Текст книги "Я помогу тебе (СИ)"
Автор книги: Efen
сообщить о нарушении
Текущая страница: 18 (всего у книги 20 страниц)
– Стив поговорит со своим братом, – произнёс первое Дерек, садясь в машину.
– Об этом ты с ним разговаривал?
– Да, – ответил тот, кивнув. – Он пересмотрел свою точку зрения, так что, думаю, будет воссоединение братьев, как ты и хотела.
– Замечательно, – выдохнула Рэйчел, устало улыбнувшись.
– Но теперь ты должна отдыхать. Кажется, ты перетрудилась. И лучше тебе сходить к врачу, таких резких и сильных болей не бывает просто так после травмы.
– Схожу, – ответила Рэйчел, но не готова была обещать этого.
Дерек завёл двигатель, и машина тронулась с места, а Рэйчел начала думать о том, что же Стиву сказал этот мужчина, что тот резко передумал. Рэйчел была уверена, что Дерек умел убеждать, но, наверное, она была слишком упёртой для него. Она ничего плохого не видела в своём состоянии, и думала, что всё это скоро пройдёт. Пока они ехали и изредка говорили о всяких мелочах, девушка заметила, что ей стало совсем легко. Головокружение, как и сама боль, полностью прошли, но она продолжала чувствовать себя вяло, из-за чего хотелось прилечь и укрыться одеялом.
Совершенно незаметно они доехали до дома, и Дерек хотел протянуть свою руку, чтобы помочь Рэйчел дойти, но та лишь отмахнулась от помощи и самостоятельно, вполне нормально, поднялась по лестнице и дошла до своей квартиры. На пороге она в очередной раз поблагодарила мужчину за помощь, а затем зашла домой и разулась. Есть до сих пор не хотелось, поэтому Рэйчел, переодевшись в домашнюю одежду, прилегла на диван и уставилась в потолок.
Несколько минут она пролежала в тишине, чувствуя, что спать совершенно не хочется, поэтому, долго не раздумывая, она вновь взяла в руки дневник и открыла на том месте, на котором остановилась.
«Не думала, что это когда-то случится, но я попробовала впервые травку. Это было странное ощущение, но мне даже понравилось. Мы были с Нэнси на очередной вечеринке, и в какой-то момент мы так там натанцевались, что решили отойти на улицу и присесть на крыльцо дома. Мы разговаривали по душам. Я рассказывала ей про Рэйчел, а она мне про своего младшего брата и отца, который любил выпивать. Я узнала, что у неё нет матери уже как четыре года, потому что та погибла в автокатастрофе. Мне стало жаль Нэнси, и я не заметила, как под эту грустную историю мы обе начала плакать. А затем к нам присоединился Ник. В последнее время он слишком часто появлялся в поле нашего зрения, но, если честно, я уже как-то даже привыкла к нему. Он мне больше не казался тем ужасным человеком, как я думала изначально. Иногда он был даже вполне весёлым парнем, и в последнее время я его практически не видела под кайфом.
Ник будто знал, в какой именно момент к нам надо было подсаживаться. Он видел нас обеих зарёванных, поэтому без слов просто протянул свой косяк. Сначала его взяла Нэнси, и так сильно затянулась, что, наверное, улетела с первой секунды. Её лицо тут же разгладилось, и она вытерла свои слёзы, что текли по щекам. Затем она сделала ещё пару затяжек, и уже после передела обратно Нику.
Я видела, как Ник смотрел на меня, держа травку в руке. Он будто думал, стоит ли мне предлагать, и этот нерешительный взгляд меня начал раздражать. Тогда я сама забрала у него из рук косяк и начала курить. Впервые в жизни.
Не могу сказать, что это было неплохо. Это было очень даже классно. Мне стало сразу так легче. Не скажу, что я получила какую-то невероятную эйфорию, но все проблемы начали казаться мне таким пустяком. На лице со временем стала появляться улыбка, и, переглянувшись с Нэнси, мы начала хихикать.
Грустные истории ушли на задний план, и мы начали рассказывать смешные казусные моменты из детства. Мы так и продолжили сидеть на крыльце втроём, смеясь друг над другом. Оказалось, что у нас с Рэйчел было много проказ, о которых я вспомнила, но, чтобы заглушить боль, я снова затягивалась. В какой-то момент всё даже стало происходить как в тумане, но одно я помню точно.
Передо мной встал Джеред. Мы трое замолчали, когда увидели человека, что перегородил нам взор на дорогу. Джеред стоял с широко расставленными ногами, сложив руки на груди. И он улыбался так, будто рад был видеть меня после долгой встречи.
Моё сердце ёкнуло и ухнуло куда-то в пятки. Я обернулась к Нэнси, чтобы понять, привиделось ли мне или она тоже видит Джереда, но судя по её взгляду, она тоже его видела.
Ник же продолжал курить, будто Джереда и вовсе не было. Он был на своей волне, и его не интересовала драма, которая могла начаться прямо в эту же секунду. А Джереда, кажется, тоже не волновала эта драма.
– Дженни, не хочешь отойти поговорить? – с улыбкой спросил он.
– Нет, спасибо, – выдавила я из себя, хотя хотелось в этот момент совершенно другого.
– Да ладно тебе, пошли.
Даже ничего больше не спрашивая, он подошёл и взял меня за руку, притягивая к себе и начиная уводить в сторону. На секунду я обернулась, чтобы взглянуть на оставшуюся парочку на крыльце, которые переглядывались друг с другом, но не спешили на помощь. Но нужна ли была мне помощь? Ведь если я не хотела, я бы не пошла с ним за дом, но вместо этого я даже не пыталась скинуть его руки. Я послушно шла вместе с ним до тех пор, пока он не остановился и не прижал меня к фасаду, наклоняясь надо мной.
– Дженни, я скучал.
Его дыхание опалило мою шею. Я хотела оттолкнуть его, но не могла этого сделать. От его слов у меня в животе поднялись бабочки, и я вновь почувствовала все те чувства, которые давно пыталась в себе подавить. Они с новой силой выпрыгнули из потёмок души.
– Как же я скучал, крошка, – прохрипел он.
– Ты врёшь.
– Нет, это правда.
– А как же та девушка, с которой ты был?
– Она мне неинтересна. Только мозг выносит постоянно. Не то, что ты. Ты же всегда была такой замечательной.
Я не могла устоять, когда он дышал мне так в шею. Вместе с этим он целовал мою кожу, из-за чего у меня появлялись мурашки. Не знаю, виновата ли выкуренная трава или что, но я будто ощущала это всё по-иному. Меня переполняли странные чувства. Я готова была взорваться в экстазе прямо в эту же секунду у этой стены. Я даже не заметила, как мои руки легли на его живот, а из моих уст вырвался стон.
– Ты такая милая, когда накуренная, – рассмеялся он, находя мои губы. – Меня это даже заводит. Плохая Дженни.
Впервые плохая. Действительно плохая, и мне это даже нравилось. Я не должна была быть хорошей. Не должна была поступать правильно, а должна была делать то, что хотела, поэтому я первая поцеловала его. Мы целовались так страстно, что было видно, как мы соскучились друг по другу за этот год. Нас переполняли эмоции и желание, которое заставляло гореть наши тела.
Не успели мы оглянуться, как наши вещи были приспущены, и мы занялись сексом прямо у стены дома с задней стороны, где нас легко могли найти. Я даже не знаю, проходил ли кто-то в этот момент и видел нас, но после секса мне было даже на это всё равно. Я отдавалась полностью Джереду, и в этот момент была как никогда счастлива.
Жалею ли я об этом? Нет. И никогда не пожалею.»
Рэйчел выдохнула, покачав головой, но не могла ничего сказать даже вслух. Дженни поступила так, как Рэйчел того и ожидала. Вместо каких-то упрёков она лишь перевернула страницу и начала читать последующие записи, и все они вновь были про Джереда.
Дженни вновь начала встречаться с Джередом, но теперь чаще всего их встречи происходили на общих вечеринках, где они оба курили траву. Им было весело, и, судя по всему, в эти моменты сестра действительно была счастлива.
Рэйчел не могла её в этом винить. После того как она поступила, это была и её вина, что Дженни пошла по этому пути, но, как сказал Дерек, она должна была жить своей жизнью. Кто же из них двоих был прав, она пока так и не поняла, поэтому продолжила читать дневник.
Она успела прочесть ещё несколько записей, где были описаны вечеринки с Джередом, а затем Рэйчел не заметила, как уснула на диване. Во сне ей казалось, что она так же сидит рядом с Дженни на крыльце и смотрит на косяк в руках у Ника, размышляя о том, забрала ли она траву у него или же нет.
========== Глава шеснадцатая ==========
Этот день настал столь быстро, что Рэйчел к нему нисколько не подготовилась. Она знала, что пройдёт год и настанет первая годовщина смерти Дженни, но Рэйчел совершенно не была к этому готова. Как только она открыла глаза, лежа в кровати, то поняла, что не в силах встать. Она не могла спать ночью, а на утро была столь опухшей, будто выпила перед сном не один литр воды. Голова гудела, руки тряслись, а из глаз вот-вот должны были политься слёзы.
Рэйчел еле нашла в себе силы встать и пойти одеваться, ведь в десять утра её мать ждала на кладбище. Они договорились там встретиться, но Рэйчел всё бы отдала, чтобы там не появляться. Она не могла смотреть на могилу своей сестры, но деваться было некуда.
В назначенное время она всё же появилась там, облегчённая в тёмные штаны и чёрный плащ, держа в руке маленький букет белых цветов. Странные чувства переполняли девушку, когда она подходила к кладбищу, у входа которого стояла мать. Это место не было столь мрачным, как думалось, но и ничего прекрасного в нём не было. Могилы находились слишком близко друг к другу, и казалось, что не хватает свободного пространства. Имена покойных были выгравированы на камнях вместе с датами их рождения и смерти. Рэйчел пыталась не читать их, пока подходила к матери.
Её мать выглядела столь же печальной, как и сама Рэйчел. Перебросившись парой слов, они направились внутрь кладбища к нужной могиле. Они шли всего несколько минут, пока не дошли до того места, где была похоронена Дженни.
Последующее время было для Рэйчел словно в тумане. Она практически не помнила, как положила цветы, а затем обняла мать. Скорее всего они обе плакали, стоя у могилы, пока Алана рассказывала о последних днях Дженни в больнице. Эти слова были словно ножом по сердцу Рэйчел, ведь в то время её не было рядом с сестрой. Она до сих пор не могла простить себе этого.
Прошёл год с того вечера, как Алана позвонила Рэйчел в слезах. Это было словно вчера. Будто вчера она вышла с работы, а ей поступил этот печальный звонок, который изменил всю её жизнь. Рэйчел было столь же больно сейчас, как и год назад. За всё это время она не свыклась с мыслью, что её сестры больше нет.
На душе было просто ужасно. Слёзы тихо скатывались по щекам. Рэйчел сегодня даже не красила ресницы тушью, так как знала, что не сможет сдержать слёзы. Она рыдала у могилы, мысленно прося прощения у Дженни за всё, что она не смогла для неё сделать. Она сожалела о многом, и, если это можно было исправить, она бы всё отдала ради этого. Рэйчел бы не была такой эгоисткой и больше бы проводила времени с Дженни, ведь именно этого той не хватало.
Она не знала, как добралась до выхода из кладбища, где её ждало такси. Алана что-то сказала про обед в доме, но Рэйчел была не в том состоянии. Ей было так больно, что она хотела вновь сбежать с этого места. Сбежать как можно дальше, чтобы забыть обо всём. Чтобы вздохнуть полной грудью и больше не ощущать эту боль. Алана понимала её, поэтому молча кивнула и попрощалась, когда дочь залезла в такси.
Всю обратную дорогу до дома Рэйчел провела будто в бреду, и очнулась только тогда, когда они стали подъезжать к дому. Она вспомнила, что в тот вечер, ровно год назад, рядом с ней был Спаситель, и в этот момент она как никогда почувствовала, как нуждается в нём. Её руки сами потянулись к телефону, пальцы набрали нужный контакт и Рэйчел поднесла трубку к уху, слушая равномерные гудки. Она звонила Спасителю, чтобы услышать его голос. Чтобы понять, что она не одна в этом мире, и что есть кто-то, кто может разделить с ней эту боль.
Но её звонок остался без ответа. Губы предательски дрогнули, и Рэйчел, отложив телефон, запрокинула голову. Она так нуждалась в нём, но он вновь был недоступен. Чем он был занят в этот день? Она не хотела оставаться одна. Ей требовалось с кем-то поговорить, кроме мамы.
Когда машина остановилась у подъезда, Рэйчел неосознанно взглянула на стоянку, где обычно стояла машина Дерека. Уже было время обеда, выходной, но стоянка была практически пуста, а нужной машины не наблюдалось. Тогда Рэйчел расплатилась за такси и вышла на улицу, где попала под слабый дождь. Но даже несколько капель заставили девушку ускориться и быстрее направиться домой. Поднявшись по лестнице, Рэйчел на мгновение остановилась перед дверью квартиры, а затем, почувствовав пустоту в сердце, повернулась и подошла к двери соседа. Она занесла руку и, не раздумывая, постучала в закрытую дверь, прислушиваясь к шагам, которых не последовало. Тогда она постучала ещё, затем ещё раз, пока не стала буквально бить по двери, чувствуя, как глаза вновь увлажняются.
Она хотела упасть в чьи-то объятия, но никого не было рядом. Дерека не было дома, поэтому, шмыгнув носом, Рэйчел развернулась и достала ключи из кармана, чтобы открыть дверь и попасть к себе домой. На пороге она тут же скинула пальто на пол, а сама направилась в гостиную, где завалилась на диван лицом вниз. Несколько минут она так и пролежала в тишине, думая о Дженни и том, что её уже не было рядом с ней целый год.
Что же ещё творилось с ней, о чём Рэйчел даже и не знала? Как она прожила оставшиеся года, пока они жили в разных городах? Порой они созванивались, но, кажется, это было столь редко, что никто из сестёр и не собирался открываться друг перед другом.
Повернув голову, Рэйчел посмотрела на злосчастный дневник, который так и лежал на краю дивана. Он по-прежнему был открыт и будто звал девушку, чтобы она прочла его уже до конца. Рэйчел прикрыла мокрые глаза лишь на мгновение, а затем, утерев слёзы, приняла сидячее положение и потянулась за дневником, открывая новую запись.
«Наши встречи с Джередом были регулярными, поэтому неудивительно, что я забеременела в итоге. Эта новость так ошеломила меня, что я долго не могла в это поверить. Когда я сделала тест на беременность, я ещё долго смотрела на две красные полоски, понимая, что это значит. Не могу вспомнить, что именно чувствовала в тот момент. Но это точно была не радость.
Я не знала, как об этом сказать Джереду, поэтому молчала о беременности почти два месяца. Наши встречи так же проходили на вечеринках, поэтому я не могла просто подойти к нему и ошарашить этим известием. Я так же не говорила об этом маме и Рэйчел, и пыталась скрывать это до тех пор, пока не решу эту проблему, или пока это уже невозможно будет скрывать.
Помню, как одним днём написала Джереду, что нам надо поговорить. Он заехал за мной, наверное, впервые за столько времени, и мы поехали на побережье. Он знал, что я хотела поговорить, поэтому решил это сделать в машине на парковке. Джеред внимательно смотрел на меня, будто ожидал чего-то, но прежде, чем я успела открыть рот, он неожиданно заговорил первым:
– Я знаю, о чём ты хочешь поговорить, – холодно произнёс он.
– Серьёзно? – удивилась я.
– Да. Это о Карлайн. Кто тебе про неё рассказал? Том? Ник? По-любому это был Ник, он не умеет держать язык за зубами.
Я нахмурилась, не понимая, о чём он. Это было совсем не то, о чём я хотела с ним поговорить. Мой мозг начал работать, и я пыталась вспомнить, где слышала это имя.
– Карлайн? – тихо спросила я. – Аспирантка?
– Да, – вспыхнул Джеред, дёрнув плечом. – Тебе же сказали, что я сплю с вами обеими? Я этого никогда и не скрывал. У нас же с тобой нет никаких отношений, Дженни. Это были просто интересные встречи на вечеринках, и всё.
Интересные встречи. Эти слова засели в моей голове. Как оказалось, он и не расставался со своей аспиранткой, а со мной просто развлекался за её спиной. От осознания этого мне было больно, но я понимала, что со мной и не могло быть по-другому. Джеред был не из тех людей, с которыми можно было строить семью. У нас не могло быть идеальных отношений, и это было видно с самого начала, но только я не хотела этого замечать. Возможно, я бы расплакалась прямо перед ним, если бы я не была сильнее. Я не хотела падать в этот момент лицом в грязь перед ним, поэтому держалась пока он говорил всё то, что думает о наших с ним встречах. Он говорил, что я сама виляла всегда перед ним хвостом, но я слишком блёклая, чтобы быть наравне с ним. Джеред говорил ещё слишком много о том, как он себя возвышал, и как я была никем пока я его не остановила.
– Я не об этом собиралась разговаривать, – прервала я его.
И я не собиралась в этот момент на него кричать за то, что он обманывал нас обеих, пользовался нашими телами, и непонятно кому с кем изменял. Наверное, всё же ей со мной, но это было уже не важно. Я не собиралась закатывать истерики, несмотря на то, как больно мне всё же было.
– Я хотела лишь сказать, что беременна.
Лицо Джереда вытянулось так сильно, что он был в какой-то момент похож на осла. Он начал набирать воздух столь стремительно, будто задыхался, а затем выскочил из машины и схватился за голову. Я могла лишь наблюдать за тем, как он ходит из стороны в сторону, не находя себе места. Он что-то бормотал себе под нос, а затем, встав на побережье, закурил косяк. Я наблюдала за ним несколько минут из машины, но он будто и забыл о моём существовании. Тогда я, не дождавшись никаких слов, вышла из машины и пошла пешком по направлению к дому. Обида душила меня, и тогда, когда я осталась наедине, смогла заплакать и дать волю своим чувствам. Я плакала в голос, не стесняясь прохожих.
Когда все слёзы иссякли, я достала телефон и набрала Нэнси. Подруга без каких-либо слов приехала за мной, подобрала у дороги и отвезла домой. Мамы как раз не было дома, поэтому мы поднялись вдвоём наверх и засели в моей комнате. Последующие два часа я только и делала, что плакала и жаловалась Нэнси. Я рассказала ей о том, что беременна, и её глаза были столь же большие, как и глаза Джереда, когда он услышал об этом. Но, в отличие от него, Нэнси обняла меня и начала успокаивать.
Потом я утёрла слёзы, а подруга задала мне вопрос, на который я себе так и не могла ответить всё это время.
– Так что ты будешь делать? Аборт или оставишь ребёнка?
Она закурила травку, пытаясь прийти в себя после услышанного. Я видела, как она нервничает, впрочем, как и я. Я хотела забрать у неё косяк и тоже затянуться, но Нэнси на меня странно посмотрела, тем самым остановив.
– Если честно, то я не знаю, – выдохнула я.
И мы стали думать. Мы начали строить планы о том, что будет дальше, если я оставлю ребёнка, и что будет, если я сделаю аборт. Мне как никогда захотелось курить, так как я сильно нервничала. Когда я не знала, что беременна, я курила регулярно, поэтому не видела ничего плохого в том, если сделаю одну тягу у Нэнси.
Когда на первом этаже хлопнула дверь, что обозначало, что пришла мама, Нэнси распрощалась со мной и покинула дом. Последующие дни для меня были словно в тумане, так как я то плакала из-за ситуации с Джередом и ребёнка, то ходила, как в воду опущенная. Я постоянно думала, что же делать, но, видимо, всевышний решил это за меня.
Это случилось в университете. Я почувствовала, как у меня сильно начало тянуть в животе. Первые минуты я продолжала сидеть на паре, но затем меня скрутило от жуткой боли. Нэнси, что сидела рядом, что-то заподозрила, и спросила, всё ли в порядке. Мне казалось, что всё нормально, но, когда меня снова скрутило, я вышла в туалет. Именно там я увидела кровь, которая не на шутку меня испугала. С каждой секундой её становилось всё больше, и тогда я в панике позвонила Нэнси, чтобы она прибежала ко мне.
Когда появилась подруга, меня всю трясло. Было принято решение ехать в больницу. Нэнси гнала машину столь стремительно, что мы проскочили пару раз даже на красный свет. Как мы попали к врачу я даже не помню, потому что всё было как в тумане. Я помню только жуткую боль, а затем хмурое лицо врача.
Через несколько минут мне сказали, что у меня случился выкидыш. Меня положили в больницу, а на следующее утро отпустили домой. Всё это время я пребывала словно в трансе. Моё лицо опухло, глаза были красными, а моя кожа приняла серый вид. Я выглядела слишком больной, чтобы появляться дома перед мамой, поэтому на время я переехала жить к Нэнси. Она же меня и забрала из больницы, и последующие дни пыталась привести в порядок. Только на третий день я перестала плакать и начала есть, а в один из вечеров я неожиданно спросила:
– Не хочешь позвать Ника?
Нэнси странно на меня посмотрела, а затем уточнила для чего именно, и, увидев мой взгляд, всё поняла. Она позвонила Нику, а чуть больше, чем через час, он приехал с маленьким пакетиком белого вещества. Я понимала, что делаю что-то неправильное, но я не могла иначе.»
Рэйчел не заметила, как её слёзы стали падать на руки. Она тихо плакала на протяжении всего времени, пока читала эту запись. Она перевернула страницу, но там были лишь какие-то даты. Девушка не понимала, что это значит, но не стала делать догадки, так как её силы были на исходе.
Казалось, этот день не мог быть хуже. Она ревела уже в голос, чувствуя, как задыхается от собственных слёз. Воздуха катастрофически не хватало, поэтому Рэйчел, вскочив на ноги, побежала на балкон, чтобы глотнуть свежего воздуха.
Оказавшись снаружи, она быстро дышала, пытаясь насытиться, а холодный ветер отрезвлял и помогал прийти в себя. Рэйчел не знала, сколько так простояла, но всё это время слёзы продолжали катиться у неё по щекам. Дрожащими руками она вновь достала телефон и попыталась дозвониться до Спасителя, но ответа не последовало. Когда в телефоне пропали гудки, она вновь набирала номер, снова и снова, пока в голос не застонала от обиды. А затем она услышала какой-то звук, будто звон телефона, а затем резкую тишину.
Возможно, ей показалось, но она наклонилась над балконом, чтобы взглянуть, был ли рядом с ней кто-то в этот момент. Она спрятала телефон в карман брюк и начала смотреть по сторонам, а в тот момент, когда она смотрела вниз, неожиданно на соседнем балконе распахнулась дверь. Этот звук испугал Рэйчел, и она дёрнулась, вцепившись в перила. Обернувшись, девушка увидела Дерека, который вышел с сигаретой во рту. Его взгляд пробежался по ней от пояса до головы, и его брови нахмурились. Прежде чем он что-то спросил, он спрятал телефон, который был во второй руке, в задний карман джинсов.
– Что с тобой? – спросил он, поменявшись в лице. – Что произошло?
– Ничего, – выдохнула Рэйчел.
– Не похоже, что «ничего», – произнёс Дерек, подойдя ближе к ней и закуривая сигарету. – Сегодня именно «тот» день?
– Угу.
Она смотрела, как мужчина облокачивается на перила и выдыхает дым. Почему-то именно в этот момент Рэйчел так же хотела закурить, надеясь на то, что хоть так станет легче. Неужели именно эту боль ощущала Дженни, поэтому начала курить? Начала употреблять наркотики?
– Дай мне, пожалуйста, – попросила Рэйчел, показывая пальцем на сигарету в его губах.
– Ты хочешь курить? – удивился мужчина.
Рэйчел кивнула, и тогда Дерек, хмыкнув, протянул через стенку и перила ей сигарету, которую Рэйчел приняла. Она думала, что с первой затяжкой ей станет легче и вся боль уйдёт, но этого не произошло. Выдохнув дым, она вновь втянула в себя никотин, но всё осталось так же, как и раньше. Тогда, разочарованная, Рэйчел протянула Дереку сигарету обратно.
– Не помогло?
– Нет, – печально ответила она.
– Может тогда пойдём ко мне выпьем?
Рэйчел захлопала ресницами, задумываясь об этом предложении. Дерек выглядел слишком спокойным, будто ничего такого не предлагал, и его вид несколько успокоил Рэйчел. Девушка медленно кивнула, раздумывая над этим предложением лишь пару секунд. Она действительно хотела расслабиться, а не пила она слишком давно. Возможно, это был последний шанс уже успокоить её душу.
– Тогда жду тебя в гости, – произнёс Дерек, докуривая сигарету.
Девушка лишь смотрела на то, как тот выкидывает сигарету и уходит. Она простояла одна на балконе ещё пару секунд, а затем, развернувшись, вернулась в квартиру. Её взгляд упал на дневник, который так и был брошен в сторону, и на сей раз Рэйчел ничего не почувствовала, кроме гнева. Пройдя мимо него, она направилась на выход из квартиры.
Ровно через четыре секунды она уже была на пороге квартиры Дерека. Смотря на закрытую дверь, она размышляла о том, как так оказалось, что она пришла в это место столь быстро. Ей лишь предложили, и она буквально тут же побежала, будто это приглашение было спасательным кругом для тонувшего. Она не стала стучать, лишь дотронулась до ручки и нажала на неё, открывая дверь, которая была не заперта на ключ. Дерек как раз выходил из кухни с двумя бокалами в руке, приветственно криво улыбнувшись.
Он выглядел вполне по-домашнему, одетый в простые джинсы и белую футболку. Рэйчел отметила, что, в чём бы он ни был одет, он был всегда прекрасен. Он был ухоженным, опрятным мужчиной, что не могло не привлекать.
– Проходи, – сказал он ей, завидев на пороге. – Я уже достал в гостиной нам вино. Ты же будешь вино? Или что покрепче?
– Вино, – устало ответила Рэйчел, разуваясь.
– Отлично.
Дерек дождался пока Рэйчел первой пойдёт и последовал за ней следом. Зайдя в комнату, девушка увидела перед широким диваном столик, на котором уже стояли две бутылки вина. Туда же на столик Дерек поставил и бокалы и, попросив присесть, вернулся на кухню. Рэйчел же осторожно присела на диван перед телевизором, видя какой-то фильм. Судя по всему, это было какое-то приключенческое кино, что было лучше какой-либо мелодрамы.
Девушка начала ощущать себя несколько не в своей тарелке. На мгновение она задумалась о том, правильно ли поступила, находясь в этот момент в соседской квартире. Она должна была грустить по Дженни, а не распивать вино в компании мужчины. Но что-то внутри неё подсказывало, что это было лучшим решением. Ведь в этот день она не хотела быть в одиночестве. Она не умела одна справляться со своей болью, и даже год назад с этим ей помогал Спаситель. Он писал ей каждый день, интересовался её состоянием, но сегодня он почему-то был недоступен.
Помнил ли он, что сегодня за день? Почему не писал и не отвечал на её звонок? Он будто был занят чем-то более важным, в то время как Рэйчел так нуждалась в ком-то. И теперь она пыталась его заменить Дереком. Этот мужчина прочно засел в её жизни. Он столь резко и быстро появился в ней, но уже не могло быть будто иначе. Рэйчел чувствовала, будто на него можно было положиться, что ему можно довериться, и от этого становилось чуть теплее на душе.
Спустя минуту в комнату вновь вернулся хозяин квартиры, держа в руке поднос с нарезанным сыром, копчёными колбасками и виноградом. Будто услышав её мысли, Дерек слегка улыбнулся, приподняв поднос, как бы показывая все вкусности. Рэйчел с подозрением смотрела на все эти продукты, пока Дерек раскладывал всё на столе. Это уже было похоже не на вечер памяти, а на какое-то свидание с фильмом.
– Ты как будто подготовился.
– Ну, у меня завтра день рождения, поэтому я чуть-чуть накупил всего-чего в магазине.
– Точно, – ахнула Рэйчел, а затем загрустила.
Она вовсе забыла, что у Дерека будет день рождения, и даже ничего не купила ему в подарок. От этого она стала себя чувствовать ещё паршивее, поэтому, когда мужчина открыл бутылку и налил ей вина, Рэйчел незамедлительно подняла бокал и сделала первые глотки, пытаясь забыться. Дерек на это ничего не сказал, продолжив наливать вино в свой бокал, а после сел рядом с ней на диван, откинувшись на подушку.
Он выглядел более расслабленно, чем девушка, которая немного сжалась, вцепившись в бокал. Она корила себя в том, что совершенно не позаботилась о подарке для человека, который столько всего сделал для неё. Она будто была эгоисткой. А может быть, ей это вовсе и не казалось?
– Я не купила подарок, – призналась Рэйчел, отлипая от бокала.
– Ничего страшного, – с улыбкой ответил он. – Надеюсь, ты подаришь мне просто улыбку, и это будет лучшим подарком для меня.
Девушка хмыкнула и вновь пригубила вина, а затем, положив бокал на стол, взяла виноградинку и так же откинулась на подушки, на мгновение посмотрев на экран телевизора. Там развивались стремительные события, кто-то убегал от кого-то по джунглям, перепрыгивая через маленькие ручейки и лианы, а где-то вдалеке виднелись аллигаторы. Главный герой постоянно оборачивался и, оступившись, чуть не угодил в пасть зелёного чудовища.
– Это такое начало фильма?
– Где-то уже минут двадцать от начала, – ответил Дерек, потянувшись за кусочком мяса. – Я включил фильм, как только пришёл домой. Пока ходил туда-сюда, ничего толкового не произошло.
– Судя по погоне, он что-то украл.
– Вроде бы как древний артефакт, – произнёс мужчина. – Скоро дадут разъяснение.
Он отпил вина из бокала и заел мясом, посматривая то фильм, то на Рэйчел, которая на какой-то момент отвлеклась от своих мыслей и обратила всё своё внимание на фильм, где погоня была в самом разгаре. Только когда главный герой всё же смог от всех убежать и началось спокойное повествование, Рэйчел вновь потянулась за бокалом и обернулась к Дереку.
– Вкусное вино, – произнесла девушка, делая очередной глоток.
– Родители подарили при прошлой встрече.
– Они у тебя специалисты по вину?
– Ну, наверное, – усмехнулся Дерек. – Не знаю, как часто они выпивают, но у них действительно хороший вкус. Надо их навестить.
– Как давно ты их не видел?
– Давно, – честно ответил мужчина, потянувшись за сыром. – Родителей надо проведывать чаще. Как, кстати говоря, твоя мама?
Рэйчел подумала о том, как её мама выглядела сегодня с утра. Она была мрачной, но не такой убитой как несколько месяцев назад. Но под её глазами пролегли тёмные круги, будто она не спала эту ночь. Наверное, она так же переживала о Дженни, как и Рэйчел, но почему-то сегодня они не говорили о самой Алане. Как она себя чувствовала?
– Мы сегодня вместе были на кладбище. Она держалась вполне хорошо.
– А ты?
– Я думаю, по моему виду всё понятно.
Рэйчел выгнула одну бровь, как бы намекая, что она выглядит просто ужасно с красными от слёз глазами и с бледной кожей. Дерек лишь покачал головой и протянул ей кусочек сыра, который Рэйчел тут же приняла без лишних слов.
– Даже опухшая ты красивая.
– Спасибо, – замявшись, ответила девушка, не ожидая комплимента.
Он как-то пристально смотрел ей в глаза, и, не выдержав, Рэйчел повернулась к телевизору и принялась делать вид, будто не видела краем глаза, что Дерек так и продолжал на неё смотреть. Незаметно для себя она практически допила свой бокал, поэтому мужчина потянулся за бутылкой и долил Рэйчел. У самого же бокал был практически полон, и если он и пил, то совсем немного.
