Соавторы: Анастасия Фоминых-Самойленко
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 4 страниц)
— Степан Петрович. Более известен, как Хирург, — представился хриплым, но приятным голосом мужчина. Когда врач подошел к пациентке, Настя заметила напоминания о непростой прошлой жизни: усыпанное лицо мелкими шрамиками разной формы; от виска до шеи пролегал один длинный, давно затянувшийся, шрам, проходящий через уголки губ; на шеи у мужчины остался большой и уродливый ожог; руку, что он протянул в знак приветствия, была покрыта всевозможными рубцами и следами ножа, как свежими, так уже и зажившими. Петрович являлся не простым врачом. Некогда потухшие и грустные глаза, который заметила девушка, засверкали странным азартом, стоило ему увидеть юную особу на пороге. Мужчина выглянул из кабинета и окликнул кого-то в конце коридора. Настя услышала лишь цоканье каблучков и звук маленьких колесиков, должно быть человек перевозил капельницу из палаты в перевязочную.
— Варя, зайдите к нам!
Через какое-то время вошла девушка лет двадцати в белом халате, с аккуратно убранными волосами под колпаком. Она была хороша собой, стройная, но на шее из-под накрахмаленного воротничка виднелась метка в виде тату, означающие, что девушка недавно покинула места не столь отдаленные. При виде Антона медсестра тут же кокетливо заулыбалась, слегка смутившись, отвела глаза в пол. Настя кинула взгляд сначала на нее, потом на знакомого, затем опять на Варю.
— О боже мой… — она театрально ахнула и подошла, а точнее похромала к медсестре.
— Варвара, он деспот, козел, тиран и бандит, — проговорила девушка той, приобнимая за плечи. Антон, разумеется, все слышал, ведь таков и был план. — Подумайте хорошенько оно, вот оно, вам надо? — искривленным голоском закончила Настя, скорчив моську, будто почувствовала неприятный запах. Варя залилась еще большей краской, казалось, что её щеки сейчас начнут полыхать огнем. Настя только издевательски хихикнула, похлопав медсестру по спине, и вновь уселась на кушетку около стола врача. Хирург молча наблюдая за реакцией Антона, расплывшись в улыбке из-за смелой выходки девушки. Молодой мужчина с каменным лицом перекидывал взгляд с девчонки на влюбленную помеху, недовольно цокнув языком.
— Прекращай цирк, мелочь.
— Хе-хе, вся в брата, — констатировал факт старый доктор.
«Значит, Алекс знает это место, этих людей и бывал тут. Интересно, здесь ему вынимали пулю из руки?» — подумала про себя Настя.
— Надо было тебя там бросить, еще и переехать, — угрюмо рыкнул Тони, глядя на Громову.
— Варя, отведи ее в седьмую смотровую, я сейчас, — обе девушки удалились. Мужчины остались наедине в тяжелой тишине.
— Твоя работа? — хриплым голосом спросил старый мужчина, жестом предлагая присесть парню. Тот провел татуированной рукой по своему бритому черепу и махнул головой в знак согласия.
— Выскочила из арки, я не заметил, — что-то в его голосе отдавало виной, либо перед этим человеком Тони мог быть тем, кем являлся на самом деле. Не строить крутого парня, гангстера и плохиша. Он уважал Петровича, за которым тянулись интересные истории и легенды. Тони всегда спрашивал совета и бежал в первую очередь к старику, если вляпается. Вот и сейчас он сидит здесь… Вляпался. — Она когда перелетела через капот… — как-то сложно у Антона складывались мысли в слова, а слова в предложения, то и дело посматривая за Петровичем, словно ожидая какой-то конкретной реакции.
— Я тебя понимаю, — врач задумался. — ты всё ещё винишь себя в смерти Ольги. Антон, я знаю, что ты не отпустишь девочку просто так. Но и не убьёшь. И я уверен, что твоя горячая кровь и злоба вкупе может дать плачевный результат, — мужчина смотрел на парнишку исподлобья, через очки, съехавшие на сломанный не раз нос, опираясь на крышку стола локтями. Очевидно, что добрый на вид доктор давно знал историю Антона и его трагедию.
— Девчоночка она бойкая, конечно, — внезапно выдал Антон и невольно улыбнулся. Врач коротко усмехнулся, будто что-то понял. Он вальяжно откинулся на спинку стула и продолжил:
— Я знаю почему она здесь, почему не бросил там, почему сейчас уставился в пол, как виноватый котенок, — голос мужчины стал грубее, жёстче и громче, Антон нервно сглотнул и посмотрел усталыми глазами на доктора.
— Петрович… — начал было Тони и вновь уткнулся взглядом в пол, теребя в руках ключи от машины. — … просто осмотри её, пожалуйста, — за этими словами скрылась явно не просто просьба. Врач в белоснежном халате кивнул и проследовал в смотровую, не задавая лишних вопросов.
Седовласый мужчина осмотрел пострадавшую и сделал первый вывод:
— На первый взгляд только ушибы. Но всё точно скажу завтра, так что располагайтесь, госпожа Громова Анастасия Викторовна, — девушка грустно вздохнула, ей предстоит провести ночь в этом странном заведении. Мужчины лишь пожали руки. Покинув палату, Антон протянул солидную пачку денег врачу и добавил:
— Хирург, только мне! Никому о ней не сообщай и персоналу передай, — вслед за этими словами он протянул еще немного купюр. Старый врач одобрительно кивнул, тяжело вздохнув, и проводил посетителя.
Настя видела всю сцену в щëлку неприкрытой двери, не понимая, что происходит. Такая своеобразная забота, не присущая Лоренцу или специально закрыл её здесь, так как отпускать не собирался?
— Дорого я тебе обхожусь, — не могла не прокомментировать сцену «оплаты» Настя, приоткрыв сильнее дверь, застав уходящего Антона, но ответа так и не последовало.
За окном, на темнеющем небе лениво блуждали тучи, подсвеченные луной, во дворе лаяли собаки. Во мгле ночи Настя не увидела, что сбоку от здания есть ещё одно, похожее на прозрачный купол сооружение. Однако чуть позже объект красиво засветился белыми и желтыми огоньками.
Девушка высунула нос из палаты и, убедившись, что сестра на посту занимается историями, тихо поковыляла к выходу. Мышцы, которые пострадали в аварии, как назло заныли от боли, но подростковый азарт вёл дальше. К её счастью, обход давно закончился, и коридоры пустовали, позволив незаметно подойти к двери. Вход всегда открыт на всякий случай, через который она, хромая, выбралась на свободу. Девушка с трудом спустилась по ступенькам «античной» постройки и медленно направилась по тропинке к хрустальному куполу
Врач, отдыхающий у фонтана, заметил тонкий силуэт Анастасии и двинулся за ней, подумав, что это отличный момент рассказать почему она здесь. Он зашёл следом в небольшой дендрарий. Настя не вздрогнула и не испугалась, лишь смотрела на ярко цветущие красные розы.
— Я его никогда не видел таким… Уже долгие годы, — неторопливо проговорил мужчина. Девушка молчала, лишь любуясь цветами.
— Ее застрелили? — нарушила тишину она своим ошеломляющим вопросом. Настя знала, а точнее дошел слух, о печальной истории разборок, когда Тони был совсем юным и только вливался в ряды банды.
— Про такое говорят «шальная пуля». Сестре Антона — Ольге и досталась она. Девочку везли через весь город, прооперировали, вынули осколки металла, но это не помогло, и ночью, в районе 5 утра сердце молодой девушки остановилось, — быстро проговорил горьким голосом Петрович и, понурив голову, добавил:
— Ее не спасли, — холод и боль чувствовались в его словах.
— Он тебя сюда притащил, только чтобы очистить свою совесть. Деньги суёт, думает, что выкупает ошибку. —сейчас стало немного яснее, чем же подкреплено такое заботливое поведение бандита. Свою сестру не уберег, пытается заботиться о сестре другого. Врач был уверен, будь на месте другая девушка, Антон бы и ту сюда приволок.
— Эта пуля предназначалась ему, — домыслила сама Настя, на что Хирург положительно кивнул.
— В нем кровь, злость и горе кипят одновременно. И то, что на дороге оказалась именно ты, большая удача для Лоренца. — с этими словами, что прозвучали, как недосказанное пророчество, Хирург покинул прозрачную теплицу, оставив Громову в размышлениях.
Настя блуждала по территории больницы еще около часа, утопая в раздумьях и воспоминаниях. Она четко помнила испуганное лицо Антона, когда открыла глаза. До вчерашнего дня представить не могла, что внутри у него есть какие-то чувства помимо жестокости и кровожадности. Этот молодой человек удивлял. Кажется, Настя уже была готова изменить свое отношение к бандиту.
На следующее утро, как только лучи солнца пробились через занавески, дверь в палату распахнулась. Зашли трое.
— Опять ты… — Настя еле разлепила глаза, проигнорировав врача и Варю, обратила внимание только на Антона. На его лице красовался синяк и небольшая царапина.
— Оу, красавчик… — не смогла не подколоть Лоренца девушка, но сейчас уже не так ядовито, а более шутливо и мягко.
— Ушибы, ссадины на лопатке, вывихнутая лодыжка и небольшое сотрясение, — сообщил результаты анализов Хирург, держа в руках рентгеновский снимок. Словно слушая зверский приговор, а на деле ведущий к мерзкой постели на пару недель, девушка поджала губы, уголки которой спускались все ниже. Врач изредка поглядывал то на Антона, то на Настю, которые смотрели друг на друга, не моргая.
— Это многое объясняет, — сакцентировал на последнем свое внимание Антон. И с трудом отвлекся от «гляделок».
Доктор заметил, что девушки уже не с таким презрением смотрела на Лоренца, можно сказать, что взгляд стал более бархатным. На мгновение между ребятами пролетела искорка симпатии. Он впервые видел, чтобы на Тони так нежно смотрели.
— Степан Петрович, я могу идти? — выдохнула пациентка, проигнорировав слова молодого человека.
— Да, вполне, но на осмотр через недельку заедите, — добавил врач, и они с Варей вышли, оставив ребят наедине.
— Подвезешь до города? А то хрен знает куда ты завез меня, — Настя стала собирать вещи и совсем не смотрела в сторону Тони.
— Сядь, — грубо сказал он и, поставив стул спинкой к девушке, переступил через него и сел, раздвинув ноги.
Настя услышала в его словах и угрозу и волнение. Смотря с осторожностью на мужчину, она медленно опустилась на мягкую кровать, зажав в руках вчерашнюю порванную футболку. Когда Антон оказался напротив, девушка заметила небольшой шрам от ножа на скуле молодого человека. Скользнув взглядом по лицу парня и встретившись с его голубыми и злыми глазами, она испугалась, прикусив себе щеку, во избежание показать эмоции и быстро выдала:
— Ты не отпустишь меня? — догадалась Настя. Это было очевидно. Сестра прямого конкурента, сама выпрыгнула под колеса, и сейчас это лучший инструмент для шантажа. Можно сказать «подарок» для решения всех деловых проблем Антона.
— Ска, откуда ты такая сообразительная? — плеснул ядом Антон и резко встал со стула, с грохотом убирая его на место.
— Забрала последний мозг у брата, — это не могло не вызвать улыбку Тони. Тогда она впервые увидела эмоции на лице парня. Настя, смирившись со статусом «заложницы» и пониманием почему Лоренц это делает, собрала остальные вещи. На прощание врач обнял пациентку, а Варя недовольно сверлила ее взглядом. Ребята покинули территорию частной больнице «для бандитов».
========== Пленница ==========
Чëрный внедорожник мчался вдоль лесополосы. Девушка смотрела в окно и думала, сколько трупов тут закопал её попутчик. Однако это был простой интерес, ни страха, ни ужаса, ни отвращения она не испытывала.
— Я понимаю, тебе повезло. Ухватить такой инструмент для шантажа! — Настя говорила, словно в пустоту, но краем глаза заметила, как Тони одобрительно улыбнулся уголком губ. Томно вздохнув, осознавая затянутость и скуку дальнейшей поездки, девушка порыскала глазами по салону, но единственным интересным объектом всё также оставался водитель. Он, оказывается, очень красивый. Особенно для того, чем занимается.
Обычно все его «коллеги по цеху» были награждены шрамами, выбитыми зубами, порезанными лицами, у кого-то пол физиономии обожжено не то огнем, не то химикатами. Выглядели бандиты, мягко говоря, непрезентабельно. Не сказать, чтобы и Антон был моделью. С идеальной кожей, но хитрым прищуром голубого цвета глазами, почти хрустальными, прямым носом, пухлыми, что редкость для парня, губами, высокими скулами, изредка пульсирующией от напряжения веной на шее. Все черты лица были чёткими и грубыми.
Пара шрамов на лице придавали ему более суровый вид. Крепкие и спортивные руки с выступающими венами — особый фетиш для Анастасии. Сегодня Тони надел чёрную футболку, темно-синие джинсы и берцы. Короткий рукав оголял его бицепсы, порезанные ранее ножом и пару шрамов от пуль. Настя считала его исключительно притягательным мерзавцем.
Антон вёл машину одной рукой, пока локоть второй лежал на открытом окне, а сама кисть время от времени прилегала к губам, чтобы сделать затяжку. Горький дым ударил в нос, она прокашлялась, открыв окно со своей стороны. Несмотря на то, что девушка сама имела пагубную привычку, пары табака не нравились и вызывали приступы дикого кашля. Тони недовольно скривился и протянул попутчице конфетку, что нарыл у себя в кармане.
«Откуда у него вообще завалялась конфетка?»
— Держи, только захлопнись, — произнёс он грубо, вновь погрузившись в мысли.
Девушка с радостью выхватила сладость и, развернув, забрала губами с обёртки, заметив текст на бумажке, задорно начала читать его:
— Отгадай загадку,
Доброе, хорошее
На людей глядит,
А людям на себя
Глядеть не велит, — улыбаясь, прочла Настя и перевела взгляд на парня.
— Отвали, — устало и раздражённо выдохнул парнишка.
— Ответ неверный… — она знала, что это бесит Антона, но продолжила пользоваться своим положением ценной «заложницы».
— Громова, сейчас завершу, что вчера начал, — с намёком на то, что переедет совсем, рявкнул бандит. Доводить Антона доставляло особое наслаждение девчонке. Настя мило улыбнулась и с невинным выражением лица рассказала ответ:
— Это Солнце, — прогундосила она. — «как ты» — захотелось добавить, но просто смяла бумажку, оставив в своем рюкзаке. Внезапно появившиеся мысли о сравнении Антона и небесного светила ввели девушку в недоумении.
«Это что такое было, Анастасия Викторовна?» — спрашивала она сама себя и пыталась найти объяснение, которое пока не лезло в голову.
Оставшийся час ребята ехали в тишине, погруженные в свои раздумья. И лишь к вечеру добрались до небольшого поселка недалеко от города. Машина остановилась около большого дома. Красный забор скрывал от любопытных глаз широкий и уютный двор. Ворота с грохотом открылись, и Мерседес заехал на парковочное место.
— Это твой? — поинтересовалась Настя, оглядывая особняк. Она уже сама выбралась из авто и похромала по лужайке, мимо кустовых роз. Нога все еще болела, но не так сильно.
— Наш… родители иногда бывают, — на удивление спокойно пояснил молодой человек. Во дворе сидела привязанная породистая овчарка, которую Настя заметила только после грозного рыка, но увидев хозяина, пёс радостно забегал и завилял хвостиком. Антон тоже повеселел, увидев мохнатого друга. Подойдя к нему, бандит дружелюбно потрепал за морду, крепко обнял и отпустил с привязи. Пес начал весело бегать по территории, резвясь со своими игрушками. Настя впервые увидела такого Антона. Это был еще один микро шаг, который встрепенул ее чувства к парню.
— Ты умеешь таким быть? Не суровым, не злым и не мудаком? — мягко, еле слышно проговорила девушка, подойдя к знакомому, что все еще сидел на корточках около будки. Тот ничего не ответил, даже не посмотрел на девчонку, просто встал и подошел к двери, а на лице вновь отразилась маска «суровый мужик».
«Молчание — тоже ответ» — подумала Настя. С этой минуты он стал еще интереснее. Ей захотелось докопаться до настоящего Антона Лоренца, а не того черствого ублюдка, которой держит в страхе полгорода.
— Особое нужно? — он открыл тяжелую, черную дверь. Девушка нервно сглотнула, словно ей предстояло войти в обитель зла.
«Дом самого Калибра, что там будет? Пыточная в подвале? Утюги на выбор и паяльники любых размеров?» — стереотипно Настя начала перебирать варианты интерьера. Она робко шагнула на крыльцо. Антон догадывался почему юная особа медлит, но не торопил.
«А может там трупы в мешках разложены?» — ещё один шаблон промелькнул в голове.
Девушка сделала ещё шаг, переступив порог. Приятный запах дерева витал в воздухе, что немного расслабляло. Дом казался громадным, в таких она никогда не была. Прямо вел длинный коридор, упирающийся в кухню-столовую, слева прижалась к стене широкая лестница из тёмного дерева, с которой лениво спустился черный кот и, потягиваясь, мурлыкнул, требуя еды. Редкие лучи закатного солнца пробивались в гостиную, которая открывалась сразу взору, если повернуть направо. В центре комнаты растянулся огромный ковер молочного цвета с грубым ворсом. В тонких струйках света виднелись немногочисленные пылинки, на коричневой тумбочке стоял патефон, и рядом россыпью валялись пластинки. На столике, недалеко от современного музыкального проигрывателя, находился большой телевизор. Кожаный диван коричневого цвета расположился в противоположной стороне комнаты, так, чтобы было удобно смотреть кино. По бокам от него стояли такие же кожаные большие кресла. Вдоль свободной стены растянулась самая модная стенка коричневого цвета под лаком, с множеством полочек, как открытых, так и за стеклом и шкафчиков, скрывающих содержимое. В центре, за прозрачным и натёртым остеклением пылились хрусталь и редкий фарфор с китайскими рисунками. Все в комнате говорило о состоятельности семьи. Не выглядело пошло и безвкусно.
