Текст книги "Мономир (СИ)"

Автор книги: Edd Jee

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 18 страниц)

– Все крышки на место ставить? – спросил он, закрывая люк номер семнадцать.

“Сейчас этим некогда заниматься. Проследуйте в зал управления, чтобы осуществить перезапуск Источника”.

– Ну тогда полетели что ли, – буркнул Кирилл. – Давай, делай что надо. Я все равно не умею.

Кирилл, продолжая висеть в воздухе, расправил руки в сторону, и даже помахал ими, изображая птицу.

“Во избежание травм, примите более компактную позу”.

– Эх, – только и успех выдохнуть Кирилл, вытягивая руки вдоль туловища, когда засвистели двигатели.

Мимо замелькали углы стен и проходы. Вот подобно забору, вызвав неприятную рябь в глазах, пронеслись ступеньки. Мелькнули криокапсулы.

“Примите подходящую позу”.

Появившийся человечек, летевший в той же позе, что и он, изогнулся, как будто собрался садиться.

– Вот это сервис, – хохотнул Кирилл, медленно опускаясь на банкетку перед пультом. – Еще бы до этого ничего не надо было делать. И потом, – добавил он куда более сварливым голосом.

“Следуйте инструкциям”.

– Конечно-конечно. Сколько времени осталось?

“Один час, пятьдесят девять минут”.

– О, да я крут, – Кирилл победно вздел руки в воздух. – Эх, давай, показывай, что надо делать. А то я тут тебе натыкаю.

Человечек, продолжавший висеть перед глазами, вытянул руки над пультом. Закатив глаза, Кирилл сделал то же самое.

– Не смешно, – буркнул он. – Про это-то я уж догадался бы.

“Коснитесь экрана в любом месте”.

Кирилл коснулся и экран ожил. Все надписи, как и в первый раз, были приятными неоново-голубыми.

“Найдите мигающий значок вверху справа от вас. Коснитесь его одним пальцем и задержитесь на пару секунд”.

Отыскать требуемое не составило труда. Значков было не так уж и много, и мигал только один из них. Пара секунд нажатия и развернулось большое окно, содержащее два десятка строк.

– А можно язык на русский поменять? – спросил Кирилл. – А то я эти треугольники с трудом понимаю.

“Смена языка будет возможна после перезагрузки пульта, которая будет возможна после перезапуска Источника. Напомнить вам об этом, когда смена языка будет возможна?”

– Напомнить, – вздохнул Кирилл. – Чтобы было быстрее, показывай дальше, что делать. А то я эти инструкции почти не понимаю. Прочитать могу, да и только.

“Приступаю”.

Следуя указаниям имплантата, Кирилл нажимал строчки, выбирал пункты, что-то активировал.

“Процесс перезапуска активирован”.

– Все что ли?

“Все что могли сделать вы, сделано. Сейчас будет ясно, был ли успешен наш ремонт”.

– А что, мог быть не успешен?, – настороженно спросил Кирилл, глядя на что-то, похоже на полосу загрузки.

“Такая вероятность существует. На дорожках шинопровода могли быть микроразрывы, которые невозможно отыскать с помощью ручных ключей. При повышении нагрузки они могут разорваться. Сейчас идет процесс краткого тестирования системы. Если минимальные требования будут соблюдены, начнется полное переподключение Источника. Если микроразрывов нет, переподключение пройдет успешно. И тогда уже начнется перезагрузка Системы Управления Сферы. После этого можно будет выставить первые Маяки”.

Полоса загрузки заполнилась, мигнула несколько раз и исчезла. На ее месте появилась какая-то строчка все из тех же треугольников. Потом другая. Третья. Кирилл не успевал их читать. А понимать даже и не пробовал.

– Переводи, ну же! – воскликнул Кирилл.

“Минимальные требования состояния оборудования выполнены. Шинопровод в удовлетворительном состоянии. В таком состоянии он может выдержать нагрузку до десяти маяков в стадии предактивации. Идет подготовка к перезапуску Источника”.

И все погасло, даже та искорка в черном стеклянном столбе, который, как оказывается, и является Источником. И даже строки, проецируемые имплантатом на сетчатку глаза, а может быть прямо в мозг, исчезли. Стало так темно, как никогда не было.

Глава 12

Тишина и темнота длились бесконечно долго. Как показалось. Кирилл не слышал даже собственного дыхания и не был до конца уверен, что все еще дышит. А потом, возможно целую эпоху спустя, вспыхнула искорка. Та самая, которую он прежде видел в том странном черном стеклянном столбе. В отличие от того, что он видел прежде, теперь эта искорка была ярче, но она мерцала нестабильно.

Неяркие буквы, возникшие в пустоте прямо перед глазами были следующим, что Кирилл увидел.

“Перезагрузка”.

“Сбой”.

“Перезагрузка”.

“Сбой”.

“Перезагрузка”.

“Удачно”.

“Синхронизация невозможна”.

“Анализ данных”.

“Требуется замена имплантата”.

– Пожалуй как раз этим и займусь при первой возможности, – пробурчал Кирилл и наконец осмелился пошевелиться, и тут же взвыл от боли. – Нет, сначала нужно заклепать мне ноги. Сейчас возможна работа медблока?

Загорелся яркий свет и на несколько мгновений Кирилл будто ослеп. Бублик оказался точно таким же, каким был прежде, хотя еще мгновение назад казалось, что черный цвет намертво прилип к стенам.

“Работа медблока невозможна в данный момент. Энергии недостаточно”.

– Да почему опять? Я что зря там на карачках ползал и в дорожки те тыкал? Зачем это все было?

“Ремонт шинопровода был необходим. Разрыв был критическим. Сейчас система стабилизирована. Источник работает. Мощность на крайне низком уровне. При условии отключения всех второстепенных систем энергии хватит на три года, пять месяцев и десять дней. Симуляция нестабильна. Необходимо запустить Маяки, чтобы увеличить базу. Для временного повышения уровня энергии можно произвести перезагрузку базовой симуляции”.

– Ладно, давай начнем с этой базовой симуляции. Потом Маяки запустим. А где Сима? С ней хоть поговорить можно. А что за Маяки-то?

“Конкретизируйте вопрос”.

– У, тупая железка, – вздохнул Кирилл. – Можно пульт на русский язык переключить?

“Смена языка возможна. Следуйте инструкциям”.

Непродолжительные манипуляции и на экране пульта все же чуждые, хоть вроде и понятные треугольники, наконец-то сменились человеческими буквами, которые складывались в понятные слова.

– Ну вот, совсем другое дело, – куда веселее пробормотал Кирилл. – С этим можно и поработать.

Некоторое время он читал и перечитывал строки, заголовки, пункты и подпункты. И все равно ничего не понимал. Отдельные слова вроде были понятны, и даже целые предложения. Но о чем шла речь понять было попросту невозможно.

– Что делать-то, чтобы эту симуляцию запустить? Или маяки хотя бы.

“Чтобы перезапустить Симуляцию, зайдите в раздел с надписью “Источник”. Выставьте, а затем уберите отметку напротив режима “Замкнутый цикл”. Затем уберите и вновь поставьте отметку напротив режима “Аварийное обеспечение”. Теперь нажмите на кнопку “Перезапуск симуляции”. Несколько минут уйдет на перезагрузку. Вновь запущенная симуляция работает стабильнее и энергии от нее будет достаточно в течение примерно двадцати лет. Посчитать точнее?”

– Нет, не надо точнее. Так. Источник. Замкнутый цикл. Аварийное обеспечение. Перезагрузка симуляции. Нажимаю.

Немного опасливо Кирилл коснулся виртуальной кнопки. Освещение тотчас почти полностью погасло. На экране замелькали строчки, сменяющие друг друга, оповещающие о чем-то важном. Но Кирилл не успевал ничего разобрать.

– Все в порядке? – прошептал он. – Почему опять темно?

“Станция временно перешла на аккумуляторы. Перезагрузка займет не больше десяти минут”.

– А что там с маяками? – продолжил расспросы Кирилл.

“На вашем уровне доступен запуск трех Маяков”.

– Будем запускать? – спросил Кирилл чуть помедлив.

“Для стабилизации работы Станции это необходимо, но этого мало. Сколько точно нужно, подсчитать не могу. Недостаточно данных. Невозможно установить полную синхронизацию с носителем и Системами Станции. Необходима замена имплантата”.

– Что нужно сделать, чтобы поменять имплантат?

“Нужен новый имплантат и медблок первой категории”.

– Что ж, тогда пойду в медблок, – сказал Кирилл даже не предпринимая попытки подняться. – Заодно мне там ноги подлечат. А можно гравитацию опять отключить? Ну не ползком же мне туда добираться. А на микродвигателях так замечательно летается. Самое оно будет.

“Не могу отключить гравитацию. Отсутствует стабильная синхронизация.

– А с пульта отключить можно? – спросил Кирилл, немного подумав.

“После перезагрузки симуляции это станет возможно”.

В этот момент зал управления вновь осветился всеми огнями и стал кажется еще светлее.

– Все, – довольно хмыкнул Кирилл, потирая ладонями, – показывай, как отключить гравитацию и погнали в медблок лечить меня и менять тебя.

“Следуйте инструкциям”.

И вновь под указку имплантата и особо не вдумываясь в значение надписей, которые он все равно не успевал читать, Кирилл что-то активировал, выбирал. Включал и выключал флажки активности. И вдруг ощутил невесомость.

– Да я мастер на все руки! – воскликнул он почти веселым голосом. – Ну полетели уже в медблок. Рули давай. Хочу уже наконец-то сделать все что надо, и спать завалиться.

“Работа медблока первой категории при данном уровне активации Станции невозможна. Заменить имплантат сейчас невозможно”.

– В смысле? И что теперь делать?

“Необходимо переключить Станцию с энергосберегающего режима на стандартный”.

– А почему мы этого еще не сделали? – спросил Кирилл, уже прекрасно понимая, в чем проблема.

“Для возвращения Станции к стандартному режиму работы необходим энергопоток в десять единиц и выше”.

– А сейчас энергопоток какой? – медленно и почти по слогам проговорил Кирилл.

“Ноль целых пять десятых единицы” .

От понимания всей сложности ситуации Кирилл даже присвистнул.

– А если запустить маяки?

“На первом этапе идет одна десятая единицы с одного Маяка. Постепенно она возрастает до одной единицы. При встречной активации Маяка энергопоток возрастает минимум в десять раз, и далее будет расти, пока не достигнет своего предела. Это будет зависеть от уровня развития каждой конкретной Симуляции”.

– Давай запускать эти маяки. Все равно я больше половины не понял, из того, что ты мне понаписал, кроме того, что даже после их запуска энергии будет недостаточно.

“Следуйте инструкциям”.

Пока “запускал Маяки”, как и прежде не понимая что и зачем делает, Кирилл думал о том, что ему все больше кажется, что вся его жизнь была такой как сейчас. Он разговаривал сам с собой, видел галлюцинации, которые указывали что ему делать. И был один всегда.

“Маяки успешно запущены”.

Виртуальная неоново-голубая строчка перед глазами продублировала надпись, за мгновение до того появившуюся на экране пульта. Прочитав, Кирилл поднял глаза на столб Источника. И может ему лишь показалось, но там было а, – продолжал бурчать Кирилл, вплывая в распахнувшиеся двери.

Тотчас бледный свет в помещении разгорелся ярче. Кирилла же влекло дальше, к двери в медблок, в котором он уже был.

“Приложите руки к двери медблока общего назначения”.

Кирилл, на этот раз без всяких возражений, прикосновением рук разблокировал двери и медленно вплыл внутрь. Так же медленно развернулся лицом к двери.

“Разденьтесь и отправьте скафандр и прочую одежду за дверь. Со стоп снимайте и скафандр и комбинезон в последнюю очередь, перед этим будет отключена система фиксации переломов”.

– Легко сказать, – уже в который раз бормотал Кирилл, продолжая стаскивать с себя комбинезон. – Не особо твои проекции помогают. А ну верни. Я разве велел убрать проекцию? Вот, другое дело.

Погасшая было голограмма вновь вспыхнула и Кирилл, продолжая ругаться, принялся стягивать с ног многослойную одежду: криокомбез, комбенизон, тонкие ботинки и скафандр. Не ругаться, особенно после упомянутого имплантатом отключения какой-то там системы, было попросту невозможно. А еще хотелось подвывать от боли, чем в общем-то он и занимался.

Минут через десять, когда Кирилл наконец смог прийти в себя, он, как и было указано имплантатом, отправил все вещи за дверь, и они в отсутствие гравитации принялись летать по приемной медицинского кабинета.

“Чтобы закрыть медблок, прикоснитесь к самой большой клавише на указанной панели”.

Проекция тотчас подсказала где панель, и где на ней кнопка. Кирилл следовал указаниям даже без лишних мыслей. Он уже жутко устал, и ему хотелось поскорее отключиться. И чтобы не чувствовать больше эту боль. И пустоту, которую еще несколько минут назад он пытался заполнить мыслями о том, что какие-то там Маяки это важно.

“Теперь выберите режим работы”.

Все так же с подсказками Кирилл составил программу лечения: диагностика; процедуры, соответствующие профилю заболевания и медикаментозный восстанавливающий сон. Получился цикл рассчитанный на восемь часов.

“Теперь выставьте отсрочку в несколько минут, чтобы успеть занять место у кушетки”.

– Любишь ты мной помыкать, железяка, – вздохнул Кирилл, выставляя отсрочку в три минуты.

“Теперь нажмите клавишу запуска и отправляйтесь к кушетке. Держатели по бокам медблока должны помочь вам в этом”.

Прикоснувшись к самой нижней сенсорной клавише, Кирилл оттолкнулся от стены, развернулся, крутанувшись вокруг своей оси, схватился за поручни и уже у будто вмонтированной в стену мягкой кушетки, которая была разве что на полтона темнее стены, он вновь развернулся. Еще раз ухватившись за поручни, он прижался к кушетке спиной. На небольшом дисплее панели управления медблоком высвечивались цифры обратного отсчета. От трех минут отсрочки, заданных Кириллом, все еще оставалось больше двух минут. Надо было выставить отсрочку в одну минуту, не больше.

“Внимание. Заданный вами цикл лечения начнется через пять, четыре, три, два. Цикл запущен”.

И Кирилл с удовлетворением закрыл глаза. Может быть на этот раз он все же отдохнет. А потом, через восемь часов, он все же отправится в свою каюту и еще несколько часов поспит. И еще поесть нужно будет.

Появившиеся из стен манипуляторы Кирилл уже не увидел.

“Внимание. Лечебно-восстановительный цикл закончен. Вы можете выйти из медблока”.

Появившиеся перед глазами слова ослепили, возвращая сознание. Закрытые веки для них помехой не были. А легкий электрический разряд от импланта заставил встрепенуться.

– Что? Уже? – прохрипел Кирилл, с трудом разлепляя веки. – Я же, кажется, только глаза закрыл.

“Прошло восемь часов. Запрограммированный цикл завершен полностью”.

– Поверю тебе на слово, – пробормотал Кирилл, не в силах сдержать зевоту. – Потому что отдохнувшим я себя не чувствую. Хотя ноги вроде не болят, – добавил он, покрутив стопами. – Как там дела с Маяками? Энергии от них стало больше?

“Не могу знать. Синхронизация с Системами Станции отсутствует полностью. Но судя по наблюдениям, сделанным после запуска, пусть и незначительно, но энергопоток от вновь запущенных Симуляций повысилась. Маяки наверняка уже прибыли в назначенные места, и уже быть может начали ветвиться”.

– Я ничерта не понимаю, – все еще зевая, Кирилл мазнул рукой по клавише открытия двери и выплыл наружу. – Значит возрос уровень-то? Ну, энергетический?

“Незначительно”.

– Это плохо. Мне бы хоть Симу включить. От тебя толку все равно нет. Через сколько можно отправить следующие три Маяка?

“Через шесть суток и пятнадцать с половиной часов”.

– Это плохо, – пробормотал Кирилл, неторопливо одеваясь. – А может быть такое, что я не выспался от того, что гравитация отключена?

“Не могу знать. Вам следует обратиться в медблок”.

– Давай сначала к пульту, включим там гравитацию, а потом в каюту. А попутно ты мне расскажешь что-нибудь, что поможет мне скоротать время.

Одевшись, не без помощи проекций, Кирилл, уже самостоятельно, но с подсказками имплантата, полетел в Центр управления.

– Слушай, а можно ли сделать так, чтобы в мое отсутствие свет в помещениях отключался? – спросил Кирилл, подплывая к банкетке, к тому месту, где на полу лежала брошенная сумка.

“Аварийный режим подразумевает максимальную экономию, даже не освещении. Что на самом деле минимальное из затрат. Но возможно из-за каскадных сбоев что-то в режиме было нарушено. Лучше всего активизировать подрежим, чтобы все было выключено, и активизировать датчики движения. Если конечно они исправны”.

– Давай попробуем, – вздохнул Кирилл. – Только если не получится, я отправлюсь в свою каюту спать. На пару суток. Весь ремонт потом.

“Вам напомнить?”

– Напомни. Только сначала ты напомни мне, как включить гравитацию. Летать это конечно круто, но я так ходить разучусь.

“Можно поставить гравитацию в половину, или даже в четверть от стандартной”.

– Не стоит.

Спустя полчаса, когда освещение уже было отключено, а гравитация включена, а так же выяснилось, что из упомянутых датчиков примерно половина не отвечают системе, Кирилл засобирался отдыхать.

– Давай только еще глянем, что там с Маяками.

“Бессмысленно ждать результатов так скоро. Но ваш интерес ожидаем. Следуйте инструкциям”.

– Кто вообще спрашивает про твое мнение, – пробурчал Кирилл, продолжая манипуляции с мало понятной Системой неведомой Станции.

“Вы спрашивали”.

Дальше Кирилл бормотал уже нечленораздельно.

По четким инструкциям имплантата Кирилл выяснил, что положительная динамика развития Симуляций источника вполне заметна, и что в таком случае максимум через двое суток можно будет переключить Базовую Симуляцию на замкнутый режим работы, и после этого подобрал с пола сумку и отправился в каюту. Где она расположена подсказал имплантат. Все пять сегментов Станции были похожи один на другой абсолютно везде, и поэтому чтобы найти свою каюту самостоятельно Кириллу пришлось бы перещупать все двери. Все шестьдесят дверей. А еще, если верить тому, что Сима говорила о каких-то кластерах, и припомнить, что Криозалов не пять, как могло бы показаться на первый взгляд, то и за каждой дверью прячется по двести кают. Об этом даже и думать-то не хотелось.

– Может перекрасить? – бормотал Кирилл, пристраивая сумку в углу. – Потом об этом подумаю.

Сил не оставалось даже для того, чтобы осмотреть каюту. Не спрашивая у импланта, как правильно лечь спать, а там наверняка есть что-нибудь заковыристое, Кирилл попросту лег на кушетку, оказавшуюся довольно мягкой, и буквально провалился в сон.

Разбудил его ощутимый удар тока в затылочной области головы.

– Чертова железка! – заорал Кирилл, вскакивая с кушетки.

Глава 13

Буквально подпрыгнув на кровати от довольно болезненного электрического разряда, Кирилл свалился на пол и тотчас вскочил.

– Чертова железяка, – завопил он, когда понял, что случилось. – Ты что, смерти моей хочешь?

“Нет. Смерть носителя вивер К-рил 8243 была бы опасна Станции Сфера из-за критического состояния всей системы. Пришлось бы выводить из криосна других носителей, а последствия этого по истечению столь большого срока неизвестны. Проверенное лучше неизвестности. К тому же на данный момент некому вывести из криосна еще одного или нескольких носителей так как Симулятор оператора отключен”.

– Не стоит писать такие длинные сообщения когда я спросонья, – пробормотал Кирилл, широко зевая и осматриваясь.

Накануне, когда он ввалился в свою каюту, на знакомство с обстановкой совершенно не оставалось сил. Здесь, как и во всей станции, преобладали светло серые оттенки.

– Ты меня зачем разбудил? Мне сон снился приятный. Катя… – Кирилл тяжело вздохнул.

Ему снилась его Катя, первые встречи, когда хотелось проговорить до утра, робкие поцелуи, от которых сносило крышу. Она смотрела на него, и ему хотелось, чтобы этот момент никогда не заканчивалось, но при этом он понимал, что это больше не повторится.

“Датчиками было установлено, что глубокая фаза сна больше не наступала, а значит организм отдохнул и сон далее бесполезен”.

– Ну что еще ждать от железки, – пробормотал Кирилл, присаживаясь на кушетку и более внимательно осматривая помещение.

Осматривать правда было нечего.

Небольшое, если не крохотное помещение почти полностью занимала кушетка. Она располагалась справа от входа. Больше ничего на первый взгляд в комнатке не было, но после некоторых поисков, а так же не без подсказок имплантата Кирилл отыскал шкаф, куда тотчас выложил почти все содержимое сумки, а также откидной стол, который в разложенном состоянии занимал оставшееся свободным пространство, да еще монитор над ним. Что это, телевизор или компьютер, узнать не представляло возможности, так как он был обесточен в текущем режиме функционирования станции.

Без аппетита позавтракав тут же за столом, Кирилл спустился с третьего этажа и по лишенным почти всего освещения коридорам и лестницам и уныло побрел к панели управления. Сил, ни моральных, ни физических, как он на то надеялся накануне вечером, не появилось.

– Что будем делать? – спросил он, глядя на искорку света в черном стеклянном столбе – она чуть заметно пульсировала, и кажется накануне этого не было.

“Запуск маяков будет возможен только через шесть дней, два часа и пятнадцать минут”.

– Да я разве про них спрашивал, про твои чертовы маяки, – пробурчал Кирилл. – Помню я, что еще нескоро. И можно без таких подробностей. Часы, минуты. К чему это? И вообще лучше таймер где-нибудь у меня на виду установи.

Тотчас перед его глазами в правом верхнем углу появились полупрозрачные цифры с обратным отсчетом. Стоило перевести взгляд на цифры, и она стали больше и ярче.

– Другое дело. Так и что будем делать, пока ждем, когда мне в следующий раз можно будет отправить маяки?

“Симулятором оператора был составлен предварительный график ремонта. В него были внесены коррективы в соответствии с реальным положением дел. Предлагаю приступить к ремонту”.

– Говори что делать, – вздохнул Кирилл, поднимаясь с банкетки.

“Следуйте за указателями”.

Неоново-голубые стрелки привели его к центральному шинопроводу, к люку за номером один.

“Возьмите инструмент под номером двенадцать – волновой сканер и приступайте к перепроверке всех дорожек”.

– Инструменты остались в каюте, – поозиравшись немного по сторонам, видимо в надежде найти то, чего здесь не могло быть, проговорил Кирилл.

“Необходима полная синхронизация носителя с имплантатом. Для этого…”

– Прекрати одно и то же талдычить. Обязательно тебя поменяем, когда будет возможность. Инструкции от Симы можно будет перенести в другой имплантат?”

“Инструкции продублированы на сервере. При каждом вашем контакте с пультом идет обмен данных и эти инструкции корректируются”.

– Все понятно. Показывай мне дорогу в мою каюту. Сам не найду.

Понимая, что полностью положиться на имплантат было бы ошибкой и нужно его постоянно контролировать, Кирилл немного взбодрился. Какое-то дело поможет меньше думать обо всей этой ситуации. К тому же есть надежда, что все это не бесполезно. Если бы только он хоть что-то понимал в том, что ему приходилось делать, будь то ремонт, или работа с системами пульта. Иногда Кириллу и вовсе казалось, что его голова набита ватой.

Ведомый виртуальными указаниями имплантата, Кирилл вернулся в каюту, собрал выложенные ранее в шкаф инструменты и вновь положил их в сумку, которую тотчас повесил на плечо.

– До первого этажа сам дойду, – пробурчал Кирилл, выходя из каюты.

Оказавшись в коридоре, он торопливо зашагал к ближайшей лестнице. Ступеньки почти незамеченные промелькнули перед глазами.

– Теперь показывай, как короче дойти до шинопровода.

“Следуйте за указателями”.

Пара минут торопливой ходьбы и перед Кириллом показалась прежняя дверца, отмеченная номером один.

– Теперь давай точно по инструкции. Без лишних слов и демагогии. Какой там инструмент-то надо было взять? И с картинками пожалуйста.

“Возьмите волновой сканер”.

Рядом с очередной надписью, на этот раз короткой, с помощью которых имплантат общался с Кириллом, появилась проекция внешнего вида этого самого сканера. Это была слегка изогнутая металлическая трубка с четко выраженной ручкой и чем-то похожим на раструб громкоговорителя на другом конце.

Следующие несколько часов практически без перерыва, чтобы в голове не появлялись какие-либо мысли, Кирилл, следуя однотипным указаниям имплантата проверял одну дорожку за другой. Пару раз за это время ему пришлось взять другой инструмент, названный “сверхмалым синтезатором” и водить им над прохудившимся участком дорожки, которая выглядела точно так же, как соседние.

“Закройте люк номер десять”.

Очередная команда от одной из предыдущих отличалась только номером люка. Кирилл тотчас принялся выполнять уже знакомое действие.

“Возьмите ключ номер три и закрутите болты на люке номер десять”.

Едва он справился с последним подсвеченным болтом чудной формы и отложил чертов ключ номер три, рука сама потянулась к волновому сканеру.

“Прервитесь на обед. Для этого стоит пройти в свою каюту. Составить вам последовательность подготовки обеденного комплекса?”

– Составь. Мне инструменты здесь оставить, или стоит взять их с собой?

“Анализируя события нескольких последних суток рекомендуется взять все инструменты с собой. Вам напомнить взять их, когда вы будете возвращаться после обеда?”

– Напомни, – коротко ответил Кирилл, принявшись собирать инструменты. – И дорогу показывай, чтобы я не блуждал зазря. Нет у нас времени на это.

Поднявшись на ноги, он увидел это неоново голубые стрелочки, указывающие кратчайший путь наверх. Следуя за ними, он вернулся в свою каюту и с трудом удержался и не прилег на кушетку. А очень хотелось.

“Возьмите стакан, поставьте на стол и включите его на режим конденсации. Теперь возьмите из шкафа пакет с дневным рационом и достаньте оттуда брикет насыщенно синего цвета”.

Как и прежде, следуя указаниям имплантата Кирилл пообедал.

“Упаковку лучше всего опустить в дезинтегратор”.

– Ясно.

“Желаете ли вы вздремнуть, или сразу продолжите ремонт?”

– Хотелось бы вздремнуть, но тогда мне опять приснится… Нет, пойдем работать.

“Не забудьте взять инструменты и упаковку от комплексного обеда, чтобы выбросить ее по пути”.

– Не забуду, – вздохнул Кирилл, поднимая сумку с пола и запихивая в один из внешних карманов шуршащую упаковку. – Слушай, а ты не можешь мне голосом говорить что делать? – спросил он, выходя из каюты. – Я, бывает, не обращаю внимание на эти буквы перед глазами, когда задумаюсь, и ты меня тогда током бьешь. Неприятно, знаешь ли.

“Я могу активировать звуковой синтезатор. Это повысит потребление имплантатом энергии на 1%. Активировать?”

– Уж попробуй.

Некоторое время ничего не происходило, и Кирилл, замерший было перед лестницей, принялся спускаться. Достигнув нижнего этажа, он остановился, ожидая подсказок. Но их не было. Пришлось вспоминать, куда примерно нужно идти.

“Идет подготовка. Это займет какое-то время. Ожидайте”.

– А показать мне дорогу не хочешь?

Но ответа никакого не последовало.

– И кто меня за язык дернул? – проворчал Кирилл, остановившись на очередном разветвлении коридора. – Они же все одинаковые. Если я заблужусь, железяка, ты будешь виновата.

“Ожидайте”.

Минут через двадцать Кирилл все же добрался до нужного места и устало опустился на пол перед одиннадцатым люком. Взял в руки волновой сканер и даже ткнул в крайнюю слева верхнюю дорожку а потом замер. Прибор издал какой-то звук, но он ровным счетом ничего не значил для Кирилла.

“Ожидайте. Идет перестройка некоторых разделов периферийных областей имплантата”.

Изогнув спину, Кирилл упер локоть в колено одной из сложенных в позе лотоса ног, а рукой подпер подбородок и приготовился ждать. Конечно ждать в каюте лежа на койке было бы лучше, но он сомневался, что смог бы найти туда дорогу хотя бы за те же двадцать минут. А еще больше сомневался, что сможет быстро найти свою каюту.

– Пометить ее что ли как-то? – пробормотал он, пожимая плечами.

Единственное, что он точно запомнил, это то, что каюта была третья от лестницы. Если учесть, что лестниц пять, то ему придется в худшем случае подергать ручки пяти дверей. При условии, что откроется нужная дверь. Ведь за каждой из них скрывается двести кают. Вдруг без активного имплантата нужная каюта не откроется? А так, как к другим у него доступа нет, то никакая не откроется. А ведь вся еда там осталась. Надо бы переживать, но Кириллу было все равно.

“Перестройка завершена с удовлетворительным результатом. Идет настройка каналов. Ожидайте”.

Кирилл тяжело вздохнул. А потом откинулся назад и улегся прямо на пол, а сумку пристроил под голову. И оказалось, что потолок на нижнем этаже точно такой же, как и в криозале – сетчатый.

“Внимание! В течении следующих десяти минут будет проводиться тестирование звукового синтезатора. Просьба обозначать свою реакцию на то, что вы услышите”.

– Так точно, – проворчал Кирилл, думая, что неплохо было бы козырнуть в шутку, да шевелиться не хотелось.

Лежать в скафандре, который он не снимал со вчерашнего дня, оказалось довольно мягко. Хотя может это пол упругий? Но проверять догадку было лень. Лежалось и правда неплохо.

– Как слышно? – сквозь сон послышался тихий голос. – Как слышно? – послышалось чуть громче. – Как слышно? – еще громче.

Кирилл открыл глаза и уставился в потолок.

– Если ты что-то говорил, то слышно было плохо. Точнее громкость была низкая. Если же мне это приснилось, то я лучше еще посплю.

И он закрыл глаза.

– А теперь слышно? – загрохотало, казалось, на всю станцию.

Кирилл вздрогнул и резко сел. Заозирался.

– Меня слышно? – загрохотало еще раз.

– Слышно-слышно, – хватаясь за сердце, простонал Кирилл, вновь укладываясь на пол. – Можно потише? А то меня так Кондратий хватит.

– А теперь комфортна ли громкость звука?

На сей раз голос был просто громким, и если бы не его чрезмерная искусственность, могло бы показаться, что невидимый собеседник сидит рядом и говорит буквально на ухо.

– Можно еще самую малость потише?

– Так нормально? – вновь прозвучало где-то в голове.

– Теперь хорошо.

– Принимайтесь за работу. Ремонт выполнен только на две сотых процента. Возьмите волновой сканер.

– Слушай, а ты можешь мне как и прежде писать то, что надо делать, а между тем рассказывать, что собственно я делаю? – спросил Кирилл, поднимаясь с пола и разминая затекшие ноги и руки.

– Это повысит потребление имплантатом энергии еще на 1%.

– Выполняй.

И тотчас перед глазами появилась надпись:

“Возьмите волновой сканер и приступайте к проверке дорожек в указанном порядке”.

– Для чего мы повторно проверяем дорожки? – спросил Кирилл, с нужным инструментом усаживаясь перед люком под номером одиннадцать. – Только давай так, чтобы было понятно. Без лишних терминов.

– Приступаю. Прежде вы проверяли дорожки ключом номер восемь для поисков разрыва, чтобы провести первичный ремонт и восстановить проводимость шинопровода в кратчайшие сроки. Теперь же нужно найти все проблемные места, даже если пока проводимость материала нарушена незначительно.