Текст книги "Стань моей, если осмелишься (СИ)"

Автор книги: Диметра

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 17 страниц)

Глава 25. Отравление

Открываю глаза, не могу понять где нахожусь, воспоминания путаются, я видела много странных снов, считала их за реальность…

Это больница?

Со мной что-то случилось?

В сознании возникают вспышки каких-то фрагментов, тошнотворный запах, боль в животе и горле.

Точно, мне запихивали трубку в рот и заливали воду, потом скручивали калачиком и давили на живот.

Это делал тот врач, с которым мы познакомились ночью, когда Нарвал вырубил Арсения.

– Давай, девочка, не теряй сознание, помоги же ты мне, – у доктора Тимофея (или как там его) сильные руки, но он не один пытается меня реанимировать.

Всё вокруг окутано туманом боли, от которой меня скручивает пополам. Живот тянет от наполненности водой. Тимофей подставляет глубокий таз, меня выворачивает и так несколько раз.

– Она будет жить? – голос Нарвала хриплый и тревожный.

– Ещё бы чуть-чуть и яд бы полностью всосался. Просто повезло. У неё сильный ангел хранитель.

– Вась, живи, я прикончу виновного, – Нарвал помогает, укладывает, простынёй накрывает. Сам ранен, покачивается, но пытается что-то сделать для меня. Мужчина хватает меня за руку, я отключаюсь.

Всё тело затекло и ноет, кажется, что я спала неделю. Мне поставили капельницу, судя по маленьким ранкам на руке далеко не первую, жидкость в ней желтоватого оттенка.

Слышу как кто-то разговаривает на повышенных тонах где-то за стеной.

– Я просто тебя люблю… ты же знаешь… – где– то рядом скулит Катя.

– Зная, что я слаб, ты вытворяешь такое под самым моим носом! Она чуть не умерла! Ты хоть понимаешь всю серьёзность ситуации?

– Доза была слишком мала! Я всё рассчитала!

– Нет, ты ничего не рассчитывала. Мы провели анализы, Василиса была в шаге от смерти. Доверия к тебе никакого больше нет, ты знаешь, что это значит для тебя.

– Больше это не повторится, клянусь, Нарвал, чем хочешь клянусь.

– Откуда мне знать, что ты не попытаешься это сделать снова?

– Ты поступаешь прямо как свой отец, а изливал душу, что не будешь таким!!! – хныча, стонет девушка.

– В такие моменты я понимаю его гораздо лучше, – голос твёрд как камень, он непоколебим.

– Пожалуйста!!! Я посвятила жизнь тебе, ПРОСТИ, ПРОСТИ!!!

Выстрел.

Катя замолкла.

Звук приближающихся шагов, он идет сюда.

– Очнулась?

Нарвал одет в спортивный костюм. Он выглядит здоровым, видимо прошло какое-то время.

– Что произошло?

– Я виноват перед тобой. Если бы не свалился с ранением, то заметил бы, что она желает тебе зла.

– Всё таки она меня отравила?

– Я бы хотел, чтобы это было не так, но мои люди всё проверили, отраву добавили в твою порцию.

– Поэтому ты её убил?

– Каждый кто попытается тебе навредить, последует за ней.

– Она беззащитная девушка, а ты просто взял и пристрелил её как собаку?

– Беззащитная? – его лицо искривилось в презрительной усмешке, – она чуть не убила тебя, а ты за неё заступаешься? Я бы руками её разорвал ни разу не жалея.

– Ты слишком жестокий человек! Я такое не вынесу! Мне нужно отсюда уйти!!! – на глаза навернулись слёзы, губы затряслись в накатившей истерике.

Сажусь на постели, выдёргиваю иглу из руки, пытаюсь встать на ноги, но пол качается, по ощущениям я лечу в бездну, но падение длится не долго, Нарвал подхватывает меня.

Я не могу ходить! Меня качает, подташнивает и мутит. Нарвал хмурится, ему ещё больно в боку. Будь он сам здоров, то наверное взял бы меня на руки.

– Вася, надеюсь ты когда-нибудь сможешь понять, что значишь для меня.

– Надеюсь нет.

Но ведь Катя действительно без шуток попыталась убить меня. Даже не верится… Она конечно ненавидела меня, но убивать…

Видимо у неё на почве любви совсем поехала крыша. Ну мог бы отправить её в психушку, а не стрелять в неё!

– Зачем ты её убил?

– Я бы не смог больше работать с Катей, нужно было выгнать её, люди отца рано или поздно взяли бы её след, организовали бы дичайшие пытки с изнасилованием по кругу, чтобы она раскололась. Она бы раскололась, потому что…Ты не хочешь узнать чтобы они ей сделали, чтобы побольше вынюхать обо мне. Я поступил с ней милосердно.

– Больше никогда не подходи ко мне.

Он накрывает меня собой, ставя руки с двух сторон от моей головы. Мне хочется взбрыкнуть, толкнуть его или дать пощечину, но от его близости под его убийственным взглядом я могу только не дыша молча моргать.

Мои слова задели Нарвала за живое, он такого отношения к себе не потерпит.

– Запомни, – рычит, – Ты. Теперь. Моя. Прикасаться? – проходится носом по щеке и приподнимает пальцем подбородок, – Я буду трогать тебя как и где захочу, – аккуратно берет за шею, а потом ладонью по груди до живота ведет, – Ебать сколько угодно и в каких угодно позах. Ты тут на правах моей женщины, отношение к тебе соответствующее, но всё может измениться, я не всегда такой добрый.

Он разворачивается, чтобы уйти, у меня сердце сейчас просто выбросится из груди, язык опух, дышать трудно, не так то легко пережить эти «трогать как и где захочу».

– Это из-за тебя меня отравили. С тобой небезопасно! – начинаю бубнить, а в конце перехожу на крик.

Нарвал останавливается у двери.

– Ты дочь одного из самых авторитетных бандитов в России. Тебе предначертано жить опасную жизнь. Не я, так кто-то другой.

– Таких влюблённых идиотов больше нет!

Нарвал разворачивается ко мне.

– Думаешь, я влюблен в тебя? – он смотрит на меня как на идиотку, как будто я сморозила вселенскую глупость, а потом делает шаг, наклоняется и впивается в мои губы ровно на три секунды и прямо в рот мне говорит:

– Я не влюблён в тебя, малыш, я тобою одержим.

Он тяжело набирает воздух через ноздри, вдыхая мой запах и отстраняется от меня.

До сих пор чувствую его горячее вкусное дыхание у себя во рту, мурашки прокатывают бесконечный круг по моему телу.

Если бы я стояла в этот момент на своих двоих, то рухнула бы уже не от недомогания, а от его влияния на меня.

Плавлюсь так, что скоро стану с простыню единым целым.

– Вась, дыши, – гад! Он видит, что я перед ним слабая!

Злюсь на себя. Он побеждает меня раз за разом, я не борец в битве с единорогом, точнее с Нарвалом.

– Думаешь стал бы кто-то добиваться тебя из-за любви? – он смеется так, как будто и вовсе чувств ко мне не питает. Как будто у него тоже есть другие цели.

– А для чего?

– Ты это билет к трону, любой кто шарит, тебе это скажет.

– Так вот для чего я нужна тебе! Хочешь меня использовать!

– Если бы хотел, выебал бы ещё в машине, когда мы ехали в гостиницу, хотя нет…Если бы хотел, я бы соблазнял тебя легально, чтобы ты сама на мой член просилась, а потом умоляла папочку выдать себя за меня.

– Ты же выиграл меня в карты, получается давно планировал забрать? Хотел просто билет в рай получить? – от его слов мне становится горько, начинаю мыслить трезвее, но снова начинает подташнивать.

Его лицо становится таким…в общем я понимаю, что своими словами попала четко в яблочко. Искренностью никакой тут и не пахнет, он действительно хотел завладеть мной для своего продвижения по криминальной карьере. Жнец ему дороги отрезал, вот он и нашел короткий путь.

Одержимый, тоже мне, дуралей!

Отец не отдал меня, поэтому Нарвал решил сделать ход конём.

Какая же я дура! В розовых пони поверила и в единорогов!

Как только окрепну, надо ВАЛИТЬ, ВАЛИТЬ, ВАЛИТЬ!

– Вижу, выводы ты уже сделала. Переубеждать не стану, нет времени на это. Когда выздоровеешь, доктор тебя отправит к себе, на этот этаж не ходи, тут много голодных мужиков, здесь их комнаты находятся. И вот, это тебе, – он вытаскивает из-за двери белого плюшевого медведя почти с себя размером, сажает его у моих ног и уходит.

Хочу скинуть игрушку ногами, потому что злюсь, что Нарвал опять в сердце самое выстреливает.

Глаза у медведя такие большие и живые, что я не решаюсь сбрасывать его.

– Ты не виноват, что Нарвал такой придурок.

Вечером ко мне заходит Тимофей.

– Ну как ты, принцесса?

– Мутит.

– Понимаю, ты три дня была в отключке полнейшей. Есть пока не хочешь?

– Нет, что-то даже не тянет.

– Главное пей воду, а еда у тебя будет пока в формате каши и пустых лёгких супчиков.

– Я не буду есть еду, приготовленную кем-то. Вдруг меня опять отравят?

– Думаю, выстрелы ты слышала и прекрасно понимаешь, что это не для потехи было, не думаю, что мне можно поднимать с тобой эту тему, но скажу по секрет: Нарвал устроил публичную казнь. После такого ни один не решится тронуть тебя хоть пальцем.

Он прибил Катю, чтобы все люди боялись меня обижать? Что за бред?

Глава 26. Выписываюсь

Нарвал несколько дней ко мне не заходит. Стыдно признаться, но я чувствую что-то, напоминающее тоску.

Я себе противна. Не хочу испытывать эти чувства.

Мои родители с ума сходят, Егор неизвестно живой или нет. Как я могу скучать по убийце?

Это всё эмоции. Он бросает меня в бурю контрастов. Я никогда не испытывала настолько острых ощущений, кажется, что я на это подсаживаюсь.

– Сегодня можешь подниматься к себе и уже есть нормальную еду. Анализы отличные, быстро на поправку идешь, – Тимофей вытягивает меня из моего мысленного самопсихоанализа.

– Большое вам спасибо! Вы лучший доктор. Заметно, что у вас много опыта в разного рода заболеваниях.

– Василиса, я рад, что смог помочь тебе, но ты и сама хорошо постаралась. Послушная, – Тимофей поглаживает рукав моей пижамы.

– Почему вы живёте в этих катакомбах? Неужели вам не хочется домой?

– Любишь выведывать секретики?

– А это тайна?

– Ну не то чтобы тайна, но за бетонным забором никто чужой не знает, что тут происходит.

– Я думала Нарвал всех своих людей держит рядом.

– Нет, у него гораздо больше связей чем кажется на первый взгляд.

– Почему люди соглашаются ввязываться в этот криминал? Всё это беспредельно и опасно.

– У одних нет другого выбора, они завербованы и повязаны, другие жаждут наживы, Нарвал никогда не обижает деньгами.

– А вы по какой причине тут?

– Я обычно о таком не рассказываю, но ты хороший человек, я это сразу почувствовал, в ту ночь, когда ты кинулась спасать своего похитителя.

– Скорее я глупый человек…

– Любой подобный поступок засчитывается нам и на чаше весов в судный день будет иметь большую массу. Моя семья жила всегда очень бедно, мама болела, а папа не мог ни найти хорошую работу, ни надлежащим образом ухаживать за ней. Нужны были деньги на лечение и отец решил попробовать их занять в микрозаймах. Операция прошла плохо, перитонит поразил кишечник и мама скончалась в реанимации. Я не знал о займах отца, он просто продавал вещи из дома, чтобы выручить хоть какие-то деньги. Время шло, долг рос до необъятных размеров. К тому времени я заканчивал мед. и собирался идти работать в крутую клинику, потому что у меня к хирургии всегда был талант. Получив диплом, я примчался домой, чтобы похвалиться отцу, но застал, как бандиты несли его за ноги и за руки, они кричали что-то про то, что он должен сам выкопать себе могилу. Схватив велосипед, я погнался за их машиной, от активной езды у меня слетела цепь и меня отбросило в канаву. Рядом остановился огромный черный джип, оттуда выглянул Нарвал и предложил помощь. Он видимо наблюдал за всей ситуацией со стороны, не задавая вопросов, посадил меня в машину и мы поехали на разборки.

– Дайте угадаю, он там убил всех?

Тимофей улыбнулся, как будто этот эпизод в его жизни был решающим.

– Нет, Нарвал настоящий дипломат, он провёл переговоры, без лишних слов выплатил деньги за нашу семью. Когда отца освободили, он отвёз нас домой. По пути он спросил, что я умею делать. Когда Нарвал узнал, что я медик, стал обращаться по важным вопросам ко мне и предложил постоянную работу.

– Но вы тут живёте!

– Нет, я остаюсь только в экстренных ситуациях. У меня есть семья и двое детей.

– Вы не боитесь умереть из-за Нарвала?

– Я работаю на него секретно, чем меньше людей об этом знает, тем лучше.

– А если он потребует переехать?

– Я возьму свою семью и мы переедем. Я не боюсь трудностей, он выручил меня, я в вечном долгу перед ним.

– Вам не кажется, что вы уже переплатили?

– Он нанял меня за деньги. Мне же нужно кормить моих близких.

– А Катя? Как она попала к нему?

– Катя просто искала работу с проживанием, потом её тут держали чувства. Люди, нанятые подобным образом, предают чаще всего.

– Между ними что-то было?

– Нарвал не пускает случайных людей в свою постель, но утверждать ничего не буду.

– Её не отталкивала его жестокость?

– Когда человек любит, он становится слепым.

– А как же другие люди? Они не слепые. Своими угрозами он же всех отталкивает от себя. Почему они не взбунтуются против него?

– Не каждому под силу быть грамотным руководителем, люди верят ему, хотят идти за ним, плюс он щедр, содержит их, тренирует, помогает их семьям, – Тимофей улыбнулся, – Нарвал нашёл путь и к твоему сердцу.

– Что? – мои щеки тут же залились румянцем, – О чем это вы?

– Ты прекрасно понимаешь о чем я, лисичка, – загадочно улыбнувшись, доктор похлопал моего медведя по голове.

Глава 27. В комнате

Наконец-то я возвращаюсь к себе в комнату. Иду в обнимку с белым медведем. Он больше меня, но лёгкий как пушинка, внутри видимо один синтепон.

Преодолеваю последнюю ступеньку, захожу в кабинет Нарвала, его нет и все три дня тут и близко не было, никаких признаков работы, на столе ни одной бумажки, или он помешан на чистоте, или он всё таки не пользуется кабинетом. Есть ещё какие-то секретные комнаты?

Пахнет чистотой и свежестью, как будто недавно всё помыли и проветрили. Неужели новая домработница постаралась?

Подхожу к двери, открываю, делаю шаг и впечатываюсь прямо в грудь этого гиганта, медведь падает из рук. Нарвал подхватывает меня за мою гибкую спину, прижимает к себе.

– Ну привет, – он смотрит полным холода взглядом.

– Привет, – бубню практически себе под нос.

Меня обдаёт жаром его крепкого тела, это будоражит и дурманит рассудок.

Мужчина отпускает меня, поднимает медведя, протягивает игрушку мне, я тяну на себя, он на секунду удерживает, не даёт сразу забрать.

– Приходи обедать через часок, знаю, что ты пойдешь сейчас в ванну.

Как он узнал? Я и правда хотела набрать полную пены ванну и расслабиться.

– Хорошо, только не надо ломиться, я сама спущусь.

Господи, мы говорим так, как будто много лет живём вместе. Это вообще нормально?

– Повезло же медведю, – говорит Нарвал, гладя на прижатого к моей груди плюшевого друга. Его взгляд меняется, он снова показывает как жаждет меня.

– Я так рад, что тебе понравился мой подарок.

– Не понравился, просто он не виноват, что ты плохой человек!

Мои эмоции на грани, меня начинает потряхивать, я нервно облизываю пересохшие губы, прячу взгляд, потому что мои нервы вот-вот сдадут, чуть семеню задом в сторону комнаты, он делает шаги на меня, мы оказываемся на моей территории, мужчина идет до тех пор, пока я не упираюсь в кровать и не падаю на неё спиной.

– Ты выглядишь сейчас настолько соблазнительно в этой пижамке с лисичками. Я хочу снять её с тебя.

Он пальцем оттягивает резинку штанов и отпускает, она шлепает мне по животу.

Мне нечем дышать, он высасывает воздух из всего пространства вокруг. Наклоняется ко мне, опять жаром тела обжигает, меня всё это с ума сводит.

Ложится рядом набок, опирается на локоть, изучающе сканирует, мой верх слегка задрался, открыв живот, Нарвал запускает руку под пижаму и смотрит прямо в глаза.

– Твоя кожа такая нежная.

Я делаю попытки остановить его руку, потому что больше просто не вынесу. Мои мурашки следуют за его пальцами, повторяя невидимый рисунок на теле.

Пытаюсь одёрнуть пижаму, но он перехватывает меня за запястья, поднимает их над головой.

Острота ощущений за гранью, мне закладывает уши, он подавляет меня, пожирая глазами, не смею брыкаться, то ли от страха, то ли от волнения, то ли от желания.

Чувствую себя отмороженной, когда осознаю, что уже не помню о своих проблемах и переживаниях, а просто очень хочу, чтобы он продолжил.

Он сжимает мою грудь, а потом начинает пальцами сминать сосок, вызывая во мне такой пожар, что всему телу больно от одежды, хочется немедленно от неё избавиться, хочется чтобы он трогал меня дальше, трогал везде.

В себя прихожу, когда он действительно, словно читая мои мысли, стягивает с меня верх, пытаюсь уползти от него, перевернувшись в его руках на живот, но он ловит меня, придавливает собой и зацеловывает мою спину.

Его почмокивающие касания губами накаляют меня, я готова кончить только от этой нежности. Он целует так бережно и чувственно, что мне буквально судорогой сводит низ живота.

Прямо сейчас если он оставит без внимания мою промежность, я просто взорвусь от неудовлетворения, у меня ничего подобного никогда не было, убийственное желание сильнее меня, от мозга и мокрого места не осталось, есть только неукротимая жажда, с которой до этого мы были незнакомы.

Я знаю, что буду жалеть, в данный момент не помню почему, но если я немедленно не получу разрядку, мне будет очень плохо, так помочь сама себе, как он это делает, я ни за что не смогу. В прошлый раз я страдала от неудовлетворения.

Постанываю, но не специально, звуки сами рвутся из меня от нескончаемого кайфа.

Нарвал как будто снова читает мои мысли, стягивает штаны, переворачивает меня на спину.

– Моя девочка.

Он раздвигает мои ноги, я мокрая настолько, что у паха влажные ноги, я пачкаю кровать, мужчина водит пальцами по моим складкам, затем погружает их в меня.

– Такая узкая…хотя и влажная…ты вообще занималась когда нибудь сексом?

Не занималась, разве что меня языком один парень пытался ласкать, тот самый бывший… это было ужасно мерзко и слюняво, но Нарвалу не отвечаю, потому что разучилась говорить, могу только двигаться навстречу его умелым пальцам, получая долгожданное удовольствие.

Нарвал ускоряется, при этом намеренно дразня, то замедляясь, то стимулируя – задевая чувствительное место. Я закрываю глаза, жадно хватаю ртом воздух, стараюсь не стонать как последняя шлюха.

– Не сдерживайся, мне нравится, как ты наслаждаешься этим, – он проводит языком по моему животу, потом ласкает грудь, поочередно втягивая в рот каждую чуть ли не полностью. Между ног от каждого его действия хлюпает всё сильнее, кажется, скоро мы все тут утонем.

Долго держаться при любом желании я бы не смогла, содрогаюсь в самом мощном оргазме в моей жизни. В глазах непонятный свет, тело окатывает волной наслаждения.

– Ты тут потоп устроила, моя отзывчивая кошечка.

Мужчина снова горячо впивается в мои губы, это наш первый такой необузданный поцелуй с языком, я отвечаю ему, чувствую, как это его подстегивает, он тут же устраивается между моих ног, чувствую как сильно он возбужден и с каким напором его член упирается в меня через штаны.

Потом он резко отстраняется. Я как пьяная и одержимая, хочу ещё, мне мало, моё тело дрожит как от ломки, он заставил меня забыть обо всём плохом что было и есть в моей жизни, он сделал так, что я даже не помнила кем мы друг другу приходимся.

Кроме сокрушительного животного желания быть под ним, принадлежать, подчиняться, сделать всё, чтобы получить его ласку снова в этот момент ничего нет, он подсаживает меня на эти ощущения, свой запах и касания.

Нарвал одевает меня как ребенка, намекая, что больше приставать не будет, но я тянусь к его паху, сжимая стояк через штаны, хочу ещё, он открыл для меня то, от чего теперь я на всю жизнь зависимая.

– Не хулигань, я не всегда такой нежный, – отрывая пальцы от своей дубины, говорит хриплым голосом Нарвал.

Глава 28. Бабушка Рая

Не знаю, откуда эта шлюха во мне, но контролировать это невозможно, я словно в огне, мысли окутаны туманом.

Продолжаю лезть к нему, просовывая пальцы в отверстие между пуговиц на рубахе, его мышцы напряжены как камень, мне нравится трогать и нюхать его.

– Я так выебу тебя, малыш, по настоящему выебу, а не просто поиграю как со школьницей, – рычит, хватает за волосы, тянет, фиксирует голову, больно и приятно одновременно, вцепляюсь в рубаху у шеи, пуговица отрывается и падает куда-то на пол, у меня сейчас нет тормозов.

– Вася, последнее предупреждение, – шепчет в мои губы, вижу по туману в глазах, что он как и я – не в себе, еле сдерживается. Мне приятно что ему также трудно как и мне.

Нарвал жадно впивается в мои губы, я хватаю его за волосы и тяну на себя.

Он закидывает мои ноги на свою талию, усаживает меня на подоконник и зацеловывает шею, плечи, грудь, расстегивает ширинку, упирается членом в мои складки.

– Ах!

Сейчас мне может быть чертовски больно и я не готова дать ему себя разорвать.

– Я всё таки пойду купаться, – пищу, высвобождаясь, он позволяет сбежать. Прячусь за дверью ванной комнаты. Успеваю увидеть как Нарвал упирается кулаками в подоконник, опустив голову вниз, тяжело дыша.

Это всё он! Без его объятий я снова вменяемая!

Только сейчас поняла, что я полностью голая, закрываю все двери на защелки, несколько раз проверяю, ванная уже полная с каким-то специальным наполнителем, потому что пены очень много и она не оседает.

Он всю меня изучил. Даже ванну подготовил. Подхожу к зеркалу, на тумбочке рядом огромная пиала с клубникой и черешней.

– Боже! – хватаю крупную ягоду и откусываю сразу половину.

Клубничный вкус заполняет мой рот. Нарвал так старается для меня…Это нереально как-то…

Лежу в воде, ягоды поставила поближе, уминаю как в последний раз, отхожу от того что было в спальне.

Меня прожигает ядовитый стыд. Как я могла пасть так низко?

Что со мной не так? Что за бес в меня вселился?

Нужно сходить в церковь, пусть меня святой водой окропят, я не могла в здравом уме всё это вытворять.

Помылась и спускаюсь на обед. Хоть у меня полный живот ягод, для приличия всё равно спускаюсь.

Ищу его глазами, не будет есть вместе со мной?

Ну и хорошо. Больше ничего подобного не повторится! Я просто заклинаю себя, нужно держать оборону!

В кухню заходит женщина лет шестидесяти.

– Здравствуй, Василиса…Так вот ты какая…красавица …Меня зовут Рая, я бабушка Нарвала.

Мои глаза из орбит чуть не вылетают. Я не смогу утруждать эту женщину готовкой или уборкой, это некрасиво как минимум. Катя другое дело, она моложе, злила меня высказываниями, я не чувствовала дискомфорта, напрягая её.

Так, она же умела от руки этого чудовища, как я могла напрочь забыть об этом? Он колдун настоящий! Задурил голову!

– Очень приятно.

– Ты взволнована, почему?

– Мне беспокойно, что он заставляет вас работать по дому.

– Не переживай, я уже много лет тружусь, помогаю ему и за ребятами приглядываю, он тепло относится ко мне, обеспечивает необходимым, мальчишек в помощь нанял. Меня какое– то время не было, я планово ложилась в больницу, они сами тут крутились, может видела, как парни цветы высаживают? Мне этот безжизненный газон наскучил.

– Да, бархатцы, очень красиво смотрится.

– И мне нравится.

– Почему мы не встречались раньше?

– Я несколько дней назад вернулась, да и в основном на нижнем этаже нахожусь. Ты в той части подземелья не была скорее всего. Там кухня, столовая, спортзал и комнаты мужчин.

– Как вы без дневного света?

– Ну я же не в темнице сижу, если захочу, то могу выйти. А так я то готовлю его людям еду, то делаю уборку, то стираю их вещи.

– Почему вы берете всё это на себя?

– Ну мне было бы скучно просто так сидеть, я люблю быть при деле, старым людям хочется быть нужными.

– Может я помогу вам?

– Ни в коем случае, садись, не обижай бабушку.

Рая наливает мне суп из цветной капусты на курином бульоне.

– А где Нарвал?

– Он был здесь, собирался пообедать с тобой.

– Может подождать его?

Бабуля достаёт рацию из кармана.

– Нарвал ты придёшь на обед?

В ответ никто голос не подаёт.

На второе у нас рагу с куриным мясом. Не боюсь есть пищу, приготовленную его бабушкой, но жую почти не ощущая вкуса, потому что все мысли только о Нарвале. Не признаюсь, что хочу выяснить, почему он не ест рядом со мной.

Когда в рации отвечают, я вся превращаюсь в слух.

– Босс уехал.

– А как же обед? Ему нельзя нарушать режим питания, – бабушка говорит это не в рацию, а просто в воздух, возмущаясь.

– Мог бы с собой взять, это безумно вкусно! – подхватываю её возмущения, но сама я недовольна по другому поводу.

– И правда, соберу ему в контейнер, кто-нибудь из ребят отвезёт, – бабушка воодушевляется моей идеей, заправляет седые пряди волос за уши, за её спиной длинная объёмная коса.

Зажимая кнопку на рации, она говорит: – Петя, ты можешь подойти в дом Василисы?

– Да, бабушка, как скажете.

Дом Василисы? Что тут происходит?

– Скажите, пожалуйста, почему вы дом так называете?

– Ну потому что второго этажа раньше тут не было, его около двух недель назад надстроили, Нарвал готовился к твоему приезду.

Интересно, а она знает, что меня похитили? Я конечно не буду её грузить. Не хватало, чтобы такой хороший человек с приступом из-за этих новостей свалился.

– Вы знали, что я приеду?

– Конечно, Нарвал говорил, он готовился. Я так рада тебе, – она поглаживает меня по плечу, почему-то сердце щемит от нежности к этой бодрой бабуле, я обнимаю её в ответ на этот жест, она начинает всхлипывать, пугаюсь, что сделала что-то не так.

– Я обидела вас?

– Что ты, ты сделала меня счастливой, благодаря тебе он отказался от кошмарной затеи.

– Это вы о чем?

Она встала ко мне спиной, как будто собираясь с мыслями, потом налила нам в кружки ароматный чай и поставила тарелку с пирогами в центр стола.

– Понимаешь, мой сын очень жестокий человек, его методы ведения дел убийственны в прямом смысле, Глеб хотел свергнуть его, чтобы установить гуманные порядки в Москве.

Делаю глоток, чай с какими-то фруктами безумно приятный на вкус.

– Почему у него не вышло?

– Это всё Иван.

– Иван?

– Младшенький, у Нарвала полно братьев, но Иван единственный полнокровный брат.

– От одного отца и одной матери?

– Совершенно верно. Нарвал старше и умнее, но Ваня любимчик отца. Подпевала.

– Ваня подставил Нарвала?

– Не то слово! Он предал его. Родной брат это единственный человек с кем Глеб делился практически всеми мыслями. Ваня всегда поддерживал его, поэтому с затеей и в этот раз согласился, пообещал подключить своих ребят, чтобы помочь, а сам сдал его план отцу. Хоть Лёня и убивает всех подряд, но Нарвал и Ваня для него жемчужины.

– Лёня это Жнец?

– Угу, Леонид Орлов.

– Он же пырнул Нарвала ножом. Вы уверены, что он считает их жемчужинами?

Раиса протягивает мне пирог, я киваю и чисто механически жую, запиваю чаем.

– Эти с капустой, – на секунду переключившись на пирог, сказала бабушка, – Считает их лучшими на сто процентов. Жнец убирает виновных сразу, без выяснения обстоятельств и причин. При том, насколько ты понимаешь, он естественно мог убить его ещё до изгнания.

– Изгнания?

– Глеба отправили в Питер после восстания. Он же себе собрал толпу людей, частично к нему прильнули головорезы Жнеца. Естественно только те, которые не испугались последствий.

– Почему в Питер?

– Ну, как ты понимаешь, Жнец хочет приглядывать за сыном, хотя бы иметь представление о том, чем он занимается. А Варан хороший его товарищ, по крайней мере один из тех, кто всегда выручал его в прошлом. Нарвал под крылом Варана все эти годы был.

Отец поддерживал Нарвала? Что за глупости? Почему я никогда не слышала о нём?

– Спасибо вам, за то что рассказали всё это.

– Я хочу, чтобы ты поняла моего внука, ему уже тридцать лет, а у него никогда не было настоящих отношений. Он плюнул на все свои грандиозные идеи по захвату власти. Глеб выбрал существование в тени, проглотил свою гордость, чтобы жизнь с тобой стала возможна. Не хочу тебя заставлять его любить, но просто попробуй понять его.

Почему-то этот диалог всё сильнее заставляет меня чувствовать себя во всём виноватой, хотя я главная жертва.

– Он мог попробовать познакомиться со мной и тогда…

– Нарвал пытался. Твой отец не разрешил ему.

– Поэтому Нарвал решил выиграть меня в карты?

Ну не могу я больше молчать, всё это какой-то бред! Раз бабушка всё знает, то надеюсь понимает она, что я тут не по своей воле нахожусь!

– Кодекс мафии, для нас это просто сочетание слов, а для них закон божий. Дочки мафиозной семьи неприкосновенны, карается смертью.

Черт побери, вот зачем он всё скрывает! Если кто-то узнает, что он похитил меня, ему грозит настоящая смерть.

– А если дочка сама выбрала себе мужчину?

– О это в корне поменяет дело, моя дорогая.

Нет, я не придумываю план по спасению его шкуры! Вася, даже не смей! Он убийца, так ему и надо!