запрете отношений въедается в подкорки, зажимая мозг в тиски.
– Я тут подумал, может, ты бы попробовала обзавестись друзьями, парнем, не сбегая снова. – Голос Вильяма становится совсем тихим и тягучим.
С ним что-то не так. И дело вряд ли в том, что Вэл не хочет вляпаться в отношения с Локи или ещё с кем-то. Он хочет, чтобы сестра была сейчас с ним. Будто бы ищет поддержку и одобрение в её глазах.
Что же ты натворил?
А ему не хватает дыхания признаться в чём-то, будто бы, ужасающем.
– Вил? – Она пересаживается к нему на пол, чтобы заглянуть в тёмные глаза. – Я могу тебе как-то помочь?
Вильям едва заметно кривит губы в усмешку. Она себе-то помочь не может, вечно убегая отовсюду, где чует малейший ветерок.
Её нутро выворачивается наизнанку от одной мысли, что и он вляпался куда-то, куда бы ему не следовало. В области шейного позвонка неприятно жжёт напоминание её безалаберности, мстительности и даже тупости. Благодаря этому вместо крови кровеносная система гоняет сплав из мазуты и слёз, всегда напоминая, что какие-либо отношения обязательно будут использоваться против, что выворачивать людей наизнанку нужно для их же блага, что нажать на курок надо тогда, когда прикажут. Она не хочет такой жизни для него. Для своего Вильяма.
– Я всё, Вэлар. В любой момент меня убьют, – судорожно выдыхает он. – Или же кого-то из моих парней. Я боюсь говорить об этом Кларе, боюсь её осуждения. Я ведь не плохой, я просто делал то, что нужно было для защиты близких. И я не прощу себя, если и тебя втяну в это.
Девушка пытается пересесть с пола обратно на пуф, но он не позволяет этого сделать, крепко сжимая в объятиях, до боли под рёбрами. Кажется, вот-вот, и она треснет в его руках.
– Мы с Волками задолжали одним очень крутым людям, – жмурится, – много задолжали. Мы думали, что отдадим всё мирным способом, но сроки вышли и если мы не отдадим в течение недели, то должны будем работать на них. Мы хотели выкупить бар, очистить его от местных наркоманов, а потом отбить всё с выручки. Как видишь, не отбили. – Вильям смотрит в холодные глаза сестры, ища в них ненависть к нему, но вместо этого увидел непонятное облегчение.
– Кто эти "очень крутые"?
– Сид Оуэлл. – Вильям больше не смотрит на неё, боясь столкнуться с разочарованием. Он слышит её усмешку и чувствует, как она встаёт. Больше не держит.
– Сколько? – Голос меняется до неузнаваемости. Приобретает оттенки серьёзности и властности. Будто бы она всю жизнь говорит эту фразу.
– Пятьсот штук. —Вильям Брэдли смотрит в пол, Валери – в окно.
Как её братец только посмел связаться с Сидом и его компашкой? Сид Оуэлл – один из самых крупнейших наркоторговцев не только Харгандера, но и, чёрт побери, всей страны.
Она заламывает пальцы, всматриваясь в пейзаж города. Шныряющие туда-сюда машины напоминают кровь, струящуюся по венам и прямиком окольцовывающую организм. Кажется, тромб застревает.
Вэл терпеть не может ту жизнь, на которую её обрекли. Вернее, на которую она себя подписала сама. И уж точно затягивать туда брата не было и в планах. Только он сам влез, будто его кто-то специально подтолкнул.
– А что отец? – последнее слово девушка говорит с таким отвращением, что Вильям тут же приковывает свой взгляд обратно к сестре.
–Это он и помог с этим Оуэллом, – усмехается Вильям.
– Не удивлена.
– Когда мы решили выкупить бар, то он посоветовал Оуэлла как доверенное лицо. Мы заняли у него, а дальше ты знаешь.
– Думать надо головой, прежде чем идти к этой крысе. – Он не узнаёт этих непонятных ноток голоса сестры. То, что она всегда вела холодную войну с отцом – не было большим секретом, но будто бы она не договаривает о чём-то слишком важном. – Когда нужны деньги?
Вильям резким движением поднимается с пола, подходя вплотную к сестре. Что она скрывает?
– Даже не смей влезать в эти дела, поняла меня? – Его руки больно сжимают худые запястья, но Вэл на это не реагирует. Вместо реакции боли кристальный взгляд становится мутным стеклом.
– Я спрашиваю ещё раз: когда нужны деньги? – говорит чётко и отрывисто, чем ещё больше злит Вильяма.
– А я ещё раз повторяю: не смей в это совать свой нос.
– Серьёзно, Вильям? Я единственный человек, который может тебе сейчас помочь практически безвозмездно.
– Ты сама себе помочь не можешь, вечно сбегая! – Его взгляд полыхает огнём, когда она спокойно высвобождает свои запястья из цепкой хватки.
– Ты, правда, думаешь, что я просто так бегаю по странам и городам? Только прячась от охоты Вэрнарда? Да, по началу это было так. Но ты не думал, что маленького ребёнка могли быстро вернуть родителям на границе? – Её звериная усмешка не даёт покоя, заставляя сердце колотиться, а сталь стремительно наполняет ушные раковины.
Валери разворачивается спиной к брату, приподнимая волосы. Маленькая, аккуратная татуировка в виде галочки сидит прямо по росту линии волос. Как он мог не заметить это клеймо?
– Как давно? – голос больше похож на рык. – Как давно ты в Стае? – Отвращение.
– Сколько помню себя. – Вэл гордо разворачивается лицом к брату.
– Как тебя угораздило попасть туда? – Вильям вне себя от ярости и злости на неё.
Она связалась с плохими людьми. С худшими, по его мнению, людьми. С теми, кто принял её после того, как семья заставила уйти.
– Семь лет назад я не придумала ничего умнее, чем бежать в Россию. Я помню, как много дедушка Арнэ рассказывал про эту страну. Я в первый раз провернула всё настолько идеально: стащила кредитку, подделала документы, на все вопросы моим ответом были деньги. Я бежала от Вэрнарда, от отца, от всего того, во что меня хотели втянуть и от того, за что братец желает мне смерти, – Губ Валери касается горькая усмешка. – Как видишь, мне не удалось. Александр Коршунов – глава Стаи и огромного бизнеса «FLOCK» – случайно сбил меня на машине. Я до сих пор не знаю, что тогда он увидел во мне, почему стал помогать, а не просто уехал в своём направлении. Но с того дня всё поменялось. А знаешь, что самое противное? Наш папаша, когда узнал об этом, обрадовался, – истерический смех впивается под кожу Вильяму, – да, Вил. Тот самый любящий своих детей Джеймс Брэдли оказался ещё большей тварью, чем те люди, которые заменили мне жизнь. Отец сказал, что теперь я точно смогу помогать процветанию его бизнеса, но нужно будет устранить маленькую детальку в виде Коршунова. Как видишь, папаша стал ненавидеть меня ещё больше.
– Я не верю в это, – зажмуривает глаза Вильям. Ничего не складывается. Что за сказку она ему пытается рассказать? – Ты лжёшь.
– Ты прав только в том, что всё это время я лгала тебе, не говоря, кто я и почему всегда сбегаю. Только в этом случае я – лгунья. О’кей? Паршивая овца, дефектная сестра, которой никто не нужен!
– Ты попала туда, где теряют человечность! Где вообще не знают, что такое нормальный, белый бизнес!
– Должно быть очень легко стоять здесь и осуждать меня? Окружённым всем, что у тебя есть. – Она обводит взглядом гостиную. – Потому что я провела семь лет в изгнании из семьи, в бегах и работе, которую не поручают нормальным людям! Я так долго боролась с чувством того, что каждый дюйм моего тела хотел убить тебя, Вэрнарда и Джеймса. Каждая грёбаная частичка. И если для них моя рука не дрогнет, то тебя я простила. Потому что единственный способ выжить – это если ты поможешь мне! И мне нравится жить, потому что, честно говоря, я не успела сделать это до того, как каждый из вас решил, что я не достойна!
Вильям отходит на несколько шагов назад, оседая на пуф. Чёрт! Он облокачивается локтями на колени, смотря куда-то вниз, будто пола в его пентхаусе не существовало. Только он виноват во всём, что случилось.
Если бы тогда защитил, если бы смог. Чёрт!
Тёмный взгляд снова возвращается к недрогнувшей и на ничтожную секунду сестре.
– Вил, в этом нет твоей вины. – Она разгадывает его мысли тут же, будто он вслух говорил. – Просто так бывает. Бывает, что твоя семья – психушка.
– Мягко сказано, – зло усмехается Вильям. – Мать – наркоманка-суицидница, отец – чуть ли не наркобарон, старший брат-маниакальный псих, пытающийся тебя убить, а ты всего лишь работаешь на ублюдков, чей бизнес хочет забрать отец. Сказка!
– Что? – Валери будто замирает в лице.– Что ты сказал про отца? Ты знал?
– Конечно, я знал, Вэл. – Парень истерически смеётся. – Он же наш отец. Его бизнес должен быть нашим. Он отчаянно готовил Вэрнарда к этому, когда я послал его. Я хотел огородить тебя от этого… Я…
– Господи, чего ещё я не знаю? Может быть, ещё и наш дед барон наркокартелей, а? – сверкает глазами девушка.
– Не неси чушь, Вэл. Дед Арнэ давно мёртв, а дедушка Роб и мухи не обидит, купаясь в своей нефти.
– Я постоянно задаюсь только одним вопросом: почему я? Видимо, теперь, пришло говорить: почему мы? – Вэл садится рядом с братом, всматриваясь в смеющийся над ними Харгандер.
– Может, хватит "я" в твоей жизни? – тихо спрашивает Вильям. – Пора впустить тех, кто поможет тебе.