Текст книги "Провидец судеб (СИ)"
Автор книги: Casperdog
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 24 страниц)
– Олег никогда не был стукачём и я не интересовался его работой.
– Данные о персонах высшего уровня находятся под грифом «для служебного пользования» или «секретно». Передав тебе даже безобидную информацию из этих документов, он нарушил внутренне правила и служебные обязанности.
– В принципе, Вы правы, полковник, но не буду страдать о дальнейшей судьбе Олега Павловича – в последнее время он мне гнал откровенную «пургу». Скорее всего, минимум полгода работал под контролем.
– Молодец, сообразил. Не полгода, год как он ничего тебе не передавал без согласования с моими людьми.
– Только работаете тупо. Изменить год рождения фигуранта, не соотнеся с дальнейшими датами – это надо быть умственно отсталыми. Такие ляпы может увидеть любой мало-мальски грамотный человек, умеющий считать и писать, не говоря о человеке, обладающим аналитическим умом.
– Ты сейчас о ней? – женщина головой показала на Настю. – Кто она такая и что умеет делать? Перебирать бумажки, да ублажать своего шефа по первому требованию? Как долго обучал? Если она насколько хороша, пожалуй, заберу её с со…
Александра не договорила – мой хорошо поставленный удар смёл её вместе с креслом в мгновение ока. Та улетела в угол приёмной, но, на удивление, почти сразу поднялась, глядя на меня с удивлением и восхищением.
– Настя, забери кресло и, пожалуйста, протри его тщательно прежде, чем сядешь. Кто знает, чем эта сумасшедшая болеет.
Моя помощница, бледная, с поджатыми губами, подняла и укатила кресло и, как я и сказал, достав пачку влажных салфеток, стала демонстративно чистить обивку. Увидев первые салфетки, которые были чёрными от пыли и грязи, рассмеялся.
– Вот видишь? Я был прав.
Наверное, только заметив расшившиеся глаза девушки, понял, что за спиной что-то происходит… Нагнуться с уходом влево. Налетевшая на меня Александра держала в руке предмет, похожий на пистолет, но, споткнувшись о вытянутую ногу, вновь свалилась и, проехав по полу с метр, с шумом ударилась головой о стенку ресепшина. Подскочил и ногой выбил из рук… инъектор. Тварь. Хотела меня отключить и увезти? Не получится. Подхватил незнакомый агрегат и, прижав к шее сестры, дважды нажал на спусковой крючок. Шипение и сестра в моих руках обмякла.
Глянул на Настю. Вышла из-за стойки и с ужасом смотрит на пистолет в моих руках.
– Это механизм для впрыскивание в человека лекарственных препаратов. Можно и не лекарственных. Не знаю что внутри, но двух доз вполне хватило, чтобы сбить с ног эту кобылу. У неё как понял, болевой порог занижен. Настя, звони в неотложку. Скажи им, и сама запомни. Эта женщина вошла к нам в офис и упала без чувств. Более ничего не было.
Покрутив в руках странное приспособление, засунул туда, где оно и было – под мундиром у женщины имелась подмышечная кобура, которая приняла в себя инъектор как родной. Застегнул мундир и, с минуту подумав, посмотрел на ошарашенную помощницу. Ну да, не каждый день она видит подобное.
– Настён, сядь в кресло и закрой глаза. Тебе, что буду делать, видеть не надо. Будешь подсматривать, накажу так, что запомнишь до конца жизни. Игры закончились, малыш, началась борьба за выживание – кто кого.
Увидев, как голова девушки исчезла за стойкой, закрыл глаза и, на ощупь, сняв с левой руки перчатку, опустил руку на лоб сестры. Тошнота, короткая дрожь, что прошла по всему телу и я за гранью. Сейчас всё не так как привык. Трудно. Если честно, легко вообще никогда не бывает, но сейчас, чтобы увидеть жизненный путь сестры, буквально продираюсь сквозь множественные преграды, искусно созданные не природой, человеком. Вот я в точке реального времени. Впереди извилистый путь, конца края которому не видно. Понятно, что она не умрёт от инъекций. Длинный путь? Нет, у этого человека не должно быть такого жизненного пути. Изменим. Прочертив, спустя пару месяцев, поперечную линию и из одной дороги сделал две, расходящиеся в разные стороны. Внешне одинаковы, но там и там поставил блок воспоминаний. Реальных, а не тех, что искусственно внушили сестре. Трёх минут должно хватить. Вспомнил всё, что творилось в вертолёте тридцать лет назад и эти воспоминания оставил на жизненном пути сестры. Она их в любом случае не сможет обойти. Увидит всё моими глазами и воспримет как свои воспоминания. Поставить цель уничтожить приёмного отца? Нет, на него у меня иные планы. Что по поводу сестры? Сколько ей оставить? Превозмогая нестерпимую боль в груди и голове поставил предел – год. Как на одном пути, так и на другом. Знаю, если она сможет внутренне измениться, придёт ко мне и всё исправлю, а если не придёт… Таким как она нельзя долго жить. Год – это слишком много для неё, но так устроен Закон, который изменить не в силах. Один год – минимум для тех, кто ещё может исправиться и начать иную жизнь…
Меня вернули в действительность, резко оторвав руку от головы женщины.
Посмотрел не до конца сфокусированным взглядом – бригада «Неотложки». Пять минут предварительного обследования и водитель прикатил носилки, на которые погрузили женщину и после короткого опроса как всё произошло, нас оставили в покое. Что осталось в памяти – на лбу сестры осталось красное пятно как от ожога – след моей ладони. Лихорадочно натянул перчатку, посмотрел по сторонам – в приёмной не осталось следов короткой спонтанной схватки.
Поднялся на ноги и увидел, как Настя с невозмутимым лицом стоит у кофейного автомата и наблюдает, как варится кофе.
– Вячеслав Викторович, я сделала кофе. Вам в первую очередь. Выпейте и успокойтесь. Через полчаса у Вас первый клиент. Его должны принять, будучи в нормальном состоянии.
Не выдержал, заржал так, что слёзы полились из глаз. Подошёл к девушке и, подхватив под мышки, поднял, чтобы наши глаза были на одной линии.
– Меня успокаивает моя помощница? Говорит, как я должен себя вести и чувствовать? Настён, тебе говорили, что ты чудо из чудес? Нет? Тогда тебе говорю это я. Спасибо, девочка, за твои слова. Спасибо за выдержку и стойкость. – Не выдержал, нежно поцеловал красивый носик. Опустил смутившуюся Настю на пол и, подхватив чашку, пошёл в кабинет, где сразу занялся камином.
Через четверть часа после стука в кабинете появилась помощница. Положила на стол четыре папки по числу клиентов на сегодня, но я попросил с сегодняшнего дня подавать перед очередным посещением одну, чтобы на столе не было ничего лишнего и не отвлекало внимание.
Открыл, посмотрел данные. Манжин Антон Георгиевич. Пятьдесят два года. Банкир. В список Форбс не входит, но через пару лет может там оказаться. Молодая жена, на тридцать лет моложе. От предыдущих браков двое детей. Своих бывших не обидел – выделяет на содержание крупные суммы денег. В принципе, остальное меня не интересует. Захлопнул папку и бросил на стол. Манжин… Где-то эту фамилию уже встречал. К сожалению, сколько ни напрягал память, с чем или с кем связан этот человек так и не вспомнил, а вскоре тот появился на пороге моего кабинета. Традиционно посадил в кресло и нырнул за грань…
– Меня удивило Ваше посещение, – после возвращения в реальность увидел на лице у клиента улыбку. Такое редко когда можно было наблюдать. Обычно испуг или настороженность, а тут… улыбка. – Вы знаете, что дальше, чем на год, прогнозы не даю. У Вас до следующего лета всё будет идти без особых потрясений.
Забавно видеть, как лицо за секунду меняет выражение. Только что улыбался, а сейчас лицо настороженное.
– Вы сказали без особых потрясений. Можно конкретнее?
– Не по работе, в личном плане.
– А именно?
– Одну из Ваших прежних жён звали, если не ошибаюсь, Алина?
– Арина.
– Вероятно, я ошибся. Блондинка высокого роста, у которой от Вас сын. Верно?
– Ну…. Да… – банкир напрягся. О его сыне от этой женщины мало кто знал. – Что с ней не так?
– Пока всё так, но к лету следующего года она выйдет замуж за Вашего коллегу. Простите, могу снова ошибиться, видел лишь лицо в очках. Старомодная чёрная оправа и имя – Арсений. Знаком такой человек?
– Может быть, – мужчина дёрнулся в кресле, но сразу взял себя в руки. – Эта… свадьба может как-то повлиять на мои дела?
– Помните, уважаемый, условия, которые ставлю сразу – прогноз на год. Дальше никаких пояснений. Вы должны понимать, что всё зависит только от Вас. Например, Вы сегодня возьмёте и закроете своё дело. Поменяется жизненный путь? Естественно. И завтра, приди Вы ко мне, озвучу не то, что прозвучало десять минут назад. Жизненный путь меняется каждую секунду. Незначительный поступок означает небольшое изменение, и, соответственно, критически важные изменения в бизнесе, жизни, семье, полностью меняют всю дальнейшую жизнь человека.
– Я помню, всё Вы мне говорил и в прошлые годы. Всё совпадало даже в мелочах. И всё же. Вижу, у Вас есть некая недосказанность.
– Недосказанность? Нет, скорее сомнения. Могу добавить, что после события, о котором я упомянул, Ваш жизненный путь может измениться. Там уже нет прямого как стрела пути. Дорога раздваивается, а это значит, что Вам предстоит сделать важный выбор. Как жить и как работать дальше. Более подробно могу сказать лишь через год, но Вы человек умный, сможете сами сделать верный выбор. Без моих подсказок.
Мужчина поднялся и на какую-то секунду застыл, потом вновь на его лице появилась «фирменная» улыбка.
– Спасибо, Вячеслав Викторович. Как говорят старики, «поживем, увидим». Надеюсь, увидимся через год.
– Всё зависит только от Вашего желания, Антон Георгиевич. Всего доброго.
* * *
Второй клиент, дама почтенного возраста, терпеливо ждала, когда от меня выйдет первый посетитель. Приехала на час раньше, но не стала ничего спрашивать и нагнетать обстановку. Села в уголке и, как краем глаза заметила Настя, проходя мимо ней, смотрела мультики. Это был мой постоянный клиент. Ну как постоянный, раз в полгода, а то и чаще интересовалась, что её ждёт дальше. Человек фактически не работал, хотя раз в неделю появлялась на совещаниях совета директоров корпорации, связанной с машиностроением и тихонько сидела в уголке, стараясь не привлекать внимание. Всё бы ничего, но после её визитов многие сотрудники внезапно теряли работу. Я был в курсе, что она начинала бухгалтером, чуть позже занялась аудитом. Как о ней отзывались, женщина обладала звериным чутьём на различные махинации и легко могла увидеть то, что было тщательно скрыто. Всё бы ничего, но её муж, который скончался, когда не исполнилось и пятидесяти лет, оставил жене не только огромное состояние, но и выстроенную вертикаль производства, ту самую корпорацию, хозяйкой которой она и стала.
– Здравствуйте, Вячеслав Викторович. Вы сегодня какой-то взъерошенный. Случилось что?
– Всё нормально, Ядвига Константиновна. Как всегда или есть пожелания?
– Мои пожелания, к сожалению, неосуществимы. Знаете, отдала бы все деньги, чтобы сбросить половину лет. Но, знаю, Вы на подобное не способны.
– Такое никто из живущих сделать не может, а вот раньше могли. Помните сказки о молодильных яблоках и мёртвой и живой вожде? Не всё это сказки – отголоски того, что могли наши предки. И всё же, вернусь к своему вопросу.
– Как Вы говорили? О бизнесе и о любви вспоминаем, когда они являются препятствием в жизни? Вот я и чувствую, что у меня в жизни назревает то-то нехорошее.
– Что ж, посмотрим…
Через десять минут поднял глаза на сжавшуюся в кресле женщину. Красивую раньше, но и сейчас привлекательную пожилую даму.
– Простите за вопрос. С памятью сейчас всё хорошо? Буду называть имена, которые если не запомните, лучше записать.
– Запомню, – дама поджала губы.
– Алекандр Н, Олег Д, Виктор Степанович, Сергей С, Дмитрий Н. Начальник службы безопасности и его заместитель. Главный бухгалтер, если не ошибаюсь, Лариса В. Все они подписали соглашение с неким Русланом. Какое соглашение не понял, но, думаю, Вы разберётесь. Итог…
– Не надо, – прервала меня дама. – Знаю, что грозит. Дальше.
– А дальше ничего нет, понимаете? Не увидел ни Вас, ничего. Конец дороги. Тупик.
– Срок?
– По ощущениям не более трёх месяцев. Простите, Ядвига Константиновна, что говорю правду, но иначе не могу.
– За что я Вас и ценю, Вячеслав. За что и плачу огромные деньги. Вы мне уже трижды помогли. Если успею разобраться, это будет четвёртый раз. Получится, поверьте, отблагодарю от всей души. Всего доброго.
Дама легко подхватилась и выскочила из кабинета, словно ей было лет двадцать.
Оставшись один, задумался – правильно я сделал, что не всё сказал. После тупика я увидел маленькую тропинку. Еле видимую, но она была очень короткой. По длительности жизни максимум полгода. Что ждало женщину в дальнейшем, когда её фактически все предали, придумывать необходимости не было. Скорее всего, тяжёлая болезнь и смерть. Я назвал имена тех, кого видел и кто стоял во главе своеобразного заговора против хозяйки. Только вот они не догадывались, что их всех в итоге кинут. Руслан, и тот был подставным лицом, за ним стоял зарубежный капитал, который много лет пытался завладеть эффективно работающей корпорацией. Дай бог, чтобы у них ничего не вышло. Я и сам в этом немного помог, дав не описание людей как обычно, а конкретные имена и должности. Почему? Всё просто. Эта женщина мне была симпатична своей прямотой и искренностью.
Предварительно постучав, в кабинет зашла Настя.
– Только что прошла в новостях информация о нашей гостье. Сказали, что сотруднику силовых органов от жары стало плохо и та потеряла сознание. Инфаркт, но в больнице состояние стабилизировали и сейчас её здоровью уже ничто не угрожает. Поблагодарили случайных людей, кто вовремя помог и вызвал «Скорую помощь». Так что вы герой, Вячеслав Викторович.
– Ты герой, Настя. Кто вызвал машину? То-то же. Ладно, двое прошли. Кто и когда дальше?
– Один на час, другой на два тридцать. Кто на час – у нас первый раз. Второй повторно. Постоянный клиент. Анастас Ариджев.
– Помню такого. Принеси папку с информацией на первого, да обед не забудь заказать. И ещё, Настя. Подумай, что купить домой, а то я до сих пор в полном раздрае, работаю на автомате.
– Обед уже заказала, продукты тоже. Привезут к восьми вечера, когда Вы будете уже дома.
– Мы будем, не забыла? – увидев вспыхнувшее лицо, улыбнулся. – Настя. Помнишь разговор двухлетней давности?
Девушка кивнула.
– С тех пор ничего не изменилось. НИЧЕГО! Мы с тобой близкие люди, но не настолько, чтобы спать в одной кровати. Если думаешь, что могу с тобой поступить бесчестно, ошибаешься. Не волнуйся и не бойся – пальцем не притронусь.
– Я знаю, – тихо проговорила девушка и выскочила из кабинета как после оплеухи. Маленький дурачок. Вот не могу сказать дурочка, язык произнести такое не сможет. Вошла в мою душу и поселилась там, а выгнать не могу, как ни старайся. Было бы мне хотя бы лет на десять меньше, вот тогда можно было думать о совместном будущем, а сейчас… поздно. Разница в двадцать два года это непреодолимая пропасть сейчас, а что будет через десять лет, двадцать? Сколько ни смотрел свой жизненный путь, не видел пересечения с Настей. Как и у неё не было ничего похожего. Но ведь это сейчас, а если кто из нас не выдержит? Может всё-таки отказаться от приглашения? Хотя такое делать нельзя – боюсь за малышку. Она ведь совсем девчонка, верит только в хорошее. Правда, я сам к этому приложил руку, но не жалею – Настёна достойна счастья. Уверен, когда-нибудь встретит в жизни парня и потеряет голову. Только хочется, чтобы тот человек был достойным, не прохиндеем, как большинство её сверстников.
Рассмеялся от своих мыслей. Желаю счастья девушке, а сам готов её заточить в башню замка с непреодолимыми стенами. Эгоист чёртов…
– -
После обеда новый посетитель. До последнего был уверен, что передо мной мужчина, но когда сел, точнее села, понял, что ошибся. Женщина. Мужской костюм, галстук. Да уж, такое я встречаю впервые. И, чёрт побери, папку до этого не открыл, та лежит на столе перед глазами, но теперь поздно дёргаться. И всё же протянул руку, открыл, прочёл – Тяглова Ольга Сергеевна, врач-педиатр. Закрыл и отбросил папку в сторону. Чертовщина. Врач-педиатр может выложить за свой визит полугодовую зарплату? Хренотень.
– У Вас на лице удивление, что врач может оплатить Ваши услуги? – раздался низкий голос, и я непроизвольно вздрогнул. – На свете всё бывает. Особенно, если этот врач имеет собственную клинку и обширную базу клиентов. Разрешите взглянуть? – папка со стола оказалась в руках клиентки быстрее, чем я успел открыть рот. Это уже нонсенс. Удивило, что через десяток секунд документы вновь оказались на столе.
– Простите за бесцеремонность, но я была уверена, что у Вас настоящее досье, а здесь лишь то, что известно всем. Как с таким можно работать?
Рассмеялся, глядя на удивлённое лицо женщины, что сидела напротив меня.
– Вы думали, на меня работает отдел ФСБ, который за полгода до визита за каждым клиентом устраивает слежку? Или, как вариант, сейчас напущу туман в комнате, зажгу свечи и достану из-под стола хрустальный шар, вцепившись в который начну пудрить Вам мозги?
– Меня удивляет другое – Вы не похожи на шарлатана. Я многих видела, а Вас оставила так сказать на закуску. Стало интересно – Вы в самом деле настолько уникальный специалист, как о Вас говорят в узких кругах или как все остальные. Исходя из стоимости приёма, самом деле должны что-то уметь. Иначе Вас уже давно где-нибудь закопали.
– То есть Вы пришли ко мне с поверкой? Забавно. И кто Вас направил? Хотя можете не отвечать, Вы подписали согласие, что выключите телефон и все записывающие устройства. Сделали так?
– Да.
– В таком случае, дважды соврав, вряд ли мне предъявите претензии за уничтоженную аппаратуру. – Встал и не только включил блокировку двери в кабинет и систему помех, но и, что делал в исключительных случаях, включил радиочастотный активный подавитель сигнала, выдающий серию коротких импульсов, сжигающих процессор в телефонном аппарате.
Женщина дёрнулась, когда из внутреннего кармана курточки пошёл лёгкий дымок.
– Выключите немедленно свою технику. Знаете, сколько стоит этот диктофон? Почти сто тысяч.
Выключил подавитель и сел в кресло, наблюдая за дальнейшими действиями женщины, но передумал играть в непонятные игры.
– Вы не только согласились выключить аппаратуру, но и на вопрос, есть ли при себе работающая, ответили «нет».
– Я не так сказала.
– Согласен, не так, но суть ответа не изменилась. Вы солгали. Теперь вопрос – вы сейчас покинете мой кабинет? Вам вернут стоимость в полном объёме, хотя и потеряю деньги.
– Я останусь.
– Хорошо. Вас уже ознакомили с тем, что я скажу. Бизнес и любовные дела не затрагиваю, если они не играют существенной роли в Вашей жизни. Все вопросы потом. Теперь прикройте глаза и расслабьтесь.
Сегодня мне тяжело переходить за грань. Каждый раз ощущаю тяжесть и сопротивление. А вот это совсем не смешно. Дорога жизни, каких я ещё никогда не видел. Да и не дорога это вовсе, а какой-то раздолбанный танками тракт. Ямы и горки. Сплошные препятствия и над всем висит беспросветная тоска. Мысленно оглянулся назад – с чего всё началось. Понятно, со школы, когда сверстники издевались над девушкой, которая была похожа на парня внешне и внутренне. Когда были маленькими, дружили, а вот когда подросли… Человечек медленно, но верно превращался в зверёныша, полагаясь больше на свою физическую силу и злобу и чем дальше, тем всё усугублялось. Институт – ссоры и драки. Не с девчонками, с парнями. Выпуск и неожиданное решение – контракт с армией. Вначале искренняя радость, что попала туда, где ценят за знания и прилежность в работе, но… не сложилось. Не стала покрывать проворовавшееся начальство и чудом избежала суда, ведь всё показывало, что именно она была нечистой на руку. Перевод в другое подразделение и вновь борьба за выживание. Домогательства и когда непосредственный начальник оказался в больнице после того, как Ольга приложила руки, увольнение. Переезд в маленький провинциальный городок, где катастрофически не хватало врачей. Бессонные ночи. Работа за трёх, а порой и четверых коллег, которые имелись лишь на бумаге и вновь разборки за правду. Очередное увольнение и вновь переезд, на этот раз в Москву. Случайная встреча с однокурсником по институту, который до этого никогда не обращал внимания на своеобразную девушку. Красивые ухаживания после работы и незапланированный ребёнок. Любовник растворился в большом городе, а Ольга, собрав все силы в кулак, смогла выстоять против несправедливости жизни. Скопив денег и взяв кредит, сначала купила квартиру, а через пять лет, вместе с коллегой вложились в создание собственной клиники. На удивление, попали в точку, заняв свободную нишу. Потихоньку потянулись люди, за ними ещё и ещё и вскоре появился филиал в Питере. Ольга, поскольку была местной, решили разделить степень ответственности и москвичке отдала на откуп московскую клинику, а себе забрала питерскую. Продав в Москве квартиру, обменяв то, что у неё было здесь, выбрала не центр, а новостройку на окраине города, где был свежий воздух, да и работа находилась близко. Всё развивалось гармонично, но с полгода назад на врачей частной клиники посыпались жалобы, зачастили проверяющие не только из Минздрава, но и пожарной инспекции, санэпидемстанции. С каждым днём из-за очередных штрафов деньги стали утекать не ручейком, широкой рекой. Возникли сомнения – стоит ли продолжать бороться или закрыть своё дело, но каждый день, приходя на работу, Ольга видела детей и их родителей. Глаза коллег, которые у неё стали получать меньше, чем в городских поликлиниках. Между тем никто из них не уволился. Почему?
Долго рассматривал дальнейшие пути, ни один из которых не был решением её проблем. Даже если бы закрыла свою организацию, её словно преследовал некий рок. И лишь погрузившись в причины прошлого, смог найти точку, после которой всё пошло наперекосяк. Её бывший возлюбленный, отец ребёнка, который волей судьбы тоже оказался здесь, в одном городе с Ольгой. И не просто в одном городе, в городском управлении Министерства здравоохранения. Он, узнав, что у него есть сын, захотел его увидеть. Ольга отказала, причём продемонстрировала свидетельство, где в графе отец стоял прочерк. М-да…
А если сделать так? Зная, что мне такой поступок вернётся с лихвой, всё равно стал выпрямлять дорогу жизни. Убрал все отнорки и убегающие в сторону тропинки. Прямой чистый путь, где нет ничего лишнего.
Когда вернулся в реальность, почувствовал как мне дурно. Видимо это увидела и женщина, что сидела напротив. Подхватилась, желая помочь, но я остановил вытянутой рукой, показывая, чтобы ко мне не прикасалась.
– Оля, на столе нажмите левую клавишу вниз, позовите Настю.
Моя девочка влетела мгновенно. Увидев, в каком нахожусь состоянии, пискнула от гнева и снова умчалась, но через несколько секунд принесла лекарства от головой боли, понижающие давление и сердечные.
– Вячеслав Викторович, Вы опять полезли куда не надо? Обещали ведь не вмешиваться.
Мне было очень плохо, но ни секунды не жалел что сделал. Глянул на встревоженную клиентку. Та была готова в мгновение ока оказаться рядом и оказать профессиональную медпомощь. Тем более было обидно, что какая-то пигалица выполняет её работу.
– Оля, Ольга Сергеевна. Что Вам скажу… простите, но прошёл всю Вашу жизнь. Думаю, сами сообразили, что Ваш несостоявшийся муж и есть та причина, что мешает жить и работать. Все проверки, все жалобы – его инициатива. Месть жалкого человечка, который так и не нашёл себя в жизни. К тому же огромная зависть, чего Вы смогли добиться. В принципе, забудьте о нём.
– Вячеслав Викторович, ну скажите ей, что Вы сделали! Скажите! Она должна знать, что из-за неё Вы пострадали, – моя помощница чуть не подпрыгивала на месте.
– Настя. Ты говоришь слишком громко и не к месту. К тому же о том, о чём тебе вообще надо молчать. Могу и рассердиться.
– И пусть. Выживу, – девушка намочила полотенце и аккуратно промокнула моё лицо. Раз, другой и мне стало легче. Посмотрел в зелёные глаза и увидел в них бескрайнее море любви и заботы…
– Может моя помощница и права. Ольга Сергеевна, как уже сказал, видел всю Вашу жизнь. Институт, армию. Предательство близких и суды чести. Может потому, что не сломались, и сделал то, что не должен был делать – немного изменил Вашу судьбу. Не пугайтесь, в лучшую сторону. Думаю, в ближайшее время сами заметите изменения. В принципе, добавить больше нечего. Нет, всё же скажу. Простите, если случаем обижу. Смените свой нелепый наряд. У Вас красивая фигура. Зачем её скрывать? Боитесь, что на Вас не так посмотрят мужчины? А знаете ли Вы, что некоторые в Вас влюблены? Да, это правда. Зачем бояться своего счастья? Вы за свою жизнь слишком много страдали. Может поверите, что с сегодняшнего дня в вашей судьбе наступит светлая полоса?
Посмотрел на Ольгу, что сейчас сидела, замерев в кресле. Испугалась того, что я сделал?
– Что попрошу. Если не будет сложно – где-нибудь через полгода наберите наш номер и расскажите Насте, моей помощнице, как у Вас идут дела.
– Если всё так, приеду и при всех поклонюсь Вам в ноги. Спасибо, Вячеслав Викторович, – Ольга встала и, уже пройдя до дверей, внезапно остановилась. Повернулась ко мне лицом. – Можно задать ещё вопрос? Почему Вы в перчатках и не позволили мне прикоснуться, чтобы оказать помощь? Я ведь врач.
– Ответ в моём вопросе – почему врачи одевают перчатки при осмотре больных?
Женщина, подумав, кивнула и вышла, закрыв дверь.
– Настя, проводи гостью. Некрасиво получается.
Девушка выскочила из кабинета, но вскоре вернулась, сев на подлокотник кресла, мягкими движениями протирая мне лицо.
– Настя, зачем ты со мной так? Тем более при посторонних.
– Зачем? – девушка не выдержала, зашипела как рассерженная кошка на того, кто обижает её котят. – Да они все кончика пальца Вашего не стоят. Зачем с чужими людьми делиться своим здоровьем? Зачем? Они за приём платят деньги и этого более чем достаточно.
– Ты же знаешь, подобное делаю крайне редко, только когда вижу насколько судьба несправедливо отнеслась к достойным людям. Давай так. Вечером расскажу, что происходило с этой женщиной на протяжении жизни, а ты скажешь – если бы у тебя была подобная возможность, помогла бы ей или нет? Договорились?
– Договорились. – И вновь красивые глазки на мокром месте. – А как Вы будете принимать последнего клиента? Как сядете за руль? Вы сейчас вообще не в состоянии что-либо делать.
Улыбнулся и прикоснулся к тонкой руке, что сейчас приносила облегчение.
– У меня на работе поселилась добрая фея, которая мне всегда незаметно помогает. Надеюсь, и сегодня не оставит в беде. Нужно её только тихонько позвать. Так, чтобы никто не слышал.
Удивлённые, а через мгновение смеющиеся глаза.
– Вот смотрю на Вас и думаю, а кто из нас двоих старше и мудрее? Мальчишка. Самый настоящий. Фею вспомнил. – Не выдержала, захохотала в голос.
– Хорошо, не добавила «вспомнил на старости лет».
– Вячеслав Викторович, я ни разу не сказала что Вы дурак, потому что Вы не дурак. Но порой говорите и ведёте себя именно так. Мы ведь договорились говорить только правду? Вот и слушайте. В сорок лет мужчина совсем не старик. Это полнейшая глупость. Вообщем, сейчас сидите тихо и не вставайте. У Вас есть ещё полчаса, даже чуть больше. Я сейчас ненадолго уйду из кабинета, надо закончить работу на послезавтра, но дверь оставлю открытой. Если что – зовите.
– Иди, Настя. Ты мне очень помогла, спасибо. Только полотенце оставь. Положу на голову и постараюсь отключиться.
– -
– Анастас, если не будете предпринимать действий по захвату доли своего брата, дела будут идти ровно, без проблем. В ином случае не только не выиграете, своё потеряете. Шансов на успех немного. Лучше уделите внимание старшему сыну. Парнишка горячий и попал не в ту компанию. Не успеете образумить, попадётся на криминале. Остальное не вызывает тревог.
– Вячеслав. Говоришь, нет шансов? Ты ещё посмотри. Хочешь, дополнительно заплачу?
– Анастас. Я должен сказать прямо в лоб, что тебя на встрече могут убить? Не брат и не люди из твоей семьи. Чужие, но тебе хорошо знакомые. Уберут Вас и станут полноправными хозяевами отстроенного годами дела. Только без вопросов кто они и как зовут. Знаете ведь, личности никогда не называю.
– Даже так? – южанин задумался, но уже через пару минут на его лице сияла улыбка. – Разберусь, кто хочет подмять мою семью. И за сына возьмусь. Говорили мне, что он от рук отбился, но ничего, завтра же отправлю на родину предков. Пусть там по горам побегает, да деду Анзо поможет стадо пасти. Свежий воздух и физические нагрузки всегда помогают найти равновесие в душе. Я прав?
– В этом прав. Вы философ, Анастас. Мыслите в правильном направлении.
– Я не философ, а человек, выросший по закону предков. Знаю что такое хорошо и что такое плохо. Может это и крайности, но полутона не признаю. Спасибо, дорогой Слава. Буду думать, как дальше жить.
Мужчина чуть склонил голову и вышел из кабинета. С виду торгаш с рынка. Классический образец, только не для тех, кто знает, что Анастас закончил с отличием МГИМО и почти пятнадцать лет отработал в посольствах за границей, а в один прекрасный день оставил службу и занялся сельским хозяйством. Выкупил два еле живых совхоза и за десяток лет его предприятия стали образцовыми в стране. Сам не светился, директором был знающий человек, но всё было завязано именно на этом «торгаше».
* * *
– Вячеслав Викторович, закончили? – в кабинете словно привидение появилась Настя. – Как себя чувствуете? Может не сразу домой, немного отдохнёте?
– Спасибо, малыш, но, побеседовав с Анастасом, почувствовал, как силы прибывают. Всё в порядке, не беспокойся. Сколько у нас завтра?
– Завтра внеплановый выходной. Двоих, что были записаны, перенесла на послезавтра. Два дня по два человека неразумно, особенно после сегодняшнего. Так что отдохнёте.
– Лисичка, а почему ты без согласования со мной решаешь подобные вопросы? – увидел, что Настя старается отвести взгляд. – Что-то придумала? Рассказывай.
– Список клиентов и график работы веду я. Разве не так? Вы сами повесили на меня эту обязанность, куда входит определение времени приёма, количество клиентов. Их обзвон и составление краткой выдержки по каждому из доступных источников также моя работа. Поэтому Вы не правы – я ни на капельку не превысила свои служебные обязанности. Два человека в день, а Вы сами мне об этом неоднократно говорили, зря потраченное время. Если не хотите, чтобы занималась этим, скажите прямо. Буду каждый день по нескольку раз Вас дёргать, уточняя кого, сколько, на какое время, звонить или нет, согласовывать…
– Настя, остановись, прошу. Я прекрасно знаю, сколько времени и труда тратишь, выполняя свою работу. Хочешь вновь услышать, что мне очень повезло, что ты очень ответственная и твоя помощь неоценима?
