Текст книги "Ученик Печати (СИ)"

Автор книги: Джеймс Кондор

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 12 страниц)

Глава 5

Пара у магистра Кая для многих была жуткой пыткой. Вечные упрёки с его стороны касательно студентов, которые только и могли, что создать Стандартный Импульс. Мало того, что они были для него слишком маленькими, так ещё и не попадали в самый центр мишеней.

Почти сразу магистр потребовал, чтобы студенты поражали мишени своими Импульсами. Но почти все, что он видел, были никуда не годными. Потому все уходили с обречёнными выражениями лица.

Импульс считался одним из самых простых заклинаний, из-за своей адаптивности к виду магии. Хотя Импульсом человека и можно было убить, но сделать это мог лишь Импульс, наделённый свойствами Элементарной Магии. Стандартный же мог лишь толкнуть человека, что было бы равносильно ударом кулаком, а Священный – якобы уничтожить слабого Тёмного без остатка.

В Элементарной Магии особой популярностью пользовался Огненный Импульс – тот самый огненный шар, который мог запросто прожечь дыру в теле противника. Впрочем, это зависело больше оттого, сколько энергии было в заклинании. Водный Импульс также любили называть Мокрым – из-за него обычно лишь промокала одежда, а использовать это как питьевую воду было нельзя. Лишь при заморозке Водного Импульса можно было хоть как-то навредить человеку, хотя было куда проще использовать Каменный Импульс… который был почти равноценен Стандартному и Ветренному. Разница была лишь в том, что Каменный можно было немного заострить, тем самым порезав врага. Но больше всего пользы было от Молниевого Импульса, который прозвали Шаровой Молнией. И неудивительно – заклинание в итоге выходило очень похожим на реальную шаровую молнию, только она двигалась значительно быстрее и в чётко заданную цель, которая зачастую могла от удара потерять сознание. Но пользоваться таким заклинанием мог не каждый…

Микульев знал, что у него вряд ли выйдет создать Импульс без проблем. Но странное предчувствие будто требовало вспомнить всё, что было на лекциях по Стандартной Магии, на которых он был. О том, как ощутить в себе магическую энергию, и как ею управлять. Только вот, как Микульев ни ярился, у него ни разу не выходило управиться с таким делом.

Но вместо лекций МИМа, Раф вспоминал слова Дария о магической энергии и её видах. Дикобраз явно не был одним из тех, кто стал бы балаболить и нести чушь без видимой на то причины. И когда он этим утром рассказывал о магии, Шано делал это с душой, не забывая упоминать все мелкие факты, которых не было ни в одной из книг о магии.

Пока Микульев размышлял, магистр Кай отправил на позорную скамью ещё одну четвёрку студентов. На огневую линию вышла новая команда, в которой внезапно оказался Берис. Осмотрев новых магов, Кай задержал свой взор на гении магии, после чего направился к нему.

– Парень, ты точно группой не ошибся? – поинтересовался магистр, подойдя к нему.

Однако, Берис не ответил. Микульев заметил, что его руки дрожат. Этот факт не мог не настораживать, ведь магистр всегда был уверен на практических занятиях. Более того – он самым первым рвался в бой! Но теперь он выглядел несколько иначе… Будто ему не здоровилось. Впрочем, его правая рука была вся обмотана бинтами, будто была изранена.

Внезапно он сжал кулаки, будто пытаясь унять дрожь в руках. Резко подняв левую руку и раскрыв ладонь, он прицелился привычным образом по мишени. Все, кто окружал его, с интересом смотрели за ним. Ведь все, кто здесь присутствовал, не мог контролировать магию без волшебной палочки. А это значило, что сейчас Берис явно намеревался показать чудо.

Он глубоко вдохнул, будто собирая всю свою концентрацию для создания этого заклинания. Однако, в сантиметре от ладони магистра появился не средних размеров Импульс, а маленький, словно горошина, сгусток магической энергии, подобные которому он использовал раньше в битве против Дария. Все студенты аж вспрыснули от смеха. Они ожидали что-то явно лучше, чем это. Но магистр Кай оставался серьёзен.

Горошина, подобно молнии, устремилась в мишень, стоило только Берису выдохнуть. Микульев почти ничего не смог различить, поскольку Импульс явно попал в цель, но вот куда именно – из-за размеров было не понять.

Ребята всё ещё продолжали смеяться, в то время как, нахмурив брови, с многозначительным лицом изучал данный результат. И, судя по его выражению лица, Импульс Бериса достиг своей цели.

– Твой запас магии крайне мал, парень, – отметил магистр Кай, задумчиво кивая. Смех в группе начал резко стихать. – Но твоя техника достойна внимания. Имя?

– Берис, – буркнул студент в ответ. – Фамилии нет.

Магистр Кай ухмыльнулся. Скорее всего, чем-то ему понравилось это имя, или что-то в самом Берисе, как в человеке…

– Почему пошёл в магические исследования? – спросил преподаватель. Берис потянул с ответом несколько секунд, будто обдумывая всё хорошенько, после чего ответил:

– Чтобы раскрыть магию с мирной точки зрения.

В ответ на это магистр Кай неожиданно рассмеялся. Все студенты с каким-то удивлением наблюдали за этой сценой, и будто размышляли: что им досталась за замена такая? Но посмеявшись с минуту, Кай улыбнулся, и произнёс:

– Ты наивен, если считаешь, что с магией можно избежать войны.

– Я так не считаю, – возразил безразлично Берис, будто расслабляясь. Видимо, самая сложная часть разговора закончилась, как он считал…

– Считаешь, или нет – зачёт есть зачёт, – заключил магистр Кай. Несколько студентов, что не смогли сдать на зачёт данное занятие, кинули несколько взглядов с презрением в своего одногруппника. – Садись.

Все с презрением смотрели на Бериса, как на единственного человека, который был вроде на их уровне, но значительно преуспевал, в отличие от них. В сердцах юных дворян царила неприязнь и ненависть к старательному и талантливому Берису. Именно его в этой группе ненавидели больше всех. Даже на всём потоке едва ли можно было найти человека, который был бы к нему равнодушен. Единственный, кто не проявлял к нему каких-либо эмоций, был сам Иден Дало, так как считал его явно не больше, чем мелкой помехой на своём пути. Даже Микульев в его глазах выглядел значительнее, нежели какой-то безродный маг.

Остальные три студента из практикующихся создали такие же Импульсы, как все, и с успехом получили незачёт и нагоняй от магистра Кая. Поскольку в группе было девятнадцать человек, к мишеням вышли последние два человека. Микульев уже выдохнул, как сбоку от него послышался холодный голос преподавателя:

– Убил демона, и считаешь, что тебе можно сачковать?

Рафаэль вздрогнул. Он был готов поклясться, что ещё секунду назад магистр Кай находился прямо перед мишенями, осматривая подошедших студентов. Но сейчас Кай резко оказался перед самим Микульевым, буквально в мгновение ока, хотя расстояние между ними было не меньше десяти метров.

Гадать, однако, времени не оставалось, потому как взгляд этих пурпурных глаз будто был способен стереть парнишку в порошок. Да и означал он явно именно это чувство, и стоило ответить побыстрее.

– Я… – начал было Раф, но запнулся на секунду, после чего, собравшись с мыслями, выдавил из себя: – У меня освобождение от занятий.

У Микульева освобождение взаправду было. Он принёс его в начале года, когда впервые пришёл на занятие. Рафаэль обладал слишком маленьким запасом магической энергии, чтобы создать Импульс без побочных для себя эффектов. Каждый раз, когда он пытался хоть как-то творить заклинание, на него почти сразу накатывала усталость и слабость, а иногда даже шла кровь из носа.

Магистр Кай окинул его взглядом, будто оценивая. Рафаэль про себя предположил, что он, скорее всего, прибегнул к Магическому Зрению, и сейчас оценивал внутренний запас своего студента-«лоботряса». Но он лишь покосился на него с некоторым недоверием.

– А почему? Магии в тебе даже более чем достаточно. Мне даже интересно, что у тебя получится…

Микульев хотел было возразить, как со стороны входа послышался женский визг. Бросив взгляд в ту сторону, парень увидел нескольких насторожённых одногруппников, доставших свои волшебные палочки, одного студента, державшего свою перепуганную одногруппницу на руках.

Преподаватель быстро рванул ко входу, намереваясь разобраться с тем, кто посмел напугать его ученицу. Другие студенты с интересом попытались увидеть, из-за чего весь сыр-бор. Микульев, встав с лавки, смог с трудом различить из-за спин своих одногруппников нечто небольшое и с длинными растопыренными иголками.

Жуткая догадка проскользнула в уме парнишки. Мысленно молясь Свету, он подошёл поближе, чтобы рассмотреть незваного гостя получше. Но когда Микульев увидел, что был прав, было уже поздно… для беспокойства.

– Визгу много, шерсти мало, – проворчал магистр Кай, глядя на ощетинившегося Дария. Затем, повернувшись к студентке, он спросил: – Чего орёшь?

– Ч-что это за тварь?! – взвизгнула в ответ девчонка, сильнее прижимаясь к парню. Микульев заметил, что у того уже дрожали колени.

– Вы что, дикобразов никогда не видели? – Преподаватель окинул гневным взглядом всех студентов, не пропуская никого.

Рафаэль почувствовал странную тревогу. Такую, какая была не свойственна ему. В голову начали лезть странные мысли, которые будто хотели привлечь внимание. И в каждой из них было представление об угрозах дикобразу со стороны магистра… Будто разум требовал сейчас выйти, и…

– Дарий, как ты вообще выбрался из дома?! – Микульев быстро пробился через толпу студентов, и вышел к дикобразу. Зверёк, краем глаза заметив парнишку, опустил иголки, и медленно заковылял в сторону своего «хозяина». Магистр Кай нахмурился.

– Ты хозяин дикобраза? – спросил он, скрестив руки на груди.

– Д-да… – протянул Рафаэль. – Вчера с ним в парке столкнулись… Простите, я думал, что закрыл дверь дома.

Магистр Кай тяжело вздохнул, подняв глаза к небу. Будто он жаловался самому Свету на ученика, который нарочно притащил с собой питомца на занятие, чтобы был повод уйти. Но правило есть правило – а это значит, что Микульеву придётся отвести своего зверя домой и убедиться, что тот не помешает занятиям.

– Сегодня разрешаю уйти, – сказал Кай, разворачиваясь. – Но учти, что в следующий раз я его просто конфискую.

– О чем ты вообще думал?!

Рафаэль быстро увёл Дария с территории института, вернувшись с ним к себе в комнату. И стоило лишь закрыть дверь, как он тут же взорвался.

Шано же, который до этого молчал, как подобает настоящему дикобразу, наконец, прокашлявшись, произнёс, будто оправдываясь:

– Я искал своё тело.

– А почему во время моих занятий по Стандартной Магии? – спросил Микульев, расхаживая взад-вперёд. – Слишком уж удачно ты вошёл, чтобы это было случайностью, демон недоделанный!

– Но это правда была случайность! – поднял лапки к верху Шано. – Я не знал ни о твоём расписании, ни о том, что в этом вашем Магическом Корпусе так легко заблудиться!

Рафаэль плюхнулся на кровать, выругавшись про себя. По сути, Дарий сорвал ему неприятный провал перед новым преподавателем, создав ему репутацию студента-прогульщика, который не может якобы уследить за своим питомцем. И даже если Шано правда не хотел портить занятие Микульеву, он сделал это самым неприятным образом для него. И даже если Дарию удастся вернуть своё тело, последствия его действий в шкуре дикобраза будут преследовать Микульева до конца года.

Однако, на сегодня пар у Рафаэля не осталось. Пара по Стандартной Магии должна была быть сегодня последней, а после Микульеву можно было насладиться двумя выходными, которые он явно потратит на дикобраза, который свалился как снег на голову.

– Нашёл хоть что-нибудь? – спросил он, уткнувшись взглядом в потолок.

– Магиеизолирующий материал не дал мне и шанса всё рассмотреть, как следует, – признался Шано. – Да ещё на тебя наткнулся почти сразу. Но я искренне сомневаюсь, что есть в твоей паршивой академии ещё места, где можно содержать моё тело. Потому я считаю, что надо будет туда залезть ночью и всё изучить.

Рафаэль глубоко вздохнул, и перевалился на бок лицом к стене. В голове у него возник закономерный вопрос: как стоило действовать?

Задумавшись над ним, парень понял, что сейчас искать тело Дария будет как минимум бессмысленно. Даже если оно ещё было целым, не было шанса на то, что его удастся успешно забрать. Да и потом, мест, где оно могло бы быть, в МИМе было превеликое множество. А даже если бы и удалось захватить, то по работе с перемещением Дария обратно в тело вышло бы очень много проблем. Как минимум, потому что с этим разобраться так и не получилось.

И именно поэтому Рафаэль был намерен посвятить выходные развитию своего полудохлого магического дара. Только вот, на расширение магического резерва требовалось довольно много времени, и даже если бы Микульев принялся сейчас за работу, то у него ушло бы не меньше месяца лишь на то, чтобы удвоить своё нынешнее количество магической энергии, что было не так уж и просто. Но было нечто такое, что выбивалось из общей картины…

– Слушай, Дарий, – обратился к своему «питомцу» Рафаэль. – Ты ведь сегодня не просто так мне полную лекцию о видах энергии рассказал?

Шано не спешил с ответом. Но, спустя минуту размышлений, он оскалил свои зубы, будто улыбаясь, после чего ответил с некоторой радостью:

– Ты всё же понял, Раф…

– Какой вид магической энергии ты увидел у меня? – спросил Микульев.

Дарий внезапно скорчил свою обычную гримасу. Приложив переднюю лапу к подбородку, дикобраз постучал зубами, а после окинул комнату взглядом, будто что-то в ней ища.

– Ты не владеешь Магическим Зрением? – мрачно спросил Шано, продолжая что-то искать. – Это же самый базовый навык!

– А им вообще сложно пользоваться? – Микульев аж подскочил на кровати, и в два прыжка оказался около дикобраза. – Как это вообще делается?

– Очень просто, – ответил Дарий. – Нужно подвести немного магической энергии прямо к глазам и сфокусировать её на внешней стороне. Нужна только крупица. Если добавишь больше, чем нужно – ослепнешь.

– Настолько велик риск?! – Микульев забегал глазами. Он вспомнил одну из книг, где упоминалось нечто подобное, но не придал этим словам должного смысла.

– Временно ослепнешь, – махнул лапой дикобраз, внезапно встав и подойдя к столу. С трудом забираясь на табурет, он продолжил: – Всё равно, что на солнце посмотреть минуту, а затем резко отвести взгляд.

Микульев попробовал сконцентрироваться на своей магической энергии. Затем, кое-как нащупав её своими ментальными руками, он попытался взять маленькую крупицу – равноценную той, что использовал сегодня Берис во время занятия у магистра Кая. Наконец, руки поднесли крупицу к правому глазу – на левый, увы, она была не нужна. Аккуратно, будто пытаясь придать шарику состояние равновесия на тонкой перекладине, Микульев положил эту крупицу себе прямо в зрачок.

Удостоверившись, что крупица там, Раф открыл глаз, и…

– Ого!

Перед ним буквально на секунду мелькнули несколько странных пятен вокруг, после чего мир вернулся к привычному оттенку. Осмотревшись, Рафаэль задумчиво почесал затылок.

– Ну как, работает? – поинтересовался с ехидством Дарий, который уже успел залезть на стол и добраться до пиалы с яблоками.

– Не совсем… – признался Микульев. – Всё вспыхнуло на секунду, после чего всё снова стало прежним…

Шано откусил кусок яблока, после чего начал долго его жевать, будто о чём-то размышляя. Его глаза-бусинки закрылись, будто от наслаждения вкусом, а затем, когда он-таки проглотил свой кусок, он предположил:

– Ты забыл поток подвести что ли?

– Поток необходим? – уточнил Раф.

– А, по-твоему, без поддержания магией Зрение будет работать на полную? – язвительно заметил ёж, ещё раз откусывая кусок яблока. – М-м! Вкусно!

Микульев глубоко вздохнул, после чего принялся за повторение работы. На этот раз он сумел подвести к глазу не только необходимое количество энергии, но и магический поток достаточного размера, чтобы тот мог поддерживать Магическое Зрение.

Наконец, сделав всё, Микульев раскрыл глаз, и увидел всё более-менее чётко, чем в первый раз.

Весь мир принял чёрно-белый вид, из-за чего казалось, что магия обесцветила его. Но это было не совсем так. В этой картине были и цветные моменты. Например, обратив внимание на дикобраза, Микульев увидел сгусток яркого голубого цвета, что был равномерно распределён по всему телу Шано. Выглянув в окно, Рафаэль увидел огромную ярко-голубую полосу в небе, которая была даже ярче, чем сгусток Дария.

– Вижу! – кивнул с улыбкой Микульев. – Я владею Магическим Зрением! Очуметь!

– Обычно маг может видеть им только обычную магическую энергию, но бывают и случаи, когда он может видеть больше, – сообщил Шано, откусывая уже кусок от второй половины яблока. – Для того, чтобы видеть больше видов энергии, нужно научиться их различать, и столкнуться с каждым видом пару раз. И лишь после кое-как получится их различить…

Внезапно Микульев заметил в гуще голубой энергии дикобраза какие-то странные тёмные участки, которые были смешаны с магией Шано. Эта картина у парня тут же нашла себе ассоциацию: мраморные полы в здании Сената.

Вспомнив о словах Дария насчёт цвета энергии, Раф мысленно постарался придать этим участкам насыщенный чёрный цвет. Ведь если это была такая же магическая энергия, значит и цвет она могла также изменить. И всё вышло именно так, как он предполагал: в магической энергии Дария была ещё одна энергия…

– Слушай, а ты точно владеешь только одним видом энергии? – уточнил осторожно Раф. Шано замер, с открытым ртом, из которого виднелись куски ещё не прожёванного до конца яблока.

– Да-а… – протянул Дарий. Кусок яблока всё-таки выпал. – Только не говори, что ты смог увидеть больше одного вида энергии! – Дождавшись кивка, Шано нервно засмеялся: – Это… невозможно! Ты ведь только научился использовать Зрение! Даже самые талантливые маги не могут видеть сразу по два вида энергии! Исключение только те, кто… – Дикобраз осёкся, будто анализируя свои последующие слова. Но затем он, щёлкнув… прошу прощения, попытавшись щёлкнуть своими когтями пару раз, и затем, когда он понял, что из-за его новой физиологии это почти невозможно, вздохнул и закончил свою мысль: – Те, кто владеет сразу этими видами энергии! Точно! Это имеет смысл… Но тогда…

– Это же вроде редкость, да? – уточнил Микульев с усмешкой. – А какова вероятность того, что в одной комнате окажутся два таких редких мага?

– Проблема в другом, – возразил Дарий, начав расхаживать по столу. – Я более, чем уверен, что до появления здесь во мне была только обычная магическая энергия. А если у меня внезапно появился ещё один источник энергии другого рода, то это явно не просто так…

– А как вообще можно обрести новый вид энергии? – спросил студент, наклонив голову на бок. Дикобраз стукнул лапой по столу:

– Это невозможно, Раф! Равно как и влияние на души и сознания живых существ! Это могут лишь Избранные Боги! Но ты… Ты смог не только переселить мою душу в тело дикобраза, но ещё и подарить мне новый вид магии! Это против самих законов МИРОЗДАНИЯ!!! Понимаешь, Раф? МИРОЗДАНИЯ!!!

Какое-то время Дарий пытался отдышаться. В новом теле у него был крайне небольшой запас воздуха, и потому ему часто приходилось после долгих речей глотать ртом воздух. И именно поэтому у Рафаэля это время было идеальным для того, чтобы задать все вопросы, которые его беспокоят по данной теме.

– Следующие два дня у нас выходные, – сообщил Микульев. – Можем потратить это время на то, чтобы получше узнать о магии, что скрывается в нас. Может быть, это сможет приблизить нас к разгадке о том, как расклеить вас с дикобразом.

Дарий ответил на это предложение не сразу. Он продолжал попытки отдышаться, и потому всё ещё не мог ответить, как следует словами. Но Шано молча кивнул, будто принимая это предложение. И он был прав: за два дня беспрерывной работы они далеко смогут продвинуться с расклеиванием чем постоянно отвлекаясь на учёбу…

Но сейчас ни Дарий, ни Раф, ни преподаватели МИМа понятия не имели о том, что на их учебное заведение, как и на весь привычный мир, надвигается тёмное время…

Глава 6

Берис молча шёл по аллее, опустив взгляд в землю. Солнце потихоньку садилось, окрашивая небо в рыжий цвет. Маг чувствовал себя слишком подавленным, чтобы даже думать о том, куда ему на самом деле нужно идти сейчас. Несмотря на конец занятий и грядущие выходные, ощущения были хуже некуда.

Прежде Берис считал своих одногруппников полным мусором. Ему не было нужно с ними общаться, ведь в магии никто не понимал и не был наделён половиной таланта Бериса. Что могли вообще понимать о магии люди, которые видели в ней только оружие массового поражения? Покажи им всего один Огненный Импульс – и они уже считают себя боевыми магами! И это больше всего раздражало Бериса, как мага.

До поступления в МИМ, магия для него была больше, чем просто оружие. Она стала для него надёжным помощником в нелёгких путешествиях, теплом во время зимы, и лучшим другом из всех во время передряг. И потому Берис знал о ней столько, сколько не мог знать человек, которого кормили с ложечки в отцовском доме.

Магия – вовсе не инструмент, не оружие – а живое существо, которое желало найти отклик в душе своего обладателя, стать для него больше, чем просто опорным инструментом. Когда злился Берис – злилась и магия, а когда ему требовалось тепло, она была готова его подарить. Порой Берис чувствовал, что магия на деле – живой человек. И человечного в ней было значительно больше, чем во многих людях, что ему довелось увидеть…

Берису было плевать, если его пытались затравить, и неважно кто: взрослые, дети, одногруппники… Он смог бы без особых трудов от них отбиться, даже не прибегая к магии. Физическая форма у него была хоть куда, а магия в нём – ещё сильнее.

В бою с демоном Берис чувствовал впервые, что смог найти хоть кого-то, с кем он мог говорить о магии на равных. Та короткая стычка, которая была между ними, стала для него больше, чем противостоянием чудовища и героя. Это был самый настоящий диалог, который объединил не только душу Бериса и демона, но и их магии воедино. Сила заклинаний каждого из них была направлена на то, чтобы проверить верность своей магии, духа и стремлений.

В бою странствующий маг увидел в демоне желание изучать мир, не вредя ему. Он будто нарочно только защищался, нарочно кидая слабенькие заклинания, чтобы не навредить Берису и всему окружающему миру. Возможно, появись демон иначе, чем прямо посреди аудитории во время пары, они бы смогли найти мирное решение. Но этому было не суждено случиться.

Когда Берис услышал предложение о последнем ударе, всё было решено. Странствующий маг намеревался побороть его, после чего спрятать тело и артефакт, чтобы сказать другим, что тот был испепелён. Но из-за вмешательства неизвестного мага с фингалом на левом глазу, весь план пошёл насмарку. Берис не смог различить тогда, что он сделал точно – свет Лучей сильно ослеплял его. Но после того заклинания, всё пошло под откос…

«Фингала» нарекли Убийцей Демонов, спасителем МИМа. А бездыханное тело демона забрали подоспевшие магистры, дабы исследовать его потенциал. Что же до Бериса, то его сразил резкий приход магического истощения, последствия которого не прошли и по сей день… Магия будто покинула его, оставив лишь малую частичку себя. Всё в один миг стало бессмысленным.

Прошло немногим меньше суток, но это время тянулось для Бериса почти вечность. Даже занятие по Стандартной Магии далось ему с трудом. Запас магии не смог восстановиться даже за полную ночь отдыха и прогул физкультуры, и сейчас странствующий маг мог собрать не больше тысячной части того, чем он мог управлять ещё два дня назад без проблем. Даже тот Импульс, который он сжал до размеров обычного Осколка на занятии с магистром Каем, стоил лишь немногим меньше половины от той части, что у него осталось.

Всё, что происходило с ним сегодня, было похоже на настоящую пытку. Будто сама Судьба желала над ним поиздеваться. Показать, что теперь он сам был мусором по сравнению с теми, кого сам считал таковым. Дети дворян, которых он до этого игнорировал, впервые своими издевательствами задели Бериса. Он понимал, что ни были правы. Он был теперь ни на что не способен. Высокомерие агнессэрских дворян, даже самого низкого титула в группе, взлетело почти до небес, хотя у многих запаса хватало едва на четыре Стандартных Импульса.

Благо, магистр Кай быстро смог спустить их на землю, показав им, на что способен настоящий маг.

Если до этого многие студенты могли пройти за счёт своего происхождения, то у этого рыжеволосого преподавателя все были равны: и иностранцы, и дворяне, и простолюдины. Лишь по одному признаку он их различал – по их собственным стремлениям. Всего за первые десять минут он смог показать, что по-настоящему магами можно считать лишь тех, кто искренне желает учиться и стремиться овладеть своей силой. И потому он показал своё лучшее заклинание…

Берис был поражён, значительно сильнее обычных студентов. Магистр использовал тогда не боевое заклинание, и даже не какое-то бытовое. Кай просто окутал своей магической энергией обувь и, не отрывая ног от земли, просто скользнул в сторону на добрых пару метров. Прежде никто и подумать не мог о том, что может существовать такое заклинание.

«Это заклинание полезно в любой сфере деятельности, – пояснил тогда магистр. – Мирная жизнь, исследования, бой… Применить его можно где угодно, важно лишь понимать, как на самом деле работает магия. И если вы, будущее магии, даже не понимаете, как контролировать эту силу, то мне вас крайне жаль…»

Берис понимал принцип действия данного заклинания. Возможно, увидь он его ещё до той злополучной встречи с демоном, повторить его и найти применение было бы не проблемой. Даже если бы всё не вышло с первого раза, он мог бы потратить выходные на то, чтобы лучше понять и отточить это заклинание.

Но, Тьма его забери, Берис не мог этого сделать! Почти вся его магия канула в небытие, оставив лишь жалкие крохи! Всё, над чем он корпел всю свою сознательную жизнь, вся его мечта стать надёжным стражем Лантиса, было уничтожено в том бою с демоном, в котором он видел превосходного единомышленника руками этого Убийцы Демонов!

– Будь ты проклят, подонок! – заорал во всё горло Берис прямо посреди улицы. Его кулак правой руки с силой ударился о скамью, стоявшей рядом. Но несмотря на то, что он вложил в этот удар почти всю свою магию, та даже не треснула. Лишь бинты на руке снова окрасились в красный…

Странствующий маг упал на колени, чувствуя магическое истощение. Он уже не знал, что ему делать, такому слабому и беспомощному человеку, который был равен разве что простому крестьянину. Кому будет нужен простой маг, который почти целиком лишился своей силы? Что он сможет сделать, если даже этот удар лишь ранил его?

Берис взвыл, чувствуя свою полную бесполезность и бессилие перед этим жестоким миром. Единственное, что он раньше мог противопоставить, была его магия. И даже со своим статусом никчемного простолюдина, его, как знатока магии, не смели недооценивать. Все с ним считались.

Но почему у него посмели её забрать? Зачем Убийца Демонов лишил его столь важной части жизни? И почему Берис позволил этому произойти?..

– Я убью тебя, – процедил сквозь зубы маг, сжимая кулаки. – Как ты забрал мою жизнь, так и я заберу твою, Убийца Демонов!

– Весьма смелое обещание, магистр Берис, – послышался холодный голос позади.

Странствующий маг вздрогнул. Он совсем забыл, что находится на территории МИМа, где было полно студентов и преподавателей. И сейчас все его крики можно было воспринять хорошо, если как бред простого сумасшедшего мага. И это могло быть чревато последствиями. Но Бериса это совершенно не беспокоило.

– Это моё личное дело, шкет, – процедил маг сквозь зубы, силясь встать. Но магическое истощение серьёзно лишило его каких-либо сил. – Не лезь.

– Даже если я скажу, что у меня есть идея, как вернуть ваши магические силы, и даже сверх этого? – послышался тот же равнодушный голос.

Берис застыл, ошарашенный от этого заявления. Он изучал магию всю жизнь, и знал, что магические резервы мага невозможно расширить как-то иначе, кроме как ежедневных тренировок, доводящих до магического истощения. И даже так, даже для того, чтобы маг мог увеличить свои резервы для создания двух Импульсов, вместо одного, нужно было работать усердно около месяца. А Берис на свой резерв потратил больше пятнадцати лет, тренируясь с самых малых лет.

Предложение этого незнакомца было похоже на какое-то божественное чудо, за которое нужно было отдать свою душу. Изначально запах этого дела был крайне дурным, но тратить годы на то, чтобы восстановить свои пятнадцать лет упорного труда, ему не хотелось.

Поняв, что эти слова зацепили Бериса незнакомец продолжил:

– Сейчас я смотрю на тебя, мой дорогой магистр, и вижу себя. Вижу своё упорство, стремление превзойти всех, и достичь поставленной цели. Тебе трудно жить среди тех, кто видит в ней только оружие, не так ли?

– Чего ты хочешь за мою магию, дьявол? – процедил Берис сквозь зубы. – Душу? Или жизнь?

Дьявол не поспешил ответить. Послышались приближающиеся шаги, а следом и ответ:

– Спасти магию от невежественных магов. – Незнакомый чудак встал перед магом, а после сел перед ним на корточки. Берис поднял взгляд, и увидел его взрослое, но крайне бледное человеческое лицо. – Ты, как и я, не можешь понять других студентов. Они идут на всё, чтобы получить свои оценки. Списывание, взятки, даже травля других, ради ответов. Все здешние дворяне, что хвалятся своей магией, не стоят и выеденного яйца на фоне настоящих магов, вроде нас с тобой. Тех, кто стремится к реальным знаниям. И мир хвалит тех магов, у кого титул, а не тех, у кого есть хорошая голова на плечах. Почему так? Почему хороший маг обязательно тот, у кого есть титул и власть, а не тот, у которого есть настоящие знания?

Берис вздрогнул. Кем бы ни был этот черноволосый мужчина, он явно будто знал всё, о чём думал странствующий маг. С самых первых дней обучения, Берис неоднократно подмечал, что все студенты предпочитали списать, нежели учиться и постигать всю суть. Их интересовал лишь результат, но никак не сам процесс и его практическая польза. Даже преподаватели магии просто читали из учебника тот материал, что составлял явно несведущий в магии человек. Даже времени на саму магию уделялось меньше, чем на историю Лантиса.

Сейчас Берис понимал, что ему всё равно, каким именно способом будет возвращена его магия. И было даже наплевать на то, если идея незнакомца вернуть его резервы в былое состояние себя не оправдает себя.

– Довольно, – остановил бледного мужчину Берис. – Если ты хочешь вернуть магии её силу и значимость, то я с тобой, кем бы ты ни был.