Текст книги "Жека 3 (СИ)"

Автор книги: Arladaar

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 18 страниц)

– Свет, ну чепуху же гонишь, ну… – возразил Жека. – Давайте лучше думать, как лучше обустроить всё.

– А чё тут думать? – усмехнулся Славян. – Нихера у нас с такими продавцами не получится. Ты глянь сам! Они ж школьники, братан! Им в школу ходить надо! Учиться! Они не смогут в магазине днями торчать! Приедет к тебе денежный клиент, а у тебя магазин закрыт, потому что эти мадам и мусью в школе виснут. Он развернется и уедет. Ты ж не будешь персонально каждому клиенту дату встречи назначать? Это уже шиза какая-то!

– Буду персонально дату назначать! – твердо заявил Жека. – Почему нет? У нас товар уникальный! Дороже чем золото! По биржевой цене один компьютер, если с условных единиц в рубли перевести, 40 штук. Это три машины на базаре! Славян! Это супер элитный товар по стоимости! И ради него, можно и одиночные сделки заключать. В любое время.

– Я тебе кажется, сказала, что если Оксанка занята, я могу в вашей конторе сидеть, – недовольно заметила Сахариха. – Ты уже забыл?

– Так а если и ты будешь по школе занята?

– Хах! – усмехнулась Сахариха.

И действительно… Дурацкий вопрос. Светка в школу хотела – ходила, не хотела – не ходила. Да и медаль золотая для неё давно наверное готова. И взятки за пятёрки на экзаменах, уже приготовлены.

– А ты в компьютерах-то хоть разбираешься? – недоверчиво спросил Славян.

– Ну у нас как бы информатика в школе идёт, – обиделась Сахариха. – И ещё я у Оксанка научилась. Мне её папа разрешал за компьютером сидеть.

– Так, ладно! В общем, Максим, садись сюда! – Жека показал на стул напротив Славяна. – Как видишь, Максим, если ты понял, мы открыли фирму по продаже компьютеров. Вернее, открываем. Привезли товар из Германии, на сумму в 30 тысяч долларов. 15 компьютеров и кучу комплектующих. Ты будешь продавец– консультант. За тобой полностью всё техническое сопровождение проекта.

– Продажа? – обеспокоенно спросил парень. – Я не умею!

– Нет. Не продажа. Лишь техническая часть. Сборка для демонстрации работоспособности в магазине, установка этих… Программ. И потом установка и сборка у заказчика. А также сопровождение уже купленных компьютеров. Сам понимаешь, люди есть люди, и сломать могут, и накосячить. Вот это твоя задача. В этом магазине будут работать трое. Ты, и вот эти две девушки – Света и Оксана, директор, и продавец-менеджер. Возможно, ещё охранник из наших. Я так думаю, Оксанка будет по телефону принимать заказы, обговаривать наши возможности, что мы можем поставить. Если всё удачно совпадает, сделка переходит к директору Светлане, которая уже более конкретно говорит, сколько будет стоить сделка, условия оплаты, скидки, и так далее. Договор будет она заключать, и Оксана. Твои обязанности я сказал. Зарплата… Зарплата по 2 тысячи каждому. Я считаю, это нормально. Выше средней. Потом посмотрим, если дело попрёт, можно и повысить.

– Я согласен! – сказал Максим. – Когда приступать?

– Уже завтра, – ответил Жека. – Сегодня у главы города должна была проходить коллегия, где он обещал раздать нашу рекламу всем городским СМИ, чтобы тиснули пару строчек, что мы компания надёжная, и социально ориентированная. А также являемся партнёрами администрации города. Приезжай завтра в бывшее стройуправление комбината. Я на КПП скажу, что ты придёшь. Там всё конкретно всё обсудим.

– Ну чё, по домам? – спросила Сахариха.

Все согласно кивнули головами. Хватит работать!

Глава 22
Моментальная торговля

Максим, как и ожидалось, оказался парнем ответственным. Ещё не было восьми, а он уже приехал в офис. Охрана естественно, не пустила, так как всё закрыто было, да и Жека приезжал на работу полдевятого, а то и к девяти.

– О, а ты чё так рано? – удивился Жека, видя сиротливо сидящего на лавочке перед проходной компьютерного спеца.

– Да… Получилось так… – смущённо ответил парень. – Думал, пока доеду, пока дойду. А тут быстро всё получилось.

– Магазин официально будет работать с 10, – ответил Жека. – Пошли ко мне в кабинет.

Попросил у секретарши две чашки кофе, усадил Максима за стол, дал бумагу и ручку – писать заявление о приеме на работу в фирму «Русь Великая» продавцом-консультантом, и наладчиком компьютерной техники.

– Сегодня у тебя уже оплачиваемый день, – сказал Жека. – Ты устраиваешься на работу в частную контору, поэтому никакой херни не будет, типа медосмотра, ТБ и так далее. Единственное, подойдёшь к Оксане Валерьевне, секретарю, спросишь, как пропуск получить на КПП. У нас тут скоро милиция будет охранять, всё серьёзно. Пропуск получишь, я тебе сразу же покажу, как магазин открывать, склад, снимать помещения с сигнализации, и обратно ставить. Визитки со всеми телефонами получишь.

Пока Максим ходил, оформлял пропуск в отделе пропусков комбината, подгребла Пуща. Скромно зашла в кабинет, в дублёночке, юбочке, накрашена едва-едва, стоит, нерешительно мнется у двери.

– Привет, Жень! Вот… Пришла…

– Оксанка! Проходи, ты чё как неродная! – обрадовался Жека. – Посиди пока, сейчас я скажу кофеем тебя напоить! Сейчас Максим приедет, и начнём.

– Там… Светлана…

– Где там? – недоумённо спросил Жека, чуя что-то нехорошее.

– В коридоре. Ходит, кабинет себе ищет, – смущённо сказала Пуща, сев на стул, и поблагодарив Оксану Валерьевну за кофе. – Она сказала, что у неё, как у директора, должен быть свой кабинет.

– Сейчас посмотрю, сиди пока, отдыхай, – сказал Жека, и пошёл разбираться, кто там что ищет, мысленно проклиная себя за свои неразумные речи, когда просил Сахариху вникать в дела фирмы. Пусть бы сидела дома, и гоняла музло.

Светка ходила, и с любопытством заглядывала в каждый кабинет, наблюдая за работающими людьми. Иногда уверенно заходила, осматривая помещение. Сотрудники с недоумением смотрели на красивую, яркую девушку в дорогой шубке из черной норки, хозяйским взглядом разглядывающей обстановку.

– Девушка, а вы кто?

– Я директор! – высокомерно ответила Сахариха, и продолжила свой вояж дальше. Пока его не прервал Жека.

– Здравствуй Свет, чё не заходишь-то? Мы тебя ждём!

– Я кабинет себе ищу ваще-то! – Сахариха сунула руки в карманы шубы, и нагло уставилась на Жеку. – Где он? Где мне раздеваться? Где принимать коммерсантов? Ко мне директора предприятий будут приезжать! Где мне их встречать? В коридоре, и на лавочку садить?

– Нууу… – не нашелся что сказать Жека, а потом подумал, что Сахариха, с одной стороны-то вроде как и права. – Так а чё ты ко мне сразу не подошла? Найду я тебе кабинет, он есть. Пошли давай, хватит бухтеть!

– Ну смотри! – пригрозила Сахариха. – Если обманешь, сразу уйду!

– Свет, ну что ты ерунду какую-то порешь! – возмутился Жека, – Пошли в приемную! Сейчас всё тебе покажу. Только не скандаль, пожалуйста!

Был у Жеки запасной кабинет для заместителя, сейчас он пустовал. Сам сидел в нём, когда только-только начинал прибирать к рукам это стройуправление, и был ещё коммерческим директором. Кабинет конечно, так себе, соответствующий уровню заместителя. Стол с креслом, небольшой стол для заседаний на шесть персон, шкаф, сейф, телефон. Больше ничего не было.

– Видишь! – показал Жека, отперев дверь. – Вот тебе кабинет, раз он тебе нужен. Вполне нормально для работы. Сейчас я скажу техничке, чтоб помыла всё, а секретарше, чтоб приготовила офисные причиндалы для работы. У меня в сейфе печать, и бумаги фирмы, договоры о трудоустроенных, и так далее. Всё принесут тебе сюда. На двери сделаем табличку. Всё как положено. Видишь, я навстречу тебе иду, потому что твои требования справедливы.

– Спасибо, – поблагодарила Сахариха. – Вот это другое дело. Ну пошли уже, где у тебя там кофе?

– Свет, ты кажется не поняла, – осторожно сказал Жека, открыв дверь перед Сахарихой, и запустив её в свой кабинет. – Я ценю, что ты решила вникнуть в бизнес. Он отчасти и твой, так как есть твоя доля в нашем холдинге. Но… Прости! Ты несовершеннолетняя, и не имеешь права единолично подписывать документы. Вернее, право такое у тебя есть. Но их ещё я должен подписывать, проверять на правильность, и следование нашим общим интересам. Я твоё доверенное лицо.

– И чё? – пренебрежительно махнула рукой Сахариха, бросая шубку на стол Жеке, и оставшись в коротком обтягивающем платье с вызывающе большим вырезом. – Значит, будешь подписывать после меня. Проблемы?

– Не, Свет, ты что, нет проблем. Всё нормально, – заверил Жека, смотря на аппетитные нежные полушария в вырезе платья. – Раз тебя это устраивает, то пожалуйста.

– Где обещанный кофе? – спросила Сахариха, закуривая длинную черную сигарету.

– Сейчас будет! – ответил Жека. – Свет, сейчас я пепельницу принесу, не сори на пол.

– Неси! – разрешила Сахариха. – Ну чё, с чего начнём?

А начали с того, что ждали Максима. Жека хотел показать сразу всей троице, как отпирать дверь, и снимать с сигнализации.

– Я бы один компьютер тут оставила на постоянку, у нас! – заявила Сахариха. – Вести учёт движения товара, финансы, и так далее. На его примере показывать все плюсы компьютерной техники. И бухгалтерше вашей один поставить.

– Ну… Я не знаю. Это сильно затратно, и уже почти без прибыли, – возразил Жека. – Мы и так один ящик мусорам кинули.

– Хм… Странно, – нахмурилась Сахариха. – Ты хочешь развозить компьютеры по всему городу, а сам работаешь как в деревне. Это неправильно. Начинать с себя надо, чтоб другим показывать все плюсы.

– Мы так без прибыли останемся! – заявил Жека. – А нам многим отдать надо долги. И у нас ещё никто ничего не купил!

Пока спорили, зазвонил телефон. И именно тот, который находился в магазине, и который давали в рекламном объявлении. Сюда ещё никто и никогда не звонил.

Все четверо замерли, и посмотрели друг на друга. Пошло! Пошло, ёлки палки! Жека взял трубку.

– Алло. Это фирма «Сибирь Великая».

– Хорошо! Значит, по адресу попал! – ответил уверенный мужской голос. – Это коммерческий директор шахты Атамановской Белогорьев Вячеслав Федорович. Мы по объявлению в телепрограмме о продаже компьютеров. Расскажите поподробнее о корпоративных скидках. Какие плюсы и минусы. Цены на модели, способы оплаты, обслуживание.

И тут Жека вдруг понял, что да… В реальных-то продажах он ноль. Особенно на такие крупные суммы. Как тут не пролететь-то? Это не пирожки в Еловке продавать, и не рожи амбалам править. И даже не на бирже лоты выставлять. Стоп! Но у него же есть менеджер и директор!

– Подождите минутку, сейчас с вами поговорит наш директор! – сказал Жека, и протянул трубку Сахарихе. – Ваш выход, Светлана! О скидках что-то.

Сахариха с довольным видом взяла трубку, уселась прямо на стол, и своим тонким мурлыкающим голоском стала что-то втирать мужику в телефоне.

– Да, да, мы сегодня до вечера работаем. Приезжайте в любое время, – закончила разговор, и повесила трубку, мило улыбнувшись Жеке. – Принимайте клиента. Три компьютера готовьте. Макс, займись!

– Это два компьютера из трёх со скидками? – спросил Жека, предчувствуя недоброе.

– Ещё установка программ и всего прочего бесплатно, – подала плечами Сахариха.

– Но она ведь и так бесплатно, – недоуменно возразил Жека.

– Но он этого не знал, сам спросил, – улыбнулась Сахариха. – Вот. Договорились.

– Мы не договаривались, что бесплатно! – подала голос Пуща. – Бесплатно лишь базовые программы для работы. Всё остальное за деньги! У тебя дополнительных программ просто нет! Или игр например, картинок.

– Да какие игры и картинки на рабочем компьютере? – рассмеялся Жека. – Кому это надо?

– Они за такие деньги захотят полный пакет услуг, – заверила Сахариха. – Короче так. Я ему честно сказала, что после третьего компьютера скидка лишь на бесплатную установку программ. Он сказал, что их это устроит.

– Ясно, – согласился Жека. – Заплатят сегодня?

– Сказал, да, – пожала плечами Сахариха. – Они сейчас приедут, и привезут платёжку из банка. Сказали, закинут на наш счёт 254 тысячи рублей.

– Чего? – не поверил Жека. – Чё так много? По моим расчётам, 150 с копейками должно быть.

– Доллар уже больше 30 рублей на бирже, – рассмеялась Сахариха. – А то ты не знал. Приедут, проверим уже конкретно, сколько они нам должны. Если мало, то отправим доплачивать. Но я вот посчитала, примерно то на то и выходит. Если доллар по 35 рублей, то должны 263 тысячи. Вчера доллар был 32 с копейками.

– Да блин! – чуть не сматерился Жека. – Не знал! Они нам рублями заплатят???

– Ну да, – удивлённо ответила Сахариха. – Рублями по курсу доллара. А ты думал, клиент как меняла с базара с мешком баксов к тебе приедет? Это крупное государственное предприятие. По закону, с другой российской компанией они могут рассчитываться только рублями. А ты – принять их как средство оплаты.

Давно уже Жека не смотрел биржевые сводки, с неделю. Инфляция раскручивалась бешеными темпами, всё быстрее и быстрее. Только что доллар был 20 рублей. И денег за компьютеры перевели от шахты не много. Просто рубль обесценился вполовину. Жекин план на то, что заказчики будут платить сразу валютой, переводя её на счёт во Внешторгбанке, не оправдался – платили рублями, на местный рублёвый счёт товарищества, по текущему биржевому курсу. Но так как курс рубля стабильно шёл вниз, торговля даже за условные единицы стала делом рисковым, если выручка лежала у тебя на руках, или даже в российском банке, что суть тоже самое. Она превращалась в бумагу. Её сразу же надо было на что-то менять. Опять бежать на биржу, покупать золото и продавать его за границу? Но сейчас будет покупка золота за рубли, которые нахер не нужны никому, и очевидно, что цена золотых лотов за стремительно обесценивающийся рубль, будет максимальной. А если не будет продажных или покупочных лотов? Два-три дня, неделя, и просрутся десятки тысяч. А если правительство придумает ещё какую каверзу, можно и с одними трусами остаться. Большие деньги – большие проблемы.

Надо было срочно, пока продаются компьютеры, придумать схему вывода полученных денег за границу. Мгновенную конвертацию в валюту, пусть даже с потерями в 5–10 процентов от капитала. Иначе они здесь превратились бы в фантики, причём достаточно быстро.

Пока думал, за день заключили ещё одну сделку на три компьютера. А на следующий день продали оставшиеся. Люди звонили и просили ещё, а Жека чуть не стучал себя по лбу. Думал, дорогие, спрос вялый будет. В результате остались с пустым складом. Вечером у Славяна пили коньяк все вместе, с Сахарихой и Пущей, и решали как быть.

– Выход один! – уверял Жека. – Затариться по полной на оставшуюся валюту, и везти новую партию. Дней за 5 привезут. Но это мало! До безумия мало. Привезут опять 15–20 штук. Чё это?

– А рубли? – спросил Славян. – Там почти лимон. С ними сколько возиться будешь… Продашь новую партию, а с выручкой чё? Пусть в сбербанке лежит, обесценивается? Так можно всю валюту спустить, которая есть-пить не просит, лежит себе полёживает в банке. Нет. Валюту тратить не вариант.

– Не будем возиться с рублями! – уверенно сказал Жека. – Только щас допёр. На рубли надо купить здесь то, что можно легко продать за границу. Например, металл на комбинате. Там пока ещё вроде торгуют прокат по старым ценам. 500 рублей тонна. Да и то у них никто не берёт. Почти стоят. Забастовка назревает.

– А чё так? – спросил Славян. – Всё нормально же вроде было.

– Мне когда ещё Сахар говорил что кирдык комбинату. Сильно много поставщиков, на которых завязано производство. Руда, уголь, газ, электроэнергия, железная дорога с повышенными тарифами на перевозку. Все цены ломят, но прежде чем их ломить, надо же металлопрокат продать. А на него цена низкая стоит за границей.

– Так цена низкая, а нахера тогда мы будем покупать, и продавать его? – удивился Славян. – За просто так что ли? Какой в этом смысл?

– Не запросто так, – возразил Жека. – Мы выставим на продажу по среднебиржевой цене. Но даже по ней наше бабло с компьютеров отобьётся. Но я чую, что прирост будет на железяку. Надо покупать.

– И с чего ж он будет-то?

– А ты по телику не смотрел перед новым годом новости по «Времени»? Ещё в 1991 году столицей зимней Олимпиады 1998 года выбрали город Нагано в Японии. Там сейчас строить и строить будут предстоящие 6 лет. А где они металл будут брать? В Японии нет ни своей руды, ни металла, ни полезных ископаемых толком. Они почти всё импортируют.

– Не знаю, – подал плечами Славян. – Хер их знает, где они будут брать. Тут что-ли? В Сибири? В жопе мира?

– А где ещё? Братан, ты в макроэкономике что-ли не шаришь? Китай – нищая страна, в ней нет заводов. Остальные то же самое. Все эти Индии, Таиланды. Не из Америки и Австралии же японцы железо повезут. Это дальше в 20 раз, чем от Владика.

– Не шарю в макроэкономике, – заржал Славян. – Говори уже, не тяни кота за яйца. Чё удумал опять?

– Поедем завтра к Семёнычу, на комбинат. Берём у них металлопрокат для изготовления крупных конструкций, сталь листовую двадцатку, или тридцатку, балки, швеллер, угол с толстой стенкой. Что есть, то и берём. Выставляем на бирже по средней мировой цене, если не пойдёт, понижаем цену, пока не купят. Делаем упор на Токийскую биржу. Продаём прокат за доллары, доллары кидаем на счёт во Внешторгбанк, и опять покупаем компьютеры в Германии.

– Как-то слишком всё просто выходит, братан, – недоверчиво покачал головой Славян. – Чё ж тогда комбинат напрямую не торгует на бирже за валюту? Нахер ему такая прокладка, как наша?

– Он и рад бы торговать, но для них эта цена сильно убыточна. Они, продав по ней, не рассчитаются с поставщиками. А там ещё, кроме этого, расходов ого-го. На комбинате дохера чего висит. От зарплаты рабочим до квартальных выплат пенсионерам, декретные матерям, профильные учебные заведения, хоккейная, футбольная команда, дворцы спорта, подшефные детсады и школы, жилфонд, и ещё дохера подсосов, которые тянут бабки только в путь. Комбинату сейчас выгоднее работать на малом пару, искать заказчиков здесь, в стране, и частично складывать продукцию на склад, в ожидании лучших времён. Брать кредиты у правительства, в госбанке, на то и жить пока, и зарплаты платить. А нам похер низкие цены на металл. С нашей компьютерной маржей даже такая цена будет в плюс.

– Ты такой умный, Женька! – с уважением сказала Пуща. – Фиг бы знать, чё там и как. Мы люди простые.

– Сейчас ты уже непростая! – улыбнулся Жека. – Ты занимаешься общим делом, которое приносит всем нам деньги. Будет дело хорошо идти – и зарплата у тебя станет больше. Свою долю сможешь внести в компанию, и на процент от прибыли претендовать. В бизнес войдёшь на серьёзных щщах, пока ровесники по подъездам щемятся. Видишь же – худо-бедно, с огромными проблемами, но живём, крутимся, деньги зарабатываем, пока другие у директоров перед кабинетами касками стучат.

– Ну, он ничего такого слишком умного не сказал, – влезла Сахариха. – Это сразу понятно, и Ромка сто раз говорил, что так и будет. Мы вот торганули на миллион, а нас пятеро. А комбинат торганёт на такую же сумму, там тысячи на неё чавку оттопырят.

– Ладно, хрен с ним! – махнул рукой Славян, закуривая сигарету. – Я расклады понял. Сколько нам надо денег?

– С миллиона 55 штук долгов, – заметил Жека. – Помнишь? Значит, на 900 тысяч покупаем железо. Прокат, о котором я говорил. Это будет… щас посчитаю… 1800 тонн. 30 железнодорожных вагонов с грузом 60 тонн. За перевозку отдадим оставшиеся от лимона бабки.

– Так… И когда поедем к Семёнычу?

– Завтра. Прямо с утра, – ответил Жека, и добавил. – Но это я посчитал по старым ценам, советским. Сколько сейчас ломит Семёныч, я не знаю… Узнаем завтра.

Глава 23
Сделка с комбинатом

– Ну чё, готовы? – спросил Жека, когда на следующий день пришёл в офис к Славяну.

Его встретили заспанные Сахариха, Максим и Славян, потягивающие крепчайший кофе.

– Скорей бы это всё кончилось! – вдруг заныла Сахариха. – Надоело уже! Мне к экзаменам готовиться надо! Задрали со своей работой!

– Ты сама вызвалась. За язык никто не тянул! – заметил Жека. – Чередуйтесь с Пущей. А вообще, сегодня посмотрим, если звонить никто не будет, можно и выходной вам всем до конца недели сделать. Всё равно торговать нечем. Кстати, я думаю, Митяя можно снимать с домны. Поработал электриком, и хватит. Там всё и так крутится. Прорабы у субподрядчиков толковые. Пусть в компьютерном офисе сидит, или на звонки отвечать, или сопровождать Максима, если ехать надо куда.

– Сейчас сразу к Семенычу? – спросил Славян.

– Да, – согласился Жека. – Если договор на покупку металла подпишем, сразу же поедем на биржу, к Аристарху.

Сидели, пили кофе, пока Жека вызванивал Романыча, болтали о том, о сём.

Когда приехали в Жекин офис, сразу же удивились – у входа стояла милицейская машина, а внутри, на КПП, вместе со Славяновыми охранниками стояли два мусора из вневедомственной охраны, в афганках, бронежилетах, с автоматами.

– Они что, вместо нас будут? – спросил Славяна один из его охранников. – Где нам тут сидеть? Места немного.

– Вас переведут сегодня на другой объект, – заверил Славян. – Без работы не останетесь. Здесь не будете сидеть. Эту контору будет теперь милиция охранять.

Зашёл старший смены, лейтенант, сидевший в ментовской машине, представился, и спросил, кто отвечает за охрану объекта – надо проинструктировать новых сотрудников.

– Я проинструктирую! – ответил Славян. – Я директор охранной фирмы. Сейчас расскажу обо всех мелочах. У нас тут неплохо. Есть и комната отдыха, и место, где попить-поесть.

– Ладно, пошлите ко мне в кабинет, – позвал Жека Максима и Сахариху. – Пусть они тут занимаются.

Чуть позже подошёл Славян.

– Фу, управился, – бухнулся на стул. – Они будут круглосуточно охранять, так же как и наши охраняли. Делать обходы иногда, но только внутри здания. Снаружи территория города. Здание будут закрывать на ночь изнутри, утром открывать. Днём пропуска проверять на КПП. Всё как положено. Так что ходите с пропусками, у кого нет – оформите заранее. У тебя – то есть, Соловей, а то привык поди, что наши ребята в лицо тебя знают?

– Есть у меня пропуск, с чего ты решил, что нет? – удивился Жека. – У меня и на комбинат есть, и сюда, и на автобазу. Мало ли что я директор, чё я понтоваться перед охраной буду. Могут и незнакомые люди работать, которые не знают меня в лицо.

– Ну мы пойдём? – спросила Сахариха, отставив пустую кофейную чашку. Была она донельзя заспанная, и какая-то вялая, что Жека пожалел уже, что втянул в это всё. Девчонке учиться и учиться ещё, дома сидеть, книги читать надо, а она уже серьёзное дело потащила. Впрочем, Жека был уверен, что Сахариха не будет заниматься тем, что ей не понраву.

Так и случилось. Как быстро она занялась всем этим, так же быстро ей и наскучило. Не прошло и пятнадцати минут, как пришла обратно в приёмную.

– Я не хочу работать! Устала! Мне спать охота! – нагло заявила она. – Всё! Я домой пошла! Ну вас нафиг!

– Ну иди, – вздохнув, согласился Жека. – Как хочешь. В курс дела ты вошла. Благодаря тебе мы дали хорошую рекламу, быстро продали товар, заработали денег. Иди, Свет, отдыхай. Заслужила. Как наскучит, приходи.

Только она ушла, как Славян разразился хохотом.

– Вот такие и работнички с них. Захотел пришёл, захотел ушёл. Идите нафиг, я спать.

– Славян, ну ты тоже войди в положение, – не согласился Жека. – Девчонки молодые ещё. Им гулять и развлекаться. Молодость одна в жизни. Учиться им ещё надо. Какая тут работа… Это мы уж по знакомству позвали, потому что людей стоящих нет у нас по этой теме. Пусть отдыхают. Захотят, придут опять. Не захотят – дадим объявление на биржу труда, кого-нибудь найдем.

– Да понимаю я… – согласился Славян. – Сами рано начали крутиться, и от других того же хотим. А люди все разные… Я сам-то, бывает, через силу на работу иду. Думаю – нахер мне это. Лежать бы где-нибудь под пальмами, и попивать текилу.

– Так же думаю, – заржал Жека. – Но чтоб лежать под пальмой, надо крутануться здесь и сейчас. Ну чё? Погнали на завод?

– Погнали! Дел дохера ещё сегодня.

Пока ехали к комбинату, Романыч подробно и обстоятельно рассказывал о бедственном его положении – работала там у водителя почти вся семья, как и у многих горожан. Жена, сын, невестка. Ничего хорошего в последнее время не предвиделось. Зарплата сильно упала. Вернее, её не повышают, а инфляция с декабря уже 150 процентов. Да и те мизерные деньги стали задерживать. А потом и вообще платить частями. Или выдавать зарплату какой-нибудь хренью. Например, газировкой. Отработал месяц – получи пять ящиков газводы «Чебурашка». Ешь вода, пей вода – срать не будешь никогда.

– Эх… Куда катимся… – сетовал пенсионер. – Весь город на комбинат завязан. 35 тыщ работающих! А сколько смежников, членов семей! Если завод встанет, весь город по миру пойдет!

– Директор не сориентировался в ситуации, – ответил Жека. – Надо было ещё намного раньше, когда всё только начиналось, развивать мелкие производства. То же самое подсобное хозяйство. Ну построй ты несколько теплиц, выращивай овощи хотя бы для рабочих столовых. Свиноферму какую заведи, и цех колбасный. Ферму с курями, молочную ферму с коровами. Молоко в тетрапаках продавай в город, в область. Полностью это проблему с финансами не решило, но по крайней мере рабочие были бы сыты, и копеечка была бы на срочные нужды. Вообще, при их движении денег открыть пищевое производство не проблема. Это частный предприниматель бьется-колотится, думая, где средства на раскрутку и поддув брать, а заводу – то чё… Заплатил с выручки, а через полгода эти деньги отобьешь.

– Да… – согласился Славян. – Загнобил Семёныч предприятие. Довёл до ручки.

– Думаете, всё, закроют завод? – мрачно спросил Романыч.

– Закрыть не закроют, – уверенно сказал Жека. – Но то, что настают тяжёлые времена, это факт. Это только начало. Скорей всего зарплату вообще платить перестанут. Или будут половинками давать, через полгода. А долги по зарплате инфляция сожрёт. Нагрузку сбросят. Всё, что непрофильное, всё продадут, скинут как балласт.

– Тут ещё от управленцев многое зависит, от менеджеров высших! – согласился Славян. – Нет у них гибкости, правильно ты говоришь. Привыкли всю жизнь чугунные чушки лить, и в газетах совковых писать, сколько надоев чугуна выдали. А наступил рынок, и схлопнулись. Не знают, чё дальше делать. Мы вон сколько раз пробовали. И поднимались, и опускались. Перестало дело выгодным быть, за другое брались…

Всё верно говорил Славян, и Жека с ним был полностью согласен. Всё высшее руководство мыслило по старому, по советски. Что придёт дядя, и купит то, что ты накатал. Однако дядя не пришёл. И ничего не предложил. Поэтому таким дядей решил стать Жека. Чем чёрт не шутит… Попробовать толкнуть металл за границу, а там уже можно свою металлобазу открыть. Да и приватизация комбинатов, рудников и шахт была не за горами. Чубайс по телевизору сказал, что уже с июля начнут печатать приватизационные чеки, на которые можно будет купить акции крупных предприятий, но не более 20 процентов. Однако и 20 процентов это очень и очень много. Если продать их за границу какому нибудь «Европа Азия холдингу», можно в одночасье стать миллиардером. Причём долларовым.

А народ… Жека был уверен с большой долей вероятности, что 90 процентов людей просто продадут ваучеры за копейки. За бутылку водки, и палку колбасы. Об этом говорил опыт акционирования стройуправления. Чтоб какая-то совковая бабка или дед, пробивали на бирже, сколько стоят акции родного завода, какие на них будут выплачиваться дивиденды? Да это смешно.

И уже ясно одно – нужна наличка, чтоб покупать у населения ваучеры. А на ваучеры покупать акции.

Пока ехали, смотрели в окна машины. По виду не сказать, что комбинат в инфарктном состоянии. Домны дымят, от мартенов тоже вьётся рыжий дым, воняет от коксохима какой-то гадостью, что-то гудит, лязгает. Над длинными рядами труб ТЭЦ громадными столбами вьётся белый дым – отапливается город. На территории завода шипит пар, стучат колёса вагонов, гудят локомотивы.

Однако в заводоуправлении почти тишина. Такое ощущение, что траур какой-то. Знающие люди понимали, что веселиться нет повода. Семеныч в их числе. Он знал больше всех.

– Здрасти, Николай Семеныч! – поздоровался Жека, войдя в кабинет. – Как здоровьичко?

– Здрасти! – вошёл следом Славян. – Вроде, работает завод, а то слухи страшные какие-то ходят по городу.

– Ох, ребята… Да какое тут здоровье! – тягостно махнул рукой Николай Семеныч. – Бьёмся, колотимся – нихера не получается. Министерство путей сообщения и Московский метрополитен разорвали контракты. Приостановили капитальные ремонты. Рельсов десятки тысяч тонн лежат под открытым небом. Всё. Ещё немного и… Листовой и профильный прокат тоже в стране не пользуются спросом. Цены на всё растут. Газ, вода, электричество. Зарплату индексировать надо. А я продукцию не могу продать. В России не нужна, а за границей низкие цены. Вот такие дела. Да что там…

Семеныч махнул рукой, достал бутылку коньяка, разлил по стопкам.

– Давайте дерябнем. Горе зальем, так сказать. У вас то как бизнес, прёт?

– Нет, не прёт, – ответил Жека. – Так себе. В развитие нечего вкладывать, лишь на налоги и зарплату работаем. Машину на предприятие и то не на что купить.

– Ну, зарплату хоть платите, а у нас и с этим проблемы. Налоги заплатили в Москву, и сидим на кислых щщах. Угольщики сказали, если до конца месяца не погасим долг перед ними, поставки сократят в два раза. Тогда всё…

– Я к вам с деловым предложением, Николай Семеныч, – сказал Жека. – Хочу партию металла купить, и за границу продать потом.

– Бесполезное дело, – покачал головой Семеныч. – Цены на биржах низкие. Некуда продавать. Ты здесь дороже купишь, чем там продашь. А ещё дорога…

– А всё таки, сортамент, имеющийся в наличии, можно посмотреть? – упрямо продолжал Жека. – Я бы купил на не слишком крупную сумму. На 900 тысяч рублей. Расчет сразу же в течении дня. Мне нужен сортамент, что у вас есть, и какие цены.

– Молодой человек! – рассмеялся Николай Семёныч. – Ты на металлургическом комбинате, а не в деревенском совхозе. Причём тут есть, или нет? Мы абсолютно всё можем выплавить и прокатать в течении суток, если есть заказ. Цена на сортамент чёрного металлопроката одинаковая, отгрузка по весу. Тонна листа и тонна уголка одинаково стоят. Разница лишь в марках стали. Самые распространённые – обычная строительная сталь, 3 спокойная, и 09 г2с, углеродистая упрочнённая. Цена 500 и 800 рублей тонна. Это старые цены ещё, январские. Скоро будем поднимать. Так что в последний вагон запрыгните. Мы работаем по предварительному заказу, и предварительной оплате – склады уже забиты полностью. Что скажете, то и прокатаем.

– Как происходит покупка и отгрузка товара? – спросил Жека.

– Идёте в договорной отдел, делаете заказ, оплачиваете, в течении суток оплаченный заказ отгружается, если суммарно до 5 тысяч тонн. Для нас это откатать в сутки – тьфу. Отгрузка в вагоны МПС, прямо в цехах. Потом это уже наше дело как доставить до товарной станции. Ну а дальше вы договаривайтесь с железной дорогой, куда вам везти, и кому. Пойдёмте, я вас сам проведу в договорный отдел, – Николай Семеныч налил ещё коньяка. – Ух… Хоть немного настроение поднялось. 900 тысяч для нас сейчас большие деньги. Живые деньги, так сказать… Скажу честно – чтоб заказчики пришли, и сразу заплатили в стопроцентном объёме, такого и нет почти. То пять, то десять процентов заплатят, остальное потом. А сейчас так не получается, при такой-то инфляции. Это себе в убыток работать. Пойдёмте, пойдёмте, ребята. Сейчас всё оформим. Я бы и скидочку вам сделал, но не могу – и так цена ниже низкого. Зато упакуем вам по международному стандарту. Хоть в Америку или Японию отправляй!